Алла Нестерова
Я любовница. В тени чужой жизни

ПРОЛОГ.

Любовь – это дар небес.

Но что, если этот дар уже принадлежит кому-то другому? Что если судьба приводит тебя к человеку, чьё сердце уже занято, а кольцо на пальце – лишь вершина айсберга обязательств перед другой женщиной?

Меня зовут Алина. Мне тридцать два года, и я влюбилась в женатого мужчину.

Никогда не думала, что окажусь по ту сторону моральных принципов. Всегда презирала женщин, которые сознательно разрушают чужие семьи, но жизнь, как известно, любит преподносить сюрпризы и проверять на прочность наши убеждения.

Когда я впервые встретила Александра, поняла, что пропала, этот мужчина мгновенно запал мне в душу, данная встреча, открыла мне путь к счастью, о котором я даже не смела мечтать. Высокий, статный мужчина сорока лет, с пронзительными серыми глазами и лёгкой сединой на висках, обладатель собственной архитектурной фирмы и, как выяснилось позже, муж и отец.

Я – успешный дизайнер интерьеров, не обделённая вниманием мужчин, но всегда выбирающая карьеру вместо серьёзных отношений. До встречи с ним. Наша история началась как обычное деловое сотрудничество и переросла в нечто большее, нечто запретное и опасное. Его жена Вероника – холодная красавица, тридцати пяти лет, хрупкая блондинка с ледяными голубыми глазами, имеющая за плечами блестящее образование и работу в престижной юридической фирме.

Я сопротивлялась, как могла и пыталась избежать этой порочной связи, не планировала становиться третьей лишней, но сердцу не прикажешь, и получила в итоге по заслугам. Ни что не проходит бесследно и без последствий.

Хочу поведать вам свою историю, не только о запретной любви, но и о цене, которую пришлось заплатить за неё, о том, как оказывается легко переступить черту и оказаться в плену собственных желаний, как месть преданной жены может поглотить душу, не оставив места для счастья. Я расскажу вам всё.

Запретная любовь, с первого взгляда и до трагических событий, которыми закончилась моя история, и пусть осудит меня тот, кто никогда не терял голову от страсти.

ГЛАВА 1.

Утро того дня ничем не отличалось от сотен других. Я проснулась от звонка будильника ровно в шесть тридцать, по привычке потянулась к телефону, чтобы проверить почту и уведомления в социальных сетях. За окном моей квартиры на двадцатом этаже Москва только-только просыпалась, а я уже мысленно планировала свой день. Наскоро приняв душ, я выпила чашку крепкого кофе, нанесла лёгкий макияж, подчёркивающий мои карие глаза и высокие скулы, уложила непослушные каштановые волосы в элегантный пучок и надела строгое черное платье-футляр. Мой образ дополняли изящные серьги с жемчугом – подарок отца на тридцатилетие и тонкие часы на запястье. В зеркале отражалась уверенная в себе женщина с прямой спиной, гордой осанкой и решительным взглядом, именно такой я хотела, чтобы меня видели клиенты. Особенно сегодня, когда предстояла встреча с потенциальным заказчиком – владельцем крупной архитектурной фирмы, желающим обновить интерьер своего офиса.

Я приехала в бизнес-центр «Империал» за двадцать минут до назначенного времени, пока лифт поднимал меня на тридцать второй этаж, я мысленно повторяла ключевые пункты презентации. Стеклянные двери с логотипом «А&K Архитектура» встретили меня прохладой кондиционированного воздуха и приглушенным светом.

– Добрый день, я Алина Сергеевна Романова, у меня встреча с Александром Андреевичем в десять часов, – представилась я молодой секретарше за стойкой ресепшн.

– Здравствуйте! Александр Андреевич ожидает вас, пройдите, пожалуйста, по коридору до конца и направо. – Девушка улыбнулась и указала рукой направление.

Стук моих каблуков по мраморному полу эхом разносился по пустому коридору. Я постучала в дверь с табличкой «А. А. Кравцов. Генеральный директор» и услышала глубокий мужской голос:

– Войдите!

Я сделала глубокий вдох и открыла дверь. В просторном кабинете за массивным столом из тёмного дерева сидел мужчина, чей облик мгновенно приковал мой взгляд. Александр Андреевич Кравцов оказался обладателем не только впечатляющего резюме, но и потрясающей харизмы, его серые глаза внимательно изучали меня, пока он поднимался, чтобы поприветствовать.

– Алина Сергеевна, рад знакомству. Наслышан о ваших проектах. – Его рукопожатие было крепким, а голос – глубоким и уверенным.

– Взаимно, Александр Андреевич. Благодарю за возможность представить свои идеи вашей компании, – ответила я, стараясь сохранять профессиональный тон, несмотря на неожиданное волнение.

Он предложил мне сесть в кресло напротив, и я начала презентацию. Говорила о концепции современного рабочего пространства, о важности сочетания функциональности и эстетики, о новых тенденциях в дизайне офисных помещений. Александр слушал внимательно, изредка задавая точные вопросы, свидетельствующие о его глубоком понимании предмета.

– Ваш подход отличается от того, что предлагали другие дизайнеры, – заметил он, когда я закончила. – Вы не просто следуете модным тенденциям, а стараетесь понять философию компании.

– Я верю, что интерьер – это отражение внутренней сущности, будь то человек или организация, – ответила я. – Важно не просто создать красивое пространство, но и передать через него ценности и характер его обитателей.

Его губы тронула лёгкая улыбка.

– Именно такой подход мне нравится. Что ж, Алина Сергеевна, я думаю, мы сработаемся. Когда вы могли бы приступить?

– Сейчас я заканчиваю проект, остались последние штрихи, согласование с заказчиком, уверена, через неделю я готова полностью посвятить себя работе по проекту в вашем офисе, – ответила я, стараясь скрыть радость, интуиция мне подсказывала, что этот контракт за мной.

– Отлично. Мой помощник свяжется с вами для согласования деталей контракта, а сейчас, если у вас есть время, я могу показать вам помещения, которые планируем обновить.

Мы провели почти два часа, обходя офис «А&K Архитектура». Александр рассказывал о своём видении каждого пространства, делился историями компании, которую основал десять лет назад вместе с партнёром, впоследствии выкупив его долю. Он говорил с увлечением, а я ловила себя на мысли, что наблюдаю за движением его рук и губ, со сладким томлением где то внизу живота и ловила себя на мысли, что слушаю его невнимательно, мой взгляд, всё время возвращался то к его губам, то рукам.

– А это наша гордость – макетная мастерская, – сказал он, открывая дверь в просторное помещение, заполненное столами с удивительно детализированными архитектурными моделями. – Даже в эпоху 3D-визуализации ничто не заменит тактильного ощущения от работы с реальным макетом.

– Это потрясающе, – искренне восхитилась я, рассматривая миниатюрный жилой комплекс. – Вы сами работаете над макетами?

– Иногда, когда хочется отвлечься от управленческой рутины, – он подошёл ближе, почти касаясь моего плеча. – Эта модель, например, моя работа, проект загородного дома для собственной семьи.

Его слова про семью, стали для меня холодным душем, и я почувствовала укол разочарования, но при этом, перестала летать в облаках и сосредоточилась на его словах, вздохнула, конечно, такой мужчина не мог быть свободен, опустила взгляд на его левую руку и заметила платиновое обручальное кольцо. Как я могла не обратить на него внимания раньше?

– У вас большая семья? – спросила я, стараясь, чтобы голос звучал непринуждённо.

– Жена и сын, ему восемь. – Он достал телефон и показал фотографию красивой белокурой женщины, держащей за руку мальчика с такими же серыми глазами, как у отца.

– Прекрасная семья, – произнесла я с улыбкой, хотя внутри что-то дрогнуло.

– Благодарю. А вы…? – он оставил вопрос незаконченным, но смысл был ясен.

– Карьера на первом месте, – ответила я. – не всем дано совмещать успех в профессии и личной жизни так гармонично, как вам.

Он посмотрел на меня с лёгким прищуром, словно пытаясь разглядеть что-то за моими словами.

– Гармония – понятие относительное, Алина Сергеевна, иногда то, что кажется идеальным со стороны, изнутри выглядит совсем иначе.

В его голосе промелькнули нотки горечи, но он тут же сменил тему, вернувшись к обсуждению дизайна. Когда мы завершили обход и вернулись к его кабинету, было уже далеко за полдень.

– Благодарю за уделённое время, – сказал Александр, провожая меня до лифта. – Я с нетерпением жду начала нашего сотрудничества.

– Взаимно, – ответила я, протягивая руку для прощального рукопожатия.

Его пальцы задержались на моей ладони чуть дольше, чем того требовал деловой этикет, а взгляд словно проникал под кожу, тут же моё сердце начало отбивать бешеный ритм от его прикосновения и спёрло дыхание в груди.

Возвращаясь домой в такси, я не могла избавиться от навязчивых мыслей о Александре Кравцове, его образ преследовал меня: серые глаза, седина на висках, глубокий голос, и тут же ловила себя на мысли о желании узнать о нем больше, увидеть его, как можно скорее и вновь ощутить его прикосновение.

«Это просто профессиональный интерес к перспективному клиенту,» – утешала я себя, открывая дверь своей квартиры. Вечер окутал мою квартиру тишиной, я стояла у панорамного окна с бокалом красного вина, наблюдая, как Москва зажигает огни. Мысли об Александре не отпускали меня, что-то в его глазах, в том, как он произнёс фразу о гармонии… Словно за фасадом успешного бизнесмена и примерного семьянина скрывалась тайна.

Я достала телефон и открыла поисковик. «Александр Кравцов архитектор Москва». Десятки ссылок на интервью, проекты, награды. Фотографии с женой на благотворительных вечерах. Они выглядели безупречно – он в строгом костюме, она в элегантных платьях. Вероника Кравцова – выпускница МГИМО, старший партнёр юридической фирмы «Правовой альянс». На каждом снимке они держались на идеальном расстоянии друг от друга – ни слишком близко, ни слишком далеко. Профессиональная улыбка, отточенные позы, что-то в этих фотографиях казалось неестественным, словно тщательно отрепетированный спектакль, или это просто моё воображение искало трещины в чужом счастье?

Я отложила телефон и прикрыла глаза. Память услужливо подкинула образ отца, уходящего от нас, когда мне было шестнадцать. «У папы теперь другая семья, Алина, он нас больше не любит». Мама плакала по ночам, думая, что я не слышу и я поклялась себе, что никогда не стану причиной женских слёз, от которых ушёл муж.

Отец исчез из моей жизни на долгие годы, появившись вновь, когда я уже заканчивала институт, он пришёл на мою первую персональную выставку дизайна интерьеров. Стоял в углу зала, постаревший, с виноватыми глазами. «Я горжусь тобой», – всё, что он сказал тогда, его новая семья не принесла ему счастья – вторая жена ушла, забрав их общую дочь.

Я простила его, но шрамы остались, может, поэтому я всегда выбирала мужчин, которые были эмоционально недоступны? Андрей – талантливый художник, для которого я была лишь музой-однодневкой. Виктор – венчурный инвестор, исчезнувший из моей жизни так же внезапно, как появился. Максим – последние серьёзные отношения, завершившиеся три года назад его свадьбой с девушкой из богатой семьи.

«Ты слишком увлечена карьерой, Алина. Мне нужна женщина, которая будет ждать меня дома», – его слова до сих пор звучали в ушах, я тогда только открыла собственную студию дизайна, работала по восемнадцать часов в сутки. Через месяц после нашего расставания увидела его свадебные фотографии в Instagram. Его невеста, дочь нефтяного магната, лучезарно улыбалась в платье от Vera Wang. После Максима я построила вокруг сердца стену, сосредоточившись исключительно на работе, и вот теперь эта стена дала трещину после одной-единственной встречи с женатым мужчиной.

Телефон завибрировал. Сообщение от неизвестного номера: «Алина Сергеевна, позвольте поблагодарить Вас за сегодняшнюю встречу. Ваш профессионализм произвёл впечатление, буду рад обсудить детали проекта за ужином в неформальной обстановке. Александр Кравцов». Сердце замерло в радостном предвкушении. Ужин, неформальная обстановка, наедине! Я перечитала сообщение несколько раз, пытаясь понять, что за ним стоит – деловое предложение или нечто большее? Мой палец замер над клавиатурой. Разумнее всего было бы предложить встречу в офисе в рабочее время, и я написала: «Благодарю за предложение, Александр Андреевич! К сожалению, не могу, мне необходимо закончить проект, чтобы своевременно приступить к вашему».

Его ответ пришёл мгновенно: «Понял. Увидимся через неделю».

Я отложила телефон, чувствуя смесь восторга и тревоги. В голове звучал предупреждающий голос: «Он женат, Алина. У него семья. Тебе нельзя встречаться с ним в неформальной обстановке». Была и другая мысль, настойчивая и беспощадная: «В его браке что-то не так, ты видела это в его глазах. И всё-таки, как же он хорош, меня тянет к нему, как магнитом».

Я подошла к шкафу и начала перебирать платья, размышляя, что надеть завтра – привычка с детства, готовить одежду с вечера. Бабушка приучила, вдруг мой взгляд упал на старую шкатулку, стоящую на верхней полке. Я достала её и открыла, внутри лежал серебряный медальон – единственная память о бабушке. «Носи его всегда, Алиночка, он защитит тебя от бед», – говорила она, вкладывая украшение в мою детскую ладонь, открыла медальон. Внутри был крошечный портрет молодой женщины с грустными глазами – прабабушки, чья история любви закончилась трагедией. По семейным преданиям, она влюбилась в женатого дипломата в предреволюционном Петербурге. Он обещал развестись, но вместо этого уехал с женой в Париж, оставив мою прабабушку с разбитым сердцем и ребёнком на руках. Неужели история повторяется? Я захлопнула медальон и вернула его в шкатулку. Нет, со мной такого не случится, я оформлю дизайн интерьера и наши пути разойдутся. Мне нужно держаться от него подальше, уж очень у меня сильная тяга к нему, так что, только работа и ничего больше. Хотя, глубоко внутри я понимала, что лгу сама себе, в воздухе витало предчувствие чего-то неотвратимого, словно невидимые нити судьбы уже связали меня с Александром Кравцовым. И что-то подсказывало: в этой истории есть третья сторона, о которой я пока ничего не знаю. Тайна, которую предстоит разгадать. Засыпая той ночью, я видела во сне серые глаза Александра и слышала его слова: «Гармония – понятие относительное». Что он имел в виду? И готова ли я узнать правду? В тот день я ещё не осознавала, что встреча с Александром Кравцовым изменит всю мою жизнь, и что совсем скоро я перешагну черту, которую обещала себе никогда не переступать.

ГЛАВА 2.

Следующая неделя пролетела в рабочей рутине и бытовых хлопотах, я завершила текущий проект, параллельно собирая информацию о компании Александра и разрабатывая предварительные эскизы для его офиса. Вечерами, после напряженного рабочего дня, я часто ловила себя на том, что просматриваю профиль «А&K Архитектура» в социальных сетях, ища фотографии с Александром.

Однажды, прокручивая ленту Instagram, я наткнулась на аккаунт «veronika_krаvtsova». Сердце ёкнуло, когда я поняла, что это жена Александра, знала, что не должна этого делать, но любопытство взяло верх, я провела почти час, изучая ее профиль и разглядывая фотографии.

Вероника Кравцова оказалась не просто красивой женщиной, но и успешным юристом, партнёром в престижной юридической фирме, её лента пестрела фотографиями из дорогих ресторанов, с модных показов и благотворительных вечеров, на нескольких снимках она была с Александром – идеальная пара, словно сошедшая с обложки глянцевого журнала, однако что-то в их совместных фотографиях казалось мне неестественным. Возможно, это было просто моё воображение, но я не видела тепла в их взглядах, той искры, которая выдаёт по-настоящему влюблённых людей.

«Прекрати,» – приказала я себе, закрывая приложение. – «Это не твоё дело. Он клиент, и только.»

В понедельник я приехала в офис «А&K Архитектура» для подписания контракта и согласования дальнейшего плана работ. Ехала и немного побаивалась, вдруг из-за моего отказа поужинать, Александр откажется от моих услуг, однако, он встретил меня вежливой, сдержанной улыбкой, что и в первый раз, и я увидела, что в его взгляде не было даже намёка недовольства или досады за мой отказ от ужина, я выдохнула с облегчением: «Может он и правда имел ввиду только деловой ужин и ничего больше? А я-то, вообразила себе…»

– Как прошли выходные, Алина Сергеевна? – спросил он, когда секретарь принесла нам кофе.

– Продуктивно. Набрасывала идеи для вашего офиса, – ответила я, доставая из портфеля папку с эскизами. – хотела показать вам некоторые предварительные концепции.

Он придвинулся ближе, чтобы лучше рассмотреть рисунки, и я почувствовала тонкий аромат его парфюма – что-то древесное, с нотами сандала и кожи, наши руки случайно соприкоснулись над чертежами, и я отдёрнула свою, словно обжёгшись.

– Извините, – пробормотала я, чувствуя, как к щекам приливает кровь.

– Все в порядке, – ответил он, но не отодвинулся. – у вас потрясающий почерк.

Я подняла глаза, и мы встретилась взглядом, в серых глазах читался недвусмысленный интерес, выходящий за рамки делового общения. Сердце забилось чаще, и я понимала, что должна прекратить это, напомнить о профессиональных границах, вместо этого я улыбнулась:

– Благодарю за комплимент, Александр Андреевич.

– Давайте оставим формальности, – предложил он. – просто Александр, если не возражаете.

– Хорошо… Александр, – имя словно мёд растеклось на языке. – тогда и вы называйте меня Алиной.

Мы продолжили обсуждение проекта, но атмосфера в кабинете изменилась, наполнившись едва уловимым напряжением, когда все формальности были улажены, и я собиралась уходить, Александр неожиданно сказал:

– У меня есть просьба личного характера. Я хотел бы заказать дизайн-проект для своего домашнего кабинета и ещё нескольких помещений в моём доме, это отдельный проект, не связанный с офисом.

– Конечно, я могу взяться и за это, – ответила я, испытывая странное волнение при мысли о посещении его дома.

– Превосходно. Если вас не затруднит, можем встретиться в субботу, чтобы вы осмотрели помещение или для вас это неудобно, и вы не работаете по выходным?

– В субботу? – переспросила я, понимая, что выходной день для такой встречи – Вполне возможно, ваша жена, также будет присутствовать?

– Да, она приедет позднее, днём я буду дома один, но до её прихода, я покажу вам дом и помещения, в которых хотел бы обновить интерьер, – в его глазах промелькнуло что-то, чему я не могла дать названия. – если, конечно, у вас нет других планов.

Я внутренним чувством понимала, что должна отказаться или предложить другое время, когда жена будет присутствовать сразу, при встрече, это было бы правильно. Профессионально и безопасно. Я смотрела в его серые глаза и чувствовала, как внутри разгорается опасное пламя. Моё сердце кричало: «Соглашайся!», а разум твердил: «Это ловушка». Несколько секунд я боролась с собой, опустив взгляд на свои руки, чтобы он не прочитал в моих глазах смятение.

– Благодарю за предложение, Александр, – наконец произнесла я, делая акцент на его имени, словно пробуя его на вкус, – но я не работаю по выходным, это моё правило.

Я подняла глаза и встретила его лукавый взгляд, в нём отражалась, весёлые чёртики и вызов.

– К тому же, – продолжила я, обретая уверенность, – для полноценной работы над домашним пространством мне важно понимать образ жизни всей семьи, присутствие вашей супруги необходимо, хотя бы при первом осмотре помещений.

Александр откинулся в кресле и сложил руки перед собой, лёгкая улыбка тронула его губы.

– Впервые встречаю дизайнера, который отказывается от работы, – в его голосе звучало удивление. – большинство моих подчинённых готовы примчаться по первому звонку даже в три часа ночи.

– Я не большинство, и не ваша подчинённая – ответила я, удивляясь собственной дерзости. – а качество моей работы напрямую зависит от соблюдения определённых правил и принципов.

Он изучал меня взглядом, как редкий экспонат в музее, я почувствовала, как по спине пробежала дрожь. Этот человек привык получать то, что хочет, мой отказ лишь разжёг его охотничий инстинкт.

– Что ж, принципы – это достойно уважения, – произнёс он, меняя тактику. – Предлагаю компромисс: в понедельник в семь вечера, Вероника будет дома, и вы сможете встретиться с ней.

Я колебалась. Понедельник, вечер, после рабочего дня – не совсем удобное для меня время для такого визита, но, в данном случае, решила сделать исключение из правил.

– Хорошо, – согласилась я. – в понедельник в семь.

Когда я собрала свои чертежи и направилась к двери, его голос раздался неожиданно и он произнёс мне в след:

– Алина, одну минуту.

Я обернулась. Александр достал из ящика стола небольшую книгу в тёмном кожаном переплёте.

– Возьмите, это может вдохновить вас на концепцию для моего кабинета.

Я приняла книгу и прочитала золотое тиснение на обложке: «Талантливый мистер Рипли» Патриции Хайсмит.

– Интересный выбор, – заметила я, невольно размышляя о выборе романа о харизматичном обманщике и манипуляторе. – Любите детективы?

– Люблю сложных персонажей, – ответил он, не отводя взгляда. – не бывает только чёрным или только белым, эти цвета имеют множество оттенков. Не так ли?

Эта фраза преследовала меня всю дорогу домой. Что он имел в виду? Говорил ли он о романе… или о себе?

Вечером того же дня, когда я лежала в ванне, пытаясь расслабиться в облаке ароматной пены, зазвонил телефон. Номер был не определён.

– Алло?

– Вы Алина Романова? – женский голос, холодный и резкий.

– Да, – ответила я, выпрямляясь и стряхивая с руки пену. – Кто это?

– Меня зовут Вероника Кравцова.

Сердце замерло, жена Александра. Откуда у неё мой номер? И что ей нужно?

– Добрый вечер, Вероника, – я старалась, чтобы голос звучал спокойно и профессионально. – Чем могу помочь?

– Вы работаете над проектом офиса моего мужа, верно? – в её тоне чувствовался металл.

– Да, я приступила к работе сегодня.

– И теперь он пригласил вас к нам домой.

Не вопрос-утверждение, меня бросило в жар, хотя вода в ванне уже начала остывать.

– Да, мы договорились о встрече в понедельник вечером. Александр сказал, что вы тоже будете присутствовать, – я удивилась собственной защитной реакции, будто оправдывалась.

Пауза. Затем короткий, почти беззвучный смешок.

– Конечно, буду, – в её голосе проскользнуло что-то странное. – я просто хотела подтвердить встречу. Александр часто… воодушевляется талантливыми людьми.

«Воодушевляется»? Что за странная формулировка?

– Я рада, что у меня будет возможность пообщаться с вами, Вероника, – сказала я, пытаясь расшифровать подтекст этого звонка. – всегда важно понимать предпочтения всех членов семьи при работе над домашним пространством.

– О, не сомневаюсь, что вы… педантичны и скрупулёзны в своей работе, – ледяная вежливость, под которой чувствовалось едва различимая нота тревоги. – до понедельника, Алина.

Она отключилась, оставив меня в остывающей воде с тяжёлым чувством тревоги. Что значил этот звонок? Проверка? Или у Вероники Кравцовой были другие мотивы связаться со мной? Я вылезла из ванны, завернулась в махровый халат и подошла к столу, где лежала подаренная Александром книга, открыв её, я обнаружила на форзаце надпись, сделанную элегантным почерком: «Иногда нужно надеть маску, чтобы показать своё истинное лицо. А.К.» Я захлопнула книгу, чувствуя внезапный озноб. Каждое взаимодействие с семьёй Кравцовых казалось слоем в сложной игре, правила которой мне неизвестны.

В среду я приехала в офис Александра с папкой предварительных эскизов. Секретарша, миловидная девушка с внимательными глазами, сообщила, что Александр Андреевич на совещании и просил подождать в его кабинете. Я оказалась в знакомом уже пространстве, наполненном его присутствием даже в отсутствие хозяина, тяжёлые шторы были отдёрнуты, открывая панорамный вид на Москву, солнечный свет играл на поверхности массивного стола. Чтобы скоротать время, я начала рассматривать книжные полки, архитектурные альбомы, биографии известных дизайнеров, классическая литература… Взгляд зацепился за фотографию в серебряной рамке – единственная личная вещь в строгом пространстве кабинета.

Александр, Вероника и их сын на фоне морского пейзажа. Идеальная семья, но что-то в этой фотографии казалось неправильным. Я взяла рамку в руки, вглядываясь в детали и поняла – они не касались друг друга. Никаких объятий, переплетённых рук, непринуждённых жестов, три фигуры, стоящие рядом, но словно разделённые невидимыми стенами.

– Это было в Италии. Амальфитанское побережье, – голос Александра заставил меня вздрогнуть. Я не слышала, как он вошёл.

– Извините, я не хотела… – торопливо вернула фотографию на место.

– Всё в порядке, – Александр приблизился, и я ощутила знакомый древесный аромат его парфюма. – это было два года назад. Поездка, которая должна была… скрепить семейные узы.

Что-то в его интонации заставило меня спросить:

– Удалось?

Он посмотрел на меня с удивлением, которое быстро сменилось оценивающим взглядом.

– Вы наблюдательны, Алина, – произнёс он, не отвечая на вопрос. – Интересно, что ещё вы видите, глядя на эту фотографию?

– Расстояние, – ответила я прежде, чем успела подумать. – физическое и эмоциональное.

Александр молчал, изучая меня взглядом, и я уже пожалела о своей откровенности. Наконец он заговорил:

– Знаете, что я вижу в вас, Алина? Редкое сочетание таланта и интуиции. Вы чувствуете пространство и людей, возможно, даже слишком хорошо.

Он отвернулся к окну, заложив руки за спину, и продолжил:

– Мы с Вероникой переживаем непростой период. Пятнадцать лет брака… это долгий путь. – Он обернулся ко мне. – Я не понимаю, почему рассказываю вам это…

Я не нашлась с ответом, эта неожиданная откровенность нарушала все деловые границы, но я не могла отрицать, что хотела услышать больше.

– Мне стоит извиниться, – произнёс он с лёгкой улыбкой. – непрофессионально нагружать вас своими личными проблемами. Давайте взглянем на ваши эскизы.

Следующий час мы провели, обсуждая дизайн, но между нами уже возникла эмоциональная связь, тонкая и опасная, как для него, так и для меня.

Когда я уходила, Александр сказал:

– Кстати, в понедельник вечером Вероника просила извиниться, но она не сможет присутствовать. Неожиданное дело в суде. – Он наблюдал за моей реакцией. – мы можем перенести встречу, если вас что-то смущает.

Я вспомнила странный звонок Вероники и почувствовала подвох. Что происходило между этими двумя? И почему я оказалась втянута в их игру?

– Думаю, лучше дождаться, когда ваша супруга сможет присутствовать, – твёрдо сказала я. – как я уже объясняла, для меня важно понимать потребности всей семьи.

Его глаза сверкнули неожиданным азартом.

– Несгибаемы и тверды в своих принципах? – в его голосе звучало нечто вроде восхищения. – Должен признать, это… освежает, многие мои знакомые часто попускаются ими.

– Возможно, вы просто общаетесь не с теми людьми, – отважилась я.

Он рассмеялся – впервые я слышала его искренний смех, и это было… волнующе.

– Возможно, вы правы, Алина. Как насчёт пятницы следующей недели? Вероника точно будет дома, она обещала.

– Пятница подойдёт, – ответила я, направляясь к двери.

– Отлично, – он записал адрес на обратной стороне своей визитки. – жду вас в девятнадцать часов, и не беспокойтесь о дресс-коде, обстановка будет неформальной.

Когда я уже взялась за ручку двери, Александр окликнул:

– И, Алина, вы прочитали книгу?

Я подумала о загадочной надписи на форзаце.

– Ещё нет, но обязательно прочту.

– Сообщите мне своё мнение, когда закончите, – сказал он, и в его улыбке таилось что-то, чему я не могла найти определения. – для меня оно важно.

Выйдя из здания, я глубоко вдохнула морозный воздух. Что происходит? Александр явно ведёт какую-то игру, и его жена, похоже, тоже участвует в ней. А я? Кто я в этом странном спектакле – зритель или участник, которому отведена определённа роль, которую мне не дали выучить? И почему, несмотря на все предупреждающие знаки, мне так хочется узнать, что будет дальше?

Оставшиеся два дня до пятницы, я пыталась убедить себя, что это обычная рабочая встреча, ничего особенного, тем более Вероника будет дома. Я часто бываю в домах клиентов, осматриваю помещения, снимаю замеры, но подсознание упрямо рисовало совсем иные картины.

В пятницу вечером я провела перед шкафом больше часа, выбирая наряд. «Неформальная обстановка», – сказал он. Что это значит? В итоге я остановилась на лёгком платье из струящегося шелка цвета морской волны, которое выгодно подчёркивало мою фигуру, оставаясь при этом достаточно скромным, распустила волосы, нанесла неброский макияж. Такси остановилось перед трёхэтажным особняком в одном из элитных поселков Подмосковья, я глубоко вдохнула, прежде чем нажать кнопку видеодомофона. Ворота открылись почти сразу, и Александр встретил меня у входа в дом, он выглядел иначе, по-домашнему – в джинсах и простой белой футболке, без часов и дорогих аксессуаров, более расслабленный, и ещё более привлекательный, и притягательный.

– Добро пожаловать, – улыбнулся он, пропуская меня в прохладный холл. – ты точна, как швейцарские часы. Вероника немного опаздывает, но обещала быть в течение часа.

– Профессиональная привычка, – ответила я, оглядываясь по сторонам. Дом был обставлен со вкусом, но чувствовалась некая холодность в интерьере. Много стекла, металла, минимум текстиля, преобладание серых и белых тонов. – у вас красивый дом.

– Вероника предпочитает современный минимализм, – в его голосе я уловила нотки иронии. – иногда мне кажется, что я живу в выставочном зале, а не в семейном доме, может, поэтому мне так захотелось переделать хотя бы свой кабинет, сделать его более… живым и тёплым.

Он провёл меня по первому этажу, показывая гостиную, столовую, кухню, на каминной полке и журнальных столиках стояли семейные фотографии – Вероника с сыном, Александр на корпоративных мероприятиях, отдых на яхте, горнолыжный курорт.

– А теперь мои владения, – сказал он, поднимаясь по широкой лестнице на второй этаж. – кабинет находится в дальнем крыле дома.

Мы прошли по длинному коридору мимо нескольких закрытых дверей. Александр открыл последнюю и пропустил меня вперёд. Кабинет оказался просторным помещением с панорамными окнами, выходящими в сад, здесь было гораздо уютнее, чем в остальном доме – книжные шкафы из тёмного дерева, кожаный диван, старинный глобус у окна, на стенах висели черно-белые фотографии знаменитых архитектурных сооружений.

– Это единственное место в доме, где я чувствую себя по-настоящему комфортно, – признался Александр, наблюдая за моей реакцией. – но даже здесь чего-то не хватает.

– Я понимаю, – кивнула я, прикасаясь к корешкам книг на полке. – здесь есть характер, но нет души, мне кажется, этому пространству не хватает цвета, текстур, чего-то личного.

– Именно! – он приблизился, остановившись в опасной близости. – Ты сразу поняла то, что я не мог сформулировать и ощущал только на уровне подсознания.

Я отошла к окну, делая вид, что изучаю вид из него.

– Мне нужно будет снять замеры, сделать несколько фотографий для работы…

– Конечно, – кивнул он. – но сначала предлагаю немного перекусить. Я приготовил ужин.

– Ты готовишь? – удивилась я.

– Иногда, по настроению, ну и когда есть время, это помогает расслабиться, – он улыбнулся. – Ничего особенного, просто паста с морепродуктами и бокал вина. Ты не против?

– А Вероника? «Мы её ждать не будем?» —спросила я и про себя подумала:

«Скажи, что торопишься,» – шептал внутренний голос. – «Сними замеры и уходи. Не усложняй.»

– Вероника только что написала, она намертво застряла в пробке и сказала, чтобы мы начинали ужин без неё.

– Звучит замечательно, – ответила я вопреки здравому смыслу, который уже кричал: «Беги! Ничем хорошим это для тебя не кончится», но любопытство было сильнее меня.

Мы спустились на кухню, где Максим ловко накрыл на стол, разлил вино по бокалам и подал ароматную пасту с креветками и мидиями.

– За плодотворное сотрудничество, – произнёс он тост, глядя мне в глаза.

– За сотрудничество, – эхом отозвалась я, делая глоток сухого белого вина.

Еда оказалась действительно вкусной, разговор – непринуждённым. Александр рассказывал о своём увлечении архитектурой, о путешествиях, о книгах, которые читал в последнее время. Я говорила о своих проектах, о мечте открыть собственную студию дизайна, мы обнаружили, что оба любим джаз, итальянскую кухню и фильмы Вуди Аллена.

С каждым бокалом вина дистанция между нами сокращалась – и физически, и эмоционально. Когда бутылка опустела, мы переместились в гостиную с чашками кофе.

– Ты необычная женщина, Алина, – сказал Александр, садясь рядом со мной на диван. – в тебе есть глубина, которую редко встретишь сегодня.

– Спасибо, – я смущённо улыбнулась. – но боюсь, мы слишком отклонились от цели визита. Мне следует вернуться к работе.

– Конечно, – он не стал возражать, но и не двинулся с места. – знаешь, я не пригласил бы тебя домой, если бы речь шла только о дизайне кабинета.

Его откровенность застала меня врасплох. Я ожидала более тонкой игры, намёков, постепенного сближения, но Александр смотрел на меня прямо, не скрывая своих намерений.

– Это неправильно, – прошептала я, но не отстранилась, когда он подвинулся ближе.

– Неправильно, – согласился он, и его лицо оказалось совсем близко к моему. – но разве ни в этом кроется вся прелесть запретных отношений?

Его губы коснулись моих – осторожно, словно давая шанс отступить, я знала, что должна остановить это безумие. Подняться и уйти, но вместо этого я ответила на поцелуй, позволяя его языку всё глубже проникать в меня, который мгновенно перерос в нечто более страстное и опасное.

Его руки скользнули по моим плечам, спине, очерчивая контуры тела сквозь тонкую ткань платья, я с трудом прервала поцелуй, отстранилась от него тяжело дыша.

– Мы не можем, – голос дрожал. – у тебя семья. Жена, ребёнок…

– Мой брак давно превратился в фикцию, – его глаза потемнели. – мы с Вероникой почти не разговариваем, спим в разных спальнях, остаёмся вместе только ради Димы.

«Банальная история любого ловеласа» – подумала я, но не произнесла вслух, вместо этого спросила:

– Почему я? Ты мог бы найти кого угодно.

– Потому что с первой минуты, как ты вошла в мой кабинет, я не мог думать ни о ком другом, – он коснулся моего лица, убирая прядь волос за ухо. – не планировал этого, Алина, я никогда не изменял жене, как бы ни были плохи наши отношения. Но с тобой… с тобой все по-другому.

Я хотела верить ему. Хотела думать, что я особенная, что это нечто большее, чем просто интрижка с временной сотрудницей, а ещё я понимала, что я хочу его – прямо сейчас, слиться в объятиях и насладится близостью с ним, несмотря на все мои моральные принципы, обещания данные самой себе когда-то и голос разума.

Словно читая мои мысли, Александр снова поцеловал меня, на этот раз ещё более яростно и страстно, его руки скользнули под платье, исследуя моё тело, ещё сильнее распаляя мою страсть, которую я до этого ни с кем не испытывала.

– Пойдём наверх, – прошептал он, отрываясь от моих губ.

Я пошла, покорно, как привязанная, уже ни о чем не думая, в его спальню, постель, в его жизнь, где мне по всем нравственным законам не было места, оно было занято, забыв, что скоро должна приехать Вероника и не думая, что она может нас застать прямо в постели.

В тот вечер я переступила черту, которую обещала себе никогда не пересекать, и, хотя где-то в глубине души я понимала, что этот путь ведёт к страданиям, не могла остановиться и не хотела честно говоря, останавливаться. Спустя час, лёжа изнеможденными и расслабленными, я внезапно, резко подскочила, испугавшись, что с минуту на минуту должна приехать Вероника.

– Александр, мне надо ехать, – паниковала я одеваясь. – скоро должна приехать твоя жена.

– Иди сюда, – потянул он меня обратно на кровать. – Вероника в командировке, мне нужно было тебя заманить сюда, и я соврал.

Я хотела возмутиться и уже открыла рот, чтобы высказать ему всё, что о нём думаю, как он закрыл мне его поцелуем, после долгих, страстных часов ночи, лежала в его объятиях, глядя на лунный свет, проникающий сквозь неплотно закрытые шторы, и одна мысль пронзила меня с неожиданной ясностью: я влюбилась в Александра Кравцова. Влюбилась безнадёжно и обречённо, повернувшись к нему, бросила взгляд на прикроватную тумбочку, где поблёскивало его обручальное кольцо, которое он снял перед тем, как коснуться меня, молчаливое напоминание о том, что я теперь – лишь тень в чужой жизни.

ГЛАВА 3.

Следующие несколько месяцев превратились в калейдоскоп тайных встреч, украденных минут счастья и постоянного чувства вины. Мы встречались в его офисе после работы, когда все сотрудники разъезжались по домам, в моей квартире, куда он приезжал под предлогом срочных совещаний, в гостиничных номерах, после того, как отужинав в ресторане гостиницы, не могли терпеть и снимали номер на ночь, взаимная и яростная страсть захватила нас с головой.

Работа над дизайном офиса продвигалась, но гораздо медленнее, чем должна была, слишком часто наши рабочие встречи превращались в нечто совсем иное. Иногда мне казалось, что весь проект – лишь предлог, чтобы видеться чаще.

Я всегда гордилась своей независимостью, но теперь ловила себя на том, что постоянно проверяю телефон в ожидании его сообщений. «Сегодня в семь у тебя?» или «Могу освободиться к обеду. Встретимся?» – эти короткие фразы заставляли моё сердце биться чаще. Я перестраивала свой график под его свободное время, когда он имел возможность вырваться ко мне, отменяла встречи с друзьями, переносила рабочие совещания – всё, чтобы урвать час или два в его объятиях. Было что-то пьянящее в этих тайных свиданиях, наша запретная любовь придавала остроту каждому прикосновению, каждому поцелую. Мы никогда не появлялись вместе на публике, не обменивались взглядами и прикосновениями при посторонних, как-то поймала себя на мысли, что живу двойной жизнью – успешный дизайнер днём и любовница женатого мужчины вечером. Одна из наших самых запоминающихся встреч состоялась в его офисе поздно вечером, я работала над эскизами конференц-зала, когда он вошёл и запер дверь, в окно падал только свет городских огней, создавая интимный полумрак.

– Ты не представляешь, как сексуально выглядишь, когда работаешь, – прошептал он, подходя сзади и целуя мою шею, его руки скользнули по плечам, медленно спускаясь к груди.

Я застонала от желания, отдаться ему прямо здесь, на столе, знала, что из офиса ушли почти все сотрудники, но мысль о том, что кто-то может нас застать, добавляла адреналина, сопротивляться его страстному напору не было ни сил, ни желания, его пальцы расстегнули пуговицы моей блузки, губы оставляли горячие следы на коже.

– Мы не должны… здесь, – слабо запротестовала я, при этом понимая, что игра уже началась.

– Мы давно переступили все «не должны», – его голос, низкий и хриплый от желания, отозвался дрожью внизу живота.

Чертежи полетели на пол, он усадил меня на стол, раздвинув коленом мои ноги, и впился поцелуем в губы. Страсть накрыла нас волной – яростная, неконтролируемая, я обхватила его бёдрами за талию, полностью отдаваясь моменту, в эти минуты не существовало ни его брака, ни моих принципов, ни будущего – только мы двое и растворяющее реальность удовольствие. После, поправляя одежду, я поймала своё отражение в стеклянной двери шкафа. Раскрасневшаяся, с растрёпанными волосами и блестящими от поцелуев губами – я едва узнавала себя, эта женщина, готовая рискнуть всем ради мимолётной страсти, была так не похожа на прежнюю Алину.

– О чём задумалась? – спросил Александр, обнимая меня сзади.

– О том, как всё изменилось, – честно ответила я. – три месяца назад я бы не поверила, что буду… такой.

– Какой? – он развернул меня к себе.

– Любовницей. Женщиной, которая сознательно встречается с женатым мужчиной, я всегда считала, что это не про меня.

Он внимательно посмотрел на меня, убирая прядь волос с моего лица.

– Знаешь, что я вижу? Женщину, которая не боится следовать зову сердца. Смелую, страстную, настоящую.

Я горько усмехнулась:

– Красивые слова, но факт остаётся фактом – ты не свободен, а я разрушаю чужую семью.

– Нет, Алина, – его голос стал жёстче. – нельзя разрушить то, что уже давно разрушено. Наш брак с Вероникой – лишь фасад, за ним – пустота и взаимное безразличие.

– Почему же вы не разведётесь?

Это был вопрос, который я задавала себе постоянно, но не решалась произнести вслух. До сегодняшнего дня.

Александр отошёл к окну. Огни ночной Москвы отражались в его серых глазах.

– Всё сложно, – наконец произнёс он. – Димка… Он обожает мать. Развод станет для него ударом. А ещё… – он запнулся. – Есть определённые юридические моменты. Вероника – блестящий юрист, если мы разведёмся, она сделает всё, чтобы оставить меня без компании, без средств. Я строил бизнес пятнадцать лет, Алина, это дело всей моей жизни.

Я почувствовала горечь. Значит, он не готов ради меня рискнуть своим положением, не готов сделать выбор.

– Я не прошу тебя разводиться, – солгала, отводя взгляд. – в конце концов, знала, на что иду, когда согласилась с ролью любовницы и мы начали встречаться.

– Ты заслуживаешь большего, – в его голосе слышалась искренность. – и я найду способ дать тебе это. Просто нужно время.

«Время». Сколько любовниц до меня слышали эти слова? И сколько из них дождались обещанного счастья?

Тем не менее, наш роман продолжался, мы встречались два-три раза в неделю, иногда чаще. Работа над проектом офиса стала нашей легендой – хорошим объяснением частых контактов, я действительно трудилась над дизайном, создавая пространство, которое отражало бы философию компании Александра – инновационной, но с уважением к традициям. Он часто наблюдал за моей работой, давал ценные замечания, в такие моменты мы были настоящей командой – профессионалами, объединёнными общей целью. После рабочих обсуждений мы могли часами разговаривать обо всём на свете. Александр рассказывал о своём детстве в семье военного, о постоянных переездах из гарнизона в гарнизон, о мечте создавать пространства, в которых люди чувствовали бы себя дома. Я делилась историями о своих студенческих годах, о первых шагах в профессии, о провалах и победах.

– Знаешь, что меня поразило в тебе с первой встречи? – спросил он однажды, когда мы лежали в постели в моей квартире. – твои глаза. В них столько жизни, столько страсти, я смотрел на тебя и думал: вот женщина, которая никогда не пойдёт на компромисс со своими желаниями.

– Иронично, учитывая, что сейчас я иду на компромисс со своими принципами, – заметила я.

– Возможно, твоё истинное желание сильнее принципов, навязанных обществом, – он накручивал на палец прядь моих волос. – мы все играем по правилам, которые кто-то когда-то установил, но что, если эти правила не для нас?

– Философия соблазнителя, – улыбнулась я.

– Философия свободного человека, – возразил он, целуя меня в плечо. – я хочу показать тебе кое-что.

Александр поднялся с кровати и достал из пиджака, висевшего на стуле, небольшой бархатный футляр.

– Это не то, о чём ты подумала, – сказал он, заметив выражение моего лица. – Открой.

В футляре лежал изящный серебряный браслет с маленьким замочком.

– Я заметил, что ты никогда не носишь браслеты, – произнёс Александр, помогая мне застегнуть украшение на запястье. – подумал, что тебе он понравиться.

– Он прекрасен, – я залюбовалась тонкой работой. – но… что, если Вероника увидит его у меня?

– Она не увидит. Мы с ней практически не пересекаемся, а если и встретитесь… – он пожал плечами. – в Москве тысячи таких браслетов.

Вероника. Её имя всегда вклинивалось, между нами, напоминая о реальности за пределами наших встреч. Я редко спрашивала о ней, а Александр почти никогда о ней не говорил, это было наше негласное правило – не обсуждать его семью. Словно, если не говорить о ней, то она переставала существовать.

Но однажды, просматривая светскую хронику в интернете, я наткнулась на фотографию с благотворительного вечера. Александр и Вероника Кравцовы – идеальная пара. Она в изысканном вечернем платье цвета шампанского, он в безупречном смокинге, они держались за руки, улыбались фотографам. Моё сердце сжалось, эта картинка разительно отличалась от того, что Александр рассказывал о своём браке.

Когда он пришёл ко мне в тот вечер, я показала ему фотографию.

– Для брака, который «давно разрушен», вы выглядите довольно счастливыми, – мой голос дрожал от плохо скрываемой ревности.

Александр тяжело вздохнул.

– Мы договорились не обсуждать Веронику.

– Но эта фотография сделана вчера! Ты сказал, что будешь на деловом ужине с партнёрами.

– Так и было. Этот приём – часть деловых обязательств. Вероника – моя жена, по крайней мере, официально, мы должны появляться вместе на таких мероприятиях.

– И держаться за руки? Мило улыбаться?

– Это всего лишь игра на публику, Алина, – он взял меня за плечи. – ты знаешь правду. Знаешь, что я чувствую к тебе.

Я отстранилась.

– Знаю ли? Ты никогда не говорил мне о своих чувствах. Ты наслаждаешься моим телом, моим обществом, но что на самом деле, между нами, Александр?

Он смотрел на меня долгим взглядом, затем притянул к себе, обхватив лицо ладонями.

– Я люблю тебя, – произнёс он тихо. – Думал, ты знаешь это и без слов.

Эти три слова, которых я так ждала, должны были наполнить меня счастьем. Вместо этого они оставили горький привкус на языке. Любит? Тогда почему продолжает жить двойной жизнью? Почему не сделает выбор?

– Если любишь, уйди от неё, – вырвалось у меня.

– Ты знаешь, что всё не так просто…

– Нет, Александр, это как раз очень просто. Ты выбираешь – или я, или она. Нельзя вечно сидеть на двух стульях.

– Дай мне время, – он прижал меня к себе. – я найду способ решить всё. Только не уходи.

Я слабела в его объятиях, его запах, тепло его тела, глубина его голоса – всё это действовало на меня как наркотик. Я не могла сопротивляться.

– Хорошо, – прошептала я, обнимая его в ответ. – время. Но не слишком долго.

Он склонился к моим губам, и вскоре разговор был забыт. Его поцелуи становились всё более настойчивыми, руки – всё более требовательными, словно стремясь доказать делом то, что не мог выразить словами, он любил меня той ночью с обжигающей страстью, доводя до исступления, заставляя забыть обо всём, кроме ощущения его тела внутри и вокруг меня.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.