Евгений Орехов
Lady Freedom

«Леди Гага приезжает в Россию (Москва, Санкт-Петербург) в рамках своего тура The Born This Way Ball 12 июня 2012 года».

Вот такую новость я узнал в группе о Леди Гаге «ВКонтакте» одним февральским утром.

– ДА!!!

Даже не просто «ДА»…

– ДА, ЧЁРТ ВОЗЬМИ!!! ДА!

«Она приедет!»

Я весь день ходил как заведённый! Часто просматривал новости на стене, ища что-то новое по этому поводу, не желая понимать то, что новость появилась в Сети всего четыре часа назад и вряд ли так быстро найдётся что-то ещё на эту тему (по крайней мере, официальное). Всегда ждёшь чего-то подобного, говоря себе, что этого так просто не случится, но где-то в тебе сидит назойливый голос надежды, который вывести из себя иногда даже сложнее, чем влажную, не вскрывшуюся мозоль (так, чтобы она не потекла). И этот голосок шепчет тебе:

«А вдруг случится?..»

И ему как-то больше веришь.

Ну-с… Тут и думать нечего – пойду! И если что случится – к чёрту всё! «Я иду на концерт Леди Гаги! Катитесь все!»

Я полез в свою заначку, заработанную кровью и потом (особенно потом) работой в Макдоналдсе. Где ж ещё работать в нашей стране перспективному, способному человеку с дипломом юриста?!

Да, блин! Не самая приятная и благодарная работа! Коллектив, правда, лично мне попался хороший. Приветливые, дружелюбные коллеги, которые и пошутят, и поддержат. Хорошие менеджеры (за исключением одного азиата – фашист!), которые могли и отпустить пораньше (когда у тебя маниакальная стадия депрессии и ты рвёшь и мечешь), и на некоторые недостатки в работе закрыть глаза (но еду с пола поднимать – увольнение!). Но дело было не в них.

…Посетители…

В основном быдло, которое даже не имеет понятия о том, на что они имеют право! Это, конечно, не аксиома, но когда тридцатого декабря, в твой последний день работы перед новогодним отпуском, какая-то сволочь проблюётся перед входом омлетом с ветчиной и тебе приходится всё это подчищать в тройном слое перчаток, начинают складываться определённые представления о клиентуре Макдоналдса.

В общем, в моей заначке оказалось ни много ни мало тридцать две тысячи рублей. Очень даже! Спасибо тёте с дядей за подарок на день рождения в десять тысяч (пожалуй, один из самых крупных в денежном плане подарков в моей жизни). Могу выбирать себе хоть ложу! Конечно, не VIP, которая стоит до ста тысяч… Но я в этом плане далеко не бедняк.

А вот и первая дилемма: куда билет покупать? Сидеть далеко или толпиться стоя ближе к сцене?

Я подумал, что будет лучше подождать, пока в группе не утихнут возгласы восторга, слухи и просто флуд. То есть пару дней.

Но раз так, я решил оттянуться под музыку Гаги! Колонки у меня на компьютере хоть и старенькие, но после Zombie – The Cranberries уши закладывает.

А во время просмотра клипа на песню Judas я решил прокатиться по комнате на своём стуле на колёсиках…

Спасибо тебе, ковёр, блин, за то, что ты недостаточно большой, чтобы застелить весь пол в моей комнате, но достаточно плотно прилегаешь к полу, чтобы перенести мою поездку радости на кресле в неожиданное падение спиной на пол!

Первые пару секунд у меня перехватило дыхание, но после этого, услышав, что шоу в клипе продолжается, я стал зависать на полу. По фиг, что странно и что спина болит. Я крутил пятиконечную основу стула (звезда моя!) с колёсиками вокруг своей оси в ритм песни, а песня эта строится далеко не на одной линии ритма. Я, то крутил колёса в одну сторону, то, при переходе, резко останавливал их и вертел в другую – так же, как Джек Воробей на «Чёрной жемчужине» во время шторма управлялся со штурвалом! Я пританцовывал руками, и не обошлось без подпевки «Ohohohoh I'm in love with Judas, Juda-аs». Зато такой энергетический подъём! Когда говоришь себе: «А – по фиг. Сделаю это! Просто сделаю, и всё! Вообще без всяких причин! Хочу! Открою окно, выставлю колонки на подоконник, врублю на полную Daft Punk – Robot Rock и буду под него зажигать в квартире!»

Дома я был тогда один, и не пришлось оправдываться перед матерью, вбегающей с вопросом: «Что случилось?» И сколько бы я ни устраивал похожие «выплески», хоть положительные, хоть отрицательные, она с неподдельной искренностью всегда задаёт этот вопрос и постоянно волнуется: «Что случилось? Что случилось?»

Чёрт, да всё нормально! Ни к чему чуть что – поднимать шум и влетать в комнату.

Родители слишком часто забывают про то, что дети уже не дети. Особенно если они ещё дети по возрасту, но не по разуму и духу.

Словом, у меня тогда был праздник! В гостях были Oasis – F*****’ in the Bushes (совершенно отвязные ритмы); KC and The Sunshine Band (весёлые, зажигательные мотивчики и тексты); The Stranglers – Рeaches, под которых Бен Кингсли своим бешеным темпераментом просто задавил всех в фильме «Сексуальная тварь»! Захотелось добавить и проникновенную, цепляющую за живое Somebody That I Used to Know – Gotye. Просто захотелось послушать. И как правило, от подобных спонтанных, не продуманных заранее желаний удовольствия получаешь больше всего. И, естественно, были и самые известные и любимые хиты Леди Гаги.

Я отжигал! Тряс головой, бешено пританцовывал! Громкость на всю катушку! Беготня, прыжки с кровати на пол! Хотелось пить, но я и это проделывал под ритм, вертя и бросая вверх бутылку с соком, откручивая крышку с неё одним резким движением! Не завидую я той старушке, что живёт под нами. Нет, правда. Я, конечно, не занимаюсь ничем подобным после полуночи, но всё же… И она ведь никогда не жаловалась. Может, ей просто интересно наблюдать за подобным, как нас называют в народе, фриком. Вносить чуточку веселья и хаоса в свою до тошноты размеренную жизнь. А может, она просто боялась.

То же самое, наверно, и с Гагой происходит. Да – мясное платье или беззастенчивое употребление нецензурных слов, безусловно, привлекают внимание, но дело не в этом. Я думаю, Гага эпатирует не только потому, что ей это нравится, но и чтобы привлечь к себе внимание новых поклонников. Вкусив её музыку, получая удовольствие от её манеры вести себя, начинаешь интересоваться её жизнью, поступками, и если человек попался нужный, то он возвращается к её творчеству, уже скорее ассоциируя себя с ней. Видя какую-то всеобщую близость всех её настоящих фанатов – маленьких монстров. Ощущая то, что мы ей не безразличны, и она это выражает искренне. Искренне! Вот что самое главное! За ней хочется следовать. Ей хочется верить.

Я сам это понял, впервые увидев Гагу и её тогда ещё свежий клип Alejandro, когда отдыхал в Украине у бабушки в полу городишке-полу деревушке. Да, в первый раз при знакомстве с ней мне определённо подвинуло крышу. Я не совсем понял, что произошло, но вскоре заметил, что всё чаще и чаще напеваю себе под нос этот мотивчик. Вскоре, тем же летом, я приехал к тёте и дяде в пансионат в Абхазии и, когда услышал эту песню на телефоне двоюродного брата, тут же попросил его перекинуть её мне. Ну а когда вернулся домой и добрался до Интернета – механизм завертелся…

Про неё действительно можно сказать: «Эта женщина подожгла мир!»

Огромное множество наград самого различного плана, мировое признание всего через несколько лет работы. Не бесконечное таскание по клубам и частным вечеринкам.

Иногда смотришь на какую-нибудь группу или исполнителя в Интернете (как правило, это рэп), ставишь лайк только потому, что это твой знакомый, но про себя думаешь: «Дальше Сети им не пойти». Хотя про Гагу тоже так думали, она сама говорила. Вот только она действительно талантлива и – что важнее – смела и необычна. В прямом смысле – до неприличия. И это не плохо – наоборот. В новых стезях открыть себя миру проще и выгоднее. Про непроторённую дорожку всегда забывают, и на ней может очень много получить тот, кто её найдёт.

То, что Гага училась играть на пианино самостоятельно, ей, пожалуй, только помогло. Она изучила его досконально, поскольку её саму никто не учил и она понимала, что сможет что-то сыграть, только если полностью изучит инструмент, если будет знать о каждой клавише, постепенно узнавая всё новые возможности пианино. Те, в которые не вдаются учителя при обучении в музыкальных школах. Про которые забывают якобы за ненадобностью, но на самом деле из-за непонимания. Учитель не станет учить тому, чего сам не знает. А Гага медленно, но верно продолжала «изобретать велосипед», вникая во все его тонкости и премудрости.

Она не глупа, как считают некоторые. Глупый человек не смог бы осилить литературные труды Рильке. Для сравнения достаточно просто посмотреть любое интервью с ней – и, скажем, с Бритни Спирс. Как тогда она могла бы научится самостоятельно играть на пианино?! Досрочно поступить в Университет искусств не в каком-нибудь Гондурасе, а в Нью-Йорке?! Писать песни и музыку в таком количестве и настолько популярные, а главное – проникновенные?!

Однако, пожалуй, самое сложное в каком-либо виде творчества – узнать: талантлив ли ты? Получается ли у тебя делать то, что ты хочешь? Гага и сама говорит, что часто сомневается в том, стоит ли она чего-то, когда поёт на сцене. Я её понимаю. Такие вопросы никогда не оставляют ни одного умного человека, а Гага точно не тупая. Подобные мысли не посещают только полных идиотов или зазнавшихся придурков. Горе от ума. Гага и сама говорит о том, что ей это кажется глупым. Ведь она уже перешагнула порог проверки на талант. Того, что её слушает вся Земля, казалось бы, должно хватить для того, чтобы отогнать подобные страхи. Но, как ни странно, даже этого не всегда достаточно.

А чего стоит символизм в её клипах и нарядах?! Про это можно книгу написать. И талмудик получится внушительный, поскольку она постоянно меняется, создаёт что-то новое. Если бы это была одна большая ложь – люди бы не любили Гагу так сильно. Они бы просто проигнорировали её, как рядовую певичку. Не верили бы ей.

У Гаги же слишком большой успех, чтобы её популярность можно было отнести к категории «случайность» или «дурной вкус народа». Держится она уже достаточно долго. И останавливаться не собирается: «Я не из тех звёзд, которые запишут альбом, а потом на полгода уедут на Гавайи». Гага работает со своей командой каждый день. Самое главное – чтобы она не сожгла сама себя. Нет, исчерпать запас идей у неё и её команды получится не скоро, я в этом уверен. Но не доведёт ли она себя до исступления непрерывной работой? Я говорю в первую очередь о её здоровье.

Когда Гага только появилась на мировой сцене, многие люди смотрели на неё скорее затем, чтобы увидеть, как скоро она потеряет свою яркость, начнёт подражать другим. Хотите увидеть падение Королевы?! Хрена с два! Она держится – и будет держаться. Хотя последние несколько лет Гага немного успокоилась. Ну как – успокоилась… Перестала есть бумагу и в интервью на вопрос: «Что, по-вашему, главное в мужчине?» – отвечать: «Большой член». Нет… Бумагу она ела в 11-м году… Значит, она не успокоилась. Ну и хорошо.

В первые пару лет своей карьеры она просто ловила кайф от того, что у неё получилось. Она взлетела! Стала популярной и любимой! Достигла мечты! Да – она была, да и осталась кричащей персоной. Но разве вы, достигнув своей заветной мечты, не кричали бы об этом на весь мир?! Или вы бы вели себя как Михалков: «…Да, да, номинация на „Оскар“ – это очень хорошо… да, да, да…»? Нет! Вы бы, подобно Гаге, орали из окна своего дома: «Я сделал это! Утритесь, скоты, которые в школе запихали меня в мусорный бак!»

* * *

Когда мама вернулась с работы, я ей почти сразу рассказал, что Гага приезжает, и что я собираюсь пойти на концерт.

– Давай. Ты её любишь. А сколько билет стоит?

– От пяти до… пятидесяти тысяч.

– О господи! – Её любимые слова для выражения любых эмоций.

– Но платить я буду сам.

– Хорошо, что сам. Я б не потянула.

– На днях закажу билет.

– Давай. Ты ещё не ел?

– Не-а. А что у нас намечается?

Макароны с сыром. Ох и объелся я тогда! Через полчаса заставил себя неимоверным усилием воли перевернуться на кровати со спины на бок, встать и пройти бесконечные два с половиной метра до компьютера. Я продолжал выискивать новости о приезде Гаги в Россию. Ничего нового. Ну так и должно было быть – ещё рано…

На следующий день, уже не видя, в какое место потолка можно плюнуть, я решил прогуляться. Совсем засиделся в комнате последние месяцы. Вдобавок разжирел. А Гага подобную вещь смогла превратить в новое достоинство, выступая против булимии, необузданных диет и опять же непринятия себя такой, какая она есть. И правда, надо похудеть, если я хочу надеть тот костюм, который уже начал для себя планировать, а не толстовку.

Ну, с грехом пополам я натянул на себя самые «свободные» для меня на данный мой вес штаны, лёгкую кофту и толстую, но не такую уж тёплую куртку. Знаете, как одевают детей в детском саду для прогулки – они во всём этом обмундировании руки опустить не могут. И ходят себе, как пугало огородное, ничего не видя из-за повязанного до лба шарфа, постоянно спотыкаясь и падая. И валяются, как черепахи, на спине, не имея возможности встать. С той моей курткой было то же самое, но что неприятно – «зимней» куртка только называлась. В ней уже было немало дырок, через которые внутрь задувал ветер, ненатуральные ткани совершенно не удерживали тепло и не создавали его. Перчатки давно расползлись на отдельные лоскуты замши с потёртым подобием меха внутри.

Служившие мне верой и правдой, любимые, некогда тёплые и удобные зимние туфли выглядели так, словно я был персонажем книги Стивена Кинга «Длинный путь». Их убила моя работа. Подошва была истоптана на две трети своей толщины (так, что при ходьбе я слышал, как гвоздики в каблуке царапают кафель в ресторане в последние недели работы перед увольнением), стали появляться дыры, и я даже не могу сказать, сколько литров горячего масла из Макдоналдса на них вылилось.

Не подводила меня только шестилетняя шапка, до сих пор выглядевшая пристойно и согревавшая мою голову. Хотя с моими патлами немудрено, что мне было тепло… Нужно менять. Всё! Но не водилось в нашей семье приличного количества денег, а заначку я тратить не хотел. Вдруг что? Вот, например, она мне уже пригодится, когда я буду платить за билет. К тому же уже февраль и срабатывают русские принципы «потерпи, чуть-чуть осталось» и «так сойдёт».

За нашим домом находился пустырь. Мы с матерью называли его «Наш задний двор», и когда на нём летом раскладывались пикники, я в шутку приговаривал ворчливым голосом, помахивая им кулаком из окна: «Эй, дети, убирайтесь с газона!» Конечно, меня никто не слышал и даже не видел.

Я раньше гулял по пустырю хотя бы раз в месяц, а теперь я выхожу из дома раз в месяц. В последний год учёбы на юридическом я всю весну и пол-лета потратил на поступление в театральный институт. Читал монографии театральных деятелей, подбирал программу, репетировал каждую свободную минуту, весь год по выходным ходил на подготовительные курсы в ГИТИС и МХАТ одновременно (и занимался везде прилежно, часто получал похвалы и от одногруппников, и от педагогов), много экономил, мало ел и пил. Того, что нам можно было бесплатно брать в Маке, едва хватало, чтобы не чувствовать голод. У меня было тринадцать прослушиваний. Я так понял по разговорам с другими абитуриентами, что в том году поставил рекорд по вылетам с первого тура. Сволочи! Не нравится им! Слишком сильная и необычная индивидуальность!

После того как я плюнул на всё это, то решил излить свою злость. На пустыре было много обломков кирпичных стен (уж не знаю откуда). Я надел свой чёрный спортивный костюм, взял метровый лом, захватил наушники с телефоном и, найдя самую большую кучу, принялся за работу. Колошматил! Тупо колошматил по кирпичам, ещё скреплённым цементом. Красные кирпичи разлетались в пыль после двух ударов. Белые могли продержаться половину песни Отиса Тейлора – Тen Million Slaves. Особенно сильные позывы к разрушению у меня вызывал Джимми Хендрикс. Мощные звуки рушащего всё на свете рок-н-ролла! Треки всё повторялись и повторялись, кирпичей становилось всё меньше и меньше.

Израсходовав все силы, я рухнул на землю и дрожащими пальцами включил «Пластмассовую жизнь» Сплина, понемногу забывая о том, что в жизни у меня уже ничего и не осталось. Меня на километр не подпускают к тому единственному, чем я хочу заниматься в жизни.

Кто-то скажет, что из подобной ситуации можно найти выход. Нет. Любительские театры – это несерьёзно. Они изначально не нацелены на то, чтобы работать на благо искусства или для того, чтобы доставлять зрителям какое-то удовольствие. По крайней мере – в современной России. К тому же есть неписаный закон современного русского актёрского искусства: если ты начинаешь свою карьеру во второсортных театрах или сериалах, то там ты и сдохнешь. Второсортные театральные вузы – туда я как-нибудь поступлю, меня как-нибудь научат делать что-нибудь, а потом мне придётся как-нибудь устраиваться или по любимой специальности с не котируемым дипломом, или быть офисной крысой, а по мне лучше сдохнуть! Юрист? Это было сделано исключительно потому, что меня убедили в том, что ЕГЭ по математике мне не сдать, и я окончил только девять классов. Этот диплом мне триста лет не нужен. К тому же с ним всё равно никуда не устроиться. И юристов, и экономистов в нашей стране как собак не стреляных. Кто-то скажет, что я мало старался, не прилагал усилий. Пусть попробуют пройти тринадцать прослушиваний, всегда выкладываясь на сто процентов, и каждый раз слышать что-то вроде: «Вы нам не подходите». И только это, без всяких объяснений или советов.

А потом проходить эти проклятые собеседования на работу, постоянно получая отказ даже в нелюбимой сфере, пахать в ресторане, подтирая задницы тем, кто даже по-русски толком говорить не может или не понимает, что требование пожарить котлету для бургера без масла «крайне остроумно», делая всё это, чтобы заплатить двенадцать тысяч в конце месяца за подготовительные курсы.

Я жутко уставал. Вставал в семь утра – сразу на учёбу. После этого напоминал себе, что солнце ещё ВЫЫЫСОООКООООО, и шёл ишачить в Мак до самой ночи. Едва успевал на метро, чтобы доехать до дома через всю Москву. А по выходным – подготовительные курсы в двух учебных заведениях в один день. У меня был только один полу выходной, когда я только ходил в юридический, и прийти домой в шесть вечера для меня было счастьем. Но на этом всё не заканчивалось. Я думал над новыми этюдами, репетировал готовые, часто набивая себе синяки, падая на пол, устеленный ламинатом (правильно падать – это целая наука, даже искусство!). Прогонял программу – у меня было восемь стихотворений, шесть кусков из прозы по одной странице А4 каждый, три басни, две песни. Это не каждому, кто каким-то макаром проходит на второй тур, дано просто выучить. А прочувствовать, выстроить манки для воображения и фантазии… И теперь кто попробует мне сказать, что я не приложил достаточно усилий! Вот чёрт! Этим скотам я, видите ли, не нужен!

Допустим, у нас есть мать. Больше всего в жизни она ценит своего ребёнка, и самый большой удар для неё – это потерять своего ребёнка. Так вот, вообразите, что эта самая мать потеряла тринадцать детей, и вы поймёте моё состояние. Постоянно терять то, что тебе дороже всего в жизни! И подумайте, сильно ли этой женщине, после тринадцати потерь, захочется поставить себе задел на четырнадцатую?

Я просто стал развалиной, которая разочаровалась во всём! Грустно, когда молодой парень или девушка сознают всю безысходность русской жизни, едва дожив до двадцати. Когда в таком возрасте в глазах печаль.

Но теперь у меня появилась хоть какая-то цель и причина отложить самоубийство. Концерт! Гага даёт нам всем надежду на лучшую жизнь. На то, что мир можно как-то изменить. На то, что простой человек может добиться успеха при должном уровне желания и сил. Она сама, как и Энди Дюфрейн, проползла через реку дерьма и выползла чистой. Официантка, танцовщица go-go, вышла из малоимущей семьи. Терпела издевательства, насмешки, никто в неё не верил очень долгое время. Подобная надежда всегда нужна. Она помогает жить. Но очень часто её просто нет. Да и одной надеждой на то, что всё будет хорошо, сыт не будешь. Если нет примеров того, что жизнь действительно хороша, то ей начинаешь тяготиться.

Гуляя по пустырю сегодня, вдыхая холодный воздух прозрачного солнечного февральского дня, я набрёл на местный неглубокий карьер. Его выкапывали по-русски – через задницу. Разровняли большой пласт песчаной земли и начали рыть, но не от окраины окружности в центр и вглубь. Они оставили «островок» в центре нетронутым вместе с небольшим проездом на «большую землю», и с его краёв рыли от центра в стороны. Притом работали они только ночью, и в прошлом году на протяжении всей весны и всего лета (пока я ещё был в городе) из окна нашей квартиры были видны как минимум десять огоньков в том месте, где велись работы.

Какого чёрта они копали ночью?! И неудобно, и оплата рабочим за ночное дежурство резко возрастает. Не знаю, что они там делали – искали упавший НЛО или выкапывали яму для сброса радиоактивных отходов? Но в начале осени вся бурная деятельность там прекратилась. Хотя погода тогда была хорошая – без ранних заморозков и частых дождей прошли сентябрь, октябрь и половина ноября. Производство просто свернули, а в выкопанной траншее начал образовываться свой маленький мир. Из-за дождей в конце лета на дне стали формироваться хорошие условия для роста разных растений, которые вскоре заполнили карьер так, что сквозь них и воды внизу не было видно. Потом там стала собираться всякая живность: очень много насекомых, птиц, один раз я краем глаза увидел зайца, улепётывающего в другую сторону от меня. Это выглядело действительно красиво и по-приятному дико.

Сейчас же всё вокруг занесло обильными декабрьскими снегопадами. Не наблюдалось никаких признаков жизни. Только пустота. Но она приносила какое-то умиротворение. Я включил «Веретено» Алисы, обошёл всю окружность «островка», прошёл к мостику и отправился дальше, в сторону нефтезавода, который прилегал ко МКАДу. Между ним и пустырём был котлован, в который сбрасывали мусор и покрышки, а также те остатки кирпичных стен, которые я в тот год не успел размозжить. Завод защищала бетонная стена с колючей проволокой. Песня «Остаёмся зимовать» сопроводила меня к дороге, которая отделяла пустырь от цивилизации, а дальше уже был мой дом.

* * *

«Спокойной ночи, монстры! Всем Гага-снов)))»

«Спасибо! И тебе)»

Короткое прощальное сообщение на ночь на стене группы «ВКонтакте» оказалось правдой. Неприятной.

Мне уже не так часто снятся сны. Но этот был очень чётким, и запомнил я его надолго. Мы всегда лучше помним плохое.

Я пришёл в Школу-студию МХАТ на подготовительные курсы, зашёл в светлый, просторный пустой кабинет, а в нём, в центре, стоял… гроб. Часть его была накрыта белой тканью – словно саваном не накрыли тело, а просто отправили его вдогонку. Гроб был бледно-синего цвета, обит красным деревом по бокам. Я подошёл ближе, постоял у его изголовья несколько минут и навалился на него, обняв руками. Я не видел никакой таблички, мне об этом никто не сказал, крышка была закрыта. Я просто как-то об этом знал: в гробу лежала Леди Гага, Стефани Джоанн Анджелина Джерманотта.

Я не мог ни закричать, ни заплакать, ни выбежать из комнаты. Это было оцепенение, страх и отчаяние. Я просто опёрся на гроб и, обняв его, опустил на него голову.

Я услышал, как в кабинет кто-то вошёл. Повернулся – это был наш педагог по актёрскому мастерству. Я сразу же спросил у него:

– Почему она здесь?

– Она так хотела, – грустно, но сдержанно ответил он.

Я снова повернулся к гробу.

Из него не доносились крики или царапанья по внутренней поверхности крышки. Из него не вытекала чёрная слизь. Это было жутко. В первую очередь потому, что сон хоть и был сном, но для сна был как-то слишком серьёзен. Мне не хотелось открыть крышку, чтобы убедиться в том, что это была она. Мне не хотелось в гневе бить всё, что меня окружало. Не хотелось оживить её поцелуем. Я был просто раздавлен.

Меня разбудила моя кошка, которой захотелось выйти из комнаты. Я ей очень благодарен за это. Первые пять минут я был словно парализован. Полностью обессилел. Потом, едва находя в себе силы и желание встать, выпустил кошку.

Не могу сказать, что сон был чертовски реален. И проснулся я не в холодном поту. Наяву я себя чувствовал как зомби или жертва затянувшейся вечеринки, на которой было только виски.

Даже во сне я понимал, что сплю. Но он врезался мне в память как идея. Страшная идея конца. И теперь я понимал, что это всего лишь сон, но от плохих мыслей так просто не избавиться. Тут пришло то же ощущение. Ничего не чувствовал. Я ощущал страх и смятение, но не чувствовал их. По крайней мере, так, как обычно. Словно это были чувства другого человека, а я лишь наблюдал за ним со стороны. А так вообще ничего! Это, пожалуй, было хуже всего. Словно весь мир рухнул.

Я включил компьютер, чтобы просмотреть сводку новостей. Вдобавок вспомнил, что сегодня пятница – вещие, мать их, сны. Я уже давно не верил во всякие суеверия, но подобное передаётся с молоком матери. Это глупо, знаю, но про такое я не мог просто забыть, как про отказ девушки в свидании.

Я знал, что ничего плохого не могло случиться (всего лишь глупый сон!), но душа была не на месте. В новостях группы, в поисковиках, на официальных сайтах ничего – всё чисто. Легче… Для успокоения я включил одно новое интервью с ней (благо в нашей группе есть хороший переводчик). Стало ещё немного легче. Но весь день я всё равно был каким-то подавленным.

«ВКонтакте», в группе Гаги, я писать о своём сне не стал. Просто не стал! Не был уверен в том, как на это отреагируют. Может, от комментариев мне стало бы ещё хуже.

* * *

Сегодня буду покупать билет!

Я немного изучил схему «Олимпийского», просмотрел видео с предыдущих концертов Гаги, в нашей группе одна девчонка-активистка разместила подробнейшую информацию о том, что такое «Монстр Пит» и как в него можно попасть (огромнейшее ей спасибо!). Туда берут в основном людей в костюмах и гриме (для себя я уже полностью продумал костюм и раскраску тела и лица), тех, кто пришёл пораньше (часов этак на десять!), приоритет отдают тем, у кого билеты в танцевальный партер. Стало быть, покупаю в партер.

Кто-то уже выкладывал фото купленных билетов. Сказали, что в них самое главное – это штрих-код.

Вот и сайт «Олимпийского». Леди Гага. Танцевальный партер – 5000 рублей. М-да – немало, но более чем доступно (для меня!).

Быстрое оформление покупки он-лайн, пришедшее подтверждение того, что заказ выполнен и билет можно забрать самому или оплатить доставку. Я живенько позвонил в администрацию и, чтобы не заморачиваться, решил оформить доставку на дом. К чёрту – не хочу идти. Я плачу – мне привозят. Я очень подробно расспросил женщину на телефоне о том, что такое правый партер, когда запускают людей в зал и тому подобное. На мои вопросы касательно «Монстр Пита» она ответить не смогла. Я со всеми своими вопросами и тем, что не вполне и не сразу въезжал в то, что она мне говорила, наверно, порядком ей надоел. Однако никакой неприязни в её голосе не чувствовалось. Она сказала мне, что заказ доставят завтра, в период с десяти утра до четырёх дня. Чуть-чуть осталось!

* * *

День доставки. Я встал пораньше, чтобы приготовить себе завтрак и застелить постель. Не могу сказать, что я был весь как на иголках, ведь это ещё не концерт.

Двенадцать с копейками – звонок по домофону:

– Добрый день. Александр Анатольевич?

– Да.

– Доставка билета.

Нажатие кнопки – дверь на концерт практически открыта!

Я услышал, как заработал лифт, и ждал курьера, следя в глазок, когда же дверь откроется.

Створки лифта заскрипели, я открыл входную дверь. Из кабины вышел прилично одетый мужчина лет двадцати пяти, по виду кавказец.

– Здравствуйте. Вот ваш заказ.

– Спасибо… Так…

Я быстро развернул квитанцию о заказе с пробитым чеком, внутри которого был заветный бледно-синий билет с чётко напечатанным чёрным текстом: «Lady Gaga; Born This Way Ball; Танцевальный партер правый»; дата; время; стоимость; штрихкод. Вроде всё как надо.

– М-хм…

Я осмотрел саму квитанцию. По ней, вместе с бронью и доставкой, выходило пять тысяч семьсот рублей. Я, заранее приготовив деньги, вытащил из кармана и отчитал шесть тысяч.

– Вот.

– Одну секунду.

Курьер порылся в кошельке и посчитал свои деньги. У него было больше крупных купюр, а из мелких нашлось только двести рублей.

– А вы не посмотрите без сдачи или, может, добавите ещё двести, а я вам – пятьсот?

«Чёрт…»

– Сейчас посмотрю.

Я отдал билет вместе с квитанцией курьеру и закрыл дверь. У меня ничего не оказалось для расчёта. Кошелёк был пуст, поскольку я давно никуда не выходил и сэкономить на тех деньгах, что давала мне мама на дорогу и перекус, не мог. А в заначке были только тысячные купюры.

Я позвонил матери:

– Мам, привет. Слушай, мне билет привезли, а сдачи у курьера нет. У нас нигде нету двухсот рублей или семисот?

– Ой, Саш, не знаю… Нет – нету.

– Блин. А что ж делать?

– Да я откуда знаю?.. О – сходите в магазин! Разменяете.

– В магазинах редко меняют большие купюры.

– Ну тогда, значит, купите что-нибудь… Сок там себе купи, я не знаю, Саша…

– Ладно, давай, – отрезал я.

Открыл дверь – курьер так же стоял там.

– А давайте вы, может, сходите в магазин, тут недалеко – в соседнем доме. Там можно будет разменять.

Он, наверно, слышал, как я разговаривал, и понял, что магазин – не вариант:

– А давайте, может, так сделаем? У меня сейчас есть двести рублей, а ещё сто я кину на ваш телефон.

– Так у вас же ста нет.

– Ну, у меня ведь сегодня ещё будут заказы. Там и появится.

– А вы не обманете? – Наитупейший вопрос, но в голову ничего другого не пришло.

Он слегка улыбнулся:

– Я разве похож на обманщика? – Самый стандартный ответ обманщика… или честного человека.

Кавказец – и чтоб не обманщик… Хе! Но он и правда не особо походил на какого-нибудь жулика. Билет не выглядел фальшивым, квитанция с чеком тоже внушала доверие. Да и к тому же я всегда могу позвонить в агентство и настучать на вора.

– Ну, давайте так.

Я отдал ему деньги, он мне билет, квитанцию и двести рублей. Потом я продиктовал свой номер. Он быстро записал его на телефон.

– Только ж если обманете, в агентство позвоню.

– Да нет – всё сделаю. Будьте спокойны.

Он пошёл к лифту, я закрыл дверь.

Как же достают подобные неурядицы! А когда тебя обманывают (пусть даже это сто рублей), начинаешь ненавидеть весь мир (и себя в придачу).

Я всё жалел, что меня, возможно, опять развели какие-то скоты.

Курьер позвонил мне примерно через два часа. Сказал, что десять минут назад бросил мне сто рублей на мой номер. Спросил, не приходило ли подтверждение. Я ничего не получал. Он сказал, что возможна задержка (и я об этом знал). Говорил, что ещё позвонит – узнать, дошли деньги или нет.

Это уже было кое-что. Если бы он тупо свалил с лишней сотней в кармане, то не стал бы звонить и беспокоиться. Возможно, на него повлияла моя угроза, но вряд ли. Скорее всего, что приятно, мне просто попался хороший, честный человек.

Где-то через час после его звонка пришло СМС-уведомление: «На ваш счёт поступила плата в сумме 94,30 р.».

«Хм – не нашёл терминал без комиссии», – шутя порицал я его.

Ну, с этим разобрались. И теперь у меня в руках самый ценный кусочек картона во Вселенной!

Я вчитался в него повнимательнее. Случайно попалось на глаза слово «Санкт-Петербург», и у меня сердце опустилось в пятки. Неужели ошибся с городом, когда оформлял заказ на сайте?! Твою же ж мать! Прочитал до конца, не вполне понимая, жив я или мёртв: «Организатор —„Планета Плюс“… Санкт-Петербург… ул. Уральская»… Выше – «Место проведения – Спортивный комплекс „Олимпийский“, Москва, Олимпийский проспект, 16»…

Уууууух… Как будто облегчился, протерпев двадцать часов.

Когда так много платишь за что-то, качество или подлинность чего не можешь со стопроцентной достоверностью узнать прямо сейчас, – так боишься за то, что все твои тысячи вылетели в трубу и ты с этим ничего не можешь поделать. Ну ТАААААК БОИШЬСЯ!!! Серьёзно.

Но тут, похоже, повезло…

Курьер звонил мне ещё два раза, но я был тогда в других комнатах и не слышал звонка. Я думал перезвонить ему, но мне показалось, сам факт, что его не отчитают на работе за присвоенную сотню клиента, будет понятным знаком того, что деньги дошли.

* * *

Я сел на свою собственную диету. Самый важный и единственный пункт в ней – ужинать можно только два-три раза в неделю. Стандартный завтрак (яичница, чай), не обедать (за исключением небольших перекусов). А когда я всё-таки ужинаю, то не обжираться. Я в эти дни, как правило, прошу мать зайти и купить что-то в «Ростиксе», Маке или «Бургер Кинге».

Сегодня на стене группы «ВКонтакте» одна девчонка отписалась по поводу выступления Гаги в Париже. Ей повезло – отпуск во Франции и концерт совпали. Эмоции у неё били через край. Она рассказывала о фанатах, которых встретила на концерте. Что ей было очень приятно общаться с такими людьми.

Даже не буду говорить о том, сколько комментариев вызвала эта запись. Когда я последний раз зашёл в группу, их было больше трёхсот. Я каркнул своё, по поводу того, что Россия – это вообще страна притеснений, но мой комментарий проигнорировали. Там были свои споры. Маленькие монстры в стороне от этого не стояли, грустно потупив взгляд на ботинки. Наоборот – они были самыми активными и, что интересно, самыми разумными, вполне спокойными спорщиками по вопросам «не таких» людей. Высказываний типа: «Фу, дурашка. Ты противный!» не было. Разумные доводы, подкреплённые личными примерами, рассказанными без стеснения. Но что было странно – в группе Гаги, которая борется за гражданские права, было так много людей, которые не признавали прав на обычную жизнь для людей, которые чем-то отличаются от «стандартов».

Многие говорят, что все, кто хоть как-то не соответствует стандартам общества, не такие, как обычные люди. Какие-то они странные. А прокомментирует такой «странный» человек какое-то сообщение в группе (а из комментария ясно видно, что он именно «странный») – и из интереса заходишь на его страничку «ВКонтакте». Тут и самая обычная музыка, и клипы в исполнении красивых девушек, фото в гриме Джокера, и картинки из ряда «Боже, дай мне сил… и на всякий случай 42 миллиона долларов», или «Это были такие выходные, что после них нужны ещё выходные», и видео с выступлением команды КВН «Фёдор Двинятин», и в сообществе World of Warcraft он состоит. Вроде всё как у меня. И не только у меня.

Я и сам раньше не был хорошего мнения о подобных «странных» людях. Однако, став фанатом Гаги и прислушиваясь к её обращениям о взаимной терпимости (именно терпимости: наша жалость им, как и инвалидам – не побирушкам, триста лет не нужна), я изменил своё отношение. Меня и самого часто чморили в сибирской гимназии – я четыре года терпел всеобщую травлю! Чем я тогда на них не похож, если не признаю прав других?! Кто я, раз не принимаю не таких людей, как я, если не гопник?! Ну необычный человек – тебе что с того? Это же не последний человек на Земле, что тебе с ним жить и пытаться завести детей, чтоб возродить человечество. Пусть живут себе как нравится. МЫ должны жить так, как нам нравится. Мы такие же люди.

* * *

Сегодня утром мне позвонил папа через скайп. Я сказал ему о концерте. Он, естественно, поинтересовался ценой билета:

– Пять тысяч?! Сашка, ничего себе! И оно того стоит, ты думаешь?!

Чёрт, конечно! Если бы кому-то из вашего поколения прямо сейчас дали возможность выбрать: живой концерт Высоцкого за энную плату или бесплатное прослушивание его потёртой пластинки в комнате – что бы вы выбрали?!

Уже спустя месяц после того, как было объявлено о концерте, я часто видел сообщения: «А я не смогу пойти на концерт, хотя так сильно хочется! Удачи всем».

Один раз я на подобное сообщение ответил: «А ты плюнь на всё и пойди!» Ответа не последовало.

И правда – что тебя держит?! Родители не пускают – соври им о том, куда идёшь, или пошли в одно место. Денег нет? У меня с четырнадцати лет всегда были припрятаны пять – семь тысяч. Накопления, работа по дому, подарки на праздники… Ротшильдом я, конечно, стать не собирался, но эта заначка мне часто помогала. Экзамен, зачёт?! Пересдашь! К тому же концерт вечером, а учёба – утром. Работа?! Один отгул всегда предоставят. Да и какая работа или учёба в воскресенье?! На худой конец, позвонишь и скажешь, что у тебя расстройство желудка, не отходишь от унитаза, лекарства не помогают. Это же Леди Гага! Нужно идти всем! Когда она ещё к нам приедет?!

Сколько себя помню – я всегда стремился к независимости. И, что хорошо, она была мне дана. За это, конечно, спасибо матери. Сейчас, смотря на подростков на вечеринках, видя то, как изощрённо они отмазываются от предков, при звонке говорят всем, чтоб вели себя потише – они, типа, в филармонии, я вспоминаю о том, что мне достаточно позвонить маме, сказать, что у меня всё нормально, и сообщить, когда я примерно буду, если буду сегодня. Без всяких лишних вопросов и заморочек. Хорошо!

Сейчас у меня в жизни, за исключением концерта Гаги, нет никаких целей… Нет планов, да и от мечты толком ничего не осталось… Ни чужие люди, ни государство ничего мне толком не дали. Если бы у меня ещё и отобрали свободу делать то, что хочется, я даже не знаю, чем бы ответил… Да и ответил ли чем-нибудь?

* * *

Сегодня перед тем, как пойти спать, ко мне в комнату зашла мама:

– Ну, что у тебя с концертом?

– Что?! Иду, конечно!

– А когда он?

– Через месяц – 12 июня.

– Ты уже подумал, что будешь с собой брать?

– Побольше воды. Поесть там куплю.

– Слушай, я видела рекламу: Гага что-то какая-то страшная стала, похудела так…

– Не – она, наоборот, немного поправилась за последние пару месяцев. А то, что ты видела… Она там, типа, с наростами на лице? Это накладки.

– Да?

– Ну да – накладки и грим.

– Ты костюм какой-то готовишь?

– Ага – уже готов!

Его составные части были аккуратно разложены на столике в углу комнаты: изрезанная футболка с лозунгами типа RIOT CITY, некоторые места которой были прошиты скрепками. Разноцветными нитками на груди пришит дверной номерок с номером тринадцать. Приготовлены хорошие фломастеры для кое-какого грима. Накладной палец (предназначенный для более внушительного фака). Скелет в красном лаке вместо крови на верёвке, который я повешу на шею. И бирка, как у трупов в морге, с текстом «Не такой, как все» на английском.

– Ну ты попытайся пробиться там к ней.

– А я и буду! Там на концертной площадке есть такая зона – типа VIP-ложи, прямо у сцены. Только там все стоят. Туда пускают фанатов в костюмах, которые пришли раньше всех. Там примерно пятьсот человек умещается. И из этой зоны она каждый концерт выхватывает несколько фанатов, и они идут с ней за кулисы – там, фоткаться, автографы брать… поговорить, может, чуть-чуть удастся…

– И насколько рано приходить туда надо?

– Я хочу прийти часов в семь – семь тридцать утра. А концерт в семь вечера.

– О господи!

– Да ладно тебе – не так уж всё плохо. Я во МХАТ ездил записываться в очередь в шесть утра!

– Ну, надеюсь, она тебя пригласит! А то чё ж – старался, костюм делал, пришёл раньше…

– Надеюсь.

– А потом, когда будешь там, скажешь: «Please, take me with you to America. I will clean your shoes».

Я прыснул со смеха! Мать иногда умеет пошутить!

– Ну, не буду прям так настаивать.

– А чё? Давай! Я не против. Если возьмёт – езжай. Я серьёзно. Я тебя отпускаю.

– Да если б так случилось, я бы у тебя даже разрешения спрашивать не стал! Просто поставил бы тебя в известность: «Маман – я улетаю!»

Она засмеялась.

– Скажи, а она девушка или… мужчина?

И под занавес – наш театр обкакался…

– Господи, девушка, конечно! Ты с сосны упала?!

– А… ну хорошо.

Мама закрыла дверь.

У Гаги взгляд и формы далеко не мужские. Она настоящая женщина. Притом, как говорят в народе, с яйцами. В том смысле, что она может позволить себе материться, пить и курить по-чёрному, она практически никогда не кажется слабой кисейной барышней. Она сильная, волевая женщина!

На её фотографиях видно, что кожа на лице гладкая, ухоженная, без шрамов, сухости и морщин. Такая кожа редко бывает у мужчин. И ноги. Без штанов сразу просматриваются женские бёдра, кожа на них совершенно без волос.

* * *

Осталась пара недель! Интернет уже горит! Все планируют, кто во что будет одет. Кто-то ищет пару для поездки из другого района или города. Кто-то спекулирует и просто засоряет стену группы, предлагая билеты на продажу. Последние просто достали!

А на МТV вышла очередная программа о Гаге, её творчестве, жизни… И конечно, не обошлось без оскорблений.

Практически все наши звёзды обвинили Гагу во всём, в чём только можно. Хотя не все – Катя Гордон и Борис Моисеев оказались из числа адекватных людей. Просто хвалили её за хорошие идеи, за креативность, за талант и такой уровень мировой популярности. Были кое-какие моменты прозрения у Шуры, но и он не хочет признавать то, что его и великий и ужасный русский шоу-бизнес переплюнула «девка с Манхэттена».

И почему это многие считают Гагу фальшивой, лживой и сделавшей себя такой, какая она есть, исключительно «напоказ»?! Может, оттого, что в последние пару лет она ведёт себя в их понимании, как святая? Борьба за права угнетённых, благотворительность, разговоры об искусстве… Но в то же время все помнят её крайне откровенные наряды, песни, дикое поведение… Типа, всё это она делает исключительно ради пиара. Но разве человек не может меняться? Менять взгляды, стиль жизни, даже если эти изменения происходят в течение суток? Вспомните сами, как вам иногда хотелось послать всё к чёрту, материться почём зря, злиться на весь мир, а на следующий день без видимой причины вы уже белый и пушистый, готовы жить и радоваться. А она ведь такой же человек. Видать, некоторые её не любят из-за того, что Гага разрушает стереотипы, а люди не любят, когда им приходится подстраиваться подо что-то новое, даже если это новое приносит пользу. Так всегда поступал высший класс в России. А может, они просто не верят в то, что такой человечек может существовать в наше время предательства, лжи и всего прочего дерьма. Да и учитывая все обстоятельства моей жизни, я тоже не должен в такое верить. Но…

А фотографии из закулисья – это прямое изображение её жизни. Гага показывает нам то, что ей нечего скрывать. Она дала снимать себя в нижнем белье, спросонья, без макияжа, попивая молоко. И после этого кто-то говорит о том, что Леди Гага якобы что-то из себя строит?! Она ведёт себя более откровенно со своими фанатами (незнакомыми людьми), чем многие мои родственники – друг с другом. И всё это только чтобы выпендриться?! Фальшивки выглядят не так.

Она знает, о чём поёт. Это видно по её песням, выступлениям – чувствуешь, что Гага сама пережила всё то, о чём говорит. Примеры из жизни, типа «меня бросили в мусорный бак» или «в меня никто не верил», действительно были в судьбе человека, если он о них рассказывает. Такое не придумывают и не говорят просто так, для красного словца, и это уж точно не подходит для какой-либо пиар-стратегии. Для пиара говорят что-то вроде: «Я всегда чувствовал, что в моём успехе мне помогали высшие силы».

Кто-то называет Гагу некрасивой. Знаете, Пугачёва не бог весть какая писаная красавица. Она хоть раз бывала в списке самых желанных женщин в мире, по версии солидного журнала, на первом месте?! Хоть в каком-то лохматом году?! А Гага была!

Да, она сходила по-маленькому в мусорное ведро перед концертом, но: «Я сделала это, потому что мне действительно захотелось в туалет, а костюм, который был на мне, одевали очень долго. Я не хотела заставлять всех ждать и потому воспользовалась мусорным ведром». Разве это так плохо (учитывая то, что она женщина и что ей совсем уж припёрло) по сравнению с тем же Киркоровым, который перед съёмкой выгоняет всю массовку и практически весь персонал из студии на два часа, чтобы «подготовиться»? Кстати, если во время интервью в зале есть зрители, Гага всегда с ними здоровается. Она думает о нас. Не хочет причинять неудобства. Всегда вежлива и добра. И даже во время просмотра её интервью и клипов есть ощущение, что она близко. Что она рядом и сейчас смотрит на тебя. Говорит с тобой. С нашими звёздами такого не ощущаешь даже на их концертах, сидя в первом ряду.

Повторы? Копирка? Ну, во-первых, есть такое понятие, как символизм (он для всех один) и отсылка к какому-либо событию или человеку. Подобные вещи можно найти и у Мадонны, и у Майкла Джексона… да у всех тех артистов, кто хоть что-то делает на сцене, а не тупо стоит и лабает под фонограмму. Во-вторых, когда я делал свой костюм, подумал об одной вещи: будет круто, если мой кровавый скелетик будет держать руки на промежности. Стесняющийся скелет – абсурдизм на уровне Сэмюэля Беккета. Я привязал его ладошки к тазу и был доволен работой… И только спустя месяц я вспомнил про концовку клипа Bad Romance, где был такой же стесняющийся скелет. Вот чуть-чуть сам на этом погорел.

Но подобные повторы скорее являются собственным изобретением – ведь додумался ты до такого сам, без каких-либо заимствований. Так бывает, и не редко. Простая случайность. Разве не могут два человека подумать об одном и том же?! Ведь всё уже давно придумано до нас. Тогда по логике «критиков» выходит, что абсолютно всё в мире своровано и фальшиво.

Я уже не говорю про её благотворительную деятельность. К примеру, создание фонда в защиту притеснённых и запуганных. Кто-то скажет: «Да подумаешь – борьба за равные права. За защиту всяких уродов, не похожих на всех. Пусть их побивают и дальше – здоровее будут». Но когда тебя по-настоящему бьют только потому, что ты на кого-то там не похож или похож на того, на кого не нужно быть похожим, то начинаешь как-то по-другому к этому относиться. Да и вести себя тоже. Когда на улице на нашу компанию маленьких монстров напали какие-то дебилы-фашисты, то наши ребята после всего этого выглядели куда более мужественно, чем двухметровые лбы, которые замахивались кулаками на девчонок (некоторым из которых было по тринадцать лет) и доводили их до слёз, а парней толкали в спину.

* * *

Одна неделя!

Сегодня, когда готовил себе сосиски в тесте на кухне, параллельно наслаждаясь «Пионер FM» в Инете, случайно услышал нечто: Роберт Майлз – Celebration. Да-ааааа!.. Это великолепно!.. Гагазм!..

Эта старая добрая музыка девяностых. В те времена даже у русских исполнителей был какой-то свой стиль, душа.

Сразу вспоминается… Детство. Вечер. Ты дома один. За окном воет вьюга. Везде выключен свет, только в маленькой комнатке горит настольная лампа с обычной лампочкой приятного жёлтого света. На стенах плакаты сестры с разными певцами и группами – от Hi-Fi до Scooter, от Майкла Джексона до Земфиры. И так приятно на душе. Уютно. Спокойно. Чисто и хорошо. Ты включил Celebration на аудиокассете. Рядом с тобой на тумбочке из ДСП, заделанной под настоящее дерево с облупившемся шпоном, стоит стакан тёплого сладкого чая.

Очень мало музыкальных мелодий вызывают подобные чувства и привыкание. Мне, например, намного приятнее слушать того же Майлза, чем очередное абсолютно идентичное воспроизведение чёрт знает сколько летнего, уже надоевшего «Полёта шмеля» или «новое» топорное исполнение арии Кармен.

Сейчас у меня, разумеется, помимо песен Гаги есть одна – та, которую можно слушать хоть каждый день, и она не надоест. The Who – Baba O’Riley. Идеальное сочетание ритма, музыкального сопровождения и вокала! Каждый раз, слушая её, настолько сильно заряжаешься какой-то необузданной энергией!.. Под неё всегда хочется подпевать, пританцовывать или делать вид, будто играешь на гитаре, барабане или синтезаторе! Я уже полгода слушаю её почти каждый день! И всякий раз это прекрасно! Таких вещей в мире действительно очень мало. Этакая идеальная комбинация всего самого лучшего, что только можно придумать. И песни Гаги в этом моём списке занимают почётное место.

Но от остального мира очень редко получаешь нечто подобное. Меня уже и самого достал этот ширпотреб в музыке, который появляется из ниоткуда и незаметно исчезает. «Твой взгляд, твой смех, который так мне нужен…» С души воротит! Просто проблеваться хочется после того, как услышишь это на кухне по музыкальному каналу, а переключить не можешь, потому что яйца подгорают, и их перевернуть надо!

* * *

Настало! Это! Время!

Сегодня – концерт Леди Гаги в Москве! И этим всё сказано!

Я встал в пять утра – ещё раньше, чем встаёт мать. Первым делом приготовил себе стандартный завтрак. Всё, что было необходимо для концерта, и то, что поможет переждать время до него, было мной собрано заранее. Кое-какая еда из ряда сникерсов, две полулитровые бутылки с соком, зонт на всякий случай. Не был готов только я. Медленно подъедая завтрак, я раскрашивал своё лицо перед зеркалом, параллельно слушая «Доброе утро» (как ни странно, про приезд Гаги и её концерт никто ничего не сказал – словно это рядовое событие). У меня не дрожали руки – для этого момент самого наивысшего напряжения был ещё далековат. Я держал себя в руках и не покрикивал от радости «Alejandro, Alejandrooo». Я знал, что до начала концерта оставалось более десяти часов и что чёрный фломастер сотрётся с моего лица, но это было нужно для того, чтобы, во-первых, меня заметили те, кто раздаёт браслеты в «Монстр Пит», а во-вторых – если меня хватит мандраж, то у меня хотя бы будут контуры для правильного воспроизведения грима, чтобы символика Гаги, нанесённая дрожащими руками и офигевшими мозгами, не превратилась в постмодернизм, непонятный даже ей.

Приготовления заняли чуть больше времени, чем я рассчитывал, но для этого я и встал в пять утра под раскалывающий разум звук будильника на старом телефоне (новый смартфон я заранее зарядил и отключил, чтобы сэкономить заряд).

На все вопросы мамы я не отвечал: был слишком погружён в приготовление и планирование всего дня – этакий отголосок комплекса Бога. Она это вскоре поняла и, кажется, не обиделась.

Шесть пятнадцать. Я уже готов. В руках – пакет, в башке – предвкушение.

– Давай, ни пуха ни пера там тебе, – прозвучало от матери, когда я нажал на кнопку вызова лифта. Зачем было это говорить?! Я ж не на экзамен и не на войну иду!

– Давай, пока, – ответил я и зашёл в лифт.

К счастью, маршрутка подъехала быстро. Я сел на переднее сиденье, и мы покатились к метро. Водитель как будто не заметил того, как я выгляжу, – неужели он уже перевидал стольких подобных мне, что просто перестал обращать на таких людей внимание?! Меня это даже малость задело. А может, дело в том, что рисунок молнии у меня был на правой стороне лица.

Как и многие водители маршруток… вы угадали – он был кавказцем. Лет пятьдесят – пятьдесят пять, без усов и акцента.

Правее от нашего дома проходит дорога, которая ведёт прямо на МКАД, и в месте, где она пересекается с нашей улицей, очень часто, даже в такое время, образуется пробка. Разъезд для тех, кто едет в сторону центра, проложили всего несколько месяцев назад. Мы свернули на него… но это же Россия!.. Вперёд нас из потока пробки резко выехала тонированная «ауди» и, пользуясь разъездом, чтобы объехать затор, вывернула на перекрёсток – и, еле вклинившись в другой поток в сторону кольца, с бибиканьем поехала дальше.

– Вот гады, а! – не стерпел водитель.

– По ним законы и писаны – через задницу, – поддержал я.

– А, чтоб им всем! Людям из-за таких и вздохнуть нельзя!

– Простым людям сейчас вообще дышать нельзя! Вредно для власти.

– Да не говори!

– Подумайте: четыреста пятьдесят мест в Госдуме – такого количества нет ни в одной стране мира.

– И там они только и делают, что просиживают штаны!

– Вы, кстати, знаете, как у нас выборы проходят? Приглашают массовку, людей, которые во всяких шоу сидят в зале и хлопают, раздают им бюллетени для голосования, сообщают, за кого голосовать, и потом платят им, кажется, по сто долларов каждому. Вот так многие наши политики проходят какой-то определённый порог голосования.

– Не понимаю я эту страну теперь! Тут жить нельзя. Работаешь, работаешь, а деньги все только на еду и всякие платежи уходят!

– Ну как – кто-то ведь должен кормить ораву чиновников!

– Так тут сам не прокормишься на эту зарплату! Цены взлетают и взлетают, а зарплата остаётся на месте или вообще понижается. И идти некуда обычным людям – только на чёрную работу! Сталеваром за восемь тысяч в месяц, здоровье губить. И как тут прожить?! Как семью содержать?!

– Да не говорите. Я в Макдоналдсе работал полгода и встретил женщину с двумя высшими образованиями, она у них на кассе работает.

– А всякие идиоты сидят в кабинетах и налоги повышают, потому что хочется остров!

– А в деревнях – так там многие люди уже покупают… чуть ли не половину всего того, что едят сами. Не могут выращивать – то одно, то другое не даёт. Ну там хоть цены ниже, чем здесь…

– Нет! Я только месяц как с родины приехал, так там у нас цены почти такие же, как тут, а зарплаты намного ниже. Все сюда едут, чтоб подзаработать, а хватает только на еду себе и семье. А ведь Россия… Тут ну всё есть…

– Вся таблица Менделеева…

– А у самих нет ничего! Всё продаём или закрываем шахты и скважины. У меня брат на нефтяной вышке работал ещё при Союзе, так там при первом бурении они чуть только прошли вглубь – оттуда фонтан! Бьет из-под земли! Они сразу качать принялись. Несколько лет качали – примерно половину выкачали… Тут Союз развалился, всё сразу стало никому не нужно. Скважину закрыли на консервацию, а народ весь распустили. Им там говорили геологи, что не нужно останавливать разработку, потому что нефть – она же жидкая. Она уходит с одного места на другое. Земные плиты смещаются, и она вместе с ними. А они: «Нет. Консервация. Денег на работу нет». Так они через пятнадцать лет копнули – ничего. Ушла!

– Да уж – и ничего за потерю точки нефтедобычи им, конечно, не было…

– Какой там!

– Есть такая поговорка: «За что в одной стране тебя на кол посадят, за это же в другой стране тебе грамоту дадут».

– И когда уже народ поймёт, что нельзя так жить?!

– Да я уже не знаю, что нужно сделать, чтоб наш народ поднялся против хоть чего-нибудь. Уже всех затравили…

– Детей жалко. Ради них же всё строили, а теперь у самих ничего нет и детям передать нечего.

– Дети сейчас вообще, наверно, самое дорогое удовольствие. Те же игрушки и товары для новорождённых столько стоят, что это нужно целый год только на них и работать. У моей сестры недавно дочь родилась, так она пока по магазинам ходила с мужем, то единственное, что они смогли купить из чего-то нормального – это какая-то разговаривающая погремушка за четыре тысячи!

– У меня дочь недавно учиться пошла и работать параллельно. Так ей всё равно не хватает – образование вообще недоступным сделали.

– Да я сам недавно отучился на юриста, и единственное место, в которое я смог устроиться, – Макдоналдс. Платили в принципе неплохо, но, блин, это собачья работа!

– Да я уже думаю, что, если б знал, что такая жизнь будет, что так жить всем нам придётся, я бы, может, и не женился бы, и детей заводить не стал.

Неожиданные слова от кавказца. У них ведь брак и дети – это чуть ли не первая цель в жизни. Блин, это ж как нужно было довести человека c подобным складом ума, чтобы он к такому выводу пришёл?!

Пока мы с ним говорили, за окном показалось метро. Я вышел последним, попрощался с водителем, пожелал ему удачи и легонько закрыл дверь.

По пути в «Олимпийский», в метро, я почти сразу начал ловить на себе взгляды и чувствовать их затылком. К этому я уже давно привык. Даже научился получать от этого кайф! Как говорила Гага: «Я покупаю себе яркую ленту за пятьдесят центов, завязываю её в большой бант на голове, выхожу на улицу и чувствую, что я способна на всё! Мои фанаты меня понимают!»

Это так – подобные выходки придают тебе очень много смелости. Чувствуешь себя свободным, поскольку можешь позволить себе самовыражаться. Пускаешь воображение в полёт, делая это на людях! И такой душевный подъём получаешь, когда тебе кто-то помашет с мягкой улыбкой на лице и не засмеётся, пройдя мимо, а просто поддержит твою смелость. От этого начинаешь любить и жизнь, и самого себя. Ну а если случайно встретишь своих единомышленников – это уже приятный разговор, обмен телефонами и страницами в соцсетях как минимум!

Пока я ехал в уже заметно загруженном вагоне, на меня многие посматривали с тем интересом, с каким, наверное, смотрят фильмы ужасов. Через несколько станций в наш вагон вошли двое – парень, раскрашенный под зомби-боя, и девчонка с бирюзовыми волосами. Я кинул им приветствие монстра, они ответили мне тем же. Тут уже несколько человек снялись с мест, не успев быстро выйти, встали у только что закрывшихся дверей и на следующей станции прошли в соседний вагон.

«Хех!»

* * *

За время дороги в метро больше ничего особенного не произошло. Только поезд пару раз останавливался между станциями на несколько секунд. Мелочь. Но так достаёт! Особенно когда у тебя хорошее настроение, что-то просто обязано его тебе подпортить!

Выйдя из метро, я мельком взглянул на небо. Солнце уже вышло, и день обещал быть ясным. Но свернул за угол и увидел «Олимпийский»… Огромная туча низко и быстро плыла над городом, заслоняя его своей плотной тенью.

«ДЕРЬ-МО!»

По ходу, надвигалась добрая буря. Но может, и пронесёт. Так, только погрозит громом три-четыре раза – и вся любовь.

Прямо рядом с одним из входов ютилась уже приличная группа монстров. Сразу потеплело на душе.

«Надеюсь, они не составили какие-нибудь списки с номерами „кто первый“».

Я сразу приметил группу, состоящую в основном из парней с примесью девушек-радуг с крашеными волосами. Мне сразу захотелось к ним подоткнуться:

– Вы на Гагу? – Вроде глупый вопрос для компании, выглядящей так.

– Да!

Там было несколько зомби-боев, пара девчонок с красными и чёрными волосами и нарисованными чёрными крестами на лице. Одна девчонка оделась в образ Гаги: зелёные волосы, макияж, колготки, куртка с заклёпками. Она была привлекательна – я ей слегка улыбнулся, но она тогда смотрела не в мою сторону. Как всегда. Ей повезло, что сейчас не зима, – промёрзла бы насквозь.

Топталась и пара парней, одетых в цветастые лосины. У одного из них была очень бросающаяся в глаза причёска в виде огненно-красного снопа волос на макушке, высотой примерно с мою ладонь. Явно ребята «не такие, как все». Как-то сразу захотелось отойти, не попадаться им на глаза. Эта реакция была скорее инстинктивной, первой. Но мы же на то и люди, что можем побороть свои инстинкты. Я сразу отбросил подобные мысли (ведь в метро обо мне точно так же думали другие) и просто принял то, как они оделись. В конце концов, я же не общался с ними – вдруг они хорошие люди?

У одного высокого парня была большая сумка, уж не знаю с чем. Он сидел на раскладном стульчике, какие используют рыбаки. Блин – это гениально! Чего я не додумался?! На нём были солнечные очки в стиле Гаги, обвешанные со всех сторон белыми нитями бахромы. Он слегка пританцовывал ступнями – слушал музыку в наушниках. Хоть их я захватил! Даже перебросил на телефон пару коротких книг, чтобы скоротать время. Рядом с ним стоял другой парень, ничем не примечательный, за исключением винтажного телефона, не пойми каким образом приклеенного к шапке на его голове. Ребята выглядели очень весело, позитивно!

Были и обычно одетые люди – их было большинство. В центре окружившей его небольшой толпы стоял высокий парень, по внешнему виду – армянин (а может, я что-то путаю), в фиолетовой рэперской бейсболке с плоским жёлтым козырьком. По ходу, он был заводилой здесь. Улыбался, шутил, рассказывал о том, как обычно проводятся концерты Гаги. Другой парень, русский, с рюкзаком, многое добавлял к его рассказам из того, что сам видел, когда был на других концертах в «Олимпийском».

Каждая небольшая компания говорила о чём-то своём или просто слушала музыку Гаги.

Я приплёлся к одной из тех, которая говорила о раздаче браслетов в «Монстр Пит»:

– …Должны раздавать с восьми до трёх. Там приедет машина в какое-то время и начнёт их раздавать, – говорил единственный в компании парень двум девушкам с молниями на лицах.

– Значит, скоро? – даже без привета вмешался я.

– Не обязательно. Они могут приехать и в девять, и в десять, и в два часа – фиг там знает… – легко ответил он мне.

– А – ясно. Вы тут уже давно?

– Я – полчаса, девчонки – минут двадцать.

– Туча уже давно тут обретается?

– Чего? – поднял он голову и сказал: – Блииин… гляньте.

Наша компания и несколько других рядом стоящих взглянули на небо. Как можно было не заметить такую штуку?! Туча стала надвигаться на нас, но уже медленнее, чем тогда, когда я её заметил.

Все переглянулись…

– Да не паникуйте, – голос парня в бейсболке, – может, ещё мимо пройдёт или просто повисит и уйдёт. Ну, на худой конец, спрячемся где-нибудь.

– Вов, все магазины ещё закрыты. И Мак тоже не работает… – голос из толпы.

– Ну, в метро пойдём.

– Там выгонят, если не оплатим поездки и не спустимся на станцию, – бросил в ответ парень со стулом. – Им зачем надо, чтоб на входе была такая толпа?!

– Пусть попробуют выгнать!

– Ментов ещё позовут.

– Так если дождь будет сильный, то что ж нам – под ним мокнуть?!

– А это их не колышет! Вот пойдёшь ты в метро, отсидишься – а тут приедут раздавать браслеты, в шатры те белые зайдут, раздадут все браслеты, а тебе ничерта не останется!

– Да не будет ничего – только так, пугает нас погода, – сказал парень с рюкзаком, – не ссы в трусы.

– Правда – ничего ещё нет. Там уж, если начнётся, всё равно все побегут кто куда.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.