Владимир Чуприна
записки старого алтарника

Владимир Чуприна.

Блаженный

Глава поселкового Совета толкнул дверь в кабинет участкового и заглянул, не переступая порога:

– Дело есть! – обратился он к полицейскому, потом кивнул на угрюмого мужика, сидевшего напротив стража порядка, и добавил: – Тет-а-тет надо…Зайдешь, после…

Хозяин кабинета оторвался от бумаг, ворохом лежавших на столе, и мотнул головой:

– Угу.

Он собрал документы в охапку, резко повернулся, не вставая со стула, и сунул бумаги в железное нутро сейфа, черневшего за спиной. Стул под инспектором заскрипел и накренился, пытаясь избавиться от груза. Но участковый, балансируя ногами, удержался на нем и вернулся в исходное положение, уперев локти в стол.

– Еще раз Тамарку побьешь – закрою! Ты понял? Надоел уже всем: и жене, и соседям, и мне! Закрою! Ты понял? – обратился он к небритому посетителю.

Мужик сгорбился и закивал.

– Понял, я спрашиваю? – участковый требовал озвученного ответа.

– Да понял я, Каримыч! – мужчина резко распрямился и глянул на инспектора, порываясь что-то сказать в свое оправдание. Пахнуло перегаром.

– Вчера с пацанами по пол-кило на грудь… – начал он хрипловатым голосом.

-2-

– Хватит! – крикнул участковый. – Иди, давай! Не желаю твой бред слушать! – поморщился он, отмахиваясь рукой. – Как из бочки несет! Фу-у! Это ж какую печень надо иметь, а?

После слов про печень, помятое небритое лицо преобразилось, расплываясь в улыбке, как от похвалы. Мужик поднялся.

– Бес попутал, Каримыч! Зуб даю, больше не…

– Иди, иди, я сказал! – полицейский стукнул кулаком по столу, прерывая речь задержанного, и указал на дверь.

– Ага! – обрадованный мужик вскочил, поклонился за чем-то, и ринулся на свободу.

Каримыч снова повернулся на расшатанном стуле, захлопнул дверцу сейфа, порылся в ней ключом, похожим на длинный загнутый гвоздь. Все это он проделал привычно ловко балансируя ногами.

Наконец участковый поднялся, развел руки в стороны, потягиваясь до хруста в суставах, прогоняя усталость.

* * *

Кабинет председателя был напротив. Сделав пару шагов, инспектор пересек коридор и очутился перед табличкой с надписью « Ново – камышинский сельский округ. Геннадий Кириллович Селезнев». Не постучав, он с шумом распахнул дверь.

Председатель и участковый в общении между собой были накоротке, и обходились без лишних церемоний. Мужчины знали друг – друга много лет, с детства, они учились в одной школе, более того в одном классе и считались закадычными приятелями.

– Чо у тебя, Ген? – бросил инспектор и протянул руку для приветствия, хотя виделись они пять минут назад. После рукопожатия приятели приобнялись, чего никогда не делали в присутствии посторонних, сохраняя на людях

-3-

официальную дистанцию, но наедине любили выказать дружеские чувства.

– Падай! – указал на стул Геннадий Кириллович.

– Ох, насиделся! – вздохнул Каримыч. – Бумажных дел, во, сколько! – он провел ребром ладони по горлу. – Как у бухгалтера! – усмехнулся полицейский. Но, согнув одну ногу в колене, навалился бедром на край председательского стола.

– Тут такое дело, – начал Геннадий Кириллович, – опять этот, чокнутый, – уточнил он. – Жалуются люди…

– Снова роет? – вскинул брови участковый.

– Ну! – подтвердил председатель. – Представляешь?…

– Чо он там ищет?

Председатель пожал плечами:

– Черт его знает! Хотя – а, – протянул он в раздумье, – есть одна версия: говорят, там меди зарыто видимо – невидимо. Помнишь, ремзавод ломали? Отходы кучами вывозили…

– Когда это было, – участковый слез со стола, вынул из кармана пачку сигарет. Он закурил и заходил по комнате: – Кто там только не копал. И мы пацанами… Помнишь? А Витька рыжий потом бульдозером завалил яму. Помнишь?

– Во – во! – вскинулся председатель, – за – ва – лил! – по слогам произнес он, смакуя слово, – именно за – ва – лил! – Слово трепыхалось в председательских устах, как пичуга, попавшая в силки. – За – ва – лил! – в третий раз с удовольствием подчеркнул глава сельсовета. – Представляешь, – Геннадий Кириллович вдруг перешел на шепот, – если этот шахтер докопался, – там же целое состояние можно заработать! Медь, знаешь, по чем щас?

Полицейский с любопытством уставился на приятеля, задавая немой вопрос о цене.

-4-

Глава поселка выставил указательный палец и ткнул им в дальний угол

кабинета, словно там находился пункт по приемке цветного металлолома

– Тыща за кило!

Участковый присвистнул:

– Иди ты!,,,

– Во – о! – опять протянул довольный председатель. – И я о том же! Слушай, Марат, – заговорил он, распаляясь, – давай, шуганем этого рудокопа. Я организую племянника, пусть поковыряется с пацанами. Может неплохо выйти, если что, а?!

Полицейский в раздумье потер переносицу большим пальцем руки, в которой держал сигарету.

– Идея неплохая, так – то! – согласился он. – Только это, – участковый снова потер переносицу и глянул на замеревшего в ожидании друга, – как делить будем, если там и вправду…

– Пополам! – выпалил заготовленный ответ председатель.

– А племянник? – встречный вопрос вылетел с такой же быстротой.

– Да кинем молодняку сколько – нибудь! Это уже моя забота, не переживай!

– Ну, тогда по рукам!

– Лады!

Председатель и участковый скрепили договоренность рукопожатием.

– В общем, план такой, – начал озвучивать свой замысел Геннадий

Кириллович, – с первого мая мы, как всегда, объявляем месячник по уборке мусора. Очистка там, вывоз… ну, ты знаешь, – обратился он к полицейскому.

– У – у! – кивнул тот.

– Так вот, – развивал свой бизнес – план глава округа. – Просто так взять и

-5-

прогнать этого дурика со свалки мы не можем. Правильно? – обратился он к партнеру по предстоящей сделке с вопросом. – Не имеем права.

– Ну, да! – согласился тот с юридическими доводами

компаньона.

– Вот тут месячник нам и на руку! – заулыбался председатель. – Завтра я скажу своим, чтобы развесили объявления: так, мол, и так – вводится контроль за складированием мусора; штрафы, там, и всякое прочее. Чтоб

не бросали вдоль дороги и на полигоне где попало не выкидывали, – председатель излагал не торопясь, давно продуманный план. – А проследить за порядком мы попросим участкового! – хитро заулыбался он, довольный своей изобретательностью.

– Понял! – выказал свое согласие Каримыч и добавил, – нам бы трактор с ковшом, а? Или бульдозер? Чтобы копнуть по полной…

– Это идея! – подхватил председатель. – Я организую!

Он выставил ладонь руки навстречу участковому, жестом предлагая другу довериться ему. Приятели ударили рука об руку.

На том и порешили.

* * *

Посетив школу, больницу, узел связи и детский садик, Геннадий Кириллович собрал сельский сход, объявляя месячник по благоустройству и призывая односельчан блюсти порядок на свалке, грозя штрафами. Он делал так каждый год, весной, уже много лет подряд, но порядка на мусорном полигоне не прибавлялось. Мусор из поселка в сторону свалки везли, но выбрасывали, не доезжая, где-нибудь в придорожной канаве или прямо на дорогу. А чаще всего, хоронясь от постороннего взгляда, захламляли лес, что примыкал к свалке.

Ни уговоры, ни рейды, ни дежурства у полигона не действовали. И взрослые, и малолетние жители поселка дружной стеной противостояли

-6-

здравому смыслу. Поэтому обращение председателя за помощью к участковому никого не удивило. Наоборот, его поприветствовали как меру справедливую и, возможно, кардинальную, которая наконец-то поможет урезонить нерадивых и заставит их складывать мусор в отведенном месте. Никто и не подозревал, какой умысел спрятан под этим решением.

«Наводить порядок» или воплощатьучастковый начал уже на второй день месячника. Он прибыл на полигон вечером, подкараулив «рудокопа» – конкурента, судьбу которого накануне решал с другом – председателем.

«Конкурент», сухощавый старик в расстегнутой камуфляжной ветровке, толкал перед собой ржавую одноколесную тележку, на которой покоилась куча из битых бутылок, сплюснутых банок, обломков ящиков, грязных лоскутов тряпья, и еще ни весть чего. Над кучей, возвышаясь, как флагшток, торчала лопата.

– Эй! – окликнул полицейский старика.

Тот оглянулся.

– Иди сюда! – поманил пальцем страж порядка, стараясь придать своему лицу суровости.

Прихрамывая на правую ногу, мужчина сделал несколько шагов и остановился, вытирая лоб рукавом:

– Здравствуйте, Марат Каримович!

– Ты чо тут делаешь! – не отвечая на приветствие, властным тоном приступил к задуманному разговору представитель власти.

– А что такое? – на лице пожилого человека родилось удивление. Он даже слегка развел руки в стороны, а его голос зазвенел.

– Разве ты не знаешь, что месячник объявлен? – игнорируя вопрос собеседника, добавил строгости в голосе участковый.

– А – а… – начал было удивленный труженик свалки.

-7-

– А тогда почему тащишь куда попало всякую дрянь? – ответил за него страж законности, брезгливо кивнув на тележку.

– Я не куда попало! – удивление от неожиданного внимания блюстителя порядка не оставляло пожилого человека. Он продолжал стоять с

разведенными руками. Его глаза были широко раскрыты и не моргали.

– Я – туда!.. – мужчина откашлялся и махнул обеими руками одновременно, указывая на яму в центре полигона. – На место! – он опустил руки и наконец заморгал.

– А что вы, собственно, от меня хотите? – удивление прошло и хозяин тачки задал вопрос.

– Мы хотим, – Марат Каримович, подчеркнув слово «мы», мельком вспомнил друга – председателя, – мы хотим, чтобы ты не ковырялся тут и не мешал проведению месячника. Не создавай сельсовету лишних проблем. Понял? – завершил он свою речь нравоучительным требованием.

– Разве я создаю? – недоумение вернулось к мужику.

– А как же! Что ты тут делаешь каждый день? Я давно заприметил! Мусор по всему лесу растаскиваешь! Засохнет лес, отвечать будешь? По закону! Это вредительство! Понял? – участковый говорил так, словно обличал пойманного с поличным, не допуская возражений.

– Позвольте, Марат Каримович! Позвольте! – хромоногий старатель прервал обвинения смелым возражением. Он вернулся к тележке, выдернул лопату и оперся грудью на черенок. – Я очищаю! Собираю это богатство, – мужик сделал рукой широкий жест, окидывая лес, – и – туда, – он снова указал на яму.

– Не понял?

– Чтобы лес очистить, – уточнил хозяин тачки.

– Кто поручил тебе это? – теперь удивление рождалось на лице полицейского.

-8-

– Никто. Я сам так решил. Почищу лес – и все!

– Не понял! – уставился участковый, про себя заподозрив, что имеет дело с человеком не вполне адекватным.

– Сам?

– Да, сам!

– Ах, сам! – вспыхнул представитель правопорядка. – Ты чо мне тут пургу гонишь?! – накинулся он на оппонента. – Щас мы посмотрим, чо ты копаешь!

С этими словами он выхватил лопату из рук мужика, шагнул к тачке, опрокинул ее пинком и поковырялся лопатой в мусоре.

Меди в тележке не было. Это озадачило полицейского. Но тут же мелькнула разгадка:

– Хитрый, сволочь! Прячет, гад!

– Без тебя порядок наведут! Кому положено! Понял?! – продолжил он напирать на старика, размышляя, что делать дальше. Неудача смутила стража, но он не подавал вида, что попал впросак. Через пару секунд к участковому пришло смелое решение закончить свою рейдерскую атаку одним махом. Он уставился на копателя, сверля его взглядом, и спросил в лоб:

– Ты тут медь копаешь? Ради денег перерыл весь лес?

На морщинистом лице хромоногого снова широко раскрылись и застыли глаза. Он молчал, не зная, что ответить.

– Рудник, твою мать, открыл! – негодовал представитель закона, почуявший, что загнал-таки рудокопа в капкан. – Разворотил лес, как крот, понимаешь!

Пользуясь замешательством старателя, участковый шел вперед, как лихой рубака в кавалерийскую атаку. Расследование казалось законченным.

-9-

– А ты знаешь, что на цветмет нужна лицензия? Есть она у тебя? Железо рой, пожалуйста! А медь, – полицейский ткнул пальцем на перевернутую тележку, – только с разрешения. Понял? Иначе нарушаешь закон по сбору металлолома! И я должен тебя оштрафовать! Понял? – не прекращал натиск полицейский.

К мужику наконец вернулся дар речи. Он собрался что – то возразить, глубоко вдохнул воздух и открыл рот, но участковый вскинул руку навстречу, останавливая обвиняемого. И выдал решение:

– В общем так! На первый раз ограничимся предупреждением! Понял? Но чтобы я тебя здесь больше не видел!

Однако странный труженик свалки, несмотря на угрозу, не струсил, а занял активную самооборону.

– Да, ей – Богу, я мусор прибираю! И только! – он снял кепку и три раза перекрестился. – Вот те крест!

– Поп, что ли? – хмыкнул полицейский, сверля старика глазами. Кривая усмешка пробежала по его лицу.

– Сторож, – ответил седой мужчина.

– Какой еще сторож? – прищурился участковый, в очередной раз отметив, что имеет дело с «ненормальным». Эта мысль, посетившая его аналитический ум пару минут назад, пускала корни подозрения и все больше закреплялась в сознании, как новая неожиданная версия.

– В церкви я, – уточнил мужчина, – сторожем… Ну, и дворником там…– он еще раз перекрестился.

– Понятно! – пристально разглядывая старателя с новых умозрительных позиций, притушил атаку полицейский. Ему захотелось поскорее закончить неприятное общение и покинуть полигон, где, как он понял, вожделенной меди нет.

-10-

– Крестить! Черт с тобой! – пробурчал он. И добавил: – В общем, ты меня понял? Чтоб я тебя здесь больше не видел! – участковый развернулся на месте, махая ногами в стороны, словно балансировал на расшатанном стуле, и зашагал прочь.

– Ничего противозаконного я не делаю! – крикнул вослед мужик. – А почистить лес имею право! Имею! – повысил он голос.

Участковый резко обернулся и пригрозил длинной фразой, перекрикивая старателя:

– Я тебя определю, куда следует! Бери свое корыто и вали отсюда подобру – поздорову! Понял? Пока я добрый! Два раза повторять не буду! Определю! И никакой Бог тебе не поможет! Понял?

*      *      *

– Нет там ни хрена! – сидя в кабинете председателя, инспектор подводил итог своей вылазке на свалку.

– Да, ну?! – не хотел соглашаться председатель. – Не может быть! Я точно

помню, возили обмотку грузовиками.

– По нулям у этого копателя! Говорю тебе, никакой меди! – твердил свое полицейский. – Лично проверил!

– А што он тогда пасется на свалке? – главе поселка не хотелось расставаться с мыслью о дармовых деньгах.

– Говорит, лес очищает.

– Лес?!

– Ну!

– Для чего?! – в этой не придуманной истории с медью председатель становился третьим удивленным персонажем с разведенными руками.

Участковый пожал плечами, скривив гримасу:

 -11-

– Санитар, твою мать! Добровольный волонтер! По-моему у него ни все дома, – полицейский покрутил пальцем у виска.

– А кто он вообще? – председатель с любопытством впитывал неожиданную информацию.

– Сторож церковный,

– Нашего храма?

– Ага, – полицейский мотнул головой.

– Ты проверял?

Участковый утвердительно закивал.

– В храме, в храме! – повторил он.

– Может, правда, того: семь пишем, два на ум пошло? – председатель соглашался с разгадкой странного поведения добровольного уборщика чужого мусора. Он тоже покрутил у виска. – Нормальному разве придет такое в голову, а? – спросил он у неудавшегося компаньона.

– Вроде, рассуждает… крестится… – поразмышлял тот, пожимая плечами.

– Ну, они там все крестятся, – председатель махнул рукой в сторону воображаемого храма, – только нормальными их не назовешь. Верят во всякую чепухень! Загробную жизнь им подавай! – рассмеялся он. – Какая, к чертям, жизнь? Сдохнешь, и все! На свалку! Ногами вперед! Как куча мусора!

– Эт, точно! – выдохнул страж порядка. И, помолчав, добавил: – А этот – блаженный! Во! – оживился и обрадовался он тому, что нашел верное слово, – блаженный!

– Ага, на всю голову! – согласился председатель.

Друзья громко расхохотались.

Сон под образами

Сижу за столом злой, как некормленая собака. Молчу весь вечер. Жена ни о чем не спрашивает. Но чувствую, обо всем догадывается. Приготовила ужин. Из того, что, как говорится, Бог послал. А послал он всего ничего: омлет с дешевой колбасой и луком, да булку серого хлеба.

– Устал? – прервала молчание супруга, разливая чай по стаканам.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.