Илона Латгале
Дети Дождя

Посвящается моей любимой доченьке, для которой и была написана эта книга

Часть первая

Глава 1, о том, как возникли дети дождя

В Москве было чистое летнее утро. Солнце спокойно катилось по небу, поглядывая на тихий город. «Подремать, что ли, немножко? – лениво подумало Солнце. – А то потом разбегаются, расшумятся!»

Но подремать не удалось. В спящий город неожиданно ворвался веселый грибной дождь и звонко забарабанил по крышам. Он звенел на булыжных тротуарах, шуршал в деревьях Садового кольца и блаженно булькал, купаясь в Чистых прудах. Под конец дождь так расшалился, что его капли, вместо того, чтобы спокойно падать вниз, стали брызгать во все стороны праздничным салютом.

И вдруг случилось чудо: некоторые дождинки так крепко сцепились между собой, что из них получились маленькие смешные человечки. Солнце, увидев это необычное явление, сначала растерялось, но потом, хитро улыбнувшись, дотронулось до каждого человечка своими лучами. И тут же на их лицах засияли чистые синие глаза, а в груди каждого такого человечка забилось доброе горячее сердце.

Солнце удовлетворенно посмотрело на свою работу и уселось отдыхать на Воробьевых горах. Когда дождь кончился и все человечки перебрались на небо – облака стали казаться перламутровыми, так как дождинки сохранили радужные цвета, которые им подарили солнечные лучи.

Солнце тем временем заснуло и не видело самого интересного. А получилось вот что: оживленные горячими сердцами дождевые человечки вдруг стали расти. По мере того, как увеличивалось их тело, они превращались в настоящих людей, причем самых разных. Одни, достигнув трехлетнего возраста, так и оставались детьми, другие росли дальше и становились кто долговязым подростком, кто юношей или девушкой.

Появилось много разных взрослых людей и даже старых (ведь должен кто-то рассказывать детям сказки). Тут же создавались семьи: дети находили себе родителей, родители – детей, и они вместе выбирали дедушек и бабушек. Новая семья сразу начинала строить домик из кусочков облаков, и вскоре образовался целый город, заселенный милыми и добрыми людьми. От земных людей они отличались только тем, что их лица и волосы переливались самыми разными красками, а в одежде они предпочитали золотисто-голубой цвет – цвет летнего дождя, от которого они произошли.

Долгое время в этом прекрасном Облачном городе все жили очень дружно, вместе справляли праздники, всегда выручали друг друга в беде. Это продолжалось до тех пор, пока не произошло одно страшное событие, которое совершенно изменило жизнь Детей дождя.

Глава 2, в которой появляется мальчик Мокрус

Однажды в одной такой облачной семье родился мальчик. Он был очень пухленький и напоминал надутый водяной шар. Родители были в таком восторге от его появления и от того, что он похож на большую дождевую каплю, что дали ему имя Мокрус. Вообще-то в Облачном городе давали детям обычные земные имена, и только некоторые чересчур любящие родители называли детей именами, связанными с водой или дождем. Эти мамы и папы считали, что если назвать ребенка таким именем, то он будет всегда помнить историю славного Облачного города и от этого вырастет самым умным.

Мокрус рос добрым и честным мальчиком, его любили товарищи, учителя радовались его успехам в школе, но вот в один несчастный день с ним случилась беда.

В школе была переменка, и все дети кубарем выкатились во двор, чтобы успеть вдоволь накувыркаться и напрыгаться в мягких облаках. Они устраивали чехарду, ныряли в неглубокие ямы, как в воду, а кто посмелее – забирались на облачка повыше и скатывались с них, как с горки.

Один мальчик – он был самый смелый в классе – решил залезть на самое большое облако. И хотя он смог добраться только до середины, а потом свалился вниз, вся школа весело аплодировала ему.

«И чего так хлопают этому мальчишке?» – подумал вдруг Мокрус.

– Эй, вы! – закричал он. – Смотрите все! Я сейчас влезу на самую вершину!

И, не тратя времени, он стал карабкаться вверх. Лезть было трудно. Мягкое облако проваливалось под ногами, а иногда от него отрывались куски и улетали, уносимые ветром, но Мокрус упрямо взбирался все выше и выше. И вот, когда вершина была уже совсем близко, снизу послышались испуганные крики: «Слезай, падай!»

«Что еще случилось?» – удивился Мокрус. Он оглянулся и увидел, что к вершине приближается огромная грозовая туча. «Надо спускаться», – подумал он. Мальчик знал, что туча может подхватить его и унести неизвестно куда.

Но тут снизу опять раздался громкий крик: «Падай, падай!» Это кричал Леонтий, тот мальчик, который первым залез на облако.

«А! Ты хочешь, чтобы я упал так же, как и ты! – проворчал Мокрус. – Ничего не выйдет! Я буду самым смелым в классе и даже в школе. Туча еще далеко, я успею», – и он снова полез вверх.

Но вдруг сильный порыв ветра рванул тучу, и она в мгновенье ока заволокла вершину облака, на котором находился Мокрус. Туча была холодной и мокрой. И еще она была очень злая. Она терпеть не могла солнечный свет, и ей давно надоело смотреть на разноцветное веселье Облачного города. Поэтому она очень обрадовалась, когда ей удалось накрыть одного из его жителей.

Мокрус, оказавшись в холодной темноте, страшно перепугался. Он изо всех сил оттолкнулся ногами, руками обхватил голову и с громким криком прыгнул вниз.

Очнулся он от прикосновений товарищей по школе, пытавшихся привести его в чувство. Мокрус открыл глаза и увидел, что сидит посреди школьного двора, а вода, стекая с него, образовывает вокруг серую лужу. Он вгляделся в лица друзей – все смотрели на него с сочувствием.

Ни в одном взгляде он не нашел восхищения своим поступком. Не было ни аплодисментов, ни приветственных криков.

«Они жалеют меня? – удивился Мокрус. – Меня, героя, который был почти на самой вершине, который самоотверженно боролся с грозовой тучей! Ах да, – вдруг вспомнил он, – они же слышали мой позорный крик, да и сижу я в луже.… А может, они в душе смеются надо мной?» Мокрус подозрительно огляделся, и ему показалось, что он видит затаившиеся усмешки, готовые превратиться в обидный хохот.

Он резко поднялся, оттолкнув протянутые на помощь руки, и, не оборачиваясь, пошел прочь.

С тех пор Мокрус перестал ходить в школу. Он не мог себе представить, что опять встретится с ребятами, которые видели его позор. «Они презирают меня», – думал он, и обида застилала его глаза злыми слезами.

Но была и еще одна причина, по которой Мокрус не мог не только посещать школу, но и выходить на улицу. Дело в том, что он вдруг утратил все краски, которыми так щедро наградило солнце облачных жителей. Тело его стало серым, а лицо приняло грязновато-бурый оттенок.

Сначала он думал, что просто испачкался, и изо всех сил пытался отмыться. Но после нескольких бесплодных попыток до него дошла ужасная правда: он понял, что злая грозовая туча смыла с него все краски, взамен наградив отвратительным грязно-серым цветом.

Обеспокоенные родители мальчика предлагали вызвать врача, но он с такой злостью накричал на них, что они, совсем перепуганные, оставили его в покое.

Так и стал жить мальчик Мокрус, закрывшись от людей в своей комнате, из которой почти не выходил. Школьные товарищи сначала пытались увидеть его, расспрашивали родителей, предлагали свою помощь. Но им всегда отвечали, что Мокрус болен, навещать его запретил врач и помощь не требуется – нужно только время и уход, чтобы он поправился.

Постепенно все начали забывать эту историю, да и самого мальчика Мокруса, который пытался взобраться на вершину самого высокого облака. Жизнь в городе шла своим чередом. Как и раньше, каждую неделю устраивали веселые ярмарки, где люди соревновались в различных искусствах, а каждый месяц – карнавальные шествия и великолепные ночные балы, на которых не было конца различным шуткам и розыгрышам.

И только в одной полутемной и грязной комнате не было места веселью. Там вместе с грязью и пылью за годом год накапливались злоба, ненависть и зависть ко всему веселому, яркому и живому. Там подрастал мальчик Мокрус, который, наконец, превратился в тощего угрюмого юношу с землистым лицом, тонкими губами и холодным взглядом темных глаз, в которых сверкали маленькие грозовые молнии.

Глава 3, в которой собираются на карнавал

Была последняя суббота месяца. В этот день, как обычно, жители Облачного города готовились к карнавалу. Только в этот раз на карнавал обещал приехать сам Мастер Дождь, и поэтому уличные маляры выбирали для покраски домов и улиц самые нежные и чистые цвета, а жители города шили себе самые пестрые костюмы.

Леонтий, который уже оканчивал школу, тоже собирался на праздник. Он выбрал себе костюм Попугая и теперь вырезал из бумаги разноцветные перья. Его младшие брат и сестра Макар и Ольга возились рядом, подбирая обрезки и примеряя их на себя.

– Я тоже буду попугаем! – заявил Макар, вставляя в свои кудри два кусочка красной бумаги.

– Ну, вот еще! – возмутился Леонтий. – Если все нарядятся попугаями, будет не интересно.

– Не все, а только мы с тобой, – захныкал Макар.

– Цыц, малявка, – притворно сердитым тоном сказал Леонтий. – Ты что, не знаешь, что хныкалок на праздник не пускают?

– Я не хныкалка! Это Ольга у нас все время ноет!

– Я ною? – рассердилась Оленька. – А ты, ты за всеми повторяешь. Повторюха!

– Я повторюха? Я ничего не повторял, я хотел быть совсем другим попугаем!

– Но все равно же попугаем, – поддразнила Ольга, – попугай ты и есть!

– Я попугай?! – Макар аж запыхтел от обиды. – Сама ты… попугаиха!

– Что?! – завопила Оленька и вцепилась Макару в волосы.

– А-а-а! – басом заорал Макар и попытался схватить сестру за нос. Но тут Леонтий, которому все это надоело взял обоих малышей за шкирки и растащил в разные стороны. Он посадил ревущего Макара на колени и пригладил ему волосы. Ольгу устроил рядом с собой на диване, достал платок и высморкал ей нос. Потом он грустно посмотрел на детей.

– Ну что это такое? – сказал Леонтий. – Каждый раз одно и тоже. Вот когда я был маленьким дети никогда не ссорились, а тем более не дрались.

– Ну да! – не поверил Макар.

– Представь себе. Нам это и в голову не приходило. А вы готовы съесть друг друга из-за пустяков.

– Съесть? – переспросила Оленька, – Не хочу я его есть.

– Так я тебе и дался, – огрызнулся Макар.

– Ну вот опять, – вздохнул Леонтий. – Вообще в нашем городе происходит что-то странное. Все как-то изменилось, – задумчиво проговорил он, – и я не понимаю, отчего. Что-то случилось с людьми. Они стали грубить друг другу, иногда ссориться, пусть нечасто, но раньше этого не было совсем. И у меня… у меня такое впечатление, – добавил Леонтий совсем тихо и немного испуганно, – что наш город стал не таким ярким, как прежде.

Если бы Леонтий знал, как он близок к истине он бы испугался еще больше. Но он не мог знать, что из форточки одного дома понемногу вылетает серая пыль, которая оседает на дорогах, домах, а главное, на людях Облачного города.

Мастер Дождь был маленьким старичком: строгим на вид, но со спрятанной в бороде улыбкой. Все знали, что он любит иногда поколдовать. Это он однажды решил развеселить себя и сцепил дождевые капли, чтобы создать веселый народ на своем облаке, где ему одному жилось скучновато. Теперь он развлекался тем, что принимал у себя гостей, наряжался Дедом Морозом или Бармалеем на детских праздниках, организовывал спортивные состязания и спектакли. А иногда с удовольствием приходил на карнавал, где пытался угадать, кто из его знакомых находится под той или иной маской. Когда ему казалось, что он угадал, Мастер Дождь потихоньку подбирался к несчастному знакомому и с криком: «Маска, я вас знаю!» – срывал ее с лица жертвы. Но так как угадывал он крайне редко, торжествующее выражение на его лице сменялось смущением, и Мастер Дождь, резко развернувшись, мелкими шажками убегал в толпу.

Все любили Мастера и уважали его, потому что, несмотря на свой озорной характер, он был самым мудрым человеком в городе. И к тому же он умел то, что не умел больше никто: он умел делать дожди. Дожди он делал самые разные: веселые грибные – его самые любимые, он называл их «солнечные», тоскливые осенние, когда он грустил, проливные, когда после прочтения грустной книжки ему хотелось плакать.

На карнавал Мастер Дождь хотел надеть костюм Радуги, но потом, посмотрев на себя в зеркало, подумал, что бородатая радуга выглядит немного диковато. Он достал из большого зеленого сундука старый запыленный золотой плащ, отряхнул его, затем, нырнув почти на самое дно сундука, разыскал там такую же золотую корону.

«Я буду Солнцем!» – мечтательно произнес Мастер Дождь. Он надел корону, плащ и горделиво выпрямился. – «Да, я буду Солнцем, – повторил он. – Если сделать еще и золотую маску, то меня никто не узнает!»

И еще один человек собирался на этот праздник. Собирался впервые за долгие годы. Он вытащил из шкафа серую тряпку и стал что-то вырезать из нее. «Вам нравятся яркие краски? – шептал он, ожесточенно кромсая материю. – Ну что ж, любуйтесь на них сегодня. Потому что с завтрашнего дня начнется новая мода!»

Он глухо засмеялся и стал примерять свой костюм.

Глава 4. Карнавал

На следующий день, в воскресенье, состоялось торжественное карнавальное шествие. По главной улице шли герои различных сказок и книг, на ходу разыгрывая небольшие сценки. Между ними сновали всевозможные птицы, животные и насекомые. Злые и добрые волшебники, взявшись за руки, кружились в необычном хороводе. Тут же ползала всякая нечистая сила вперемежку со змеями и скорпионами. По бокам колонны стояли зрители – в основном мамы с грудными младенцами и пожилые люди – то есть те, кто не мог участвовать в представлении. Они приветственно махали разноцветными лентами, стреляли хлопушками и опутывали всех змеящимся серпантином.

Наконец шествие подошло к великолепному сверкающему дворцу, в котором должен был состояться бал. В то же мгновенье во дворце возникла и разлилась в ночи великолепная музыка, исполняемая лучшим оркестром города. Растворились золотые двери, и по мраморной лестнице все вошли в зеркальный зал, украшенный малахитовыми колоннами. Тут же грянул веселый вальс. Вихрем подхватив людей, он понес их в изящном кружении. Бал начался.

Через некоторое время девочка в костюме Дюймовочки говорила маленькому пухленькому Амуру:

– Хватит есть пирожные, у тебя живот заболит.

– Не мешай мне веселиться! – грозно отвечал Амур. – И вообще: мороженое не ешь – горло простудишь, пирожное – живот заболит… Ты чего сюда пришла, настроение мне портить?

– Леонтий сказал, чтобы я о тебе заботилась.

– Ты не заботишься, а портишь мне праздник!

– Да разве это весело – сидеть и объедаться? Сколько игр из-за тебя пропустили!

– А разве я тебе мешаю? Шла бы да играла.

– Да, но Леонтий сказал…

– Леонтий, Леонтий! Да он развлекается во всю и про нас совсем забыл.

– А если завтра у тебя живот…

– Опять живот! – взвыл Макар (это был, конечно же, он). – Вот, что я тебе скажу: или отстань от меня или я не знаю, что сделаю! – И он выхватил из-за спины игрушечный колчан со стрелами.

– Ах, так, – сказала Оленька, – ну и пожалуйста. Можешь лопнуть здесь от обжорства, а я ухожу играть.

– Давно бы так, – с набитым ртом промычал Макар и налил себе пятый стакан лимонада.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.