Эстель Грейс Тюдор
Беатрис Блум и Звёздный кристалл
Книга 2

© 2020 by Estelle Grace Tudor

© Чу Чугуй, иллюстрации на обложке, 2025

© kindlynx, иллюстрация карты на форзаце и нахзаце, 2024

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство „Эксмо“», 2025

* * *

Дину, Адаму, Хлое, Нейтану и Джейку…

Вы меня окрыляете

1
Приглашение

Высоко над бушующими волнами, по обледенелой тропе вдоль края утёса во весь опор мчался конь, вздымая копытами облака снега. Из его раздувающихся ноздрей вырывались клубы белого пара. Двенадцатилетняя Беатрис Блум неустанно подгоняла коня, желая как можно дольше наслаждаться ощущением полёта. Её сестра-близнец Марта едва поспевала следом, и морозный ветер уносил вдаль её задорный смех.

Впереди показался замок: в его окутанных туманом окнах приветственно мигал свет. Беатрис перевела коня на рысцу, радуясь, что совсем скоро окажется дома. До Рождества оставалась всего неделя, и семья впервые собиралась встречать его в полном составе. Школьные каникулы девочки всегда проводили в замке Блум.

Беатрис повернулась к Марте, которая наконец-то догнала сестру и перевела уставшую лошадь на лёгкий галоп.

– Ну и скачки! – выдохнула Марта, одобрительно потрепав гриву животного.

– То что надо, – кивнула Беатрис, – но сейчас я бы не отказалась от чашки горячего шоколада. – Она медленным шагом направила Кая вниз по длинной тропе, ведущей к конюшням.

Из окна второго этажа замка раздался крик:

– Мы нашли у Волшебной двери записку! Идите скорее, прочтём её все вместе! – Младшая двоюродная сестра близнецов Октавия нетерпеливо махала им, опираясь на подоконник, и её ярко-рыжие волосы развевались на ветру, как знамя.

Беатрис и Марта радостно переглянулись. Письмо от фей! Прошлое лето было незабываемым: Октавия обнаружила на чердаке замка Блум Волшебную дверь, которая привела их в Сказочную страну и стала отправной точкой в поисках таинственного цветка, необходимого для приготовления эликсира и спасения брата-близнеца Октавии, Отто. Мальчика прятали в стране фей, потому что злая волшебница Незрина наложила проклятие на всех мужчин из рода Блумов. В конце концов рыжеволосые близнецы стали Хранителями ключа и теперь вместе со старшей сестрой Фелисити должны были оберегать крошечную дверцу от непрошеных гостей. Фелисити, как будущую владелицу замка Блум, посвятили в Стражи двери, чтобы она помогала охранять вход в Сказочную страну. Во время своего удивительного путешествия девочки завели много друзей, и Беатрис не терпелось узнать, о чём говорится в записке.

Убедившись, что в конюшне достаточно воды и сена, сёстры заперли своих лошадей на ночь, а затем поспешили к замку, скользя по обледенелой дорожке в сапогах для верховой езды. Экономка миссис Фосетт уже ждала девочек в холле, возле большой, пышно украшенной рождественской ёлки, уперев руки в бока. В свете электрических ламп ёлка сверкала старинными игрушками и мишурой.

– Вот увидите, однажды эти прогулки закончатся воспалением лёгких! – проворчала экономка, снимая с сестёр влажные от тумана пальто. – Все ждут вас в гостиной.

– Спасибо, миссис Фосетт. – Беатрис улыбнулась пожилой женщине. Стянув сапоги, она поставила их на полку для обуви, и под ними сразу же образовалась лужа: снег, налипший на подошву, не выдержал жара домашнего камина, который отапливал весь холл.

– Идите скорее! – улыбнувшись в ответ, экономка повесила пальто на вешалку и вытерла ладони о праздничный фартук.

Марта торопливо сняла сапоги и уже направлялась в гостиную следом за Беатрис, когда Бронуэн – бобтейл Октавии – чуть не сбила её с ног.

– Бронуэн! – с упрёком воскликнул медноволосый мальчик, оттаскивая собаку. Его волшебный компаньон, серая выдра, прошмыгнул между его ногами.

– Спасибо, Отто, – выдохнула Марта, благодарно кивнув брату-близнецу Октавии. Тот улыбнулся в ответ, и его веснушки сверкнули в свете камина, словно россыпь блёсток.

– Пойдём, Сейдж, – сказал он, поднимая выдру на руки.

– А вот и вы, девочки! Идите погрейтесь у огня. Ума не приложу, с чего вам вздумалось кататься верхом в такую погоду. – Эвелин Блум, бабушка сестёр, озадаченно покачала головой и отхлебнула чай.

Едва скрывая своё нетерпение, Октавия подпрыгивала на месте, пока двоюродные сёстры наливали себе горячего шоколада из металлического термоса, стоявшего у камина. Её волшебная компаньонка, мышка Феррен, с интересом наблюдала за происходящим со своего неустойчивого насеста на плече девочки, сжимая в лапках кусочек песочного печенья. Фелисити подвинулась к дальнему краю дивана, освобождая место для кузин.

– А где мама с папой? – спросила Беатрис, оглядываясь по сторонам.

– Поехали на станцию встречать тётю Клару. У неё снова сломалась машина, – фыркнула бабушка, и её тонкие губы тронула едва заметная улыбка.

Сколько девочки себя помнили, отношения между бабушкой и тётей Кларой всегда были натянутыми, но летние приключения сплотили старушек.

– Ох, поскорее бы они приехали! – простонала Октавия и театрально упала на ковёр, где сидели Отто, Бронуэн и Сейдж.

Феррен испуганно пискнула, чуть не свалившись со своего насиженного места.

В гостиную вошла стройная женщина с медными волосами до пояса в сопровождении высокого черноволосого мужчины; оба держали в руках тарелки с печеньем и сладкими корзиночками. Над головой женщины порхал воробей. Его чёрные глазки-бусины неотрывно следили за угощением.

– Только что из печи, – объявил мужчина и с нарочитым изяществом опустил тарелки на стол, отчего Отто хихикнул.

– Спасибо, Кит. – Бабушка улыбнулась зятю.

После летних событий чаепитие стало менее официальным: теперь семья собиралась не за столом, а рассаживалась на диванах и креслах вокруг камина.

Услышав голоса из коридора, Октавия снова оживилась и в предвкушении уставилась на дверь. Через несколько секунд в дверном проёме возникла светловолосая дама.

– Дженни, помоги мне, пожалуйста. Кажется, тётя Клара притащила всё содержимое своего плавучего дома. – Она с досадой покачала головой.

Женевьева – тётя Беатрис – озадаченно улыбнулась своей сестре и, перебросив медную косу за плечо, вышла из комнаты. Её волшебный компаньон, воробей Пан, вылетел вслед за ней.

– Послушайте, мне совершенно необходимо выпить хотя бы чашечку чаю! – прогремел громкий голос, и в гостиную вошла невысокая полная женщина.

– Тётя Клара! – закричал Отто, бросаясь через всю комнату прямо в раскрытые объятия старушки.

Октавия последовала его примеру и со смехом спрятала лицо на груди двоюродной бабушки.

– Представьте себе, сегодня мы получили письмо из Сказочной страны! – сообщила она тёте Кларе, размахивая крошечным золотым свитком.

Тётя Клара встретилась глазами с бабушкой. Они обменялись быстрыми беспокойными взглядами, но их настороженность быстро исчезла, не выдержав напора энтузиазма Октавии.

– Позвольте тёте Кларе хотя бы присесть. – В гостиную вошёл ещё один мужчина с каштановыми волосами, припорошенными снегом. В руках у него была большая клетка с рыжей белкой. Как только мужчина открыл дверцу, зверек бросился к Пану, Феррен и Сейджу, сидящим на ковре у камина, и радостно застрекотал на своём языке.

– Привет, Роуэн! – Октавия тепло поздоровалась с белкой, а Беатрис засмеялась над ужимками животных, гадая, о чём же они говорят. Если бы они находились в Сказочной стране – она бы с удовольствием присоединилась к их беседе, но здесь, в мире людей, каждый Хранитель ключа мог понимать только своего волшебного компаньона.

– Ну и дорога! Длинная и извилистая, как змея. Правда, Пирс? Анастасия? – тётя Клара взглянула на племянницу и её мужа в поисках подтверждения своих слов и приняла из рук бабушки чашку горячего чая.

Мама Беатрис, которая вошла следом за мужем, передёрнула плечами.

– Слава богу, за рулём была не я. – Она повернулась к дочерям. – Привет, девочки. Хорошо прокатились?

Беатрис встала, чтобы обнять маму.

– Просто головокружительно! Я почти летела! – воскликнула она. Её щёки вспыхнули румянцем, а глаза сияли от восторга.

Анастасия улыбнулась младшей дочери и погладила её по волосам.

– Это восхитительно.

После того как прошлым летом семья чуть не потеряла Беатрис из-за колдовства Незрины, девочка с матерью стали особенно близки.

Тётя Женевьева вошла в комнату, оживлённо потирая руки.

– Начался снегопад, – сообщила она, садясь рядом с дядей Китом на выцветшую кушетку. – Фосетт отнесёт чемоданы в твою обычную комнату, тётя Клара.

Тётя Клара, с аппетитом уплетавшая тёплую корзиночку, кивнула в знак благодарности.

– Можем мы наконец прочитать письмо? – жалобно спросила Октавия, оглядывая семью.

Все засмеялись, даже бабушка, чей характер слегка смягчился с лета. Четыре волшебных помощника забрались на плечи Октавии, заглядывая в волшебную записку.

Девочка сделала глубокий вдох и сломала крошечную печать, украшенную радужным гербом королевы Розины. Медленно развернув маленький свиток, она стала читать вслух замысловатые письмена:

– «Королева Розина и король Ллиффант сердечно приглашают семейство Блум из замка Блум на свадьбу принцессы Эвони и Сорена Брайтвинга из Блумсвилла, а также на празднование двадцать первого дня наречения принцессы Эвони. Ваше присутствие ожидается сегодня вечером в одиннадцать часов. Королевская стража сопроводит вас в замок, где вам будут предоставлены бальные наряды». – Октавия ойкнула и оглядела недоумевающие лица. – А если бы я не нашла письма? Мы пропустили бы свадьбу!

Беатрис широко заулыбалась.

– Очень маловероятно, Тави: ты бегаешь на чердак как минимум дважды в день.

Родственники встретили это замечание дружным смехом. Октавия добродушно пожала плечами, а Отто от восторга начал кататься по полу.

– Метко сказано, Беатрис! – выдохнул он сквозь хохот.

Дядя Кит откашлялся.

– Не знаю, Дженни… Помнишь, что произошло в прошлый раз, когда вы все вошли в ту дверь?

Дети обменялись разочарованными взглядами, а Феррен грустно опустила усики.

– Пан, перестань! – пожурила тётя Женевьева своего воробья, который кружил у неё над головой. Тот с укоризной чирикнул и снова сел на плечо Октавии. – Я уверена, что на свадьбе ничего страшного произойти не может… – Однако, взглянув на сестру, она осеклась.

Мама Беатрис пожала плечами и прикусила губу, глядя в лицо дочери.

– Мы будем держаться вместе. Нам нужно только дойти до замка Энвис и обратно – что может случиться? – заговорила Фелисити.

Остальные с жаром закивали.

– А ты что скажешь, Эви? Ты готова снова отправиться в Сказочную страну? – спросила тётя Клара, похлопывая сестру по руке.

Бабушка вздохнула и поставила чуть дрожавшую в руках чашку на приставной столик.

– Пожалуйста, бабушка, соглашайся. Вместе веселее. Я присмотрю за тобой, – с серьёзным видом заявил Отто, опускаясь перед старушкой на колено.

Бабушка неохотно улыбнулась.

– Ты хороший мальчик. Если все остальные единодушны – я тоже пойду, – ответила она.

Дети радостно закричали.

Отец Беатрис смиренно посмотрел в лица дочерей и бросил выразительный взгляд на дядю Кита.

– Нам лучше согласиться, иначе они просто уйдут без нашего разрешения.

Дядя Кит кивнул и, напустив на себя удивлённый вид, повернулся к Октавии, у которой хватило такта принять слегка виноватый вид.

– Значит, решено: сегодня вечером мы пройдём через Волшебную дверь, – объявила тётя Женевьева. Она подцепила корзиночку и, отломив кусочек, бросила его Пану. Воробей ловко поймал угощение на лету, рассмешив всех присутствующих.

– Предлагаю всем отдохнуть. Ночь предстоит бурная. – Бабушка встала, и взрослые, последовавшие её примеру, принялись собирать посуду на подносы.

Беатрис оглянулась на сестёр и указала пальцем наверх. Девочки кивнули. Они вышли из гостиной и направились в свою секретную комнату; Бронуэн побежала следом за ними.

Усевшись на подушках за красиво расшитой китайской ширмой, Беатрис окинула взглядом восторженные лица.

– Надо же, Эвони и Сорен женятся! – воскликнула она.

Марта и Фелисити мечтательно улыбнулись.

– Как романтично, – вздохнула Марта, отчего Отто и Октавия дружно закатили глаза.

В следующие двадцать минут они обсудили всех друзей из Сказочной страны.

– Поскорее бы увидеть Церулеуса, – сказала Беатрис. Большой единорог в синий цветочек возил её во время прошлого путешествия по волшебному королевству. Девочка задумчиво уставилась в пространство. Голос из коридора отвлёк её от мечтаний и заставил вздрогнуть.

– Отто! Девочки!

Марта подтолкнула Беатрис.

– Пойдём, мама зовёт.

Беатрис вышла вслед за Мартой и кузинами в коридор, где ждала мама.

– Вздремните немного, – посоветовала она детям. – Я разбужу вас к ужину.

Она отвела ребят в их комнаты, где Фосетт, муж экономки, уже разжигал огонь в каминах. Марта устроилась в кровати с книгой и вскоре увлеклась чтением.

Беатрис спать не хотелось, но она всё равно легла и стала смотреть на колышущееся пламя. Исходящее от него тепло постепенно убаюкивало девочку, она начала зевать и, наверное, задремала: в огне ей привиделся скачущий табун разноцветных единорогов с раздувающимися от ужаса ноздрями. Волшебных животных преследовала тёмная фигура, восседающая на чёрном единороге, а из посоха, которым она потрясала в воздухе, исходили огненные стрелы, опалявшие радужные копыта испуганных животных. Узнав синюю окраску самого большого единорога, Беатрис в страхе села на кровати.

– Церулеус! – вскрикнула она, из-за чего Марта вздрогнула и уронила книгу.

– Беатрис! Что случилось? – спросила сестра, прижимая руку к груди.

– Кажется, я видела в огне Церулеуса! Его преследовала зловещая тень на огромном единороге. – Дрожащая Беатрис натянула на себя одеяло.

Марта с тревогой уставилась на сестру.

– Может, ты опасаешься возвращаться туда после всего, что случилось в прошлый раз?.. – Она умолкла, поймав на себе взгляд Беатрис.

– Думаешь, дело только в этом? – робко спросила Беатрис, хватаясь за эту мысль.

Марта босыми ногами прошлёпала к кровати сестры и обняла её.

– Конечно! На этот раз ничего не случится. Мы все вместе, и никто нас не разлучит! – уверенно проговорила Марта, сильнее прижимая Беатрис к себе.

Сестра прильнула к ней и кивнула. Она знала, что за последнее время они стали близки, как никогда прежде.

– Попробуй поспать. – Марта похлопала Беатрис по руке, вернулась в свою кровать и свернулась калачиком под розовым одеялом в цветочек.

Беатрис ещё немного посмотрела на уверенную в себе сестру и тоже легла. Повернувшись спиной к огню, она наконец погрузилась в беспокойный сон.

2
Преображение

– Ты же не собираешься тащить с собой три литра чая, Клара? – Стоя посреди холодного чердака, бабушка в изумлении смотрела на сестру.

– А что такого? Не буду же я пить настои из листьев и лепестков! – Тётя Клара упрямо прижимала к груди огромный термос.

– Ой, да пусть берёт, иначе мы опоздаем! – сказала тётя Женевьева, вставая между двумя старушками, словно арбитр.

Бабушка подняла руки вверх, показывая, что сдаётся, и поплотнее закуталась в шаль, поправив изумрудную брошь, которой был сколот платок.

– Жаль, что нельзя взять с собой Бронуэн, – вздохнул Отто.

Мама повернулась к нему с нежной улыбкой.

– С тобой будет Сейдж. А Бронуэн останется с миссис Фосетт, они хорошо ладят, – утешила она сына.

Отто крепче обнял Сейджа и кивнул.

Мама нервно сжимала руки Марты и Беатрис, пока отец стоял у неё за спиной, а дядя Кит – рядом с Отто и Фелисити. Октавия провела рукой по старому плинтусу. Внезапное появление дверцы не переставало восхищать и озадачивать Беатрис.

Отто вышел вперёд и вручил Октавии ключ. Его сестра помотала головой.

– Давай на этот раз ты, – предложила она.

На близнецах – Хранителях ключа – лежала обязанность открывать Волшебную дверь. На мгновение Отто замешкался, а затем оглянулся на родных.

– Возьмитесь за руки, – торжественно произнёс он, протягивая свободную руку Октавии.

Когда все выполнили его просьбу, он вставил крошечный ключик в сияющую замочную скважину.

Беатрис, которая держала за руку Октавию, почувствовала, как пальцы словно опалило огнём и сначала предплечье, а потом и плечо онемели. Вспомнив о бедном Церулеусе, она поборола желание вырвать руку и закрыла глаза как раз в тот момент, когда в комнате раздался едва слышный щелчок.

Ароматы Сказочной страны вытеснили запахи затхлого чердака, и Беатрис вместе с остальными членами семьи как будто очутилась в пузыре. При таком большом количестве путешественников между мирами это ощущение было почти удушающим. Беатрис охватила паника, но через мгновение раздался тихий хлопок, и девочка вместе со всеми родными оказалась в кольце светящихся красных мухоморов.

Землю покрывал блестящий снег, воздух был свежим и морозным. С тёмного неба медленно падали снежинки.

– Мы вернулись! – зачирикал Пан, делая радостный кувырок в воздухе.

Дядя Кит с изумлением похлопал глазами и, подняв бровь, взглянул на тётю Женевьеву.

– Помнишь, я говорила тебе, что в стране фей он умеет разговаривать? – весело напомнила ему жена.

– Добро пожаловать в Сказочное королевство, семейство Блум, – слева от них раздался низкий голос, заставивший всех обернуться.

– Аурус! – воскликнула Марта. – Как я рада снова тебя видеть!

Золотистый олень сделал глубокий поклон. На его голове красовался только один величественный рог – второго он лишился в битве со стражником Незрины прошлым летом.

Беатрис оглядела поляну. Огромная сияющая луна вышла из-за облака, осветив снежный ковёр.

– Прошу вас следовать за мной, – пригласил гостей Аурус, поворачиваясь к лесу Розины.

– Да уж, на сей раз нас встречают совсем иначе, что и говорить, – прошептала тётя Клара сестре, которая молча озиралась вокруг.

Бабушка кивнула и стала осторожно пробираться вместе со всеми по снегу.

– Пойдём, Беатрис! – позвал кузину Отто.

Беатрис, вспоминавшая своё прошлое путешествие в Сказочную страну, очнулась от задумчивости и побежала догонять родных, слегка скользя на обледенелой заснеженной земле и настороженно оглядываясь.

– Волнуешься? – тихо спросила у неё Марта, когда Беатрис присоединилась к остальным и взяла сестру под руку.

– Ничего, я справлюсь, – ответила Беатрис со слегка натянутой улыбкой. Она втайне надеялась, что на этот раз ничего страшного не случится и Незрина не станет им вредить.

За спиной хихикали Феррен и Октавия, вспоминая, как летом девочки чуть не заснули из-за испарений Сонного ручья. К счастью, Аурус был гораздо лучшим проводником, чем Феррен, и заранее предупреждал, чего нужно опасаться.

Блумы благополучно миновали лес Розины. На опушке их ждал рыжий лис, а рядом с ним над устланной снегом землёй парили два огромных пузыря радужного цвета. Бабушка и тётя Клара ахнули при виде замка Энвис, сверкавшего в лунном свете высоко на скале.

– Многоуважаемые Блумы, добро пожаловать в Сказочную страну. Кареты уже ждут вас. – Лис сделал театральный поклон.

– Фергал! Позволь представить тебя семье, – воскликнула Фелисити, ласково улыбаясь ехидному лису.

После того как знакомство благополучно состоялось, бабушку и тётю Клару подсадили в один пузырь; вместе с ними сели Марта, Беатрис и их родители. Октавия и Отто потащили своих маму с папой во второй пузырь, где к ним присоединились Фелисити и Фергал.

Когда оба пузыря одновременно поднялись в воздух и медленно поплыли к замку, Аурус поскакал через долину к входу для стражи. После мягкого приземления на вершине самой высокой башни, Фергал пригласил всех сойти на золотую площадку. Дрожа всем телом, бабушка медленно выбралась наружу, прижимая руку к тяжело вздымающейся груди.

– Кошмар! Этот полёт затмил даже вчерашнюю поездку по обледенелой дороге в гору! – бесцеремонно заметила тётя Клара, наливая чай в крышку от термоса и предлагая его бабушке.

Бабушка дрожащей рукой взяла напиток, сделала жадный глоток, но тут же поморщилась.

– Что это?

– Я добавила немножко острых специй – это приведёт тебя в чувство! – Тётя Клара хлопнула сестру по спине и обернулась, чтобы посмотреть на ошеломлённые лица племянниц и их мужей. Дети вовсю веселились, держась от смеха за животы.

– Рада видеть вас всех в таком хорошем настроении, – произнёс тёплый, переливчатый голос.

Ощутив благоговейный трепет, Беатрис оглянулась. Перед ними стояла королева Розина в сверкающем золотом платье, ниспадающем волнами к её ногам. Её огромные радужные крылья мерцали в свете полной луны.

Блумы почтительно склонили головы, и Октавия представила своих родственников королеве.

– Спасибо, Хранительница ключа. Я счастлива, что вы приехали отпраздновать с нами это двойное торжество. Эвелин, Клара, мне очень приятно увидеться с вами при более радостных обстоятельствах. – Розина обратила свои фиалковые глаза на двух пожилых дам, и те пристыженно потупили глаза: ведь это их детская беспечность навлекла на мужскую линию семьи Блум проклятие. – Но всё плохое позади! А теперь давайте веселиться.

Тётя Клара быстро справилась с угрызениями совести и, к бабушкиному ужасу, изумлённо сказала королеве:

– Вы ничуть не постарели!

Глаза Розины весело блеснули.

– Здесь, в Сказочной стране, мы стареем гораздо медленнее и живём сотни человеческих лет.

– Ух ты-ы-ы, – протянул Отто, и все засмеялись.

Королева изящно кивнула и произнесла:

– Пойдёмте, я отведу вас к Бриар и Соррель. Им уже не терпится принарядить вас к свадебному торжеству.

Бабушка снова бросила сердитый взгляд на тётю Клару и первая последовала за королевой по широкой стеклянной лестнице. Трепеща крылышками, фея легко перепархивала со ступеньки на ступеньку.

Дам и девочек проводили в комнату, где сёстры останавливались во время своего предыдущего визита в замок Энвис, а мужчин и Отто поселили по соседству.

– Предоставляю вас заботам Соррель. – С этими словами королева закрыла дверь в женские покои.

Соррель стояла в центре комнаты, сияя и хлопая в ладоши.

– Ах, как я рада видеть вас снова! – Она порхнула вперёд и по очереди обняла каждую девочку и тётю Женевьеву, а затем сделала реверанс перед мамой Беатрис, бабушкой и тётей Кларой, которую любезная фея просто заворожила. – Феррен, Сейдж, Роуэн и Пан, добро пожаловать домой. – Соррель наклонилась, чтобы погладить каждого из крошечных существ, которые наперебой выражали свой восторг по поводу возвращения в Сказочную страну.

Соррель со смехом вынула свою волшебную палочку, похожую на хворостинку с сияющим кристаллом цвета зелёной листвы на конце.

– Вам это понравится! – воскликнула Октавия, подмигнув бабушке и тёте Кларе.

Беатрис улыбнулась и села на стул, приготовившись наблюдать за представлением.

Соррель взмахнула палочкой над бабушкиной головой, изобразив в воздухе замысловатый узор, и тётя Клара восторженно ахнула, уставившись на сестру. В один миг с её лица стёрлись следы многолетней усталости, серебристые волосы заструились мягкими волнами, на голове появился венец из белых и зелёных бутонов, а в выцветших зелёных глазах вспыхнул озорной огонёк. Мерцающее нефритовое платье изящно облегало высокую фигуру, на ногах красовались атласные туфельки.

– Выглядишь великолепно! – воскликнула мама Беатрис. Они с тётей Женевьевой зачарованно смотрели на свою мать.

– И меня тоже нарядите! – нетерпеливо брякнула тётя Клара, протягивая руки, и девочки прыснули со смеху.

Соррель преобразила и тётю Клару. Тучную фигуру укутало медное платье с лифом из жатой ткани[1]. Курчавые волосы стального цвета завились аккуратными локонами, прыгающими вокруг сияющего лица с огромными фиалково-синими глазами.

Изумлённый Роуэн уронил свой орех.

– Ничего себе, – присвистнул он, махая пушистым хвостом. – Ты похожа на фею.

– Благодарю тебя, Роуэн, – с достоинством произнесла тётя Клара, усаживаясь на ближайший стул. Она потянулась к своему термосу, но строгий бабушкин взгляд остановил её. Тётя Клара со вздохом взяла медовый кекс и поделилась им с Феррен.

Тем временем Соррель занялась тётей Женевьевой и мамой Беатрис. Тётя Женевьева закружилась в золотисто-розовом атласном платье, а в её распущенных волосах раскрылись нежно-розовые цветы. Мама в переливающемся бирюзовом наряде ощупывала венец из синих цветов, украшающий короткие светлые волосы.

Девочки с изумлением наблюдали за этим преображением.

– Октавия, ты следующая, – поманила девочку Соррель.

Октавия неподвижно стояла на месте, пока её наряд превращался в платье из жёлтой органзы[2] длиной по щиколотку. По лифу золотыми нитями были вышиты блестящие ключики, во французскую косу вплетены жёлтые цветы, а на ногах красовались атласные балетные туфельки.

Марта пришла в полный восторг от своего ярко-розового платья; образ завершал большой розовый цветок за ухом. Фелисити в газовом[3] изумрудном платье и с зелёными цветами в длинных чёрных локонах выглядела просто неотразимо.

Беатрис ждала своей очереди, улыбаясь преобразившимся родственницам. Соррель повела над ней волшебной палочкой, и снизу вверх стало медленно появляться платье цвета индиго с переходом в лазурно-голубой. Длинные струящиеся рукава заканчивались тёмно-синими манжетами. Лиф полыхал синими языками пламени, хитроумно вышитыми серебряными нитями. Голову с распущенными светлыми локонами украшал венок из синих цветов.

Соррель в замешательстве перевела взгляд с узора платья на свою палочку, в то время как остальные Блумы изумлённо уставились на Беатрис.

– Беатрис, ты такая красавица! – сказала Марта сестре, с восхищением рассматривая её платье.

С трудом оторвав глаза от языков пламени на талии, Беатрис вопросительно взглянула на Соррель, но та лишь пожала плечами.

– Я только взмахиваю палочкой, а магия сама решает, во что вас нарядить, – объяснила фея, а затем немного подумала и пробормотала: – Обычно она не допускает ошибок.

Прежде чем Беатрис смогла задать следующий вопрос, в дверь постучали, и в дверном проёме появилась голова Бриар.

– Только посмотрите! Все одеты, как и подобает при королевском дворе. Мужчины уже ждут вас, – с улыбкой сказала она и шире распахнула дверь.

В коридоре с очень неловким видом стояли дядя Кит и отец. Отто в тёмно-оранжевой тунике, вышитой ключиками, как и платье Октавии, напротив, был совершенно спокоен и выглядел довольным собой.

Дядя Кит изумлённо распахнул глаза, когда тётя Женевьева направилась к нему в платье такого же цвета, как и его туника.

Отец Беатрис с гордостью протянул руку маме. Их наряды тоже сочетались между собой. Улыбнувшись дочерям, Пирс повёл жену по коридору.

Бабушка и тётя Клара обменялись восторженными взглядами и последовали за двумя парами. Октавия и Отто двинулись за ними, склонившись друг к другу и обсуждая узор в виде ключей на своей одежде. Марта и Фелисити взялись за руки и обернулись к притихшей Беатрис.

– Ты идёшь? – спросила Фелисити.

Кузина вздрогнула.

– Ах да, – пробормотала она, подходя к Марте с другой стороны, и три девочки поспешили догнать остальных.

Бриар и Соррель привели семью в тронный зал.

Королева Розина и её муж король Ллиффант восседали на роскошных хрустальных тронах. Айра, белая зайчиха королевы, сидела между ними, глядя на правителей Сказочной страны умными лавандовыми глазами. Когда Блумы вошли, король и королева поднялись на ноги, и король медленно, почти как амфибия, подмигнул детям, а те ответили ему широкими улыбками.

Королева Розина оглядела наряды гостей и удовлетворённо улыбнулась, с восторгом хлопнув в ладоши:

– Превосходно!

Увидев платье Беатрис, она едва заметно нахмурилась, но сразу же отвела глаза.

В зал впорхнула ещё одна фея.

– Девочки! Отто! – радостно поприветствовала она Блумов и направилась к ним, трепеща радужными крыльями.

Беатрис ещё никогда не видела такого красивого платья: перламутровая ткань, расшитая золотыми вьющимися лозами и цветами, переливалась всеми цветами радуги. Кудрявые бирюзовые волосы феи спадали почти до пояса, а медные пряди, означающие королевское происхождение, были убраны назад цветочными гребешками. На её голове блестела золотая диадема.

– Принцесса Эвони! – воскликнула Октавия и попыталась сделать реверанс, но оступилась, так что Эвони пришлось поймать её в свои объятия.

Принцесса обняла других девочек и Отто, а затем остановилась перед тётей Женевьевой, которая представила ей остальных членов семьи.

– Ита-а-ак, вы с Сореном женитесь? – с задорной улыбкой спросила Октавия.

Эвони зарумянилась.

– Он словно околдовал меня, – застенчиво улыбаясь, ответила она. – Сорен и другие гости ждут нас под Деревом Согласия. Ваше сопровождение будет для меня честью.

Четыре девочки и Отто просияли.

– Встретимся там, дочь моя. – Королева Розина сжала ладони принцессы, а король с гордостью посмотрел на неё. – Не мешкай, – добавила королева, и Беатрис показалось, что всего на мгновение её взгляд затуманился.

Эвони сделала глубокий вдох, стараясь унять волнение, и, наконец, кивнула. Король с королевой повели бабушку, тётю Клару, тётю Женевьеву, дядю Кита, маму и папу из зала.

– Готова? – спросила Фелисити у Эвони.

Принцесса расправила крылья и засмеялась. Вручив девочкам и Отто по корзине цветочных лепестков, она вывела их из замка в освещённый луной двор, где ждали хрустальные сани, запряжённые шестью золотыми единорогами, на чьих сияющих головах красовались радужные рога.

– Ах! – дружно выдохнули дети.

– Это личные единороги моей мамы, прямиком из королевских конюшен, – объяснила Эвони, пока Марта и Фелисити помогали ей забраться в сани.

Остальные сели следом и накрылись мягкими одеялами. Когда сани с толчком тронулись и пролетели под воротами, звеня колокольчиками на упряжи, девочки радостно засмеялись. Возница-эльф в радужном плаще королевской стражи направил единорогов по скользкой дороге.

Беатрис с восторгом наблюдала за сонмами светлячков, которые кружили по обе стороны дороги, создавая вокруг них мерцающий коридор. Приятная мелодия манила их вперёд, и единороги бодро бежали по снегу. Сани пронеслись через Блумсвилл: ликующие феи размахивали знамёнами и бросали пригоршни цветочных лепестков вслед почётным гостям.

Беатрис вытянула шею, чтобы хотя бы одним глазком взглянуть на загон для единорогов. Заметив это, Эвони положила ладонь ей на руку.

– Единороги будут ждать вас около Дерева Согласия, чтобы после церемонии отвезти обратно в замок, – с улыбкой сказала принцесса.

– А что такое «день наречения»? – вставил Отто. – То же самое, что и день рождения? – На его веснушчатом лице отразилось смятение – он понял, что думает вслух.

Сани свернули налево от деревни и стали подниматься по заснеженному холму. Эвони склонила голову и объяснила:

– Это день, когда мне было даровано имя, и мои феи-крёстные преподнесли мне волшебные подарки. Мама посчитала, что это подходящий день для вступления в брак, поэтому мы ускорили приготовления, – добавила она со снисходительной улыбкой.

– Чудесно, – улыбнулась Марта, которую явно тронула эта романтическая история.

Они уже подъезжали к раскидистому дереву, покрытому тысячами цветов и сверкающему мерцающими огоньками. Приглядевшись, Беатрис увидела разноцветных бабочек, пчёл и колибри, держащих крошечные фонарики.

Вокруг дерева собралась толпа фей и эльфов в блестящих пышных нарядах, с трепещущими на лёгком ветру крыльями. Когда сани остановились, Эвони сошла на землю, и девочки с Отто последовали за ней.

Ступая по усыпанному лепестками золотому ковру, принцесса двинулась к беседке под деревом, где её ждали Сорен и родители. Беатрис с улыбкой наблюдала, как Эвони и Сорен встретились взглядами, но этот счастливый миг был разрушен внезапным пронзительным криком, эхом отразившимся в холмах.

3
Пламенные сердца

– Осторожно! – воскликнул Сорен.

Эвони резко развернулась, машинально потянувшись за луком и стрелой. Осознав, что оружия у неё нет, она издала досадливый вопль и заслонила собой детей – как раз в тот самый момент, когда перед ними выросла тёмная фигура.

Жаркая волна обволокла Блумов, раздув полы одежды. Ужас пробежал по всему телу Беатрис, когда иссиня-чёрный единорог с узором в виде серебряных молний, вспышек и звёзд встал на дыбы. На его исполосованной двумя страшными шрамами спине сидел грозный маг: его рыже-чёрные волосы полыхали в воздухе, как тревожное пламя, а на расправленных чёрных крыльях алели рубиново-красные прожилки.

Позади него полукругом выстроились жуткие существа с огнём в вытянутых руках. Каменные лица, словно вырубленные из угля, походили на маски.

– Огненные бесы! – прошептал Отто, стоящий слева от Беатрис.

В прошлый раз, когда дети были в Сказочной стране, армия огненных бесов находилась под командованием Незрины.

Тёмный маг с усмешкой перевёл взгляд с Эвони на Сорена, который бросился вперёд и встал рядом с невестой.

– Ты мне не противник, конюх! – с презрением произнёс незваный гость, объезжая группу и скользя взглядом по лицам детей. Однако он быстро потерял к ним всякий интерес и повернулся к королю и королеве, которые тоже вышли вперёд. Фиалковые глаза королевы Розины прожгли злого мага испепеляющим взором, и она направила на него свой посох.

– Как ты смеешь прерывать наш праздник, Риад? Тебя не приглашали! – произнесла она жгучим, как хлыст, голосом.

– Да? И совершенно напрасно. Собственно говоря, я должен быть женихом на этой свадьбе. Разве принцесса не была обещана мне много лун назад? Неужели ты забыла? – тихо ответил Риад. Толпа удивлённо вздохнула. – Время вышло.

Когда смысл его слов дошёл до всех присутствующих, король Ллиффант повернулся к королеве Розине.

– Что он имеет в виду, Рози? – вполголоса спросил король, взяв жену за руку.

На лице королевы застыла маска ужаса. Она посмотрела на мужа и повернулась к бледной как полотно дочери, которая ждала ответа матери.

– Действительно, у нас был уговор: если в свой двадцать первый день наречения она не выйдет замуж до полуночи, то достанется тебе, Риад, – неохотно выдавила из себя королева с отвращением в голосе.

– Мама! – ужаснулась Эвони. – Как ты могла решать мою судьбу без моего участия и тем более обещать этому чудовищу? – Она бессильно оперлась на Сорена, и осознание предательства матери исказило её утончённые черты.

Король Ллиффант ошеломлённо взглянул на жену, а затем сделал шаг вперёд и встал перед Риадом.

– Я понятия не имею, что заставило мою жену согласиться на это безумие, но знай: ты никогда не женишься на моей дочери! – Голос короля звучал тихо, но в нём чувствовалась железная уверенность.

Риад насмешливо смотрел на него сверху вниз; его тёмный единорог беспокойно бил копытами землю, высекая искры.

– И как ты мне помешаешь? – самодовольно процедил маг. Камень на конце посоха, который он держал в левой руке, светился красным, как тлеющие угли костра.

Бесы одновременно выступили вперёд, и языки пламени в их руках взметнулись вверх. Король Ллиффант не двигался с места. Напряжение, повисшее в воздухе, сгустилось как дым.

Беатрис с тревогой взглянула на сестёр, но в следующий миг, когда старшие Блумы окружили детей, закрывая их от незваного гостя, она ощутила успокаивающее присутствие родителей.

По бледному лицу королевы Розины медленно текли перламутровые слёзы. Она крепко взяла Эвони за руку.

– Ты должна понять: я была в отчаянии, – задыхаясь оправдывалась она. – Когда твой отец исчез, пав жертвой проклятия Незрины, я даже не знала, что с ним случилось. Я боялась за твою безопасность и за благополучие королевства. Лорд Риад пришёл ко мне в момент слабости и пообещал защитить всех нас, если Незрине удастся обрести силу и забрать у меня власть. Я думала, что к этому времени ты уже счастливо выйдешь замуж!

Эвони смотрела на мать. Слёзы жалости и гнева угрожали пролиться из глаз необычного фиолетово-зелёного цвета. Она высвободила свою руку и, ошеломлённая внезапной догадкой, произнесла:

– Так вот почему ты так торопила меня со свадьбой!

На красивом лице Сорена отразилась горечь, и он крепко прижал Эвони к себе.

– Это не единственная причина: мы созданы друг для друга. Сердцем ты это знаешь! – с жаром сказал он, глядя ей в глаза.

Эвони отвернулась от него.

– Почему моей судьбой распоряжаются все, кроме меня? – с грустью пробормотала она и приложила руку к груди. – Сердце словно в огне, – слабо добавила принцесса и покачнулась.

По толпе пронёсся испуганный вздох. Сорен бросился к своей невесте и поймал её до того, как она упала на заснеженную землю.

– Она вся горит! – воскликнул он.

Риад разразился хохотом, на его лице застыло злорадное выражение. Его посох обратился в пылающий факел, который он направил на Эвони. Сорен старался удержать принцессу, но его руки покраснели из-за жара, который она источала. Резко наклонившись вперёд, Риад одним движением вырвал Эвони из объятий жениха и бросил её на спину единорога.

– Нет! – одновременно вскрикнули Сорен, королева Розина и король Ллиффант.

Королева направила свой посох на Риада, но луч радуги не достиг цели: единорог развернулся и ускакал прочь, брызгая искрами из-под чёрных копыт. Армия бесов метнула огненные шары в Дерево Согласия и последовала за своим предводителем. Королева Розина встретилась глазами с Айрой. Вертя белоснежными ушами, зайчиха ринулась к дереву, и снежный вихрь потушил пламя, прежде чем оно успело охватить всё дерево.

Беатрис ощутила, как внутри неё поднимается волна жара. Обернувшись, она поймала на себе взгляд Церулеуса, который спокойно стоял в окружении других разноцветных единорогов. Он мотнул головой и подбежал к девочке. Беатрис забралась ему на спину, а Сорен уже вскакивал на своего единорога, Эмбера.

– Беатрис, что ты делаешь? – крикнул отец, бросаясь наперерез Церулеусу.

– Я должна… обязана помочь Эвони! – ответила девочка. Она не могла допустить, чтобы Эвони пострадала от колдовства, как это случилось с ней. Аккуратно объехав отца, Беатрис галопом припустила следом за Сореном.

Крики за спиной заставили её обернуться. Марта и Фелисити тоже оседлали единорогов и быстро догоняли её. Октавию и Отто крепко держали родители: близнецы пытались вырваться, а их волшебные помощники лихорадочно сновали у них под ногами.

Над заснеженной долиной разнёсся голос королевы:

– Хранители ключа, вы должны остаться и поверить в нас больше, чем когда-либо. Ваша вера придаст мне сил, чтобы спасти Эвони!

Беатрис увидела, как Октавия и Отто перестали сопротивляться и повисли на руках родителей, а её мать протянула к ней руки, умоляя вернуться. Девочка обратилась лицом к дороге и погнала Церулеуса вперёд.

Она проехала под низкой веткой, на которой сидели два ворона: тот, у которого были серебряные крылья, громко закаркал, и эти звуки напомнили ей злобный смех. От взгляда пронзительных глаз птицы Беатрис вздрогнула, охваченная дурным предчувствием. Отбросив его, девочка попыталась нагнать Сорена, который прокладывал дорогу в снегу. Бесы метали огненные шары под копыта Эмбера, и единорог отскакивал то в одну, то в другую сторону, раздувая ноздри от напряжения.

Оба ворона поднялись в воздух и с громким карканьем полетели вслед за Риадом.

– Беатрис, подожди! – окликнула сестру Марта. – Мы должны держаться вместе!

Поборов безотчётное желание скакать дальше, Беатрис немного замедлилась, чтобы сестра и кузина могли её догнать. Обменявшись угрюмыми взглядами, девочки помчались вперёд, не выпуская Сорена из поля зрения. Постепенно засыпанная снегом трава уступила место хорошо протоптанным тропинкам, которые вились между высокими деревьями.

Далеко впереди Риад пересёк мост из чёрного камня и начал подниматься по спиральной дороге, ведущей к красному замку на высокой скале. Сорен и девочки с отчаянием наблюдали, как ворота открылись, пропуская Риада с Эвони, а затем с лязгом закрылись, отрезая дорогу к замку. Огненные бесы рассредоточились по мосту, преградив Сорену путь. Эльф зарычал от ярости и, развернув Эмбера, поскакал навстречу Беатрис, Марте и Фелисити. Он жестом указал в сторону рощицы с изогнутыми деревьями, и девочки стремительно двинулись туда.

– Зачем вы последовали за мной? – спросил их Сорен, проводя усталой рукой по вспотевшему лбу. – Это очень опасно.

– Сорен, один вы не справитесь, – ответила Фелисити, и на её лице отразилось беспокойство. Она сорвала чёрную лозу с ближайшего дерева и принялась умело заплетать волосы. Опустив глаза, девочка заметила, что к седлу её единорога, Эмерод, приторочены лук и колчан с хрустальными стрелами, которые ей подарили во время прошлого визита. – По крайней мере, у нас есть оружие, – сухо добавила она.

Сорен уставился на красный замок вдалеке.

– Как же туда попасть? – пробормотал он, обращаясь скорее к самому себе.

– Мы что-нибудь придумаем, – уверенно произнесла Марта, при этом беспомощно глядя на сестру.

Беатрис по-прежнему ощущала тепло внутри себя и знала, что нужно действовать – и как можно скорее! Оглядевшись вокруг, она увидела бегущую между деревьями речку; к берегу был привязан плот. Девочка направила Церулеуса к воде, чтобы определить направление течения.

Хриплый голос, внезапно раздавшийся из тени, заставил её вздрогнуть.

– Коли хочешь прокатиться на моем плоту – гони монету.

Сорен немедленно подъехал к речке и всмотрелся во мрак.

– Кто здесь? – спросил он.

Седой бобр вразвалку вышел из темноты, хрустя большой охапкой листьев.

– Кастор я, – представился он.

Сорен настороженно смерил его взглядом.

– Можешь отвезти нас к замку? – спросил он бобра.

Кастор посмотрел в сторону красной крепости.

– К замку Блейз? А что у вас там за дело? – протянул он, сосредоточенно пережёвывая зелень.

– Риад похитил мою невесту, принцессу Эвони, – объяснил ему Сорен надломившимся от волнения голосом.

– Вот как? – произнёс Кастор, задумчиво поднимая глаза к небу. – Да уж, слыхал я про свадьбу. Ты, что ли, жених?

Сорен рассердился.

–Да. По крайней мере, это должен был быть я. Так что, отвезёшь нас к замку или нет?

Кастор фыркнул.

– А ты не пыли. Прыгайте, подсоблю подобраться поближе. – Он повёл лапой в сторону плота.

Сорен и девочки осторожно завели единорогов на плот и поставили в центре. Плот заметно просел под их весом, но Кастор невозмутимо оттолкнул его от берега корявой палкой и повёл вниз по течению под прикрытием склоняющихся над водой деревьев.

Вдруг перед ними вспыхнула радужная арка, и в руке у Сорена появился свиток. Эльф мрачно взглянул на него, но всё же развернул и прочитал вслух:

– «Король и королева вернулись в замок Энвис, чтобы собрать стражу. Армия выступит к замку Блейз на рассвете. Ваши родные в безопасности и будут ждать в замке. Королева умоляет вас не вступать в бой и держаться в тени». – Читая последнее предложение, Сорен язвительно поднял бровь и криво усмехнулся.

Девочки замотали головами.

– Мы должны помочь! Эвони поступила бы так же, попади мы в беду, – с жаром произнесла Беатрис.

– Так и думал, что вы это скажете, – ответил Сорен. – Только прошу слушаться меня! – Он пристально посмотрел на девочек и дождался, пока они кивнут в знак согласия, прежде чем повернуться к Кастору, который указывал вдаль своей тростью.

– Видите, где ручей близёхонько подходит к пещере под замком? Там Дорана и найдёте. Уж сколько лет он прячется под самым носом у его светлости. – Кастор захихикал.

– А кто это, Доран? – полюбопытствовала Марта.

– Колдун его светлости. Давненько уж его выгнали. Он, видите ли, отказался сыскать для Незрины такое заклинание, чтобы она прибрала к рукам Сказочную страну, – объяснил Кастор.

– Незрина. – Беатрис передёрнуло, и она взглянула на Марту, которая с волнением закусила губу.

Кастор посмотрел на девочек.

– Видать, вам довелось иметь дело с её высочеством, – проворчал он.

– Можно и так сказать, – пробормотал Сорен, поглаживая дрожащие бока Эмбера и наклоняя голову, чтобы не задеть низкую ветку.

Речка побежала быстрее, и единороги с трудом сохраняли равновесие.

– Ещё чуток вперёд, держитесь. – Кастор ловко управлялся с палкой, отталкиваясь от берега и умело огибая поворот, ведущий к входу в пещеру, зияющему в чёрной скале.

Высоко над их головами нависал мост, по которому проскакал Риад. Огненных бесов нигде не было видно.

Кастор плавно вёл плот вниз по течению, которое казалось чёрным в темноте пещеры. Когда они подплыли к входу в пещеру поменьше, по обеим сторонам от них вспыхнули огни.

– Тут я с вами распрощаюсь, – прошептал Кастор. – Доран – старик сварливый.

Сорен вывел Эмбера с плота на тропинку, девочки последовали за ним.

– Спасибо, Кастор. Как мне отплатить тебе за помощь? – спросил эльф.

Бобр пожевал свои листья.

– Пока не надо ничего. Сочтёмся, когда спасёшь свою мамзель. – Он наклонил голову и стал толкать свой плот к выходу из пещеры.

– Ему можно доверять? – тихо спросила Фелисити, и Беатрис вспомнила, как во время летних приключений хорёк Уоттл предал их, заманив в ловушку Незрины.

– Думаю, да, – ответил Сорен, направляя Эмбера через арку, ведущую к следующей пещере. – В конце концов, разве у нас есть выбор?

4
Колдун

Едва Сорен въехал в соседнюю пещеру, как у него перед лицом вспыхнуло зелёное пламя. Напуганный Эмбер встал на дыбы и громко заржал.

– Тише! – постарался успокоить единорога Сорен, пока из отверстий в стене вырывались всё новые и новые вспышки.

– Говорите, зачем явились! – потребовал голос, эхом отразившийся в пылающей пещере.

– Нам нужна ваша помощь, чтобы попасть в замок Блейз! – ответил Сорен, перекрикивая гул огня. – Нас привёз Кастор!

– Этот непутёвый бобр крупно мне задолжал, – пробормотал голос. – Полагаю, он сбежал?

– Да, мы пришли без него, – подтвердил Сорен.

Пламя ослабло, превратившись в едва заметное мерцание, и эльфу наконец удалось успокоить своего единорога.

Всё это время девочки ждали у входа в пещеру, сбившись в кучку на своих испуганных единорогах. Теперь они смогли выступить вперёд и встать по обеим сторонам от Сорена. Шаркая ногами, из темноты вышла фигура в рваном чёрном одеянии и с выцветшей рыжей бородой почти до земли. Крылья, на вид почти как у стрекозы, быстро расправились и снова опустились за спину старика.

– Меня зовут Доран. Чем я могу помочь? – спросил колдун. Его янтарные глаза сверкали в свете огня.

– Я Сорен Брайтвинг из Блумсвилла, а это Беатрис, Марта и Фелисити Блум из мира людей. Риад похитил принцессу Эвони, и мы пришли спасти её, – объяснил Сорен. – Не могли бы вы помочь нам проникнуть в замок?

Доран перевёл взгляд с эльфа на трёх девочек.

– Вам? Вас ведь всего четверо. Вы не справитесь с лордом Риадом. Когда-то я был его наставником, но теперь он вступил в союз с Незриной и познал тонкости чёрной магии, – качая головой, проговорил колдун.

– Королева Розина со своей армией будет здесь на рассвете. Нам нужно пробраться к Эвони, пока войско отвлечёт Риада, – сказал Сорен.

Доран опустил взгляд в глубокой задумчивости.

– Есть один способ, – медленно произнёс он и, глядя на девочек, поинтересовался: – Кто-нибудь из вас владеет магией? – Он остановил взгляд на Беатрис. – Ты… ты обладаешь силой. Я чувствую это.

Беатрис ощутила, как кровь отхлынула от её лица, а ладони стали липкими от пота. Она отрицательно покачала головой.

– После того, что случилось в прошлый раз, я больше не буду использовать магию.

Уловив её страх, Церулеус вскинул передние ноги.

– Тебе просто надо понять, как ею пользоваться, девочка. Если научишься правильно обращаться с магией, то больше не будешь её бояться. Возможно, это единственный способ спасти вашу принцессу, – ответил Доран. В его старческих глазах читалось сочувствие.

Беатрис взглянула на Марту: настороженное выражение лица сестры отражало её собственные опасения. Наконец, Марта кивнула.

– Я верю в тебя, Беатрис. Ты справишься. – Она сжала руку сестры, а Фелисити ободряюще улыбнулась.

– Я научу девочку нужному заклинанию, и она поможет мне открыть портал, ведущий в замок. Остальное будет зависеть от тебя, – сурово сказал колдун Сорену. Он повёл волшебной палочкой, и перед ними появились три стула вместе со столом, накрытым к чаю и заваленным медовыми кексами. – Моя мать – кухонная фея, – объяснил Доран, заметив удивлённые взгляды гостей. – Садитесь и поешьте, пока я буду учить девочку.

Беатрис соскользнула с единорога и пошла за Дораном в соседнюю пещеру, заполненную книгами, свитками, котлами и склянками с эликсирами. Церулеус, который не смог протиснуть своё массивное тело сквозь узкий проход, беспокойно заржал ей вслед.

– Он очень предан тебе. Это могучий единорог – неудивительно, что вы с ним подружились, – заметил Доран, перебирая связку свитков.

Беатрис оглянулась и мысленно попросила Церулеуса вернуться к Сорену. Он заглянул ей в глаза и выразительно покачал головой, из-за чего девочка невольно рассмеялась. Она не стала настаивать и позволила ему стоять на страже у входа, а сама пошла рассматривать ворох рисунков на пергаменте, предположив, что Марте будет интересно на них взглянуть. Сестра очень хорошо рисовала: она пошла в прадедушку, который в своё время был знаменитым художником.

– Нет, не этот… – пробормотал Доран себе под нос. – А, вот он! – Колдун радостно выудил из кучи нужный свиток. Помахав им в воздухе, он поманил Беатрис за стол, сделанный из огромной сланцевой плиты, и быстрым движением руки зажёг оплавившиеся свечи.

– Разве для этого не нужен посох или волшебная палочка? – удивилась Беатрис, внимательно глядя на колышущееся пламя.

Доран усмехнулся.

– Я колдун – магия внутри меня. – Он пристально посмотрел на Беатрис. – Я давно научился управлять ею без подручных средств.

Беатрис оторвалась от дрожащего пламени и с ещё большим уважением взглянула на старого волшебника. Он отвернулся от неё и взял в руки видавшую виду палочку с сапфировым камнем на конце.

– Вот тебе подарок. Она поможет тебе направлять свою магию, – сухо проговорил он.

– Спасибо, Доран, – ответила Беатрис, принимая волшебную палочку из его рук. Синий камень мгновенно вспыхнул и начал пульсировать.

– Так я и думал. – Доран кивнул. – А теперь закрой глаза и представь, что вся сила сосредоточилась внутри тебя, будто шар.

Она выполнила его указания. Перед её мысленным взором возник яркий мерцающий шар синего света. Беатрис вспомнила, как Незрина пыталась исторгнуть из неё эту силу, и поначалу девочку чуть не охватила паника. Тогда она сделала глубокий вдох и попробовала управлять светом. Синий цвет успокаивал её: не тот тёмно-синий, какой пробудила в ней злая фея, а более светлый оттенок, казавшийся Беатрис знакомым, приятный её душе. Она сосредоточилась на этом внутреннем свечении, не позволяя ему разрастись и отвечая нахлынувшему на неё приливу уверенности.

– Не спеши. Представь, что магия движется по твоей руке и перетекает из неё в палочку, – наставлял девочку Доран.

Беатрис почувствовала, как по её левой руке разливается тепло. Мерцающий шар вырвался из её сознания, беспрепятственно проскользнул по венам и вырвался наружу через палочку. Беатрис с резким вздохом открыла глаза: из кончика палочки исходило синее пламя.

Когда жар стал совсем нестерпимым, она вскрикнула и разжала пальцы. Церулеус яростно заржал и принялся бить копытом землю, мотая величавой головой и неистово размахивая синей гривой. Как только палочка коснулась земли, пламя мгновенно погасло, а сапфир померк.

– Беатрис, что с тобой? – крикнула Марта, стараясь протиснуться мимо Церулеуса.

Доран похлопал Беатрис по руке.

– Всё в порядке. Ей просто нужно научиться управлять своим даром, – небрежно ответил он, когда Марта наконец прорвалась в пещеру и поспешила обнять сестру.

Беатрис сильно трясло, и она с радостью обхватила руками сестру, словно та была спасительной соломинкой.

Марта отступила назад и воскликнула:

– Беатрис, посмотри, что случилось с твоим платьем! – Она с удивлением разглядывала узор.

Теперь языки пламени покрывали всё платье целиком. На мгновение Беатрис показалось, что они колышутся в свете свечей.

Доран задумчиво оглядел её с головы до ног.

– Вот так платье… это воистину необычная магия, – произнёс колдун и медленно нагнулся за палочкой, а затем вручил её Беатрис. – Ещё раз, – сказал он.

Марта перевела взгляд с сестры на колдуна, ободряюще потрепала Беатрис по руке и вышла из пещеры, взволнованно оглянувшись напоследок.

Беатрис кивнула Дорану, но всё же улучила минутку, чтобы подойти и успокоить Церулеуса. Единорог положил голову ей на плечо, и постепенно его глубокое, тревожное дыхание стало выравниваться. Беатрис, которой передалось его спокойствие, решительно вернулась к колдуну.

На этот раз она была готова. Когда в её сознании возник светящийся шар, она плавно повела его вниз по руке. Всё её тело наполнилось теплом, и, открыв глаза, она улыбнулась мягкому голубому сиянию, исходившему от кончика палочки.

– Вот так! – подбодрил её Доран. Через несколько мгновений он сказал: – Достаточно. Отдохни и поешь чего-нибудь.

Беатрис светилась от счастья. Она чувствовала себя прекрасно: совсем не так, как под влиянием разрушительной, всепоглощающей силы, которую пробудила внутри неё Незрина. Сейчас всё было совсем иначе. Девочка с благодарностью улыбнулась Дорану и присоединилась к своим спутникам, не забыв погладить Церулеуса.

Марта и Фелисити с тревогой взглянули на сестру, но, увидев её улыбку, с облегчением вздохнули и заулыбались в ответ. Когда колдун появился в сводчатом проходе, Сорен вопросительно поднял бровь.

– Она готова, – коротко ответил Доран и подмигнул своей ученице.

Беатрис с благодарностью приняла густо намазанный мёдом ломоть хлеба и жадно проглотила его.

– Кто такой лорд Риад? – спросила Марта. – В прошлый раз мы ничего о нём не слышали.

Сорен скривил губы, но всё же позволил Дорану ответить.

– Давным-давно существовали два волшебных двора: Свет и Тьма. Само собой, предки королевы Розины принадлежали к Свету и всегда управляли Сказочной страной. Тьма беспрестанно боролась за власть, и война между двумя дворами не прекращалась, пока Тьма не понесла большие потери, включая мать Риада, и не призвала к перемирию. Свет согласился, и на долгое время между дворами воцарился мир. Лорд Риад и его родители были последними в роду правителей Тьмы. Королева Розина и отец Риада жили в согласии, и королева позволила им остаться в замке Блейз при условии, что они не развяжут ещё одну войну. – Доран замолчал и отпил из своей кружки.

Беатрис была заинтригована новым эпизодом из истории Сказочной страны; кроме Незрины и её стражников, все жители волшебного королевства, которых они встречали до сих пор, были добрыми и дружелюбными.

– Но лорд Риад с самого детства был одержим властью. Он презирал королеву Розину и её двор. По этой причине он постоянно ссорился с отцом. После смерти старого лорда остановить Риада стало некому, и когда он вступил в союз с Незриной, то бесповоротно встал на путь зла, – с грустью закончил Доран. – Его отец доверил мне присматривать за парнем, но я не смог увести его с дурного пути. В конце концов я отказался участвовать в его предательских замыслах, и он прогнал меня.

– Но почему королева Розина согласилась заключить с ним договор? – растерянно спросила Фелисити.

Доран выглядел потрясённым.

– Она бы ни за что не стала… – начал он.

Сорен устало провёл рукой по лицу и взглянул на колдуна.

– И всё же она это сделала. Вероятно, Риад втёрся к ней в доверие после того, как король исчез.

Доран обречённо вздохнул.

– Конечно. Риад всегда умел наносить удар в момент слабости. – Он встал и обратился к Беатрис: – Если ты готова, то давай преподнесём ему урок смирения.

Беатрис кивнула, и они с колдуном вернулись в маленькую пещеру. Доран развернул свиток и принялся неразборчиво и монотонно бормотать что-то себе под нос, пока в его руке не запылал красный шар. Когда он кивнул, Беатрис закрыла глаза и сосредоточилась; её волшебная палочка снова засветилась голубым сиянием. Доран направил свой красный шар в её сторону, и алый свет слился с голубым. Колдун продолжал произносить непонятные слова, и постепенно его голос становился громче. По пещере пронёсся ветер, взметнувший волосы Беатрис. Вихрь закручивался всё быстрее и быстрее, пока в каменной стене не образовался пульсирующий проём.

В арке прохода появились Сорен, Марта и Фелисити.

– У вас получилось! – воскликнул Сорен, подбегая к Беатрис и Дорану.

Колдун кивнул.

– Этим путём вы сможете попасть в мою старую кладовую в замке Блейз. Не имею представления, как она используется сейчас, так что будьте осторожны, – предупредил он.

– А как же единороги? – спросила Фелисити.

– Я присмотрю за ними. Портал скоро закроется, поэтому вам нужно торопиться, чтобы не застрять в замке. Найдите свою принцессу и быстро возвращайтесь. Вот эта вещица покажет вам, сколько времени у вас осталось. – Доран вручил Сорену сияющий красно-оранжевый камень. – Когда он начнёт мерцать, поворачивайте к порталу. – Колдун нахмурился, кустистые брови почти скрыли янтарные глаза. – А это вам не понадобится. – Он указал на их бархатные плащи.

Сорен кивнул, снял плащ и положил его на спину Эмбера, прощаясь с единорогом. Девочки поступили так же. Фелисити отстегнула лук и колчан со стрелами от седла Эмерод и перекинула их через плечо.

Беатрис протянула волшебную палочку Дорану, но колдун покачал головой.

– Теперь она твоя, но используй её разумно, – сказал он девочке.

Беатрис взглянула на палочку. Её терзали противоречивые чувства, но, в конце концов, победила храбрость; девочка сунула волшебную палочку в карман платья и следом за остальными направилась к порталу. Церулеус заржал в знак протеста, и Беатрис встретилась с ним глазами, надеясь, что единорог понял её молчаливое сообщение: она скоро вернётся.

Сорен вытащил короткий меч, висевший у него на поясе, и бросился в проём. Фелисити и Марта последовали за ним. Беатрис в последний раз посмотрела в глаза Церулеусу и тоже ступила в портал.

Её будто бы окутало жидкое серебро: оно волнами струилось по рукам и стискивало грудь, затрудняя дыхание. Поток тёплого воздуха оповестил их о прибытии в замок Блейз. Когда девочка выбралась из портала и догнала своих спутников у арочной двери, жара заметно усилилась.

Сорен приложил палец к губам и пропустил девочек вперёд. Они вышли в пустой каменный коридор, стараясь не касаться раскалённых стен и обходить трещины в полу, из которых шёл густой пар.

– Должно быть, мы глубоко под землёй, – заметил Сорен, оттягивая ворот туники. Пот катился по его лицу.

Девочки в тяжёлых зимних платьях с трудом переставляли ноги. От жары их стало клонить в сон.

– Нужно подняться наверх, – задыхаясь, проговорила Марта и указала на каменные ступени, вытесанные в красной скале.

Сорен повёл их вверх по лестнице. Туфли с кожаными подошвами бесшумно ступали по камням. Фелисити молча наложила хрустальную стрелу на лук. Поймав её взгляд, Беатрис вынула из кармана волшебную палочку и тоже приготовилась к нападению. Марта шла последней, отрывисто и нервно дыша.

Пока они поднимались по спиральным ступеням, минуя узкие окна, прорезанные в стене башни, сверху подул прохладный ветерок. Остановившись, чтобы вдохнуть свежий воздух, Беатрис выглянула в окно. Далеко внизу виднелся ров с лавой, окружающий замок.

Взглянув на светящийся камень, Сорен прошептал:

– Скорее, Беатрис!

Она поспешила догнать Фелисити. Когда друзья добрались до последнего витка лестницы, над их головами раздались голоса.

– Ты выполнила свою часть сделки, это правда. – До них донёсся задумчивый голос Риада и возмущённое карканье ворона. – Если бы не ты, я бы никогда не узнал о бракосочетании принцессы с этим фермером, – продолжил хозяин замка.

Сорен на цыпочках вышел в коридор. Путь был свободен, но у входа в большой зал, откуда доносился голос, стояли два стражника.

Эльф поймал взгляд Беатрис и жестом указал на волшебную палочку, которую она сжимала в руке. Сделав глубокий вдох, девочка собрала всю свою силу и направила её в палочку. Сорен кивнул, и они всем отрядом ворвались в коридор.

Беатрис навела палочку на стражников и сбила их с ног. Вспышка света отбросила их в дальнюю часть зала, где они, упав, замерли возле помоста.

Риад с грозным лицом поднялся со своего рубиново-красного трона, гневно сверкая глазами. Два ворона со зловещим карканьем взлетели под потолок. Эвони, одетая в тёмно-красное, почти чёрное платье, сидела на втором троне и неподвижным взглядом смотрела в пространство.

Стрела Фелисити выбила посох из руки Риада. Зарычав, он спрыгнул с помоста и завопил:

– Огненные бесы!

Сорен бросился вперёд, чтобы перехватить его, пока он не добрался до Фелисити. Направив меч в грудь тёмного мага, он посмотрел ему прямо в глаза и стальным голосом произнёс:

– Я пришёл за своей женой.

– Она не твоя жена и никогда ею не будет, – криво усмехнулся Риад, глядя на эльфа сверху вниз.

Сорен нахмурился, не отводя своё оружие от противника, в то время как Марта и Беатрис подбежали к Эвони. Они помогли принцессе подняться и повели её к выходу. Стоявшая на страже Фелисити крикнула:

– Огненные бесы приближаются!

Сорен с тревогой перевёл взгляд с Эвони на Риада, который наблюдал за разворачивающейся сценой с насмешливой улыбкой.

– Беатрис, ты можешь их остановить? – крикнул эльф.

Передав Эвони подбежавшей на смену Фелисити, Беатрис робко кивнула.

– Постараюсь.

Она выбежала в коридор, собрала все свои силы и, ощутив, как тело наполняется магией, выпустила её на волю. Из кончика волшебной палочки вырвались два сияющих голубых крыла и поглотили приближавшихся огненных бесов.

За спиной послышались крики и звон мечей.

– Отведите Эвони к порталу! – задыхаясь, крикнул Сорен.

Исходящий от Беатрис поток света рассеялся. Пламя, исходившее от огненных бесов, было потушено, и опасные создания пытались встать на ноги. Оглянувшись, девочка увидела, что Фелисити и Марта уже довели Эвони до лестницы.

– Пойдём, Беатрис! Не отставай! – окликнула её Марта.

Беатрис колебалась, глядя на Сорена, яростно сражавшегося с лордом Риадом, которому всё-таки удалось выхватить свой хрустальный меч. Два ворона набросились на эльфа, обрушив на него яростные удары. Он пытался отбиться от птиц, одновременно парируя атаки Риада.

– Идите… ждите нас внизу. Я помогу Сорену, – сказала сёстрам Беатрис.

Те неуверенно переминались с ноги на ногу.

– Я спущусь сразу же вслед за вами, – заверила она.

Отвернувшись от девочек, Беатрис снова стала собирать силы. На этот раз их было меньше, и появились они не сразу. Сосредоточив остатки магии на кончике волшебной палочки, она направила их на Риада.

Удар пришёлся ему прямо в грудь. Тёмный маг согнулся, словно безвольная кукла, и упал, разметав рыжие волосы по полу. Ворон с серебряными крыльями закружил над Беатрис, прожигая её взглядом глаз-бусинок, а затем с разочарованным карканьем вспорхнул на одну из потолочных балок.

Сорен, тяжело дыша, взглянул на спасительницу.

– Спасибо, – удалось вымолвить ему. – А теперь уходим. – Свободной рукой он поднял над головой сияющий камень и выбежал из зала.

Беатрис бросилась вслед за ним.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Жатая ткань, или жатка,– ткань с особой фактурой, создающей эффект лёгкой помятости.– Здесь и далее прим. ред.

Вернуться

2

Органза – лёгкая ткань очень низкой плотности, благодаря чему её сравнивают с тонким стеклом.

Вернуться

3

Газ – полупрозрачная ткань, отличающаяся особой воздушностью.

Вернуться