Галина Передериева
Что старый, что малый

Любознательным школьникам посвящается

Что старый, что малый

1

Знакомство

Здравствуйте! Давайте знакомиться. Меня зовут Николай, Коля. И на Кольку я не обижаюсь. Я обыкновенный школьник с обычной внешностью. Учусь в 6 «Б» классе общеобразовательной школы с другом Петькой. Мы одного роста, но у меня волосы рыжие, а у него черные. Нас в магазине принимают за братьев, наверное, потому что мы всегда вместе, не ссоримся, помогаем друг другу и людям постарше. Скажете, такого не бывает? А вот и бывает.

Учимся на «хорошо», но иногда проскакивают тройки. Тогда родители принимают меры, и наша учеба идет как по маслу. Мы с Петькой дружим с детства. Наши родители знакомы с юности и живут в соседних домах. В деревне бабушки и дедушки тоже соседствуют на одной улице.

Наши предки работали вместе на заводе в конструкторском бюро. Родители до сих пор там работают. Такие семьи называют династиями. Со временем они сдружились, что в наше время высоких технологий большая редкость. На пенсии они не перестали общаться, у них появились общие интересы.

Бабушки увлеклись выращиванием целебных трав и лечат мужей натуральными средствами.

Никто не знает, куда нас приведет жизнь – ни родители, ни мы сами. Мы любим работать с техникой, ухаживать за садом, ловить рыбу и устраивать прикольные розыгрыши. Наверное, это у нас семейное.

Бабушки и дедушки получили земельные участки на месте деревни, которую разрушили фашисты. Они построили дома и разбили огороды. Со временем здесь возникла современная деревня, Новая.

Жители строили новые дома из кирпича или бревен, использовали фундамент старых зданий, но с современными удобствами. Администрация активно помогала благоустраивать деревню, и жизнь в Новой постепенно налаживалась.

Самое главное, что рядом протекала полноводная река Тишинка, известная спокойным нравом. Её название отражало характер и красоту.

Каждое лето родители нас отправляли в Новую отдыхать от городского шума, наполняться витаминами и загорать. Сразу скажу, что современные телефоны у нас имелись, но бабушки настояли, чтобы мы брали их в руки только в экстренных случаях. Они нам доверяли, поэтому взяли с нас честное слово. А мы согласились. Ведь есть дела поинтереснее, чем в маленький экран пялиться.

Вот и в этом году мы с Петькой поехали в деревню.

Петька приехал к бабушке Маше, а я, Колька – к бабушке Ольге. Их бабушками можно назвать только по паспорту. Они выглядели молодо. Косынки надевали только тогда, когда доили корову или пололи сорняк на огороде.

Нам нравилось отдыхать в деревне не только из-за фруктов, ягод и рыбы, но еще и из-за свободы. Так мы думали до поры до времени.

Деды тоже имелись. У друга – Александр, но чаще его звали Сашко, Саня, Сашка, наверное, из-за веселого характера. Моего деда – Иван, другие имена как-то не приклеивались к нему. На стариков они не походили. Немного морщин на лице, седина в коротких волосах. В общем, люди среднего возраста по данным Всемирной организации здоровья. Деды любили подшучивать над родными, да и друг другу доставалось. Они как бы соревновались, кто лучше придумает шутку и исполнит. И мы недалеко от них ушли. Любили пошутить и посмеяться.

В первый же вечер нашего приезда дед Иван, известный неугомонным нравом, решил разыграть жену Олюшку. Зная ее любовь к цветам, он тайком выкрасил ромашки в палисаднике в синий цвет. Бабушка Оля, увидев это утром, ахнула и чуть не расплакалась. Но дед Иван тут же выскочил из-за угла с букетом настоящих белых ромашек, приговаривая:

– Ну что, Олюшка, испугалась? Зато теперь у тебя есть необычные цветы во всей деревне!

На другой день отличился дед Сашко. Он подменил соль в солонке на сахар. Бабушка Маша, славившаяся малосольными огурчиками, чуть не испортила целую партию для еды. Но дедушка вовремя признался, смеясь до слез:

– Прости, Машенька, не удержался! Зато теперь огурчики у тебя с изюминкой!

Такие безобидные шутки задевали бабушек за живое. Но они заканчивались смехом и взаимными подколками. Так старики скрашивали серые будни. Это добавляло немного веселья в долгую совместную жизнь. И хотя наши родители ворчали на их проделки, втайне завидовали неугасающему чувству юмора и умению радоваться простым вещам.

Бабушка Маша не забыла о розыгрыше мужа и через три дня открыла банку со сладкими огурцами. Села напротив и смотрела, как муженек уплетал её стряпню, закусывая огурцами с секретом. Он и вида не показал, что огурцы сладкие-пресладкие. Только потом выпил целый кувшин кислого молока и всю ночь бегал до ветру на улицу.

И бабушка Оля в долгу не осталась. Ночью, пока дед спал, она выкрасила ему усы хной. Но не добавила специального порошка, басму. И дед проснулся с зелеными усами. Он редко глядел на себя в зеркало, считая это бабскими причудами. Так и проходил целый день по деревне зеленоусым красавцем, не понимая, почему встречные односельчане улыбались, глядя на него, здоровались и подмигивали. Вечером за столом он говорил жене:

– Знаешь, Олюшка, какой сегодня день хороший, а соседи добрые. Наверное, пенсию увеличили. Завтра на почте узнаю. Все мне улыбались и вежливо здоровались.

Ольга, еле сдерживая смех, произнесла с серьезным лицом:

– А ты сегодня умывался? Глядел на себя в зеркало? Вон, зарос как. Иди глянь.

Дед, почуяв неладное, быстро встал и побежал в ванную комнату. Бабушка Маша шмыгнула за ним и закрыла на всякий случай дверь на щеколду.

Мы с Петькой в это время забежали с улицы поужинать. Бабушка караулила у двери и тихо смеялась, слушая бурчания деда. Мы поняли, что в доме руки помыть не удастся, и побежали во двор к рукомойнику, прислушиваясь, чем закончится розыгрыш.

Через десять минут наступила тишина. Мы вошли в дом. За столом в кухне сидел помолодевший дед. На его лице чего-то не хватало. Приглядевшись, вспомнили, что нет усов. А вместо них белела незагоревшая кожа.

– Ой! дедуля, какой ты молодой стал, – сквозь смех сказал я.

Дед угрюмо посмотрел на нас, опустил голову над кружкой горячего чая и засмеялся.

– Ух, – вырвалось из моей груди.

Мы с Петькой уселись рядом за стол и принялись есть. Закусили пирожками с вишней и побежали встречать коровок.

Стадо в этот вечер шло медленно, неся молоко. Корова Петьки давала очень жирное молоко, поэтому лакомиться мы отправились к нему.

Бабушка Оля приказала Петьке сдоить корову Мушку, а сама пошла на огород убирать сорняк. Петька умел доить, а я их боялся, или они меня. Короче, у меня с ними оказалась полная несовместимость. Но Петька все равно повел меня в сарай.

– Ты стой и держи хлеб. Она будет жевать, а я доить, – учил друг.

Я взял четвертинку буханки свежего хлеба. Запах распространился по сараю. Мы с коровой съели целый кусок. Когда хлеб закончился, а Петька еще не сдоил корову, Мушка стала переступать ногами и махать хвостом. Я решил помочь другу и взял корову за хвост, но не удержал. От резкого рывка получил «метелкой» хвоста по щеке.

– Ах так! – закричал я. – Ну, держись!

Я взял веревку, привязал хвост за верхнюю доску и остался стоять, следил за кончиком хвоста. Петька последний раз сильно надавил на сосок вымени. От внезапной боли Мушка резко выпустила из-под хвоста мне на грудь струю чего-то горячего.

Петька заохал и поволок меня мыться, по дороге сдергивая рубаху. После купания в летнем душе мы увидели на земле у сарая лежащее ведро. А рядом большую лужу чего-то белого. На запах молока прибежал Шарик и стал спасать его себе в живот.

– Попили парного жирненького, – почесал затылок друг.

Это видел дед Саня, сидя около дома на лавке, но вмешиваться не стал. Пришла бабушка и всплеснула руками. Нет, она не стала ругать нас. Мы и так стояли, опустив головы, и хлюпали носом от обиды.

– Впредь наука будет. Закончи одно, начинай другое, – только и сказала она.

Домой я пришел без рубашки. Её я выкинул на навозную кучу. Бабушка Оля всплеснула руками:

– Что на этот раз случилось?

– Корову неудачно подоили, – хмурясь, ответил я.

– Хорошо, учись на своих ошибках, только не забывай их, – сказал дедушка и засмеялся. – У нас с тобой сегодня неудачный день. Наверное, в полнолуние всякие каверзы случаются.

Спал я тревожно, вздрагивал и ворочался. Мне снилась корова. Она тянула морду к рукам, прося хлеба.

Утром я решил учиться доить корову. Петька умеет, а я нет, здоровый лоб, уже двенадцать лет. Надо за ум браться и учиться делать все на свете.

С таким решительным настроем я прошел в сарай, где стояла наша Буренка. Мне нравился её окрас: серый в большие темно-коричневые разводы, словно лекало приложили и покрасили. Бабушка удивилась моему раннему пробуждению.

– Бабуля, научи меня доить корову. Петька умеет, а я нет, – попросил я, протирая глаза кулаками.

– Садись, я ее уже раздоила. Выжимай сверху вниз, веди кулачки, но не пережимай. Больно не делай, – руководила она.

Корова почувствовала мои неумелые руки и стала переступать ногами, сердясь. Хвост заходил из стороны в сторону. Бабушка молча наблюдала за происходящим. Наконец, она сказала, что молоко закончилось. Я последний раз провел кулачком по соску и получил оплеуху хвостом по голове и окончательно проснулся.

Бабушка смотрела на меня и улыбалась:

– Она тебя плохо знает. Будешь кормить её, поить, помогать мне, и коровка тебя полюбит, – разъяснила бабуля.

Я решил подружиться с Буренкой и вызвался отогнать её в стадо. На улице встретил Петьку. Оказывается, он каждое утро провожал корову Мушку на пастбище.

– Я решил учиться доить корову. Сегодня немного подоил. Получил хвостом по голове, – похвастался я.

Петька усмехнулся, но ничего не сказал, а предложил пойти на рыбалку, раз так рано встали. Мы договорились встретиться через десять минут.

Я ждал Петьку около своей калитки. Роса серебрилась на траве, а солнце только начинало пробиваться сквозь кроны деревьев. Свежий воздух смешивался с ароматом полевых цветов.

2

Рыбалка

Наконец Петька вышел из калитки. Он держал в руке маленькую кастрюльку.

– Что так долго-то? – спросил я, заглядывая внутрь.

– Успокойся, кашу варил, чуешь, как пахнет ванилью?!– гордо ответил друг. – Идем быстрее, лов пропустим.

– Да, приманка суперская, сам бы съел душистую кашу, – у меня в животе предательски заурчало. – Дай попробовать!

– Она еще горячая, после попробуешь, когда в речке остудим, – предложил Петька.

Наконец, мы пришли на берег реки, где обычно сидят взрослые рыбаки. Но сегодня, в будний день, место оказалось свободным. Мы уселись на берегу тихой речушки, мечтая об удачном улове.

– Доставай удочки, цепляй наживку. А я рогатины поищу, подставки сделаю для удочек, поставим их в реку, чтобы рыбы побольше поймать, – командовал Петька.

– Ты сейчас такой серьезный, даже лохматые черные волосы улеглись ровно, даже пробор появился, – попытался я шутить.

– Я твои рыжие торчат в разные стороны, будто и не причесывался, – огрызнулся Петька. – Кепку надень, а то голубые глаза выгорят и превратятся в серые.

– А твоим черным дольше, чем моим выгорать, – не остался я в долгу.

От такой перепалки аппетит у меня удвоился. Я опустил палец в кастрюльку и зачерпнул, сколько смог, душистой каши. Я манку не любил, но сейчас съел бы и слона.

– Соли маловато, – сказал я, когда Петька притянул ветки.

Друг заглянул в кастрюлю.

– Ты что, очумел? – только и смог сказать он. – Половину каши слопал. Соли ему мало!

– Не бойся, всем хватит. Сейчас накрошу мякиша, так еще легче цеплять приманку на крючок, – успокоил я друга.

– Действуй, – буркнул Петька.

Я принялся лепить шарики, а друг крепил их к крючку. Я решил первым установить уду на подставку. После первого замаха леска сделала круг в воздухе и прилетела мне на штаны. Сколько я не пытался, крючок не хотел освобождаться. Петька увидел, что произошло, и поспешил на помощь.

– Итак, первый улов – это ты! – засмеялся он.

Петька освободил мои штаны и насадил новую приманку. Он вошел в воду, высоко задрал удилище и легким движением бросил леску, стараясь попасть в середину реки. Я последовал его примеру. Когда все четыре удочки стояли в реке, мы расстелили покрывало на траве и уселись завтракать. Петька понял, что каши хватит всем, отложил в консервную банку две ложки, остальную мы съели поровну.

Первые поклевки не заставили себя долго ждать. Маленькие серебристые пескари жадно хватали наживку, и вот уже в нашем ведре плескалось несколько пойманных рыбок. Петька с азартом настоящего рыболова то и дело восклицал от радости, а я просто наслаждался процессом и тишиной вокруг.

Время летело незаметно, вскоре ведро наполнилось рыбой. Мы с гордостью рассматривали улов.

Солнце палило, вода в ведре нагрелась. Рыба перестала плавать, она стояла на месте, еле шевеля плавниками. Казалось, рыбки наблюдали за нами, слушали разговоры.

Вдруг в камышах что-то промелькнуло. Сначала услышали едва уловимый шелест, словно легкий ветерок играл с сухими стеблями. Затем шелест усилился, превратившись в отчетливое потрескивание, и нам стало ясно, что там кто-то есть.

Наши сердца забились чаще. Что там скрывалось? Небольшой зверек, ищущий укрытие? Или, может быть, утка?

Петька приподнялся на цыпочки, пытаясь разглядеть что-нибудь сквозь плотную стену камыша. Я старался держаться настороже.

Казалось, время остановилось. И вот, наконец, показалась большая лохматая голова с блестящими настороженными глазами. Это оказалась лиса. Она медленно и осторожно выглянула из укрытия, оценила обстановку. Ее рыжая шерсть ярко выделялась на фоне зеленого камыша, а пушистый хвост нервно подергивался. Лиса замерла на мгновение, она решала, стоит ли ей выходить. Потом сделала шаг вперед, и мы увидели ее стройную фигуру. Она посмотрела на нас с любопытством и недоверием, и скрылась в зарослях.

Мы даже не успели достать телефон и сфотографировать.

– Рыбки захотелось, – сказал Петька.

– А может, она голодная или у нее дети есть хотят. Давай ей улов отдадим, – предложил я.

– Отдадим пескарей, крупную себе возьмем, – рассудил Петька.

Когда солнце поднялось над головой, мы решили собираться домой. Рыба, как будто уснула в теплой воде. Мы поделили улов на три кучки. Одну оставили на берегу.

Домой ноги несли нас сами. Мы радовались удачной рыбалке.

На улице стояли наши старики и о чем-то беседовали.

– Ну, рыбачки, где же рыба? – спросили дедушки и бабушки, вышедшие нас встречать.

– Мы видели лису! Рыбу поделили поровну, мелкую отпустили, а ей оставили на берегу. Пусть лакомится! – закричали мы хором.

– Молодцы, что поделились, мелочь выпустили, а теперь чистить научитесь, – сказала бабушка Оля.

– Но сначала пообедайте, потом за работу, – предложила бабушка Маша.

Деды улыбались, но мы поняли, что они что-то задумали. Что поделать, придется держать ухо востро.

Но все оказалось проще. Решать, у кого во дворе чистить рыбу, нам не пришлось. Деды просто сняли один пролет общего забора, поставили деревянный самодельный стол, сбитый из старых досок. Бабушка Маша накрыла его клеенкой. Бабушка Оля принесла миски для вычищенной рыбы, дед Сашко – ведро с водой. Старики поставили нас друг против друга за столом, сами сели на лавочку под деревом и принялись наблюдать за нашими неумелыми движениями.

– Чего вы возитесь? – возмутился дед Иван. – Начинайте чистить.

– А чем чистить, где нож? – спросил Петька.

– Или скребок, – поддержал я.

– Представьте, что вы на берегу острова, вас вынесло двоих, подручных средств нет, есть хочется. Рыбу удалось поймать, приступайте, – сказал дед Иван. – Что найдете на земле, то и ваше орудие труда.

Мы с Петькой остолбенели. Что значит, что найдете вокруг? Грязь? Траву? Шишки? Это уже не чистка рыбы, а какое-то издевательство! Деды, наблюдая за нашей растерянностью, лишь посмеивались.

– Раз мы на берегу острова, то сначала съездим на берег и найдем, чем чистить рыбу, – сказал я.

– Хорошо, что электровелосипед родители захватили, пусть один на двоих, – сказал Петька. – Запрыгивай и погнали.

Деды от растерянности не знали, что и сказать. Они не думали, что мы так серьезно все воспримем, и сидели, думали, почесывали затылки.

– Слышь, Иван, переиграли нас внучата, – ухмыльнулся в усы дед Сашко.

– Да уж, не вышло подшутить, – почесал пальцем под носом дед Иван.

У него уже начала там пробиваться мелкая растительность.

Я огляделся и заметил на берегу гладкий камешек. Петька же, как всегда, проявил практичность, он подобрал острый осколок ракушки.

«Что ж, посмотрим, кто кого», – подумал я.

Когда мы приехали, дедов на лавке не оказалось.

– А где же дедушки? – спросил Петька.

– Пошли спорить, кто из вас первый почистит рыбу. Приз готовят, – засмеялась бабушка Оля.

– А мы секунданты и жюри, – ответила бабушка Маша. – Не подведите, внучата.

Началась необычная «чистка» рыбы. Камешком приходилось буквально соскабливать чешую, а ракушка, хоть и острая, быстро забивалась. Работа продвигалась медленно и мучительно.

Зато мы поняли, в чем заключалась дедовская проверка. Это не просто задание, а испытание на терпение, находчивость и умение работать в команде. Ведь, в конце концов, мы с Петькой обменялись инструментами и справились с задачей. Вскоре рыбу вычистили, хоть и не идеально. А деды подошли к окончанию работы, довольно кивнули, признали, что проверку мы прошли.

– Что, ребятки, победила дружба, сейчас бабушки доведут рыбу до ума, и поужинаем вкусной рыбешкой, – подытожил дед Сашко.

3

Урок ботаники

После ужина нас потянуло в сон, и мы разошлись по домам. Я в окно спальни видел, что старики стояли и что-то обсуждали.

«Интересно, что они нам завтра приготовят?» – подумал я и лег спать.

Утром привычным движением я сбросил с себя одеяло и угодил ногами в таз с холодной водой. Сон как рукой сняло. Выскочил я из таза и помчался на улицу провожать корову. Петька уже ждал у калитки.

– Какое же следующее испытание приготовили нам деды? – поинтересовался он.

– Не знаю. Но сегодня я уже получил заряд бодрости для настроения. Спасибо, что дед Иван не окатил холодной водой, а только таз под ноги поставил, – пожаловался другу.

– Он тебя решил сделать спартанцем, – предположил Петька. – Бабушка вчера заставляла деда огород полоть, а он отнекивался. Значит, сегодня прополка за нами.

После «рыбной головоломки» мы ожидали очередного подвоха.

И он, как назло, не заставил себя долго ждать. Бабушки отправили нас на огород. Вручили нам тяпки и корзины для сорняка.

– Огород должен стоять чистым, – сказала бабушка Оля. Наши огороды располагались через незримую разделительную линию, поэтому мы не различали, где чьи овощи и сорняк. Солнце припекало. Дедушки сидели на лавочке под яблоней очень спокойные. Дед Иван попыхивал трубкой и загадочно улыбался.

Едва мы принялись за работу, как поняли, что «прополка» пройдет не совсем обычно. На огороде росли не только овощи, но и разные травы. Мы не разбирались, где сорняк, а где лечебная трава.

Задача состояла в том, чтобы отличить полезные растения от вредных, овощи от сорняка. Мы же привыкли их видеть на столе, а как они растут, нас не учили даже в школе. Деды видели наше замешательство и добродушно посмеивались:

– Сами разбирайтесь! Травы знать надо!

Стояли мы с другом над грядкой, чесали затылки. Передо мной расстилалась какая-то кучерявая ботва, у Петьки – листья вроде ромашки, только побольше. Я спросил:

– Петь, это что?

Он посмотрел на меня с видом знатока:

– Да откуда ж я знаю? Может, морковка?

Я ему:

– Морковка под землей растет! Ты что, сказки не читал?

Он плечами пожал.

Решили действовать методом тыка. Выдернули по одному растению из каждой грядки. У меня в руках оказался сочный зеленый стебель похожий на микро-капусту наверху. У Петьки – корень с ботвой, пахнущий укропом, только раза в три больше.

Тут на огород вышли бабушки и охнули:

– Вы что тут творите? Коля, у тебя цветная капуста, а это, Петя, петрушка.

Пришлось вспоминать все, что мы когда-либо слышали о травах от бабушек. По запаху, по форме листьев, по цвету стеблей мы пытались определить, что нужно оставить, а что вырвать. Ошибались, но деды наблюдали за нами и не спешили подсказывать.

И дедам от бабушки Маши досталось:

– Чего сидите, ухмыляетесь? Берите тяпки да вперед, займитесь прополкой с внуками, покажите «класс».

И бабушка Оля поддержала подругу:

– А я смотрю, расположились, как баре на привале. Сидят, в телефоны пялятся. Нет, так дело не пойдет. Огород – дело серьезное. Он халтуры не потерпит. Только дай волю сорняку, он все забьет. Ничего расти не будет, кроме травы. А потом, зимой, будете сидеть и говорить, что год неурожайный. Нет, мужики, надо работать!

А баба Маша пуще прежнего рассердилась:

– И не смотрите на нас так, будто вас на каторгу отправили. Полоть – это тоже своего рода медитация. Только надо отключить голову и просто работать. Чувствовать землю, чувствовать растение. И тогда, может быть, даже удовольствие получите. А может, и нет. Но польза точно будет! Идите на огород, прополите грядки! И чтоб через час ни одной травинки не осталось. Иначе сами знаете, что будет. Без пирогов останетесь!

Деды неохотно поднялись и стали нам подсказывать, где какая трава растет. Эта «прополка» превратилась в настоящий урок ботаники, проверку на внимательность и знания. Потом дедушки медленно наточили тяпки и встали рядом с нами. Мы к тому времени закончили вырывать сорняк на своих рядках. Деды-хитрецы позвали нас прополоть сорняк по помидорам, чтобы им меньше работать.

Сначала они ворчали про нашу лень и неумение, про то, что раньше в их годы. Но постепенно втянулись. Дед мой, Иван Петрович, вообще, как будто помолодел лет на десять. Когда вышел на пенсию, постоянно лежал на диване, телевизор смотрел, а тут – молодец! Тяпкой орудует, спину гнет, даже анекдоты травит.

Но я не все их анекдоты понимаю. Какие-то они у них специфические. Бывшие инженеры-конструкторы. Но главное, что весело. И работа спорится под эти разговоры.

А Петькин дед, Александр Степанович, оказался кладезем знаний по огородничеству. Он полол и рассказывал про разные сорта помидоров, про то, как правильно подвязывать, как поливать, чем удобрять. В общем, целая наука.

К обеду мы уже всю грядку помидорную выпололи. Устали, но зато какое чувство удовлетворения! Смотришь на эти ровные ряды помидорных кустов, чистенькие, без единой травинки, и прямо гордость берет. Не зря старались. И деды довольные, хоть и ворчат по привычке, зато пироги им точно полагаются!

К вечеру огород стоял чистый. Мы не только выполнили работу, но и узнали много нового о целебных растениях.

4

Отдых на берегу

За ужином бабушки объявили, что завтра выходной, и все отправятся на речку, а кто не захочет, будет убирать в доме и чистить в сараях. Деды руками и ногами поддержали это предложение. Кому захочется работать, когда другие отдыхают?!

Мы с Петькой завели будильники на шесть часов, помогли бабушкам сдоить коровушек и сложить еду в сумки.

Помня таз с холодной водой под ногами, я теперь смотрел на пол, прежде чем спустить ноги. Корова уже ждала, когда её отправят в стадо. А Петька меня не дождался и гнал Мушку по дороге. Я поспешил за ним, организовал Буренке и себе легкую пробежку.

Дед Сашко стоял у калитки и ждал нашего возвращения:

– Полчаса на сборы и выдвигаемся, занимаем лучшие места на берегу.

Через полчаса мы увидели дедушек с рюкзаками, бабушки несли объемные плетеные корзины с едой.

– Скажите, пожалуйста, а мы на сколько дней уходим? – поинтересовался Петька.

– Как получится, – засмеялся дед Сашко.

Бабушки тихонько захихикали.

– Слышь, Петька, что еще они задумали? – шепнул я другу на ухо.

– Увидим, – отреагировал он.

На берег мы пришли первые. Заняли место под деревьями рядом с кустарниками смородины. Деды достали шатер и заставили нас забивать колышки и привязывать веревку. Затем откуда-то из кустов достали раскладной стол и стулья.

– Вы вчера все здесь спрятали? – спросил Петя.

– Нет, оно нас всегда ждет в укромном месте, не зря же мы в армии служили. Умеем маскироваться на местности, – ответил дед Иван.

Пока мы устанавливали шатер, бабушки накрыли походный стол, и все принялись завтракать. Бабушка Маша взяла вкусное парное молоко. Оно еще не остыло. И мы с Петькой с удовольствием выпили по кружке.

– Теперь, парни, идем купаться, – сказал дед Сашко. – Солнце сейчас доброе, ласковое, а вода чистая.

Когда мы подошли к воде, заметили, как у самой кромки плескались мальки. Мы с интересом наблюдали за их игрой на пологом песчаном берегу. Вода еще не успела прогреться, но не обжигала, а приятно охлаждала тело. Мы с дедами поплыли на середину реки. Здесь чувствовалось, что холод поднимался со дна. Чтобы не замерзнуть, мы с Петькой поплыли к берегу.

Там нас ждали бабушки. Они накинули на нас большие теплые полотенца, нахлобучили кепки на головы и отправили греться на солнышко.

В пяти метрах справа от нас мы заметили вышку.

– В прошлом году её не было, – сказал Петька.

– Да, это её бизнесмен один поставил для всех. Его сын попросил, так он для детей расщедрился, – сказала бабушка Оля.

Постепенно берег заполнялся отдыхающими. Сюда шли семьями с детьми. Даже спасатель пришел в восемь часов и занял рабочее место на высоком деревянном наблюдательном пункте под деревьями.

Петька предложил попрыгать с вышки. Мы стали в очередь. Малыши катались с горки на мели, а ребята постарше устраивали заплывы на другой берег. Наконец, подошла наша очередь прыгать. Я поднялся первым. Высота вышки составляла около двух метров. Вроде невысоко, но страшно. Ноги стали предательски дрожать. Я не хотел показать страх и, зажмурившись, прыгнул «солдатиком». Дежуривший спасатель дождался, пока я вынырну, и только потом разрешил прыгать Петьке.

Друг, конечно, не мог упустить шанс покрасоваться. Он долго разминался, делая какие-то немыслимые пируэты руками и ногами, привлекал внимание девчонок, что грелись на солнышке. Наконец, он решился. Встал на край вышки, пружинисто подпрыгнул и полетел! Он пытался изобразить что-то вроде «бомбочки», но в последний момент передумал и выпрямился в полете. Получилось нечто среднее между «солдатиком» и «ласточкой», но зато с громким плюхом.

После прыжков мы решили опять поплавать. Мы ныряли, брызгались и соревновались, кто дальше проплывет под водой.

Наигравшись в воде, вышли на берег и поспешили под навес к бабушкам и дедушкам. Тут мы увидели и удивились, как дедушки ловко чистят рыбу руками, пальцами. Они запускали пятерню под чешую и двигали руку к голове. Чешуя послушно отделялась от туловища.

– Откуда рыба-то? – удивились мы.

– Из речки. Пока вы ныряли, дедушки наловили, – сказала бабушка Маша. – Теперь чистят, нам мастер-класс показывают.

– А варить дома? – спросил я.

– Сварим на берегу, идите за сухими ветками, – сказал дед Иван.

Мы пошли за хворостом, потрясенные ловкостью и умением дедушек.

– У нас не деды, а фокусники-иллюзионисты, – сказал Петька. – Никогда не знаешь, что выкинут в следующий момент.

– С ними не скучно, – поддержал я.

Когда мы пришли с сушняком, деды уже разожгли костер, установили треногу и повесили котел с водой.

– Точно фокусники, вода-то откуда? – спросил я.

– Там родник бьет, – дед Сашка указал рукой на деревья.

– Мы в роще ходили, вас не видели, – сказал Петька.

– Теперь роща, а раньше лес шумел, – ответил дед Иван.

Когда вода закипела, бабушки накрошили картошку и положили рыбу. Деды же палками запихивали целые картофелины в раскаленные угли и присыпали золой.

Мы с удовольствием уплетали вкусный необычный обед.

– Какой замечательный отдых вы нам устроили, спасибо, – сказали мы старикам.

Мы возвращались домой вечером. В волосах пахло рекой и водорослями, а на коже чувствовался легкий загар.

– А дедушки наши молодцы! – восхищенно сказал Петька. – Ты понял, как еще можно чистить рыбу? Они специально нам показали урок на выживание в лесу.

Дома бабушки приготовили окрошку из собственных овощей. Мы думали, что в нас еда больше не поместится, но ошиблись. После интересного дня мне снилось, как я прыгал с вышки и «ласточкой», и «солдатиком», и «бомбочкой».

5

Поход

Прошла неделя, я уже уверенно доил корову. Она благодарно лизала мне лицо за работу и вкусную еду. Огород сиял чистотой. Мы усердно помогали по хозяйству. После вечерней дойки решили с другом отдохнуть на лавочке около дома. Я заговорил о лесе. Мне не терпелось туда отправиться.

Петька задумчиво произнес:

– Летние дни не должны проходить скучно. Давай прогуляемся в лес.

Я сразу согласился:

– Конечно! Разве можно приехать в деревню и не посетить лес? Если он есть, пусть даже в полукилометре, нужно обязательно туда сходить. Давай отправимся с ночевкой.

– Одних нас никто не отпустит, бабушки за хозяйством приглядывают, а деды на подхвате, – заявил Петька. – А сбежать – себе дороже. Догонят и на огород отправят трудовую повинность отрабатывать, как крепостных.

Всезнающие деды быстро догадались, что мы что-то затеваем. Они поняли, о каком походе идёт речь, и сразу начали собирать рюкзаки.

Мы приятно удивились. Даже не нужно никого просить или отпрашиваться. Наверное, заслужили, но даже не представляли, что старые заговорщики приготовили для нас.

Первым делом они достали из пыльных сундуков армейские вещмешки с какими-то странными приборами, компасом, картами. Петька шепнул мне:

– Кажется, нас ждет не просто пикник.

Деды разрешили нам взять всё, что захочется. Только попросили, чтобы рюкзаки плечи не оттягивали.

В лесу дедушки сразу взяли инициативу. Они уверенно шли по едва заметным тропинкам, ориентировались по мху на деревьях и каким-то знакам. Мы с Петькой частенько поглядывали на табло смарт-часов и фитнес-браслетов, потому что решили проверить работу чудо-техники и узнать, сколько шагов мы пройдем, как изменится пульс при нагрузках.

Мы вышли на большую поляну, по краям которой росли кустарники и деревья.

Деды поручили нам поставить двухместную палатку. А сами принялись устанавливать военно-полевой шатер. Мы подглядывали, что и как делать. Наконец, наша морщинистая палатка стояла кособоко. Дед Сашко ухмыльнулся и заставил натянуть веревки и выровнять углы.

– Если этого не сделать, то при первом же дожде вы проснетесь в луже, – пояснил дед Иван.

– Глядите, какой у нас красавец! – причмокнул дед Сашко и показал рукой на шатер.

– А вы здесь надолго решили обосноваться? – спросил Петька. – Бабушки знают о вашем побеге?

– Вы же им сказали, – ухмыльнулся дед Сашко.

– Мы? Нет! Думали, вы скажете, – удивился я. – Петька, звони бабушке, а я своей позвоню.

Мы лихорадочно стали набирать номера телефонов. Но связь то появлялась, то исчезала. Пришлось взбираться на дерево. Я огляделся. Рядом с поляной росли липы, осины, акации и тополя вперемешку с елками и соснами. У меня получилось взобраться на липу. Она оказалась высокой. По раскидистым ветвям я легко взобрался наверх.

– Алло, бабушка Оля, мы в лесу с дедушками, не волнуйся и предупреди Петькину бабушку, – закричал я что было сил.

– Деды с вами?! – закричала бабушка.

– Они с нами, у нас все хорошо, – успокоил я её.

Я сидел на дереве и разглядывал окрестности. Но кроме густой кроны ничего не увидел.

– Колька, слезай! – закричал друг. – Сейчас будем учиться разводить костер.

Я понял, что еды у нас нет. Если бы взяли еду, то и костер нам не пришлось бы разжигать. Мы понадеялись на старших. А они – на нас.

Спустившись на траву, я спросил у деда Ивана:

– А еда есть на сегодня и завтра?

– Сейчас пойдем на озеро ловить рыбу и раков, – ответил он.

Мы с Петькой переглянулись.

– Откуда в лесу озеро, разве такое бывает? – спросил Петька.

– А вот бывает и не такое, – ответил дед Сашко.

– Давай делать отметины, чтобы не заблудиться, – предложил Петька.

Я достал из рюкзака скотч, куда же без него, и принялся обматывать стволы и ветки деревьев, что встречались нам на пути.

Через десять минут путешествия мы оказались на берегу лесного озера. Деды принялись расчищать место на берегу от поросли. Вскоре справа и слева от нас показались лежащие бревна.

– Дедушки! Когда бревна положили на берегу? Здесь стоянка первых людей была? – решил я пошутить.

– Здесь наше с Иваном место, – серьезно ответил дед Сашко. – Мы тут раков дерем. А сейчас и вы научитесь их ловить. Скидывайте штаны.

Мы неохотно разделись и полезли в озеро. Вода оказалась не такой и холодной. Мы шли вслед за дедушками и руками искали норы раков у дна.

– Есть! Ура! – закричал Петька, держа в руке крупную добычу.

– Кидай его на берег, а то убежит в озеро, – посоветовал дедушка Сашка.

Мы медленно продвигались вдоль берега то по пояс, то по колено в воде. Солнце стало в зенит. И деды скомандовали вернуться на берег. Дед Сашко из вещмешка достал тряпичный мешок и сложил раков.

– А варить их как? Мы кастрюлю не брали! – сказал я. – И где взять чистую воду?

– А мы их жарить будем, – сказал дед Иван. – В рюкзаке есть фольга. Костер разожжем и на углях приготовим.

Не знаю, как для Петьки, но для меня деды открылись с другой стороны. Они, оказывается, могли не только подшучивать над другими, но и научить нас выживанию в походе.

Нам поручили разжечь костер. Мы уже знали, как это делать. Сидели, ждали их и подкидывали сухие ветки, пока деды мыли раков в роднике. Вскоре пришли дедушки, расстелили фольгу, уложили раков и засыпали их углями. Раки готовились минут двадцать. За это время из фольги мы соорудили тарелки.

– Ребятки, как вы думаете, если бы я не взял фольгу, как бы мы ели без тарелок? – спросил дедушка Саня.

– Я бы широкий лист сорвал, – сказал Петька.

– А я бы раков на палки нанизал и зажарил, – ответил я.

– Если бы раков и рыбы не оказалось в речке или озере, как бы вы поступили? – спросил дед Иван.

– В лесу есть ягоды и грибы, – ответил Петя. – Только надо знать, какие можно есть.

– Этим мы и займемся завтра, – сказал дед Иван.

Вечером у костра деды начали рассказывать истории. Не только про медведей и волков, но и про какие-то секретные тропы, тайные поляны, заброшенные бункеры и тайные подземные переходы времен войны.

Ночью я услышал рев. Костер изо всех сил старался гореть ярко, но без моей помощи у него не получалось. Я встал и подкинул ветки на затухающие угли. Рычание послышалось еще раз. Рык непонятного зверя все приближался.

Петька, как назло, спал мертвым сном, ничем не выдавая присутствия в мире живых. Пришлось толкать его и трясти за плечи.

– Слышишь? – прошептал я.

Он промычал что-то невнятное и перевернулся на другой бок. Рев повторился гораздо ближе. Петька подскочил, как ужаленный.

– Что это? – прошептал он, дрожа всем телом.

Я пожал плечами:

– Сам не знаю.

Я инстинктивно потянулся к ножу, лежащему около спальника. Рядом раздался треск ломающихся веток. Зверь находился совсем рядом.

Не договариваясь, мы одновременно выскочили из палатки. Деды уже стояли настороже, освещая лес мощными фонарями. Они осветили две мохнатые фигуры, которые делали непонятные движения руками и качали головами, издавали устрашающие звуки, похожие на разъяренных котов. Вдруг лохматые фигуры опустились на четвереньки и замяукали. Вскоре мяуканье превратилось в истошный женский хохот.

– Кто вы? – спросил Петька.

Фигуры упали на спину и продолжали смеяться.

– Машуня, ты это?! – удивленно спросил дед Сашко.

– А рядом Оленька?! – протянул дед Иван.

– Бабушки?! – воскликнули мы хором с Петькой.

Бабушки перестали смеяться и поднялись с земли:

– Здорово мы вас разыграли?

– Никогда бы не подумали, что вы на это способны, – сказал дед Сашко.

– Как же мы могли не воспользоваться вашим камуфляжем лешего, – сквозь смех произнесла бабушка Оля.

– Отличные маскировочные халаты! В таких только воров пугать! – поддержала подругу бабушка Маша.

Оставшуюся часть ночи мы просидели у костра, вспоминали ощущения и смеялись над собой.

– Мы вам проверку устроили. Теперь видим, что вы команда, и можно вас отпускать в поход надолго, – сказала бабушка Оля.

Завтракали молоком и свежим пирогом с начинкой из картошки с мясом

– Сегодня мы займемся сбором ягод и грибов, – сказал дед Саша. – Бабушки, слушаем вас внимательно.

– Держите пакеты, идем со мной. Я рассказываю, вы слушаете и выполняете приказ, – строго сказала бабушка Маша.

Мы отправились за бабушками по дороге, слушали лекцию о грибах, которые попадались по пути. Бабушка Оля рассказывала о ягодах и признаках съедобности.

Потом собрали вещи и вернулись домой.

6

Старый дом

Когда мы возвращались из леса домой, заметили на опушке старый дом.

– Что за дом такой, кто там жил? – поинтересовался Петька у дедушек.

Они остановились, переглянулись. Я заметил хитринку в глазах деда Сашко.

Но тот серьезно ответил:

– Лесник обитал с семьей, но все куда-то исчезли за одну ночь.

– Уехали, отца перевели на другое место работы, – сказал я. – Что тут странного?

– Так-то оно так, да, не так. Там по ночам в окнах загорается тусклый свет, будто кто-то ходит со свечой и что-то ищет. Большие тени видны в окнах, а иногда кто-то подвывает нудно, страшно и протяжно, – сказал дед Иван, пряча улыбку в отросшие усы.

– Хватит вам мальцов стращать, ночью спать не будут, – вмешалась в разговор бабушка Маша.

Мы об этом разговоре скоро забыли, но, гуляя на околице села, услышали протяжный вой и детский плач. Мы с Петькой замерли, прислушались. Но увидели приближающееся стадо, отвлеклись, пошли помогать пастуху, чтобы коровки не разбежались.

По дороге домой мне не давал покоя детский плач. Я шел и думал: «Дом пустой, как там мог оказаться ребенок? Заблудился? Где его родители? Или кто подкинул? Но почему не людям на крыльцо, а в старую избу около леса. Непорядок. Надо проверить».

– Сегодня после ужина жду тебя у калитки, возьми фонарик, спички и какую-нибудь палку, пойдем дом осматривать, – сказал я другу.

А сам побежал в сарай искать фонарик. Палки не нашел, но положил в рюкзак на всякий случай небольшой молоток.

Солнце уже зашло. В этой местности темнело быстро. Бабушкам мы сказали, что ложимся спать, а сами отправились к старому дому.

В темноте плач неизвестного существа звучал громче. У нас мурашки бежали по спине. Мы подошли к обветшалому крыльцу. Краска облупилась, стекла разбиты, ставни болтаются – все говорило о запустении. Петька медленно обошел дом, постарался не шуметь. Плач доносился из подвала.

Я с трудом нащупал дверь под окном и заглянул внутрь.

– Ну и запашок тут! – воскликнул я. – Гнилой и затхлый запах одновременно.

Плач становился отчетливее. Петька достал из кармана фонарик и направил луч света в темноту.

В углу подвала, свернувшись калачиком, лежал маленький котенок. Он жалобно мяукал и дрожал от холода. Петька облегченно вздохнул. Это всего лишь котенок.

– Что с ним делать? – спросил я.

– Я положу его в рюкзак, там хлеб. Он поест и уснет, – предположил Петька.

Я согласился. Опять раздался вой. Мы выскочили на улицу и увидели, что старые двери дома сами открывались и закрывались, петли скрипели, что-то протяжно выло. Мы замерли. Я задумался, что или кто решил нас напугать. Мы понимали, что привидений не существует. Дверной концерт вызвал у нас желание узнать, кто так шутит. Я предложил Петьке подойти к окнам и быстро включить фонарик, чтобы шутник не успел удрать.

Петька скользнул вдоль стены дома. Я приготовился к неожиданностям, достал из рюкзака молоток. Тишина давила на уши, она прерывалась лишь завыванием ветра и скрипом злополучных дверей. Луч фонарика пронзил темноту, высветил входную дверь.

– Никого, – прошептал Петька.

И в этот момент мы опять услышали вой. Звук шел из сарая, который стоял в глубине двора. Его двери то открывались, то закрывались. Моё сердце заколотилось. Петька схватился за мою за руку. Становилось по-настоящему жутко. Но интерес победил страх, и мы двинулись вперед.

При свете луны увидели, как большая лохматая фигура шмыгнула в сарай.

– Слушай, что-то эта фигура напоминает бабушек в лесу, одежда такая же, они нас в ней пугали.

– Может, это они? – сказал я.

Осторожно мы прокрались в сарай. Руки дрожали. Фонари выхватывали из мрака то груду старых досок, то ржавые грабли, то какие-то старые бесформенные тряпки. Мы не понимали, куда делась огромная фигура в лохмотьях.

Я почувствовал, как Петька схватил меня за рукав.

– Смотри! – прошептал он и указал дрожащим пальцем в угол сарая.

Там, в самом темном месте, копошилось что-то большое. Тряпки шевелились, они издавали тихий шуршащий звук. Мы на цыпочках двинулись вперед. Подошли ближе и рассмотрели старое чучело. Петька протянул руку и сказал:

– Мягкое, набито травой. А на нем халат.

Я нервно засмеялся. Петька тоже выдохнул.

– Тебе этот халат ничего не напоминает? – спросил Петька.

– В этом халате твоя бабушка доит корову, – ответил я. – Опять деды шалят.

– Давай закричим, пусть выходят на свет, – предложил друг.

– Нет, не надо, давай их напугаем, – зашептал я, тихонько смеясь.

– Давай, но как? Мы же не знаем, где они, в сарае или в доме. Что придумать? – Петька чесал затылок, оглядываясь по сторонам.

Идея пришла внезапно.

– У меня есть телефон, – прошептал я. – Ты взял свой?

– Обижаешь! Он всегда со мной, – обрадовался Петька.

– Сначала осмотрим сарай, потом подойдем к дому с разных сторон. Ты идешь к дверям, я проберусь к окнам за домом. Протянем руку внутрь. И одновременно включим на телефонах рингтон полиции. Увидим, что произойдет, – сказал я.

Когда мы с Петькой нашли нужный звуковой эффект, заняли места у дома и включили звук на полную мощность, в пустом доме эхо разнесло оглушительный полицейский рингтон.

В доме раздался топот и грохот. Я замер. Сначала ничего не происходило, лишь звук сирены продолжал резать слух. Вскоре послышался треск разбитого стекла. Кто-то пытался выбраться из дома.

Я побежал на звук и увидел, что из бокового окна какая-то фигура неуклюже переваливалась через подоконник. В свете луны мы увидели огромного кота, который, испугавшись полицейской сирены, решил покинуть убежище.

Кот бросился прочь и скрылся в кустах. Но грохот не прекратился. Мы побежали к дверям. В большой комнате стоял добротный старинный платяной шкаф. Дверь сама открылась. В большом отделении стояли родные дедушки плечом к плечу с закрытыми глазами. Такого мы не ожидали увидеть.

– В глаза не светите, – сказал дед Сашко.

– Так инфаркт можно получить, – засмеялся дед Иван.

– Дедушки, с вас пример берем, а бабушек с собой не прихватили? – спросил Петька.

– А вы их не нашли?! – удивился дед Иван. – Они же в сарае.

Мы побежали выручать бабушек. Стали светить фонариками. Раздетое чучело также лежало в углу. Обшарили другие углы, но бабушек не обнаружили.

– Они, наверное, ушли, – сказал Петька. – Жалко.

На смену недоумению пришла легкая досада. Получается, все наши страхи и ночные приключения зря?

– Подождите, – вдруг сказал дед Саша, прищурившись. – А вы хорошо смотрели под сеном?

– Под сеном? – мы с Петькой переглянулись.

О сене мы как-то и не подумали, забыли. В углу сарая возвышалась большая куча сухого сена.

Без лишних слов мы бросились к копне. Разворошили верхний слой, увидели старую деревянную дверь, что вела в подпол! Вот где, оказывается, скрывались бабушки!

Мы с трудом открыли скрипучую дверь, посветили вниз. В подполе с фонариками в руках сидели бабушки. Они поднял головы и засмеялись.

Мы единодушно решили, что на сегодня приключений достаточно, отправились домой.

– Подождите, – закричал Петька, – а котенок где?

– Ты же его в рюкзак положил, – сказал я.

– А рюкзак где? Неужели в подвале оставил? – Петька спустился в подвал.

Я пошел с другом. На земляном полу лежал Петькин рюкзак. Он осторожно пощупал плотную ткань и облегченно вздохнул. Котенок, наелся хлеба и спокойно спал. Петька аккуратно поднял котенка и понес наверх.

– Бабушка, можно, он поживет с нами? – Петька вопросительно посмотрел на родных.

– Он привык к свободе, поэтому поселим его в сарае с Мушкой, – сказала бабушка Маша.

Ночь выдалась бурной, поэтому бабушки решили нас утром не будить и дать возможность выспаться.

7

Клубника

Проспал я до обеда, вышел во двор и увидел, как Петька делает зарядку.

– Привет, друг, чем сегодня займемся? – закричал я.

Петька медленно повернулся и нехотя ответил:

– Клубнику собирать, поспела уже.

На крыльцо вышла бабушка Оля и позвала меня завтракать.

– Бабушка, а наша клубника созрела, а то Петька собирается урожай собирать? – спросил я.

Бабушка косо глянула на меня, бросила кухонное полотенце на спинку стула и вышла. Я посмотрел в окно и увидел, что она направилась к бабе Маше советоваться. Я уже позавтракал, а она все совещалась. Затем зашла в кухню и строго сказала:

– Можно собирать только созревшие ягоды. Но лучше это сделать вечером, сейчас жарко, книжку лучше почитай.

Я понял, что утром бабушке кто-то испортил настроение. Спорить не стал, а пошел в сад, забрался в гамак и принялся рассматривать листья яблони и облака. Петька увидел меня и повис на заборе.

– Что, не пускают рвать клубнику? – спросил он.

– Вечером пойду, а то солнышко башку напечет, – ответил я.

– Наверное, бабушки договорились, и я вечером пойду, – заявил друг.

– Слушай, я вот думал, думал и надумал, что-то тут нечисто, давай видеокамеры установим, откуда они все про нас знают? – предложил я.

– У меня нет камер, я не думал, что за нами следят днем и ночью, – ответил Петька.

– А я заранее подумал и купил в городе. Хотел снять фильм про нас с тобой, а не о старичках, – сказал я. – Кажется, они отдыхать легли, полезай на дерево, фиксируй. Другую прикрепи в том конце двора.

Петька выполнил мои указания. Я принес ноутбук и принялся проверять готовность к работе:

– Порядок, когда пойду на дальний огород, включу, потом увидим, что они без нас делали.

Когда солнце перестало припекать, мы собрались на огород. Там росли кусты смородины, малины, а между ними ровными рядами краснела спелая клубника.

Нарвали мы по два ведра, домой идти за другой посудиной не захотели, остальную решили в рот собирать. Сначала ели всю подряд, потом стали выбирать покрупнее, а когда разыгралась икота, то уселись на землю и принялись пить воду, приговаривая: «Икота, икота, уйди к Федоту…». Но икота не собиралась уходить.

– Знаешь, надо друг друга испугать, тогда икота закончится, – сказал я.

– Чем я тебя испугаю, а ты меня, мы же знаем все друг о друге? – заявил Петька.

Тут мой взгляд упал на жука-оленя. Неизвестно откуда он взялся. Я осторожно поднял жука и зажал в ладони. Жук принялся лапками щекотать ладошку, пытался выбраться. Петька сидел ко мне спиной и обрывал созревшие ягоды смородины. Я осторожно подошел к другу, положил за ворот рубахи жука и стал трогать его соломинкой. Жук начал перебирать лапками. Петька сначала прислушивался к ощущениям, потом стал бить себя руками по плечам.

– Скидай рубаху! – закричал я.

Петька стянул рубашку через голову и принялся лупить ею по спине.

Вдруг и я почувствовал, что по телу у меня что-то ползает. Я закричал и снял рубашку:

– Бей, бей! – закричал я, поворачиваясь спиной к Петьке.

Петька стал рубахой смахивать насекомых.

– Кто это был? – спросил я, когда опасность миновала.

– Муравьи огромные залезли, а у меня кто сидел? – спросил друг.

– Я тебе жука-оленя посадил, – признался я. – И получил от муравьев.

– Расплата не заставила долго ждать, – улыбнулся Петька. – А икота-то прошла. Идем домой.

Вечером бабушка поставила на стол миску с клубникой, налила молоко, наложила сметаны.

– Ешь на здоровье, внучок, – сказала она, улыбаясь.

– Спасибо, бабушка, – я для приличия взял одну ягодку и запил молоком.

В животе заурчало, бабушка сидела напротив и наблюдала, как я ем.

– Еще бери. Ты же работал, заслужил, – пододвигала она клубнику к моей кружке.

После следующей порции ягод и молока я сорвался с места и побежал в уличную уборную.

– Внучок, ты чего, плохо тебе, что ли? – дед Иван постучал в дверь. – Переработался, перегрелся?

Я вышел из туалета, не смея поднять глаза на деда.

– Переел, – только и смог ответить.

За ночь раза три я бегал на улицу. Утром дед и бабушка обрывали плодоножки у клубники и ели крупные ягоды. Другие складывали в большую кастрюлю для варенья.

– Внучок, присоединяйся, поешь клубнички, – веселился дед.

– Будет тебе, хватит, он все понял, – сказала бабушка. – Иди друга проведай. Может, ему помощь нужна.

Петька выглядел не лучше, чем я. Живот до сих пор крутило.

– Может, таблетку какую выпить? – спросил я. – Ты не знаешь?

– Что, друзья, совсем плохо? – бабушка Маша протянула по кружке с травяным отваром. – Выпейте, полегчает, но больше не жадничайте.

– Мы не очень много съели, – начал оправдываться Петька.

– Да-да, до икоты наелись, – засмеялся дед Сашко. – Мы все видели.

– Так вы за нами следили? Нет, чтобы помочь, ну и дедушка, – обиделся Петька.

– Колька, иди в дом завтракать, – позвал дед Иван. – Хватит проведывать. Впредь наука будет.

После завтрака мы с другом устроились в гамаке в ажурной тени фруктовых деревьев. Я притащил ноутбук.

– Ты понял, что они следили за нами? Сейчас увидим, как они это делали, – сказал я.

Петька от нетерпения нажал на «Пуск», и мы увидели фильм.

Первая камера записала, как дед Иван полез на крышу. Там лежала лестница. Он взобрался на самый верх и оттуда через армейский бинокль наблюдал за нами.

– Ведро наполнили, за второе принялись. Работают на совесть. Ни одной ягодки в рот не положили, – кричал он вниз.

Вторая камера показала, что дед Сашко залез на дерево, а бабушка Маша ходила внизу и просила:

– Слезай, слезай, разобьёшься. Лучше иди на чердак, оттуда все увидишь.

Но дед сидел молодцом, поглядывая на жену сверху и пояснял:

– Второе ведро полное, но они домой не собираются. Решили клубники поесть.

Дед Иван закряхтел:

– Слышь, Ольга, они уселись на траву к кустам смородины. Кажется, икота на них напала и не проходит.

– Откуда ты знаешь, тебе слышно, что икают? – спросила бабушка.

– Не слышно, но вижу, что плечи и тело дергаются через раз, сначала у одного, потом у другого, – ответил дед Иван.

– Сашко, видно тебе? – закричал Иван.

– Вижу, вижу! Твой жука нашему сажает на шею, балуются, – засмеялся Сашко.

– Когда домой придут? Не собираются? – переживала бабушка Оля.

– Идут, идут уже. Слезаем! – дед Саня стал спускаться вниз.

– Ох, верхолазы. Никогда не подумаешь, что в семьдесят лет они такие спортивные и при живом уме, – восхитился Петька.

8

Орешник

Через три дня наши животы успокоились, беда забылась, обида прошла. Огород стоял без сорняков. Дедушки и бабушки теперь ягоды собирали сами. А мы следили за небольшим хозяйством – наливали воды курам, кормили зерном. Дружок лениво ходил на цепи. А Петькин пес Шарик все время спал в тени. Петька занимался тем же. Наконец, нам надоело скучать.

– Что бы такое придумать, Колька? – спросил Петька.

– Знаешь, за нашим лесом есть орешник, дед рассказывал, как они туда мальцами бегали лакомиться, – сказал я. – Давай пойдем и соберем орехов или шишек. Реабилитируемся. А то клубнику нам деды никогда не забудут.

– Записку оставить надо, еду собрать, воду взять, – по-взрослому рассудил Петька.

– Хорошо, согласен, напишем, возьмем, – ответил я.

Солнце после обеда решило поиграть с нами в прятки. Оно то исчезало за тучку, то снова появлялось на небе.

– Погода не очень, – заныл Петька. – Ожидается дождь. Смотри, что прогноз погоды показывает.

– Надо взять дождевики, – сказал я. – Сапоги резиновые надень.

Лес, как всегда, встретил нас прохладой и шелестом листвы. Петька шел впереди, уверенно прокладывал путь сквозь заросли травы и кустарника. Я плелся сзади, старался не отставать, попутно отгонял назойливых комаров.

Смешанный лес дышал. Пение птиц, стрекот кузнечиков, жужжание пчел – все создавало неповторимую музыку. Под ногами хрустели сухие ветки. Вдалеке слышалось ворчание белки. Мы же нарушили покой на её территории.

Впереди показались очертания орешника. Нас манили высокие кусты с зелеными плодами. Петя принялся трясти ветки, и спелые орехи градом посыпались на землю. Я же взял холщовый мешок и принялся их собирать.

Работа спорилась. Скоро мешок наполнился доверху. Мы разложили орехи поровну в рюкзаки. Нам показалось мало. Жадность захватила нас. Добрали до верха. Только собрались идти домой, как небо заволокло тучами. Ветер стих, и даже птицы умолкли, предчувствуя беду. Тяжелые капли дождя упали на листву.

Петька встревоженно посмотрел на меня:

– Кажется, гроза надвигается. Надо спрятаться, пока не началось грозовое представление.

– Доставай плащи, – скомандовал я.

Мы бросились под деревья, сели в укрытии под густыми кронами кустов. Молнии пронзали небо, лес на мгновение озарялся ярким светом. Раскаты грома оглушали, заставляли вздрагивать от каждого удара. Дождь превратился в настоящий ливень, потоки воды хлестали по земле.

То ли от страха, то ли от ливня стали мерзнуть. Мы прижались друг к другу, попытались согреться. Петька для поднятия духа начал фантазировать про лесных духов и заблудившихся путников. Я слушал его, пытался отвлечься от плохих мыслей. Меня волновало, как мы вернемся домой.

Гроза бушевала долго, но постепенно начала утихать. Молнии стали реже, раскаты грома тише, а дождь превратился в легкую морось. Когда тучи рассеялись, и солнце снова осветило лес, мы выбрались из нашего укрытия. Осмотрелись. Везде стояли лужи. Земля с травой чавкала под ногами. Хорошо, что мы надели резиновые сапоги. С листьев орешника стекали капли. Свежий воздух пах озоном и влажной землей. Мы облегченно вздохнули, подняли мешки с орехами и направились домой. Главное, что остались целы и невредимы.

Неширокая спокойная река превратилась в бушующий поток. Она несла обломки веток и листья. Легкого мостка не оказалось на месте. Вода превратилась в мутный и грязный шоколадный кисель. Берег скрывался под слоем воды. Там образовалось топкое болото.

Мы оглядели окрестности.

– Придется искать другое место для переправы, – сказал я.

Мы пошли вдоль берега. Хотелось найти более узкое место или поваленное дерево, которое могло бы послужить мостом. Но чем дальше мы шли, тем шире становилась река.

Мы остановились передохнуть и оглядеться. Петька указал рукой вперед. В метрах ста от речки виднелось одинокое дерево. Оно лежало поперек потока.

– Здесь попробуем! – воскликнул он. – Проверь лямки рюкзаков, подтяни, чтобы не спадали.

Дерево оказалось скользким и шатким, но другого перехода не нашлось. Петька первым ступил на ствол. Он стал медленно и осторожно продвигаться вперед. Я шел следом, вниз не смотрел, чтобы не закружилась голова. Рюкзак тянул назад. Я наклонился вперед и чуть ли не ползком одолел трудный путь через бурную реку.

Путь по дереву казался бесконечным. Наконец под ногами мы ощутили твердую землю, скинули рюкзаки и присели на них. Мы радовались, что избежали опасности. Гроза и разбушевавшаяся речка стали для нас настоящим испытанием. Есть что рассказать домашним.

– Гляди, куст с ягодами. Давай соберем. Удивим бабушек, – предложил Петька.

Я поддержал и вытащил из кармана два целлофановых пакета.

– Откуда? Зачем брал? – удивился друг.

– Если ноги промочим, наденем, и порядок, – пояснил я.

Как всегда, мы увлеклись. Собрали ягоды, название которых не знали. Петька с трудом завязал кульки, и мы пошли за рюкзаками. Мой лежал на месте, а Петькиного не оказалось.

Он стоял и думал, кто его мог взять:

– Неужели дедушки тут? Колька, ты шаги не слышал?

– Я видел только ягоды, увидим, они скоро дадут о себе знать, – успокоил я друга.

Но на этом приключения не закончились.

Петька предложил попытаться найти пропавший вещмешок. Мы пошли вдоль берега. В кустах услышали странный шум. Что-то большое и неуклюжее копошилось там, ломало ветки, тяжело дышало. Кто или что прячется в этих зарослях? Сердца наши забились быстрее.

Петька достал из кармана складной нож и медленно двинулся вперед. Я последовал за ним, крепко прижимая к себе мешок с орехами.

Мы подошли ближе и увидели огромного кабана. Он сидел на вещмешке.

– Устал бедный, отдыхает, воришка, – прошептал Петька.

– А как же он мешок перетащил? – спросил я.

– Наверное, его нога попала в петлю лямки. Он шел и тянул его за собой, – рассудил Петька.

– Может быть, может быть. Никогда бы не поверил, если бы сам этого не видел, – сказал я.

– Тише, ждем, – сказал я.

Мы устроились за кустами орешника, достали бутерброды и принялись есть. Кабан почуял запах еды, встал и стал жадно рыться в земле. Мы услышали хрюканье и выглянули из-за веток. Хряк поедал сочные корни и личинки. Он настолько увлекся вкусным занятием, что не сразу заметил нас.

Я застыл на месте. Петька подошел к кабану, осторожно выдернул из-под хвоста рюкзак и стремительно побежал ко мне. На ходу я схватил кульки с ягодами и понесся, не разбирая дороги. Только слышал, как сзади кто-то тяжело дышал.

«Ос-та-нав-ли-ва-ться нель-зя», – стучало в голове.

– Пе-тька, э-то ты там? – срывающимся голосом только и смог выкрикнуть я по слогам.

– Я, я, беги, – закричал друг.

Мне под ноги попался торчащий корешок какого-то дерева, и я рухнул на землю, но успел подумать, закрывая глаза: «Всё, больше не могу, пусть ест».

Внезапно над головой раздался громкий треск. Я со страху потерял сознание. Очнулся, когда меня кто-то тряс за плечи. Это оказался Петька. Он привел меня в чувство, дал воды и пирога с мясом.

– Откуда эта еда? – спросил я, ничего не понимая.

Петька удивленно посмотрел на меня:

– В твоем рюкзаке лежал пирог, ты что забыл, что ли?

Я сел, опершись о ствол дерева, туго соображая, что произошло:

– А что это треснуло так громко? Выстрел или ветка?

– Стрелял? Тебе это приснилось! – Петька вопросительно посмотрел на меня.

– Я слышал звук выстрела, кто-то выстрелил и отогнал кабана от нас, – утвердительно сообщил я. – Поищи пулю.

– Вставай, пойдем домой, поздно уже, темнеет. Надо быстрее выйти из леса, – рассудил Петька.

– А где дом? Куда идти? – не унимался я.

– А компас на что? – рассердился Петька, приглаживая волосы. – Быстро встал и пошел.

Я медленно брел за другом, нес за спиной тяжелый рюкзак, а в руках – кульки с ягодами и удивлялся, как я их не раздавил при падении.

Вскоре между деревьями показались огни деревни. Первый фонарный столб говорил, что там начинается наша улица. Мы неспеша шли по улице.

– Хорошо, что темно, никто не увидит нашу грязную одежду, – рассуждал я.

– Старички увидят. Но мы им ягоды и орехи, и они не станут ругаться, – старался предугадать будущие события Петя.

Но дома нас никто не ждал. Я вышел во двор, Петька тоже.

– Что делать будем? – спросил он.

– Переодеваемся и идем их искать, – сказал я.

Мы вышли за околицу, включили фонарики и знакомой тропой пошли в лес. Трава уже успела высохнуть. Мы вошли в ночной лес, он жил особой жизнью. Его наполняли странные звуки.

– Идем по тропе, здесь мы еще не ходили. Деды нас вели по им известным меткам. А здесь ходят люди, дорога должна куда-то привести, – размышлял Петька.

Вскоре сквозь листву кустарников и толстых стволов деревьев мы увидели огонек. Он шел из окна какой-то избушки.

– Что это за сооружение из бремен? – спросил я. – Курьих ножек не хватает.

– Идем тихо, заглянем в окошко, – предложил Петька.

Мы подошли к окну, встали на цыпочки и заглянули внутрь.

За столом сидели наши бабушки и дедушки с каким-то мужиком. Они разделывали тушу животного.

– Ага, вот кто стрелял, это охотник! – воскликнул я. – Ну что же, заходим!

Мы вошли без стука. Остановились у двери. После темного леса свет резко ударил в глаза.

– Интересно, откуда здесь свет? – озвучил я мысли.

– Бензиновая станция работает, – сказал дед Саня.

– А что вы тут делаете? – спросил Петька.

– Мы вас ждем, дома-то побывали, рюкзаки и ягоды куда дели? – спросил дед Иван.

– Дома оставили. А это вы стреляли? – не удержался я. – Это вы нас спасли?

– Спас вас дед Никифор, лесник здешний, – ответила бабушка Маша. – Если б не он, загрыз бы вас кабан.

– Ну, хлопчики, чего носы повесили, помогайте, – весело сказал лесник. – Берите ножи, режьте мясо на куски и ставьте вариться, пока бабушки жир обирают.

Мы схватили ножи и стали быстро нарезать мясо.

– А пожарить можно? – спросил Петька.

– Можно, сковородку ставь, жир кидай и жарь, – дал поручение дед Никифор.

Пока мы возились с мясом, лесник пожарил картошку, достал соленых огурчиков. Через час все сидели за столом и ели вкусный ужин. Такого пира мы еще не видели. Заночевали здесь же, в соседней комнате. Утром с гостинцами от лесника отправились домой.

9

Сторожа

Дни без работы тянулись долго и нудно, поэтому решили повторить «подвиг» деда Сани и залезть на дерево с биноклем, узнать, что делается на дальнем огороде. Мы с другом расположились рядышком на соседних ветках.

Сверху открывался прекрасный вид. Вся округа как на ладони: покосившийся забор дяди Коли, стайка гусей, важно вышагивающих по траве, и даже крыша соседского сарая, давно просившая ремонта. Но нас интересовал дальний огород.

И тут мы увидели маленьких человечков, которые сновали по клубнике.

Утром отправились на проверку. Издалека увидели, что рядки нарушены, имеются проплешины. Ладно бы собрали ягоды, а то еще вытоптали кусты.

Первую партию клубники мы успели собрать. На подходе ожидали другую, ведь бабушки посадили ремонтантную, которая дает урожай до осени.

– Не просто воры побывали, а вредители, – сказал Петька. – Надо их проучить.

Но как?

– Сделаем чучело. Помнишь, в кукольном театре игрушки ходили, поднимали руки и ноги, разговаривали, – сказал я.

Мы нашли палки, ветки, консервные банки. Это заметили деды, а дед Сашко подколол нас:

– На рыбалку собираетесь, али в лес за кабанчиком?

Мы угрюмо посмотрели на него. Тот замолк и на полном серьезе спросил:

– Пацаны, что случилось?

– Огороды наши попортили, вытоптали клубнику, украли ягоды, – сказал я. – Думаем сделать пугало.

– Пугалом птиц напугаешь, да и то не всех, а здесь надо технически подойти к вопросу, – сказал подошедший дед Иван.

Итак, мы нашли палки, консервные банки и страшную маску из клеенки. Петька расписал её фотолюминесцентной краской. Сели под яблоней и принялись создавать страшилище. Из старых холщовых мешков сделали туловище, руки и ноги набили соломой. Прикрепили клеенчатое лицо и пошли за подмогой. Бабушка Оля принесла старые дедовы штаны, а бабушка Маша – вылинявшую косоворотку. Пугало стало похоже на мужичка. Дед Иван принес кепку и водрузил чучелу на голову. Дедушки сбили крест и прикрутили страшилище проволокой к перекладине. Получился человечек. При помощи твердой проволоки он мог двигать руками и ногами. Затем мы отправились на огород устанавливать сторожа.

– Дед Саша, а бутылки пластиковые зачем? – спросил я.

– Сейчас определим направление ветра и привяжем их так, чтобы они звучали при малейшем дуновении.

– Хлопцы, разматывайте бобину с пленкой от старого магнитофона, опоясывайте человечка, рвите пленку, делайте пушистые концы, чтобы они шелестели.

– А когда ждать воров? – спросил Петька. – Когда они придут?

– Никто этого не знает, надо дежурить, – сказал дед Иван. – Вы пойдете вдвоем, мы по очереди.

Когда мы вернулись домой, бабушек не застали. Через время вернулась бабушка Оля и сказала:

– Петровна варит варенье из клубники, но у нее своя есть.

– А Ивановна торгует около магазина, – закричала через забор бабушка Маша.

– Всё не то, мальчишки, прогуляйтесь по улице, навестите сверстников, разведчиками поработайте, – сказал дед Сашко.

Мы с Петькой сели на электровелосипед и поехали по улице. За селом, заметили группу ребят нашего возраста. Подъехали ближе, поняли, что они что-то делят.

– Чего не поделили? – спросил я.

– Вовка клубнику принёс, угощает, – сказал Федька, самый высокий рыжеволосый мальчишка.

– Вовка, где ты её взял? – спросил Петька.

– А тебе что? Завидно? Езжайте мимо, нам и без вас мало, – огрызнулся черноглазый Вовка.

– Ладно, ладно, нам некогда, коровы уже идут, – сказал я.

Встретив Буренку и Мушку, мы разошлись по домам помогать бабушкам.

Дед Ваня за ужином спросил:

– Что узнали?

– Мальчишки это налет сделали, Вовка с соседней улицы, – ответил я.

– Что ж, зарядим ружье солью, – рассудил Дед Иван. – Сегодня я заступаю.

Ночь прошла тихо. Я не слышал выстрелов. Дед Иван на рассвете явился домой.

За завтраком я принялся расспрашивать. Дед стал обстоятельно рассказывать:

– Ружье у меня старенькое, дедовское, еще с войны осталось. Соль крупная, морская, специально запасена для таких случаев.

Ночь. В огороде тихо, только сверчки стрекочут. Слышу шорох в кустах. Сердце забилось чаще. Выглядываю из засады, никого нет. Спрячусь, опять шуршит.

Тихонько раздвигаю ветки. И что же я вижу? Ёжик! Маленький такой, колючий, фыркает. За клубникой, видимо, пришел. Ну и ладно, пусть ест. Ёжику не жалко. А вот если бы мальчишки сунулись, тут уж я церемониться не стал бы. Солью, так солью! Но больше никто не приходил.

На следующую ночь охранять клубнику отправился дед Саша.

Ночью мы слышали крики и голоса.

Утром пошли к соседям. Нас встретила бабушка Маша, пригласила завтракать. А дедушка Саня принялся рассказывать о ночных приключениях:

– Я удобно расположился в кустах смородины, подложил старый тулуп и задремал после сытного ужина. Снилось мне пшеничное поле, золотые набитые колосья, да блестящий новый комбайн.

Проснулся от странного шума. Сначала показалось, что ветер в ветвях играет, но потом услышал приглушенный смех. Прищурился, выглянул из-под куста. И точно! В лунном свете, как на ладони, четверо силуэтов крадутся к грядкам с клубникой.

Я нашарил в траве палку и выскочил из кустов, заорал во всю глотку:

– А ну стоять! Ворье!

Пацаны помчались. Только пятки засверкали в лунном свете. Я мчался за ними, размахивал палкой. Бежал, бежал, да только куда там мне за молодыми угнаться.

Но споткнулся о камень и рухнул в траву. Палка отлетела вперед. Лежу, еле дышу, а надо мной мальчишки уже стоят, хихикают:

– Ну что, дед, испугался? – спросил самый смелый.

Я отряхнулся, поднялся на ноги и сказал:

– Я вас угостить хотел! А вы стрекача дали!

Пацаны переглянулись, и тут до них дошло, что испугались сами себя.

– Ладно, дед, уговорил, давай клубнику, – сказал тот же смелый мальчик.

Я выделил им рядок. Они ели прямо с кустов. Как наелись, я им молочка со слабительным подсунул. А кто молоко не пил, тот водой с лекарством запивал. Пошли они домой, потом побежали. Мне интересно стало, что случилось. Я отправился за ними. Луна хорошо освещала окрестности. Смотрю, а они сидят на корточках.

– Так вот кому мы обязаны больными животами?! – воскликнул Петька. – Не ожидал. Дед, ответ за нами.

– Сегодня пойдем мы, – сказал я.

– Нет, не пойдете. Сегодня они не придут, вспомните, сколько вы болели, готовьтесь через два дня, – сказала бабушка Маша.

Мы вышли из-за стола и пошли в сад под деревья обсудить предстоящее мероприятие.

– Петр, у нас ружья нет. И никто нам его не даст. Давай настроим на телефонах зловещий рингтон. Помнишь, как деды испугались, только не спать, – серьезно сказал я.

– Надо выспаться днем. А перед этим намекнуть пацанам, что клубника поспела по второму разу, спелая, сладкая, вкусная, – сказал Петя.

Через два дня мы с другом отправились искать мальчишек. В руках держали кульки с клубникой и ели, причмокивали.

– Пацаны, где клубнику брали? – спросил лохматый рыжий Федька.

– На дальних людских огородах вкусная такая растет, сладкая! – закричал Петька.

– Дело сделано, готовимся к ночи, – сказал я.

Мы пришли до темна, привязали леску к рукам и ногам чучела, настроили телефоны и принялись ждать гостей. В зарослях смородины нас никто не смог видеть. Вскоре послышались детские голоса и смех. Они обсуждали неудачную попытку поесть клубники. А сегодня они взяли с собой корзинки и ведра.

– Ты гляди, основательно подготовились, – сказал я.

Сердце забилось. В предвкушении шалости руки слегка дрожали.

Дети не подозревали о засаде. Они приблизились к грядкам и принялись собирать спелые ягоды в рот. Потом решили оставшуюся собрать в тару. Лунный свет играл на их лицах, выдавал беззаботное веселье.

Пришло время действовать. Я дернул за леску, и чучело, словно призрак, резко взметнуло в воздух ноги, замахало руками. Одновременно с этим из динамиков телефонов раздался жуткий вой.

Эффект превзошел ожидания. Мальчишки, словно стая перепуганных воробьев, взвизгнули и бросились врассыпную. Корзинки и ведра разлетелись в разные стороны. Клубника рассыпалась по всей грядке. В воздухе повисла тишина, нарушаемая лишь нашим сдавленным смехом.

Мы выждали немного, пока воришки не скрылись из виду, и вылезли из укрытия.

– Думаешь, надолго мы их отвадили? – спросил Петька.

– Не знаю, дед Иван расскажет, – предположил я.

Мы собрали брошенную тару и отправились домой. Тихонько прокрались в сарай и улеглись спать на душистое сено.

Утром мы показали бабушкам и дедушкам добычу. Старики сразу определили, чьи ведра и корзины. Деды взяли их и пошли к магазину.

– Зачем понесли их? – спросила бабушка Маша.

– Хозяевам отдадим, а заодно расскажем, чем занимаются их внуки, – сказал дед Иван.

10

Сладкая месть

Через два дня бабушка решила, что следующая партия клубники созрела. Она позвонила соседке Маше. Та объявила деду и внуку, что пойдем собирать урожай на дальний огород.

Мы с Петькой с ведрами и корзинами шли первыми.

– Зачем столько тары? Можно подумать, что там километровая плантация, – бурчал друг.

Старики шли в прекрасном настроении, рассказывали смешные анекдоты.

– Слушай, Петька, а как бы нам разыграть их. Животы-то у нас и правда болели, но сочувствия мы не получили, обидно, – я шел, сбивал носком бутсов мелкие камешки с дороги.

– Завтра подумаем, что предпринять, как раз клубники наедимся. Все должно случиться правдоподобно, – Петька обернулся и посмотрел на веселую компанию. – Как дети, себя ведут.

На огороде мы схватились за голову от увиденного. Перед нами раскинулось море спелой клубники.

– Успеть бы до заката, – пробурчал Петька.

Дедушки и бабушки заняли по два рядка, Нам наделили три на двоих.

Мы присели на корточки и стали нехотя рвать ягоды.

Деды-затейники увидели это и решили устроить состязания.

– Итак, мальцы, начинаем соревнование, кто каждый из нас быстрее и качественнее соберет в ведро ягоду, – дед Иван встал, поставил руки в боки и свысока из-под козырька кепки посмотрел на нас. – Каждый в свое ведро!

– Ну что, молодежь, покажете класс?! – провозгласил дед Сашко, сверкнув озорным взглядом из-под соломенной шляпы.

Бабушки захихикали. Они ожидали «театрализованное» представление. И вот дан старт! Мы с другом рванули к рядкам, словно спринтеры.

Сначала наблюдали, как работают старички. Затем их азарт раззадорил и нас.

Клубника так и манила! Красная, спелая, сочная – настоящее лакомство для глаз и желудка! Наши пальцы замелькали, как у пианистов-виртуозов, ягоды полетели в ведра. И деды не отставали! Только слышали их ворчливые комментарии, советы, подначки.

– Эх, молодежь, у вас ягоды с листьями! – смеялся дед Иван.

И вот после упорной борьбы наши ведра наполнились до верху! Мы победили! Точнее, победили клубнику! Деды, конечно, пытались оспорить результат, но довольные улыбки выдавали их с головой. Вечером нас ждал клубничный пир!

К закату мы собрали зрелую ягоду, но спина не хотела разгибаться, и мы повалились на расстеленное покрывало.

– Помощники нам хлипкие попались, – смеялись деды. – Клубнички не желаете?

– Дома помоем и поедим, – ответили мы. – Не хотим, чтобы животы заболели от грязи.

Через час стало темнеть, и мы засобирались домой. Вечером никто не захотел перебирать ягоды, поэтому ведра с клубникой поставили в холодный погреб.

Наши спины болели, руки дрожали, а ноги гудели, будто там пчелиный рой поселился. Мы уселись на лавку у дома и ждали, когда бабушки подоят коровок.

Наконец, бабушка Маша принесла кувшин с парным молоком. Мы накинулись на него! Глотали так, что еле успевали переводить дыхание. Сразу полегчало. Тепло разлилось по телу, усталость понемногу стала отступать. Но сон одолевал нас. Мы поплелись каждый в свой дом.

Я медленно разделся и рухнул в прохладную постель. Мне снилось клубничное море, где волны – это спелые ягоды, а берег – бесконечная грядка, с рубиновыми сокровищами. Я плыл по этим волнам на лодке, из клубничных листьев, и каждое весло оставляло за собой сладкий ягодный след. Клубничные чайки с алыми клювами и крыльями в семечках кружили над нами. Они распевали песни о щедром урожае.

Как ни странно, но поднялся я рано. Тело ныло, но я помнил, что надо выгнать Буренку в стадо.

Петькина Мушка уже неспешно жевала траву у нашего забора. Мы поприветствовали друг друга. Мне не терпелось рассказать необычный сон. Петьке тоже снились чудеса.

– Представляешь, мы превратились в бабочек, – говорил он, ему не терпелось рассказать сон, – мы летали над полями и раскрашивали красками неспелые ягоды в красный цвет. А потом мы с тобой сидели за огромным столом с клубничными пирогами, вареньем, компотами и даже клубничным мороженым и наслаждались.

После завтрака наше дружное соседское семейство принялось сортировать ягоды.

– Ребятки, выберите для себя покрупнее и идите в сад отдыхать, а мы сами справимся, – предложила бабушка Маша.

От жадности мы выбрали самую крупную и спелую ягоду в большие миски и уселись в саду.

– Надо для убедительности молока взять, – вспомнил Петька вчерашний разговор.

– Нет, лучше сметану с сахаром. Быстрее подействует, – ответил я.

Сначала мы ели быстро, почти не жевали, целиком проглатывали сладкую в сметане ягоду. Потом устали, но решили доесть, не пропадать же добру.

– Слушай, Петька, у меня и правда живот заболел, – я взялся за живот и стал прислушиваться, что происходило внутри.

– А мне хорошо, нормально, еще съем, – Петька зачерпнул пригоршню и отправил в рот, заедая сметаной.

Вскоре мы устали уплетать клубнику и заснули в гамаке.

А проснулись, когда услышали смех во дворе. Это дед Саша и баба Маша возвращались домой через потайную калитку в заборе между дворами.

– Пора, – шепнул я, – повторяй за мной.

Я специально упал на траву и закричал:

– Ой, больно, больно!

Петька тоже упал и закричал. Мы катались по земле, держась за живот, издавая такие душераздирающие стоны, что сам Шаляпин позавидовал бы нашему диапазону. Петька умудрялся при этом еще и всхлипывать, а я, чтобы не отставать, добавил театральные закатывания глаз под лоб.

Бабушки, словно заполошные курицы, бегали вокруг нас и кричали:

– Что случилось, хорошие наши?!

Дедушки подскочили, как ужаленные, и хватались то за сердце, то за поясницу, наверное, решили, что у них самих приступ. В общем, мы произвели оглушительный эффект!

Дальше начался цирк с конями. Бабушки пытались напоить нас каким-то чудодейственным отваром из трав, дедушки принесли градусники. Мы, естественно, от всего отказывались, продолжая корчиться и стонать. В итоге, бабушка Оля, всхлипывая, позвонила в «Скорую», а дедушка Иван начал лихорадочно тыкать пальцем на кнопки телефона, пытаясь дозвониться нашим родителям.

И тут мы не выдержали. Только родителей здесь не хватало. И мы расхохотались прямо посреди этой трагикомедии. Бабушки с дедушками замерли, словно их поразил гром. В их глазах читалась целая гамма чувств – от облегчения до праведного гнева.

Но «Скорая помощь» все-таки приехала. Бабушки рассказали, что произошло. Мы слышали, как они разговаривали со знакомым врачом, а после тихонько хихикали.

– Ох, чую, вечер будет томным, – нахмурился я.

– Проверка прошла на «Ура». Но мы теперь точно знаем, что старички безмерно любят нас! А слабительное после ужина, наверное, тоже обеспечено, – предсказал Петька.

И расплата случилась быстрее, чем ожидали. Меня первого позвали на веранду для осмотра. Затем пригласили Петьку. Доктор назначил лечение – клизма.

Мы попытались незаметно выскользнуть с веранды. Но деды стеной встали у двери.

– Любите кататься, любите и саночки возить, – сказал врач. – Не повредит.

Так закончилась наша сладкая месть.

После медицинской экзекуции мне приснился сон, в котором мы с другом сидели в кругу семьи, делились собранным урожаем и смеялись от души.

11

Сценарий

После вчерашней промывки желудков мы с Петькой сидели под яблонями в саду и думали, что бы такое сделать полезное для бабушек и дедушек. Но мысли не лезли в голову. Солнце припекало, мухи жужжали, и единственное, что приходило в голову, как бы дотянуться до самой спелой яблони и сорвать вон то, красное, наливное.

– Слушай, – вдруг сказал Петька, отгоняя назойливую осу, – а может, им просто скучно?

Я нахмурился:

– Скучно? Ну да, наверное. Телик смотрят целыми днями, да в домино играют.

А вот если бы им театр какой-нибудь устроить?

Я чуть не подавился:

– Театр? Это ты серьезно? Мы же не артисты!

– Ну и что? Зато весело будет! Сцену вон там, у сарая соорудим, костюмы из старых тряпок сделаем. А пьесу про репку, например. Все же знают! – пояснил друг.

– Идея, конечно, безумная, но что-то в этом есть, – поддержал я друга.

– Представь, как бабушки и дедушки сидят на стульях и смотрят на нас, актеров. А мы изображаем дедку и бабку, тянем репку, – сказал Петька и улыбнулся.

– Ладно, – сказал я, – уговорил. – Будем ставить «Репку». Но ты за сценарий отвечаешь!

Петька радостно хлопнул в ладоши:

– Есть! А ты декорации мастеришь.

Так и решили. Скучать, как говорится, некогда.

– Так как же написать сценарий, что это за зверь такой? – сетовал Петька.

– Ты пиши диалоги, кто что сказал, – советовал я, почесывая затылок. – Только на новый лад. Пусть будет не репка, а что-то необычное, типа «Репка в космосе» или «Репка против зомби».

Петька задумался и прикусил кончик ручки, за что нас ругали в школе и родители. Вид у него стал сосредоточенный, будто он решал уравнение тысячелетия.

– Космос, говоришь? – пробормотал он. – Космос – круто. Там лазерные пушки, инопланетяне. Может, репка – это космический корабль, а дед с бабкой – пилоты?

Я представил себе картину и невольно улыбнулся. Дед Ваня в скафандре, бабушка Оля в шлеме пытаются вытащить космический корабль-репку из гравитационной ловушки.

– Звучит интересно, – сказал я. – Но как они её вытаскивать будут? Звать инопланетных трактористов?

– Нет, – возразил Петька. – Они позовут робота-внучку, кибер-жучку, нано-кошку и нано-мышку! У каждого необычная способность!

Я засмеялся:

– Ну ты и выдумщик! Ладно, пиши. Главное, чтобы бабушкам и дедушкам понравилось. И чтоб мы слова не забыли, а то опозоримся.

Петька энергично застрочил в тетрадке. «Надеюсь, из этой затеи выйдет что-то стоящее. А то, как представлю нас в космических костюмах. Впрочем, главное – хорошее настроение», – думал я.

Работал Петька до вечера. Потом помог бабушке сдоить корову, поужинал. Мы встретились перед сном на лавочке у моего дома, там лампочка лучше горела.

– Ну, показывай, сценарист, что у тебя за сказка на новый лад получилась с космическим кораблем и кибер-животными? – потребовал я.

Петька откашлялся и развернул тетрадку. Лицо у него горело от предчувствия.

– Слушай внимательно, – начал он, – «Галактическая репка. Миссия – спасение урожая. Эпизод первый. Далекое-предалекое будущее. Старый космический фермер Дед и его верная спутница Бабка бороздят просторы вселенной на своем звездолете «Репка-1». Их миссия – доставить на родную планету семена редкого сорта галактической репы, от которой зависит жизнь колонии. Но внезапно корабль попадает в гравитационный колодец черной дыры!

Он сделал паузу, чтобы драматически вздохнуть:

– Дед говорит: «Черт побери! Гравитация растет! Бабка, держи курс!».

Бабка отвечает: «Пытаюсь, Дед, пытаюсь! Но «Репка-1» не слушается! Нам нужна помощь!»

Я хмыкнул, уже представляя эту сцену. Петька продолжил:

– Дед вызывает подкрепление: «Робот-внучка, высылай кибер-жучку, нано-кошку и нано-мышку! Они единственные, кто сможет вытащить нас отсюда!»

Ремарка: «И тут появляются наши супергерои! Кибер-жучка с лазерным лучом, нано-кошка с гравитационными когтями и нано-мышка, которая может прогрызть любой барьер!»

Он отложил тетрадку и посмотрел на меня с гордостью:

– Впечатляет?

Я усмехнулся:

– Впечатляет, впечатляет. Только не знаю, как мы это изобразим с нашими тряпками и сараем.

– А это мы придумаем, – отмахнулся Петька. – Главное, сценарий готов! Завтра начнем репетировать! Слушай, а давай сарай сделаем космическим кораблем?

– Лучше туалет, он меньше. И тряпья для декорации мало надо. Полезли на чердак за старьем, – скомандовал я.

Чердак встретил нас густым запахом пыли и сушеных трав. В дальнем углу стоял бабушкин сундук с маленьким навесным замком. У стены напротив – старый комод без дверцы. В нем лежала кипа старых газет и журналов, казалось, здесь собрано все, чем пользовалась наша семья.

Петька первым делом накинулся на сундук. Он с легкостью открыл замок ключом, что висел рядом на веревочке. Из сундука он торжествующе вытащил старый тюль и порванную занавеску в цветочек.

– Из этого сделаем иллюминатор! – заявил друг, прикладывая тюль к себе на лицо.

Я тем временем рылся в куче старых глянцевых журналов.

– Смотри, тут целые развороты про космос! Можно обклеить стены туалета, получится настоящая космическая станция, – предложил я и развернул цветные листы.

Работа закипела. Мы таскали тряпье, журналы, газеты и старые доски к туалету, представляли, как он преобразится. Петька воодушевленно рисовал маркером на досках какие-то загадочные символы, а я вырезал из журналов фотографии космонавтов и планет. Вечерело, когда довольные, мы стояли перед нашим творением. Туалет, обклеенный журналами и украшенный тюлевыми «иллюминаторами», больше не казался унылым строением. Он выглядел настоящим космическим кораблем, готовым к старту.

– Слушай, а как они поймут, что это космический корабль. Давай сзади костер разведем, будто он собирается лететь из ловушки, – предложил Петька.

Идея с костром мне показалась немного безумной, но в ней таилось что-то завораживающее. Представил, как дым клубился вокруг нашего «космолета» и создавал иллюзию взлета.

– Опасно это, – осторожно сказал я. – Могут загореться сарай и дом. Надо ведра с водой поставить.

Мы немного подумали, прикинули риски и выгоды. В итоге решили, что без костра не обойтись.

Развели небольшой костер в старой железной бочке, которую нашли в сарае. Пошел густой дым, словно ракета готовилась к старту. Он окутывал наш туалет-космолет таинственной дымкой.

– Теперь похоже на правду! – воскликнул Петька, сияя от восторга. Он достал старую кастрюлю и начал колотить по ней палкой, имитируя звук сирены. Я подхватил его безумство и начал изображать голос диктора, который объявлял о начале полета.

Получился полный бедлам, но весело! Наш космический корабль, в дыме «готовился» покинуть бренную Землю. Интересно, что соседи подумали? Костер мы, конечно, потушили, но накидали в бочку обрезки журналов, сучья и палки, чтобы скрыть незаконное проникновение на чердак.

Мы не знали, что за нашими действиями наблюдали дедушки и бабушки.

– Олюшка, наши озорники что-то готовят, – сказал, улыбаясь, дед Иван.

– Скоро увидим, надо предупредить соседей, чтобы панику не подняли. А вы с Санькой проследите за ними, – дала дельный совет бабушка Ольга.

12

Спектакль

На следующий день мы занялись приготовлением сцены во дворе. Натянули лохмотья на туалет, перетащили будку для песика. Дружка посадили рядом. Старый пес, хоть с мясом, хоть без мяса, никуда двигаться не хотел. За него мы не волновались. Кошке Мурке, что нашли в старом доме, налили молока и положили мясо. А вот мышки не достали. Ну, не все сразу, как говорится.

Решили, что собачья будка – это пункт управления полетами, а кошка – важный член экипажа, отвечающий за моральный дух. Петька пытался научить кошку произносить: «Мяу-мяу! Земля в иллюминаторе». Но Мурка больше интересовалась мясом.

Потом мы разбросали вокруг туалета всякий хлам: старые шестерёнки, провода, куски жести. Типа, после аварийной посадки. Петька даже пытался притащить старый велосипед, но бабушка его остановила, сказала, что это перебор.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.