Ольга Абрикосова
Лисохвост для дракона

Глава 1

Столица Империи. Черноград

– Бекки, Бекки, они смотрят на нас, смотрят! – шептала Тина. – Да осторожнее смотри, не пялься, как деревенская!

Острый локоть Тины ощутимо толкнул Бекки в бок. Девушка осторожно скосила глаза. Да, точно: за соседним столиком в ресторане «Черный Парус» сидели молодые мужчины в дорогих костюмах и беззастенчиво разглядывали Бекки и её подружку. Среди них выделялся высокий молодой дракон с острым лицом и высокими скулами. Длинная белая коса – знак высшего рода – была перекинута через плечо и украшена бриллиантами. Но куда ярче бриллиантов сияли сапфировые глаза.

– Это же Виттор Мечехвост! Ты знаешь, из какого он рода?

– Из рода Мечехвостов, очевидно, – улыбнулась Бекки.

– Да, и они – родня Императору!

– Я знаю. Но что нам за дело? Где мы и где они? – пожала Бекки плечами и потянула через трубочку дешевый коктейль. Самый дешевый в меню и все же пробивший ощутимую брешь в бюджете юной студентки. При том, что студентка эта была ведьмой. И почти закончила курс лечебного дела Императорской Магической Академии.

За соседним столиком тоже болтали.

– Симпатичные лисички, – заметил высокий брюнет с хищным лицом и темно-зелеными глазами. – Только их две, а нас – трое. Одну на двоих, Григор? Давай рыжую. Хотя белая тоже ничего.

– Проще к проституткам сходить, брат. Эти верещать будут, – ответил его собеседник, тоже черной масти.

– Валлент Кривоклюв, насилие над разумными запрещено Конвенцией по защите разумных существ от 1957 года от Рождества Великого, – заметил их светловолосый спутник.

– Виттор, ты зануда, – фыркнул Валлент. – Никто их насиловать не собирается. Это же просто шмары, угостим их коктейлями, и они сами дадут за умеренную плату. Ну, можно их еще на машине покатать. Хотя мы все не влезем. Надо было у отца взять внедорожник. Или два.

– Но лисы! – острое лицо Виттора скривилось от отвращения, однако синие глаза не отрывались от рыжей девицы в коротком платье, открывающем длинные стройные ноги.

– Ты сноб, Виттор. Не жениться же на них предлагаю. Натянуть лису – это святое! – Валлент быстро провел языком по губам. – Ты даже не представляешь, на что они способны!

– На что? – поинтересовался Виттор, изучая идеальные ногти на руках.

– За деньги – на всё! – твердо сказал Валлент.

– За деньги и я на всё готов. Только смотря за какие, конечно, – усмехнулся Виттор. – Не удивил. Так что дешевле: они или проститутки?

– Ну, думаю, эти дешевле. Да и не люблю я совсем уж проституток. Как-то брезгую. Искренности не хватает. И они всегда закрыты, а я люблю полный контакт, – Валлент подозвал официанта. – Бутылку шампанского для тех двух лисичек.

– Рыжую – мне, – вдруг сказал Виттор. – Есть возражения?

Его спутники поёжились под холодным взглядом сапфировых глаз.

– Как скажешь, Мечехвост.

– Ааа, Бекки, они нас заметили! – глаза Тины искрились от восторга.

– Может, не надо? – Бекки начинала сильно напрягать эта ситуация.

– Ты что?! – наседала Тина. – Ты представляешь, из каких семей эти мальчики?! Разве мы не для этого сюда пришли? Жизнь в столице дорогая. Да и когда выпустимся… Сама же ныла, что денег нет! Не подставляй меня! Что, так боишься за свою девственность? Так зачем пришла? Сидела бы дома или в своей библиотеке и тряслась дальше! Все равно под кого-нибудь ляжешь, а так хоть заработаешь!

– Хорошо, – Бекки вздохнула и открыла бутылку. Молодые драконы тут же пересели за их столик.

– Как тебя зовут? – спросил Виттор рыжую девицу.

– Лили Златова, – ответила Бекки. Только дураки называют чужим свои имена.

– Хорошо, Лили, – Виттор сразу понял, что она лжет. Но что взять с лисы? – А я – Виттор Мечехвост. Будем знакомы.

Он протянул ей руку. Бекки осторожно взялась за тонкие пальцы, и её ощутимо тряхнуло. Дракон просто горел внутри. Сможет ли она принять его? Ей стало немного страшно.

– Очень приятно, – соврала Бекки. Как же отчаянно нужны были деньги!

Дракон улыбнулся и показал мелкие белые зубки. Тина уже вовсю флиртовала с двумя темноволосыми братьями.

Шампанское уже было разлито по высоким бокалам, и Бекки сделала щедрый глоток. Сладковатое ароматное вино слегка кольнуло язык пузырьками. В голове приятно зашумело, и Виттор показался ей уже не таким опасным.

Через полчаса светской беседы компания отправилась кататься по городу.

Непродолжительная прогулка в битком набитой машине закончилась у дорогой гостиницы в центре. Бекки с наслаждением вылезла из тесного салона. Шампанское из головы уже выветрилось, и идея подзаработать таким способом начинала ей всё меньше нравиться. У лис и так была паршивая репутация, и вот она становилась одной из тех, кто эту репутацию подтверждал.

Бекки покраснела, вновь взглянув на Виттора. Конечно, он красив, безумно красив, но все же ничего хорошего её не ждет. Чуйка тревожно пищала.

Мечехвост что-то уловил в настроении девушки и взял её под локоть, плотно прижав к себе. Упускать добычу он не собирался. В конце концов, дракон уже настроился приятно провести вечер и выделил на это определенную сумму.

Они все вместе вошли в гостиницу и после непродолжительных переговоров разошлись по номерам.

Едва закрылась дверь, как Мечехвост резко развернул Бекки к себе и впился жестким поцелуем в её губы. Она почувствовала ток энергии и попыталась закрыться, но дракон легко смял её щиты и продолжил. Бекки стало больно. Виттор оторвался от неё.

– Я заплатил не за то, чтобы ты зажималась, Лили Златова, – услышала она шипение. – Мне говорили, лисы способны на многое, а я только начал.

– Ты слишком торопишься, дай мне привыкнуть, – Бекки тяжело дышала, дракон слишком давил.

– Хорошо… Только недолго, – ответил он, начиная снимать с неё платье. – Ты красивая, хоть и лиса. Давно в этом деле?

– Первый раз. У меня вообще всё в первый раз, – сказала Бекки правду.

– Вот ты врушка, – улыбнулся Виттор. – Не люблю врушек.

Он толкнул девушку на кровать и быстро разделся сам. Бекки отстраненно смотрела на длинное сухое тело с небольшими, но четко прорисованными мышцами. И, конечно, все кубики на животе были на месте. И большой член, который уже подрагивал в предвкушении. Бекки очень захотелось домой.

Виттор залез на кровать и навис над Бекки. Коленом он раздвинул её ноги и оказался между бедер.

– Ну же, раскрывайся, – потребовал дракон, не сводя с неё сапфировых глаз. – Давай, за что я заплатил?

В этом и была суть происходящего: Бекки должна была принять его тело и избыток энергии дракона, как земля принимает удар молнии. В этом и была уникальная особенность лис – только они могли после этого остаться живыми. Ну и драконицы, разумеется. Но на драконице надо или жениться, или заплатить ей гораздо больше, чем какой-то драной лисе. Каждый молодой дракон в столице, не желающий пока связывать себя брачными клятвами, делал очевидный выбор между дамами этих двух видов. Конечно, лисы!

– Давай, – услышала она нетерпеливое шипение в ухо и ощутила довольно болезненный укус в плечо. Его член уже почти вошел в её лоно.

Бекки сняла ошметки щитов, и её голову затопил ослепительный, обжигающий белый свет…

Она пришла в себя через полчаса. Распахнула ничего не видящие глаза и судорожно вздохнула. Через пару секунд зрение вернулось, и ослепительные блики вновь стали обычным белым потолком. В голове слегка шумело, а тело болезненно ныло.

– Очухалась? – лениво спросил Виттор. Он лежал рядом, обнажённый, и рассеянно перелистывал довольно помятую книжку. «Житие Великого» – прочитала Бекки на обложке.

– Правда, что ли, начинающая? Иди мойся.

Бекки с трудом встала с постели и на ватных ногах поплелась в ванную комнату. По внутренней стороне бедер из неё вытекало семя дракона, смешанное с кровью. Стало противно.

Дрожащими руками она открыла горячую воду и забралась под душ. Вода была обжигающей, но Бекки трясло, как будто от холода. Кое-как она вымылась и, закутавшись в полотенце, вернулась в номер.

Виттор уже был одет и стоял у двери.

– Там на столе твой чек, – сказал он. – В принципе, неплохо, и такой неожиданный бонус… Но я представлял себе всё как-то иначе. Может, нам надо притереться. Ещё увидимся, Лили Златова – не скучай.

Он подошёл к ней и хотел поцеловать. Бекки отшатнулась, но Виттор схватил девушку за волосы и приблизил ее лицо к своему.

– Моё время ещё не истекло, – сказал он и поцеловал Бекки в плотно сомкнутые губы. Правда, энергией уже не бил. Бекки ощутила толику благодарности. Наконец он отпустил её и ушёл.

Бекки села на кровать и взяла чек. Этого хватит до конца учёбы и на время поиска работы. Она искренне надеялась, что никогда больше не увидит Виттора Мечехвоста.

***

– Ну как? – Валлент сделал маленький глоток обжигающего кофе и поставил чашку на стол. В кафе с утра было немного народу.

– Нормально, лишнее спустил. Но прямо «вау-эффекта» не было. Она сознание потеряла, представляешь? – Виттор откусил булочку и внимательно изучал количество начинки в её нутре.

– Это ты просто силен, Мечехвост! Даже лисы лопаются! – заржал его спутник. – Но можно было бы и помягче, она же молодая ещё.

– Я заплатил. Она жива и не покалечена. Этого достаточно, – ответил Виттор и доел булочку.

– Ну, ты, конечно, суров. Тяжело твоей жене будет, – Валлент поёжился. Пожалуй, это было слишком даже для него. – А мы с той белой лисичкой нормально время провели. Все довольны и счастливы. Тина, или как там её. Веселушка такая…

– Тина? Ты узнай у нее, кто такая эта Лили Златова. Я её возьму себе, пока не женюсь на достойной девице. Она действительно пока не профессионалка.

– Ты уверен? А она захочет, эта Лили? – Валлент с долей сомнения посмотрел на приятеля.

– А её кто-то будет спрашивать? – с искренним недоумением спросил Виттор.

– Ну, «насилие над разумными запрещено Конвенцией…», что там дальше? Мы же законники.

– Это – не насилие. Это сделка. Сразу видно, что лекциям ты предпочитал кабаки, потому и не выберешься никак с третьего ранга. Ты мне её найди, а я умею быть убедительным, – и Виттор взял вторую булочку.

***

Бекки стояла перед маленьким зеркалом в своей крохотной съемной квартире и разглядывала синяки. Прошла уже пара дней со встречи с белыми драконом, и синяки проявились во всей красе. Плечи, грудь и даже живот были покрыты сине-зелеными пятнами и укусами. Спина тоже. Между ног тоже отчаянно саднило. Ничего из произошедшего Бекки не помнила, только белый обжигающий свет. И, возможно, к лучшему.

– Тварь, ну какая же тварь, – бормотала она сама себе. – Чтоб я ещё хоть раз легла под дракона! Да это никаких денег не стоит!

– Конечно, ложиться надо по любви. Я тебе говорила, – соседка Бекки по комнате, Ирра Кром, захлопнула книжку и развалилась на кровати. – Дурацкая идея. И ты дура, что послушала это шлюшку Тину. Вот поэтому о нас, лисах, там плохо думают! Все уверены, что мы за деньги готовы на всё! А ты ведь из порядочной семьи, Бекки Лисохвост!

– Ой, не нуди, Ирра. Один раз не считается. Зато все проблемы решены. Синяки спадут, и я почти ничего не помню. Так что, слава Матери, всё закончилось относительно благополучно. И я больше на это не пойду. Лучше в столовую наймусь картошку чистить, клянусь Великим! – Бекки ткнула себя в особо крупный укус на плече и поморщилась.

– Ой ли… – фыркнула Ирра. – Зря ты связались с драконами. Ублюдки ещё те… Даже волки, эти псины, лучше. Я надеюсь, он тебе ничего не дарил? Одна монетка, или кольцо, или жемчужина – и хрен ты от него отделаешься.

– Только чек, Ирра, только чек. Я уже сняла деньги. Да и не особо я ему понравилась, слава Матери. Он сам так сказал, – ответила слегка встревоженная Бекки.

– Чек? – глаза Ирры округлились. – Вот ты дура! Надо было монетами брать! Но оговорить, что это плата, а не дар. Тебе Тина не сказала что ли? Он же с этим чеком в деканат пойдет, если захочет, у него наверняка есть копия. Или выписку сделает из банка. Думаешь, в Академии не знают, за что платят молодым лисам? Тебя же выкинут из академии на последнем курсе. Или засунут в Дом Призрения. Ты же знаешь, как лютуют эти святоши из общества «Благонравных лис»! Сами те ещё потаскухи были, зато сейчас праведней Великого! И вообще, Бекки, сидеть сиднем в библиотеках – это, конечно, достойное дело, но по сторонам же тоже надо смотреть! И читать не только учебники, но и газеты. Ты как будто вчера из лесу приехала!

– Да твою же… Мне это было не интересно! Никогда не думала, что придется заняться чем-то таким… – почти застонала Бекки и бессильно опустилась на кровать. – А тут оказалось столько нюансов! Ты-то откуда всё это знаешь, Ирра?!

– Оттуда, – слегка покраснела соседка. – Тинка тебя явно хотела подставить, раз не всё рассказала. Ты же ей не помогла с тем рефератом. И вообще, она та ещё мокрица. Зря ты с ней задружилась непонятно с чего…

На Бекки было больно смотреть, она уже была готова разрыдаться от такой ужасной несправедливости. Ведь диплом уже почти в кармане! Она стала бы первой дипломированной ведьмой в роду! И могла бы найти в Чернограде нормальную работу! Нормальную! А не ложиться под драконов.

– Ладно, Бекки, – Ирра перебралась на кровать приятельницы и обняла её. – Может, ещё обойдется. Раз ты ему не понравилась.

***

Через пару дней, выходя из корпуса зельеваров, Бекки почувствовала покалывание в затылке. Девушка резко обернулась и увидела высокую стройную фигуру в сером мундире императорских законников. К своему ужасу, Бекки узнала Виттора Мечехвоста.

Она попыталась, было, малодушно сделать вид, что не помнит дракона, и сбежать через чёрный выход, но давление в затылке явно усилилось, и у ведьмы заболела голова. Пока слегка… Виттор Мечехвост явно не собирался за ней бегать.

Бекки опустила голову и подошла к законнику.

– Привет, Бекки Лисохвост, – сказал Виттор, рассматривая ведьму в дневном свете.

В полутьме ресторана и гостиничного номера она казалась ему интереснее. А в свете дня – обычная девчонка со слегка вздернутым носиком и грустными зелёными глазами. Свет всех выводит на чистую воду.

При звуке своего настоящего имени Бекки вздрогнула.

– Здравствуйте, господин Мечехвост, – сказала она, избегая смотреть на дракона.

– Я же говорил, что мы ещё увидимся, – слегка улыбнулся Мечехвост. – И сдержал своё слово. Однако какой интересный приработок у студенток Императорской Магической Академии. Или это практика?

– Вы пришли меня морали поучить, господин Мечехвост? – наконец-то собралась с духом и посмотрела в сапфировые глаза законника Бекки. Выслушивать нотации от второго участника их сомнительного дела ей совершенно не хотелось.

– О, учить лис морали – это как воду в решете носить. Вы даже девственность продаёте, и не сказать, что дорого, – Виттор брезгливо поморщился.

– Да, только драконы безупречны! – фыркнула Бекки.

– Точно, – согласился он. – К драконам грязь не липнет, мы есть Свет. И это все знают. Но я не ради этого трачу своё время на разговоры с тобой. У меня есть предложение.

– Нет, – ответила Бекки и уже собралась развернуться, как почувствовала знакомое давление на затылке. Она собралась и поставила щит – отличный щит, просто шикарный щит! Её преподавательница по защите была бы в восторге! Всё же Бекки входила в десятку лучших на своём курсе. Дракон удивлённо хмыкнул.

– Неплохо, Бекки Лисохвост, но я всё равно лучше. Впрочем, не к лицу мужчине соревноваться с дамой, тем более с лисой. Выслушай меня: я не каждому что-то предлагаю.

– Я слушаю, – сказала девушка. Ситуация ей всё меньше нравилась. Она почувствовала себя булочкой, начинённой вишневым вареньем, перед голодным жадным ребёнком.

– Я хочу предложить тебе эксклюзивный контракт на связь со мной. На год. Две встречи в неделю, тридцать золотых в месяц, я сниму тебе приличное жильё. Если я женюсь до истечения этого срока – контракт будет расторгнут, но я заплачу тебе за неиспользованные месяцы. Отличные условия. Можем прямо сейчас сходить в нотариат – пока они на обед не закрылись, – Виттор кинул взгляд на часы, висящие на башне Академии.

Бекки ошарашенно посмотрела на него. Он что – серьёзно? Думает, она согласится?!

– Нет, – твердо ответила она.

– Почему? – Виттор удивленно приподнял бровь. – Лично я считаю своё предложение очень щедрым. Даже чересчур.

– Я не хочу. Не желаю больше этим заниматься. Мне не понравилось, да и свои финансовые проблемы я решила. И у меня выпуск через два месяца.

– Очень рад за тебя, – улыбнулся дракон. – Тогда я сейчас пойду в деканат и покажу им чек, который тебе выписал. Деньги ты уже сняла. Все знают, что это значит. Посмотрим, что скажет попечительский совет, когда на него вынесут твоё дело. После выпуска ты будешь года три убирать дерьмо за прокажёнными и бездомными в Доме Призрения – в качестве наказания за проституцию.

– Вы же законник! Это же шантаж! – Бекки даже затрясло от возмущения и страха, в животе образовался неприятный комок, а по спине поползли противные мурашки. Да и синяки заныли с новой силой. Но Дом Призрения – это было страшно: отбросы общества, убийцы, воры, насильники, выжженные и лишённые дара люди, которые медленно гнили в этом ужасном месте. И бедолаги, которых заставляли обслуживать «во искупление». Без защиты и исключительно руками.

– Не рассказывай мне про законы, детка. Ты не на том факультете учишься. Я – гражданин Империи и выполняю свой гражданский долг по профилактике преступлений. Если ты заключишь со мной контракт или пойдёшь в Дом Призрения, то уж точно не потащишься в кабак в развратном платье снимать клиентов, – пафосно произнёс дракон, наслаждаясь страхом и смятением на лице юной ведьмы.

– Почему на год? У меня выпуск через два месяца! – слезы выступили у Бекки на глазах. – Я не хочу так долго!

– Потому что за два месяца я точно не найду себе жену, а испытывать неудобства от избытка энергии больше не желаю. Сейчас нет войны, нет поединков, нет доброй охоты – нам негде сбрасывать свою силу. Остается только соитие. Уж поверь, мне трахать лису тоже не так уж приятно, – ответил Виттор, скучая. – Можем прописать вариант досрочного расторжения. Если захочешь уйти раньше – заплати мне тысячу монет за каждый упущенный месяц, и будем в расчёте.

– Вы смеётесь? У меня никогда не будет таких денег! Я же не дракон! – Бекки задохнулась от возмущения.

– Ты мне надоела, – сказал Мечехвост. – Я не собираюсь тратить пол-дня на какие-то уговоры шлюшки-лисы. Да или нет? У твоего декана когда обед начинается?

– Дайте мне договор, я хочу прочитать его и подумать. Я не буду отвечать сейчас! – воскликнула Бекки в полном отчаянии.

– Держи, – Виттор вытащил из внутреннего кармана мундира конверт с документом. – Читай до завтра. Завтра встретимся на этом же месте в это же время. Не опаздывай, не люблю.

Он развернулся и ушел, несколько раздосадованный. Дракон рассчитывал, что всё будет гораздо проще.

Бекки осталась стоять с конвертом в руках. Почему-то он жег ей руки. Похоже, вся её жизнь начала идти под откос…

***

– Ну, да, паршиво, конечно, – Ирра достала из бумажного пакетика черешенку и положила в рот, обсосала ягоду, а косточку запустила в голубя. Но не попала.

– Паршиво? Паршиво – это зачет завалить! А это – просто катастрофа! – Бекки тоже взяла ягоду.

Девушки сидели на скамейке у главного корпуса Академии и мрачно смотрели на фонтан.

Фонтан изображал дракона в боевой форме, распустившего крылья, и побеждающего неизвестного бедолагу в доспехах и на коне. Коню ногу дракон уже оторвал. И судя по всему, человека в скором времени ожидала та же участь.

– Может, время потянуть? Скажи, что у тебя бабушка заболела и надо её навестить.

– Мне нужен этот диплом! Я пять лет училась не для того, чтобы вернуться с поджатым хвостом.

– Тогда терпи. Возможно, всё окажется не так уж плохо, – Ирра положила пакет с черешней на лавку и потянулась, ловя лицом блики солнца.

– Я не выдержу год, – простонала Бекки. – Этот тип просто жуткий.

– Мечехвост? Вроде ни в чём таком он не замечен. Никого из наших не убил, это точно. Но раз он такой грубый, то таким и останется… Не знаю, Бекки… бежать тебе надо. И не к родителям, там найдет.

– Нужна я своим родителям, как же! – в отчаянии сказала Бекки. – Мама умерла, а у отца – новая жена. И новые детишки, пять штук. Он меня сам Мечехвосту продаст, и за недорого. Будь все отлично – разве я бы пошла в тот кабак?

– А бабушка? Ты говорила, у тебя бабушка – сильная ведьма. Мол, и папаша твой её боится. Напиши ей, вдруг она тебя примет. Дотяни до диплома и езжай. Вряд ли Мечехвост попрется за тобой в этот Дивнодырск или как там его…

– Дивногорск… – мрачно сказала Бекки. – Никогда там не была и бабушку не видела с четырех лет. Наверняка, та ещё дыра, хуже моей родной. Там север и холодно.

– Ну и отлично. Где север – там нет драконов. Это все знают.

– Да, но что делать сейчас?

– Терпи.

Глава 2

Виттор отложил лист бумаги. Потом допишет этот иск, внесет правки и отдаст машинистке на печать. Дракон встал и потянулся, с тоской окинув взглядом полки вдоль стен своего кабинета.

Папки, папки, папки… Пишущее перо – его когти, исковые заявления – его крылья… А комиссии по поиску недоимок и нарушений – его боевая атака…

Так и сдохнуть можно от тоски. Почему отец не отдал его в гвардейцы? Хотя у них тоже тоска – только ходят красивые на парадах. Давно для войск никакого дела нет. В Чернограде Свет внутри драконов пропадает зря, пожирая их изнутри.

А может бросить всё и пойти в инквизиторы? Там хоть можно ловить трупоедов и убийц. Всё веселее, чем писать целый день скучные бумаги и копаться в архивах в поисках прецедентов дел, чтобы осудить очередного вора. Хотя отец точно не одобрит… Дракон Высокого рода ловит всякую пьянь или ищет убийц… Позор.

Хотя, говорят, любовь хорошо поглощает драконий свет. Мол, кто сумеет полюбить, тот познает Баланс и будет жить, бед не зная.

Лично Виттор в эту теорию не верил. В любовь он тоже не верил. А вот в соития – это да. Особенно с драконицами. Как покроешь драконицу – так месяц можно не париться. Только сначала надо оную найти… Победить её нареченного… Ибо любому известно: все драконицы обещаны кому-то с малых лет. Ну, и ещё перед этим победить саму её – драконицы слабаков не любят.

И тогда уж живи счастливым.

Или накопить большую кучу золота – тогда они сами прибегут.

Он фыркнул. Несмотря на родство с Императором и Высокий род, Виттор пока не имел большой кучи золота. Он был седьмым сыном, и его богатство было скромным – по столичным меркам, во всяком случае. Так что драконицы в ближайшее время ему не светили. Только лисы драные.

На следующий день он был у корпуса факультета зельеваров и ждал свою лису. Еще издали Мечехвост заметил понурую тонкую фигурку Бекки. Ведьма шла медленно, опустив голову, рыжие пряди свисали на лицо.

Виттор запустил легкий импульс, чтобы она быстрее шевелила стройными ножками. Бекки вздрогнула и попыталась закрыться. Дракон усилил напор. Вот ведь сучка, неужели до сих пор не поняла, кто здесь главный? Шлюха, да ещё тупая. Будет ли эта сделка выгодной?

Бекки заторопилась, и вскоре они стояли друг напротив друга.

– Хватит, – сказала лисичка, морщась и потирая виски. – Мне больно!

– Так шевелись быстрее. И не смей от меня закрываться, – недовольно буркнул Виттор. – Надумала?

– Давай через два месяца, после выпуска?

– Ага, счас! – ответил Мечехвост, отметив, что Бекки перешла с ним на «ты». Значит, уже согласна. – Или сегодня заключаем контракт, или я иду с заявлением в деканат. Соображай быстрее, у меня еще работа есть.

– Хорошо, тогда давай на полгода и по пятьсот монет за месяц при досрочном расторжении! Ты тоже должен мне как-то уступить во имя Великого! – в отчаянии выкрикнула Бекки.

– Ну, раз уж ведьма помянула Великого, как ей отказать? – ухмыльнулся Виттор. – Поехали!

Он отвез девушку в нотариат, где за двадцать минут и два золотых ведьма-лиса Бекки, урожденная Лисохвост стала по сути собственностью дракона Виттора из рода Мечехвостов.

– Ну что, ведьма, чувствуешь, как тебе повезло? – самодовольно улыбнулся Виттор, теребя белую косу.

– Нет, – кисло ответила она, рассматривая красную печать размером с небольшую монету на внутренней стороне запястья левой руки. Она сойдет только через полгода.

– Пока на руке печать – к тебе никто и близко не подойдет. Так что твоя честь в безопасности, – Виттор откровенно потешался над несчастной лисой.

– Просто здорово. Всегда о мечтала о такой штуке, – ответила Бекки.

– Ладно, поехали. Покажу тебе твою новую квартиру.

Мечехвост привез её к красивому новому дому, и они поднялись на третий этаж. Небольшая квартира с одной спальней и гостиной встретила их пустотой и затхлым воздухом. При этом квартира была чистой и хорошо оборудованной: на кухне шумел холодильник, стояла стиральная машина. Но Бекки всё равно почувствовала себя, словно в клетке.

– Вот видишь, ведьма, я хорошо о тебе забочусь, – сказал Виттор и, взяв жесткими длинными пальцами её подбородок, поцеловал Бекки в плотно сомкнутые губы. Небольшой болевой импульс сделал их уже не такими плотно сжатыми. Ведьма испытала омерзение, когда язык дракона вторгся в её рот. К счастью, поцелуй был недолгим.

– Я бы хотел от тебя больше энтузиазма, Бекки Лисохвост, – заявил он. – Ты плохо стараешься. Я разочарован.

– Хорошо, буду стараться лучше, – ответила ведьма, борясь с желанием вытереть губы рукавом.

– Да, тебе определенно стоит приложить больше усилий, – кивнул дракон. – Вечером я приду к тебе. Готовься. Держи ключи – твои вещи из старой квартиры скоро привезут сюда.

Он ушел, оставив девушку в одиночестве. Бекки присела на диван и закрыла голову руками. Всё казалось каким-то страшным сном…

Вечером Виттор действительно пришел и вновь наполнил Бекки светом и семенем. Отмываясь в ванной комнате, она подумала, что все книжки и подружки врут. Обещали фейерверки и петарды удовольствия от связи с драконом, но лично она чувствовала только боль и омерзение. К счастью, дракон на ночь оставаться не стал и пришел в следующий раз по графику – через три дня.

Через месяц Бекки действительно стала напоминать драную лису: она сильно похудела, подурнела и у нее начали выпадать волосы. Её вторая, лисья, форма выглядела не лучше. А ведь должно было быть наоборот – от света ведьмы цветут и сияют! Очевидно, у Виттора свет был какой-то бракованный. К тому же Бекки начала шарахаться от всех мужчин и избегать прикосновений. Только учеба хоть как-то держала её на плаву.

– Паршиво выглядишь, подруга, – сказала Ирра, подсаживаясь к Бекки в большом гулком зале библиотеки.

Бекки закрыла книгу. На обложке вычурным шрифтом старой школы было написано: «Полное собрание способов уничтожения драконов. Издание 3-е полное и дополненное. Для ведьм с лицензией».

– Не-е, не получится. Он тебя на ремешки порежет, если попробуешь, – понимающе сказала Ирра. – Что тебе бабушка ответила?

– Она готова меня принять, – сказала Бекки, потирая покрасневшие глаза. – Говорит, что очень больна, ищет, кому передать родовой дар. Но, мол, все внучки её игнорируют, и раз уж я написала – то дар мой.

– Это шанс, Бекки! Примешь дар – и даже Мечехвост хрен тебе что сделает! Ведьма в родовом гнезде порвет любого дракона – это все знают! – с воодушевлением сказала

Ирра, хлопнув подругу по плечу. Бекки вздрогнула.

– Не трогай меня, там полно синяков. Он постоянно меня кусает, выродок. Но я буду всю жизнь привязана к этой дыре, где живет бабуля! Всю жизнь! – на её глаза навернулись слезы.

– Ага, а лучше Черноград и под Мечехвостом! – Ирра хмыкнула – Прошел всего месяц, а на тебя смотреть страшно, Бекки! Он тебя угробит! Или покалечит.

– В контракте на этот счет есть неустойка, – грустно ответила Бекки.

– Да, твой папаша очень порадуется, когда её получит. Но если тебе нравится быть покусанной – то пожалуйста! Говорят, кому-то это кажется изысканным удовольствием, – фыркнула Ирра с ноткой презрения в голосе.

– Нет у меня никакого удовольствия. Я доживу до диплома и сбегу. Ты мне поможешь? – юная лиса с надеждой посмотрела на подругу.

– Конечно! – дернула плечиком та. – Мы же лисы и должны помогать друг другу!

***

Виттор был раздражен. Лиса ему досталась некачественная: всё время ходила с постной рожей, вздыхала и дергалась при соитиях, а обычно просто лежала бревном. Не то чтобы это дракона задевало – напрягало. Он и так сдерживался, как мог. Хотя однажды не выдержал и полоснул её когтями по спине, чтобы придать живости. Драконицам это нравилось… Но вышло только хуже.

Слишком легко драконьи когти разодрали нежную кожу, слишком быстро потекла кровь по белой спине, и пришлось возиться с перевязками и воющей от боли ведьмой. А потом ещё остались шрамы… И Бекки стала бояться его ещё больше, а живости в постели стало ещё меньше…

***

За советом он пошел к Валленту, как к признанному эксперту по женщинами всех видов.

– Надо помягче с ними, Виттор! Дамы – они ласку любят. Всякие приятные слова и конфеты. Ты кормил её конфетами? – Валлент отправил в рот кусочек шоколада и блаженно зажмурился.

– Я даю ей денег, пусть сходит и купит себе конфет, если хочет, – Виттор не понял взаимосвязи между вечно кислой Бекки и конфетами.

– Не-е, это не то… Надо самому принести ей конфеты, вроде как ты думал о ней и хотел сделать ей приятное. Ну, и не сразу её пялить и сливать Свет, а погладить по спинке… – поучал Валлент.

– Это она должна делать мне приятное согласно контракту, – Виттор всё ещё не понимал, куда клонит его темноволосый собеседник.

– Ох, Виттор! Ну сделай вид, что хочешь сделать ей приятно. И она тогда сделает вид, что хочет того же. Разве ты не этого хочешь?

– Не люблю лжи, – поморщился Мечехвост. – С бабами всегда надо лгать?

– Желательно. И если хочешь, чтобы она была радостной и счастливой, попробуй вывести её куда-нибудь погулять. Или проведи с ней время без соитий.

– Не собираюсь куда-то выходить с ней и позориться. Еще отец узнает – не дай Великий! – Виттор нахмурился. Советы Валлента казались ему один хуже другого.

– Можно просто с ней поговорить… – Валлент уже замаялся что-то придумывать для приятеля. Почему-то у него самого таких проблем сроду не было.

– О чём можно разговаривать со шлюхой-лисой?! – шипел Виттор. – Она ни в законах, ни в финансовых делах не разбирается.

– О погоде… – вздохнул Валлент. И хмыкнув добавил: – Виттор, тебе нужно копить очень много золота. Тебя даже не всякая драконица выдержит, что уж говорить о лисе!

Глава 3

Бекки торопливо кидала вещи в дорожную сумку. Только самое необходимое, только то, что легко унести.

Она сделала, сделала это! Убедила принять у неё экзамены и дипломную работу досрочно. Не обошлось без подкупа деньгами, которые дал ей Мечехвост. И теперь диплом у ведьмы в кармане, а она наконец-то сбежит от блёклого ублюдка туда, где он её никогда не достанет! И где вообще нет этих мерзких острых драконьих рож.

На север! К бабушке.

Бекки подняла сумку и окинула взглядом квартиру, где прошел худший месяц её жизни. Вот бы сжечь её ко всем демонам! Взгляд упал на плиту… Нет, жалко соседей. Они же не виноваты. Ну всё, хватит терять время. Сегодня Виттор как раз должен прийти по расписанию.

Бекки открыла дверь и торопливо спустилась вниз. Там её уже ждала машина Кая – дружка Ирры, что согласился добросить Бекки в Зеленогорск – ближайший к столице городок, откуда она уедет к бабушке на поезде.

Но напоследок лиса не выдержала. Подошла к зеркалу, достала губную помаду и нарисовала на стекле самый грубый, оскорбительный и обидный для любого дракона символ: схематичную тощую курицу, сидящую на груде золота.

Пожалуй, теперь Виттор точно оторвет Бекки голову. Если поймает, конечно!

Смеясь она выбежала из дома и села в машину.

– Привет, Кай. Привет, Ирра. Поехали скорее! – её ощутимо потряхивало.

– Да, всё, всё, Бекки, – Ирра обняла её. – Всё позади! Он тебя там точно не найдет.

Бекки попыталась расслабиться, но не смогла. Стоило закрыть глаза, как перед ней всплывало острое скуластое лицо Виттора и его холодные сапфировые глаза. О, Матерь, да когда же это кончится?

Лишь покачиваясь в вагоне, который неторопливо шёл к северу, девушка немного успокоилась.

Дивногорск ждал её.

Крохотный городок на задворках Империи, от столицы – пять дней на поезде.

Население – пятьдесят тысяч жителей. Основные достопримечательности – городская Ратуша и Высшая Школа Инквизиторов, одна из крупнейших школ Империи, откуда молодых инквизиторов отправляют по распределению нести Свет, закон и порядок во все уголки страны. Инквизиторы – тоже сомнительные господа, но уж точно любой из них лучше любого дракона. Бекки была в этом абсолютно уверена. В её голове была блаженная тишина, она уже отвыкла, что никто её не тревожит и не заставляет корчиться от боли.

Жизнь начинала налаживаться. Бекки постелила белье, залезла на полку и погрузилась в глубокий здоровый сон впервые за последние шесть недель.

***

Виттор открыл в дверь и вошел в странно пустую квартиру. Он втянул носом воздух. Внутри не было живого существа как минимум несколько часов. Дракон быстро прошел по всем немногочисленным помещением. Остановился у зеркала с рисунком губной помадой.

Ухмыльнулся.

– Бекки, Бекки… Ничему-то тебя жизнь не учит, чёртова ты лиса…

Он зашел в спальню, сел на кровать и взял её подушку. Глубоко вдохнул. Подушка ещё хранила аромат ведьмы. Такой сладкий, такой пряный, такой пьянящий. Надо было надеть на неё ошейник! При мысли, что кто-то другой прикоснется к телу Бекки, из спины сами собой начинали рваться крылья. Чёртова ведьма! Разве он плохо о ней заботился?

Неблагодарная тварь!

Виттор отшвырнул подушку прочь и быстро вышел из квартиры, громко хлопнув дверью.

***

В архиве было темновато, хотя все светильники ярко горели. Виттор послал импульс поиска и задумчиво следил за искрой, которая гуляла между высоких стеллажей. В стороне пыхтел Валлент, перелистывая рукой какое-то пожелтевшее дело.

– Так нахрена тебе эта лиса? Ну сбежала и сбежала. Пошли в кабак завтра, новую тебе найдем. А лучше все же настоящую проститутку. Тогда точно будет всё честно. Тем более, эта Бекки все-таки свободная гражданка Империи. А ты её шпилил, как не в себя.

– Она под контрактом. И должна мне. Две тысячи пятьсот золотых, это я ещё по дням не считал. Думаю, за такие деньги я вообще могу её продать охотникам.

– Никто на неё охотиться не станет, потому что и поползню понятно, что таких денег у лисы нет и не будет. И никогда она их не заработает. Даже в постели. Это кабальные условия, Виттор. И если она найдет себе хорошего законника, он у тебя это дело выиграет.

– Неужели? – Виттор скептически поднял бровь. – И откуда у неё деньги на хорошего законника? Ты её будешь защищать? Хотя… ты плохой законник.

Валлент поежился под холодным взглядом сапфировых глаз:

– Я никого не собираюсь защищать, но как по мне, так ты чуток зациклился на этой лисе. Сам же говорил, что ничего интересного в ней нет. И свои тридцать монет за месяц она вроде как отработала. Что ты хочешь от неё?

– Я хочу получить своё, – ответил Виттор. – Хочу вернуть её и посадить на цепь с ошейником, пока она не отработает всё с учётом неустойки до последнего золотого. Лет на десять, думаю, потом точнее посчитаю.

Искра поиска нашла нужное дело, дракон сделал указующий жест, и Валлент потащил лестницу к нужному стеллажу.

– И как ты её найдешь? В Чернограде твоей лисы точно нет, я уже проверил, – Валлент добрался до нужной полки и потянул за папку.

– Так проверяй дальше! Подключи отца, он же у тебя глава службы инквизиторов Империи.

– Прости, Виттор. Но у меня есть чем заняться, кроме поиска твоих подстилок. Тем более, подключать отца. Не такое уж ужасное преступление совершила твоя лиса, – раздраженно заметил Валлент.

– Ты мне должен, забыл, – Виттор по-птичьи склонил голову, сверля приятеля взглядом. – Раньше найдешь её – раньше освободишься. Это так работает.

Валлент поёжился, вспоминая ту грандиозную пьянку на день вознесения Великого год назад. Ну такой праздник! Как не отметить? И не менее грандиозную драку с императорскими гвардейцами, где Валлент, его брат и пара их союзников одержали убедительную победу, но потом едва не угодили по суд. Только благодаря Виттору и его связям удалось замять эту неприятную историю. Всё же род Кривоклювов в родстве с императором не состоял.

Очень захотелось вызвать Виттора на бой и решить наконец-то вопрос с долгом. Но Мечехвост был хорошим бойцом, портить крылья не хотелось. Ладно, найдет ему Валлент эту чёртову лису.

***

– До прибытия на станцию «Дивногорск» остался час! Встаём, собираемся, не забываем вещи в вагоне…

Бекки разбудил нудный голос утомленного проводника. Она слезла с полки, мельком поздоровалась с соседями по купе и быстро привела себя в порядок. Через полчаса девушка уже стояла на перроне и обнимала бабушку.

– Ох, Бекки, как же ты выросла! Я же помню тебя совсем лисенком! Мой мерзкий зять зря забрал тебя от меня после смерти твоей мамы. Лучше бы я тебя воспитала, моя девочка. А вас там в вашей столице совсем не кормят? У вас там голод? Хлеб по талонам? Почему ты такая тощая?

– Бабушка, у меня был непростой месяц: я готовилась к экзаменам и были личные проблемы. И, боюсь, личные проблемы у меня остались.

– Что за проблемы? – Магда Златова, бабушка Бекки, сурово нахмурилась. – Поверь, моя лисонька, твоя бабушка хоть и держится на этом свете только на честном слове Матери, но способна ещё на многое. И уж точно способна отшить личные проблемы моей кровной внучки.

– Давай доедем до дома, бабушка, я расскажу тебе, – Бекки улыбнулась, и они вышли из вокзала на улицу.

– Вот мой старый фургон, Бекки. Трещит, но едет. Умеешь водить?

– Немного.

– Садись пока рядом, покажу, как с ним управляться.

Магда бодро за руль и уверенно завела машину. Бекки устроилась на сиденье. В компании с бабушкой было хорошо и спокойно. Но девушку смущал слабый ореол искр в районе сердца Магды. Там явно было что-то не в порядке.

– Да, Бекки, да… Скоро моё время придёт. Но ты потому и здесь, чтобы я передала тебе своё наследство. Но не грусти: все имеет начало и конец… – улыбнулась бабушка.

И тронулась в путь.

Фургон действительно трещал, но ехал. Вскоре они добрались до маленького домика старой ведьмы, стоящего на отшибе, фактически за городской чертой.

Вскоре они пили чай с пирожками на уютной старой кухне, и Бекки показала бабушке печать дракона на запястье.

– О, Бекки! Как можно было так вляпаться?! – Магда с отвращением посмотрела на руку внучки. – Тебе же не семнадцать лет! Тебя не учили не ложиться под дракона за деньги?! По-моему, даже в твоей Академии должен быть какой-то курс на эту тему.

– Да, бабушка, мне двадцать один, и я вляпалась, – Бекки виновато склонила голову.

– Как его, говоришь, зовут? Виттор Мечехвост? Из белых? – бабуля хмыкнула. – Они сильны, но в этом деле род за ним не встанет. Это личное. А я за тебя встану, девочка моя. На пять месяцев меня ещё хватит, и это моя земля, так что не бойся. Если он прилетит сюда, как-нибудь отобьемся. Драконы те еще самовлюбленные ублюдки и часто недооценивают маленьких ведьм, – Магда положила морщинистую руку на запятнанное запястье Бекки, и той стало гораздо легче.

– Он может подать на меня в суд, и меня заставят к нему вернуться! – глаза девушки наполнились слезами.

– Но тебя не могут заставить покинуть родную землю. Пусть является! Посмотрим, хватит ли ему сил мучить тебя здесь. Уж поверь, тут не столица, тут есть куда тратить лишний Свет. И мы обязательно сходим на консультацию по твоему вопросу. Давай сюда этот контракт.

Мечехвост не единственный законник в Империи.

***

Виттор поднялся на родовую башню Мечехвостов и разделся. Аккуратно сложил одежду в ящик и закрыл его. Уже наступила осень, вдруг будет дождь, в мокром он ходить не хотел. Обнаженный, он подошел к краю стартовой площадки. Под ногами расстилался

Черноград – город тысячи возможностей и тысячи наслаждений.

Но не было в этом городе всего одной блохастой драной лисы, которую этот полудурок Валлент искал уже третий месяц! Так и хотелось послать ему в голову пару импульсов ускорения, прямиком в болевые центры. Но после этого точно была бы драка. А портить крылья понапрасну Виттор не собирался.

Он глубоко вздохнул и прошел трансформацию.

Расправил и сложил крылья. Попятился почти к двери на лестницу, потянулся всем телом и резко двинулся вперед, сильно отталкиваясь задними лапами. Прыжок! И восхитительное, ни с чем не сравнимое секундное чувство свободного падение, которое тут же сменилось ощущением управляемого полета!

Пожалуй, только полет лучше соития с драконицей или ведьмой. Говорят, некоторые вообще не возвращаются в человеческую форму, а остаются крылатыми дикарями и ловят добычу по заветам предков…

И никакой квартальной отчетности! Счастливые драконы!

Виттор поймал воздушный поток и отправился прочь из душной столицы, в сторону полей. Он вылетел за пределы города и рассеяно посматривал по сторонам. Вдруг он заметил на поле рыжее пятно. Лисица! Лиса, скользящая между деревьями с грацией тени.

Ее движение было плавным, а морда прижата к земле. Она была сосредоточена на своей собственной охоте, не подозревая о взгляде, что следил за ней с небес.

В сапфировых глазах Виттора вспыхнул огонек азарта. Он мгновенно изменил траекторию. Парение сменилось стремительным снижением. Не пике, как при игре с ветром, а контролируемое, целенаправленное падение, рассчитанное до миллиметра.

Лиса, вероятно, почувствовала изменение давления в воздухе или услышала нарастающий шелест крыльев. Она подняла голову и замерла. Нос дернулся, уши насторожились. В глазах читалась внезапная тревога.

Но Виттор был слишком быстр. Он не издал ни звука. Он просто падал, становясь все больше и больше в поле зрения перепуганной лисы.

В последние секунды перед захватом дракон немного расправил крылья, чтобы замедлиться и точно рассчитать момент. Его когти, острые и изогнутые, выпустились из лап.

Дракон ударил с точностью хищника. Лапа опустилась на спину лисы. Когти не вонзились глубоко, лишь крепко обхватили ее тело, удерживая, но не причиняя пока смертельных ран.

Лиса вскрикнула от страха и неожиданности. Дернулась, пытаясь вырваться, но хватка дракона была непоколебима. Виттор чувствовал ее теплое тело, ощутил биение испуганного сердца.

Он поднялся обратно в воздух, неся свою добычу. Лиса висела в лапе, рыжий мех развевался на ветру. Она продолжала дергаться, но движения становились все слабее.

Виттор не убил лису сразу. Он поднялся выше и долетел до знакомого горного уступа, с которого потом можно будет опять уйти в полет. Именно там он оторвал лисе голову.

Жаль только, это была просто лиса. Отплевываясь от рыжей шерсти и жуя невкусное мясо, он представлял себе совсем другую жертву.

Глава 4

Уже несколько месяцев Бекки жила у бабушки и начала находить определенную прелесть жизни в маленьком городе. Она слегка отъелась, волосы вновь погустели и налились чистым цветом старого золота. Бекки больше не вздрагивала днем от резких звуков, а сапфировые глаза перестали тревожить её в ночных кошмарах.

Девушка познакомилась с кое-кем в городе, а бабушка ввела её в общину лис Дивногорска.

Некоторые молодые парни начали явно подкатывать к столичной штучке, но Бекки пока было не до любовных томлений. Шрамы на её спине ещё не зажили. А печать дракона она прятала под широким кожаным браслетом, который снимала только на ночь. С нетерпением лиса ждала дня, когда печать наконец-то исчезнет, и её кожа вновь станет чистой…

Правда, при желании Мечехвост всегда сможет поставить печать заново, если решит подать на Бекки жалобу за несоблюдение контракта. И вполне может выиграть дело.

Чёртов законник! От мыслей о том, что он вдруг приедет в Дивногорск, несчастную Бекки бросало в холодный пот. Бабушка, конечно, сильная ведьма, но здоровье у неё плохое.

А вот у Мечехвоста – отличное.

Ещё Бекки пыталась найти работу. Всё же диплом лежал у неё в документах и ждал своего часа. Но с работой в Дивногорске было трудно: в единственной больнице хватало врачей, и там никто особо не ждал столичную медичку без опыта. Хотя в резерв её поставили и обещали позвонить.

Однажды бабушка с загадочным видом позвала её на кухню.

– Ну что, Бекки, радость моя. Давай-ка я тебя кое-чему научу.

– Чему же? – спросила заинтригованная Бекки в надежде на рецепт сильного противодраконьего яда из подручных средств вроде ромашки и яблок.

– Научу тебя варить знаменитый глинтвейн Лисохвостов. Пожалуй, лучший в Империи. Скоро будет Новогодняя ярмарка, и ты сможешь встать на неё с бочкой глинтвейна – деньжата нам не помешают. Раньше это делала я, но, боюсь, в этом сезоне уже не смогу стоять в морозе на улице.

– Но, бабушка, ещё ноябрь на дворе! Не слишком ли рано? – спросила Бекки.

– Не-е, сразу у тебя всё равно не получится. Рецепт мудреный. Под драконов ложиться проще, – укорила Магда.

Бекки вспыхнула, как маковый цвет…

– Каждый имеет право на ошибку! – довольно резко заявила она и обиженно повернулась к бабушке спиной.

– Ну да, ну да, – кивнула Магда. – Только некоторые ошибки могут стать последними в жизни. Ладно не дуйся, достань-ка ту медную кастрюлю с полки. Ставь её на плиту. Начнем варить. Пока немного, на пробу.

Бекки вытащила небольшую блестящую кастрюлю и поставила её на плиту.

Таинство началось.

Магда слегка порозовела и то и дело кидала отрывистые команды хрипловатым голосом. Бекки металась по кухне и приносила ей то сахар, то мед, то вино, то гвоздику, корицу и прочие специи… Количество ингредиентов поражало! Не в каждом зелье был такой богатый состав.

Молодая ведьма совсем упарилась и то и дело смахивала пот с лица, хотя на кухне было совсем не жарко.

– А теперь – секретный ингредиент! – торжественно объявила Магда. – Давай сюда красный перец.

– Перец? – удивилась Бекки.

– Ага. Чтобы чувствовалось острое послевкусие, и клиенты хотели ещё. Знаешь ли, повторная покупка – залог успеха. Да и господа инквизиторы любят острое. У них-то всегда звенят монеты в карманах. Тратить им деньги особо не на что – только на еду, напитки и женщин. Но ты смотри, инквизиторам сильно не улыбайся. Ни к чему это.

– С чего это мне улыбаться инквизиторам? – обиженно фыркнула Бекки.

– А что? Молодые парни. От Света чуть не лопаются. Некоторые даже красивые, – как-то слишком мечтательно произнесла Магда, помешивая загустевшее варево. – Мозги им только сильно промывают в этой ВШИ. Гоняют они ведьм, почем зря. Но есть и нормальные ребята. Но всё равно – держись от них подальше. Некоторые хуже драконов, прости меня Великая Мать!

***

– Курсанты, подъём!!! Встали, дети Света, Тьма вас раздели!

Глас сержанта был подобен трубе Великого. Говорили, что звук этой трубы покрошил в капусту целую армию светопротивных тварей. Ещё говорили, что и Светоносным досталось с лихвой, мол, звук особо не разбирал, кого там надо крошить. Но ереси этой никто не верил и верить не собирался. Было не до того.

Голос сержанта сверлом проникал в самый мозг и безжалостно ввинчивался в его глубины. Глаза Брана Чернокрыла распахнулись сами собой, а тело встрепенулось и буквально выпрыгнуло из кровати. Рядом вскакивали его собратья: курсанты Высшей Школы Инквизиторов (между своими – ВШИ).

Сержант стоял у окна, явно довольный произведённым эффектом. За окном царила непроглядная тьма. Да и чего ей не царить, коли на дворе зима? Курсанты оделись за отведённые тридцать секунд и выстроились в ряд перед сержантом, сделав подобающие моменту лица: бравые и слегка придурковатые.

– Бойцы! – рявкнул сержант. – Новый год к нам мчится! И вы все знаете, что это означает. Да, Чернокрыл?

Его коготь упёрся в грудь Брана. Тот был на голову выше всех остальных и потому вечно попадался начальству на глаза.

– Так точно! – рявкнул Чернокрыл во весь голос, забрасывая за спину черные волосы. – Скоро будет Новогодняя Магическая Ярмарка!

– Точно, – кивнул сержант. – Пять дней Ярмарки. Пять дней торжества Тьмы и этих, прости, Великий, ведьм. Тьфу на них. А что такое ведьмы, бойцы?!

Весь взвод хором заорал:

– Ведьмы есть средоточие Тьмы и лжи, все они хотят только одного – соблазнить светоносных и сбить их с пути Света!

– Молодцы! – умилился сержант. – А потому в эти темные дни проявляем повышенную бдительность и воздержание. По городу будут пущены двойные патрули и распределено дежурство. Сейчас зачитаю список, кто, с кем и где.

Надо ли говорить, что Брану выпал самый паршивый участок – городская площадь! Это же эпицентр Ярмарки, где будут стоять Главная Ёлка и торговые палатки. К тому же в город приедут толпы туристов и мошенников всех мастей. И все попрутся туда.

А на ярмарке – целая куча ведьм! И не только местных, которых достославные инквизиторы уж по сто раз изучили вдоль и поперек, а ещё и пришлых из соседних деревень. Гонять мужиков от ведьм и следить, чтобы дамы не заморочили бедолаг сверх меры – то ещё удовольствие.

Так и старший инквизитор Барий Сивый Конь всегда говорит:

«Всё зло от ведьм! Инквизитор, будь бдителен! Держи голову в тепле, а член в холоде!»

Сколько лекций он провёл на эту тему! Бран всё тщательно записывал и регулярно перечитывал на досуге, особенно перед сном, чтобы не снилась всякая пакость. Частенько Бран думал, что так-то по-хорошему стоит собрать всех ведьм да сжечь во славу Великого, но нельзя – нарушится Баланс, и мир падёт, испепелённый Белым Светом.

Не готов ещё этот мир к полному Свету, не созрел ещё. Вот раньше этого не знали и широко практиковали аутодафе – и так почти довели свет до конца света! Хорошо, что вовремя поняли и установили Баланс, слава Великому!

Только поэтому и разрешено ходить под солнцем Дочерям Тьмы – но под чутким присмотром Инквизиции и при покупке и своевременном продлении патента!

А так проку от этих ведьм нет: одни неприятности, особенно молодым мужчинам. Ведь все знаю, что в ведьмах Света нет, а он им нужен. Вот и сосут ведьмы его из окружающих мужиков. А окружающим самим не хватает. Только у драконов Света в избытке. Но лично Бран своим делиться не собирается. У него на обогрев много уходит. Вот в столице всегда жарко, там, говорят, драконы даже с лисами сношаются и скидывают избытки Света.

Извращенцы. Вот бы этих зажратых неженок к ним, на север…

Бран даже не заметил, как оделся, пока обдумывал все эти мысли и вспоминал устав. «А всё-таки хорошо быть Инквизитором: и почёт, и уважение. И форма красивая – чёрная с серебристыми вставками, да ещё как ладно сидит! Всё же форма очень украшает мужчин», – с этой позитивной мыслью он надел высокую чёрную меховую шапку и отправился на дежурство.

На улице тем временем стало чуть светлее. Скоро лучи благословенного солнца рассеют тьму ночи, но как же сильно Бран ждал весну! Он обожал весну и, особенно, тёплые ветра, что приходят с востока – самое то, чтобы прийти в форму после зимнего ничегонеделания.

Утренний морозец щипал щеки, и Бран недовольно ёжился. Холод он ненавидел от всей души. Но чем ближе к югу, тем больше встречаешь соплеменников. А соплеменников он ненавидел ещё больше. Особенно из высоких родов. Снобы и задаваки.

Однако вид на город, открывшийся, когда Бран вышел за ворота школы, немного компенсировал холод утра.

Ах, до чего же хорош был вид на Дивногорск! Хоть злые языки и называли его Дивнодырском.

Да, город был далёк от шумной и распутной имперской столицы, зато в нём всегда было тихо и спокойно. И красиво.

Вот и сейчас Бран с удовольствием любовался украшенными улочками, яркими гирляндами и нарядными, будто пряничными, домиками.

И чем ближе он подходил к площади, тем отчётливее чуял в воздухе аромат печенья, свежевыпеченных булочек и горячего глинтвейна – и это несмотря на раннее утро! Нет, всё же в слишком чутком обонянии были свои минусы: от этих запахов в желудке Брана скрутился голодный комок, завтрак в казарме его совершенно не насытил. Однако дракон нащупал в кармане пару монет и, воодушевлённый, зашагал к лоткам со снедью.

***

В это самое время в доме старой Магды Златовой царила суматоха.

– Бекки, ты заправила фургон?

– Да, ещё вчера, бабушка.

– А бочку проверила? Не протечёт?

– Не протечёт, бабушка.

– Не забудь про патент! Сегодня наверняка этих «вшей» будет больше, чем на бродячей собаке.

– Инквизиторов, бабушка, нельзя называть «вшами».

– Мне можно, я старая. А ты оденься потеплее, одной больной ведьмы в этой семье более чем достаточно.

Бекки вздохнула про себя. Бабушка, как всегда, была в своем репертуаре, но патент действительно нельзя было забывать. Девушка вышла и направилась к фургону.

На улице было ещё темно и довольно морозно. Бекки решила надеть тулуп и валенки – ей предстояло провести целый день на морозе.

Девушка подогнала фургон к задней двери дома и выкатила на тележке бочку. Это был знаменитый глинтвейн Лисохвостов – лучший во всей Империи, если говорить без лишней скромности. И ей действительно пришло потратить несколько недель, пока результат варки хоть как-то устроил бабушку.

Здорово, что фургон подошёл к крыльцу без затруднений! С такой тяжелой бочкой Бекки было бы нелегко справиться в одиночку.

Фургон завёлся с полтычка – старый Тит не обманул, хоть и взял немало за ремонт.

«Хорошо бы обновить машину, – подумала она, – но где же взять деньги? Хотя ярмарка может помочь в этом нелегком деле. И надо искать постоянную работу».

Вот и огни славного «Дивнодырска»! Эх, как же ей не повезло оказаться здесь! За последние месяцы воспоминания о Мечехвосте как-то смазались, и маленький Дивногорск стал Бекки угнетать. Неисследованным местом оставалась только громада школы инквизиторов, стоящая на высоком холме уже городской границей. Но там лисе точно было делать нечего.

Иногда Бекки видела в городе шныряющих парней в черной форме, но особых эмоций те у неё не вызывали. Она честная ведьма с патентом, и бояться ей совершенно нечего.

Да тут все в той или иной степени ведьмы: во всех клубилась хоть какая-то тьма. А вот инквизиторы искрили будь здоров. Про себя Бекки иногда думала, что темные и светоносцы не сильно-то отличаются друг от друга, только формой дара, да и некоторые преподаватели в Академии намекали на это. Но за подобную ересь полагался крупный штраф, поэтому свои мысли девушка держала при себе.

Бекки припарковала фургон на отведённом для него месте на площади и вышла из кабины. Было довольно холодно, а ей предстояло выставить навес, открыть окно для продаж и завести подогрев внутри.

Народ уже собирался, раскладывая товары в своих ларьках. Бекки еще мало кого знала, она общалась больше с лисами.

Тут все оживились и зашуршали.

– Вши, вши идут! Готовьте патенты, девки!

– Сиськи тоже надо готовить, их проверяют!

– А трусы-то чистые? Все надели?

– Много чести им, чистые!

Пока Бекки заметила только одного инквизитора: высокого нескладного юношу с длинными ногами и руками, с узким белым лицом и длинным носом. На нём была форменная черная шинель и черная меховая шапка. Юноша повернул голову к Бекки, и она заметила характерные высокие скулы и яркие глаза. У этого глаза были глубокого янтарного цвета, почти оранжевые. Сердце Бекки сжалось неприятным предчувствием.

Стоило ли забираться в самую дыру на окраине Империи, чтобы опять встретить дракона?!

– Бран Чернокрыл, прости Великий. Вот не повезло, – сказала соседка Бетти, ловко раскладывая на прилавке вязанные носки и варежки. От варежек ощутимо искрило даром – явно незамерзающие. Хорошая ведьма.

– Почему не повезло? – спросила Бекки.

– Ты новая? Не видела тебя раньше, а лицо прямо знакомое, – ведьма не ответила на вопрос, но пристально уставилась на девушку, и та ощутила покалывание: её явно пытались прощупать. Невежливо! Впрочем, что взять с этих провинциалов?

– Я Бекки Лисохвост, прямая внучка Магды Златовой. Приехала из Чернограда ухаживать за бабушкой, – представилась Бекки.

– О, из самого Чернограда? Далеко тебя занесло! А я смотрю, лицо знакомое! А это из Лисохвостов! Породу-то не спрячешь! Я – Анна Веретено из Сосновки, ты там явно ещё не была. А это, – ведьма кивнула головой в сторону молодого инквизитора, – самый нудный курсант во всей ВШИ! Как начнёт свой устав цитировать – так повеситься хочется. Или треснуть его поварешкой! Жаль, что нельзя.

Анна разочаровано вздохнула.

Бекки ещё раз взглянула на инквизитора. Парень как парень. Высокий и тощий. Очень молодой. Может, все же не все драконы такие мерзкие, как Мечехвост. Ладно, нужно запустить подогрев, пока глинтвейн не остыл.

Бран быстро дошёл до площади – места его обитания на ближайшие пять дней. И с удовольствием отметил, как красиво украсили город в этом году. Сразу было видно, что каждая монетка из городского бюджета пошла в дело! И рыночек красивый: нарядные ларьки и украшенные фургоны. Только продавцы несколько смазывали благостную картину – одни ведьмы, прости Великий!

Чернокрыл немного отвлёкся, но быстро вспомнил, что он при исполнении, и пора бы уже выполнять свой служебный долг. Дракон окинул профессиональным взглядом торгующих женщин в поисках запрещённых товаров и законопротивных деяний. Всё, как учили в Высшей Школе Инквизиторов, где Бран входил в тройку лучших курсантов!

Наконец его наметанный взгляд остановился на одной очень красивой, подозрительно красивой ведьме, торгующей зельями.

Прямым курсом Бран направился к выбранной цели. Ведьма была хороша: идеальное лицо, безупречная кожа, лучистые фиолетовые глаза, огромная грудь и умопомрачительная талия. И даже без шубы зимой! Она точно скрывала свою истинную сущность!

– Нарушаете закон, госпожа? – произнёс Бран, стараясь сделать голос как можно жёстче. Он хотел, чтобы его тот резал души нарушителей, как алмаз режет стекло. У сержанта это отлично получалось: от звука его голоса хотелось признаться во всем содеянном сразу, да еще и рассказать про соседей.

– Ничего я не нарушаю, – ответила ведьма, начав бегать слишком красивыми глазками.

– Вы под глубокой личиной! По конвенции 5/142 от 15 марта 1957 года запрещено менять свой образ более чем на 20%. А тут у вас все 300%! Немедленно снимите морок! – четко произнёс Бран, сам собой восхитившись: «Вот как я сказал! Внятно, по инструкции!»

Ведьма вздохнула и стала крутиться на месте. На третий оборот перед молодым инквизитором предстала совсем другая дама: старая, толстая и страшная. Вот это другое дело!

Бран повернулся к ней спиной и почувствовал покалывание на затылке – старая карга явно его проклинала. Но ничего, хотя он был ещё молод, но хлеб инквизитора ел не даром. Чернокрыл ловко «отзеркалил» проклятие и услышал за спиной недовольно охнувший голос:

– Что это за инквизиторы пошли? Раньше были нормальными: вежливыми, и бабушек зря не обижали. Ох, ох, хлебнёшь ты ещё большой ложкой помоев за такие дела! Будешь спать на голых камнях на трёх медяшках!

Бран резко обернулся.

– Так, это что – угроза при исполнении или пророчество? Лицензия на пророчества есть? Сертификат безопасности на товар?

Ведьма стушевалась и торопливо начала собирать свои склянки.

«То-то же! Боятся – значит, уважают! Нельзя с ними по-другому!» – с удовлетворением подумал инквизитор.

Он отправился дальше по площади и заметил прямо по курсу фургон с глинтвейном. Это было интересно. Бран немного замёрз и был совсем не против выпить чего-то горячего.

Он заглянул в окошко и увидел молодую ведьму! И какую!

У него аж дыхание сбилось, а в сердце зазвенели монетки! Какая она была красавица! Она была без шапки, и волосы цвета старого золота струились лавиной по её плечам! Большие глаза цвета чистого изумруда смотрели на инквизитора с откровенным испугом и неласково.

– Вы что-то хотели? – недовольно спросила она.

– Да, есть патент на магический глинтвейн и разрешение на торговлю?

– Конечно!

Под нос Брану сунули бумаги. Ногти на её красноватых от холода пальчиках были коротко острижены. Бран отметил, что они были круглые и розоватые, как жемчужинки, и восхитился.

Ну до чего была красива ведьма, прости Великий! И без морока!

Чтобы немного отвлечься, Чернокрыл начал внимательно читать сертификат. Как хорошо, что придумали инструкции и бумаги! Ничто так не успокаивает, как разбор циркуляров. Бран старательно искал, к чему бы придраться, но не ради процесса – а только потому, что ему очень не хотелось уходить от этого фургона слишком быстро.

– У вас заявлен вересковый мёд в составе. Есть документ о происхождении? Возможно, он обычный, луговой? – Бран поднял взгляд и утонул в зелени её глаз. Пожалуй, её глаза были даже лучше, чем изумруды в парадной цепи его отца. Хотя нет, что за чушь! Разумеется, изумруды в цепи лучше…

– Я не обязана предоставлять вам сертификаты на все ингредиенты, – голос ведьмы звенел, как серебряные монетки. – Или вы хотите снять органолептическую пробу моего глинтвейна, господин инквизитор? И бесплатно?

А вот это было обидно! Ещё никто просто так не обвинял Брана Чернокрыла в склонности к бесплатным дегустациям. Да ещё с намёком на злоупотребление служебным положением!

Внутри у молодого инквизитора заискрило. Он глубоко вздохнул, пытаясь унять пламя гнева, и холодно посмотрел на ведьму.

Девушка отшатнулась в явном страхе, и Бран почуял, как быстро она стала строить щиты.

Бран покосился на ведьму с удивлением и отвел глаза. Она явно слишком сильно испугалось, хотя вроде особого повода не было.

– Я похож на нуждающегося? И я ещё не выжил из ума, чтобы что-то брать из рук чужой ведьмы, – сказал он с плохо скрываемым раздражением.

– Вовсе нет, господин инквизитор. И я совсем не чужая. Я – Бекки Лисохвост, приехала ухаживать за своей бабушкой Магдой Златовой. Угоститесь глинтвейном, господин инквизитор, вы же замёрзли! – ответила ведьма, подпустив толику меда в голос.

– Хорошо, – ответил инквизитор, с удовольствием отметив заискивающий тон Бекки. – Давайте ваш глинтвейн. У меня есть деньги.

Бекки торопливо нацедила ему горячий напиток и аккуратно подала, держа её за ручку, чтобы не обжечься. Он же взял кружку всей ладонью и сразу начал пить.

Отхлёбывая горячий, как лава, напиток, Бран не спускал глаз с ведьмы, а мысли вихрем плясали в голове:

«Какая-то пуганая ведьма. Щит построила. Руки дрожат. Неужели подумала, что я жахну? Я же при исполнении! Но глинтвейн хорош, хорош! Пожалуй, даже лучше, чем варит моя матушка: тягучий, густой, сладкий, терпкий от специй и, главное, достаточно горячий, чтобы хоть немного прогнать тяжесть зимнего холода. Не люблю зиму».

– Ладно, Бекки Лисохвост, чувствую – здесь действительно вересковый мёд. Весьма недурно. И документы в порядке. Что же, приятно было познакомиться. Передавайте привет вашей досточтимой бабушке и пожелания ей здоровья. Думаю, мы ещё увидимся, – он важно кивнул и отправился дальше патрулировать площадь. Как-то он здесь уже задержался.

До конца дежурства не произошло ничего интересного.

После отбоя Бран лежал в кровати и под храп курсантов почему-то думал о Бекки Лисохвост. У неё было такое испуганное лицо, когда он подошел. Как у лисицы, которая обчистила курятник. Или как у собаки, которую пинает хозяин. Что-то с ней нечисто. И как-то её жалко. Надо её взять под наблюдение!

Глава 5

– Вот тут родовая книга, Бекки. Когда я помру, она тебе откроется. В подпол по весне может пойти вода, ты следи! На огороде растет разрыв-трава, надеюсь, в твоей академии тебе объяснили, как с ней обращаться? И где ты витаешь? Я тебе, между прочим, дело передаю! – Магда вполне ощутимо ткнула Бекки пальцем в бок.

– Бабушка! – молодая ведьма аж подпрыгнула. – Ну что ты такое говоришь! И почему ты не хочешь поехать в Черноград? За последние сто лет медицина достигла больших высот…

– Глупости не говори! – бабушка устало уселась в потертое кресло. – Медицина! Каждая ведьма знает, когда приходит ее время. И я знаю. И это мой дом и помру я здесь.

Бекки почувствовала, как на ее глаза навернулись слезы! Это всё звучало так ужасно! Не может, не может быть, что ничего нельзя сделать! Ведьмы они или кто? Вот бабушка считает, что они даже сильного дракона могут завалить, а болезнь – почему-то нет.

Похоже, Бекки слишком громко думала, потому что бабушка положила руку ей на голову, и девушка почувствовала приятное оцепенение.

– Кое-что можно сделать. Но лучше не стоит, – сказала бабушка.

– Что?

– Когда-то давно, очень давно, когда я была молода, как ты, я сделала большую глупость… – начала бабушка.

– Какую? – выдохнула Бекки

– Влюбилась в инквизитора, – Магда как будто выплюнула последние слово. – Влюбилась, как дурочка, хотя и была дурочка. Но он был хорош, конечно. Красивый, молодой, и хозяйство имел, как у коня! Вот не вру, вот такой!

И она показала Бекки ладонями размер хозяйства неведомого инквизитора, как некоторые рыбаки показывают свой улов. Размер, действительно, был впечатляющий.

– Но, конечно, я его не за это любила! Ты там не думай! – строго сказала Магда.

– Ага, вообще не думаю, – соврала Бекки. – А дальше что?

– А дальше он пошел на повышение, уехал в столицу и бросил меня, – грустно ответила бабушка. – Я ждала его пять лет! Ни слова, ни полслова от него не было! Типа «безопасность»! Ублюдок. В общем, на шестой год я вышла замуж за твоего деда и вошла в род Златовых. А на седьмой год он вернулся.

– Инквизитор? – кажется, начиналось что-то интересное. У Бекки даже уши зашевелись от предвкушения.

– Да, этот засранец. Приехал и, представь, стал меня обвинять, что я не дождалась! Что разбила ему сердце! Урод. А я ведь отдала ему часть своего! – у бабушки задрожали губы, и внучка обняла ее, чтобы утешить. Потом до нее дошел смысл слов, сказанных бабулей.

– Что? Ты сделала ему «сердечник»?!

– Да, дитя мое. Говорю же, дура была.

Бекки пришла в ужас. Она не могла понять, как можно было совершить такую несусветную глупость! Это же «сердечник» – такими вещами не разбрасываются!

Бабуля укоротила себе век ради какого-то хмыря в черной форме, пусть даже у них была любовь, и у него было хозяйство, как у коня! Но отдать свои личные годы, чтобы другой человек прожил дольше положенного? Это было что-то немыслимое!

– Пусть вернет! Он нарушил договор!

– Подарки – не отдарки. Слышала? – бабушка легонько стукнула Бекки пальцем по лбу. – Он мне ничего не обещал. Я отдала ему «сердечник» без условий. И не могу его забрать сама. Хотя к старости у него крышу снесло, конечно. На себя перестал походить.

– И кто этот счастливец? – спросила Бекки с любопытством. Явно везучий и подлый инквизитор живет в Дивногорске, далеко от создателя «сердечника» нельзя уходить.

– Это Барий Сивый Конь, – грустно улыбнулась бабушка.

Бекки поперхнулась чаем. Этого старпера она уже пару раз видела. Да он же ужас какой был старый и страшный! Хромал, одного глаза у него не было, а вместо левого уха змеился уродливый шрам! Такого на ночь детям лучше не показывать!

Похоже, она опять начала слишком громко думать.

– В молодости он был красавчик, – почему-то обиделась бабушка. – А увечья? Так он воевал. Он и сейчас, в принципе, ничего. С некоторых сторон. И красота в глазах смотрящего, знаешь ли. Одно только, он совсем помешался на ненависти к ведьмам. Потерял благородство. Явно плохо кончит.

– Я знаю, что он тебе задолжал. И я верну твой «сердечник», – сказала Бекки с энтузиазмом. Перед ней забрезжила надежда продлить дни бабули! Внучка должна Магде за приют, а ведьмы долги чтят.

– Поаккуратней, Бекки. Вообще-то он Старший Инквизитор. И тебе никогда не пробраться на территорию ВШИ.

– Еще посмотрим, – сосредоточенно ответила Бекки.

В ее голове начало складываться что-то похожее на план. План с участием одного мрачного, занудного молодого курсанта.

Бабушка посмотрела на внучку с тревогой.

– Я уже жалею, что рассказала тебе эту историю, Бекки! Давай-ка ты прижмешь свой хвост и не будешь делать глупости! И уже скоро обед, ты собираешься выходить на ярмарку?

– Конечно. Просто вчера с утра там народу почти не было. Одни «вши». Один ко мне все докапывался с документами. Бран Чернокрыл. Мерзкий тип. А продажи пошли только к вечеру.

– Чернокрыл? Хороший род, старый, давно известный на севере. Но лучше держаться от них подальше. Сожрут и скажут, что так и было, – неодобрительно покачала головой бабушка. – Сама уже знаешь.

– Бабушка, мне одного дракона на всю жизнь хватило, уж поверь! А этот – нудный, жадный тип. Хотя они все такие! А Чернокрыл еще и инквизитор. Ужасное сочетание. Ладно, ба, пойду доварю глинтвейн и буду греть машину.

Бекки убежала на кухню. Ей нужно было все хорошенько обдумать.

***

Бран сегодня спал на удивление отвратительно. Хотя всё было как всегда: курсанты храпели, пыхтели и скрипели кроватями. И обычно ему это совсем не мешало.

Чернокрыл всегда считал людей на удивление шумными и слабыми существами. Потому и живут они кучами, что порознь их любой поползень сожрет, несмотря на то, что большинство людей искрят каким-никаким, а даром.

А ведь поползни такие медлительные и тупые!

Хотя мясо у них отличное: сочное и сладкое, как мед. У Брана даже желудок заурчал от воспоминаний об этом дивном вкусе.

Вот чего ему не хватало в казарменной жизни, так это хорошей еды, которую готовила его любимая матушка. И еще не хватало кучки золота в его собственном доме. Все же жалкого подобия, которое он хранил под матрасом, было совсем недостаточно.

Бран встал с кровати и заглянул под матрас. Вот оно, его сокровище! Кучка золотых монеток, заботливо сложенная в пирамидку, чтобы точно ложиться под поясницу и дарить чудесные видения. Бран всегда с нетерпением ждал ежемесячного жалованья, чтобы пополнить запас парой монет.

К сожалению, инквизитором, а тем более курсантам, очень мало платили! Это было ужасно несправедливо! Ведь, по мнению Брана, именно инквизиторы несли мир и порядок в хаос энергий и искр этого мира.

Однако дракон отвлекся, а ведь одного взгляда было достаточно, чтобы понять причину его дурного сна! Кто-то нагло стырил золотую монету из-под матраса!

«Ну, и кто этот бессмертный?!» – Бран глубоко вздохнул, расширив ноздри, выдохнул и вздохнул еще раз. Нужно было удержать себя в рамках приличий.

Он резко встал на ноги и оглядел казарму. Курсанты начали ежиться и постепенно просыпаться. Они чувствовали, что их сослуживец был, мягко сказать, недоволен.

– Бран, что ты так искришь? Люди вообще-то, спать еще хотят! – недовольно пробурчал Гвен Вереск на соседней кровати.

– Я бы тоже хотел спать, да кто-то скрысил одну из моих монет, – ответил Бран как можно спокойнее. Он продолжал медленно и размеренно дышать, чувствуя, как огонь заполняет тело, а волосы на голове приподнимаются. Еще Бран почувствовал, что его сокурсники принялись плести сеть.

Это несколько сбило жар внутри. Кувыркаться с утра под сетью ему не хотелось, это очень вредило здоровью.

Черкокрыл стал вспоминать Устав с первого пункта.

Помогло: жар утих и волосы черной волной легли на плечи.

– Бран, успокойся, – Гвен примирительно развел руками, но Бран заметил, как быстро его сосед по кровати начал строить щиты. – Мы найдем крысу!

Бран тщательно обнюхал его, издалека, конечно. Дракону незачем было подходить слишком близко. От Гвена не пахло золотом. Потом Бран медленно обошел казарму, не глядя на напряженные лица сокурсников. В этот момент глаза ему были не нужны. Но он ничего не нашел. Никаких следов. Никто из присутствующих к его золоту точно не прикасался. Бран немного успокоился. Это была хорошая новость. Было бы очень обидно найти «крысу» среди тех, с кем он ел, спал и нес службу последние пять лет. Он бы очень разочаровался в человечестве.

Торопливым чеканным шагом в казарму вошел сержант, и Бран заметил, что он в доспехах. Это из-за него, что ли?

– Курсант Чернокрыл! Что разыскрился с утра пораньше? Нарываешься на нарушение дисциплины и выговор с вычетом из жалованья!

Точно из-за него. Насчет жалованья – было обидно.

– Хочу сообщить о краже у меня золотой монеты. Личный состав пятого курса проверен, это не они.

– Не много ли на себя берешь, курсант? Ты не имеешь права проверять личный состав! Твое обращение принято. Виновный будет найден и наказан в соответствии с уставом. Курсанты, приступайте к гигиеническим процедурам и далее, согласно расписанию. Свободны!

Победоносно обернувшись, сержант покинул казарму.

Бран присел на кровать. Потеря монеты грызла его сердце!

– Не переживай так, Бран, – сказал Гвен. – Ну, хочешь, я тебе свою отдам?

Дракон внимательно посмотрел на парня.

– Спасибо, Гвен. Но мне нужна моя монета!

Чернокрыл резко встал и отправился в обход школы, игнорируя завтрак и риск штрафа. Ему гораздо проще было потерять еще не полученное золото, чем собственное!

Быстро двигаясь по коридору, Бран обошел свой этаж – ничего.

Вверх или вниз? Времени на размышления было мало, нужно было действовать быстро!

Вверх или вниз? Вниз!

А вот внизу он почуял слабый след: раздражающий, мерзкий кислотный запах рвоты и аромат его золота!

Мелькнула мысль: «А вор-то хитрец! Проглотил монетку, мерзавец! Такое смывается только кровью!»

Бран помчался на запах что есть сил! Судя по мелькающим изумленным лицам по сторонам, бежал он действительно быстро.

Кухня! «Все воры любят кухни», – подумал он, – «как любит говорить моя любимая матушка».

Дракон распахнул тяжелую дверь, и его окутало паром и тяжелым духом инквизиторского завтрака. Любой бы растерялся в этой какофонии запахов, но только не Чернокрыл!

Вихрем он нырнул в самую гущу поваров и подмастерий и схватил за ворот рубашки мелкого человечка, как кошка хватает зазевавшуюся мышь. Вором оказался тощий недоросль. Да, точно мелкий, лет шестнадцати. И только поэтому его голова осталась прикрепленной к телу.

Вор начал извиваться, как змея в клюве цапли, и внезапно обратился в черного лиса и выскользнул из рубахи, за которую схватил его Бран.

Еще и оборотень, гаденыш! Чернокрыл ненавидел оборотней, этих мерзких тварей Тьмы!

У инквизитора в руках осталась рубаха воришки, из кармана которой выкатилась золотая монета! Бран ее сразу узнал, это была именно его монета!

Вореныш, вереща, метался по кухне. Но Бран тут же потерял к нему интерес. Тьма с ним! Монетка снова со своим законным хозяином!

Бран поднял ее с грязного пола и сильно сжал в кулаке. Да, его! До чего стало хорошо!

Лисенок наконец-то сообразил, куда бежать: рискуя обжечь хвост, прыгнул на горящую плиту и выскочил в открытое окно. А инквизитор вернулся в казарму.

***

– Ты что тут устроил, Чернокрыл?! – голос капитана инквизиции звенел, как медный колокол. Даже громче, чем у сержанта. Бран поморщился. Слух у него тоже был очень тонкий, не хуже обоняния.

– Я искал свою собственность, капитан. Признаю свою вину в нарушении Устава, готов понести заслуженное наказание! – Бран смотрел прямо в глаза капитану. Глаза были обычного светло-зеленого цвета, ничего интересного. Вот у той ведьмы с рынка глаза были красивые: изумрудные!

– Нашел? – спросил капитан уже спокойнее.

– Нашел! – ответил Бран. Главное в таких ситуациях – во всем соглашаться и демонстрировать смирение. Это он давно понял.

– Есть претензии к вору? – уточнил капитан. – Звонили из общины лис, очень извинялись. Говорят, готовы на виру. Но в пределах разумного, Чернокрыл! Малец сирота, так-то.

Бран опять поморщился: «Ну, началось! Сирота, папы нет, мамы нет, сопру монетку, авось не обеднеют».

– Сто монет, – ответил он.

Капитан поменялся в лице.

– Чернокрыл, побойся Великого!

– Ладно, пять, – сменил курсант гнев на милость. Говорят, что если сделаешь благое дело, то Великий засчитает. Бран хотел проверить эту интересную теорию.

– Ну и чудесно. Тебе пять монет с лис, с тебя минус пять монет из жалованья за нарушение дисциплины. Можешь идти приступать к дежурству. А то обед уже скоро. Этот день в расчет жалованья не попадет, – капитан сел в зеленое кожаное кресло и дал понять, что разговор окончен.

Бран вышел из кабинета раздосадованный.

Похоже, эти сделки с Великим не действуют! Что за ерунда? Он пострадал, пережил несколько крайне неприятных часов в жизни и не получил ничего взамен! Даже коврика из этого воришки! Или шапки для любимой мамочки. Хотя вор был черной шерсти, можно было бы и для себя шапку сделать. С черной шинелью смотрелось бы красиво.

Перед уходом на дежурство Бран вернул монетку в кучку под матрасом, на ее законное место. И наложил заклятие, чего уже давно не делал, конечно. Расслабился. Теперь у любого рука отсохнет, ежели захочет протянуть ее к сокровищу. А на трех лапах далеко не ускачешь. Бран был уверен, что если такое случится вновь, виновником снова будет оборотень. Люди все же не такие самонадеянные.

***

Ночью прошел снегопад и дорогу занесло. Естественно, утром ее еще никто толком не чистил. Поэтому путь Бекки на площадь занял гораздо больше времени, чем обычно. Все ее «коллеги» уже давно разместились, но местечко молодой ведьмы стояло незанятым и покрылось снежком. Бекки смело направила фургон прямо в маленький сугроб.

А ничего! Выедет потом как-нибудь.

– Привет. Что-то припозднилась, – Анна Веретено перекладывала свои варежки по какой-то только ей одной ведомой схеме. – Как здоровье Магды?

– Нормально. Как обычно, – ответила Бекки, ставя навес у фургона.

Со стороны Новогодней ёлки к ней уже начали подходить покупатели, среди которых была парочка знакомых. Впрочем, в Дивногорске трудно не встретить знакомых.

– Привет, Бекки, налей мне кружечку! Что-то вроде потеплело, но все равно зябко, а мне ещё в лес топать проверять ловушки. А то придут медвежути и всё сожрут из капканов , – здоровяк Петер передернул плечами и натянул шапку поглубже. – Что, скинулась уже за мальца Фитца?

– В смысле? – спросила девушка, наливая глинтвейн.

– Ты что? С утра весь город гудит! У «вшей» в доме переполох! У какого-то курсанта Фитц спер монетку, так они чуть весь город не жахнули! Старейшины переструсили, хотели уж мальца на половик пустить и лично подарить инквизиторам.

– Да ладно… – усомнилась Бекки.

Фитца она уже знала, мелкий прохвост, который шнырял то тут, то там, воровал по мелочи, иногда работал, иногда даже ходил в школу. Хотя без родителей трудно стать честным лисом.

– «Да ладно» – что? Что спер? Да клянусь Великим! – обижено воскликнул Петер.

– Нет, в это я как раз верю. Не верю, что инквизиторы его хотели жахнуть. Они же несут порядок и закон. И прочие штуки, – ответила Бекки, принимая плату.

– Ага, как же! Несут, чуть не падают, – насмешливо ответили из очереди. – Полно случаев, когда они мордуют народ почем зря. Может, это в столице они скромные? А тут не стесняются! Особенно оборотней щемят, тех они вообще за людей не считают. Фитц чуть хвоста не лишился! И ходит теперь с горелой жопой ни за что! И ведьм они тоже зажимают. Так что ты, Бекки, поаккуратней лыбься со своей черной вошью. А то отхватишь.

Кровь прихлынула к лицу ведьмы!

– Что за бред?! Кому это я «лыблюсь»?! – её возмущению не было предела.

– Так этому Чернокрылу, возьми его Тьма! А он там самый ненормальный: все время Устав бубнит! И придирается ко всем! Только штрафы и выписывает, паскуда! Как будто ему с них процент идет.

– Ты кончай квакать, Сигм, – оборвали собеседника Бекки. – Помянешь вша, а он тут и ползает! Вон черный идет.

Действительно, теперь и Бекки заметила поверх голов покупателей черную шапку инквизитора.

«Это даже хорошо, – подумала лиса, – что он пришел. У неё есть на этого зануду кое-какие планы!» Её первый испуг от их встречи сошел на нет.

По здравому размышлению, Бекки решила, что этот дракон и в подметки не годится Мечехвосту. Если тот просто вселял жуть, то этот – еще милый маленький дракончик, и использовать его будет раз плюнуть.

В конце концов, она уже опытный драконовед.

Глава 6

Бран издали заметил фургончик Бекки и как раз собирался отведать живительного, сладкого, густого, огненного, пряного напитка! Только глинтвейн мог вернуть его к жизни.

Хорошо бы дополнить его хорошим куском мяса или хотя бы пряником. Завтрак и обед он в силу утренних событий пропустил! Тьма возьми этого мелкого хвостатого ублюдка!

Хотя хорошенькая мордашка подозрительной продавщицы тоже его манила. Так же, как и приятная взору фигура, которая хоть и была скрыта толстым тулупом, всё же вселяла надежду на приятный вид. Тут Бран поймал себя на мысли, что желал бы увидеть Бекки летом в легком платье. А может и без платья…

Он тут же смутился от собственных фантазий и слегка покраснел. Чёртовы ведьмы! Вот так и сходят мужчины с пути Света!

У фургончика, как по волшебству, собралась довольно большая толпа – в основном молодых парней. Бран недовольно поморщился. Конечно, как торгует молодая ведьма – так куча мужиков липнет к ней, точно мухи на мед! Хотя и на старых тоже липнут. Такая уж сущность у ведьм – манкая. Но, разумеется, Бран хоть ещё и курсант, но уже опытный инквизитор – на симпатичное личико не купится!

С одной стороны, ведьмы не виноваты – ну, если не начинают притягивать намеренно; а этого он не чуял. А с другой стороны – зачем так демонстрировать себя? Говорят, на Востоке всех ведьм обязывают надевать на головы мешки с прорезями для глаз! Очень правильное решение! Жаль, в Империи это не пройдет. Очень уж много ведьмы взяли власти в последние годы!

Не ускользнула от чутких ушей инквизитора и фраза о проценте со штрафов, который он якобы получал. В чем-то тот мужлан был прав: конечно, Бран получал свой процент от штрафов!

Но выписывал он штрафы не ради этого, а по закону и по Инструкции по штрафам, утвержденной городским советом в 2025 году от Восхождения Великого! А не просто так!

Любой несогласный мог оспорить свой штраф в городском муниципалитете. Правда, таких пока не было.

Инквизитор подошел поближе и кинул легкий отпугивающий импульс, парней как ветром сдуло!

Нечего тут толпиться и искушать себя Тьмой! Каждый инквизитор стоит на страже морального облика любого гражданина Империи! (Устав инквизиторов, п. 32)

«Отлично. У меня получается всё лучше и лучше, – подумал Бран с удовольствием. – А все-таки красивая ведьма, почти как моя матушка! Хотя матушка, хвала Великому, никакая не ведьма, разумеется. И гораздо красивее. Ну, может, не гораздо. Просто красивее».

– Здравствуйте, господин инквизитор! Желаете глинтвейна? Только готовьте мелочь, у

меня размена нет, – сказала ведьма, и в её словах Бран почувствовал насмешку.

– Здравствуйте, Бекки, – ответил он. – Можете называть меня господин Чернокрыл. Или даже Бран. Господином инквизитором я стану, когда вы совершите какое-либо правонарушение. И налейте мне ваш глинтвейн. Вот, без сдачи.

– Вы так уверены, что я совершу что-то противоправное? С чего это? – Бекки выглядела немного обескураженной.

«Так-то! Сбить немного спеси с девчонки не повредит», – с удовлетворением решил Бран, любуясь ее прелестным личиком.

– Ну, каждая ведьма рано или поздно совершает правонарушения той или иной степени. Просто не всегда мы это обнаруживаем. Но мы очень стараемся, – ответил он, прихлебывая божественный напиток. Право, Бран бы даже отдал десять монет из своей кучки за рецепт!

– Очень обидно такое слышать, господин Чернокрыл. Вы очень предвзято относитесь к ведьмам. Понимаю, что по роду службы вы общаетесь с преступниками, но не стоит переносить свой опыт на всех ведьм и оборотней! – пылко ответила девушка.

– А вы не такая, Бекки? – Бран попытался уловить её взгляд и бросил мягкий прощуп на правду.

С пару секунд он наблюдал за слегка замешкавшейся ведьмой: вот она чуть замерла, явно прислушиваясь к своим ощущениям, вот небрежно поправила тонкими пальцами прядь золотых волос и провела белой тряпкой по идеально чистому прилавку. При этом губы её скривились в странной жутковатой улыбке, обнажающей очень белые ровные зубки и маленькие, слегка выступающие клычки.

И тут ведьма вскинула на Брана горящие ярко-зеленые глаза.

Инквизитор сделал вид, что подавился глинтвейном. Его аж затрясло от увиденного в этих глазах. Как молнией ударило! Сердце забилось так резко, словно он мчался по виражу под майским ветром! Чистая честная душа! Чистый свет исходил из невероятных глаз! И капелька интереса к нему – к Брану Чернокрылу! Интереса как к мужчине.

Ох, Великий! Это было так странно… До сего дня он даже не думал ни о чем подобном.

Все это – дела людские, их мелкие проблемки поиска сношений не ради великой благой цели завести потомство и продолжить род, а просто ради удовольствия. Эксперты по людям говорили, что им эти связи приносят радость. Примитивные существа.

Ну и проблемы изнеженных южных драконов: у них делать нечего – они копят свет внутри себя, не зная, куда его деть, и тратят на всякую ерунду вроде лисиц. Говорят, драконицы у них на вес золота. Так ехали бы на север – там драконицы дерутся за мужей, а не наоборот.

Путь Брана был давно определен матушкой; его суженная с нетерпением ждала брачного возраста в Лунных горах. Но чистая душа – это было интересно. Очень интересно.

Возможно, самое увлекательное, о чем он вспомнит в очень долгой и скучной жизни в горах в обществе супруги по выбору матушки.

– Я не такая! – услышал он твердый голос девушки и выплыл из легкого забытья. Бекки смотрела прямо и уверенно. Золотые волосы струились из-под шапки; алая губка была

слегка прикушена белыми зубками. Красивая.

– Я вижу, – выдохнул Бран, улыбаясь, как дурак, – Вы чистая, Бекки. И очень красивая!

– Вот и прекрасно, – ответила ведьма. – Я вижу, вы допили глинтвейн. Не пора ли вам продолжить путь, господин Чернокрыл? Вы же вроде на работе? А то клиентов распугиваете.

– Да, действительно, Бекки. Благодарю за чудесный напиток. До свидания.

Он безропотно передал кружку девушке и, задумчивый, пошел дальше по маршруту. Так его еще ни разу не отшивали… Откровенно говоря – вообще никогда не отшивали, так как Бран никогда особо не стремился к общению с девами.

Почему же Бекки стала такой суровой? Он же все правильно сказал? Подчеркнул внутренние качества и не забыл про внешность! Как учила любимая матушка! Так же вроде делают комплименты? Женщины – странные… Надо будет спросить у парней в казарме.

***

Бекки в очередной раз пересчитала монетки. Приятная тяжесть оттягивала карман. Пять золотых за день: «Неплохо. Хватит заплатить за энергию для освещения и воды в доме, а еще отложить на ремонт и закупку ингредиентов. Глинтвейн Лисохвостов пользовался спросом! Жалко, что одной много не наварить! Ах, если бы бабушка была здорова! Хотя, возможно, этот вопрос удастся решить».

Она с деловитым видом залезла в фургон и завела мотор. Мысли в голове кружились вихрем: «Проклятый Чернокрыл! Тьма его забери! Нет, не для того я с отличием закончила столичную Академию, чтобы меня просвечивал какой-то провинциальный щенок из какой-то задрипанной сельской ВШИ!».

Мнение лисы о молодом драконе опустилось донельзя. Его облапошить, как у ребенка конфетку отобрать. Бросила в него легкий морок – он и поплыл! Даже и не подумаешь, что Бран относится к тому же племени, что и Виттор. Такой наивный – даже жалко! Хотя жалеть драконов – просто смешно! Кто бы пожалел бедных беззащитных ведьм!

Бекки уже твердо решила, что обязательно попробует помочь бабушке, даже если придется использовать этого самовлюбленного светоносного хмыря, который, как тетерев на току, ничего вокруг не видит! Она спасет бабушку, но не будет принимать родовой дар и поедет дальше. Дивнодырск – явно не предел её мечтаний.

***

Казарма встретила Брана теплом, влажностью и сложным ароматом, в котором смешались запахи еды, тел молодых здоровых мужиков и острый пряный аромат козла.

Козел? Это было что-то новенькое! Чернокрыл с интересом зашел в общую столовую. Запах козла усилился.

За общим столом гудели парни. Сегодня второй день ярмарки, в эту неделю всегда идут послабления режима. Офицеры уходили рано и притворялись, что ничего не видят и не слышат. И это было очень правильно. Всегда должна быть возможность сбросить пар!

Даже такой любитель дисциплины и Устава, как Бран Чернокрыл, это понимал.

Он присел за свободное место рядом с Гвеном Вереском. Наверное, по людским меркам, они были что-то вроде приятелей.

– Привет, Бран. Что поздно так? – спросил Вереск.

– Задержался. Я же позже вышел, – ответил тот, уплетая кашу с мясом из своей тарелки. Мяса сегодня было много, хорошо!

– Вот не бережешь ты себя! Я бы не секунды не задержался дольше положенного! Тебя же обокрали, ты нашел вора, и тебя же наказали!

– Да, мир несправедлив, – согласился Бран. – Отчего так пахнет козлом?

– Посмотри на Патрика! – Гвен указал в темный угол. Там на пучке соломы действительно лежал козел. Бран присмотрелся: заклинание личины поразило инквизитора.

– Кто его так?!

– А, полез к какой-то ведьме и получил, – Гвен удержался от фырканья. – Капитан сказал, до завтра так оставить, потом само сойдет.

– А ведьму наказали?

– С чего это? Он не при исполнении полез. В увольнительной. Сговорились, а она то ли больше запросила, то ли он меньше решил дать. Вот сейчас воняет и мекает. Фу, вонючка!

В подтверждении его слов Патрик заблеял и нагадил десятком мелких шариков.

– Не давайте ему пива, а то лужу сделает еще! – заорали те, кто сидел ближе к козлу. – И давайте его в загон? Чего он здесь смердит?

– Так, бойцы! – крикнул здоровяк Свен, друг Патрика. – Это не козел! Это наш боевой товарищ! Который ни за что пострадал от нашего общего врага: коварной ведьмы! В загон мы его отправлять не будем! Кто против – могу вызвать на бой!

Его глаза нехорошо покраснели.

– Ладно, пусть здесь ночует! Но в спальню не пустим!

– Ребята, кто не доел морковь, отдайте Патрику!

Миска пошла по рукам, и почти каждый положил туда морковку. Ее поставили под нос козлу, и Патрик мирно захрустел.

– Ни за что пострадал, как же! – усмехнулся Гвен. – Она ему тело продает, а он – за так хочет взять.

– Ты это уже говорил.

– И еще раз скажу, – засопел приятель. – Патрик огрёб за дело. Насильничать дам – недостойно мужчины.

– Сношение за деньги? Я про такое слышал, но не думал, что еще и наши… Послушай, – Бран подался вперед. – Разве женщины не получают от этого… удовольствия? Зачем им ещё платить? Тем более, ведьмы получают Свет.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.