Анастасия Стерн
Хозяйки кафе Гринроуз

«Обычный день в кафе Гринроуз»

Полная низкорослая женщина в лиловом пальто спешила по улице Уэйстар на первый утренний поезд. Город еще спал, и на улицах не было ни души. Женщина ежилась от промозглого весеннего ветра. Когда она проходила мимо кафе сестер Гринроуз, она засмотрелась на симпатичный сад, который, казалось, объял своими зелеными руками пустые столики перед парадной дверью. Надо же, у этих девушек все цветет круглый год. Женщина остановилась, когда заметила фигуру в окне. Она порхала по залу, а за ней будто плыли тарелки и чашки… Женщина прищурилась. Должно быть, это игра света. Она заметила, как сильно сжала свою сумочку, пока наблюдала за кафе с другой стороны дороги. В конце концов, уверив себя в том, что спросонья почудиться может всякое, она заторопилась на станцию, удивляясь собственному воображению.

* * *

Весеннее солнце только показалось из-за горизонта. Оно постепенно заливало улицы сонного городка.

Мэйв уже была на ногах. Она любила просыпаться раньше сестер, чтобы заставать рассвет. Она всегда в одиночестве наблюдала, как солнечный свет заливает их маленькое кафе. Это было ее важным ритуалом.

Спустившись сегодня вниз со второго этажа по крутой деревянной лестнице, которой было не меньше ста лет, она шмыгнула за стойку и поставила пузатый чайник на плиту.

Взмахом обеих рук Мэйв распахнула шкаф с посудой. От ее кистей разлетелись искры, и она наморщила веснушчатый нос от знакомого осторого аромата магии.

«Когда-нибудь эта пыль меня выдаст», – хмыкнула она.

Мэйв привыкла, что по утрам, когда она одна и полна сил, ее магия оставляет следы: тут и там она рассыпает сверкающую пыль, пока суетится над завтраком. Но, как любая ответственная ведьма, Мэйв всегда осторожничает, когда в кафе есть люди, и лишь изредка от нее отскакивает тусклая искра, которую обычные зеваки никогда не замечают.

Ее кисти рисовали узоры в воздухе, заставляя посуду вылетать из шкафа и плавно опускаться на стол. Три тарелки и три чашки выстроились на барной стойке рядом с Мэйв, чайные ложки, звякнув, опустились на блюдца. Кафе наполнил блестящий лиловый дым. Мэйв взболтала тесто, не прикоснувшись к продуктам, и через некоторое время в каждой тарелке выросла башня из румяных блинов. Одну башню она полила медом, который мгновенно таял от жара стряпни, а вторую щедро посыпала голубикой. Свою порцию Мэйв съела на ходу, в прикуску с земляничным вареньем.

Чайник подлетел к Мэйв, дожидаясь сигнала. Она с улыбкой кивнула ему, и он наклонил носик, аккуратно налив кипяток в каждую чашку. Мэйв накрыла воду ладонью и превратила ее в мятный чай.

Завтрак был готов и, невероятно довольная собой, Мэйв плюхнулась в кресло, стоявшее рядом с барной стойкой. Изумрудно-зеленое кресло было ее любимым местом – в кафе это знал каждый. В прошлом году ее сестры решили его продать в магазин винтажной мебели и купить новое, без вековой пыли и чудаковатых вензелей на подлокотниках, но Мэйв жутко разозлилась. Всю следующую неделю сестры получали на завтрак холодную кашу и горький ромашковый чай.

Мэйв была вспыльчива, но быстро отходила от любой обиды. Об этом Селеста и Вайолет знали хорошо, поэтому просто ждали когда буря стихнет. К тому же, нельзя было тратить свои силы на обиды: в мире людей они были одни друг у друга и, чтобы выжить, надо было держаться вместе. Так советовала им мама пятнадцать лет назад.

– Ой, не может быть! – прозвенел голос Вайолет еще до того, как она сама оказалась на лестнице. – Мне сегодня снились блинчики!

– Доброе утро! – протянула Мэйв, зазевавшись. – Я это знала.

– Врешь, – наморщила нос Вайолет, уже уплетая оладьи. – Уж мысли читать ты еще не научилась.

Вайолет всегда была очень впечатлительной. Сестры думали, что это сгладится с возрастом, но к своим двадцати годам она все еще радовалась и страдала изо всех сил, реагировала бурно и говорила громко. Ее темные прямые волосы чуть касались плеч, а фиалковые глаза были всегда широко распахнуты, будто застыли в изумлении.

Они с Мэйв были похожи, разве что каштановые волосы Мэйв вились в разные стороны и глаза всегда были прищурены, как при широкой улыбке.

Вайолет сидела на барной стойке, Мэйв погрузилась в объятия любимого кресла. Обе прихлебывали чай.

День обещал быть теплым по-весеннему. А, значит, народу будет много. Вайолет будет принимать заказы у завсегдатаев, наизусть зная, что каждый из них закажет. Для Мистера Элдреджа – эспрессо и корично-сахарную улитку, для Джослин – латте и лимонное печенье, Мистер Леблан в первую очередь попросит утреннюю газету, а потом чай с чабрецом и пирог с курицей.

В кафе «Гринроуз» редко заходили новые лица, но каждый, кто впервые туда забредал, непременно возвращался, пока в конце концов не становился таким же частым гостем, как Мистер Элдредж.

Пока Вайолет рассказывала про свой захватывающий сон, Мэйв обходила все растения: проверяла почву, листья и иногда хмыкала в ответ сестре. В кафе было много растений. С первого взгляда можно было подумать, что столики и кухня совершенно случайно выросли посреди густого зеленого сада. Так что, больше кафе было похоже на оранжерею, чем на место, где подают что-то съедобное.

Через час, когда Мэйв пекла печенье с черникой, лимонный пирог и безе, а Вайолет была у нее на подхвате (в прямом смысле слова – она подхватывала на лету тарелки и лопатки, которыми Мэйв впопыхах забывала управлять), вниз спустилась сонная Селеста. Она, как обычно, бесшумно подошла к сестрам и потрепала их по голове.

– Когда-нибудь я умру от страха! – в шутку возмутилась Вайолет, дернувшись от неожиданного прикосновения.

– Или от переизбытка эмоций. – усмехнулась Селеста.

Селеста была из тех девушек, которые производили на окружающих неизгладимое впечатление. Она была высокой, хорошо сложенной, с длинными медовыми волосами. Мама называла ее лисой, но Селеста это не любила. Она вообще не любила, когда ее выделяли по внешним данным и с пренебрежением относилась к своим обожателям: не из-за высокомерия, а лишь потому, что считала свою внешность скорее недостатком, чем даром. Многие не видели в ней ничего, кроме красоты.

– Ну что, пара пирожных от боли в голове, пакет мятного чая от проблем со сном, коробка какао с эффектом пробуждения либидо… – перечисляла Селеста, загибая пальцы.

– И еще карамель от боли в животе. – добавила Мэйв, вздохнув. Она раскраснелась от жара печи. – Сегодня придет Лиза с сыном. У него проблемы с пищеварением.

Вайолет подавила смешок.

– Конечно, у любого живот скрутит от такого количества сладостей. – заметила она, выкладывая на стойку кучу карамели в прозрачных самодельных фантиках.

Селеста сложила над ними ладони и желтый свет мягко опустился на карамель.

– Готово, от боли в животе. – потрясла руками Селеста, сбросив остаток лечебной золотой энергии с кончиков длинных пальцев.

– Жаль, что также просто ты не умеешь склеивать чужие сердца… – театрально закатила глаза Вайолет, намекая на многочисленных поклонников сестры.

Селеста покачала головой и пододвинула к себе тарелку блинчиков с голубикой.

– На секунду показалось, что ты мне завидуешь. – улыбнулась она младшей сестре.

Вайолет рассмеялась и спрыгнула с барной стойки.

– Пойду подготовлю столики, скоро придет Роджер, а он любит сидеть на улице, рядом с плющом… Удивительно систематичный человек. – выходя из кафе, бормотала она.

Мэйв продолжила готовку, а Селеста по ее запросу листала старую кулинарную книгу в поисках рецепта меренги. Пожелтевшие страницы повидали многое: где-то буквы расплылись от капель воды, где-то остались жирные отпечатки пальцев, между некоторых страниц даже лежал засохший базилик, другие склеились между собой намертво.

Конечно, они знали про существование интернета и активно им пользовались, особенно Вайолет. Но некоторые вещи, такие как поиск рецептов или информации о растениях, они любили делать по-старому. Каждая в такие моменты тихо ностальгировала по утраченному дому.

– Эстер так и не писала? Прошло уже больше двух недель с последнего письма. – спросила Селеста, пытаясь расцепить засахаренные страницы.

– Нет, – вздохнула Мэйв и подняла глаза. – Мне кажется, что-то случилось. Раньше она писала каждые три дня.

Селеста не ответила. Просто молча вернулась к делу, но ей тоже было тревожно. Эстер, их близкая подруга из оставленного мира ведьм, отправляла письмо совой после полуночи каждую неделю. Но Мисти не прилетала уже около пятнадцати дней, таких задержек раньше не случалось.

Вернуться в магический мир и проверить, все ли в порядке с подругой, было, конечно, невозможно – завеса между мирами просто бы их растворила. Парадокс в том, что бежать из магического мира было куда проще, чем вернуться туда. Честолюбивые маги считали предателями и низшим сортом тех, кто выбрал жизнь среди людей, а тем более тех, кто помогал людям. Так что, дороги назад домой у сестер не было, и они знали это с самого начала. Они были отвергнуты родным магическим сообществом и все еще были чужаками в мире людей, вынужденными скрывать свою сущность.

– Может, есть какой-то способ? – Мэйв будто прочитала мысли Селесты.

– Какой еще способ?

– Перейти завесу… – на тон тише сказала Мэйв.

– Ты же сама знаешь, что нет. Из мира людей никто не может попасть обратно к магам, так устроена завеса.

– Неужели мы будем просто ждать? А вдруг с ней что-то случилось? – затараторила Мэйв, дирижируя деревянной лопаткой.

– Слушай, я тоже волнуюсь, – Селеста поджала губы. – Но я уверена, что Эстер напишет. Скорее всего, она закрутилась в своей библиотеке, как обычно. Или у Мисти что-то случилось с крылом. Вообще, всякое могло произойти.

И ничего из перечисленного не удовлетворило и не успокоило Мэйв. Она погрузилась в свои тревожные мысли и уже больше ничего не спрашивала у Селесты.

Она с волнением взбила яйца, собственноручно, вилкой, а не как обычно при помощи магии, бухнула в миску муки и громко чихнула, когда волна докатилась до ее носа. От нее в разные стороны разлетелась блестящая перламутровая пыль.

– Будьте здоровы, дорогая! – сказал Роджер, который незаметно для девочек вошел в кафе.

Селеста и Мэйв испуганно переглянулись.

– Если бы я не был таким слепым и старым, мог бы поклясться, что видел, как от тебя разлетелись искры… – сипло засмеялся старик.

– Э-э-э, Роджер, – уши и щеки Мэйв покраснели еще больше. – Думаете, я волшебная фея?

Глаза Селесты на секунду округлились. Затем она взяла Роджера под руку.

– Идемте, Роджер, Вайолет уже должна была подготовить ваш любимый стол…

– Спасибо, Селеста. – он покорно заковылял с ней из кафе к уличным столикам.

Солнце ударило Селесте в глаза, и ей пришлось прикрыть лицо рукой. Но она успела заметить, что Вайолет сидела на одном из столиков и хихикала с каким-то незнакомцем.

– Вайолет, ты не заметила Роджера. – Селеста тронула сестру за локоть и сверкнула на нее глазами.

– Ой, не может быть. – спрыгнула со стола та, пригладив юбку. – Роджер, хотели меня провести!

Она обаятельно улыбнулась старику, и он ответил ей улыбкой.

– Я только хотел взять ту книгу, которую начал вчера… Оставил ее на камине.

– Я мигом ее принесу, а вы пока присаживайтесь. – Вайолет отодвинула стул для старика, головой показав своему собеседнику, что ему пора идти.

Тот немного замешкался, но, заметив на себе взгляд Селесты, решил, что ему, действительно, пора.

– Увидимся, Вайолет! Я забегу завтра.

– Пока! – кинула в ответ та, уже заходя в кафе.

Селеста сняла оставшиеся стулья с круглых стеклянных столиков, протерла их.

– Как вы сегодня, Роджер? Колено не ноет? – обернулась она к старику, который провожал взглядом всех, кто проходил на улице мимо него.

– О, я здоров и полон сил, разумеется. – прокряхтел он.

Но Селеста ему не поверила. Она наизусть знала, что и при какой погоде болит у старика, и всегда превращала его утренний кофе то в напиток от боли в колене, то от бессонницы, то от кашля.

Как только в арочной двери показалась Вайолет с кружкой в одной руке и с книгой в другой, Селеста незаметно задела рукой кружку и прошептала нужное заклинание.

– Кофе для бодрости, книга – для души! – отчиталась Вайолет, выложив все на стол. – Наслаждайтесь, Роджер, и зовите, если что.

– Спасибо, дорогая. – пробормотал он, пододвинув к себе дымящийся кофе.

За Роджером в кафе потянулись и остальные жители городка. Вайолет только и успевала со всеми здороваться и прощаться, рассаживать и принимать заказы, пока Мэйв и Селеста держали оборону на кухне. Гул разговоров в кафе смешивался со звяканьем ложек и тарелок. В зале стоял густой запах выпечки, корицы и лимона. Этот аромат тянулся по всей улице, завлекая на чашку чая и горячую булочку каждого прохожего.

Кафе «Сестер Гринроуз» знали все в городе и бывали там часто. Никто толком не понимал, что особенного в этом заведении – в их коричных улитках, шоколаде с перцем и густом какао, но завистливые хозяйки города выдвигали не меньше десятка теорий о секретных ингредиентах в их стряпне.

Выпечка, в действительности, была самой обыкновенной. Гостям нравился не столько вкус, сколько та теплота и умиротворение, которое они ощущали, находясь здесь, среди цветов, книг и душевных разговоров.

От чая в пасмурный день будто проходила голова, у женщин исчезали мигрени от мятных конфет, дети находили в горячем шоколаде плавающие звезды, и это занимало их на долгое время, старики замечали, что боли спадают от кусочка лимонного пирога. Одним словом, если у сестер и был какой-то секретный ингредиент, то в конечном итоге никого не интересовало его обнаружение, ведь какая разница, почему здесь всегда становится так хорошо.

Кафе получило свое название еще до рождения девочек. У их матери была сестра, Матильда, которая до сестер была хозяйкой этого места. Также жила на втором этаже в одной из спален, а работала на первом – где и готовила, и принимала посетителей с парой помощниц. Кафе сестрам досталось от их тети, когда она умерла два года назад. И уже они поселились на втором этаже, каждая в своей спальне. Вывеску «Сестры Гринроуз», местами поржавелую, решено было оставить. Как удобно, что в ведьминских семьях фамилия передается от матерей.

Мэйв хозяйничала на кухне, Селеста исцеляла посетителей от разных недугов, зачаровывая выпечку сестры, а Вайолет отвечала за комфорт гостей. Они были как части одного волшебного механизма, призванные помогать людям, но скрывать от них свою природу.

После обеда народу в кафе поубавилось. Вайолет открыла арочные окна, отодвинув подальше горшки с растениями. Свежий воздух ворвался в помещение, смешиваясь с ароматом кофе.

– Мэйв, – ткнула ее локтем Селеста и указала головой на дверь.

В кафе зашел высокий парень, неспешно сел за столик и кивнул сестрам. Девочки кивнули ему в ответ. Вайолет будто вся напряглась, словно перед прыжком. Мэйв молча налила в кружку черный кофе и подошла к столику.

Казалось, его по ошибке поместили в это уютное цветущее место. В его внешности было что-то грубое и хаотичное, ломающее идиллию солнечного кафе. Он был во всем черном, на лице виднелись ссадины и признаки недосыпа.

– Положить что-то Мадам Мэйфир? – спросила Мэйв, поставив кружку перед гостем.

– Да, она просила печенье. – парень держал руки на столе, сложив в замок. – Когда ты освободишься?

– Сегодня занята, много народу.

Парень окинул пустой зал равнодушным взглядом.

– Ясно, я хотел поговорить.

Мэйв оторвала взгляд от каминной полки и посмотрела на посетителя. Она заметила, что его нижняя губа была разбита. Посетитель не был настроен уходить без разговора.

– Соберу печенье и смогу выйти на пару минут. – раздраженно сказала она.

Мэйв накинула синее пальто и вышла на улицу вслед за парнем, крепко сжимая в руках бумажный пакет с печеньем. Они отошли подальше от столиков, парень достал сигареты.

– Не против?

– Нет.

Щелкнула зажигалка, и он глубоко затянулся. Мэйв не говорила с ним больше двух лет, если не считать их последней встречи на прошлой неделе, когда он был в компании своей бабушки, а она – сестер. Тогда они обменялись дежурными фразами, было ощущение, что из их жизни вырвали какой-то важный кусок, который объяснял их странные напряженные взгляды.

Он изменился: русые чуть вьющиеся волосы были длиннее, под ониксовыми глазами залегли синяки. Мэйв пришлось сделать усилие, чтобы отвести взгляд, все внимание сосредоточив на пакете с печеньем.

– Мэйв, я все это время хотел написать, но не нашел слов. – начал он. – Я не знал, нужен ли я тебе и все то дерьмо, что сопровождает мою жизнь.

Мэйв молчала.

– Не знаю, что ты думала про меня все это время… Наверное, не самое хорошее, но я снова здесь, и я хочу, чтобы между нами все было…

Он не закончил. Мэйв вздохнула и протянула ему печенье.

– Все по-прежнему, Тео. Никаких обид. Я не думаю о тебе плохо. Я стараюсь о тебе, вообще, не думать. Мы не дружили… и сложно было назвать это отношениями. Предлагаю остаться просто старыми… знакомыми.

Она запнулась, будто потеряв мысль. Взялась за ворот пальто и притянула выше к шее. Ветер пробирал до костей.

– Старыми знакомыми? – повторил Тео, пытаясь поймать ее взгляд.

Тео подошел ближе, и Мэйв пришлось поднять голову, чтобы видеть его лицо. Он был сильно выше.

– В последние годы я сам себя раздражал, временами просто ненавидел. Мне нужно было что-то с этим делать… Я думал, что если уеду из этого проклятого города, то смогу как-то выбраться из собственного дерьма. Но я сделал лишь хуже. Звучит жалко, но ты единственная, к кому я мог прийти в любом состоянии… – он опустил взгляд и добавил. – Прости, что исчез, Мэйв.

– Я тебя прощаю. – она ткнула его кулаком в грудь и поспешила обратно. Мэйв чувствовала, что Тео говорил искренне, но не могла снова позволить ему использовать себя в качестве успокоительного или психолога. Всему есть предел.

Когда она заходила в кафе, Вайолет кричала на Селесту.

– Я говорила, что нужно ему подмешать хотя бы блевотное зелье. Чего тут такого? А теперь шанс упущен…

– Вайолет, я уже здесь. – фыркнула Мэйв, скинув пальто на кресло.

– Это дело не меняет. – отмахнулась она. – Ему тут медом намазано? Опять сюда ходить будет?

– Наверное, – Мэйв дернула плечами. – За печеньем для своей бабули.

Они втроем рассмеялись. Старая Мадам Мейфир раньше тоже часто бывала у них, но в последнее время здоровье ей не позволяло покидать дом, поэтому девочки иногда передавали ей выпечку через знакомых или заносили сами.

Мэйв подозревала, что Тео вернулся как раз, чтобы помогать своей бабушке или скрасить одинокие дни в доме на отшибе города. К ней мало, кто заходил.

– От Эстер вестей не было? – вдруг спросила Вайолет.

Селеста покачала головой.

Но Вайолет и так знала, что ответит сестра. К счастью, в ее голове уже родился потрясающий план.

«Свидание и прочие разочарования»

Вечер пятницы по сложившейся традиции сестры собрались провести в баре на соседней улице. Раньше традиция связывала только Селесту и Мэйв, но пару лет назад к ним присоединилась и Вайолет, которая, наконец-то, дождалась своего совершеннолетия. В первые несколько пятниц ее торжеству не было предела, хотя ей не столько хотелось заказывать коктейли, сколько просто стать частью их общего уютного пятничного ритуала.

– Странно, что ты пропустишь свой любимый вечер ради встречи с этим долговязым парнем. – подначивала ее Мэйв, пока застегивала сапоги, сидя в своем кресле. Сегодня ее волосы были собраны в небрежный пучок, из которого уже успели выбиться локоны.

– Не пропущу, а опоздаю. – поправила Вайолет, уже стоя в дверях. – И все спортивные парни в этом городе болваны. Пора дать шанс худым и высоким.

Мэйв фыркнула в ответ, невольно подумав о Тео, который был внешне идеально сложен, но хаотично устроен внутри.

– Как скажешь. – с улыбкой сказала она, проследив, как Вайолет прихорашивается перед зеркалом рядом с входной дверью. На ней была черная мини-юбка, капроновые колготки в тон, кружевной топ и высокие сапоги. Вайолет убрала с лица свои черные волосы, накинула плащ, который был ей велик, схватила сумочку и кинула Мэйв:

– Увидимся. И возьмите свои телефоны – будьте как нормальные люди.

– Мэйв говорит, что они плохо влияют на магию. – сказала Селеста, которая бесшумно спустилась со второго этажа.

– Святые, мне за вас стыдно, честное слово. – сокрушенно ответила Вайолет, потому что знала, что Селеста и Мэйв хоть и умеют пользоваться своими телефонами, но принципиально этого не делают. Как бы младшая сестра не рекламировала их практичность и удобство. – Весь мир вперед, а вы назад.

– Не трать энергию на причитания, я тебе приготовила кое-что получше телефона. – Селеста вложила в руку Вайолет две зеленые конфетки. – Диарейные. На случай, если вечер покажется слишком долгим. Просто угости его и присоединяйся к нам.

Вайолет хмыкнула и спрятала конфеты в карман плаща. Ее трогали подобные проявления заботы от старшей сестры – с другой стороны смущал ее непробивной скептицизм.

– Благодарю! Au revoir, mes sœurs. И – телефоны! – ткнула на сестер пальцем Вайолет и вышла из кафе.

***

Мэйв и Селеста, взявшись под руки, шли по освещенной фонарями улице. Легкий длинный шарф Мэйв подхватывал ветер, каблуки Селесты отбивали ритм на влажном асфальте. Пятница была одна из лучших: весна порадовала бархатным, полным цветения, воздухом и звездным небом. Оставаться дома в такой вечер было бы преступлением.

В вечернем тусклом свете неоновые вывески кафе, баров и магазинов их маленького города казались еще более привлекательными и манящими. Посмотрев по сторонам, девушки перебежали дорогу и вскоре оказались рядом с баром «Dear Irving», в котором и просиживали свои традиционные вечера.

Возле старого бара курили и разговаривали люди, дверь то впускала в себя, то выпускала пьяных и веселых гостей. Из двух больших окон лился на улицу теплый свет. Еще не войдя внутрь, девушки почувствовали запах пива, фритюра, орехов, дерева и табака.

Селеста первая зашла в бар. Было тесно, немного душно. Слышалось пение Рони, которая частенько выступала здесь на небольшой, скорее импровизированной сцене. Ее голос ложился тонкой вуалью на шум разговоров, звон бокалов и смех гостей. Девочки протолкали себе дорогу к барной стойке. Кто-то в толпе присвистнул при виде Селесты, но та не взглянула в его сторону.

– Сюда! – крикнула сестре Мэйв, запрыгивая на только что освободившийся высокий стул и пододвигая к себе второй такой же. – Вот это удача!

Селеста забралась на стул и перекинулась через барную стойку. Ее волосы упали на липкий стол.

– Томми! – она широко улыбнулась, когда бармен глянул в их сторону. – Томми, два джина, пожалуйста!

Через пару минут темноволосый мужчина с густой бородой, проколотым ухом и обворожительной улыбкой поставил перед девочками стаканы с ледяными коктейлями.

– Веточка розмарина и фиалки. – низким голосом сказал Томми и добавил. – А где ваша младшая?

– У нее свидание. – округлила глаза Мэйв, закинув в рот пару орешков. – Делаем ставки.

Томми засмеялся, продемонстрировав сплошные белые зубы. Потом кто-то окликнул его, и он, хлопнув ладонями по деревянной стойке, кивнул девочкам и вернулся к работе.

Сестры молча подтянули к себе запотевшие ледяные стаканы, чокнулись и отпили коктейль. Он прокатился по горлу согревающей волной и оставил во рту хвойное послевкусие. Мэйв покачивала ногой от удовольствия и разглядывала танцующих.

Пару минут сестры молча наслаждались атмосферой бара и пением Рони. Они наблюдали за людьми, иногда здоровались со знакомыми, которые проходили мимо. Когда они прикончили по второму коктейлю и напрягать голос, чтобы услышать друг друга, стало сложнее, девочки встали со стульев и протиснулись в толпу. Они начали танцевать вместе со всеми, с удовольствием отпуская собственное тело, сливаясь с музыкой, подхватывая ее ритм и подпевая знакомым песням. Селеста посмотрела на румяную радостную Мэйв, которая заливалась от смеха, пытаясь понять, что так рассмешило сестру. Она была очаровательна, пьяна и так естественно красива со своим острым носиком, лисьими глазами и круглыми полными губами. Вдруг с лица Мэйв скатилась улыбка, она перестала танцевать и уставилась куда-то вглубь заведения.

– Что такое? – попыталась перекричать музыку Селеста.

– Там Тео! – ответила Мэйв, кивнув головой на него. Ее глаза прищурились.

Селеста обернулась и увидела сидевшего за столиком в углу бара Тео, а рядом с ним, практически забравшись к нему на колени, сидела светловолосая девушка. Они болтали и смеялись, иногда она притягивала его за подбородок и целовала, закрыв глаза. Двух секунд хватило, чтобы понять, что Тео был неприлично пьян, но делать на это скидку совсем не хотелось.

– Мэйв, если хочешь… – начала Селеста, но Мэйв уже не было рядом. Она пробиралась сквозь толпу прямо к Тео.

Селеста поспешила за ней.

Зачем он притащился сюда? Конечно, Мэйв и Тео никогда не были парой, глупо было ревновать: всего лишь переспали пару раз, а потом он сбежал из города на несколько лет, но все же ей было не все равно. За два года Тео ни разу ей не писал, хотя она ждала до стыдного долго, а недавно он объявился в городе и пытался поговорить с ней. Мэйв с досадой вздохнула, когда против воли в голове всплыли воспоминания об их последней встрече. С ним все было не так: начиная с по-идиотски небрежного вида, заканчивая алкоголем, сигаретами и таблетками. Сплошное разочарование. Но у Мэйв буквально подкашивались ноги каждый раз, когда он появлялся в поле зрения. Он был будто прекрасно поломан. Мэйв захотелось стукнуть себя по голове, до того она разозлилась на свои же мысли. И как этот идиот мог с такой легкостью выбивать ее из равновесия?

– Смотрю, развлекаешься? – сверкнула на него глазами Мэйв, когда добралась до их столика.

Тео не сразу понял, кто перед ним. Он нахмурился и прищурил глаза, пытаясь сфокусировать взгляд.

– Мэйв, – расплылся в улыбке он, кивая головой. Светлые волосы упали ему на лицо. Он был одет в белую майку, которая прекрасно сидела на спортивном теле, покрытом многочисленными тату. Их прибавилось с тех пор, как Мэйв видела его без одежды.

– Кто это? – тоже улыбаясь, спросила его подружка, сидевшая на коленях.

– Это Мэйв Гринроуз, моя старая знакомая. Это Марион – моя новая знакомая. – Теон представил их друг другу и, увидев Селесту за спиной Мэйв, добавил. – А это ее сестра Селеста.

Марион протянула Мэйв руку и та, замешкавшись, все-таки протянула свою руку в ответ.

– Садитесь к нам! – Теон похлопал по скамье рядом с ними. – Я заказал бутылку рома, Томми сейчас ее принесет.

– Можно с тобой поговорить? – резко спросила Мэйв. – Наедине.

– О чем ты хочешь поговорить? – с вымученной улыбкой спросил Тео, убирая с лица волосы. Марион непонимающе уставилась на нее.

– О том, что тебе лучше отсюда уйти. – Мэйв чуть подалась вперед, сдерживая раздражение.

– Это еще почему? – искренне удивился парень, подняв брови.

– Потому что это наше место! Мы ходим сюда каждую пятницу и я не хочу, чтобы эти пятницы были отравлены твоим присутствием. – как только Мэйв произнесла это вслух, она поняла, насколько по-детски прозвучала ее претензия. Но она была пьяна, ее, с натяжкой бывший парень, который никогда раньше не ходил в этот бар, вдруг оказался тут со своей новой подругой.

– Отравлены? Мы же все выяснили. Ты сказала, что тебе нет до меня дела. – ткнул в нее пальцем Тео, этой же рукой удерживая бокал. – Как я могу испортить тебе вечер, если, по твоим словам, между нами все в порядке?

Мэйв не ответила. Она тяжело дышала.

– Мэйв, оставим их. Пойдем в другое место. – потянула ее за руку Селеста.

Но Мэйв отмахнулась от нее, затем она вплотную подошла к Теону, наклонилась к его лицу и прошипела:

– Ты свободный человек, Теон, можешь ходить с кем угодно и куда угодно, но если будешь мозолит мне глаза, в один день я прикончу тебя. – Мэйв стрельнула глазами на Марион, которая уже не выглядела такой дружелюбной.

Тео, отведя взгляд от Мэйв, отсутствующе покачал головой.

– Теперь можешь проваливать в любой другой бар этого паршивого города.

Тео немного отодвинул от себя Марион, и ей пришлось оторвать свои руки от его груди. Он погладил ее по колену.

– Меня сейчас стошнит. – сдавленно проговорила Мэйв, проследив за его руками.

– Подожди, я отойду на минутку. – сказала Теон Марион, пропустив мимо ушей ехидство Мэйв.

Затем он взял ее за руку и потянул к двери из бара, которая вела не на улицу, а на задний двор. Мэйв обернулась на Селесту и увидела, что сестра разговаривала по телефону, закрыв второе ухо рукой. Кажется, она пыталась услышать голос в трубке и не заметила, как они уходили.

Тео вытащил Мэйв за руку из бара. Они очутились на заднем дворике, где было совершенно безлюдно, свежо и оглушающе тихо после шума заведения. Вокруг стояли большие мусорные контейнеры, мешки с непонятным содержимым и скамейки, на которых, по видимому, отдыхали работники бара. Но сейчас, кроме них, здесь не было ни души.

– Давай, я слушаю тебя. – Тео поманил ее к себе рукой. Прямой нос, резко выраженные углы нижней челюсти, еще незажившая губа, даже круги под глазами и пьяный стеклянный взгляд ему шли. Его наглый вид действовал Мэйв на нервы.

– Я хочу, чтобы ты держался от меня подальше. Не заходил к нам в кафе, не бывал в этом баре и не попадался мне глаза! – тыча в него пальцем, проговорила Мэйв.

– Почему? – с усмешкой спросил он, отводя от себя ее руку.

– Потому что так поступают взрослые люди!

– Пару дней назад ты делала вид, что тебе все равно – вся такая спокойная и мудрая. Совершенно взрослая. Вот я и решил, что нужно тебе подыграть.

Мэйв округлила глаза. В то время, пока она изо всех сил старается не думать о нем, жить дальше, он намеренно ее испытывает. Вот это действительно унизительно. И как легко он в этом признался.

– Послушай, мы с тобой отлично проводили время до моего отъезда, но потом все пошло не по плану…

– Когда ты уехал отсюда без предупреждения и больше не выходил со мной на связь? – брови Мэйв готовы были покинуть лоб.

– Да, но на то были причины. – немного замешкался он, но быстро продолжил. – У нас было два пути: попробовать сделать что-то с нашими отношениями или оставить все в прошлом и спокойно жить дальше в одном городе. Как я понял, ты выбрала второй вариант.

Мэйв открыла рот, чтобы что-то возразить, но он подставил к ее губам палец.

– Ты простила меня, сказала, что не думаешь обо мне. Хорошо, я принимаю правила игры. Значит теперь, ты лишь моя хорошая знакомая, Мэйв, не нужно меня учить, спасать и мешать мне наслаждаться жизнью. Я лишь хочу, чтобы ты держала себя в руках, когда видишь меня…

Мэйв взяла его за края кожаной куртки и он подался вперед, нарочно ткнув ее носом в лоб.

– Тебе еще нужно над собой поработать. – улыбнулся он.

Мэйв потеряла самообладание. Она откинула Тео от себя быстрее, чем успела подумать о последствиях использования магической силы на глазах обычного человека. Точнее, против обычного человека.

Тео с грохотом впечатался спиной в мусорные баки, но устоял на ногах. Он поднял на нее удивленный взгляд, сжал кулаки и Мэйв заметила, как его глаза словно окрасились в медный цвет, зрачки совсем пропали. В тускло освещенном переулке было отчетливо видно, как вокруг его глазниц образовалось небольшое свечение. Тео закрыл глаза, поднес руку к виску, будто почувствовав внезапную острую боль, и в ту же секунду упал на колени.

– Тео! – воскликнула Мэйв, подскочив к нему.

Что она наделала?

Когда девушка коснулась его головы, она почувствовала как раскалилась его кожа и как напряжено его тело. Мэйв тут же отдернула руку.

– Не трогай… – прошептал он будто не своим голосом, а затем поднялся на ноги и быстро зашагал прочь.

– Что за… – тихо прошептала Мэйв, не отводя взгляд от удаляющейся фигуры Тео.

***

– Так сколько у тебя сестер?

– Всего две, я уже говорила… – сложив губы бантиком, повторила Вайолет. Она загребла ложкой шоколадное мороженое и отправила его в рот.

Вайолет и ее новый знакомый, с которым она встретилась неделю назад в магазине пластинок, сидели на лавочке в городском парке. Над их головами на ветру покачивались фонарики с теплым светом, вокруг гуляли такие же пары, семьи и все, кто не хотел сидеть дома. Они провели вместе уже около часа, а разговор все не клеился, что с Вайолет практически никогда не случалось. Она уныло посмотрела на парня, который ковырял ложкой в своем стаканчике с мороженым и, кажется, думал совсем о другом.

– Кайл, Кайл, Кайл… – вдруг пропела она. – Я тебя чем-то смущаю?

– Нет, с чего ты взяла? – рыжеволосый парень чуть поднял брови.

– Знаешь, я надела эту неудобную кружевную кофту, накрасила губы… А ты на меня совсем не смотришь и почти ничего не говоришь.

Вайолет залезла своей ложкой в его стаканчик, в надежде, что ее наглость выведет его хоть на малейшее проявление эмоций. Но он лишь коротко взглянул на девушку. А ведь она бы сейчас могла веселиться в баре и безнаказанно флиртовать с Томми. Она вздохнула, закинула пустой стаканчик в мусорный бак, потом хлопнула ладонями по коленям:

– Ладно, думаю, пора расходиться. Спасибо за вечер, я тебе напишу! – она чмокнула его в макушку и весело зашагала прочь из парка.

Нашарив в кармане телефон, Вайолет отыскала номер Селесты и стала отсчитывать гудки в трубке. Наконец, на другом конце провода послышался голос Селесты вместе со шквалом других голосов и музыки.

– Вы в баре?! – в третий раз прокричала в трубку Вайолет, закатив глаза. – Я сейчас приду, никуда не уходите!

Всю дорогу до автобусной остановки Вайолет раздумывала о неудавшемся свидании и о том, что так и не смогла использовать диарейную конфетку Селесты. Да и Кайл, правда, этого не заслужил.

Повернув за угол кирпичного здания, Вайолет вдруг резко остановилась, увидев на другой стороне улицы высокого парня с конвертами в руках. Но это были не просто конверты – это были ровно такие же лимонные конверты, в которых отправляла свои письма Эстер. Откуда они у него?

Вайолет прищурилась, чтобы отчетливее их разглядеть, но проезжавшие мимо них машины ей мешали. Она поспешила к пешеходному переходу, все время оборачиваясь на этого парня. Горел красный, и, стоя на светофоре, она нервно подергивала коленкой и наблюдала за ним. Парень расстегнул куртку и убрал письма во внутренний карман. На вид ему было лет двадцать. Кудрявые темные волосы, смуглая кожа и выразительные губы. Он был куда симпатичнее Кайла. Широкие штаны держались на бедрах только благодаря ремню, под курткой была майка. Да он чертовски хорош… Но – письма! Письма, письма!

Загорелся зеленый, машины выстроились перед переходом и Вайолет почти бегом пересекла улицу, повернула направо, но увидела, что парень уже подходил к следующему перекрестку. Она недовольно нахмурилась и ускорила шаг, пытаясь его нагнать. Окликать его ей не хотелось – есть риск напугать. На перекрестке парень не стал дожидаться зеленого света и быстро, легко перебежал улицу, оказавшись рядом с офисным зданием. На секунду он остановился, огляделся по сторонам, но Вайолет не заметил. Затем продолжил путь. Вайолет перебежала улицу и поспешила за ним, боясь упустить его из виду. Дыхание сбивалось, сердце колотилось. Он знает Эстер? Он знает что случилось с Эстер? Это ее друг или это тот, кто с ней что-то сделал?

Вайолет успела мысленно отчитать себя за то, что не обладает практичными магическими навыками, которые пригодились бы для защиты ее любопытной задницы, как ее любила называть Мэйв. Мэйв-то, как раз, могла бы использовать левитацию, чтобы отбросить незнакомца или придавить его к земле. Все, что могла сделать Вайлет, – превратиться в жалкое подобие кошки, но она даже не могла придумать ситуацию, в которой ее способность могла быть применима.

В боку начинало колоть, Вайолет была в секунде от того, чтобы окликнуть парня, но тут он сам обернулся. Вайолет замерла в пяти шагах от него.

На удивление лицо парня растянулось в широкой улыбке.

– Я тебя заметил с самой остановки. – изучающе глядя на Вайолет, сказал он. – Работа дилетанта.

Вайолет нахмурила брови и сложила руки на груди.

– Откуда у тебя эти письма? – указала она подбородком на карман его куртки. – Лимонного цвета.

Незнакомец прикусил губу и сделал пару шагов ей навстречу. Вайолет попятилась.

– Боишься меня? – с ухмылкой спросил он.

– Не боюсь, скорее, ты меня интригуешь. – соврала Вайолет, чувствуя, как во рту пересохло. – Так откуда?

Когда он подошел ближе, Вайолет почувствовала знакомый остро-сладкий аромат, будто искрящиеся бенгальские огоньки на языке и в носу. Этот аромат ни с чем не перепутаешь. Конечно, это был запах магии. Но она не ожидала услышать его в этом городе от кого-то, кроме ее сестер. Что ж, он точно не человек, а, значит, он куда опаснее, чем Вайолет сперва показалось.

– Очень смело с твоей стороны следить за незнакомцем ночью. – уже тише сказал он, переместив взгляд с глаз Вайолет на ее руки. – Ты меня тоже интригуешь.

«Он ищет следы магии», – промелькнуло в голове у Вайолет. – «А если он инквизитор, про которых писала Эстер? Маги, которые выискивают ведьм, бежавших в мир людей, чтобы предать их суду… Какая же ты глупая!»

– Эй, это всего лишь шутка. – кажется, у Вайолет страх отпечатался на лице, и незнакомец это заметил.

Она часто заморгала и начала оглядываться по сторонам. Зачем-то вспомнила про диарейные конфетки и металлические ключи в правом кармане…

– Эй! – потряс перед ней ладонями незнакомец. – Я ничего тебе не сделаю, не бойся.

– Откуда мне знать! – зашипела на него Вайолет, наморщив нос.

– Я знаю, что ты не отсюда.

– Что? – подделала непонимание девушка, уже нащупав в кармане плаща ключи.

– Я чувствую запах колдовства.

Вайолет заметила, как часто вздымается ее грудь. Пора бежать.

– Стой, – незнакомец прочитал ее мысли и перехватил ее руку с ключом, которую она начала доставать из кармана. – Послушай, я ищу сестер Гринроуз. Ты знаешь их?

– Н-нет! Отпусти меня! – запаниковала Вайолет и попыталась освободить свою руку из его хватки.

– Думаю, что знаешь. У меня для них послание. – он приблизился к ее уху. – Ваш друг по переписке просил передать, чтобы вы ни при каких условиях не возвращались обратно.

– Что с ней? – воскликнула Вайолет. Она поняла, что речь идет об Эстер. – Почему она не отвечает?!

– Не возвращайтесь обратно. – повторил он и прищурился.

Вдруг в глазах Вайолет все потемнело, она почувствовала, как незнакомец отпустил ее руку. Она согнулась, обхватила голову, то открывая, то жмуря глаза, но темнота не проходила. Потом перед ней возникла огромная зеленая роза, которую держал в руках тот самый незнакомец. Затем он улыбнулся и поднес ее к носу. А потом видение исчезло, как и сам незнакомец.

***

Позже, когда Вайолет на трясущихся ногах добралась до бара, Мэйв и Селеста уже стояли у входа. Мэйв была бледная и раздраженная, Селеста тревожно оглядывалась по сторонам, видимо ожидая прихода Вайолет, и когда она увидела ее, с облегчением выдохнула.

– Мы уже полчаса тебя ждем! Где тебя носило? – начала Селеста.

– Я только что получила послание от Эстер. – ответила Вайолет, всплеснув руками. – От Эстер!

– Что? Она здесь? – оторопело спросила Селеста.

– Нет, я не знаю, где она и что с ней, но тот парень сказал, что Эстер просила нас не возвращаться домой. – выделила последнее слово Вайолет.

– Тот парень? Кайл?

– Нет! Другой. Я встретила его на улице, и в руках он держал лимонные конверты Эстер! – Вайолет вкратце изложила разговор с незнакомцем, замечая, как выгибаются брови Селесты. Сейчас страх Вайолет превратился в адреналиновый задор. Мэйв же как-то отрешенно смотрела в сторону. – Мэйв, что с тобой?

– У Тео загорелись глаза… – осторожно за нее ответила Селеста, будто волнуясь, что Мэйв как-то бурно на это отреагирует. – По крайней мере, ей так показалось…

– Мне не показалось, Селеста! – отрезала недовольная Мэйв, всплеснув руками. – Он был горячий как чертов вулкан и его глазницы светились!

Селеста поджала губы и отвела взгляд.

– Вот это вечер, mes soeurs! – возбужденная от пережитых событий, сказала Вайолет. Она взяла под руки обеих сестер и они поплелись домой, в кафе, обсуждая, кем мог быть этот парень, которого встретила Вайолет, и можно ли ему верить.

На смену страху Вайолет пришло возбуждение и любопытство. Она снова и снова пересказывала сестрам их разговор с незнакомцем, как он выглядел и как от него пахло. А еще она с восторгом описывала сестрам видение, которым этот парень ее отвлек.

– Показал Зеленую Розу! То есть, он понял, что я одна из сестер Гринроуз, но я, клянусь всеми Святыми, ему этого не говорила.

– Не думала, что в нашем мире еще остались маги, которые умеют управлять сознанием других. Это большая редкость. – заметила Селеста. Она больше всех знала и помнила магический мир и, кажется, больше всех по нему скучала, но старалась этого не показывать. – Может быть, он друг Эстер и пришел нас предостеречь, а может быть он инквизитор, который ищет бежавших ведьм.

– Но он бы не отпустил меня! – запротестовала Вайолет, не зная почему, заступаясь за незнакомца. Мысленно она добавила, что он, ко всему прочему, еще и симпатичный, что у Вайолет не вязалось с инквизитором.

– В любом случае, это было опасно – следить за ним в одиночку, – нахмурилась Селеста. – Тебе было бы непросто защитить себя, Вайолет.

Вайолет посетило знакомое чувство стыда и обиды за свою беспомощность и, как ей казалось, бестолковый дар. Селеста заметила это и обняла сестру одной рукой, не сбавляя шаг.

– Просто в следующий раз будь на чеку, обращайся в кошку и удирай со всех лап!

До дома оставалась пара минут. Селеста вслух рассуждала, насколько можно было верить словам этого незнакомца. Наверное, обстановка в магическом мире сильно накалилась и Эстер постаралась предупредить их об опасности возвращения домой. Но почему не через письмо? Может, теперь их переписку отслеживают инквизиторы Королевы ведьм? Мысль о том, что Эстер в опасности, не покидала ее голову, обрастая все новыми и новыми пугающими вероятностями. Единственное, что могло немного погасить ее беспокойство, это то, что Эстер была невероятно умная. Магически умная – это был ее дар с рождения.

– Она точно сможет выпутаться из чего угодно. И у нее точно есть трехэтажный план. – закивала Селеста, но уверенности в ее глазах не было. – Вот увидите, она скоро нам напишет.

Мэйв все еще мало вовлекалась в разговор сестер. Ее беспокоил Тео и его нечеловеческая реакция на проявление магической силы. Кстати, часть рассказа о потере самообладания Мэйв решила опустить, чтобы меньше волновать Селесту. Мэйв сама как-нибудь с этим разберется: с помощью зелья забвения или более изящным способом. Она сказала сестрам, что Тео сам вышел из себя во время выяснения отношений. Но что за сила проявилась в Тео? Или дело не в Теоне, а в самой Мэйв? Она никогда не видела, чтобы глаза какого-либо мага или ведьмы горели.

– Это точно должно быть в старых книгах Матильды. – сказала Селеста, поворачивая ключ в двери кафе. – Но это, и правда, странно. Может, Тео под чьим-то заклятием?

Вопросов было достаточно, чтобы каждая из сестер на время ушла в свои мысли. Они разбрелись по комнатам, и дом погрузился в сон.

«Кошка с человеческими глазами»

Бесшумно пробравшись мимо горшков с цветами, черная кошка прыгнула в сад. Она скользила среди зеленой травы, направляясь в сторону старого дуба. За пару минут кошка добралась до главной улицы. Несколько кварталов позади, знакомые дома мелькали по обе стороны. Свет нигде не горел, на улицах было пусто. Только изредка тишину нарушали птицы, которые срывались в воздух, услышав мягкий кошачий бег.

Преодолев путь, она оказалась перед огромным раскидистым дубом. Крона легко шевелилась на ветру. Кошка села перед ним, холодный лунный свет пробивался через листья и отражался в ее глазах, которые мало походили на кошачьи. Она смотрела по-человечески.

Кошка обошла дерево три раза против часовой стрелки и замерла.

Дуб перед ней мягко засветился, посреди ствола показался проем, откуда свет бил ярче всего. Один прыжок – и кошка бесследно исчезла.

* * *

Мэйв подскочила на кровати, прижав руку к груди. Она тяжело дышала. До рассвета было еще долго. Она попыталась прийти в себя и вспомнить, что ее так напугало, но сон ускользнул. Она осмотрелась по сторонам, в комнате было тихо. Скинув одеяло, Мэйв натянула тапочки и вышла из комнаты. В темноте она заметила полоску света под дверью в спальню Селесты, тихонько постучала к ней и заглянула внутрь.

Селеста сидела на полу в окружении раскрытых книг и старых записей. В одной руке она держала тлеющий корень какого-то растения, а в другой – перо. Очки сползли на край носа, волосы были убраны в узел.

– Что ты делаешь? – высунувшись в дверной проем, спросила Мэйв. Она жмурилась от света свечей.

– Ритуал на защиту дома. – устало ответила Селеста и положила тлеющий корешок на блюдце рядом с собой. – А ты почему не спишь?

– Приснилось что-то странное, решила выпить воды.

Селеста задумчиво посмотрела на нее. Огоньки свечей плясали в стеклах ее очков. В этот момент она была похожа на их мать.

– Эти кошмары снятся тебе все чаще. – наконец, сказала она.

Мэйв зашла в ее комнату, тихонько закрыла дверь и прислонилась к ней спиной.

– Это не кошмары… Просто после них я чувствую себя странно. Будто они больше, чем сны. – Мэйв нахмурилась. – Не знаю, как объяснить.

Селеста кивнула:

– Скорее всего, они, действительно что-то значат. – Селеста взяла в руки потрепанный зеленый дневник, на котором виднелись очертания розы. – Маме тоже снилось всякое, она писала об этом здесь. Это как видеть будущее в отражении нескольких зеркал.

Мэйв подсела к ней и взяла в руки первую попавшуюся книгу. Это были «Мифы и легенды: первородная магия». Внизу на ветхой обложке она заметила дату «1802 г.».

– Какая старушка. – хмыкнула она.

Селеста улыбнулась.

– Когда я училась в Спеллтоне, нам рассказывали про первородных магов. Несмотря на то, что они являются родоначальниками всех магов и ведьм, теперь их просто ненавидят.

– За то, что они отказались от своей силы. – развела руками Мэйв, будто говоря, что ненависть в их сторону оправдана.

– За то, что они отказались от своей силы ради спасения людей. – добавила Селеста. – Когда они передали четыре стихии обратно в руки вселенной, мы перестали наследовать самую древнюю и могущественную магию земли, воды, воздуха и огня. Кому-то доставалась сила управления настроением, кому-то – замены цвета. В некоторых магических семьях дети рождались совсем без способностей. Даже малые чары, которые помогают нам в повседневной жизни, стали угасать. Простые ритуалы и обряды сейчас требуют от нас сверхусилий. Маги боятся, что скоро они перестанут отличаться от ненавистных им людей. Станут посредственностью, и все из-за первородных колдунов.

– Но зачем они отказались от своих сил? – спросила Мэйв, проведя пальцами по пожелтевшим шершавым страницам книги.

Селеста пожала плечами:

– Говорят, что они даровали людям огонь, но те отнеслись к нему беспечно: стали выжигать леса, гибли многие растения и животные. Миру грозила катастрофа. Первородные маги осознали, насколько разрушительна их сила в неправильных руках, поэтому отказались от нее, желая уберечь нашу планету.

Мэйв помолчала.

– Значит, нам ужасно повезло со способностями. – улыбнулась она Селесте и поднялась. – Мы исключительные ведьмы.

– А еще очаровательные и скромные. – кивнула Селеста.

Мэйв все же решила спуститься за водой, но стоя в двери, обернулась:

– Селеста, ты не жалеешь, что мама так с нами поступила? Оставила нас среди чужаков?

– Иногда я думаю, что мы многое потеряли, – с грустью ответила Селеста, теребя в руках перо. – Но приобрели гораздо больше – настоящий дом и свое предназначение. Этот хмурый городок куда безопаснее Ноувэртона. А людям… Что бы про них ни говорили – магия им нужна не меньше, чем нам.

Мэйв кивнула в ответ. Слова старшей сестры подействовали на нее успокаивающе, будто кружка горячего какао.

Она зашаркала к лестнице, но прежде чем ступить на нее, она заметила приоткрытую дверь в комнату Вайолет. Сердце забилось чаще. Мэйв подошла к ее спальне, распахнула дверь и увидела, что в кровати пусто.

Она сбежала по крутой лестнице, надеясь увидеть сестру внизу, но там тоже никого не было.

После того, как Мэйв и Селеста не смогли дозвониться до младшей сестры, они начали судорожно перебирать варианты, куда могла пойти Вайолет, с кем быть.

Время было около двух. Мэйв ходила взад и вперед, уперев руки в бока. Селеста сосредоточенно вглядывалась в окно, ежась в длинном вязаном кардигане.

И вот в темноте, как молнии, блеснули глаза.

– Там что-то есть! – воскликнула Селеста и шире открыла окно. Через траву к ним пробиралась черная кошка.

По ее внешнему виду можно было подумать, что ей в жизни пришлось несладко: ей приходилось защищать территорию, драться за еду и за свое достоинство – в одной из таких схваток она и потеряла свой хвост, ведь хвоста у нее не было. Глаза были точно как у человека, а в зубах она держала какой-то мятый, влажный клочок бумаги.

– Это Вайолет! – ахнула Мэйв и протянула к ней руки.

Но кошка отпрянула от нее. Скользнув в кафе, она кинула листок на пол и стряхнула с себя влагу. А потом вытянулась вверх и за секунду превратилась в человека. В Вайолет.

Селеста и Мэйв разинули рты. Они видели этот трюк уже несколько раз, но он все еще производил впечатление.

– А что с твоим хвостом? – нарушила тишину Селеста.

– А, дело практики, скоро появится. – махнула на нее рукой Вайолет и поправила растрепавшиеся влажные волосы.

– Где ты была? – зло спросила Мэйв. Ее раздражало, как беспечна Вайолет.

– Сейчас все расскажу, дай отдышаться. – ответила та, подобрав листок с пола. – Может, чаю сделаем?

Селеста подошла к ней и вырвала листок из рук:

– Что это за мусор?

– Лучше присядьте. – серьезно сказала Вайолет и замолчала, пока обе сестры не уселись на стулья.

Вайолет немного заволновалась. Сложив руки на груди, она начала:

– Не перебивайте, пока не закончу. Я была в Ноувэртоне.

Повисла пауза.

Селеста сдвинула брови:

– Проходы патрулируют инквизиторы. Это невозможно. Ведьмы не могут незаметно пройти через завесу между мирами обратно в магический мир.

– Ведьмы не могут… – Вайолет не могла сдержать довольную улыбку, хотя пыталась быть серьезной.

– Святые! – Мэйв вскочила на ноги. – Ты прошла туда в облике кошки?!

– Да! Я давно сложила два плюс два: наша сова как-то доставляла письма Эстер. Другого пути в Ноувэртон, кроме как через завесу, я не знаю… Значит, животные могут проходить сквозь нее, не привлекая внимания. Решила попробовать. Я хотела найти Эстер – убедиться, что все в порядке. После встречи с тем магом с конвертами я не могла найти себе места.

Селесту распирало от злости, волнения и интереса. Вайолет была там, дома.

– А если бы тебя схватили?! – не унималась Мэйв. – Твоя любопытная задница однажды нас всех погубит!

– Что ты видела? – робко спросила Селеста.

Мэйв резко обернулась и посмотрела на старшую сестру. Она не верила своим ушам.

– Что она видела? – переспросила Мэйв.

– Эстер не было в библиотеке. И, кажется, ее не было там недели две. Дверь на чердак была открыта… и там было пыльно, все кругом перевернуто. – ответила Вайолет, игнорируя искрящуюся от злости Мэйв. – Хотя Господин Берроуз был на месте – его храп сотрясал все книжные стеллажи. И еще, я своровала часть статьи из «Пророчеств», они валялись на пороге. Газета вчерашняя.

Вайолет кивком указала на кусок газетной бумаги в руках Селесты. Та зачитала вслух.

«…кто сбежал в мир людей и прячется среди них, скрывая свой магический дар, будут разысканы, подвергнуты суду и лишены магии. Их волшебные силы будут переданы достойным колдунам и ведьмам, осознающим истину различий между магами и скверным человеческим родом».

Чуть ниже был заголовок другой статьи «Инквизиторы Совета Королевы отыскали и осудили более 37-ми ведьм, считавших людей такими же как мы».

Селеста оторвала глаза от газеты и встретила испуганные взгляды сестер. Внутри нее все замерло, она буквально ощущала, как страх бежит по ее спине.

Вайолет прикусила нижнюю губу. Каждый из них вдруг осознал уязвимость своего положения. Ноувэртон перестал быть им домом уже давно, но и мир людей не был для них надежным убежищем. Что у них оставалось?

– Нужно найти Эстер. – тихо сказала Селеста, положив бумажку на стол. – Если ее забрали инквизиторы… Мы отыщем ее и скроемся все вместе, здесь. У людей огромный мир – нам есть, куда идти.

– Но как мы пройдем через завесу? – растерянно спросила Мэйв.

– Нужно сварить зелье – для тебя и меня, которое превратит нас в животных… или птиц. Желательно, чтобы оно действовало 3-4 часа. Вайолет справится сама. – Селеста замолчала на какое-то время, но потом добавила. – Только нужно исправить проблему с хвостом и глазами. Нельзя рисковать, любая мелочь может нас выдать.

Вайолет поджала губы:

– Хвост у меня не получается.

– Вспомни, что говорила Матильда. Нужно наблюдать за тем, в кого ты хочешь обратиться. Пойми, зачем кошкам хвост, и он у тебя появится. – твердо сказала Селеста.

Мэйв уже рылась на полках с книгами и тетрадями, поднимая клубы пыли.

– Я думаю, это зелье было в «Старших механиках превращений» или в «1001 способе провести друзей и насолить врагам». Ты не помнишь?

– Может, оно есть в дневнике Матильды? – предположила Селеста.

– Зачем оно ведьме, у которой был дар трансформации?

– Для нашей мамы. Может быть, так они виделись друг с другом?

Они провели несколько часов, пытаясь найти нужный рецепт, пока Мэйв не обнаружила его в толстой книге «Анимагия для продвинутых: если превращений в червя вам недостаточно». Она водила пальцем по списку ингредиентов, понимая, что некоторые составляющие встречаются довольно редко.

– У нас есть только крылья летучей мыши и скорлупа грецкого ореха, – она хлопком закрыла книгу. – И нужно найти всего пару мелочей… Вербена, кости волчьей ягоды, шесть паучьих лапок, пять миллилитров драконьей крови, – на последней фразе она повысила тон. – И по материалу того, во что мы хотим превратиться.

– Перо или шерсть?

– Думаю, да.

– Где нам достать драконью кровь? Не думаю, что у людей остались драконы… – Селеста коснулась пальцами висков, будто у нее разболелась голова.

– Я могу снова пробраться к магам, – между прочим вставила Вайолет с самым невинным видом.

Мэйв и Селеста переглянулись.

– Мы вернемся туда только вместе. Все изменилось, Вайолет. Ведьм судят даже за мнение. А мы… Мало того, что мы живем среди людей и помогаем людям, у нас еще есть магический дар. Если нас поймают, то отнимут силу и осудят, что бы это ни значило. – по тону Селесты было понятно, что спорить с ней бесполезно. – Нужно что-то придумать.

– У Матильды есть запас бутыльков со всякой ерундой, помните? – вдруг вспомнила Мэйв. – В подвале. Там точно есть змеиный яд и куча всяких сухоцветов столетней давности.

– Давайте для начала поищем там. – согласилась Селеста.

Девочки разбрелись каждый в свою сторону и до рассвета занимались поисками всего необходимого. К восходу солнца они были без сил и решили сегодня не открывать кафе. Мэйв задернула шторы на первом этаже, через которые все равно пробивался утренний свет, повернула вывеску на двери с надписью «Закрыто». Этот день людям придется пережить без магии.

Когда она вернулась к сестрам, Вайолет уже уснула на небольшой бархатной банкетке. Селеста доставала кости из волчьей ягоды и пересыпала их в баночку, они позвякивали о стекло. Осталось достать вербену, которой, на удивление, не нашлось в их маленьком саду, и драконью кровь, которой в подвале не оказалось.

Они решили немного отдохнуть. Мэйв завалилась в свое кресло, подобрав под себя ноги, а Селеста поднялась наверх в свою спальню.

Засыпая, Мэйв вспомнила, что вербена точно росла у старой Мадам Мэйфир. И можно было бы пробраться к ней незаметно, срезать пару цветочков. Самое главное, сделать это, не привлекая внимания, иначе придется на ходу выдумывать объяснения, что у Мэйв получалось крайне плохо.

* * *

Проснувшись в своем кресле через несколько часов, Мэйв попыталась размять затекшую шею. Сестры еще спали, но ей надо было спешить. Мэйв вышла на улицу и направилась прямиком к дому старой Мадам Мэйфир, который стоял в самом живописном месте их маленького города. Это был древний коттедж, окна которого выходили на огромный сад и море.

Примерно через полчаса Мэйв была на месте. На улице никого не было. Она тихо отворила засов витой невысокой оградки, зашла во двор, оставила на крыльце у входной двери пакет с вишневым пирогом – дар за вербену – и прокралась за дом в тени раскидистого сада.

Особенно страшно было встретить Тео, которого Мэйв накануне пригвоздила к мусорным бакам, а тот неожиданно проявил какую-то нечеловеческую реакцию. С этим точно нужно разобраться, но не сейчас, а когда сестры вернуться домой с Эстер.

Наконец, Мэйв нашла мелкие фиолетовые цветочки нужного растения, пробралась к ним через зеленые заросли, наклонилась и аккуратно срезала небольшим ножом, который достала из своего сапога. Краем глаза Мэйв заметила еще пару растений, которые обычно не выращивают в своих садах: белладонна, аконит, волчье лыко… На носу Мэйв показались морщинки. Видно, что за садом никто не ухаживает и с каждым годом его зеленые путы расползаются все шире и шире, хватаются за витые ограды, забираются на каменные стены дома. Этот сад настолько древний и заброшенный, вряд ли сама Мадам Мэйфир знает, что тут растет.

– Мэйв! – крикнул Тео хриплым голосом, высунувшись в открытое окно второго этажа. – Эй, может объяснишь, что ты тут делаешь?

Мэйв вскочила, сунула вербену в сумку и поспешила в сторону калитки, чувствуя как сердце стучится о грудную клетку.

– Я у вас вербену украла! – бросила она на ходу.

Она не оглянулась. Ветер трепал волосы, щеки раскраснелись от спешки и волнения. Вербена у нее в руках, а это значит, что почти все для зелья собрано. Скоро они отправятся прямиком туда, откуда когда-то бежали, найдут свою подругу и укроются в безопасном месте.

Когда Мэйв ступила на дорогу, ведущую в город, что-то внутри нее кольнуло. Она обернулась. Тео уже стоял в дверях дома, руки в карманах серых растянутых штанов. Мэйв молилась всем святым, чтобы он не спросил ее, как ей удалось откинуть девяностокилограммового парня, не прикасаясь к нему и пальцем.

Но он только смотрел на нее. Выглядел он как обычно, его глаза были прежнего ониксового цвета, волосы застыли в странном положении, будто он только оторвался от подушки. Может, ей, и правда, тогда привиделось? Странная пауза затянулась, ни один из них не мог сформулировать свой вопрос.

– Я пойду. – тихо шепнула Мэйв и зашагала прочь.

Но Тео очень быстро нагнал ее. Он взял ее за руку и попытался остановить. Она развернулась и испытывающе посмотрела на него.

– Мэйв, послушай, – он взъерошил волосы на голове и обернулся на дом. – То, что ты видела вчера, это со мной не в первый раз…

Мэйв молчала, давая ему время, чтобы подобрать слова, которые, очевидно, он с трудом находил.

– Именно поэтому я уехал два года назад. Со мной что-то происходит. Я пью… и много чего еще, чтобы просто заглушить это чувство. – он потер ладонью грудь. – Иногда меня лихорадит от страшной злости и усталости так, что я готов на стену лезть. А вчера… я даже не могу объяснить самому себе, что я сделал. Как я это сделал!

Лицо Мэйв вытянулось от удивления. О чем это он? Разве он не понял, что это Мэйв отбросила его. Она попыталась заглянуть в его глаза, которые он то и дело отводил. Ее насторожило, как он растерян.

– Тео, ты не виноват. Я тебя не боюсь, я ведь знаю тебя.

– Я не уверен, что сам себя знаю, Мэйв. Мне, и правда, стоит держаться от всех подальше, не только от тебя. – он безрадостно вздохнул.

– Я хочу, чтобы ты все мне рассказал. Все до последней мелочи. Тогда я смогу тебе помочь. – говорила она, подавляя желание взять его за руку. Внутри смешалось все: волнение, печаль, желание, забота. – Только сначала мне нужно помочь кое-кому другому.

Теон кивнул, и на его глаза упали русые волосы. Он задержал на ней взгляд, будто прикидывая, может ли он ей доверять.

– Напиши мне, когда будешь готова. – помолчав, сказал он.

Мэйв кивнула.

* * *

К приходу Мэйв драконья кровь уже была найдена. Селеста вспомнила про кулон, который мама подарила ей на тринадцатый день рождения. Он оказался подарком с большим потенциалом. Однако в нем было всего-ничего – примерно три миллилитра, а не нужные пять.

– Эй, Мэйв, за вербеной ходила? – воскликнула Вайолет, заметив сестру на пороге. – Ну и красная же ты! Бежала что ли?

– Приходится бегать, когда воруешь, Вайолет.

– Неси сюда! – крикнула Селеста, поманив Мэйв рукой к барной стойке. Там уже успела разрастись небольшая лаборатория с пузатым черным котелком в центре страшного бардака.

Мэйв наморщила нос, почуя странный кисловатый запах, разносящийся от варева.

– Я ей говорила тебя дождаться, но она уже с час варит что-то вонючее. – отчиталась Вайолет, не замечая недобрый взгляд Селесты.

– Надеюсь, вербена все уравновесит… – Мэйв наклонилась над котелком и всмотрелась в цвет зелья, потом сверилась с записями в книге и еще раз взглянула на варево. – Все по рецепту?

– Да. Осталась только вербена. – закивала Селеста.

Мэйв отвесила нужное количество цветов и кинула в котелок – варево заволновалось. Из серо-синего оно превратилось в фиолетовое и обросло белой шипучей пеной по краям. Запах стал еще хуже.

– Святые, ну и гадость… – Вайолет почувствовала, как подкатывает приступ сухой рвоты. Ведьмой быть весело, пока не придет время пить зелья.

– Зелью нужно настояться около трех часов. И потом… – Мэйв не закончила. Она прижала к носу рукав своего свитера.

Что будет потом никто из них наверняка не знал.

«Дом, милый дом»

– Глаза вполне убедительные, но хвост, Вайолет… – Селеста покачала головой. – Это какая-то кочерыжка.

Черная кошка сверкнула глазами на сестру.

– Меня сейчас вырвет… – икнула Мэйв, с трудом удерживаясь на ногах. – Это худшее варево на свете. И если после этого я не превращусь в хоть какое-то подобие совы, я клянусь…

– Сейчас и проверим. – перебила ее Селеста, кинув взгляд на часы.

Вайолет отстраненно смотрела в угол комнаты. Кажется, она в какой-то степени познала кошек. Она уже выбилась из сил: это была ее шестая попытка превратиться в кошку с хвостом, но получился отросток лишь на жалкие десять сантиметров.

Воздух в кафе звенел от напряжения. Никто не знал, чем закончится их самонадеянная попытка вернуться в магический мир, но отступать никто не собирался.

Вдруг очертания Мэйв будто стали расплываться, завиваясь в воздухе. Она стала разъезжаться, теряя собственную форму. Селеста протянула к ней руку, чтобы ухватить сестру за рукав, но ее кисть только рассеяла воздух, потянув за собой искрящуюся пыль.

– Мэйв, – дрогнул голос Селесты. Редко на ее лице можно было увидеть растерянность, сегодня как раз был один из тех случаев. У Вайолет глаза округлились еще больше и вся черная мордашка вытянулась.

Через мгновение пыль будто застыла в воздухе, а потом с шелестом собралась в совершенно обычную сову. Повиснув в воздухе, она захлопала крыльями и заухала, а потом аккуратно опустилась на кресло Мэйв – на свое кресло. Цвет ее перьев в точности повторял цвет волос Мэйв, янтарные глаза вперились в Селесту. Ее силуэт тоже расплылся и в тот же миг рядом с перепуганной кошкой появилась изогнутая змея. Вайолет отпрянула и глухо зарычала, когда та показала свой тонкий язык.

– Осталось лишь добраться до завесы, – в голове Мэйв и Вайолет зазвучал голос Селесты. – Нас там никто не ждет, и, если что-то пойдет не по плану, бегите.

* * *

До дерева, которое служило порталом в мир магии, все добирались разными путями. В воздухе были слышны взмахи тяжелых совиных крыльев Мэйв, во влажной траве с тихим шелестом скользила Селеста. Вайолет бежала своей обычной тропой, легко и пружинисто преодолевая любые препятствия в виде луж и вымокшего мусора. Моросил дождь и небо, и так лишенное солнца в этот час, заволокло тучами.

Когда все были на месте, Вайолет обогнула дерево трижды. В стволе, как и прежде, забрезжил свет, открывая портал в неизвестность.

– Я первая, вы за мной. – зазвучало в головах Мэйв и Вайолет.

Змея скользнула к дереву, и ее поглотил свет. Казалось, что прошла всего пара мгновений, как Селесту с хлопком вытолкнуло в магический мир. Она упала с двухметровой высоты на грязную брусчатую дорогу. В руке что-то хрустнуло. Селеста поджала губы, выдерживая боль. Она рукавом стерла грязь с щеки и быстро встала.

– Ноувэртон, – одними губами произнесла она, озираясь по сторонам. Никаких инквизиторов не было.

Безлюдная и молчаливая столица мира магов, откуда они бежали.

Улица, на которую выкинуло Селесту, была убогой, она не имела ничего общего со сказочным волшебным миром. Селеста хмыкнула, вспомнив, каким был город, когда они его покидали. Покосившиеся дома были будто расставлены наугад: одни занимали слишком много места, другие были втиснуты в крошечное пространство. Острые крыши домов пикировали темное небо. Ставни окон были закрыты. На улице ни души. Что было, конечно, на руку.

«Останемся незамеченными», – подумала Селеста.

Она поспешила уйти с дороги, тускло освещенной лунным светом. Прижавшись спиной к узкому неказистому домику, в тени, она стала ждать сестер. Неровные влажные булыжники стены впивались в спину. Сердце колотилось. Эти запахи, совершенно нечеловеческие, забытые, оставленные в спешке… Селеста успела от них отвыкнуть за пятнадцать лет, проведенных в мире людей. Улицы были те же, но она их не узнавала, хотя в воздухе все еще чувствовался искрящийся аромат магии. Где же все?

Послышался хлопок.

На дорогу упало две фигуры. Только сейчас, увидев сестер, Селеста поняла, что завеса сняла с них все чары обращений.

Девочки начали подниматься, озираясь по сторонам.

– Мэйв, – тихо позвала сестер Селеста. Ее силуэт был скрыт в тени дома.

– Селеста? – отозвалась Мэйв. Она была напугана. – Это Ноувэртон?

– Быстрее сюда! – поманила их рукой старшая сестра.

Вайолет взяла за руку Мэйв, и они скрылись с освещенной дороги.

– Почему мы обратились? – округлив глаза, прошептала Вайолет, оглядываясь по сторонам. – В прошлый раз со мной такого не было.

– Я не знаю… – растерянно ответила Селеста. – У тебя что, нос сломан?

В темноте было тяжело разглядеть, но под носом Мэйв струилась кровь. Сама Мэйв, похоже, этого не замечала: она силилась понять, где они и что произошло с их миром. Мэйв приложила ладонь к носу и вздрогнула от боли. Кровь была липкой и горячей.

– Дай мне… – Селеста убрала ее ладонь от носа, посмотрела на перепуганную Мэйв. – На счет три. Раз…

Послышался хруст, затем щелчок. Мэйв согнулась, закрыв рукой рот. В глазах летали искры. Она старалась не закричать от внезапной боли.

– Наверное, упала неудачно. – пробормотала Вайолет, положив руку на плечо дрожащей Мэйв.

– Нужно торопиться, – сказала Селеста, стряхнув пылинки магии с рук. – Не то попадемся.

Рядом с домом стояла развалюха, когда-то служившая телегой. На ней были свалены ведра, корзины и грязные полотна, которыми, судя по всему, закрывали поклажу во время перевозок. Селеста тихо стащила полотна с телеги, их было всего два. Оба она вручила сестрам.

– Накройтесь, натяните на лица.

Девочки молча накинули на себя грязные полотна. Их лица скрылись под нависшей тканью, которая жутко воняла плесенью. Выбирать не приходилось. Селеста собрала длинные волосы, скрутила их и спрятала под свитер. В наши дни магов с золотыми волосами осталось совсем немного, и считалось, что именно они были потомками первородных магов.

– Идемте. Нужно добраться до дома. Не поднимайте плащи, пока мы не зайдем внутрь.

– Селеста, надень это! – Вайолет нашла в телеге остроконечную черную шляпу, совсем потерявшую свой вид.

– Спасибо, – шепнула Селеста и натянула на голову ведьминскую шляпу.

Они начали пробираться к центру города, стараясь не выходить на главную брусчатую дорогу, скользя из одной тени дома в другую. Спустя несколько минут им навстречу начали попадаться маги. Все они прятались под длинными черными и малиновыми плащами, кто-то шел в шляпах, как у Селесты, лиц было не разглядеть. Никто не поднимал головы. Слышались тихие разговоры тех, кто шел парами. Обрывки фраз о казни, всхлипывания и предостерегающее шиканье в ответ. Кто-то нес корзины с едой и снадобьями, котлы, кто-то стискивал в руках газету.

«Пророчества». – подумала про себя Вайолет. – «Газета магов».

Под ногами хлюпали лужи и чавкала грязь, эти звуки громко разносились по безмолвной улице. Мэйв совсем притихла. Она старалась не отставать от сестер. Озираясь по сторонам, она вспоминала, как выглядели улицы города раньше. Их отослали, когда ей было одиннадцать лет. Селесте тогда было тринадцать лет, и она успела отучиться волшебным искусствам в Спеллтоне почти год. Вайолет тогда была совсем маленькой пятилетней ведьмой и мало чего запомнила об их мире. Сейчас она смотрела на город новым взглядом – это было знакомство, а не воспоминание.

– Почему никто не летает? – тихо спросила Мэйв, поравнявшись с Селестой. – Я даже метел не вижу.

Селеста промолчала. Она не хотела, чтобы сестры почувствовали, как ей не по себе. Кажется, возвращаться сюда было глупо.

Наконец, они увидели библиотеку, втиснутую между лавкой трав и магазином одежды Мадам Клотильды. Внутри каждой все сжалось, Мэйв шмыгнула носом.

В окнах не горел свет, зеленый плющ, расползшийся по стенам вокруг входной двери, местами был поврежден. Все втроем переглянулись. Селеста дернула холодную ручку входной двери, и она со скрипом распахнулась. Лунный свет проник внутрь библиотеки и осветил угрюмое пространство. Показались огромные ряды стеллажей, заваленных книгами, свитками и перьями. В некоторых углах на свету дрожала паутина. У входа за стойкой, где обычно сидел Господин Берроуз, владелец этого места, никого не было. Внезапно из темноты на улицу вырвалась летучая мышь, пролетев прямо над головами девочек.

Вайолет попятилась назад и случайно наткнулась на кого-то.

– Святые! Смотри по сторонам, девчонка, а то вляпаешься в неприятности! – рявкнула грузная колдунья в черной мантии и длинной острой шляпе. В руках она держала банку, набитую глазами, которые крутились в разные стороны.

– Простите… – пробормотала Вайолет, вперившись в банку.

Она почувствовала, как Мэйв потянула ее за рукав в библиотеку. Дверь за ними захлопнулась, подняв клубы пыли.

– Райское местечко! Теплый прием! – прошептала Вайолет, все еще глядя на дверь.

Она и Мэйв скинули свои импровизированные плащи. Мэйв передернуло: она постаралась стряхнуть с себя всю грязь и вонь от полотна, а потом утерла окровавленные нос и губы рукавом своей кофты. Селеста бесшумно осматривала комнату, ничего не трогая. Все ее тело было напряжено, слух сосредоточен, глаза скользили из одного угла в другой.

– Думаете, здесь никого? – тихо спросила она у сестер, оглядывая лестницу, ведущую на чердак, где жила Эстер.

– Поднимемся наверх, не будем терять время. – одними губами сказала Мэйв и тихо ступила на лестницу.

Девочки последовали за ней, озираясь по сторонам. Однако в помещении нельзя было ничего разобрать, лунный свет едва пробивался в коридор из объятых плющом окон.

Мэйв тихо отворила дверь в комнату подруги и медленно вошла. Окно было открыто, в нем ярко светила круглая луна, легкий ветер касался листков бумаги, книг, пергаментов разбросанных по всей комнате. Бардак был жуткий.

Сестры переглянулись.

На столе перед окном, где Эстер просиживала все дни и ночи, были разбросаны перья, книги лежали корешками вверх, бутыльки из-под чернил перевернулись, выплеснув содержимое. Мэйв заметила край лимонного конверта в куче бумажного мусора, потянула за него и увидела письмо. На конверте было выведено «Древний семейный рецепт пирога, который удивит любого. Для сестер Гринроуз». Мэйв нахмурилась.

Эстер любила мучить девочек своими загадками, она делала это все их детство. Ее не интересовали чаепития, соседские мальчики и вытачивание ведьминского обаяния, но вот сложные ритуалы и древние заклинания заставляли ее трепетать. У нее не было родных, она долго жила в интернате для брошенных ведьм и магов на задворках Ноувэртона, а после совершеннолетия поселилась на этом чердаке, со своей семьей – книгами. Когда ей стукнуло тринадцать, и ее дар открылся миру, мало кто из ее окружения понял, насколько мощный инструмент скрыт в ее кудрявой голове. Но девочки знали , что она чертов гений, еще до того, как ее дар раскрылся в полную силу.

Они встретились у Пустоши – мертвых болот, разделявших Оактаун и Перпл Гарденс – когда сестры ловили лягушек, а Эстер изучала населявшую эти земли живность. С тех пор девочки Гринроуз стали самыми близкими людьми для Эстер. Сестры часто приглашали ее к себе домой на ночевки и воскресные ужины, но отпроситься у злобной ведьмы Клариссы, заведующей интернатом, удавалось не всегда.

– Здесь что-то искали. – тихо прошептала Селеста, коснувшись одной из книг.

– Они забрали ее? – надорвано спросила Вайолет.

В этот момент за их спинами раздался голос:

– Что вам здесь нужно?!

Девочки до смерти перепугались, но заметив в дверях всего лишь Господина Берроуза, с облегчением выдохнули.

Мэйв быстро затолкала конверт в задний карман и ближе подошла к сестрам, не спуская глаз с Господина Берроуза.

– Что вам здесь нужно? – с нажимом повторил Господин Берроуз, сведя густые брови. Он был одет в пижаму и длинный ночной халат, подол которого волочился по грязному полу.

– Мы пришли к нашей подруге Эстер. Это я, Селеста, Господин Берроуз. – Селеста приложила ладонь к груди. – Селеста Гринроуз. Помните меня?

Глаза Господина Берроуза округлились и брови поехали вверх. Он схватился за края халата и попытался завязать его на круглом животе.

– Селеста? – тихо сказал он. – Я думал, вы давно скрылись среди…

Не закончив фразу, он растерянно обвел всех девочек взглядом.

– Господин Берроуз, когда вернется Эстер? Что здесь произошло?

– Да… Эстер скоро будет. Она отлучилась в Спеллтон. Профессоры вызвали ее по делам научного исследования.

В голове Вайолет всплыли смутные воспоминания о Спеллтоне – небольшом студенческом городе ведьм, куда они провожали Селесту в год их побега.

– Кажется, дел у нее так много, что не остается времени на уборку! – одними губами улыбнулась Селеста.

Мэйв настороженно взглянула на нее. Старшая сестра тоже почувствовала, что Берроуз лжет.

– Да, наша Эстер привыкла работать умом, а не руками. – маслянистым голосом ответил хозяин библиотеки. – Давайте вместе ее подождем. Не хотите чаю?

Девочки переглянулись.

– Думаю, нам пора. – вежливо отказала Селеста.

– Куда же вы пойдете в такое время? На улице неспокойно. Тем более, вы прибыли в Ноувэртон оттуда. За вами откроется слежка.

Он невесело засмеялся, будто стесняясь своих же слов.

– Нас вряд ли кто-то видел, Господин.

– О вас уже знают, моя дорогая. Все, кто прибывает в Ноувэртон из мира людей, не остаются незамеченными. Даже если возле портала не было инквизиторов, из окон домов вас точно заметили горожане. У Ноувэртона уши и глаза повсюду. Скорее всего, Королеве уже доложили, так что советую вам остаться.

К горлу Селесты подкатила удушающая тошнота.

– Когда вернется Эстер? Сколько нужно ждать? – с раздражением спросила Мэйв.

– Примерно пару часов. Она обещала вернуться к рассвету. – Господин Берроуз сделал шаг в сторону, приглашая девочек спуститься вниз.

– Идемте. – тихо сказала Селеста.

Селеста пропустила сестер вперед и последней ступила на лестницу. Вдруг она резко обернулась и захлопнула дверь в комнату Эстер. Она успела заметить, как Господин Берроуз потянулся к ручке, прежде чем Селеста с молниеносной скоростью закрыла ее на засов.

– Он лжет. – с ядом прошипела она, обернувшись к сестрам.

Господин Берроуз начал дергать ручку двери и стучаться в нее, требуя, чтобы его немедленно выпустили.

– Да, думаю, он хотел нас сдать. – утерев лоб, сказала Мэйв. – И, похоже, он причастен к исчезновению Эстер. Святые, да она ненавидит Спеллтон! Он совсем не умеет врать.

– А если он прав и нас уже ищут? Куда мы пойдем? – с тревогой спросила Вайолет, наблюдая, как подпрыгивает латунная дверная ручка.

– Если бы нас заметили, то сюда уже бы нагрянула куча инквизиторов. – покачала головой Селеста. – Вряд ли кто-то сообщил о нас.

После недолгой паузы, все еще стоя на лестнице у двери чердака, Селеста сказала:

– Если Эстер утащили силой, то нет смысла ждать ее здесь. Попробуем добыть чуть больше информации о том, где она может быть. Есть одна ночлежка недалеко от библиотеки. Раньше там работала мамина подруга, Мадам Лу. Там переночуем, заодно послушаем местную болтовню.

Плана лучше у сестер не было, каждая была уверена, что прятаться здесь бессмысленно. И раз уж они затеяли все это, то нужно действовать. Любое замешательство может отнять у них драгоценное время. Лучше потратить его на поиски.

Вместо затхлых палантинов, они накинули на себя мантии Господина Берроуза, которые висели на крючках у входа. Все были малинового цвета.

– Кажется, раньше все мантии были черными? – заметила Вайолет.

– Да. – кивнула Мэйв. – Кажется, здесь многое поменялось.

Они накинули на глаза капюшоны и вышли в ночной переулок.

Стоило им оказаться на улице, как мимо пронеслись пятеро магов на метлах.

«Значит, здесь все еще летают!» – с облегчением подумала Вайолет.

Они шли друг за другом, боясь разговаривать и поднимать голову. Впереди шла Селеста, она единственная, кто знал дорогу до гостиницы.

Спустя семь минут напряженной прогулки по скользкой мощеной дороге, девочки оказались внутри теплой комнаты, тускло освещенной камином. Кругом стояли старые деревянные столики и стулья, тут и там сидели пьяные гости, за барной стойкой, на которой горело еще несколько оплавленных свечей, стояла полная женщина с большой выпуклой родинкой под левым глазом. Ее густые красные волосы были собраны на затылке. Она натирала барную стойку, ее лицо светилось старанием. Параллельно она разговаривала с единственным посетителем, тоже скрывающимся под мантией, который сидел напротив нее на высоком стуле.

– Это она, Мадам Лу. – тихо шепнула сестрам Селеста. Они стояли в дверях, боясь скинуть капюшоны.

Никто из посетителей ночлежки их не замечал: кажется, они и себя уже не помнили. Час был поздний, многие из них пили с вечера и сейчас буквально засыпали за столом. Кто-то в полудреме сидел с гитарой в руках, вымучивая нескладную мелодию. Девочки медленно прошли к барной стойке и уселись на высокие стулья по обе стороны от гостя в мантии.

Селеста сдвинула капюшон на затылок и подняла взгляд на Мадам Лу.

– Добрый вечер, Мадам. – тихо прошептала она, едва улыбнувшись.

Мадам Лу перестала тереть стойку, положила тряпку и подошла к ней ближе. Ее рыжая бровь приподнялась.

– Селеста, милая, это ты? – низким бархатным тоном спросила она, наклонив вбок голову.

– Да, Мадам. – кивнула Селеста. – Я надеялась, что вы еще содержите это место. Нам было не к кому пойти.

Мадам Лу окинула взглядом ее сестер, сидевших перед ней.

– Девочки Гринроуз. – прошептала она себе под нос. – Святые, как вас сюда занесло?

– И, правда, интересно, ведь я велел вам сюда не соваться.

Девочки оторопело взглянули на посетителя рядом с ними, который только что произнес эту фразу.

– Это же… – проговорила Вайолет, и с ее головы спал капюшон.

– Вайолет, какой приятный сюрприз.

* * *

– Признаюсь честно, я даже не удивлен, что встретил вас здесь так скоро. – незнакомец сверкнул улыбкой и скинул капюшон.

Вайолет спрыгнула с высокого стула и попятилась на пару шагов назад.

– Не смей снова вытворять с моей головой эти фокусы! – пригрозив ему пальцем, сказала она.

Селеста и Мэйв переглянулись – это тот незнакомец, которого Вайолет встретила в их городе с письмами Эстер.

– Не собираюсь, честно! – обезоруживающе улыбнулся парень, подняв ладони вверх. – Я думал, тебе понравилось.

Вайолет закатила глаза.

– Кто ты такой? – настойчиво спросила Селеста.

– Меня зовут Майлс.

– Можно чуть больше деталей? – подхватила Мэйв. – Откуда ты знаешь Эстер? И нас?

– Скажем так, мы с Эстер друзья по интересам.

Мадам Лу посмотрела на Майлса исподлобья. Селеста заметила это.

– Мадам, вы его знаете? – обратилась она к хозяйке кафе.

– Всю его жизнь. – будто с досадой отозвалась та. – И обычно он гораздо болтливее.

Майлс снова разулыбался, на его щеках появились обаятельные ямочки. Он поднес бокал с ромом к губам и сделал большой глоток.

– Думаю, пришло время открыть хотя бы часть истории, которую они пропустили, дорогой. – тихо сказала Мадам Лу, поставив пузатый чайник на плиту позади нее. – И не стоит его боятся, девочки, он абсолютно безобиден.

– А вы совершенно бестактны, Мадам. – покачал головой Майлс и повернулся к Селесте и Мэйв. – Идемте в мою комнату, там меньше ушей.

– Я принесу вам чай и ужин. А пока располагайтесь в соседней с Майлсом комнате. Мест сейчас не так много, но эта комната одна из лучших. – Мадам Лу подмигнула девочкам, уперев руки в бока.

Селеста немного замешкалась. Мэйв и Вайолет вопросительно смотрели на нее. Мадам Лу была близкой подругой их матери, и Селеста была склонна ей доверять. Но все вокруг так изменилось. А вдруг и приятели тоже? С другой стороны, у Майлса уже дважды был шанс что-то с ними сделать, но он не стал. Сейчас лучшим вариантом будет выслушать его, раз он знает что-то об их подруге. К тому же, место, и правда, кажется безопасным и теплым.

Селеста коротко кивнула сестрам, и они все вместе поднялись на третий этаж по закрученной лестнице.

Гостиница была каноничным местом для Ноувэртона, каким его запомнили девочки. Старый добрый узкий нескладный дом, крыша которого пикировала небо, уходя на семь этажей вверх. На каждом этаже было по две комнаты для ночлега.

Вайолет шла прямо за Майлсом. Его походка была такой легкой, короткие золотисто-коричневые кудри прыгали в такт шагам, хватая отблески тусклого света свечей. От него пахло сандалом и ванильным ромом.

– Ой! – вдруг воскликнула Вайолет, почувствовав, как об ее ногу на втором этаже кто-то потерся. В темноте было не различить, что это было.

– Это Арахис, – на ходу кинул ей Майлс. – Возьмите его с собой.

Вайолет молча наклонилась и подхватила на руки Арахиса. Это был кот, скорее котенок, он был очень легкий и маленький. Она заметила, как его круглые желтые глаза сверкнули в темноте. Вайолет расплылась в довольной улыбке. Мэйв подошла к ней и чуть толкнула вперед, чтобы Вайолет продолжила движение

– Соберись. – шепнула ей Мэйв, заметив улыбку сестры.

Ступив на скрипучий пол третьего этажа, Майлс вытащил из кармана мантии ключи и сделал два оборота в двери по левую сторону от небольшого арочного окна. Дверь отворилась, показав сестрам небольшую уютную комнату, ярко контрастирующую с полумраком и ветхостью остального интерьера заведения. Комнату освещали разномастные светильники: в форме причудливых грибов, круглых и на высоких ножках. В комнате пахло деревом, сандалом и кедром; здесь преобладали бордовые, коричневые и золотые тона. Возле окна в самом центре стояла кровать, заваленная одеждой. По правую сторону от двери камин с догорающими в нем поленьями, по левую – большой платяной шкаф, двери которого держались вместе на бордовом шарфе, повязанном на ручки.

Вайолет опустила Арахиса на коричневый ковер и посмотрела на Майлса:

– Здесь уютно! – с полуулыбкой сказала она.

Майлс смущенно отвернулся и в два шага оказался у кровати. Скинул на пол груду вещей, на которую сразу же забрался Арахис и свернулся клубочком. Майлс указал девочкам, куда им можно присесть.

Сестры уселись на мягкую кровать. Мэйв была очень напряжена и постоянно крутила головой, осматривая обстановку и прикидывая пути отступления.

Майлс скинул с себя мантию, под которой скрывалось действительно прекрасное тело. Он был в белой футболке, какую носят самые обычные парни в человеческом мире, и в широких джинсах, подвязанных на какой-то кожаный шнурок. В карманах джинсов явно была куча разных вещиц, так как они оттягивали штаны вниз. Он был высокий, смуглый и прекрасно сложенный. Селеста взглянула на Вайолет: та сидела, сложив руки на коленях и приоткрыв рот. Селеста подняла глаза к потолку и покачала головой.

Майлс пододвинул к кровати деревянный стул и уселся перед сестрами.

– Первым делом, снимите свои мантии, и больше никогда не надевайте малиновый. – он указал на их одежду. – Малиновый носят только те, кто был уличен в связи с людьми. Это мишень. За магами в малиновом наблюдает каждый в этом городе, потому что они одной ногой на виселице.

Селеста гулко выдохнула, пытаясь припомнить, сколько уже ошибок они наделали с первой секунды в Ноувэртоне. Девочки молча стянули с себя мантии.

– Сможешь добыть для нас черные? – без церемоний спросила Мэйв, взглянув на Майлса.

– Пожалуй, да. Но где вы взяли эти?

– У Берроуза. – поджала губы Селеста. – Мы искали Эстер в библиотеке.

– Полагаю, не нашли.

Сестры промолчали, ожидая, что Майлс даст ответ на их самый главный вопрос.

– Вторая важная вещь – не стоит здесь ни с кем связываться и, тем более, говорить им свое имя. Каждый маг в Ноувэртоне и всех других городах нашего континента готов сделать что угодно, чтобы выслужиться перед новой Королевой ведьм. Вы – отличный материал. – Майлс начал загибать пальцы. – Бежали всей семьей в мир людей – раз, обладаете огромной силой по современным магическим мерками – два, помогаете людям, используя свою магию, – три. Полное совпадение портрета с теми, кого каждую неделю казнят на площади.

Внутри Вайолет все заледенело. Что это за мир? Как ее семья могла веками здесь жить и почему здесь так презирают людей, которые, Вайолет могла поклясться, куда приятнее, безобиднее и добрее ее же сородичей.

– Как вы смогли уйти от Берроуза?

– Он нерасторопный. – ответили Мэйв, наморщив нос.

– Берроуз тоже помогал людям, раз у него только малиновые мантии?

– Он был связан с Эстер. А она теперь одна из самых опасных ведьм оппозиции.

– Оппозиции? – нахмурилась Селеста.

Майлс развел руками, будто говоря «а чего вы ожидали?».

– Вы в самом ее центре. – сверкнул зубами он и кинул взгляд на Вайолет.

Мэйв скептически оглядела комнату.

– У вас собрания в этой ночлежке?

– Не спешите судить, Мадемуазель Гринроуз. – ухмыльнулся Майлс. – Внешний вид обманчив.

– Итак, у вас была оппозиция… – начала Селеста с нетерпением.

– Она есть. – твердо сказал Майлс.

– Хорошо… И Эстер была частью этой оппозиции. Что с ней стало?

– Эстер была не просто ее частью. Она была мозгом всей нашей операции. – Майлс постучал пальцем по виску. – Несколько лет она пыталась кое-что отыскать в старых книгах, собрать части головоломки воедино, но великолепный добропорядочный Господин Берроуз начал что-то подозревать. Он донес на нее инквизиторам Королевы. Эстер забрали в замок в тот же вечер. Они перерыли все ее записи, дневники и книги. Не знаю, получилось ли у них отыскать что-то. Но Эстер не вернулась.

– Чертов Берроуз! – воскликнула Мэйв, ее щеки зарделись. – Лживый ублюдок! Он сказал нам, что Эстер в Спеллтоне помогает с каким-то исследованием!

Селеста и Вайолет смотрели на Майлса глазами, полными ужаса. Эстер, оппозиция, инквизиторы? Ничего про это не было в лимонных письмах подруги.

– Почему мы ничего об этом не знали? – возмутилась Селеста, встав с кровати. – Зачем она все скрывала от нас?

– В этом заключалась часть нашего плана. Она намеренно держала вас в неведении, так как знала, что впутываться в это опасно. И, конечно, она знала, что письма могли перехватить, и тогда наш план стал бы достоянием общей истории, а не секретным оружием.

– Как давно она в Замке?

– Уже около двух недель. Мои… друзья сообщают мне о ее состоянии и о том, что с ней делают. Она в темнице в подвалах Замка. Ее пытаются допрашивать, но пока безрезультатно.

– Ее же не могут убить? Она не связана с людьми… – тихо проговорила Вайолет.

– К сожалению, у Эстер невероятная сила. Каждый захочет иметь мозги, размером с ее. Королева – не исключение.

– То есть она хочет… отобрать ее силу? – озадаченно спросила Селеста, теребя в руках край мантии.

– Да. Она сделала так со всеми ведьмами, которых казнила.

– Но как это возможно? Разве можно отобрать чью-то силу?

Майлс развел руками:

– Как видишь. Я слышал, что для этого она сначала доводит магов до изнурения, а потом погружает их в состояние, похожее на сон, они перестают сопротивляться и добровольно отдают свои силы Королеве или кому-то из ее придворных. – Майлс закусил нижнюю губу.

Мэйв встала и начала шагать по комнате взад-вперед, уперев руки в бока. Четыре шага от камина до шкафа и обратно. Доски пола под ней скрипели. Она вспомнила о письме, которое стащила с чердака Эстер, уже было потянулась к нему рукой, но вовремя себя остановила. Лучше Майлсу об этом не знать. Еще непонятно, насколько можно ему доверять.

– Нам нужно пробраться в Замок. Какие у нас варианты? – Мэйв нетерпеливо потрясла рукой перед лицом Майлса.

– Никаких. – нахмурив брови, ответил Майлс и смерил ее взглядом. – Если бы это было так просто, то я бы здесь не сидел.

– Это какое-то безумие. Весь этот мир… – Вайолет поднесла ладони к щекам. – Вот, чего я не понимаю: что такого могла узнать Эстер, что ее за это пытают? Королева могла бы просто отнять ее силы и казнить…

– Она почти нашла оружие, о котором грезит Королева. Правда, Эстер хотела использовать его, чтобы защитить наш мир и людей от этой стервы. Ну а Королева хочет лишь укрепить свои позиции и на досуге истребить весь «убогий человеческий род».

Больше Майлс ничего не сказал. Селеста поняла: там было что-то еще, но пока Майлс недостаточно доверяет ей и сестрам, чтобы посвятить их в дела деятельности оппозиции. Ничего, они могут обойтись и без этого. Главное было – придумать план по спасению подруги, застрявшей в проклятом Замке.

– Какое ей дело до людей? – вспылила Мэйв. – Они знать не знают о том, что ведьмы и весь наш мир вообще существуют. Они совершенно безобидны.

– Вспомните легенду о первородной магии. – Майлс дернул плечами.

Девочки переглянулись. Вайолет не поняла, о чем он. Но в памяти Селесты и Мэйв всплыл их ночной разговор про отказ от первородной магии из-за беспечности людей.

– Она считает людей недостойными жизни. – тихо спросила Селеста.

– Конечно. Она винит их в том, что люди – первопричина вырождения магии.

– Слушайте, а можно и нас как-то посвятить в контекст? – перебила их Вайолет.

Вдруг в комнату постучали. За дверью послышалось тихое дребезжание чашек на блюдцах. За ней стояла Мадам Лу.

Майлс подошел к двери, открыл ее и впустил хозяйку гостиницы в свою комнату. Присутствие Мадам Лу снова подействовало на сестер успокаивающе. Что-то было в ее виде от того старого города и тех тетушек-ведьм, по которым они скучали. Селеста заметила, что в руках Мадам Лу ничего не держала, но где же чашки?

В этот момент из-за спины ведьмы выплыл поднос, на котором стоял фарфоровый заварник, горка аппетитных сэндвичей, банка с печеньем и четыре щербатые чашки.

– Вы, наверное, проголодались. Скоро уже рассвет. – махнула она в сторону окна, в котором занималась заря. – Майлс, тебе стоит дать девочкам отдохнуть. Чтобы вы не задумывали, на пустой желудок и без сил, ваши планы обречены.

Майлс покорно кивнул и посмотрел на девочек.

– Угощайтесь. И позже я провожу вас в вашу комнату. У меня есть одна идея. Этим вечером ведьмы и маги празднуют День Святой Весении.

– Покровительницы плодородия и круговорота жизни. – кивнула Вайолет и на ее лице появилась игривая улыбка. – Мы пойдем праздновать на городскую площадь?

Майлс хитро улыбнулся в ответ.

– Мы проберемся на бал к Королеве.