Андрей Корольков
Записочки. Часть 3. Однажды я…

Предисловие – книга написана в хронологическом порядке для вашего удобства.

Глава 1. История о том, как я шил семейники.

Однажды я учился в школе, как и все. И время это было прекрасное, поскольку школа была авторитетная, а именно: имени А.С. Пушкина. С первого класса я дал понять одноклассникам, что я крут в литературе и русском языке, предметы у нас вела милая бабушка-пенсионерка, помню только имя – Лидия. Так мы и учились с первого по пятый класс, под её надзором. Вторая моя влюблённость (первый раз я влюбился ещё в детсаду), произошла здесь, в третьем классе. Мне стала нравиться одна девчонка по имени Катя, но я никому об этом не говорил, лишь лучшему другу. Катя сидела слева от нашей парты с мальчиком-хулиганом по имени Карен. Они периодически с ним общались, но я стал глядеть на неё гораздо чаще во время уроков. Мечтал, будто мы, взявшись за руки бежим по школьному двору. Так и не признавшись ни в чём, я закончил учёбу в 4 классе, а когда мы пришли на сборы после лета, в пятый класс, я увидел её очень неаккуратно подстриженной, её волосы, которые доставали до спины были грубо и неумело срезаны (видимо кем-то из родных), и это настолько испортило впечатление о ней, что все мои чувства куда-то подевались разом. Дальше мы начали ходить по классным комнатам, так как предметов стало больше и по каждому был теперь свой учитель. До 9 класса мне никто так и не запал в душу, я не влюблялся. Одним из предметов были "труды" – по идее там урок должен был разделяться на "мужской" и "женский" труд. Наш трудовик был хорошим мужиком, но, конечно же, пьющим. Мужские труды в 5-6 классе проводились в подвале, где была мастерская. Там мы узнали, что такое киянка, как ею работать, и сделали каждый крючки-вешалки из дерева. На этом всё закончилось, потому что по какой-то причине трудовик ушёл, либо его уволили. И вот, 7 класс, озорные пацаны были прилеплены к урокам женского труда, чтобы не болтались и не натворили бед, пока девчонки учатся шить и готовить салаты. Помню эти уроки, у нас их вели почему-то две молодые женщины. Они рассказывали нам анекдоты, смешные случаи, мы хорошо болтали с ними, но также они и требовали с нас, мальчишек, выполнять задания. Единственным заданием, которое я и некоторые мои друзья выполнили – это был пошив одежды. Там я научился шить, пришивать пуговицы, но заданием было: сшить мужские трусы. Не помню, как я смог, видимо они нам всё объясняли, но в итоге у меня получились собственноручно сшитые подштанники. Конечно же, я их не носил, и не помню, куда они вообще в итоге делись.

Глава 2. История о том, как я сделал вино из компота.

Однажды я отдыхал на летних каникулах в детском лагере. Сразу дам поправку: за своё детство я не раз бывал в разных детских лагерях, все они располагались в горах, которые в двух часах езды от нашей столицы. Как-то нас, детей, привезли на автобусе, мы вылезли со своими сумками (у меня лично был вместительный чемодан), и нам сказали ждать, пока уедет предыдущая смена. Пока ждали немного познакомились между собой. В итоге прошлая смена уехала, а нам разрешили зайти в отряд. Каждый выбрал себе кровать, все расположились, и время побежало. Там я познакомился с Витей. Мне было лет 15 тогда. Нас собрали в летнем концертном зале и что-то показывали, а я как аутсайде, ушел и стоял позади сцены один. Тут ко мне подошёл он, познакомился. Даже не знаю, откуда, у меня тогда были с собой сигареты. Мы покурили, и с этого момента держались вместе. Мои сигареты закончились, но мы научились их находить. Всё было просто: на завтрак каждый день давали варёные яйца, а мы их обменивали у местных торгашек, которые приходили на отшиб, прямо на территорию лагеря, и меняли нам одно яйцо на три штучные сигареты. Расписание в лагере было примерно такое: 7:00 – подъем и зарядка на футбольном поле. 8:00 – завтрак в столовой. 13:30 – обед. 14:30 по 16:00 – сончас. 16:30 – полдник. 19:00 – ужин. 20:00 по 22:00 – дискотека. В перерывах между едой мы занимались интересными вещами. Например, было такое увлечение – где-то раздобыв осколки от кирпича, мы тщательно их обтачивали возле арыка с проточной водой; в основном делали из них сердечки, но кто-то умудрялся сделать что-то более сложное. В том же арыке мы устраивали "лодочные" соревнования: запускали веточку, символизирующую кораблик, и смотрели, чья же приплывёт к финишу первой. Но самым интересным дневным занятием была конечно же игра на компьютерах "Правец" в компьютерном кружке. Там были простые, но до умопомрачения интересные игры, в которых я делал большие успехи. Первая игра – в танки: на экране два танка, разделенных рельефом, и надо выбрать угол и учесть силу ветра так, чтобы попасть ровно по сопернику. Вторая игра – двухмерный боулинг, в котором надо было вовремя нажать клавишу броска, и ты мог с первого раза сбить все кегли, то есть выбить страйк. Наставником был доброжелательный мужчина, и мы приходили и тренировались играть, а потом были соревнования, и я занял второе место.

Надо сказать, что к тому моменту все мы пробовали уже домашнее вино, и имели небольшое представление об алкоголе.  Меня в середине смены навестили родители, и среди прочей снеди привезли компот, который в итоге остался, и я забрал его с собой в отряд. И решил, что смогу сделать подобие вина. Мы с Витькой напихали в пластиковую бутылку с компотом хлеба, ещё чего-то, и оставили на окраине лагеря на поляне среди травы, бродить на солнце. Дня через четыре нетерпение взяло верх, и мы отправились проверять наше вино. Бутылки на поляне не оказалось. Мы не расстроились, а принялись около туалета на скамейке обсуждать возможные пути исчезновения нашей браги. Тут из туалета с озабоченным видом вышел мой приятель, и кряхтя пошёл мимо нас. "Что случилось?" – спросил я его. "Живот болит", – ответил он. "Третий раз уже в туалет пришёл". Я говорю: "Странно, все же одно и то же едят, мы вот нормально", и киваю на Витю. А приятель говорит озадаченно: "Да я выпил ерунду какую-то, сам не знаю что". Тут мы с Витькой переглянулись, и я говорю: "А ты ее случайно не на полянке нашёл? Красная такая?". Приятель говорит: "Да, это ваша что-ли?" Тут мы с Витькой так и прыснули от смеха, я сквозь слёзы говорю: "Это мы вино делали, значит не получилось у нас вино". Но и Витьку я однажды разыграл. Нашли мы с другом женскую губнушку на земле, и не знаем, что с ней делать. Тут у меня идея, дерзкая, но жажда посмеяться пересилила, и я говорю: "Витька уснёт, я утром ему губы намажу". Так всё и вышло, намазал я, сам от смеха еле сдержался, и вот команда "Подъём", все сонные идут сразу на зарядку. Я это дело не любил, и всячески отлынивал. Все ушли, а я послонялся где-то и вернулся к отряду. Уж не знаю, что именно произошло на зарядке, но Витю определили быстро, с красными губами, и, наверное, смеялись над ним, так что он гонялся за мной с некоторым остервенением после этого, тем не менее, мы это прошли нормально, мы же сдружились там. Особой магией на нас воздействовали тогда рассказы нашего молодого вожатого перед сном. Мы все укрывались по самый подбородок и ждали, что же он нам расскажет на этот раз. Истории его не были кровожадными или страшными, просто в них было всего в меру, ни одну из них я не запомнил, но все потом разом засыпали и не устраивали ночную бучу, как бывало. Наказанием за одну из таких "буч" было вот что: весь отряд мальчиков подняли с мест и отправили на футбольное поле во главе с заведующим, заставили всех разом поднять футбольные ворота и пронести их в другой конец поля и обратно. Я в этом не участвовал, это было с другим отрядом, но ребята сказали, что потом спали как кони. Однажды мы с Витькой подглядывали за женским отрядом в вечернее время, перед дискотекой, когда девчонки пришли с ужина и стали переодеваться. Пригнувшись, недалеко от окон, мы сидели и ждали. И вот наши красавицы стали, болтая о чём-то, снимать одежду. Я струханул и не глядел, то ли угол обзора не позволил, а Витька сказал потом, что успел увидеть красивую грудь одной брюнетки. Также мне удалось позже увидеть грудь одной девчонки: мы пошли среди ночи мазать девчачий отряд зубной пастой, и одна спала без лифчика, прикрытая по пояс одеялом. Дискотеки проходили всегда с хорошей музыкой на открытом воздухе. Витя смешно танцевал под хип-хоп вычурно выкручивая руки и подгибая ноги, я же делал, как мне казалось, элегантные пассы ладонями и слегка покачивал головой.

Финалом нашего пребывания в лагере был большой прощальный костёр. Все собрались, (как и каждый день), на линейку, там заведующий сказал прощальную речь, посередине был сложен из крупных веток костёр, который подожгли, и он горел красиво, символично, сжигая из нашей памяти всё плохое и оставляя сиять лишь хорошие воспоминания.