Лана Брайтвуд
Город чужих

© Брайтвуд Л., 2025

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

* * *

Глава 1

– Красная все же лучше будет, – улыбнулась Джеки, прикладывая к белым розам атласные ленты, – думаю, получится чудесный букет.

– Отлично, – прозвучал мужской голос из-за высоких стендов со свежесрезанными цветами.

Джеки была молодой и очень красивой: высокой, стройной, с длинными темно-русыми волосами и золотисто-зелеными глазами. Она вернулась в Хилтон всего пару лет назад, и не было ни одного человека в этом маленьком городе, кто бы плохо о ней отзывался. Как и она не могла сказать ничего дурного про его жителей. Ей очень нравилось держать эту лавку, наполненную ароматом цветов, и радовать улыбкой всех, кто сюда заходил.

Джеки завернула розы в прозрачный целлофан и подвязала букет красной лентой. Вдруг над входной дверью звякнули колокольчики – в лавку вошла одна из самых частых посетительниц: старушка Бекки в розовом кашемировом кардигане с нитью жемчуга на шее. Джеки всегда удивляло, что эта женщина походила больше на аристократку с побережья, чем на жительницу маленького городка, окруженного заснеженными горами и непроходимым хвойным лесом.

– Дорогая, добрый вечер, – произнесла Бекки, подойдя к прилавку. – Помнишь, мы вчера договаривались, что ты принесешь мне саженец тех прекрасных цветов из своего сада?

– Ох, да, конечно, – закивала Джеки, отставила букет белых роз и скрылась в маленькой подсобке. У окна стояло старое кресло, к которому был прислонен саженец кустовой розы в пакете. Она забрала его, но напоследок бросила взгляд в окно и заметила на улице, залитой вечерним солнцем, припаркованную машину шерифа. Джеки задумалась и посмотрела на настенный календарь – четверг, 10 августа 1995 года.

Вновь послышались колокольчики, и она, обрадовавшись, что сможет сегодня продать больше одного букета, вернулась в зал. Но никого, кроме Бекки, не увидела, а вместо собранного букета на прилавке лежали деньги.

– А куда делся мужчина? – Джеки кивнула в сторону стендов, за которыми недавно стоял покупатель.

– Ах, дорогая, я не заметила, – оглядевшись, ответила Бекки. – У тебя тут такой интересный журнал. Могу одолжить? А то у меня какой-то жучок поел все листья на лилиях, а здесь такая хорошая статья.

– Конечно, берите. – Джеки отдала старушке саженец и, забрав деньги с прилавка, пробила чек.

– Через сколько он зацветет? – спросила Бекки, осторожно заворачивая пакет с саженцем в платок.

– Скоро, – улыбнулась Джеки, – совсем скоро.

* * *

Оливер ехал по пустой трассе. Вдалеке виднелись заснеженные вершины гор, а дорогу окружал темный хвойный лес. По местному радио играло кантри, которое ему так не нравилось. Но как только он подумал переключить волну, очередная мелодия сменилась голосом радиоведущего. Оливер прибавил громкости и прислушался к новостям:

– Напоминаю, что до сих пор продолжаются поиски Джеки Браун, всем, кто обладает информацией о ее нахождении или о нахождении ее красного «Форда Эскорт» 1981 года, просьба обратиться в офис шерифа. А теперь к хорошим новостям: ежегодное состязание по ловле карпа состоится уже через несколько недель. И, как всегда, наша чудесная лесопилка выступает спонсором и обеспечила неплохой призовой фонд. Пора доставать спиннинги, готовить снасти и надеяться на хорошую погоду. К этому часу все, и с нами снова наш любимый хит «Цветочки на стене».

Пришлось сделать звук потише – эту песню ему сейчас совсем не хотелось слушать. За окном продолжал мелькать лес, и он все дальше уезжал в глубь штата Вашингтон, все ближе к границе с Канадой.

Оливер работал детективом в полицейском департаменте Сиэтла и к тридцати трем годам уже успел раскрыть немалое количество сложных преступлений. Он был высокого роста и стройным, даже худым – за последний год потерял не один десяток фунтов. Черная футболка смотрелась на нем мешковато, а коричневый ремень на темных джинсах приходилось застегивать на последнее отверстие. Лицо сильно заострилось, заметно выделяя прямой нос. Под зелеными глазами темнели круги, а на щеках – щетина. Темные волосы были давно не стрижены и отросли чуть ниже ушей, чего бы раньше он никогда не допустил.

– Да что ж это такое? – пробормотал Оливер, когда по радио заиграла очередная раздражающая песня, и, подумав, что хватит с него на сегодня музыки, выключил магнитолу. – Наконец-то, – вздохнул он, оказавшись в тишине, и взглянул на наручные часы с металлическим браслетом, чтобы еще раз убедиться, что приедет вовремя.

Последний год Оливер провел в отпуске за свой счет и хотел уже отойти от дел. Но капитан попросил его не торопиться с решением и заняться недавней пропажей девушки вдали от Сиэтла. Оливер не мог ему отказать и согласился. Вернул значок детектива, заново получил разрешение на ношение оружия и уже через несколько дней держал путь на север штата, где горы поднимались все выше, а лес становился все гуще.

Он проехал высокий мост над рекой, и на обочине показалась высокая деревянная вывеска на массивных бревенчатых столбах. Под потрескавшимся рисунком серой рыбы виднелось название небольшого городка.

– Ну, здравствуй, Хилтон, – вздохнул он, – в такой глуши я еще не был.

Первое, что Оливер проехал, – это небольшой трейлерный парк; за ним – жилые разноцветные дома. Повернув, он оказался на центральной улице, вдоль которой стояли невысокие многоквартирные здания с магазинными витринами на первых этажах. Оливер сбавил скорость и стал искать место, где ему назначили встречу.

– Вот, кажется, и оно, – проговорил он, заметив на одном из перекрестков закусочную.

Выглядела она как и все закусочные за городом: простое одноэтажное здание, обшитое оцинкованными панелями, с широкими закругленными окнами. Неоновая вывеска над входом гласила, что каждый посетитель, переступив порог, окажется «У Рона».

В безоблачном небе ярко светило полуденное солнце, и Оливеру пришлось припарковаться напротив закусочной в тени, чтобы салон не нагрелся. Он даже подумал оставить черную кожаную куртку на переднем сиденье, но в кобуре висел тяжелый пистолет, и чтобы его прикрыть, куртку пришлось все же надеть.

Он вышел из машины и внимательно ее оглядел – хорошая дорога закончилась на подъезде к городу, и надо было убедиться, что с подвеской все в порядке. Все служебные машины в департаменте были заняты, и в Хилтон он отправился на своей – длинный черный седан «Линкольн» 1985 года с квадратными фарами и белым кожаным салоном. К облегчению, с машиной ничего не случилось. Даже не запылилась. Кузов, как и прежде, когда он выезжал из Сиэтла, блестел воском, а в больших хромированных дисках отражалась улица.

Оливер закрыл «Линкольн», дернул на всякий случай еще раз дверь, перешел дорогу и стал ждать человека, с которым должен был встретиться. Взглянул на закрытую лавку напротив и вновь посмотрел на наручные часы. Назначенное время прошло, и он уже подумал зайти подождать в закусочную.

– Детектив Оливер Стоун? – послышался женский голос за спиной.

Оливер обернулся и увидел невысокую фигуристую девушку в служебной форме. Бежевая рубашка с короткими рукавами, такого же цвета прямые брюки, на черном поясе – рация, значок и пистолет, а на ногах – кожаные ботинки с широким мысом. Светло-русые волосы были завязаны в хвост. Черты лица выглядели весьма миловидными, большие голубые глаза и пухлые губы.

– Младший помощник шерифа Лили Вудсон, – произнесла она, протягивая ладонь.

Он коротко пожал ей руку.

– Извините, вас должен был встретить шериф, – продолжила Лили. – Но он отъехал по срочным делам и попросил меня поприветствовать вас в нашем городе. – Она посмотрела на закусочную, а затем вернула на него доброжелательный взгляд и улыбнулась. – Сейчас у всех обед, да и вы наверняка после долгой дороги проголодались. Может быть, для начала поедим?

– Не помешало бы, – согласился Оливер.

– Тогда прошу. – Она улыбнулась и предложила ему пройти первым, открыв стеклянные двери. – Вам повезло, сегодня день острой говядины. Она у Рона лучше всего получается. Ну и, конечно же, повезло вовремя приехать: сегодня четверг, а закусочная всегда в этот день пораньше закрывается. Уж не спрашивайте почему, так заведено с самого открытия.

Оливер кивнул и зашел в кафе, отметив про себя, что Лили очень болтливая. Закусочная на удивление оказалась просторной, а главное – чистой, что ему очень понравилось. На полу блестела черно-белая плитка. Кожаные ярко-красные диваны хоть и выглядели обшарпанно, но ни одной дырки на них замечено не было. На металлических столах аккуратно стояли деревянные подставки с солью, перцем и кетчупом в стеклянных банках. Из чистых окон лился дневной свет, а в воздухе стоял запах жареного мяса.

Лили предложила Оливеру столик в углу, и он про себя усмехнулся – если она хотела таким образом остаться незамеченными, не стоило посещать закусочную в служебной форме во время обеда. Но спорить с ней не стал и сел напротив нее под любопытные взгляды остальных посетителей.

Официантка – чернокожая полная женщина – стояла у барной стойки и заваривала кофе. Вместо привычного для таких мест форменного платья на пуговицах на ней были простые джинсы и обтягивающая синяя футболка из тонкого трикотажа. И даже кудрявые темные волосы были не подколоты, как этого требовали санитарные нормы. Оливер смотрел на нее и думал, когда же она обратит на них внимание и сообразит принести меню.

– Шериф разрешил мне ввести вас в курс дела, – произнесла Лили. – Но если вы не против, давайте вернемся к этому после обеда. На сытый желудок и думается лучше. Не правда ли?

Лили подняла руку, только тогда официантка посмотрела в их сторону и, раскачивая широкими бедрами, принесла два плотных листа с ярким меню. Оливер внимательно прочитал все позиции и подумал, что стоило отъехать от крупного города, как в меню придорожных забегаловок в обилии появлялись одни и те же блюда – жирные, огромные и недорогие.

– Нина, бургер дня. И картошки положи, пожалуйста, побольше, – попросила Лили, не взглянув на меню, и Оливер решил заказать то же самое. – Как вы доехали? Как дорога?

Оливер коротко и вежливо что-то отвечал, пока Лили не умолкала, а сам смотрел на посетителей закусочной: рабочие в клетчатых рубашках и джинсовых куртках, на которых виднелись нашивки местной лесопилки; курьер в сером комбинезоне, занесший хозяину закусочной коробку; тот вышел из кухни – очень высокий и крепкий мужчина в чистом белом переднике, с сеткой на темных волосах. «Рон» быстро расписался и вернулся к бургерам. Официантка, как и прежде, медленно ходила между столов и неторопливо подливала всем кофе. Правда, у одного задержалась подольше, заговорив с пожилой женщиной в розовом кашемировом кардигане с нитью жемчуга на шее. Та манерно держалась, красиво пользовалась столовыми приборами и выглядела так, как будто была совсем не отсюда.

– Ох, эта наша старушка Бекки, – пояснила Лили и внезапно поменялась в лице. – Она, похоже, последняя, кто видел Джеки.

Оливер с еще большим интересом посмотрел на Бекки. Но вдруг официантка с грохотом опустила перед ними огромные тарелки с горой картошки фри, а хваленые бургеры, утопая в масляном безумии, лежали посередине: говяжья жареная котлета с корочкой сочилась жиром, соус чили стекал по листьям салата и тонко нарезанному помидору, булочка намокла и грозила съехать в сторону. Оливер уже было засомневался в своем выборе, но что-то подсказывало, что все позиции из меню жарились на одном масле.

Лили перехватила бургер руками, а Оливер, последовав примеру старушки Бекки, взялся за ножик с вилкой и отрезал от своего большой сочный кусок. На вкус он оказался действительно неплохим, правда, Оливер съел совсем немного, а картошку так и вовсе не тронул.

– Итак, я хотел бы вас спросить, что вы знаете о девушке, которая пропала? – Он отставил тарелку, вытер салфеткой рот и взял кружку с горячим черным кофе. – Почему вы считаете, что с Джеки что-то случилось? Разве она не могла просто взять и уехать? Насколько я помню, ее машину вы не нашли.

– Все ее вещи остались в доме. – Лили так же, как и он, пододвинула к себе кружку с кофе. – Здесь не у всех есть мобильные телефоны. Связь очень плохая – сотовая вышка от нас далеко находится. Но мы с Джеки все равно иногда созванивались. В тот вечер, когда она пропала, на моем телефоне остался от нее пропущенный звонок. Я попыталась дозвониться, но никто не отвечал, а затем ее телефон и вовсе выключился. Если Джеки уехала искать лучшей жизни, разве она бы мне не перезвонила?

– Хорошо, – кивнул Оливер, сделал глоток кофе и поморщился – он оказался ужасно терпким. – Разве она не могла просто заблудиться? Северный лес – весьма опасное место. Непролазные заросли, хищники, овраги – мало ли что могло случиться?

– Она никогда не ходила в лес одна. Да и зачем ей это?

– Вы проверяли окрестности? – настаивал Оливер.

– Детектив Стоун, – Лили громко отставила тарелку, положила руки на стол и слегка наклонилась в его сторону, – может быть, у нас тут не настолько большой полицейский участок, как в городе, откуда вы приехали, но свою работу мы знаем хорошо и обыскали уже все окрестности. Здесь каждый год кто-нибудь теряется. – Она замолчала, когда к ним подошла официантка подлить кофе, а потом в знак благодарности кивнула и продолжила: – Джеки – моя подруга, и я чувствую, что с ней случилось что-то страшное.

– У нее есть родственники? – спросил Оливер, приступив к самым банальным вопросам, которые всегда сопровождали начало расследования.

– Нет, мама погибла много лет назад. А бабушка умерла совсем недавно. Вот поэтому Джеки и вернулась в Хилтон. Думала продать дом, но решила остаться и открыла, как всегда мечтала, цветочную лавку.

– Кто заявил о пропаже?

– Я, – ответила она. – На следующий же день после того самого звонка я приехала к ней на работу, а затем домой, где ее тоже не оказалось. Тогда я и поняла – случилось что-то нехорошее.

– Почему шериф решил отправить запрос в департамент? – спросил Оливер и заметил, как она опустила взгляд на свою кружку с кофе и покраснела.

– Понимаете, шериф не верит в то, что Джеки пропала, – отозвалась Лили. – Он, конечно, согласился дать ориентировку на машину, запросить информацию с заправок по дороге, даже вот лавку осмотрел. Но все остальное… Он у нас очень упрямый. Так что мне пришлось подделать его подпись и отправить факс в Сиэтл с запросом прислать помощь. Знали бы вы, как он на меня орал, когда об этом узнал.

– Вот как, – Оливер поднял брови, – а вы знаете, что это незаконно? К тому же, если окажется, что Джеки действительно просто уехала, вас будут ждать весьма большие проблемы.

– Будут, – кивнула Лили, – но я к этому готова. Только, пожалуйста, помогите найти Джеки.

– Не могу сказать, что мне все это нравится. Вызвать человека из департамента ради догадок без доказательств. – Он тяжело вздохнул. – Но раз я здесь, тогда давайте приступать к расследованию. Где в последний раз видели Джеки?

Глава 2

– Она работает на себя? – спросил Оливер, оглядывая витрину цветочной лавки со старой деревянной рамой и треснувшим стеклом.

– Да, на себя. – Лили осторожно отклеила бумагу с надписью «опечатано» с входных дверей и провернула ключ в замке. – Ей в наследство от бабушки осталось немного денег, и она решила вложить их в свою давнюю мечту – радовать людей цветами. – Она задержала взгляд на дверной ручке и улыбнулась. – Букеты у Джеки и вправду очень красивые.

– И как идут дела?

– Ну, как сказать? – Лили пожала плечами. – Это маленький городок. Здесь мало кому так часто нужны цветы, чтобы лавка приносила большую прибыль.

– И на что же она живет?

– Ну, Джеки не только срезанными цветами занимается. У нее есть еще большой сад, где она выращивает рассаду для продажи.

Лили, надавив на ручку, с трудом открыла дверь – зазвонили колокольчики – и вежливо пропустила его вперед. Оливер коротко кивнул, зашел в лавку и вдохнул спертый воздух с запахом сгнившей воды из ведер, где, по-видимому, раньше стояли букеты.

– Цветы-то я выкинула, а вот вылить воду не успела. Постоянно на патрулях пропадаю… – вздохнула Лили и вошла в полумрак помещения. – Я на всякий случай еще выключила щиток, – пояснила она и отошла в конец зала, а Оливер направился к прилавку и взглянул на старый кассовый аппарат.

– Вы помните, в какое время пробивался последний чек? – спросил он.

– Да, конечно, в 17:05, – отозвалась Лили, со скрипом открыв крышку щитка.

– А что в нем было?

– Конечно же, цветы…

– Я бы хотел узнать поподробнее, – сказал Оливер, но ответа не последовало. Он поднял голову и увидел, что Лили борется со щитком. Наконец переключатель был нажат, и в лавке появился свет.

– Я, к сожалению, не помню, что точно было там, – ответила Лили, когда подошла к прилавку. – Наверное, розы. Все чеки у шерифа в офисе. Думаю, там с ними можно будет ознакомиться.

Оливер продолжал смотреть, но ничего не трогал. Исцарапанная столешница, оберточная бумага, разноцветные ленты, ножницы и все остальное, что нужно для работы в цветочной лавке, – ничего необычного. Он выпрямился и, оглядевшись, заметил за собой открытую дверь в подсобное помещение. Оставил Лили и зашел в совсем маленькую комнату, где рядом с креслом у окна стоял невысокий стол, а под столешницей виднелась картонная коробка. Оливер поднял ее, поставил на стол и заглянул внутрь – там оказались одни бумаги.

– Бухгалтерия, – тихо произнес он, быстро пробежавшись по тексту, и подумал, что компетенции у местного участка немного, раз они не забрали их в офис вместе с чеками. Сложил все обратно и решил, что надо будет обязательно ознакомиться с ними поближе. Бросил взгляд в окно: день разгорался, светило яркое солнце, но здание напротив было не разглядеть. Обзор загораживал огромный патрульный внедорожник из офиса шерифа – бежевый «Шевроле Блейзер». Без сомнения, 1989 года – именно эту модель несколько лет назад списали из крупных городов и прислали в такую глушь. На кузове виднелась широкая коричневая полоса, а на водительской двери – позолоченная звезда с указанием местного участка.

Оливера вдруг посетила странная мысль: что же он тут сам забыл? Его всегда вызывали на самые сложные расследования, когда дело касалось богатых и влиятельных людей, когда на улицы выходил серийный маньяк или же когда все остальные детективы оказывались в тупике. А сейчас он стоял в маленькой подсобке маленького городка и пытался понять, что произошло в этой лавке и произошло ли вообще? И ему показалось, что даже с этим он может не справиться. И дело было не в долгом отпуске… Вновь звякнули колокольчики, и Оливер, оставив тяжелые мысли, насторожился.

– Лили, дорогая, – послышался старческий, но не лишенный звонкости женский голос. – Я видела, ты сюда заходила с каким-то мужчиной. Скажи мне, пожалуйста, он по поводу Джеки? Она наконец-то нашлась?

– Нет, мисс Пеннингтон, – ответила Лили, – к сожалению, мне нечем вас порадовать.

– Может быть, я чем-то еще могу помочь? Сердце уже какой день не на месте, все думаю о моей дорогой Джеки.

– Нет, мисс Пеннингтон, вы нам уже помогли. Хотя… – Ненадолго повисла тишина, затем Лили продолжила: – Вы можете рассказать все то же самое, что рассказывали нам, когда Джеки пропала? Детектив, – позвала она, – не могли бы вы подойти?

Оливер вернулся в зал и увидел рядом с Лили ту самую старушку в розовом кардигане. Она стояла в проеме открытой двери. Подойдя к ним, он заметил, что воздух в лавке стал свежее: запах протухшей воды успел выветриться.

– Как я уже говорила, мисс Пеннингтон последней видела Джеки в тот день, – сказала Лили.

– Да, я видела ее в этой самой лавке, – оживилась Бекки. – Мы давно были знакомы с бабушкой Джеки и выращивали вместе цветы. И вот я недавно попросила Джеки принести мне пару саженцев. Она девочка милая, сразу согласилась…

– Она была в тот день расстроена или вы заметили за ней странное поведение? – мягко перебил Оливер.

– Ой, нет, я такого не заметила, – ответила Бекки. – Может быть, она была удивлена, потому что один покупатель ушел. Но он оставил деньги, так что не думаю, что это ее огорчило…

– Какой покупатель? – вновь перебил Оливер.

– Не знаю, я его не видела, но букет был красивый. – Она улыбнулась. – Наверное, на свидание к кому-нибудь шел, такие цветы только девушкам дарить. Белые розы, – вздохнула она, – перевязанные красной лентой.

Не успела она договорить, как в дверях появился высокий, крепкий и широкоплечий мужчина в форме. Оливер сразу же понял, что перед ним стоит шериф Хилтона в шляпе с широкими подогнутыми краями по бокам, а на его груди гордо блестела пятиконечная звезда. На вид ему было лет пятьдесят, морщины уже тронули лицо с крупными чертами, а в густой, аккуратно подстриженной бороде виднелись седые волосы.

– Офицер Цветочек, что ты здесь делаешь? – В его голосе прозвучало неприкрытое раздражение. – Я же тебе сказал только встретить и ввести в курс дела, а не водить экскурсии по оцепленным помещениям.

– Извините, я не подумала… – растерялась она.

– А ты никогда не думаешь, – стиснув зубы, ответил он. – Ты посмотрела его значок?

– Нет, – покраснела Лили.

– А письмо из департамента?

– Нет.

– Тогда почему ты уверена, что это тот самый человек, которого к нам прислали? – нахмурился шериф. – Клянусь, если не твой папаша, я бы тебя к чертовой матери выгнал. Сам бы патрулировал каждый день улицы, но, по крайней мере, был бы уверен, что мои подписи никто не подделывает…

Пока шериф отчитывал Лили, Оливер заметил, как из закусочной вышли трое мужчин: один постарше, два помладше. Вставили сигареты в зубы и стали за ними с интересом наблюдать.

– Шериф, – перебил Оливер, – давайте поговорим об этом в офисе?

Шериф, нахмурившись, посмотрел на него, затем обернулся в сторону закусочной, коротко дал знак тем трем мужчинам, вернул взгляд на Оливера и с неохотой кивнул.

– Я вам еще нужна? – спросила Бекки.

– Нет, мисс Пеннингтон, – бросил шериф. – Можете идти. Если нам еще что-то понадобится, мы сообщим.

Он резко развернулся и пошел прочь, Лили засеменила за ним, а Оливер, еще раз взглянув на закусочную, последовал их примеру. Офис шерифа находился недалеко: за углом, на первом этаже в одном из многоквартирных домов.

– Очень много она о себе возомнила. – Шериф сел в большое кресло и закинул ноги на стол из темного дерева.

Кабинет оказался небольшим, яркий свет пробивался сквозь белые вертикальные жалюзи и падал на грязную столешницу, на которой были разбросаны бумаги, папки и канцелярские принадлежности. Громоздкий монитор от компьютера пылился на длинном металлическом комоде со множеством ящиков. Оливер остановился напротив стола шерифа, сложив руки за спиной, и прикинул, сколько же грязных кружек здесь было: четыре на столе, две на подоконнике и три на комоде. А пятнам от кофе и пересчету не было.

– Забыл, кажется, представиться, – сказал шериф. – Джим Тэтчер. – Но руку для пожатия не протянул, только продолжил громко возмущаться: – Эта девчонка совсем недавно окончила академию, а уже возомнила себя великим детективом. Мало того что ведет какое-то свое расследование, проникает на оцепленную территорию, так еще и подделывает документы, пороча мое имя. Я в ее годы тихо сидел в участке и молча патрулировал улицы, во всем слушая старого шерифа.

– Так почему бы вам не забрать у нее значок? – спросил Оливер.

– Ай, долгая история, – махнул шериф Тэтчер и недовольно постучал пальцами по столешнице. Из нагрудного кармана достал пачку сигарет «Мальборо» и, щелкнув зажигалкой, закурил. – Как я уже говорил, для начала покажите сопроводительное письмо из департамента.

Оливер достал из кармана аккуратно сложенный плотный лист бумаги, развернул его и протянул шерифу. Джим небрежно взял листок, пробежался взглядом по тексту, а затем поменялся в лице. Прочитал уже внимательнее и поднял на него весьма озадаченный взгляд.

– Ничего себе, какими важными людьми разбрасывается департамент. – Джим задрал высоко брови. – Вы же тот самый Стоун, который поймал маньяка из Портленда?

– Он, – кивнул Оливер.

– И что же вас занесло в нашу дыру? – Джим убрал ноги со столешницы и уставился на него. – Почему нам не прислали какого-нибудь младшего детектива?

– Устал от громких дел, – слабо усмехнулся Оливер, почесав подбородок. – А теперь, если позволите, я бы хотел ознакомиться с делом Джеки. Лили сказала, что там должны быть последние чеки, я хочу на них взглянуть.

– Не поймите меня неправильно… – Голос шерифа стал спокойнее. Он даже отложил сигарету в пепельницу и показал на офисный стул напротив стола. Оливер заметил на серой текстильной обивке крошки и задумался, не сочтет ли шериф за оскорбление попытку их стряхнуть. Опыт подсказывал, что может, поэтому он воспользовался приглашением, хотя прекрасно представил, во что превратятся его джинсы, когда он встанет. Тем временем шериф продолжил: – Я бы эту Джеки только сам рад найти. Целую и невредимую, в каком-нибудь мотеле, а лучше – чтобы та додумалась позвонить своей подружке и расписать во всех красках свою новую жизнь. – Джим тяжело вздохнул. – Я в этом городе родился, живу уже столько лет, и на моей памяти здесь никогда никого не убивали. Конечно, люди пропадают – все же лес рядом. Да и без несчастных случаев на лесопилке не обходимся. И то, что офицер Цветочек кричит на каждом углу, расклеивает объявления и пугает мой народ, добавляет мне только больше проблем. Вместо того чтобы заниматься поисками, я вынужден успокаивать впечатлительных старух и женщин, уговаривать мужиков и парней не выходить на самовольные поиски и дежурства. А я как чую, – он пальцем стукнул по столешнице, – удрала она в большой город, и все с этим.

– Признаю, я думаю о том же, – кивнул Оливер. – Но все же лучше постараться не делать поспешных выводов.

– Постараемся, – ответил Джим, а затем отодвинул ящик и плюхнул на стол тонкую картонную папку. – Здесь все, что мы нашли. Весьма немного. Как понимаете, если нет тела, нет преступления, а значит, у нас почти связаны руки. Если что нужно – пожалуйста, Лили в вашем распоряжении. Думаю, она сама с удовольствием все расскажет и покажет. Так что прошу, чувствуйте себя как в офисе Сиэтла, правда, нам до него очень далеко. – И Джим, нахмурившись, закурил.

– Почему вы думаете, что она могла уехать? – продолжал Оливер. – Вы были знакомы с ней лично?

– Эх, – усмехнулся Джим, – видно, вы никогда не были в городе, подобном Хилтону. Здесь все друг друга знают, – он сделал долгую затяжку, – но Джеки я знал не очень хорошо. Так, здоровались по утрам. У нее же лавка недалеко от участка, на дороге иногда сталкивались. А почему я думаю, что она уехала? Тут и гадать не надо. Кому нужны эти цветы? Ни для кого не секрет, что дела у нее худо шли. Особенно когда открылся новый супермаркет и там стали продавать цветы дешевле. – Он положил руки на стол и, сложив их в замок, наклонился и продолжил: – Понимаете, наш уважаемый мэр особо не заинтересован в том, чтобы Хилтон развивался. А нет развития, нет и работы. Одним открытием магазина делу не поможешь. Все отсюда и бегут. Да я сам, если бы не семья, с удовольствием свалил. Деньги есть только у тех, кто несколько смен пашет на лесопилке, а остальные… – Он поджал губы и, махнув ладонью, вновь откинулся на спинку кресла. – Но факт есть факт: Джеки пропала. Вот и заявление от Лили лежит, так что просто так мы уже это не закроем. Поэтому, пожалуйста, делайте свою работу, только не возбуждайте слишком сильно народ, они и так нервничают от расклеенных повсюду объявлений.

– Обещать ничего не могу. – Оливер забрал папку с делом Джеки, открыл ее и быстро перелистал. – Вы правы, и вправду немного. – Он поднял на Джима взгляд и поджал губы. Определенно, шериф Тэтчер был непростым человеком, особенно его слова про «мой народ» только убедили Оливера, что работа с ним будет не из легких. Но все же он, как детектив из департамента, имел здесь больше прав, чем обычный полицейский, и тот наверняка это знал. Так что без каких-либо сомнений Оливер продолжил: – Шериф Тэтчер, вы должны возобновить прочесывание окрестностей, расширить круг патрулей. И продолжайте искать машину Джеки. Красный «Форд Эскорт» 1981 года – машина не новая: мало ли где стоит, сломавшись по пути.

И не дожидаясь ответа, Оливер встал и вышел из кабинета. Отряхнул джинсы от крошек и осмотрел участок. Помещение было небольшим и светлым, правда, сильно захламленным. Столов было немного, некоторые использовали как шкаф – складывали документы. Один был отдан под засохшие комнатные цветы в белых пластиковых горшках. А вот остальные, похоже, были обжиты: на одном лежала куртка, на другом стояла кружка и свежая булочка. Ближе всех к выходу сидела Лили. Наклонившись к столешнице, она что-то размашисто записывала.

– Лили! – нарушил сонную атмосферу громкий голос шерифа. – Освободи детективу стол. Вызови ко мне Кевина. И сделай мне, черт возьми, кофе! Нервов уже никаких с вами нет…

Глава 3

Оливер проснулся в кровати, заправленной свежим белым постельным бельем, и ему это очень понравилось. В Хилтоне была всего лишь одна небольшая гостиница, которая находилась недалеко от центральной улицы. И вчера, заметив обшарпанную кривую вывеску над входом, он настроился на худший вариант. Но когда ему выдали ключи и он зашел в номер, его порадовала чистота темно-бордового ковролина и хорошая меблировка – кровать, тумбочка, открытый шкаф и длинный стол, занимавший почти всю стену, а под ним – маленький холодильник. Даже электрический чайник в номере был, правда, кофе был только растворимый в пакетиках.

Оливер встал пораньше и разобрал вещи, которые захватил с собой из Сиэтла. Совсем немного: несколько пар носков, запасные джинсы, пару футболок и на всякий случай черный свитер с высоким горлом. Принял горячий душ, собрался и сейчас допивал утренний кофе, стоя у окна. Все номера в гостинице располагались на втором этаже и выходили на улицу. Оливер закинул в рот таблетку из оранжевой баночки и посмотрел на часы – почти семь утра. Совсем недавно взошло солнце, и над городом еще стояла рассветная дымка.

Джеки пропала уже около двух недель назад. Телефон, как и прежде, оставался выключенным. Но если она решила уехать из маленького города, то почему ни с кем не попрощалась и не продала дом?

– Хотя кому он здесь нужен? – пробормотал Оливер и заметил, как из-за поворота на приличной скорости несется патрульный бежевый внедорожник, который резко затормозил у входа в гостиницу.

Оливер отошел от окна, вернул банку с таблетками в шкафчик над раковиной, вышел из номера, закрыл за собой дверь и спустился.

Воздух с ночи еще не успел прогреться, и даже в кожаной куртке было весьма прохладно.

– Доброе утро, детектив, – поприветствовала его Лили, когда он открыл пассажирскую дверь внедорожника.

– Доброе. – Оливер сел в машину, пристегнулся и понадеялся побыть в тишине. Принятые таблетки еще не подействовали, и он чувствовал легкое недомогание.

– Вы есть не хотите? – спросила Лили.

– Нет, спасибо, – бросил он. Но машина так и стояла на дороге, и Лили, кажется, никуда не собиралась ехать.

– А я сэндвичи сделала. Хотите?

Оливер покачал головой.

– Они весьма вкусные, тут и копченая куриная грудка, и свежие помидоры, и маринованные огурцы, и хрустящие листья салата. Только майонез не положила. Заметила, как вам не понравилась картошка фри в закусочной. Но зато горчица…

Оливер резко повернулся к ней, открыл рот и уже хотел попросить ее замолчать, но она так приветливо улыбалась и тянула к нему контейнер, что он вздохнул и спокойно произнес:

– Я совсем не голоден.

– Тогда, может, кофе? – Она подняла металлический термос.

– Спасибо, не надо, – с раздражением ответил Оливер. – Лучше давайте поскорее поедем к дому Джеки, – уже более любезно добавил он и понадеялся, что Лили поймет, что у него сейчас нет настроения разговаривать.

– Конечно, – вежливо улыбнулась она, подкрутив переключатель на магнитоле погромче.

Оливер мог подумать, что Лили сделала это в отместку. Но вряд ли она знала о его нелюбви к радио Хилтона. Там, как всегда, играло кантри, а что самое ужасное, старые песни перепевали какие-то местные исполнители. Поначалу еще было неплохо – Скотт Маккензи в исполнении мужских голосов. Но когда на всю громкость завыл женский вокал, у Оливера больше не осталось никакого терпения.

– А когда уже будут новости? – с недовольством спросил он.

– О, сегодня без радиоведущего, – ответила Лили, постукивая по рулю и тихонько подпевая. – Целый день музыка будет. Правда, замечательно?

– Да, замечательно, – повторил Оливер, дернув бровью.

– А если вам нужны новости, сейчас я вам о них расскажу. – Она сделала звук потише. – За лето побили рекорд по заготовке древесины, значит, работников ждет хорошая премия. Недавно открылся супермаркет, мне он, честно говоря, нравится, а вот тем, кто держит свои лавки, не очень. На этой неделе юбилей у главного врача нашей больницы мистера Коллинза. Все готовятся к большому состязанию по ловле рыбы, и наверняка Дик со своими сыновьями опять победит. Ну и, конечно же, все болтают про пропажу Джеки. На этом, наверное, и все.

– Даже не знаю, что и сказать. – Оливер развел руками. – И вправду небольшой городок.

– Небольшой, но весьма старый, – продолжила Лили, сворачивая на одном из перекрестков, перед мостом. Дальше они поехали вдоль каменистого берега, а рядом неспешно несла свои воды широкая река. – В этих краях раньше добывали золото. Потом оно закончилось, но нашлось кое-что, на чем еще можно было заработать, – лосось. Говорят, раньше во время нереста можно было ловить его голыми руками. Поэтому-то эта жирная рыбеха и стала символом Хилтона, как вы, наверное, уже успели заметить. Но где-то двадцать лет назад ниже по течению поставили небольшую дамбу. Небольшую, но о ловле лосося можно было забыть. Конечно, остался карп в озере, но его было не так много, и он не такой дорогой, чтобы прокормить весь город. И многие решили покинуть эти края, но мой отец купил здесь землю и построил лесопилку, дав многим работу. Ее все равно не хватает для всех, но хоть что-то…

– Ваш отец? – переспросил Оливер.

– Да, мой отец, мистер Вудсон, владелец лесопилки, – с легкостью ответила она, и Оливер вдруг вспомнил слова шерифа про папашу. Неудивительно, что он не мог ее уволить, – она была дочерью важного человека для этого города. – Так что советую остаться здесь подольше, чтобы сходить хотя бы на День карпа. Конечно, руками рыбу ловить никто не станет, но будет пиво с хот-догами.

– Думаю, неплохая идея, – ответил Оливер, раздумывая, что вряд ли он здесь задержится.

Лили вела машину дергано и быстро, резко останавливаясь на перекрестках. Оливеру даже захотелось пару раз схватиться за ручку, но вовремя передумал. Знал, что это не очень хороший тон. Наконец они доехали до окраины Хилтона и остановились напротив возвышенности, где располагался участок, по всей видимости, принадлежавший Джеки Браун. На входе встречала высокая белая садовая арка с калиткой, увитая лианами. К небольшому светлому дому вела каменная лестница, а за живой изгородью был разбит сад. Оливер вышел из машины и с удивлением посмотрел на это буйство красок. Неужели в таком небольшом и явно скучном городе могло оказаться настолько красивое место?

– Джеки очень любит цветы, – пояснила Лили. – И они у нее так хорошо растут: что ни посадит, сразу все приживается. В точности как у ее мамы и бабушки. А у меня вот руки совсем не оттуда растут, – она вздохнула, – я даже все цветы в офисе загубила, но вы, наверное, видели…

– Я так понимаю, вы уже осматривали дом? – перебив, спросил Оливер.

– Да, конечно, – ответила Лили. – Но мы ничего не нашли, надеюсь, что вы сможете что-то заметить.

Лили открыла перед ним калитку под садовой аркой, и они стали подниматься к дому по каменной лестнице. Сад встретил их сладким ароматом и жужжанием пчел. Цветы вдоль их пути так сильно разрослись, что мешали пройти. Оливер осторожно через них перешагивал, стараясь не наступить на листья.

– Это вы еще задний двор не видели, – продолжала Лили, открывая ключом белую дверь с занавешенным окном. – Там у Джеки оранжерея, где она как раз выращивает цветы для продажи, а некоторые на рассаду. Я много раз говорила, что ей надо отправить фотографии в какой-нибудь журнал. Это же так красиво. Или вообще за посещение брать деньги. Правда, кто тут ходить будет… но все же.

Они зашли в дом, свет включать не стали – утреннее солнце ярко светило в окна. Сразу из прихожей, где располагалась лестница, ведущая на второй этаж, находилась весьма уютная, но требующая ремонта гостиная, обставленная мягкой мебелью в классическом стиле. Обивка была в тон старым обоям в нежно-голубую полоску и ковру с цветочным орнаментом. На стенах висели маленькие картины с пейзажами, а в буфете стояла фарфоровая посуда и статуэтки. Сложно было представить, что этот дом принадлежал девушке, скорее в его интерьере можно было представить старушку Бекки.

– Этот дом достался ей от бабушки, – пояснила Лили. – Я часто предлагала Джеки одолжить денег для ремонта, но она всегда говорила, что ей и так хорошо.

– Вы уверены, что она не забирала никаких личных вещей?

– Уверена, по мне, все на месте. Но здесь не так много предметов, которые она могла бы взять с собой, – ответила Лили и показала на лестницу. – Все вещи у нее в основном хранятся в спальне, но и там все выглядит как обычно.

Оливер коротко кивнул и, оставив Лили, прошелся по остальному дому, который оказался намного больше, чем выглядел с улицы. Несколько подсобок, кабинет и кухня. В ней он задержался, чтобы рассмотреть белые деревянные шкафчики с круглыми бронзовыми ручками. Из техники – невысокий холодильник, большая плита и старая кофеварка. На витиеватых крючках висели цветастые полотенца и прихватки. Оливер посмотрел на настенный телефон, поискал записную книгу, но ее нигде не было. Тогда он подошел к мусорному ведру, но оно стояло пустым.

– Лили, это вы вынесли мусор? – чуть громче спросил Оливер, чтобы она услышала его из гостиной.

– Да.

– А вы изучили содержимое?

– Нет.

– Очень зря, там могло быть что-нибудь важное, – ответил Оливер, оставил кухню и вернулся к Лили. – Например, какие-нибудь скомканные записи с адресами и телефонами. Или еще лучше – личные письма или документы.

– Простите, совсем вылетело из головы. – Она опустила взгляд. – Я просто не хотела, чтобы от него пошел неприятный запах.

– Тогда будем работать с тем, что есть.

Оливер вышел обратно в прихожую и думал уже подняться на второй этаж, но обратил внимание на вешалку с верхней одеждой у входной двери.

– Какая погода была в тот день? – спросил Оливер, рассматривая прихожую.

– Обычная: днем было довольно тепло, вечером пошел дождь.

– Лили, вы наверняка знаете, в какой куртке ходит Джеки?

– В красной.

– Ее здесь нет? – Он позвал ее в прихожую и показал на вешалку.

– Нет, нету, – покачала она головой.

– Она могла после работы вернуться домой и забрать куртку?

– Не знаю, – протянула она. – Мы так и не поняли, возвращалась ли она домой после работы. Но насчет куртки… Детектив, здесь с утра всегда холодно. Так что я более чем уверена: на работу она пошла в ней.

– Была ли какая-нибудь вещь, без которой она бы точно не уехала? – спросил Оливер, на что Лили призадумалась и, как ему показалось, слишком надолго. Это выглядело немного странным – все же хорошие подруги должны были о таком знать. – Сколько лет вы дружите с Джеки?

– Со средней школы, – вздохнула она. – Но когда она первая уехала учиться, мы больше не виделись. Так что вновь общаться стали только недавно, когда она вернулась. Поэтому простите, я ничего такого не подскажу…

Они поднялись по скрипучей лестнице на второй этаж. В тесном коридоре было несколько дверей, и Лили показала на последнюю.

Спальня выглядела намного современнее, чем остальной дом: новые однотонные обои, никаких картинок на стенах, темно-серое постельное белье, даже пластиковая ярко-розовая лампа на тумбочке – все говорило о том, что Джеки была не такая простая. В комнате царил беспорядок: всюду лежали разбросанные вещи, кровать была не заправлена, на большом громоздком комоде лежала куча белья, на туалетном столике – косметика и баночки с кремами, а на зеркале висели украшения. Все окна были занавешены, и только из одного пробивался яркий свет. Оливер пригляделся к одежде – джинсы, футболки, клетчатые рубашки. Ничего такого, что бы отличало Джеки от жителей этого города. Он собирался выдвинуть верхний ящик комода, как его остановила Лили.

– Это обязательно? – спросила она.

– Даже не поверите, что может скрываться в таких комодах. – Оливер потянул ящик на себя и высоко поднял бровь: ажурное нижнее белье черных, красных и ярко-розовых оттенков. Все это время он думал, что Джеки – какая-то скромная девушка, домоседка, увлеченная розами, но судя по тому, что он увидел, она была весьма раскрепощенной. – У нее есть парень?

– Да, конечно, Найджел Миллер, – ответила Лили.

– Вы его проверяли? – Оливер задвинул ящик и выпрямился.

– Его не было в тот момент в городе. Впрочем, он и сейчас не вернулся.

– А куда и почему уехал?

– Мы не знаем…

– Где он работает?

– У моего отца на лесопилке.

– Тогда сделайте запрос, узнайте, не брал ли он отпуск. Поспрашивайте соседей и поставьте патруль рядом с его домом.

Оливер тяжело вздохнул: наличие парня, с которым она могла бы уехать, кажется, раскрывало дело. Хотя, с другой стороны, они могли поругаться. А обиженные парни всегда становились первыми подозреваемыми и часто оказывались виноватыми. Он посмотрел в окно и увидел большую старую оранжерею. Белая краска на металлической раме потрескалась, стекла местами были заменены на поликарбонат. Лили была права – задний двор утопал в цветах. Кажется, ступить негде было – везде росли цветы. Он мало что соображал в них, но все же мог понять, что Джеки очень любила розы. Здесь они и вились по шпалерам, и цвели пышными кустами, и росли в кадках. А каких только оттенков тут не было… Оливер поднял взгляд от сада и увидел совершенно удивительный пейзаж – белоснежные горы вдалеке и хвойный лес. И от этого вида его сердце неприятно кольнуло…

– Кто будет поливать цветы? – вдруг спросил он.

– Не знаю, – пожала плечами Лили, – может, попрошу старушку Бекки. Все же жалко их, а у меня времени совсем нет…

– В любом случае мы должны найти этого Найджела и поговорить с ним, – закончил Оливер.

Вдруг рация на поясе Лили включилась с громким треском.

– Младший помощник шерифа Вудсон слушает, – нажав на кнопку, произнесла Лили, но в ответ раздался неразборчивый голос и помехи. – Прошу повторить, вас плохо слышно. – Она приложила рацию к уху, прислушалась, а затем распахнула глаза и уставилась на Оливера. – Они, кажется, нашли машину Джеки.

Глава 4

Лили гнала по трассе так быстро, что Оливер уже крепко держался за поручень на двери и с каждым поворотом боролся с желанием схватиться двумя руками за ручку под потолком. Более того, его стало укачивать, что с ним бывало крайне редко.

– Так где же нашли машину Джеки? – спросил Оливер погромче, стараясь отвлечься от мыслей, как бы им не свалиться в кювет.

– Есть тут одно место, – ответила Лили. – Техника на лесопилке часто выходит из строя. Везти на металлолом дорого, поэтому мой отец просто складирует ее недалеко от города. Но странно, мы несколько раз там уже проезжали. Откуда там теперь взялась машина Джеки?

Они подъехали к свалке, и Лили наконец прекратила свои попытки угробить их на полпути. Оливер с облегчением вздохнул и посмотрел на свалку, где за сетчатым забором доживала свой век старая техника. На площадке перед входом находился обшарпанный трейлерный домик, а рядом – старый гараж-амбар, у которого уже стояли две машины из офиса шерифа: еще один патрульный внедорожник, как у Лили, и длинный седан «Шевроле Каприс». Но внимание Оливера привлек красный «Форд», припаркованный недалеко от них.

– Ее машина… – прошептала Лили, выскочила из внедорожника, и Оливер последовал за ней.

«Форд» Джеки выглядел печальнее, чем он себе мог представить: прогнившие пороги, пятна ржавчины на краске, вмятины от камней и снятые колеса. Капот был открыт, и когда они подошли к машине, Оливер не сразу заметил человека в служебной форме. Тот рассматривал двигатель и что-то записывал в маленький блокнот.

– Это первый заместитель шерифа Кевин Росс, – произнесла Лили. – А это…

– Лили, я знаю, что это детектив Оливер Стоун, – улыбнулся Кевин, протягивая ему руку. – Приятно познакомиться.

Кевин был высоким и стройным мужчиной примерно одного возраста с Оливером, может быть, немного младше, с вытянутыми чертами лица и очень светлой кожей. Выглядел он аккуратно: черные волосы коротко подстрижены, форма выглажена, а ботинки начищены до блеска.

– Вы уже осмотрели машину? – спросил Оливер после того, как они обменялись крепким рукопожатием. – Что с ней? Исправна?

– Померла старушка, – вздохнул он.

– Где шериф Тэтчер?

– Да вон, – Кевин махнул в сторону седана, – допрашивает смотрителя всего этого добра. – Он кивнул на свалку.

– Следы крови? – спросил Оливер, Кевин покачал головой. – Следы борьбы?

– Нет, ничего нет, даже никаких вещей, только вот одна куртка осталась.

– Куртка, – задумчиво повторил Оливер, – это не очень хорошо.

Оливер вспомнил слова Лили о том, что в день, когда Джеки пропала, шел дождь. Если машина просто сломалась, она обязательно пошла бы искать помощь, а значит, взяла бы куртку. Конечно, был еще вариант, что некоторое время она провела где-то и уже потом села в машину. В любом случае он решил проверить все сам, для чего вытащил из кармана пару хлопковых перчаток – в нейлоновых у него прели руки и вместо того, чтобы вести расследование, он всегда думал о том, как бы поскорее от них избавиться. Так что сейчас, когда ему ничего не должно было мешать, он попросил у Кевина фонарик и заглянул в салон «Форда». Но, как и говорил Кевин, никаких следов крови и борьбы не было. Посветил на магнитолу, на пассажирское кресло, на ремни безопасности, открыл все шторки от солнца, дотянулся до бардачка – ничего. А вот на заднем сиденье лежала красная куртка.

– Либо Джеки сама вышла, либо здесь все хорошо зачистили, – произнес он, когда вылез из «Форда».

– Черт возьми! – Шериф Тэтчер громко хлопнул дверью полицейского седана и посмотрел на них. – Сколько времени потеряли из-за этого придурка. Врет, что не слушает радио, потому и не знал, что все ищут красный «Форд». – Он смачно харкнул в сторону, поглядывая на маленький трейлер. – Я ему здесь все разнесу. А затем в участке подольше подержу за воровство. И задам пару вопросов мистеру Вудсону. Слышала, Лили?! – Он грозно посмотрел на нее.

– Он сказал, где нашел машину? – спросил Оливер.

– Сказал, – быстро ответил Джим, достал сигарету и, щелкнув зажигалкой, закурил. Сделал несколько глубоких затяжек, кинул сигарету на землю и снял с пояса рацию: – Всем постам, квадрат Золотого бора. Повторяю: квадрат Золотого бора, поиск Джеки Браун. Соберите волонтеров и прочешите каждый дюйм этого чертова леса!

– Можно я с ним поговорю у вас в машине? – спросил Оливер. Джим кивнул и продолжил раздавать указания по рации, ругаясь через каждое слово. Кевин пошел в трейлер, а Лили, нервно заламывая пальцы, ходила возле машины Джеки и беспокойно ее осматривала.

Оливер оставил их, сел на заднее сиденье машины шерифа, посмотрел на смотрителя свалки и удивился, когда увидел его опухший глаз от недавнего удара. Смотритель был человеком в возрасте, маленьким, с лысой головой и густой седой бородой. На его светло-зеленую клетчатую рубашку капала кровь с разбитой брови.

– Это вас так шериф отделал? – Оливер показал на его опухший глаз.

– Упал, – коротко ответил он, а затем добавил: – При задержании споткнулся о развязанный шнурок.

– Конечно, – поджав губы, произнес Оливер и покачал головой, раздумывая, надо ли говорить с шерифом насчет того, что не стоит бить подозреваемых. А пока он достал кассетный диктофон и, нажав на красную кнопку, продолжил: – Двадцать пятое августа. Время, – он посмотрел на наручные часы, – двенадцать часов дня, десять минут. Я детектив Оливер Стоун, мне нужно задать вам несколько вопросов. Представьтесь, пожалуйста.

– Боб Хамертон, и я уже все рассказал шерифу.

– Думаю, вам не составит труда повторить, – улыбнулся Оливер. – Или мне позвать шерифа? – Он махнул большим пальцем в сторону улицы. – Чтобы он вас лично попросил оказать мне услугу?

– Ладно-ладно, – поднял ладонь Боб, – никакого шерифа не надо, все расскажу заново. Ну дела, – пробормотал он и продолжил: – Пару недель назад проезжал мимо Золотого бора. Опережаю ваш вопрос: что я там делал? Так ответ простой: за ягодами ходил. Можно подумать, кому они нужны…

– Хорошо, ягоды, – перебил Оливер. – Дальше что было?

– Еду в своей машине, вижу, красный «Форд» на обочине. Я уже испугался, неужели кто-то в мои секретные места за ягодами собрался? Вышел, огляделся: никого нет – двери в машине открыты, ключи на месте. Походил, позвал людей – никого. Попробовал завести – не работает. Ну и подумал, наверное, эту рухлядь выкинули. Кому она нужна такая ржавая? – Он презрительно фыркнул. – Тем более там не было ничего, кроме этой красной куртки… Затем оттащил машину в гараж, постояла она там пару недель, хотел починить. Но посмотрел, а там уже и чинить нечего. Колеса скрутил и оттолкнул ее несколько дней назад к остальному металлу. А тут сразу и копы заявились. – Его голос повысился, жесты стали активнее. – Стали допрашивать, почему я не слышал по радио, что эту машину ищут. А что поделать, если я это радио терпеть не могу. Вы слышали, что за песни там играют? И ладно бы просто кантри. Так нет, у них эта одна местная группа все перепевает. Это же просто издевательство над бедными ушами.

– Вы целый день работаете в гараже. Неужели не слушаете музыку? – продолжил допрос Оливер, хотя в это мгновение прекрасно его понял.

– У меня старый проигрыватель есть, с пластинками, – ответил Боб, взявшись за окровавленную бровь. – Фрэнк Синатра, Джонни Кэш, Лестер Янг, да, в конце концов, Мишель Филлипс, а не то, что они там крутят.

– Ну, если Мишель Филлипс… Судя по всему, вы не местный, и что же вас привело на свалку?

– Что привело? Да, как у многих, – вздохнул он, – пил, вот однажды все и пропил, так что пришлось сюда приехать.

– Вы знакомы с Джеки Браун?

– Джеки? – Боб задумался. – Нет, в первый раз слышу. Хотя фамилия знакомая…

Оливер вздохнул и остановил запись диктофона. Взглянул на красный «Форд», что-то ему подсказывало – Боб говорит правду. Оливер вышел из машины шерифа, сел во внедорожник Лили, и все они на большой скорости поехали к Золотому бору. Это место оказалось очень красивым, вдалеке от города и трассы. Дорога к нему вела не асфальтированная, а грунтовая, так что пыли от колес поднималось много. Они ехали за машиной шерифа, а тот гнал еще быстрее и дерганее, чем Лили.

– Куда эта дорога ведет? – спросил он.

– Не знаю, – грубо отмахнулась она, но затем сразу же добавила: – Извините, я очень нервничаю. Это старая дорога, она особо никуда не ведет. Раньше огибала город, но сейчас местами тут уже и не проехать, так что ей никто не пользуется.

– И у вас нет предположений, что здесь делала Джеки?

– Абсолютно никаких. – Она переключила передачу и прибавила скорость, но седан шерифа внезапно остановился. И Оливер в последний момент схватился за ручку под потолком, когда Лили ударила по тормозам и, не обратив на него никакого внимания, выскочила из машины.

– Тут и ремень не поможет, – вздохнул он, отстегнулся и вышел на улицу, где разгорался теплый день.

По сторонам от дороги высились сосны, и когда Джим вытащил смотрителя свалки из машины, тому потребовалось немного времени, чтобы оглядеться. Наконец он махнул рукой на старый столб с обрезанными проводами и произнес:

– Вот здесь та несчастная машина и стояла. – Боб кивнул. – Ну, так что же в этой машине необычного-то? Кто-нибудь мне скажет?

Все молча переглянулись, но тишину нарушил отдаленный звук мотора. От дороги поднялась пыль, и к ним подъехал огромный грязный джип «Вранглер». Его двери открылись и из салона вывалились трое мужчин, те самые люди, которых Оливер видел у закусочной: крепкий мужчина в возрасте, с плешивой бородой, и двое, похоже, были его сыновьями-близнецами. Такие же высокие, крепкие и кудрявые, с неприятными ухмылками.

Оливер насторожился. Но когда шериф Тэтчер подошел к самому старшему и пожал руку, тот понял, что это волонтеры, про которых говорил Джим ранее по рации.

– Рад видеть тебя и твоих парней, Дик, – поздоровался Джим.

– Ну что? – выдал Дик с деревенским акцентом. – Опять ту девицу ищем?

Джим кивнул и отошел переговорить с другой группой по рации. Оливер еще раз внимательно взглянул на Дика, но тот только бросил на него ответный подозрительный взгляд и отошел к своим сыновьям.

Пока вокруг собирались машины волонтеров и помощников шерифа, Оливер смотрел на бор. И, кажется, понял, почему тот назывался золотым. Кора высоких сосен была ярко-оранжевого оттенка, и когда солнечные лучи падали на нее, она начинала искриться. Затем людей вокруг стало больше, он принялся за работу: помогал разделять людей на группы, раздавал снаряжение, изучал и запоминал карту местности.

Когда все собрались, на часах был уже вечер. И Оливер подумал, что поиски лучше было бы начать с утра при хорошей видимости. Но в план Джима влезать не стал, тем более при гражданских, которые столпились около шерифа и внимательно слушали его указания.

– Всем все ясно? – громко подытожил Джим. – Детектив, вам есть что сказать?

– Думаю, в поиске людей у вас больше опыта, – ответил Оливер. – Однако мы, возможно, на месте преступления, так что прошу, действуйте как можно аккуратнее. Внимательно оглядывайте округу, обращайте внимание на любые странные детали…

– Детали? – перебил Дик. – Это, например, какие?

– Выброшенные вещи, кровь, следы ботинок, даже сломанные ветки…

– Сломанные ветки! – усмехнулся Дик. – Может, нам еще сосны искать, так сразу скажу: вот они, мистер детектив. – Он махнул в сторону бора и засмеялся, а сыновья и еще несколько человек подхватили его шутку.

Оливер поднял бровь, но подобной насмешки было мало, чтобы вызвать у него раздражение.

– Ладно, хватит болтать, – произнес Джим. – За дело!

Оливер взял большой полицейский фонарь и отправился со всеми в лес. Но вскоре все разбрелись, и он оказался с Лили вдвоем.

– Детектив, – тихо спросила Лили, когда он почти привык к ее молчанию. – Как вы думаете, Джеки могла бы пойти просто по дороге? Ее мог бы кто-нибудь подвезти. Например, до другого города?

– А как же ваше предчувствие? Я думал, вы уверены, что с ней что-то случилось. – Он хотел усмехнуться, но, посмотрев на Лили, увидел, как она была сильно расстроена, и передумал. – Хотел бы я вам сказать что-нибудь утешительное, но, к сожалению, не могу.

Они шли по сосновому лесу, светили полицейскими фонарями на землю и внимательно оглядывали округу. Обычно поисками занимались подготовленные волонтеры и полицейские, а детективы очень редко принимали участие в таких делах. Но Оливер без сомнений вызвался. Понимал, что, хотя народу на помощь приехало немало, этого все равно было недостаточно. У них даже поисковая собака была всего одна, но и на нее Оливер особо не рассчитывал. Прошло слишком много времени, и все запахи с одежды Джеки должны были уже исчезнуть.

– Мы давно с ней не виделись, – нарушила долгую тишину Лили. – У меня так много работы в участке, что я всегда откладывала все встречи на потом. Мы столько раз должны были с ней увидеться, выпить пива, поговорить… А я все на этих патрулях. Представляете, за все то время, что я работаю у шерифа, у меня не было больше двух выходных в месяц.

– Тогда почему вы у него работаете?

– А у меня есть выбор? В Хилтоне есть только одно место, где может пригодиться человек, окончивший полицейскую академию.

– Разве ваш отец не может найти подходящую должность у себя на лесопилке?

– Я в этом ничего не понимаю.

– Тогда не думали уехать? Уверен, с деньгами у вас нет проблем, тем более в больших городах не хватает полицейских.

– Все не так просто, – вздохнула Лили. – Я не могу уехать.

– Боюсь спросить почему. – Оливер посмотрел под ноги и подумал, что поиски могут затянуться, и может быть, завтра стоило запросить помощь у соседних городов.

– Несколько лет назад моя мама скончалась от долгой болезни, – продолжила Лили. – Папа очень переживал, поэтому почти сразу после окончания академии мне пришлось вернуться сюда, чтобы он не оставался один.

– А где вы учились?

– В Портленде, – оживилась она. – Вы не поверите, но я вас уже видела. Вы приходили к нам на одну из лекций, когда поймали того маньяка.

– Неужели?

– Да, – улыбнулась Лили. – Когда я узнала, что именно вы едете к нам из департамента, то даже не поверила. Представляете, как сильно я занервничала, когда шериф отправил меня вас встречать. И я бы очень хотела вам кое-что сказать. – Она неожиданно остановилась, и даже в сгустившихся сумерках было видно, как она покраснела. – Для меня смотреть, как вы работаете, большая честь. И надеюсь, что я чему-нибудь у вас научусь.

– Хотите стать детективом? – спросил Оливер, но не успела она ответить, как сработала рация. Лили быстро отстегнула ее от пояса, поднесла к лицу и стала вслушиваться.

– Они что-то нашли, только из-за помех я не могу понять что, – с тревогой произнесла она и затрясла рацией, все больше краснея, только теперь от злости.

Оливер вздохнул, подошел к ней и протянул руку.

– Дайте мне, – произнес он, забрал из ее рук рацию и, немного подкрутив переключатель, приложил к уху, прикрыл глаза и стал вслушиваться. Но на том конце были только громкие помехи вперемешку с неразборчивым голосом. – Нужно подняться повыше или найти место, где не так много деревьев.

Лили кивнула вперед, где виднелся просвет между деревьями. Они вышли на возвышенность, и Оливер на мгновение даже забыл, что сейчас велись поиски. Настолько красивый пейзаж открылся перед ними. Над бескрайним темно-зеленым лесом разгорался золотой закат, а вдалеке блестели заснеженные вершины гор. Этот вечер мог стать действительно хорошим, если бы не тяжелые тучи, которые к ним приближались. Оливер с досадой вспомнил, что не взял с собой ни дождевика, ни резиновых сапог, хотя всегда об этом думал заранее. Он вновь покрутил переключатель рации, на этот раз сигнал оказался намного лучше, и они услышали голос Кевина:

Гхм… Гхм, белый… Гхм, белый букет… Гхм… черный целлофановый пакет… Гхм… Тэтчер… Мать твою! Гхм… мы ее нашли… Гхм… О боже! Кто же это с ней сделал?!

Глава 5

Оливеру снилось то мгновение, когда они бегом добрались до места, где нашли Джеки… Он всегда старался как можно лучше рассмотреть и запомнить лицо жертвы. Но в этот раз в памяти осталось совсем другое лицо – лицо Лили. В тот момент, когда Кевин открыл черный целлофановый пакет, Оливер не смог оторвать взгляд от боли, которая отразилась в ее глазах, как губы задрожали и по щекам полились слезы. Лили закрыла рот ладонью, попятилась назад и все время, пока они выкапывали труп ее подруги, стояла в стороне и громко плакала.

– Детектив Стоун, – послышался мужской торопливый голос, который разбудил его.

Он сидел на металлической скамье в промозглом коридоре морга и упирался спиной в стену. Открыв глаза, он увидел перед собой патологоанатома – единственного на всю округу. Невысокий мужчина в белом халате с непослушными пушистыми русыми волосами и приятными чертами лица. Он носил квадратные очки с толстыми стеклами, отчего большие светлые глаза казались еще больше. Оливер сперва попытался вызвать коронера из департамента, но все выездные судмедэксперты в Сиэтле были заняты в других городах, так что пришлось рассчитывать только на этого человека.

– Мы же с вами уже говорили. – Он поправил очки. – Вам не обязательно ждать здесь, все равно быстро я с ней не закончу. Не переживайте, как напишу отчет о вскрытии, сразу же позвоню в офис шерифа.

– Фрэнк, я здесь не ради отчета, – ответил Оливер и посмотрел на наручные часы. Было около шести вечера. Неудивительно, что он заснул, – почти всю ночь пришлось провести под дождем в лесу. Сперва выкапывали труп, потом ждали машину и оформляли показания свидетелей страшной находки. Целый день вместе с волонтерами, возглавляемыми шерифом, осматривали ближайшие окрестности, где удалось подобрать разряженный телефон и одну кроссовку, явно принадлежащие жертве. А главное – недалеко от захоронения удалось найти место преступления: бурые пятна крови на жухлой прошлогодней хвое, которые сохранились только благодаря тому, что в округе Хилтона две недели не было дождей.

– Я хотел бы взглянуть на тело до того, как вы проведете вскрытие, – продолжил Оливер, поднимаясь с железной скамьи.

– Зря вы мне не доверяете, – произнес Фрэнк. – Это сейчас я простой патологоанатом, а раньше, между прочим, работал судмедэкспертом. И все бы ничего, но работа эта очень нервная. Так я и оказался здесь. Тут, знаете, воздух свежее. – Он глубоко вздохнул. – За стенами морга, конечно.

– Дело не в вашей компетентности, – ответил Оливер, пропуская Фрэнка вперед в секционную. – Я разговаривал по телефону с нашим коронером из департамента. Он вас знает и весьма хвалил.

– Тогда в чем же?

– Ночью, а тем более в дождь, не было возможности хорошо разглядеть жертву, – пояснил он. – Так что не беспокойтесь, вашу работу я оставлю для вас.

– Тогда прошу, наденьте. – Фрэнк снял с крючка белый застиранный халат и протянул ему.

Оливер оставил на свободном крючке куртку, накинул халат и, толкнув железные распашные двери, оказался в секционной. В нос ударил неприятный запах разложения, но вытяжка, на удивление, справлялась неплохо. Правда, сильно шумела. Яркий белый свет галогенных ламп освещал каждый уголок секционного зала, в центре которого стоял стол. На нем и лежало тело Джеки Браун в том самом черном целлофановом пакете, в котором ее и нашли.

– Вы еще не успели снять с нее одежду? – спросил Оливер, пока Фрэнк отошел к своему столу положить папку с отчетом полиции.

– Нет, все как есть, ничего не тронуто, – ответил Фрэнк, вернувшись под свет белых ламп.

– Отлично, что ж, давайте приступать.

Фрэнк осторожно открыл мешок. Едкий запах разложения ударил в нос, и Оливер уже хотел прикрыться рукавом, но сдержался и стал внимательно изучать одежду, которая была на Джеки: грязные джинсы, фиолетовая футболка, разорванная на одном предплечье, – следы борьбы. На одной ноге – испачканная белая кроссовка, на другой – только носок. Скорее всего, потеряла во время бега или когда убийца тащил тело. Огромный черный мусорный пакет – такие используют для хранения шин или для сбора крупного мусора. Кожа Джеки посинела, покрылась темно-лиловыми, уже почти черными трупными пятнами и местами вздулась. Но на руках пятна имели совсем другой характер: меньше в размере, насыщенные и с четким краем. Это могли быть синяки, которые она получила при жизни, когда сопротивлялась, а значит, под ногтями могли остаться частички чужой кожи. Но Оливер пока не увидел раны, которая бы прямо свидетельствовала, от чего умерла Джеки, и он посмотрел на Фрэнка, тот понял его без слов.

– Затылок, – произнес Фрэнк, небрежно показывая на свою голову. – Бедняжке проломили череп.

Оливер пригляделся. На спутанных темных волосах виднелись следы засохшей, почерневшей крови. Он посмотрел на лицо и совсем не узнал ту красивую девушку, что улыбалась на фотографии, которая была подшита к делу.

– Обязательно проверьте, не было ли изнасилования, – произнес он.

– Обижаете, – ответил Фрэнк.

Кажется, он действительно только мешал патологоанатому, хотя тот терпеливо ждал, пока Оливер закончит осмотр. Решив, что пока информации собрано достаточно, он уступил место у стола. В конце концов, картина уже вырисовывалась: симпатичная девушка, сломанная машина на безлюдной дороге ночью, погоня в лесу, смерть от удара по голове сзади и захоронение недалеко от места преступления – надо сказать, предчувствие Лили ее не обмануло. С Джеки Браун действительно случилось самое ужасное, что только могло произойти.

– А где цветы? – вдруг спросил Оливер.

Белые розы… Именно из-за них и удалось отыскать Джеки. Как рассказал Кевин, он шел по лесу, внимательно осматривал землю и заметил что-то неподалеку. Подошел ближе – букет засохших роз, завернутый в грязный прозрачный целлофан. Пригляделся, а под ними взрыхленная земля, которую старательно накрыли ветками. Раскопал их ногой и нашел черный целлофановый пакет, а когда уже немного его сдвинул, разворошив хвою с листьями, заметил кровь. Потом обнаружил и окостеневший труп Джеки…

– Цветы вон там. – Фрэнк кивнул на столик в углу и продолжил: – Судя по трупным пятнам, а также месту, где вы нашли тело, время смерти может совпадать с днем пропажи. Но вскрытие, конечно же, покажет точнее.

Оливер оставил секционный стол и склонился над увядшим букетом. Цветы были далеко не свежими, и сколько они там пролежали, ему было неясно, но что-то подсказывало – не меньше двух недель. Белые лепестки высохли, листья пожелтели и скрутились. Обертки никакой не было, зато цветы были перевязаны красной атласной лентой. Оливер вспомнил, что именно таким, по словам Бекки и по пробитому чеку, был последний букет, проданный в лавке Джеки. Неужели убийца покупал у нее цветы и выбрал свою жертву заранее? Оливера посетило странное чувство, которое он уже давно не испытывал, но вдруг послышался голос Фрэнка.

– Конечно, у меня сегодня выходной, – произнес он. – Но дело для нашего города необычное, поэтому сегодня все сфотографирую, вскрытие, к сожалению, смогу провести только завтра.

– Буду признателен, – ответил Оливер, но не успел закончить, как в коридоре послышался грозный голос. Двери в секционную распахнулись, и к ним ворвался шериф Тэтчер, а за ним бежал Кевин. И если Джим был, как обычно, зол, то Кевин выглядел растерянным.

– Эй, халаты, – спохватился Фрэнк.

Но Джим не обратил на его слова никакого внимания. Быстро подошел к секционному столу и посмотрел на Джеки.

– Этого не может быть… – прошептал он. – Этого просто не может быть… – Он снял шляпу и приложил ее к груди. – Черт… – выругался он и ударил по столу. – Черт! Черт! Черт!

– Эй! – подскочил Фрэнк.

– Шеф, – осторожно произнес Кевин.

– Заткнись! – бросил он и обратился к Фрэнку: – Я жду отчет к завтрашнему утру.

– Я не успею, – спокойно произнес Фрэнк, – уже вечер.

– Никаких, мать твою, не успею, – перебил его Джим, встряхнул головой и наконец-то заметил Оливера. Глаза его округлились, но он быстро отвел разгневанный взгляд.

– Шериф Тэтчер, – произнес Оливер, – я понимаю вас, поскольку в Хилтоне, за безопасность которого вы отвечаете, никогда никого не убивали. Но прошу, сдерживайте эмоции. Фрэнк за одну ночь не успеет сделать работу так качественно, как хотелось бы. К тому же тело уже найдено, и пара дней ничего не решит.

Джим шумно выдохнул носом, хотел что-то ответить, но бросил случайный взгляд на цветы и переменился в лице.

– Это их нашли рядом с ней? – спросил он и после недолгого молчания спросил: – Что это, по-вашему, значит?

– Ну, сейчас мне сложно ответить на этот вопрос. – Оливер перевел взгляд на розы. Это была довольно интересная деталь. Все-таки далеко не каждый убийца оставляет на могиле своей жертвы букет.

– Не хватало нам еще сумасшедших маньяков, – оборвал тишину грубый голос Джима. – Так уж и быть, Фрэнк, делай свою работу. Но помни, что я все равно жду отчет как можно скорее. – И еще раз взглянув на Оливера, он надел шляпу, и они с Кевином покинули секционную.

Оливер немного подождал, кивнул Фрэнку и тоже вышел. Оставил халат, вновь надел куртку и, пройдя длинный коридор, поднялся по лестнице и вышел из морга на улицу. Больница находилась недалеко от центральной улицы и выглядела весьма грустно: бетон местами потрескался, краска облезла. Вдруг его внимание привлек шум голосов, доносящихся со стороны главного входа. Он осторожно вышел из-за угла и увидел народ, столпившийся у входа в больницу. Взгляды жителей были обращены к Джиму, а за его спиной стояли Кевин и еще парочка помощников шерифа.

– Если убийца еще здесь?! – выкрикнула одна из жительниц. – Если он ходит среди нас?!

– Успокойтесь, – ответил Джим. – У нас все под контролем.

– Да под каким таким контролем? – вперед вышел тот самый Дик, который помогал с поисками. – Если девицу нашли в целлофановом пакете в маленькой яме? А если завтра кто-нибудь опять пропадет?

– Не пропадет, – продолжал Джим, но женщина опять начала с ним спорить, и вновь поднялся недовольный гул.

– Если вы не справляетесь, – вступил Дик, – то мы сами можем организовать патрули по городу.

– Не надо ничего организовывать. – Джим поднял руки. – Если нам понадобится ваша помощь, как это было с поисками, мы обязательно вас попросим. – Выкрики в толпе стихли, но возмущение все еще бурлило, и шериф обратился к Кевину: – Снимите все объявления о пропаже и организуйте дополнительные патрули. Слышал? Выполняй!

Оливер отметил, что Джим хотя и был очень грубым человеком и со многим в его ведении дел трудно было согласиться, но свою работу знал хорошо. Народ, подчиняясь его громовому голосу, все же успокоился и стал расходиться. Так что Оливер незаметно оставил больницу, но, прежде чем пойти в гостиницу, решил прогуляться по Хилтону.

Вечер был тихим. Дождь закончился, на небе появился такой же золотой закат, как и вчера. Воздух был влажным и свежим, особенно приятно обдувал после запаха в секционной. В такой атмосфере хорошо думалось. И Оливер, следуя давней привычке, попытался выстроить ход расследования на несколько шагов вперед. Во-первых, надо было найти Найджела – парня Джеки. Во-вторых, еще внимательнее изучить все чеки и документы из цветочной лавки. Еще раз опросить всех, кто знал Джеки и мог хотя бы случайно видеть ее в тот день. Да и пора было узнать, кто был тем человеком, который купил у нее цветы… А если учесть, что машина Джеки сломалась на безлюдной грунтовой дороге, про которую знают только местные… Возможно, жители правы – убийца мог ходить среди них. Но все же была велика вероятность, что преступник оказался в городе случайно или проездом.

Оливер встал на одном из перекрестков, поднял голову и вдруг понял, как сильно устал за последние сутки. Хотел вернуться в гостиницу, но вспомнил, что уже давно ничего не ел. Но стоило только подумать о закусочной, о жирном бургере, как его сразу передернуло. Поэтому, положив руки в карманы, он неспешно зашагал по мокрому асфальту в поисках какого-нибудь супермаркета. Можно было, конечно, сесть за руль, но машина была припаркована рядом с гостиницей, так что Оливер продолжил прогулку. Он много раз слышал, как они хорошо влияют на самочувствие. Все врачи ему советовали как можно больше ходить на своих ногах, а не сидеть в зашторенной темной квартире, в которой он провел последний год.

– Тебе бы здесь понравилось. – Оливер вдохнул свежий воздух после дождя и машинально потер по фаланге пальца, где раньше было обручальное кольцо.

На сердце потяжелело. Надо было поскорее разобраться с этим делом, вернуться в Сиэтл, сдать значок и вновь погрузиться в тяжелый полумрак своей квартиры.

Дорога тем временем привела его к полупустой парковке, по меркам этого города – довольно большой. Он все так же смотрел под ноги и не сразу заметил желтое здание супермаркета, которое находилось в отдалении от остальных домов.

– «Волмарт»? – усмехнулся Оливер, подняв голову, и подошел к стеклянным дверям.

Они бесшумно раздвинулись, а когда закрылись за ним, ему показалось, что он оказался не в Хилтоне, а в каком-то другом городе Америки. Те же цвета, прилавки, корзинки и тележки у входа. Даже форма кассира была такой же, как и везде: синий комбинезон, желтая жилетка, а на кудрявой темной голове – козырек с логотипом маркета. Играла все та же спокойная музыка, и даже пахло одинаково – свежей выпечкой. Только здесь еще был запах нового ремонта. Конечно, размеры этого магазина не шли в сравнение с супермаркетами большого города, но все же здесь было все, что необходимо.

Девушка за кассой скучающе посмотрела на него и вернулась к чтению журнала, даже не поздоровавшись. Это было довольно странно. Первое, что так сильно отличало «Волмарт» от всех остальных магазинов, – чрезмерная вежливость персонала. А она жевала жвачку и делала вид, что совершенно его не замечает.

Он прошел через турникет, закинул в корзину лапшу быстрого приготовления, питьевые йогурты, упаковку хлеба для тостов и парочку огромных помидоров, продававшихся по какой-то сумасшедшей цене. Он хотел уже идти к кассе, как вспомнил, что захватил в эту поездку не так много теплых вещей. Взял пару шерстяных носков, посмотрел на фланелевые клетчатые пижамы, но решил, что не до такой степени замерз прошлой ночью, поэтому остановился на носках. Со стойки с журналами, которая находилась рядом с кассой, добавил в корзину карту города, как вдруг его взгляд привлекла холодильная камера с бу-кетами.

– Откуда у вас эти цветы? – спросил он у кассирши.

– В смысле? – вылупила она глаза, вновь отвлекшись от журнала.

– Кто поставщик?

– Их привозят, как и все здесь, – ребята из «Волмарта», с общего склада где-то там, – махнула она. – Что я вам объяснять буду?

Оливер подошел к холодильнику, взглянул на цветы и увидел белые розы, перевязанные красными лентами. Значит, убийца мог купить их не только у самой Джеки, но и здесь, в супермаркете.

– У вас здесь есть камеры наблюдения? – обратился он к кассирше вновь.

– Что за странный интерес? – Она вздохнула и недовольно продолжила: – Их подключили только вчера. Ну что, оплачивать покупки будем?

Оливер кивнул, про себя отметив, что все равно надо будет запросить видео с камер наблюдения и чеки за последние две недели.

После того как оплатил покупки, он вернулся в гостиницу. На улице в это время уже стемнело. Он зашел в свой номер и тяжело вздохнул – как же он устал. Нажав на кнопку чайника и достав лапшу из пакета, он подождал, пока вода вскипит, и после залил ее в пластиковый контейнер. Только специи решил не добавлять. Пустая безвкусная лапша показалась ему уместнее. И пока та заваривалась, он ушел в ванную, с облегчением стянул промокшие носки и подумал, как же ему до утра высушить ботинки. Разделся и зашел в тесную кабинку. Он ни о чем не думал, только грелся под струями воды… Когда он вышел из душа, то надел тонкую пижаму, которую захватил из дома, помыл помидор и, взяв лапшу, устроился на стуле перед телевизором. Ужин под развлекательную программу был настолько привычным, что его даже не отвлекали то и дело тревожно мигающие за окном проблесковые маячки на патрульных машинах…

Глава 6

– Где офицер Цветочек? – в уже привычной грубой манере спросил Джим, выйдя из своего кабинета. – Кевин! Передай ей, чтобы она и сегодня на ночной патруль выходила.

– Она же и так целую неделю выходит, – растерялся Кевин, отрываясь от кружки с кофе.

– Ничего. Хотела у меня в офисе работать, вот пусть и работает. – Джим вздернул козырек шляпы шерифа на голове и направился к выходу.

– Но, шериф, у нее умерла подруга, – остановил его Кевин, и было довольно странно, что он так смело защищал Лили. Насколько заметил Оливер, Кевин особо никогда не спорил с Джимом, а сейчас он выпрямился и даже, кажется, сжал кулаки. – Может быть, дадите ей немного отдохнуть? Я готов за нее выйти…

– Я сказал, – сквозь зубы прорычал Джим, – передать ей, чтобы она и сегодня на ночной патруль выходила! Если еще слово от тебя услышу, то она вообще без сна останется. – И хлопнув дверью, он покинул участок.

Оливер не отреагировал на слова шерифа – перед ним лежало дело Джеки и все его внимание было сосредоточено на нем. Прошла неделя, как ее нашли, и все это время ему приходилось работать в офисе шерифа. В первый же день он хорошо намыл столешницу, попросил у Лили немного канцелярских принадлежностей и небольшую пачку чистых листов. И только после этого приступил к делу. Фрэнк и вправду оказался неплохим коронером, он все внимательно описал и подробно сфотографировал. Время смерти совпало с днем пропажи – от одиннадцати до часа ночи. Причиной, как и предполагалось, оказалась черепно-мозговая травма тупым предметом по затылку. Следов изнасилования не нашли, как и не нашли подозрительных волокон или чужих отпечатков. Оставалось только дождаться токсикологического анализа, и можно было разрешить похороны.

Его главная зацепка, букет из белых роз с красной лентой, на днях зашла в тупик. Видеонаблюдение в «Волмарте» и вправду было отключено, а по ошибке той самой кассирши почти все чеки не записывались. Удалось достать только общие суммы за покупку, но по ним никак нельзя было определить, кто покупал цветы. В документах из лавки тоже не нашлось ничего интересного – одни счета и выписки. И самое плохое, так и не удалось выяснить, кто был последним покупателем Джеки.

Оливер размял шею и достал белую чашку из ящика, которую с трудом отыскал среди всех остальных побитых и грязных кружек. Встал из-за стола, дошел до старой гремящей кофеварки и, с усилием нажав на плохо работающую кнопку, стал смотреть, как шумно полился кофе. Отпил горячего, но мерзкого на вкус кофе и, чтобы размять ноги, прошелся по офису. Остановился напротив карты Хилтона и его окрестностей: квадраты и прямоугольники жилых кварталов, шоссе между штатами, слева лесопилка, справа Большое озеро и Золотой бор. Только вот грунтовой дороги, на которой нашли машину Джеки, нигде не было.

– Куда же ты ехала? Если хотела покинуть город, то почему не трасса? – вздохнул он, намереваясь обязательно это выяснить, и обратился к Кевину: – Не против, если я использую вашу карту?

– Да всегда пожалуйста, – махнул Кевин. – Будто она нам сильно нужна, и так хорошо знаем все эти три улицы.

Оливер взял несколько разноцветных кнопок с соседнего стола и несколько маленьких бумажек для записей, а затем стал крепить их на карту. Зеленой отметил лавку, где последний раз видели Джеки. Синей – дом под знаком вопроса. Желтой – Золотой бор, где нашли машину. И последней, красной кнопкой, где убийца ее похоронил.

– Вижу, что пока не так много информации, – отозвался Кевин.

– Начинал и с меньшего, – задумчиво ответил Оливер.

– А я вот думаю, все-таки это сделал ее парень, – Кевин откинулся на спинку стула, высоко задрав кружку с кофе, – этот Найджел. Работает на лесопилке, деньги гребет лопатой, как премию получит, так идет в бар всем хвастаться. А кому такое понравится? Я даже пару раз на драки выезжал, сам его останавливал и видел, как тот умеет кулаками махать.

Оливер взял папку с делом и стал вновь обдумывать, что узнал о Джеки: родилась и жила в Хилтоне, потом уехала учиться в Лос-Анджелес, что было весьма странно – Колледж искусства и дизайна Отиса мог позволить себе не каждый американец. Неудивительно, что после первого курса она отчислилась и несколько лет просто жила в Лос-Анджелесе. Нигде не работала, а затем вернулась в свой родной город и открыла цветочную лавку. Близко общалась, похоже, только с Лили. Но и, конечно же, был еще ее парень Найджел, который пока что так и не объявился. Оливер уже отправил по нему ориентировку в департамент, чтобы его искали по другим городам, а рядом с его домом круглосуточно дежурил патруль.

– А ведь если бы не ваш приказ возобновить поиски, мы бы так и не нашли машину Джеки, – нарушил тишину голос Кевина. – И ее бы тоже никогда не нашли. Знаете… – Но не успел он закончить, как входные двери в участок открылись, и в офис зашла Лили в служебной форме с термосом в руках. Кевин подскочил со своего места, расплескав кофе из чашки, и широко улыбнулся. – Привет, как твои дела, все в порядке?

– Нормально, – отрезала Лили, бросила куртку на свой стол и, плюхнувшись на стул, взяла первый попавшийся листок. Ее глаза были красными и опухшими, под ними виднелись темные синяки от усталости.

– Слышал, ты теперь постоянно на патрулях, – продолжил Кевин. – Хочешь, мы как-нибудь вместе с тобой отправимся?

– У тебя и своей работы достаточно, – ответила она и спряталась за листом бумаги.

Оливер особо не прислушивался к их разговору, хотя и так понял, что Кевин оказывал Лили знаки внимания, но весьма неудачные – Лили что-то коротко отвечала и давала понять, что сейчас не хочет разговаривать. Но Кевин все равно жужжал, как пчела, вытирая пятна кофе бумажной салфеткой, пока на его столе не зазвонил телефон.

– Детектив, это вас. – Он протянул ему трубку.

– Слушаю, – произнес Оливер, когда подошел к столу Кевина и поднес телефон к уху.

– Токсикология готова, – на том конце провода послышался торопливый голос Фрэнка, – ничего интересного, ни алкоголя, ни каких-то запрещенных веществ. Правда, все же есть небольшое содержание пароксетина гидрохлорида…

– Антидепрессанты, – закончил за него Оливер.

– Именно они! Удивлен, что вы знаете.

– К сожалению, знаю, – ответил Оливер и после недолгой паузы продолжил: – Спасибо, Фрэнк, зайду за отчетом сам или кого-нибудь отправлю. – Он положил трубку и обратился к Кевину: – Сможем узнать, кто был ее лечащим врачом?

Но не успел он договорить, как с улицы послышались звуки сирены, скрип тормозов, и через мгновение в двери офиса ворвался один из помощников шерифа – огромный, крепкий мужчина в помятой форме, с кудрявой светлой головой и крупными чертами лица. Он широко ухмылялся и держал за плечи коренастого парня с черными волосами.

– Громила Рик! – подскочил Кевин. – Откуда ты его приволок?

– Не зря детектив патруль выставил, – произнес Рик низким резонирующим голосом. – Найджел Миллер, парень нашей жертвы. Скрутил его сразу же, как он подъехал к своему дому.

Найджел на вид был ровесником Джеки, и похоже, и вправду неплохо зарабатывал. На нем была весьма дорогая одежда – черный бомбер с логотипом «Найк», прямые плотные джинсы, большие белые кроссовки, а на руке хорошие часы с кожаным ремешком. Черты лица его были заметными: прямой нос, массивная челюсть и большие зеленые глаза. Одним словом – бывший король выпускного. Совсем неудивительно, что красавица Джеки встречалась с ним.

Оливер не испытывал того возбуждения, что появилось на лицах помощников шерифов. Он подумал лишь об одном: как бы поскорее допросить Найджела, пока в офисе нету шерифа. Он попросил Рика довести Найджела до комнаты для допросов, допил остывший кофе, взял папку с делом и последовал за ними.

– Это правда? – Первое, что выпалил Найджел, резко встав из-за стола. – Джеки мертва?

– Сядьте, пожалуйста. – Оливер папкой показал на стул, и от этого жеста Найджел немного поморгал, а затем медленно осел.

Помещение оказалось небольшим и мало походило на комнату для допросов, скорее на старый пыльный архив или склад бумаг в больших коробках. Свет был ужасно тусклый, посередине стоял железный стол и два офисных стула с кривыми ножками. Оливер сел на один из них, понадеялся, что тот под ним не сломается, и посмотрел на Найджела. Достал папку с делом и вытащил фотографию тела Джеки на секционном столе. Найджел бросил на нее взгляд и замер.

– Так, значит, это правда, – пробормотал он, поставил локти на стол и спрятал лицо в больших ладонях.

– Где вы были все это время? – спросил Оливер, внимательно за ним наблюдая.

– Простите, дайте мне немного времени. – Найджел пододвинул к себе фотографию и, тяжело вздохнув, стал на нее смотреть. Оливер заметил, как в его взгляде глубокое потрясение, медленно сменилось болью и растерянностью. Но времени было немного – скоро должен был вернуться шериф. Поэтому Оливер повторил вопрос:

– Так где же вы были?

– Уезжал, в отпуск, – поникше ответил Найджел, но вдруг его брови сомкнулись. – Подождите, вы меня в чем-то подозреваете? Вы думаете, что это я убил Джеки?

– Куда вы уезжали в отпуск? – игнорируя его возмущение, произнес Оливер.

– К родителям, – бросил Найджел. – Они были очень расстроены, что Джеки не приехала со мной.

– А она должна была приехать?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.