Виктория Райн
Скромница для боссов

Пролог

Злата

– Чёртовы боссы, сыпануть бы им в кофе вместо сахара яд или слабительное. Жаль нельзя, за это посадят, – бурчу сама под нос и одёргиваю до ужаса неудобную юбку.

«Жила себе спокойно. Считала циферки, пока этим тиранам не вздумалось меня «наказать» за единственную малюсенькую ошибочку. Вот теперь выслуживайся перед ними и терпи».

Уже подхожу к кабинету одного из боссов, как дверь резко распахивается и поднос с чашками, что находится в руках, врезается в неё. Его содержимое летит на меня, а я вскрикиваю от неожиданности и горячих напитков, что обжигают кожу.

– Иди сюда, – хватает за руку Гордей и заводит в свой кабинет. – Быстро снимай, – командует он, и его пальцы начинают расстёгивать мелкие пуговички на моей блузке.

Помогаю ему дрожащими от волнения руками, когда наконец липкая ткань обнажает кружевной бюстгальтер и слегка покрасневшую кожу, получается вдохнуть полной грудью.

Гордей тут же дует на открывшийся участок, и по телу разбегаются мурашки. Поднимаю глаза вверх и до меня доходит то, что я сделала. Я разделась перед боссом до лифчика!

Вот только зря я посмотрела в его потемневшие зрачки. В них бушует пламя, которое манит меня, гипнотизирует и не даёт вырваться. Его руки уже тянут вниз пострадавшую от кофе блузку, а губы набрасываются на мой рот с такой жаждой, что ей невозможно противостоять.

Босс наматывает мои волосы на кулак, оттягивает вниз, и я подчиняюсь. Поглощает, выпивает воздух, который я только что вдохнула, а после прерывает поцелуй и спускается губами ниже.

Прикусывает шею и слизывает сахарно-кофейный вкус в области груди. Горячий язык оставляет после себя след, а прохладный воздух тут же контрастирует с прикосновением.

Выгибаюсь навстречу, когда проворные пальцы опускают чашечку бюстгальтера вниз, а его рот берёт в плен горошинку соска. Едва различимый стон срывается с губ. Его напор ошеломителен, сбивает наповал, но настолько сладок и необходим, что я растворяюсь в моменте.

Мы так резко и сильно погрузились в пучину страсти, что не слышим, как кто-то вошёл, но ещё одна пара рук на теле отрезвляет. Вскрикиваю от неожиданности, но на мой рот ложится ладонь, закрывая его.

– Тише, Золотце. Мы не обидим. Только заставим кончить на наших членах.

Глава 1

Злата.

Месяц назад я застала своего бывшего в объятиях другой женщины. Его предательство было невероятно болезненным. Мало того, что он даже не стал отпираться, так ещё и «облил грязью» до такой степени, что нескоро отмоюсь.

– Ты в постели бревно! Серая мышь в бабкиных балахонах! Ты себя в зеркало видела? Тебя не то что трахать не хочется, в люди с тобой выйти стыдно!

Глаза всё время на мокром месте, а гадкие слова бывшего на повторе в моей голове. Смотрю на себя в зеркало и понимаю. Прав. Нет во мне ни длинных ног, ни стильной одежды, ни яркой внешности. Обычная.

Несколько недель я была сама не своя и умудрилась напортачить в отчёте. Сейчас, когда ошибка вскрылась, я обхватываю голову руками и боюсь, что меня просто уволят, а мне совершенно нельзя потерять эту работу.

Я снимаю квартиру и выплачиваю кредит, который бывший брал на свой якобы бизнес, но повесил на меня. Если лишусь должности, то мне просто нечем будет всё это оплачивать. Стираю с щеки вновь скатившуюся слезинку, но легче не становится. Грудь сдавило от ожидания грядущей беды.

– Ну ничего, Златик. Может, обойдётся, – подбадривает меня непосредственная начальница, но я сомневаюсь, что с моей «везучестью» ошибку не заметят.

– Ромашкина, тебя босс вызывает, – цокая каблуками «лабутенов» в наш с Ольгой Петровной кабинет заходит секретарь новых директоров.

– Какой из них? – компанию, в которой работаю, совсем недавно перекупили два брата. Волковы. Фамилия говорит сама за себя. Хищники во плоти. – Зачем?

Переглядываемся с начальницей, и я начинаю трястись как осиновый лист.

– Откуда я знаю? – недовольно фыркает в ответ и цокает обратно к своему рабочему месту.

Иду следом, как овца на заклание. Знаю, что сейчас меня попросят написать заявление по собственному, и только наладившаяся жизнь превратиться в ад. Где я за столь короткий срок смогу найти должность с достойной зарплатой, а мыть подъезды, как в студенческие годы не хочу. Не для того образование получала.

Поиск работы для меня в целом Армагеддон. Я скромная, тихая, и мне сложно показать себя в нужном свете. Нет во мне уверенности и бойкости. Правильно сказал бывший – серая мышь.

– Иди, тебя ждут, – машет наманикюренной ручкой секретарь, а я вдыхаю поглубже, словно собираюсь прыгать в воду.

Стою перед дверью с табличкой «Волков Гордей Михайлович» и тереблю в руках край рукава. Костюм мне слегка великоват, мамин ещё. Старенький, но добротный.

– Не съест он тебя, – усмехается на моё поведение Рита и теряет интерес, возвращаясь к своим делам.

Робко стучу и слышу громкое «войдите», дёргаю ручку и на дрожащих ногах вхожу в кабинет. Гордей Михайлович сидит за большим дубовым столом в виде буквы Т и, завидев меня, подаётся вперёд, облокачиваясь на него руками.

– Ромашкина, проходите, – его мужской баритон с лёгкой хрипотцой прокатывается по моему телу словно электрический ток.

Мелкими шажочками подхожу к краю стола и жду. Не выдерживаю его прямого и изучающего взгляда, опускаю глаза в пол. Дыхание прерывистое, того и гляди расплачусь.

– Злата, вы в курсе, что допустили ошибку?

От волнения я даже не услышала, как он приблизился. Только вздрогнула от раздавшегося совсем рядом голоса и вдохнула аромат его одеколона. То ли его парфюм так пьянил, то ли от волнения голова вмиг пошла кругом.

– Мне нужна эта работа, – не знаю, каким чудом мне удалось пискнуть это боссу.

– Но я не могу оставить вас в бухгалтерии.

– Я согласна на всё, – едва не падая в обморок, поднимаю взгляд на Гордея Михайловича.

– Так уж и на всё?

Вижу, как сужаются глаза, а нос, как у хищника втягивает воздух рядом со мной. Тут же приходит ассоциация с волком. Когда он оскаливает зубы и медленно наступает на свою жертву. Принюхивается к её страху и наслаждается им, ведь знает, что уже победил.

– Я про работу, то есть должность. В общем, на любую.

– Хорошо, – он заходит за мою спину, а у меня колени подгибаются. – Пойдёшь в секретари к нам с Матвеем.

– Но, – блею я и поворачиваюсь к боссу боком. Опираюсь задом на его стол.

– Наша нынешняя решила выгодно выскочить замуж, а искать человека со стороны некогда, – небрежно отмахивается Гордей, стоя уже прямо передо мной.

Он кружит рядом, смущает, страшит. Его поведение выходит за рамки босс-подчинённая. Фамильярничает, нарушает личные границы и заставляет сердце колотится где-то в пятках. Не только от волнения и страха, но и от неизвестности.

– Завтра.

– Что? – шепчу, едва шевеля губами.

– На новое рабочее место. Вот только, – его руки ложатся на мои плечи, – сними эти ужасные тряпки, – с силой дёргает ткань вниз и жакет соскальзывает с шёлка. – Я выделю тебе премию на смену гардероба.

Немею от его хамства и наглости. Хватаю ртом воздух, а моя вещь уже лежит на его столе. Он осматривает блузку, и я закрываюсь руками, ведь тонкий шёлк не скрывает, а скорее подчёркивает мою грудь.

– Вот это богатство, – хрипит и сглатывает Гордей. – Троечка?

– Что вы себе позволяете?!

Не знаю, что щёлкнуло в моей голове, но фраза легко слетела с губ. Мне очень нужна эта работа, но такое отношение к себе терпеть я не буду. Хватаю свой старенький жакет и спешу к двери.

– Не так быстро, Ромашка, – он хватает меня за руку и резко дёргает на себя. Впечатываюсь в его каменную грудь, и столкновение вышибает из меня весь воздух. – Твоя ошибка могла вылиться в миллионы, поэтому ты будешь работать здесь. Нашей, – смотрю в его глаза словно загипнотизированная, – секретаршей, – вновь хрипит его голос.

Глава 2

Злата.

Вылетаю из кабинета Гордея Михайловича словно стрела из лука. Руки трясутся, сердце стучит как сумасшедшее, а в голове каша. Лишь одна мысль звенит своей радостью: не уволили. Вот только странное поведение босса смущает. Оно выходит за рамки приличия и волнует.

– Не съел? – усмехается секретарь, видя моё состояние.

– Нет, на твоё место перевёл.

– Хм – заинтересованно проходится по мне взглядом, немного склонив голову к плечу. – Хотя мне уже нет до этого дела. Последний рабочий день сегодня.

Иду в наш с Ольгой Петровной кабинет на негнущихся ногах. Она, можно сказать, заменила мне мать в рабочее время, и я бесконечно благодарна ей за ту теплоту, что она дарила, не требуя ничего взамен.

Она искренне переживает из-за случившегося и уже хотела брать вину на себя, но я не позволила. Ей несколько лет до пенсии осталось, пусть уже спокойно доработает.

«Может с ней и обсудить произошедшее? – вспыхивает мысль, но я гашу её. – Не за чем свои проблемы на чужих людей вешать. Вдруг мне наша беседа с боссом от страха показалось не тем, чем было на самом деле».

– Как всё прошло? – спрашивает начальница, едва я вхожу в кабинет.

– Не уволил. Перевёл в личные секретари. Вот только гардероб сказал сменить.

– И правильно сделал. Ты девчонка молодая, красивая. Хватит прятаться в этих балахонах не твоего размера.

– Но, – запинаюсь. Не хочу жаловаться на жизнь и нехватку денег.

– Это мне по возрасту положено, а тебе надо юбку покороче, волосы распустить и помаду, красную! Глядишь, и замуж скорее выскочишь.

– Была я там, ничего путного из этого не вышло.

– Ты не сравнивай своего бывшего, с начальством. Они люди деловые, не чета твоему прошлому. Да и сожительство не штамп в паспорте, – многозначительно поднимает палец вверх.

Остаток дня дорабатываю на автопилоте. Домой возвращаюсь понурая. Открываю шкаф и смотрю на свой скудный гардероб. Он весь серый, блёклый и совершенно немодный.

Пересчитываю имеющиеся деньги и понимаю, что «финансы поют романсы» и обновки мне пока не по карману. Набираю номер единственной подруги и прошу одолжить мне что-то на пару дней. Гордей Михайлович обещал выделить деньги, на них и надеюсь.

Классического костюма у неё не нашлось, зато юбка-карандаш и белая блузка мне подошла. Единственным минусом оказалась моя грудь, которая несмотря на стройность, имеет третий размер. Пуговки того и гляди выскочат из петель или вовсе отлетят, но делать нечего.

Прихожу на работу пораньше. Прошлый секретарь не ввела в курс дела, но спасибо хоть чиркнула записку. «Матвей-эспрессо без сахара, Гордей с двумя ложками». Ни паролей, ни расписания встреч, как работать одному богу известно.

Братья приезжают одновременно. Едва Матвей переступает порог, мажет по мне взглядом и просит свою дозу кофеина. Гордей с нескрываемым интересом осматривает мой внешний вид, и его губы трогает едва заметна улыбка одобрения. Выдыхаю, но буквально на секунду, ведь потом приходится чуть ли не бегом идти делать им кофе.

– Брат не сказал, что у нас новый секретарь, – едва я вхожу в кабинет, произносит Матвей.

– Это наказание, – отвечаю и лишь, когда слово вылетело, понимаю, что ляпнула. Опускаю глаза в пол, а щёки окрашивает румянец. Ставлю поднос на стол и уже хочу бежать прочь, как слышу вопрос:

– Спишь с ним?

Вздрагиваю, ведь он, как и брат, подошёл бесшумно и слишком близко.

– Нет.

Делает ещё шаг и, оказывается, почти вплотную. Приподнимает мой подбородок вверх и смотрит в глаза. Распахиваю губы, чтобы вдохнуть, ведь от очередной вольности, только уже второго босса, теряюсь.

Матвей умудряется воспользоваться ситуацией и тут же приникает к губам. Поглощает, съедает, выпивает меня до дна, а я не в силах его остановить. Стою как парализованная. Лишь сердце стучит как сумасшедшее, заглушая не только голос разума, но и все посторонние звуки.

Его рука ложиться на грудь и сжимает её, в тот же момент меня, наконец, окатывает ушатом ледяной воды, и я разрываю поцелуй. Замахиваюсь рукой, но он ловит её.

– Сладкая, – хрипит его голос.

Босс отпускает мою кисть и демонстративно поправляет пах. Берёт с рядом стоящего подноса кофе и возвращается в своё кресло. Делает глоток и внимательно изучает меня.

– А говоришь, что не спишь. Вон какая отзывчивая. Потекла? Трусики мокренькие?

– Да пошли вы, – вылетаю из кабинета со слезами на глазах и врезаюсь в чью-то каменную грудь.

– Злата? Что случилось? – спрашивает Гордей, в объятия которого мне и повезло впечататься.

– Я увольняюсь! – предательские слёзы начинают течь из глаз, а голос дрожит.

– Мы уже это проходили, а по факту?

– Он полез ко мне целоваться!

– А-а-а, так это не страшно. У брата политика такая. Сразу все карты на стол, чтобы работницы перестали его клеить и не питали лишних иллюзий на скорое замужество.

– Правда? – с облегчением выдыхаю и смотрю в глаза боссу, пытаясь понять, шутит ли.

– Мне нет смысла тебя обманывать. Нам нужен секретарь, – подмигивает и, обняв за талию, ведёт к моему рабочему месту.

Садит как маленькую за стол, а сам нависает сверху. Его подбородок касается моей макушки, и мне кажется, что он вдыхает аромат моих волос. Поворачиваю голову, и босс резко распахивает глаза, а потом тянется вперёд.

«Фух, опять воображение разыгралось. Гордей Михайлович всего лишь наклонился к мышке, чтобы показать мне нужные для работы папки».

Внимательно слушаю то, что он мне говорит, делаю пометки в блокноте и уже который раз ловлю его взгляд на своей груди. Очередной раз судорожно вдыхаю аромат парфюма босса, и предательские пуговички всё же выскальзывают из петель, открывая полушария. Бросаю всё и пытаюсь вернуть их на место, как чувствую мужские пальцы на своих.

– Не нужно, всё и так хорошо, – прочистив горло говорит мне Гордей и словно невзначай касается кожи в образовавшемся вырезе.

Глава 3

Злата

– Что вы делаете, Гордей Михайлович? – пищу в ответ на его возмутительно приятное прикосновение.

Хлопаю глазами, смотря на него снизу-вверх, а по коже бегут мурашки. Сердце учащает свой ритм, а горло пересыхает. По-хорошему стоило бы дать отпор, возмутиться его поведением, а то и вовсе залепить пощёчину, но я сижу как замороженная.

– У тебя очень нежная кожа, цветочек, – шепчет Гордей и ныряет ладонью в вырез.

Обхватывает лапищей мою грудь и впивается в губы. Неистово, горячо и так сладко, что я позволяю ему это. Растворяюсь в моменте и его прикосновениях. Он с удовольствием мнёт мою грудь, которая, как ни странно, полностью уместилась в его мощную ладонь.

– А говоришь, не спишь, – раздаётся голос Матвея Михайловича, и я вздрагиваю.

Отталкиваю от себя Гордея и поправляю блузку, застёгиваю пуговки до самого горла. На глазах выступают предательские слёзы, а второй босс как ни в чём не бывало возвращается в свой кабинет.

– Тише, тише. Ничего страшного не произошло, – утешает меня тот, кто, забыв про субординацию, полез целоваться.

– Тоже сделали это, чтобы не питала лишних иллюзий? – сглатывая ком обиды, шепчу Гордею.

– Нет, просто захотелось.

– А вы не подумали, что мне может быть неприятны ваши домогательства?! Сначала брат, теперь вы! Я не шлюха, которую можно вот так, из рук в руки передавать! Сейчас же напишу заявление!

– Злат, ты привлекательная девушка, и в том, что я проявил к тебе интерес, нет ничего зазорного.

– Я не буду с вами спать! Если это входит в должностные обязанности, то я не буду здесь работать!

– Всё, я понял. Больше не буду.

– Где один раз, там и второй, – хочется бежать прочь со всех ног, но почему-то сижу на месте.

– Обещаю, пока ты сама меня об этом не попросишь, я не коснусь тебя.

– Никогда!

– По рукам. Я человек деловой, слов на ветер не бросаю.

– А ваш брат? – выдыхаю от облегчения, ведь мне удалось отвадить хотя бы одного.

– Поговорю с ним чуть позже.

Только Гордей возвращается в свой кабинет, как меня вызывает Матвей. Едва не перекрестясь захожу к нему и останавливаюсь у дверей. Мне уже сполна хватило их горячности, нарываться на приставания вновь я не горю желанием.

– Ну так что, Золотце? – откинувшись на спинку кресла, спрашивает меня Матвей.

– Не понимаю, о чём вы?

– Меня не поцелуешь? – ухмылка на его лице вызывает дрожь в теле.

Широкие плечи босса почти перекрывают спинку кресла. Волосы зачёсаны назад. Они с братом двойняшки, оба высокие, статные и с правильными чертами лица. Волевые подбородки, на которых есть лёгкая щетина и властные губы, которыми они уже оба терзали мои.

Глаза у Матвея серые, холодные. У Гордея голубые и более добрые, что ли. Они похожи, но в то же время разные. Этот брат словно хищник. Резкий, хамоватый и расчётливый, второй же более «гибкий». Хотя я слышала о том, что именно Мот общительный и тактичный, по сравнению с Гордеем. Почему же со мной всё это не работает?

– Матвей Михайлович, если вы приняли меня за дешёвую подстилку, то ошиблись. Мне нужна только работа в этой компании и ничего больше.

Он встаёт с кресла и стремительно идёт в мою сторону. Понимаю, что ничем хорошим это для меня не закончиться и пытаюсь сбежать. Разворачиваюсь к двери, хватаюсь за ручку, но он захлопывает её перед моим носом, прижимая к ней своим мощным телом.

– Куда ты, Золотце? Мы ещё недоговорили, – обдаёт горячим дыханием мой затылок, а руки впиваются в бёдра.

Попой чувствую его эрекцию и судорожно вздыхаю. Слов нет, не могу заставить себя шевелиться. Как муха, попавшая в паутину, сколько ни бейся, лишь сильнее увязнешь.

– Пустите, – пищу я и всё же дёргаюсь в захвате.

Над ухом раздаётся шипение, и натиск становится более сильным. Пытаюсь оттолкнуться руками, но он перехватывает их, соединяет в своей ладони и поднимает вверх, фиксируя над моей головой.

– Ещё раз дёрнешься, подниму юбку и засажу по самые яйца.

Замираю. Едва дышу от его слов. Внизу живота оседает предательское тепло возбуждения, а он начинает тереться о мою попку ширинкой. Я чувствую внушительный бугор и краснею до корней волос от осознания пикантности ситуации.

Его свободная рука обхватывает грудь, и я не сдерживаю стона. Обрываю сама себя и прикусываю губу.

– Горячая Ромашка. Чего ерепенишься? Дай мне свою киску и обещаю, ты будешь кончать на моём члене, крича об этом на весь офис, – как змей искуситель шепчет на ушко и прихватывает зубами мочку.

– Сегодня же напишу заявление, – выдыхаю в ответ и вновь дёргаюсь в его руках.

– Цветочек, я же предупреждал, – даёт немного пространства для манёвра, а после разворачивает. Я оказываюсь лицом к лицу с боссом.

Он набрасывается на мои губы. Кусает, зализывает повреждённые им участки и вторгается в распахнутый рот. Трахает мой язык и ему совершенно плевать на пусть и вялое, но сопротивление.

Едва он ослабляет хватку, выдёргиваю кисти и упираюсь руками в его плечи, но это всё равно что сдвинуть гору, просто невозможно. Матвей тут же дёргает вверх узкую юбку, и я слышу её треск. Вторая рука босса уже вовсю оглаживает попу, и он рычит прямо в мои губы.

– А-ах – выдыхаю, когда его рот опускается по шее вниз, а вторая рука гладит промежность с действительно намокшими трусиками.

– Блядь, ты течёшь Ромашка, – хрипит босс и спускается губами ниже.

Предательские пуговки вновь не выдержали напора и расстегнулись. Матвей проникает под трусики и ставит засос прямо на одном из полушарий. Я уже потеряла связь с реальностью и позволяю ему творить с моим телом то, что ещё ни разу в жизни не делал никто.

Секс с бывшим не считается, ибо с ним, я не испытывала даже доли того, что сейчас сжигает меня в руках босса. Он хватает клитор двумя пальцами и сжимает его. Моё тело простреливает судорога, и я вскрикиваю.

Он вновь впивается в губы и ловит, поглощает мои стоны. Я уже не отталкиваю, сама глажу его плечи и грудь поверх рубашки. Когда его палец проникает в моё истекающее от смазки лоно и совершает пару поступательных движений, я кончаю.

Глава 4

Злата.

Впервые за всю свою жизнь я понимаю, что такое оргазм. Он накрывает с головой, прокатывается по телу волной жара и пульсирует внизу живота. Воздух в лёгких резко заканчивается, и я хватаю ртом так необходимый мне кислород.

Сквозь шум крови в ушах слышу шёпот Матвея, но не могу разобрать слов. Чувствую, как внутренние мышцы, пульсируя, обхватывают палец босса, и едва не стекаю по двери, но он придерживает за талию, не давая упасть.

– Блядь, Золотце это было пиздец как круто. Ты такая узкая, что обхватила палец, как же будет охрененно моему члену, когда я ворвусь в эту текущую щелку.

– Матвей Михайлович, – раздаётся стук в дверь, и я в ужасе распахиваю глаза.

– Я занят! – гаркает босс.

От ситуации, в которой оказалась, наступает откат, паника накрывает с головой. Начинаю судорожно соображать, куда спрятаться или бежать. В мозгу бьётся мысль о том, что я буквально пару секунд назад кончила от пальцев босса и мне всё понравилось.

Матвей в это время подносит свою руку к лицу и вдыхает запах моей смазки. Я смотрю на это во все глаза, а влагалище продолжает пульсировать, словно ему было мало. Волков с наслаждением облизывает палец, что был во мне и произносит:

– Сладенькая, – а я, едва не теряя сознание от стыда, судорожно начинаю поправлять на себе одежду.

В дверь раздаётся очередной стук, и Матвей, сдвинув меня в сторону, распахивает створку. Под его суровым взглядом и пришедшим в движение желвакам понятно, что он в бешенстве.

– Матвей Михайлович, я к вам с отчётом, – произносит сотрудник, а босс выпроваживает его, перенося всё на завтра, и захлопывает дверь.

– На чём мы закончили Золотце? – его голос становится обманчиво мягким, словно он разговаривает с неразумным ребёнком.

– Мне нужно работать, – строго отвечаю ему и бочком-бочком пытаюсь обойти.

– Да, твоя девочка должна сейчас хорошо постараться и дать мне кончить, а то как-то неправильно получается. Ты кайфанула, а я?

Понимаю, что напролом мне не вырваться, и пячусь к столу. Матвей идёт следом. Пытается загнать добычу, но я ускользаю. Обхожу дубовую махину по одной из сторон и достигаю его кресла.

Встаю за спинку и держу её в руках. Как только босс подходит ближе, отталкиваю кожаную махину. Кресло на колёсиках, катится и практически сносит с ног Матвея, а я спешу к выходу из его кабинета.

Побег удался, и я вылетаю как пуля, захлопнув за собой дверь. Мне не остаётся ничего, кроме как продолжить убегать. Несусь на всех парусах к бывшему месту работы и запыхавшись, вваливаюсь в бухгалтерию. Ольга Петровна смотрит на меня во все глаза, а я перевожу дух.

– Златик, что-то случилось?

Открываю рот, но проглатываю спешащие вырваться слова. Не могу же я сказать бывшей начальнице, что минуту назад извивалась в объятиях одного из боссов и кончала от его умелых пальцев.

– Юбка порвалась, – выбираю более приемлемую причину для визита и такого поспешного вторжения.

– Проходи, моя хорошая, у меня где-то в столе была нитка с иголкой. По-моему, даже чёрная, так что тебе повезло.

Оглядываюсь, боюсь, что босс всё же преследует меня, но спустя пару минут успокаиваюсь. В самом деле, не будет же он с членом наперевес бегать за мной по офису.

Пока вожусь с юбкой, пытаюсь сообразить, как действовать дальше. Если я сбегу прямо сейчас с рабочего места, то уверена мне не выплатят зарплату, а она мне нужна. Я не доработала до конца месяца всего лишь несколько дней.

«Может уйти на больничный, и пока я буду болеть, они успокоятся? Это вряд ли, хищник жертву не проглотил и всё ещё голоден, – мысленно разговариваю сама с собой».

– Как тебе на новом месте? – вырывает из горьких дум Ольга Петровна.

– Всё хорошо.

– Не обижают тебя наши начальнички?

«Нет, пристают только, – мысленно отвечаю, а вслух произношу совершенно другое».

– Заняты все время. Столько дел у них, – и первое из них – затащить меня в койку. Точнее, на член, а уж где это будет, им плевать, мысленно добавляю я.

– Злата? – раздаётся голос Гордея, и я вздрагиваю. Тут же иголкой колю палец и поднимаю глаза на начальника, сунув в рот пострадавшую кончик. – Ты почему не на рабочем месте? Я ищу тебя, – его глаза темнеют, а голос слегка хрипит.

– Здравствуйте, Гордей Михайлович, – отвечает ему моя бывшая начальница. – Злата юбку порвала, вы не переживайте, сейчас зашьёт и вернётся.

Вижу, как кадык босса дёргается на фразе про порванную юбку и замираю. Жду его следующих слов, но он гипнотизирует мой палец, что всё ещё у меня во рту. Спохватываюсь, вынимаю его и молчу.

– В мой кабинет зайди, как вернёшься, – говорит он и уходит.

– Златик, а у тебя точно всё в порядке?

– Угу, – и возвращаюсь к юбке.

– Прямо сюда за тобой пришёл. Странно как-то. Раньше начальство нас своими визитами не баловало.

Молчу. Что на это сказать, не знаю. В принципе, как и думать, зачем приходил Гордей тоже. Делаю последний стежок и понимаю, что возвращать подруге юбку в таком виде будет неудобно, а значит, нужно нести в ателье, чтобы исправили то, что натворил один из похотливых боссов.

Оттого что мне придётся потратить и так невеликие деньги на починку вещи к горлу подкатывает ком. С трудом проглатываю его и натянуто улыбаюсь бывшей начальнице перед уходом на новое рабочее место.

В груди колотится сердце, а на душе пустота. Боссам плевать на мой внутренний мир и сопротивление. Они видят цель и идут к ней, вот только останусь ли я той, кем являюсь сейчас, когда они наиграются.

Захожу в кабинет Гордея, ведь он просил об этом и устало приваливаюсь к косяку. Не иду глубже, помня о произошедшем столкновении с его братом.

– Что вам нужно? – спрашиваю босса, а он идёт ко мне. – Не приближайтесь, а то заору на весь офис.

– Хотел напомнить о твоих должностных обязанностях и кофе, которого так и не дождался с утра.

– Хорошо.

– Злата, – уже открываю створку, как Гордей окликает.

Смотрю на него. Жду слов, но он медлит. Молчит.

– Что? – не выдерживаю, переспрашиваю.

– Матвей обидел тебя?

– Отстаньте уже от меня. Оба! – выхожу из кабинета и хочу с чувством хлопнуть дверью, но моя зарплата не потянет её ремонт.

Глава 5

Гордей.

Ромашку я приметил ещё на первом собрании-знакомстве. Сидит вроде Мымра из «Служебного романа», который каждый Новый год крутят по телеку. Вот только член в штанах оживает, когда она прикладывает ручку к губам.

Пухлым даже на вид, мягким и чёрт просто безумно притягательным. Ловлю себя на том, что готов впиться в этот рот прямо сейчас, но понимаю, что такой поступок по меньшей мере испугает девушку, а то и вовсе заставит задуматься о моём душевном здоровье.

Не выдерживаю и в этот же день иду вроде как по делу в бухгалтерию, вот только там всё идеально. Циферка к циферке и докопаться не до чего. Останавливаюсь у кабинета и в приоткрытую створку вижу этот манящий Цветочек.

Она склонилась над бумагами и что-то сосредоточенно пишет. Из её строгой причёски выбился локон, и его слегка шевелит поток воздуха из приоткрытого окна, притягивая мой взгляд тонкой шее. Сжимаю руку в кулак, от непреодолимого желания держать эту шейку в своих ладонях.

В голове тут же возникает картинка, как я срываю с неё эту убогую жилетку и добираюсь до упругой груди. С силой дёргаю в стороны блузку и обнажаю кружевной бюстгальтер, прячущий под собой розовые горошинки сосков.

Злата – блондинка с правильными чертами лица, курносым носиком и пухлыми губками. Глаза небесно-голубые и настолько наивные, что срабатывает животный рефлекс.

Догнать и сожрать, а лучше насадить на член и трахать до потери сознания. Чтобы кричала моё имя на пике оргазма и стонала, срывая голос до хрипоты.

Стою за дверью и как маньяк и пялюсь на «училку». Ведь Ромашкина сейчас выглядит как порнозвезда, закованная в стрёмные тряпки ради «ролевой игры» для будущего фильма. Так и вижу, как наматываю белокурые пряди малышки на кулак и засаживаю по самые яйца прямо на своём рабочем столе.

В голове тут же рождается идея, как прибрать к рукам эту девочку, и я спешу уйти от греха подальше. Плюхаюсь за свой стол и с коварной улыбкой вновь возвращаюсь к документам.

Член потихоньку снижает градус стояка на минималку и уже не давит на мозг. Наша секретарша как раз решила уволиться, и я потирая руки, уже предвкушаю скорую встречу с Ромашкой.

Не прошло и пары дней, как Злата всё же заняла кресло между нашими с братом кабинетами и меня накрывает с головой. Запах её волос, лёгкий шлейф цветочных духов, эта скромность и я хожу со стояком практически весь рабочий день.

Не выдерживаю, зажимаю малышку, но Матвей оказывается более проворным. Когда Ромашка чуть ли не в слезах сбежала от него, брат пришёл ко мне сам.

– Ты где раздобыл этот Цветочек с буферами, как у порнозвезды?

– Не поверишь, в бухгалтерии нашёл.

– Хочу трахнуть нашу Ромашку, да так, чтобы эти сочные «дыньки» скакали перед моим лицом. Все мысли в штанах блядь из-за неё.

– Как делить будем? У меня на Злату не менее горячие планы.

– Ты же знаешь, меня на долгие отношения не хватит, а с остальным сам решай.

– Нет, так дело не пойдёт. Во-первых, ты её просто сломаешь как куклу, а с ней так нельзя. Во-вторых, в этот раз на неё имею виды и я.

– Обычная баба с мокрой щелкой. Знаешь, она пиздец, как сладко кончала на моём пальце сегодня. Такая узкая, что сам чуть в штаны не спустил от того, как её девочка сжимала меня.

Пропускаю воздух в грудь сквозь стиснутые зубы. Понимаю, что «дело пахнет керосином» и я вот-вот дам в морду собственному брату за девчонку, которую хочу до боли в яйцах. Откидываюсь на спинку кресла и осознаю, что просто не могу отдать малышку на растерзание Матвею.

– Не трогай её. Она моя.

– Ещё чего. Я пока ей не засажу, хрен теперь успокоюсь.

– Больше повторять не буду, – всё тело каменеет и готовится к атаке, но я сдерживаю себя.

– Давай трахнем вместе, – как ни в чём не бывало предлагает Мот. – Нам не впервой девочек делить.

– Пошёл вон, – рычу на брата, а тот лишь ухмыляется в ответ, но из моего кабинета всё же уходит.

Сижу, пялюсь в потолок и спрашиваю себя, на какой хрен дал ей обещание не прикасаться. Брат в отличие от меня не дурак сразу ва-банк пошёл. Злата хоть и скромная очень, но отзывчивая. За чопорным нарядом скрывается вулкан страстей, и я не имею права упустить его из рук. Иду на выход и вижу, что её нет на рабочем месте.

«Сбежала. Куда? – тут же мысленно решаю эту нехитрую задачку. – В бухгалтерию или домой – иного не дано».

Наплевав на работу, спешу в «оплот денег и цифр». Она там. Едва стою на месте, услышав, что она зашивает юбку.

«Её порвал Мот? Она сейчас только в трусиках? На ней колготки или чулки? – мысли в голове не дают здраво рассуждать, и я зависаю в моменте. Петровна, свали куда-то, а? – умоляю я бухгалтершу, но чуда не происходит».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.