Мария Суханова (Зайко)
Оставь рябину птицам

Оранжерея и чай в блюдце

Офис, в котором работала Аллочка, выходил на одну из центральных улиц Петербурга. Пыль, летевшая с улицы в окно, встречала надёжную преграду в виде целой армии цветочных горшков. Пластиковые, керамические, с рисунком и без, они вмещали в себя разнообразные растения, названия которых Аллочка не знала. Цветочные горшки остались от прежней секретарши, которая двадцать лет пахала на шефа, Константина Ильича, служила ему верой и правдой, и наконец, ушла на заслуженный отдых. Её место заняла Аллочка, миловидная блондинка с зелёными глазами, которая печатала с завидной скоростью и знала толк в офисной документации.

Каждое утро она поливала цветы, медитируя и колдуя над ними. И ни одна живая душа не осмелилась сказать молодой секретарше, что она делает что-то не так. Константину Ильичу было не до цветов. Он считал их несущественными эфемерными созданиями, не стоившими внимания. Его интересовала только Аллочкина исполнительность и компетентность. Так продолжалось до визита Семёна Эммануиловича, друга детства и делового партнёра шефа. Седовласый импозантный мужчина в дорогом костюме, с золотой булавкой в галстуке, он не успел войти в офис, а уже сделал секретарше замечание:

– Цветы часто не поливают, корни сгниют. Вам бы книги по цветоводству почитать, набраться мастерства. Глядишь, к следующему моему приезду у вас будет целая оранжерея.

Константин Ильич на все жалобы секретарши только заметил:

– Семён Эммануилович прав, прислушайтесь к его советам!

Аллочка была умной женщиной, и всегда прислушивалась к хорошим советам. Она стала посещать заседания общества цветоводов-любителей, читать книги о комнатных растениях и участвовать в обсуждениях на форумах в Интернете. Скоро в офисе поселились не только сенполии и монстера, но и кофейное и лимонное дерево.

Каждый визит Семёна Иммануиловича сопровождался ещё более бурной радостью успехам секретарши, чем в предыдущий раз. Но ещё больше он был удивлён, когда Аллочка угостила его кумкватом, который выращивала в теплице:

– Что такое кумкват?

– Маленькие плоды оранжевого цвета, напоминающие сочностью апельсины и обладающие терпким послевкусием.

– Алла Евгеньевна, никогда не пробовал ничего подобного. Вы прям чудеса творите!

Константин Ильич только добродушно усмехался в усы. Он находил забавным то, как его друг легко флиртует с секретаршей, не переходя рамки дозволенного.

Аллочка уже семь лет отработала в должности, когда шеф отправил её в командировку, иными словами навестить делового партнёра в соседнем городе. Она обошла все офисы в центре города, когда, наконец, в мрачном здании на окраине отыскала нужный адрес. Она всегда представляла, что Семён Иммануилович работает в роскошном офисе, отягощённом мягкими кожаными диванами, мебелью красного дерева, персидскими коврами, зеркалами в позолоченных рамах. И что офис снабжён приёмной, где посетителей встречают длинноногие секретарши, являющиеся копией победительниц конкурса «Мисс Вселенная», а всё свободное пространство занимают комнатные растения.

Действительность же превзошла все ее ожидания. В тёмном и рядовом помещении стоял стол, за которым сидела носатая секретарша с лицом состарившегося ангела. Она быстро заполняла от руки бумаги и также быстро, не глядя, передавала на стол, который был развёрнут в сторону окна. На этом столе, за которым трудился сам Семён Эммануилович, высилась кипа неразобранных бумаг. Хозяин офиса стоял спиной к Аллочке, и выливал остатки чая из чашки с блюдцем в горшок с чахлым кактусом. Судя по состоянию кактуса, он давно терпел измывательства над собой по причине отсутствия других растений.

Семён Эммануилович обернулся на стук аллочкиных каблуков. Застигнутый на месте преступления, он так и застыл с чайной чашкой в руках. Остаток дня он с помощью носатого ангела приводил в чувство плачущую Аллочку. Бедняжка так и не смогла объяснить, почему она так истерит из-за какого-то сдохшего кактуса.

Аля. Вышитое полотно как зеркало судьбы.

Разноцветье мулине и бисера, чистая канва для вышивки и канва с нанесённым рисунком, специальные иглы с большим ушком, чтобы вдевать нитки разной толщины, калька для перевода узоров вышивки, ножницы с загнутыми концами манили Алю как пчелу медоносы, как Еву запретный плод. Вышивание всегда было на первом месте.

Первые вышивки были пробой пера будущей талантливой мастерицы. Робкие и неумелые стежки сменились работами, которые были представлены на всех школьных выставках. Одноклассники приходили посмотреть на героев знакомых сказок, которые как живые выступали на вышитых полотнах. Самые смелые или недоверчивые проводили рукой по поверхности, чтобы убедиться в том, что перед ними вышивка, а не живопись. Ей пророчили большое будущее вышивальщицы и художника, учительница труда просила подумать о профессиональной карьере. Но ей голову вскружила первая любовь, вышивка была заброшена, но ненадолго. Первой любовью стал студент Академии Художеств, весёлый и разбитной малый по имени Дима. Аля обещала родителям закончить школу с хорошими оценками, и свое общение выполнила.

Она вышла замуж за Диму, не успев поступить в институт. Ожидание первенца, дочки Таси, заставило её вернуться к любимому занятию. Муж нашёл подработку, чтобы прокормить жену и дочку. Через два года на свет появилась вторая девочка Глаша. Дима взял академический отпуск и брался за любую возможность заработать деньги. Аля вертелась как белка в колесе, успевая следить за домом и детьми и находить хотя бы десять минут для любимого занятия. Теперь из-под её руки рождались забавные коврики, подушечки, весёлые орнаменты на ползунках, распашонках и платьицах, вышитые комплекты скатертей и салфеток, детского постельного белья. Ведь Але так хотелось, чтобы её девочки с детства привыкали к красивом и изящному.

Однажды Дима предложил:

– А может нам попробовать организовать собственный бизнес. Мы будем продавать свои работы. Я знаю одну галерею, где их могут взять на экспертизу.

Аля ответила:

– А почему бы нет?

Когда тебе чуть за 20, такие решения принимаешь легко и быстро. Але и Диме понадобилось несколько лет, чтобы их работы начали пользоваться спросом. За это время он закончил Академию Художеств и получил второе высшее образование в ГАСУ, Аля поступила на вечернее отделение Финэка и нашла работу в фирме по продаже канцтоваров. В свободное время Дима писал картины, а Аля вышивала. С Тасей и Глашей по очереди сидела то Алина мама, то Димина.

Тася и Глаша внимательно наблюдали за родителями и пробовали подражать. Тасе лучше удавалась живопись, а Глаше вышивка. У младшей дочери вышивка так же, как у мамы была похожа на живопись, только фантазийная и магическая. Эльфы, гоблины, драконы соседствовали с ангелами и кентаврами.

Аля боялась, что Глаша увлечётся миром волшебства и оторвётся от реальности. Но все страхи и опасения её развеялись, когда Глаша поступила учиться на театрального декоратора. Мир театральных подмостков манил её, но не смог заслонить от неё мир простых людей. В мужья она выбрала Олега, детского врача, и никогда больше не прикасалась к вышивке. Наоборот, Тася выбрала профессию учителя труда и беспокойную жизнь матери-одиночки. Бездетная Глаша души не чаяла в своём единственном племяннике Андрее.

Однажды на двадцатилетнюю годовщину свадьбы Аля подарила Диме вышитый ковёр, на котором была запечатлена история их семьи. Королева Матильда, вышившая знаменитый ковёр из Байе, нашла бы в Алином лице чуткую собеседницу. Они никогда не видели друг друга, но обе создали ковры, в которых, как в зеркале отразились их судьбы.

Розы для поросенка

Дачный поселок «Зеленые холмы» раскинулся вокруг небольшого лесного озера. Дачи здесь строили люди состоятельные, но не олигархи, поэтому домики и участки были скромные, но ухоженные и элегантные. Дачники приезжали сюда на иномарках, разводили цветы, а иногда и всякую живность. Но иногда между соседями вспыхивали всякие ссоры и конфликты, как например, между Петром Ильичом и Анной Никитичной.

Петр Ильич работал в строительной фирме и заведовал отделочными работами. Отпуск он любил проводить не заграницей, а на даче, возясь с цветником, подстригая газоны и перекрашивая забор в новый цвет каждое лето. Этим летом он ушел в отпуск на две недели раньше жены. На даче он наслаждался покоем в обществе зеленоглазой кошки Муськи, которая каждый год исправно приносила котят. Муська любила вести долгие беседы с Петром Ильичом, когда он сидел в шезлонге. Он готовил участок к приезду жены Веры Николаевны, которая присматривала за дочерью Зинаидой, которая сдавала экзамены за первый курс. Муська любила и Веру Николаевну, и Зинаиду, но больше всего любила наблюдать, как хозяин пьет чай из фарфоровой чашки. Петр Ильич вслух обращался к кошке, а та кивала головой в знак согласия или била хвостом, если была несогласной.

Главной их заботой была охрана розария, который пестрел и благоухал перед крыльцом. Вера Николаевна тряслась над розами больше, чем над Зинаидой. Другим дачникам, которые неспешно прогуливались по дорожкам, розарий не был виден. Но соседка Анна Никитична завистливо поглядывала на него через дырку в высоком и глухом заборе. Семья Петра Ильича давно вела с ней войну, за глаза называя Нюшкой. Нюшка, еще не старая баба с красным лицом и бесцветными волосами, разводила свиней и выгодно торговала ими. Двор у нее был загажен свиным навозом, грязными опилками и объедками. В ветреную погоду Петр Ильич и Муська оставались дома, потому что с Нюшкиного участка невыносимо воняло.

Нюшкин любимец Пятачок, которого она держала вместо комнатной собачки, постоянно делал подкопы на соседний участок. Он подрывал корни деревьев, объедал цветы и листву. С грядок пропадали овощи и зелень. Пятачок действовал как настоящий крот. Он рыл подземные ходы, проползал между высокими кустарниками, прятался за сараем, где Петр Ильич хранил инструмент. Поросенка ни разу не поймали с поличным, он успевал убежать, прежде чем его обнаруживали. Петр Ильич и Вера Николаевна много раз просили Нюшку утихомирить любимчика. Нюшка обещала, но поросенок продолжал свои набеги.

Сегодня Петр Ильич не мог заснуть в шезлонге, потому что, то тут, то там слышалось сопение Пятачка и мелькало его розовое рыльце. Поросенок оставался розовым и любопытным, несмотря на свой солидный двухлетний возраст.

– Опять я не отдохну! – пожаловался Петр Ильич Муське, которая кивнула головой и мяукнула. – Я найду управу на этого порося. Вот пожалуюсь участковому, который быстро отправит Пятачка на мясокомбинат.

Муська опять кивнула головой, сузила глаза и облизнулась.

– Муся, ты не сможешь завалить такую огромную тушу! Пятачок не мышка!

Муся сузила глаза и задергала хвостом: ей не понравилось, что хозяин сомневается в ее способностях.

Кошка потянулась, глянула на хозяина и побежала в ту сторону, откуда слышалось сопение Пятачка. Одно движение лапой и летнюю тишину прорезал поросячий визг. На него тут же отозвалась Нюшка:

– Пятачок, что случилось? Кто так тебя поцарапал? Муська!

За глухим забором не было видно, что происходит у Нюшки, но был слышен ласковый шепот, звук поцелуев, возня и повизгивание. Через несколько минут Петр Ильич и Муська сподобились лицезреть разгневанную Нюшку с Пятачком на руках. Свиное рыльце было вымазано зеленкой. Худая Нюшка с трудом удерживала несколько десятков килограмм живого веса.

– Что вы себе позволяете Петр Ильич? Зачем вы натравливаете кошку на беззащитного поросенка?

Петр Ильич посмотрел на красную морду соседки и вымазанного порося. И та, и другой глядели на него с неподдельным укором. Петр Ильич собрался с мыслями и как можно вежливее сказал:

– Анна Никитична, ваш свин портит мой газон, разоряет цветник и даже ворует овощи с моего огорода. Я устал чинить забор. Я приезжаю сюда отдыхать, а не выяснять отношения с поросятами. Я много раз просил вас утихомирить Пятачка, а он продолжает свинячить.

– Пятачок – самый воспитанный поросенок в мире. Это ваша Муська – бандитка. Если вы ее не успокоите, я пожалуюсь участковому.

Петр Ильич лишь пожал плечами. Он залюбовался розарием, давая понять, что разговор окончен. Он не обратил внимания, как соседка и поросенок зло уставились на цветы. Только Муська поняла, что грядет подлая месть.

На клумбе росло три или четыре десятка розовых кустов. Петр Ильич даже окончил специальные курсы по разведению роз, чтобы за ними ухаживать. Каждый день он пересчитывал кусты роз, осматривал их на предмет насекомых и болезней, умело защищал от воздействия сурового петербургского климата. Благодаря заботе всей семьи розы радовали глаз с весны до глубокой осени. Все опасности были учтены, кроме любви Пятачка к своей хозяйке. Поросенок был преданным существом и отвечал хозяйке на заботу двойной лаской и нежностью. Все, что он находил, поросенок показывал Нюшке. Анна Никитична же втайне была влюблена в Петра Ильича, а тот ни о чем не догадывался. Только Вера Николаевна и Зинаида видели, что соседка сгорает от любви. Они старались намекнуть ей о неуместности ее чувств к семейному человеку. Но Нюшка упорно игнорировала все намеки. Пятачок в душе знал и понимал безответную страсть хозяйки к соседу, но ничего не мог поделать с соперником, кроме как насвинячить у него на участке.

Несколько дней Анна Никитична находила под дверью вырванные с кор-нем кусты роз. Она была поражена до глубины души молчаливым ухаживанием соседа. А Петр Ильич с тревогой подсчитывал убытки. Число роз уменьшалось на глазах. Кто-то планомерно разорял его цветник. Но следов похитителя так и не обнаружил. Кусты, словно сквозь землю проваливались и бесследно исчезали. Муська провела расследование среди мышей, но те все отрицали.

Терпение Петра Ильича лопнуло, и он отправился за участковым, капитаном полиции Игнатенко. Игнатенко осмотрел место происшествия и только вздохнул: преступник не оставил следов. Хотя… Игнатенко что-то рассмотрел в земле и радостно заорал:

– Подкоп, Петр Ильич, подкоп!

– Товарищ капитан, завтра жена с дочерью приезжают, а у меня цветы пропали. Вера меня не поймет. Ведь столько сил и денег вложено в эти кусты! Найдите мне похитителя роз.

Петр Ильич, поглощенный горем, не замечал, что с Нюшкой произошли заметные перемены. Она не только выгребла и очистила многолетнюю грязь со двора, но и сама отмылась дочиста, превратившись в еще моложавую, интересную женщину. Капитан Игнатенко, который отправился к соседке за дополнительными сведениями, оторопел, когда увидел на Нюшкином дворе незнакомую женщину. Лишь свежевымытый Пятачок с бантом вокруг жирной шеи помог признать Анну Никитичну в крашеной блондинке в модном сарафане. Но капитана Игнатенко трудно было провести новым Нюшкиным обликом. Он с самого начала заподозрил ее, оставалось только найти подтверждение.

– Анна Никитична, мне поговорить с вами надо!

– Да, милости прошу. Я только чай села пить. Не хотите ли присоединиться, Тихон Савельевич?

Игнатенко захотел, потому что не мог понять, что за волшебство преобразило Анну Никитичну. Он с удивлением взирал на отскобленные Нюшкины хоромы.

В центре комнаты стоял стол, покрытый скатертью. На столе высилась огромная ваза с цветами, вокруг нее стояли чашки с блюдцами, пирог на нарядной тарелке, битый молочник и металлический чайник, купленный по случаю в местном лабазе.

– Тихон Савельевич, вы любите чай с молоком или вареньем?

– Анна Никитична! Вы же знаете, я люблю чай без сахара, – Игнатенко еще раз оглядел стол. Он понял, что его так раздражало в окружающей обстановке.

Пятачок сидел на табуретке за столом и ел кашу из миски. Вокруг его шеи была повязана вышитая салфетка. Участковый не хотел пить чай в компании с поросенком. Он даже сделал попытку отказаться от уже налитого чая. Он перевел взгляд с чашки на вазу и вскрикнул от неожиданности! Цветы в вазе напоминали роскошные розы Петра Ильича.

– Какие прекрасные цветы? Кто их вам подарил? – спросил участковый, усаживаясь на стул. Он снял фуражку и протер лысину чистым платком, ведь в доме было очень жарко.

– Тайный поклонник, Тихон Савельевич! Я только могу догадываться о том, кто это.

– Тайный поклонник? – переспросил Игнатенко. – Поздравляю Анна Никитична, то-то вы так преобразились, что я вас едва узнал! Интересно, кто же виновник вашего преображения?

Анна Никитична не торопилась с ответом. Она поставила чашку на блюдце, вытерла рот салфеткой, поправила прическу и сарафан. Потом вытаращила глаза и тихо, не без кокетства, произнесла:

– Петр Ильич за мной ухаживает!

Игнатенко подавился чаем и закашлялся, а Пятачок обиженно хрюкнул.

– Как раз Петр Ильич и заявил о пропаже роз! Он терпит большие убытки от неизвестных воров. И розы, полученные вами от тайного поклонника, напоминают попавшие. Может быть вы откроете мне секрет, как это произошло?

–Тихон Савельевич! – возмутилась Анна Никитична. – Неужели, по-вашему, я способна на такой некрасивый поступок, как воровство соседских цветов?

– Тогда как они попали к вам?

– Уже несколько дней я нахожу у себя под дверью розовые кусты, почему-то вырванные с корнем. Но ничьих следов я не видела. Я сразу узнала цветы Петра Ильича. Я подумала, что таким способом он намекает мне на нежные чувства.

– Но Петр Ильич женат и не любит вас! Он очень разгневан пропажей цветов. Он обвиняет вас в мелкой мести за поцарапанного поросенка.

Анна Никитична искренне расстроилась. Игнатенко растерянно глядел, как слезы водопадом льются из женских глаз.

– Да, как он смеет! Вся их семейка – наглые люди! Они постоянно обижа-ют Пятачка. Даже кошку на него натравили.

Пятачок обиженно хрюкнул, подтверждая слова хозяйки. Он доел кашу и скинул миску со стола. Игнатенко поморщился, когда поросенок, как бы ища защиты, ткнулся розовым рыльцем в его свежевыглаженные брюки.

– Анна Никитична! Это не мое дело разбирать конфликты между свиньями и кошками. Я здесь только с одной целью: установить личность того, кто украл розы вашего соседа.

– Я вам казала правду. Каждое утро я нахожу розы, ставлю в вазу и жду, когда Петр Ильич мне все объяснит.

В этот момент с соседского участка раздался вопль Петра Ильича:

– Я поймал вора! Скорее на помощь!

Но его вопль потонул в поросячьем визге. Тихон Савельевич и Анна Никитична выскочили во двор и заглянули на соседский участок. Им открылась чудесная картина: Петр Ильич боролся с Пятачком, во рту которого был зажат розовый куст.

– Пойман с поличным! – воскликнул участковый. – Петр Ильич тащите преступника сюда. Мы его судить будем!

От слов Игнатенко сердце Анны Никитичны сжалось. Она всплеснула руками и заголосила:

– Верните мне поросенка! Пятачок это сделал из любви ко мне!

Игнатенко, Петр Ильич и Пятачок с изумлением уставились на нее.

– А вот и мотив! Теперь Анна Никитична, вы должны отдать Петру Ильича поросенка, чтобы возместить ущерб!

– Ни за что! Пятачок – это единственное, что у меня осталось. Муж умер, дети и внуки живут в городе, а я одна одинешенька на белом свете! За всю жизнь только один поросенок мне розы подарил.

Петру Ильичу стало неловко:

– Бог с вами, Анна Никитична! Никто не отнимает у вас Пятачка. Он так любит вас. Только и вы меня поймите. Мы с Верой столько вложили в этот розарий! А ваш любимец все уничтожил.

– Я вам заплачу, только не трогайте Пятачка.

В присутствии участкового соседи пришли к мировому соглашению. Потом они съездили в питомник и купили на «свиные» деньги несколько десятков кустов морозоустойчивых сортов роз. После возращения Анна Никитична помогла Петру Ильичу восстановить розарий.

На следующий день приехали Вера Николаевна и Зинаида. Они с удивлением узнали, что между Нюшкой и Петром Ильичом царит мир и покой. Но они еще больше изумились, когда из шезлонга им весело в знак приветствия хрюкнул Пятачок. Рядом сидела Муська и вылизывала его, как котенка.

История о царе, рыбе и попугае.

Город Колхапур есть на реке Панчаганга. Когда-то в нем правители из династии Чалукьев приказали возвести храм Махалакшми. В те дни в Колхапуре правил наместник царя Викрамадитьи из династии Чалукьев из города Витапи (Бадами). Не следует путать этого царя с легендарным правителем Викрамадитьей.

Магараджа Викрамадитья из Чалукьев был сыном и отцом магараджей, он прославился как великий воин. Храбрость его не имела границ, но однажды он узнал, что её одной для правителя недостаточно. Великий царь должен быть мудрым и милосердным.

Случилось так, что на берегу реки Панчаганги была роща с плодовыми деревьями, пальмами и лианами, на чьих ветвях сидело множество птиц, а в водах реки водилось множество рыб. Один красноголовый попугай любил наблюдать за игрой покрытых чешуей, но никогда не ловил их. Казалось, что он ждёт с кем-то встречи и тоскует в разлуке.

Люди, чьё внимание привлекло необычное поведение попугая, обратили внимание на то, что одна рыба всегда высовывалась из воды на голос попугая. У всех, кто наблюдал за общением животных, восклицали, как один:

–Они беседуют друг с другом!

Чудесная история дошла до ушей магараджи Викрамадитьи, и он решил разгадать тайну общения рыбы и попугая. Среди придворных мудрецов был один, который умел понимать язык всех живых существ. Сей мудрец сопровождал магараджу в его поездке в Колхапур, потому что Викрамадитья хотел знать, о чём беседуют рыба и попугай.

Магараджа не захотел привлекать внимание подданных к своей поездке. Он сделал вид, что отправился верхом на охоту на несколько дней, а сам с несколькими проверенными людьми поскакал на берег Панчаганги. Добирались они четыре дня, все время охотясь по дороге. Добычу было велено доставить в Бадами и Колхапур.

После пребытия в Колхапур, спутники Викрамадитьи расположились на отдых во дворце, а он вместе с мудрецом отправились в прибрежную рощу.

Изумлению магараджи не было предела, когда собственными глазами он увидел, как попугай сначала кружил над рекой и звал подругу, а затем как птица уселась на пальму, что росла у самой воды и стала читать стихи. Неожиданно в ушах Викрамадитьи раздался чей-то нежный голос, который пел песни и читал стихи на незнакомом языке.

–Это рыба отвечает стихами на призыв попугая, – объяснил мудрец магарадже происхождение голоса в его ушах.

–Ты можешь расспросить попугая, почему и о чём беседуют они с рыбой? Я хочу знать, что случилось между ними, и могу ли я им помочь.

–О магараджа Викрамадитья, – обратился попугай человеческим голосом, – я и эта рыба дружим уже много лет.

–Дружба птицы и рыбы невозможна! – - Птица утонет в воде, а рыба задохнется на солнце. Тем более попугай и рыба такие разные: он болтает все время, а рыба молчит.

–О нет! Рыбы умеют разговаривать, они даже болтливее попугаев! – возмутился попугай.

–А как вы смогли подружиться? – снова спросил Викрамадитья.

–Когда-то мы были людьми и жили в этом городе. Рыба была прекрасной танцовщицей по имени Маданика, она владела 64 искусствами, какие положено знать женщине. Особенно же она преуспела в пенье, танцах и стихосложении. Она умела играть на всевозможных музыкальных инструментах и так была искусна в этом, что к ней склонялись сердца всех, кто её слышал. У Маданики было множество богатых поклонников, наследник престола мечтал приблизить её к себе.

–Маданика?! – переспросил Викрамадитья. – Я помню, что очень сильно желал эту женщину, но она куда-то пропала из города и никто не знал, куда она исчезла. Оказывается, она превратилась в рыбу. А ты кем был и почему превратился в попугая?

–Меня зовут Чандрагупта, я из кшатриев. Я был возлюбленным Маданики и мечтал взять её в жены, но у меня не было денег, чтобы выкупить её у хозяина. Моя возлюбленная даже предложила мне продать её драгоценное ожерелье, чтобы выручить необходимую сумму, но я отказался. Я не могу брать деньги у женщины.

–Что было дальше? – в нетерпении прервал его Викрамадитья.

–В Маданику влюбился один из жрецов храма Махалакшми – пожилой брахман, поражавший окружающих познанием тайн вселенной. Утверждали, что он в молодости так усердно служил Вишну, что тот наделил его даром обращения предметов и живых существ в людей, а людей – в другие живые существа и предметы. Маданика отвергла любовь брахмана, которого звали Харидаттой, но тот продолжал требовать её любви в нарушение всех своих обетов. Тогда он проследил за нами, когда мы встретились с возлюбленной на берегу реки. Он превратил Маданику в рыбу, чтобы лишить мир её чудесного голоса, а меня сделал болтливым попугаем, потому что я был молчаливым по природе. Боги сжалились над нами, и мы встречаемся с моей возлюбленной раз в сутки и беседуем обо всём на свете. Мы обречены тосковать друг с другом в разлуке, потому что никогда не сможем соединиться.

–Ты сказал, что брахмана звали Харидаттой? – переспросил магараджа. – Я, кажется, знаю, как помочь вашему горю.

Викрамадитья с гневом обратился к мудрецу, который внимательно слушал рассказ попугая:

–Разве не тебя звали Харидаттой, когда ты поступил ко мне на службу?

Непроницаемое лицо мудреца не выражало ни гнева, ни сочувствия к несчастьям заколдованных влюбленных.

Вопрос магараджи привёл его в волнение:

–Да, когда-то я был брахманом по имени Харидатта и получил много даров от Вишну и Лакшми, но меня сгубила страсть к Маданике. Я также был изгнан из касты брахманов и мне было запрещено прикасаться к священным предметам культа, жрецом которого я был. Все это произошло, потому что я связался с танцовщицами и ворами, я утратил праведность и украл сокровища храма Махалакшми. Все дары, которые жертвовали верующие, я истратил на вино и женщин. Я долго скитался, пока не поступил к тебе на службу.

–Я бы мог договориться о прощении для тебя и восстановлении тебя в касте брахманов, если ты сумеешь расколдовать бедных влюбленных.

–Хотя я наложил чары на Маданику и её возлюбленного, но я не сумею их снять.

–Ты же говорил, что сам Вишну научил тебя магии.

–Да, но тогда я был праведником из касты брахманов, а теперь я стал хуже чандала.

–Принеси покаяние, о Харидатта! – воскликнул попугай, – может, боги простят тебя.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.