Волшебник

Глава

Изменения сохранены

1 глава

Дом Валерия Перевалова двухэтажный из дорогого красного кирпича, построенный в американском стиле находился внутри коттеджного посёлка на востоке Московской области. У ворот, ведущих во двор дома, скопились машины: скорой помощи, синий микроавтобус с сотрудниками правоохранительных органов и машина местной ППС. В пять часов дня сюда же подъехала белая «лада» с представителями следственного комитета. Из авто вышли старший следователь Галактион Доверчивый и его помощник Геннадий Скамейкин. У Доверчивого было широкое квадратное лицо. Его светлые волосы были зачёсаны аккуратно на бок. Ему было сорок пять лет. Скамейкин был напротив обладателем маленькой круглой головы с невыразительными чертами лица, худым с редкими русыми волосами. Скамейкину было двадцать девять лет.

Следователи деловито прошли во двор, а затем в дом. Двери были открыты везде. На первом этаже в гостиной работали местные оперативники. Они громко разговаривали и временами даже посмеивались. Эксперт с фотоаппаратом висевшим на груди рассказывал очередной анекдот.

– Она на втором этаже, – сказал Скамейкин.

Следователи по лестнице поднялись на второй этаж и оказались в холле. Прямо была открытая дверь. Они вошли в неё. Это была спальная.

На широкой кровати лежалая красивая женщина брюнетка. На ней были только чёрные стринги и такого же цвета маечка. Она лежала на животе по диагонали. Голова её чуть заходила за край кровати, а одна рука повисла.

– Чего пялишься, идиот? – сказал Доверчивый, убирая телефон в карман плаща. – Я тебе перешлю эти фотки, а ты их продашь жёлтой прессе. Твои – двадцать процентов со сделки.

Скамейкин жалостливо поглядел на начальника.

– Ладно, так и быть, двадцать один процент. Сегодня я добрый, – смилостивился Доверчивый. – Давай, выкладывай, что известно по этому делу.

Скамейкин достал из коричневой папки бумаги и стал читать их, выхватывая главное:

– Перевалова Яна, тридцать один год. Замужем за известным футболистом Валерием Переваловым около десяти лет. Домохозяйка.

– Проще говоря, бездельница, – уточнил Доверчивый. – Ладно, продолжай.

– Она была задушена предположительно ночью. Медики зафиксировали следы асфиксии. Чем её задушили не выяснено. Возможно руками. Тело обнаружила горничная Викторина Михайловна Гончаренко, у которой есть ключи от дома, в два часа дня сегодня.

– Понятно, а где её муж?

– Это неизвестно.

– Понятно – скрылся скотина, задушил и скрылся.

Следователи принялись осматривать спальню. На тумбочке у кровати стояла початая бутылка красного вина с бокалом. У стены был комод с открытыми ящиками. На самом комоде лежали разные женские вещи и открытая шкатулка с драгоценностями.

– Золото и другие побрякушки не взяли, значит, мотив был не корыстный, а просто ненависть. Это нормально, когда люди прожили десять лет вместе, – резюмировал Доверчивый.

В верхнем ящике лежали предметы интимного характера.

– Это что? – спросил Доверчивый.

– Самотык, – ответил Скамейкин.

– Деревня! Самотык. Не самотык, а дилдо. Ты из какой деревни выполз?

– Я не из деревни, я из Иваново, а это областной центр.

– Это тоже деревня. По сути своей.

Следователи спустились вниз. В гостиной остались только трое сотрудников правоохранительных органов.

– Кто у вас старший? Кто оформлял дело? – спросил командирским голосом Доверчивый.

К нему подошёл светловолосый усатый мужчина в вельветовой куртке, пожал ему больно руку, так что у следователя захрустели косточки, и представился:

– Оперуполномоченный сотрудник капитан Андрей Пешков.

– Я старший следователь Доверчивый из Москвы. Все материалы передайте моему помощнику. Вот он стоит рядом. И ещё вопрос: где муж этой убитой дамы?

Пешков помотал головой.

– Вот дебилы, забыли позвонить ему. Его номер есть у этой горничной Викторины. Телефон мы у неё забрали. Он у Игоря. Сейчас возьму его и позвоним мужу. И телефон отдадим Викторине.

– Стой, капитан, – остановил опера Доверчивый. – Не надо ему звонить. И Викторине накажите не звонить ему под страхом ареста, а лучше пока отдайте её телефон мне.

Пешков непонимающе поглядел на следователя.

– Всё нормально, капитан. Это будет хитрый ход со стороны следствия, – объяснил Доверчивый.

2 глава

Было морозное мартовское утро. Валерий Перевалов в красно-белой форме бегал по полю, предназначенному для тренировок, на котором то тут, то там ещё белели снежные островки. Ему было тридцать семь лет. Он был симпатичным, коренастым с тёмно-русой шевелюрой. Его команда была в красных футболках. Игроки команды противника накинули не себя жёлтые жилеты. Противник грамотно отбивал атаки. Пробиться в штрафную было почти нереально. Валерий перехватил мяч после неудачного паса соперника в десяти метрах от штрафной и попытался закрутить его в ворота. Увы – мимо. Мяч пролетел в метре над воротами. А правый полузащитник Никитин Лёха развёл руками и выругался, дескать, какого ляда ты не отдал пас. Валерий только горестно махнул на это головой. Не получилось. И не получалось давно. А было время, когда у него получались дальние удары. И не на дурака, а прицельные выстрелы. Он так забивал «Спартаку», «ЦСКА» и другим командам с историей пожиже. Однажды он забил сборной Коста-Рики едва ли не с центра поля, после чего болельщики прозвали его Волшебником. Тогда его готовы были носить на руках. Но время безжалостно ко всем. Век футболиста не долог. И теперь он играл в Орехово-Зуеве во втором дивизионе. Тренер дал свисток и обозначил тем самым перерыв на обед. Футболисты пошли с поля к зданию, где находились раздевалка и столовая. На пути их стояли двое мужчин в штатском и двое сотрудников полиции в форме. Валерий не почувствовал никакого подвоха и не думал, что это по его душу. Но мужчина в распахнутом бежевом плаще сунул ему в нос раскрытую ксиву.

– Старший следователь центрального отдела следственного комитета Российской Федерации полковник Доверчивый.

– Очень приятно.

Валерий остановился, широко улыбнулся.

– Вам нужно проехать с нами, – заявил полковник.

– Как? Я сегодня останусь без обеда? Что за важное дело?

– А вы не в курсе?

– Нет.

Полицейские в форме стали с обоих сторон футболиста и сопроводили его до раздевалки, где под их надзором Валерий переоделся в свою обычную одежду. Когда шли к микроавтобусу, в котором приехали следователи, Валерий спросил:

– Может быть, вы объясните мне, что произошло?

– Объясним, но потом, – сказал Доверчивый.

Приехали в Москву к центральному офису следственного комитета. Перевалова сопроводили на третий этаж до кабинета Доверчивого. Кабинет был просторный, но с неприятной энергетикой из-за того, что в нём не было никакого порядка. Стопы бумаг и папок лежали на подоконнике, шкафе, сейфе и даже на полу. Доверчивому было не досуг разгрести эти авгиевы конюшни.

Перевалов сел на стул напротив Доверчивого, который погрузился в крутящееся кресло за своим рабочим столом. Он включил компьютер прежде чем начать допрос.

– Ну? Что? – Перевалов будто хотел разъяснений.

– Перевалов, скажите, что случилось с вашей женой Яной Васильевной Переваловой в девичестве Родионовой.

– Я не знаю. Она должна быть дома.

– Дома? А вы когда последний раз были дома?

– Там, в нашем загородном доме неделю наверно назад.

– Вы уверены в этом?

– Конечно.

– Когда вы созванивались с вашей женой последний раз?

– Дня три назад?

– Это точно?

– Четыре. Это, пожалуй, более точно.

– Вас будто совсем не интересует её жизнь?

Перевалов пожал плечами.

– Ваша жена убита. Её задушили.

Валерий вскочил со стула.

– Что?!

– Сядьте, не то я вызову полицейского и вас отвезут в изолятор. Уже в наручниках.

– Этого не может быть!

– Не надо тут ломать ваньку. Какие у вас были отношения с вашей супругой?

– Последние два года плохие. Мы практически не жили, как муж и жена.

– Почему?

– Ей было не интересно со мной. Она любила праздники, а я люблю футбол.

– У вас нет детей. Почему?

– Сначала не хотели, потом не получалось. У Яны были проблемы со здоровьем.

– Она принимала запрещённые препараты?

– Я предполагаю, что, возможно, да; но я не был тому свидетелем.

– Отношения у вас были гнусные. Получается у вас был мотив от неё избавиться.

– Нет! Зачем?!

– Почему вы не развелись?

– Я ей предлагал – она не хотела.

– Она хотела разделить имущество, что было не выгодно для вас.

– Всё было гораздо сложнее.

– Что вы делали позавчера? Опишите весь день.

– Был выходной. Мы встретились с Серёгой Целиковым на его даче и посидели там до вечера.

– Употребляли спиртные напитки?

– Да.

– Потом.

– Вечером я прогулялся по городу и пошёл к себе в квартиру, где провёл ночь.

– У вас есть машина?

– Да.

– Вы спокойно могли доехать до Щёлковского района, где находится ваш загородный дом и задушить вашу жену.

– Но на фига?!

– Она вам изменяла?

– Не знаю.

– У вас есть подруга? Любовница?

– Нет. Постоянных нет.

3 глава

Начальник Доверчивого Олег Карамзин имел опухшее лицо и редкие с проседью волосы. Его можно было считать симпатичным, если бы он не был таким оплывшим и рано постаревшим. Ему было всего пятьдесят лет. Он сидел в форме за своим столом и держал карандаш в правой руке. По его кабинету ходил Доверчивый и метал молнии.

– Почему ты не позволяешь его посадить?!

– Он же бывший динамовец, наш человек.

Доверчивый стал и оцепенел на мгновения.

– Что?! Это даёт ему индульгенцию?! Позволяет ему совершать убийства, насильничать и издеваться над другими людьми?

– Конечно же нет. Галактион, не перегибай палку. Я не это имел в виду.

– А что же тогда?

– Наши динамовцы не могут быть такими злодеями.

– Какая детская наивность. Разве мало у нас оборотней в погонах? Ты Евсюкова вспомни. А футболисты? Эти легкомысленные личности. Что у них на уме? Ты знаешь? Только бабки, тёлки и праздная жизнь.

– Не все же футболисты такие пустышки, какими ты их сейчас описал.

– Большинство. И Перевалов не исключение.

– Ты уверен? Его по-твоему напрасно назвали Волшебником?

– Как назвали? Ещё раз.

– Волшебником.

Доверчивый выдохнул, сел на стул.

– За что интересно его так обозвали?

– За красивые голы после дальних ударов.

– Что за ересь, дичь.

– Ты даже не поинтересовался, как следует, биографией человека, которого хочешь отправить в лагеря на долгие годы. Это не профессионально, Галактион.

Доверчивый вскочил со стула.

– Что?! Ты сомневаешься в моём профессионализме?! Я вам всем докажу, кто тут главный профессионал! Тут! В этом заведении! В этой организации!

– Так иди и докажи!

– И докажу. Только дай мне упаковать этого Перевалова в изолятор хотя бы на полмесяца. Надо дать операм возможность прессануть его, чтобы он сознался во всём. Ордер нужен.

– У тебя нет улик на него.

– У него нет алиби.

– Но и зацепок у тебя нет на него. Никаких.

– Нет, говоришь. Будут тебе зацепки.

– И почему ты так уверен, что это именно он?

– Да вижу я насквозь этих зарвавшихся, развращённых личностей, которые не знают уже, как себя развлечь; которые потеряли всякие берега. Наказывать таких надо. И как можно строже.

«Знамя труда» сыграло с коломенской «Окой» у себя дома и выиграло со счётом один ноль. Единственный гол забил Валерий Перевалов. Все ребята поздравляли его в раздевалке после игры.

– Молодец, Валера. Есть ещё порох в пороховницах. Такой гол отгрузил, просто красавчик. Волшебник.

Поостыв от хорошего настроения, атмосфера в коллективе сменилась на более минорный лад. Вратарь Целиков после того как снял с себя форму и приготовился идти в душ спросил:

– Валер, а что от тебя менты ещё не отстали?

– Отстали. Вроде бы. Пока никуда не вызывают.

А Лёха Николаев спросил:

– Извини, Валер, что лезу, наверно, не туда куда можно лезть, убийцу-то твоей жены не нашли ещё?

– Нет пока.

Когда Валерий вышел из душа, переодевшийся уже, Целиков сказал:

– Тебя главный просил зайти к нему.

Главный – это был начальник клуба Сергей Щедрин абсолютно лысый мужчина в костюме с галстуком сорока четырёх лет. Он ходил около стола в своём кабинете, когда Валерий спокойно сел на стул.

– Что делать-то будем, Валера? – наконец начал беседу Щедрин.

– В каком смысле?

– В смысле, в коромысле. Ты прессу читаешь?

– «Советский спорт» что ли?

– Нет, я про другое, про жёлтую прессу. Вот полюбуйся, на девятой странице.

Щедрин кинул футболисту популярный еженедельный таблоид, в котором была опубликована большая статья об убийстве Яны. Там же были выложены фото её мёртвой на кровати. Какая-то журналистка некая Маргарита Незлобина описывала гламурную жизнь некогда популярного футболиста Валерия Перевалова, особенно смакуя интимную сторону его биографии. Перечислялись его известные и предполагаемые романы и мелкие интрижки. По итогу автор статьи клонил к тому, что преступление, скорее всего, совершил именно Валерий, так как он давно уже морально разложился и потерял моральные ориентиры. Журналистка знала, что он был в плохих отношениях с женой в последние годы. Намекалось на то, что убийство могло случиться на почве ревности или ненависти.

– Что за бред? – возмутился Валерий.

– Бред не бред, – говорил Щедрин, забирая у него таблоид, – но людишки склонны верить всякой чепухе быстрее, чем своим глазам и ушам.

– Ты же, Алексеич, не веришь всей этой ерунде?

– Я-то могу не верить, но народ уже болтает этот вздор во дворах, в компаниях, на кухнях. Мы, ты знаешь, клуб именитый с историей, один из самых старых в России и дорожим своей репутацией. Извини, Валера, но я принял решение разорвать с тобой контракт. Компенсацию ты завтра можешь получить в кассе.

Валерий встал со стула.

– Это же всё брехня?! Настоящего убийцу найдут!

– Когда это будет, Валера? Ты не знаешь, как работает наша правоохранительная система.

– Я же не могу без футбола, Алексеич!

– В России да и в мире много ещё клубов, куда тебя примут с распростёртыми объятиями.

4 глава

Валерий вернулся в свой загородный дом, в котором погибла его жена. В один из будних дней он съездил на такси на кладбище на могилу Яны. Он просидел полчаса около памятника, курил и пил коньяк из горла, закусывая шоколадом. Валерий не присутствовал на похоронах и поминках, которые оплатил полностью из своего кармана.

К нему приехал его агент Костя Чистов – сорокалетний длинноволосый брюнет. Он был одет по последней моде с иголочки. Приехал Константин на своей машине. Валерий сразу позвал его в гостиную и предложил:

– Виски? Коньяк? Пиво?

– Валера, ты заканчивай с этим. От тебя разит за версту алкоголем. Так можно будет поставить крест на твоей карьере, – прочитал мораль своему клиенту Чистов и сел на диван.

Перевалов плюхнулся в большое кресло, перед этим открыв бутылку пива и отпив из неё.

– Вне футбола я могу себе позволить расслабиться, – оправдывался он. – Есть какие-то предложения?

– Только любительские клубы.

– Хоть так.

– Зарплата четыреста долларов в месяц тебя устроит?

– А премии?

– Ноль премий.

– Что за невезуха? Чёрная полоса началась. Когда же она закончится? Может быть, поискать клуб за границей?

– Ты забыл, Валера, что ты находишься под следствием? Тебе не дадут уехать из страны.

– Забыл подать в суд на сраных журналистов, которые пишут про меня чушь. Посоветуй хорошего адвоката.

– Не советую делать это. С тебя только сдерут деньги, а дело можно и не выиграть.

– Это ещё почему?

– Да потому что они же не пишут в своих газетёнках, что это ты убийца, а только намекают, акцентируют на каких-то негативных моментах твоей биографии. Это не криминал.

– Скоты.

– Такая работа у них.

– Ты их защищаешь? Может быть, ты думаешь, как они?

– Нет, конечно.

– Как же мне быть теперь? Я не могу без футбола.

– У меня есть идея. Ты же закончил тренерские курсы, и у тебя есть лицензия?

– Имеется. Предлагаешь идти в тренеры? Я ещё не наигрался.

– Тебе надо реабилитироваться перед обществом, которое вообразило, что ты пустой прожигатель жизни и злодей. Возьми какой-нибудь слабенький клуб и сделай его лидером.

– Но у меня нет ни тренерского опыта, ни идей в этой сфере. Как мне найти клуб? Я не хочу ехать в Запердющинск какой-нибудь. Устал, наездился уже, помотался по городам и странам.

– А ты вот что сделай – позвони Пистонову в РФЛ. Он же ваш динамовский.

– Пистонову? Не хотелось бы.

– Это ещё почему?

– Мы подрались с ним как-то в кабаке. Из-за женщины.

– Он наверняка уже забыл про тот случай. Звони.

И Валерий позвонил Пистонову. Тот обещал помочь. Валерий не верил в его поддержку, но чиновник позвонил спустя три дня.

– Есть вариант. Женская суперлига. Клуб «Экскаватор» в Фёдоровском посаде – это в Подмосковье. Далеко ехать не надо. Тебя там возьмут, если ты согласен.

– Бабы?

– Других у меня нет вариантов для тебя. Там работает генеральным директором Розин Евгений Вячеславович. Он мой должник, так что он тебе не откажет.

– Ладушки. Спасибо, Павел Егорович. Теперь я ваш должник.

– Давай. Дружище, поскорее разгребай завалы дерьма, которые на тебя обрушились, выползай из всего этого. Мы динамовцы своих не должны бросать.

И Перевалов поехал в Фёдоровский посад.

Команда принадлежала заводу, производившему экскаваторы. Точнее было бы сказать, когда-то производившему, так как в последние годы предприятие создавало технику попроще: погрузчики и даже наладило сборку самокатов по китайской лицензии. Валерий первым делом заглянул на стадион, представлявший собой жалкое зрелище. Скамейки были ободраны, не покрашены. Табло накренилось. Поле было бугристым с выбоинами. Розин встретил его в своём офисе, находившемся в административном корпусе при стадионе. Его кабинет блестел и сверкал чистотой. В нём был проведён хороший ремонт. Розин крутился в большом кресле. У него на пальцах были наколки. На мизинце левой руки его сверкал золотой перстень с чёрным камнем. Лицо у него было грубое, отталкивающее, волосы у него были очень коротки, а уши большие. Было ему сорок девять лет.

– Я Валерий Перевалов, – представился с ходу опальный футболист, присаживаясь на стул.

– Вижу.

У Розина был неприветливый вид.

– Что-то не так? Я договорился с Пистоновым Павлом Егорычем…

– Да знаю я, будешь девок тренировать. Всё уже порешали.

– Я так понимаю, вам что-то не нравится. Хотелось бы обговорить всякие скользкие моменты сразу, чтобы потом не было сюрпризов.

– Ишь как витиевато умеешь излагать простые мысли. Да ничего такого, просто это как бы личное…

– Личное?

– Да я просто мусоров на дух не перевариваю.

Валерию хотелось встать и уйти, но он вспомнил слова Кости о том, что ему нужно реабилитироваться. Да и потом ему не хотелось бросать футбол. Пусть он будет хоть тренером, но останется в футболе.

– Когда я могу приступить к тренировке клуба? – спросил Валерий.

– Да хоть сейчас. Бабы приедут через полчаса тренироваться.

– С составом можно ознакомиться?

Розин достал из ящика стола лист и дал его Перевалову. Тот принялся читать список: Инна Золотова вратарь, Любовь Строгова левый защитник, Маргарита Иванова центральный защитник, Ксения Волгина центральный защитник, Полина Романова центральный защитник, Галина Ткачук центральный защитник, Ольга Трофимова правый защитник, Анастасия Огородникова правый полузащитник, Ольга Беспалова центральный полузащитник, Анастасия Караваева центральный полузащитник, Дарья Дурова центральный полузащитник, Ангелина Градова центральный полузащитник, Ярослава Москвина центральный полузащитник, Карина Солнцева центральный полузащитник, Марина Орлова левый полузащитник, Вероника Михайлова левый полузащитник.

– Тут только один вратарь, семь полузащитников и ни одного форварда, – заключил Валерий.

Розин только усмехнулся.

– И чо? С форвардом любой дурак сможет выигрывать. А ты попробуй без форвардов побеждать.

5 глава

– Ты мне обещал, что не будешь играть в этом говёном клубе! Обещал! Как ты мог опуститься до такого уровня – уехать в колхоз «Красный лапоть». Да над тобой все твои друзья смеются. Это позор! Лучше вовсе не играть, чем спуститься на такое дно, – выговаривала мужу Яна.

– Дно? Называй, как хочешь, но мне это нравится! Это моё, понимаешь ты?! И не «Красный лапоть», а Орехово-Зуево. Я ещё не готов повесить бутсы на гвоздь. Смирись с этим или давай разбежимся, – предложил Валерий.

– Ты готов разойтись?! Вот так бросить всё – вычеркнуть играючи, легко десять лет из жизни. Десять лучших лет моей жизни.

– Ты только насиловала мне мозг все эти десять лет. Это был ад.

– Я отдала тебе всю молодость, здоровье, душу…

– Прямо отдала – очень смешно. Ты не давала мне уже целый год.

– У меня депрессия. Хочешь взять меня силой – приезжай, я потерплю.

– Ага, депрессия, после того как мои доходы упали в десять раз. Тебе всегда от меня нужны были только деньги.

– Ну, конечно, что же я тебя сейчас не бросила такого бедного и несчастного?

– Брось. Хватит уже притворяться, что между нами что-то ещё осталось.

– Я не уйду с пустыми руками.

– Кто бы в этом сомневался. Гадина.

– Козлятина.

Запись кончилась. Доверчивый со Скамейкиным прослушивали биллинг звонков Переваловой. Записи воспроизводили на компьютере в кабинете Доверчивого.

– Чуешь ненависть? – спросил Галактион. – Она корыстная шмара, всё время тянула из него деньги. Ему это надоело. Он её убил. Логично?

– Нет, – ответил Скамейкин.

– Растолкуй.

– Если он её собирался убить, то почему не подготовил алиби?

– Это было спонтанное убийство. И ты выгораживаешь этого типа? Ты случайно не смотришь футбол?

– Нет. Точнее, иногда, изредка.

– Всё понятно с тобой. Сколько же в этом мире слабоумных. Ставь следующую запись.

Скамейкин навёл курсор на воспроизведение следующего трека.

– Привет, козлёнок, – послышался вкрадчивый мягкий голос Яны.

– Здорово.

– Ты чего такой добрый? Нашёл себе какую-нибудь прошмандовку?

– Пока не нашёл.

– Эй, эй, ты ещё мой муж, козлёнок.

– Увы, да.

– Хватит тебе уже вредничать. Забыли обиды.

– Забыли так забыли.

– У тебя планы какие-нибудь не появились?

– Планы? Есть план в баню сходить с ребятами в субботу.

– Козлёнок, я серьёзно. Помнишь, ты хотел организовать строительный бизнес с Витькой Липко?

– Это уже давно было. Я пьяный был тогда.

– Опять твой чёрный юмор. Ты же знаешь, я привыкла жить хорошо, и не готова менять свой образ жизни.

– Ничем не могу тебе помочь.

– Тебе нужно поверить в себя. У тебя всё получится.

– Меня всё устраивает.

– Может быть, нам действительно следует развестись?

– Я согласен.

– Но мы же поделим всё честно – поровну.

– Чего поделим?

– Ты издеваешься? Квартира в Москве и загородный дом. Отдай мне хотя бы квартиру.

– Их уже нет у меня. Я переписал дом и квартиру на брата Олега.

– Подонок.

Запись закончилась.

– Мотив её убивать исчезает совсем, – резюмировал Скамейкин.

– Погоди, врубай следующую запись.

Скамейкин нажал на воспроизведение.

Были слышны всхлипывания.

– Козлёнок, прости меня. Я ужасный человек. Я исковеркала тебе всю жизнь. Нет мне никакого прощения. Но ты прости меня. Я научусь готовить, буду вязать спицами и крючком. Только не бросай меня. Я никудышная. Пустышка. Хочешь, я приеду к тебе сейчас на базу?

– Не надо.

– Ты совсем меня разлюбил?

Пауза.

– Понятно, – сама ответила на свой вопрос Яна и всхлипнула.

– Яна, ты меня с ума сведёшь. Мне надо побыть одному, чтобы разобраться во всё этом. Потом созвонимся. Пока.

Запись кончилась.

– Как у них всё сложно, – сказал Скамейкин.

– Она вымотала ему все нервы. Даже моя жена меня так не выводит, – признался Доверчивый. – Сколько тут ещё записей по времени?

– Восемнадцать часов. Это только последние два месяца.

– Умеют же болтать эти бабы. Полжизни готовы угрохать на разговоры по телефону. Давай теперь послушаем звонки с кем-то другим.

– С мужиком или бабой?

– Мужиком. Сколько их кстати?

– Десять, не считая двоюродного брата Николая.

– Ставь уже.

– Зарудин О. какой-то.

– Давай его.

Скамейкин запустил трек.

– Привет, Ян.

– Привет, Оливер. Как у тебя дела?

– Дела у прокурора. Ян, мне твоя помощь нужна.

– Опять.

– Представь себе, да.

– Оливер, я тебе отдала уже одну медаль и кубок, и ещё серьги, которые Валера привёз из Македонии.

– Мне срочно нужны деньги, Яна. Гони какую-нибудь свою побрякушку или твой благоверный узнает, что ты продала его медаль и кубок.

– Оливер, не надо, пожалуйста. Хочешь, я отдамся тебе?

– Не нужна мне уже твоя пельмешка. Деньги, мне нужны деньги.

– Ты же знаешь, как плохи сейчас дела у Валеры.

– Меня это не волнует. Я заеду к тебе через пару часов.

Запись кончилась.

– Оливер – что за идиотское имя? – прокомментировал Доверчивый. – Я думаю, нам следует нанести ему визит.

6 глава

Команда была в сборе. Девушки собрались в раздевалке, переоделись в спортивную форму жёлто-чёрного цвета и вышли на поле, взяв с собой мячи. Валерий наблюдал за футболистками, стоя на беговой дорожке у входа в подтрибунное помещение, где была раздевалка. Девушки не обращали на него никакого внимания. Они хаотично бегали по полю и бессмысленно пинали мяч, пока Настя Огордникова не предложила:

– Давай, девки, разобьёмся на команды и поиграем.

Девушки стали собираться в центр поля, чтобы разделиться на две команды. Валерий решил обозначить себя в этот момент – он пошёл к футболисткам. Его заметили и перестали обсуждать то, как надо разделиться в этот раз.

– Привет, девчонки, – обратился к команде Валерий.

Он поймал ногой мяч и пожонглировал им, сделав пять ударов вверх, а на шестой удар мяч улетел в сторону.

– Я ваш новый тренер Валерий Егорович Перевалов.

Девушки загудели.

– Это точно? – спросила Анастасия Огородникова.

– Точнее не бывает.

– И бумага есть соответствующая? – спросила Инна Золотова.

– Есть или будет, разве это так важно?

– А что важно? – спросила Настя Караваева.

Перевалов ухмыльнулся одними уголками губ.

– Важно – побеждать и радовать болельщиков.

– О, с ними у нас проблемы. Их мало, – сказала щуплая Карина Солнцева.

– Будут у вас болельщики, будут, – пообещал Валерий.

– Я вас где-то раньше видела, – сказала Марина Орлова.

– По телеку. Это бывший динамовец по прозвищу Волшебник, – раскрыла секрет тренера прозорливая Полина Романова.

– Да, это я. Но лучше будет всё-таки соблюдать субординацию. Зовите меня Валерий Егорович.

– Мы будем делиться на две команды? – спросила Огородникова.

– Нет. В субботу первая игра. У нас нет нападающих. Кто хочет поиграть в нападении?

Руки подняли Марина Орлова и Ярослава Москвина.

– Какие у вас амплуа?

– Я левый полузащитник, – сказала Орлова.

– Я центральный полузащитник, – сказала Москвина.

– Тогда пока будем наигрывать центрального полузащитника в нападении. Впрочем, и левую полузащитницу тоже будем иметь в виду. Её место, если что займёт другой полузащитник. Кстати, почему у вас нет нападающих?

– Была одна – Лариса Голубева, – сказала Ярослава.

– Она хорошо играла, забивала, – добавила Огородникова.

– И что с ней стало? – спросил тренер.

– Она ушла из команды. Обиделась, – сказала Огордникова.

– На кого обиделась?

– На тренера, на руководство команды, – сказала Москвина.

– Ладно, решим как-нибудь этот вопрос. А теперь давайте начнём нормальную разминку. Девочки, бежим два круга вокруг стадиона.

– Может быть, сразу поиграем? – спросила Огородникова.

– Я сказал, два круга.

И девушки побежали вокруг стадиона. Потом Валерий разделил сам футболисток на две команды и судил матч. Ещё во время пробежки девчонки о чём-то перешёптывались, и по окончании тренировки, когда они шли в раздевалку, Инна Золотова как бы невзначай спросила:

– Валерий Егорович, а, правда, что ваша жена погибла?

Все девушки остановились и Валерий тоже.

– Да.

– Мы приносим наши соболезнования, – сказала Огородникова.

– Спасибо вам.

– А я читала в газетах, что в убийстве обвиняют вас, – ляпнула под недовольные взгляды футболисток Дарья Дурова.

– Чего только не пишут в газетах, как видите я на свободе, значит, это был не я.

– А убийцу нашли уже? – спросила Инна Золотова.

– Ищут.

– Валерий Егорович, а вы любили свою жену? – спросила Дарья Дурова.

– Ну, знаете, это уже личное. Девчонки, лучше спросите что-нибудь по делу, по организационным вопросам.

– Когда нам поднимут зарплату? – спросила Ксения Волгина.

И её начали шпынять:

– Ты чего? Денег ей мало. Не может найти себе нормального мужика-добытчика. Мы ради денег что ли по полю тут бегаем?

– А ради чего вы тут бегаете по полю? – решил уточнить Валерий.

– Известно ради чего – ради искусства, – сказала Ярослава Москвина.

– Это кто вас так научил?

Девчонки хором ответили:

– Наш бывший тренер Иван Иванович Сизов.

– Забавный он человек. И какая у вас зарплата, если не секрет?

– Двадцать тысяч рэ, – ответила Огородникова.

– А премии?

– Их не было в прошлом сезоне, – сказала Москвина.

– Так. Это никуда не годится. Я пойду и поговорю о вашем заработке с начальством.

И Валерий пошёл к зданию администрации. Розин уже собирался уезжать домой и стоял около своей большой чёрной машины иностранного производства, где его и подловил Перевалов.

– Евгений Вячеславович, хотел задержать вас на пару слов.

– Если только на пару.

– Ёрничаете. Почему у девчонок зарплаты только двадцать тысяч рублей? Это произвол и издевательство.

Розин засмеялся.

– Как вы смешны. Звезда отечественного футбола. Спустись на грешную землю.

– Я бы хотел всё же получить более развёрнутое объяснение.

– А чего тут объяснять-то? Команда давно снята с баланса городской администрации и висит целиком и полностью на балансе экскаваторного завода, у которого денег кот наплакал. Были месяцы, когда зарплаты совсем не платили девчонкам.

– Так надо искать спонсоров.

Розин помотал головой.

– В чём проблема? Ищи.

Перевалов разозлился так, что хотел двинуть в морду Розину, но мозг быстро рассчитал, что расклад сил и габаритов был явно не в его пользу. Прежде чем закрыть дверцу машины Розин хитро улыбнулся и спросил:

– А ты знаешь хоть свою зарплату?

– Нет.

– Тридцать тысяч рубликов. И ты согласен дальше работать тут?

Возникла пауза.

– Не слышу ответа, то бишь молчание означает знак согласия.

И Розин закрыл дверцу.

7 глава

Лариса Голубева мыла полы на втором этаже здания администрации строительной фирмы «Стройпосадинвест». Она помыла все кабинеты, туалет и коридор и перешла на лестницу с ведром, тряпкой и шваброй, где её и обнаружил Валерий Перевалов.

– Вы, Лариса? – спросил он.

Голубева отвлеклась от работы. Она была симпатичной блндинкой, но черты лица её были несколько суровы и хмуры.

– Ну? Чего хотели?

– Я новый тренер «Экскаватора» и хочу предложить вам вернуться в команду. Послезавтра важная игра, начало сезона.

– Мне это не интересно.

– Давайте хотя бы поговорим нормально, обсудим, что вы хотите.

– У меня работа. Вы не видите?

– Вижу. Я могу подождать.

– Придётся ждать полтора часа.

– Хорошо.

Напротив здания, которое обслуживала Лариса, было маленькое кафе-стекляшка с высокими столиками. Здесь Голубеву ждал Валерий. Лариса переоделась и пришла почти что через два часа.

– Хотите, я закажу что-нибудь вам? – предложил Перевалов.

– Кружку пива и мерзавчик.

Валерий вздохнул.

– А закуска?

– Давай чебурек или беляш.

Валерий принёс то, что заказала Лариса, а себе взял только кружку пива. Они чокнулись пивом. Лариса горько ухмыльнулась.

– За встречу, – сказала она.

Она сделала глоток пива, потом быстро осушила мерзавчик, чуть поморщилась и выпила почти всю кружку пива, после чего принялась за беляш.

– Ты такой модный, весь из себя, – заметила Лариса. – На фига ты припёрся в нашу деревню?

– Это не деревня. Это Московская область на минуточку, московский регион.

– А. Ну да. Тут всё равно ловить нечего, зарплаты, как во Владимирской области, разве что чуть выше. Работы нормальной нет.

– Но некоторые же ездят в Москву на работу.

– И из Владимира и Рязани ездят на работу в Москву. Такова жизнь. Я не хочу просирать свою жизнь в электричках.

– Лариса, почему вы не хотите вернуться в команду?

– А чего там ловить? Начальство говно, тренер алкаш и чудак.

– Теперь я тренер, а начальство? Вы Розина имеете в виду?

Лариса помотала головой.

– Нет, он новый. До него был Демидов – тот ещё моральный урод.

– Он обижал вас?

– Только попробовал бы – я бы ему разбила яйца в смятку.

– Так что же случилось?

Лариса молчала.

– Это какой-то большой секрет? – спросил Перевалов.

– Нет. Все и так всё знают, только не хотят говорить. Он пользовал девчонок тех, что были по слабее духом. Инка Золотова залетела от него. Он уговорил её сделать аборт. Из-за этого у Инки разладились отношения с её парнем. Я пошла в администрацию завода требовать уволить этого козла и не нашла общего языка с хозяевами команды. Мне сказали не лезть не в своё дело. Я и послала их всех и прокляла. А у вас всё равно ничего тут не получится. Тут болото и ловить здесь нечего. Езжайте лучше в Москву или за границу, делайте там карьеру и деньги.

Настал апрель. В субботу была домашняя игра с новороссийской «Чайкой». Рабочие стадиона Роман Михалыч Шишкин и Григорий Палыч Воробьёв, оба сильно пьющие пенсионеры, кое-как подлатали поле. Рабочие и инженеры с экскаваторного завода починили табло. На стадион пришли пятьдесят шесть человек, большинство которых были родственниками и друзьями футболисток. Среди болельщиков затесалась Лариса Голубева с бутылкой пива и пакетиком чипсов. «Чайка» играла в белой форме. «Экскаватор» в жёлтых футболках и чёрных трусах. Валерий решил использовать расстановку 4-5-1. Нападающей Перевалов поставил Ярославу Москвину. Начался матч. Женский футбол вязкий и более медленный, нежели мужской. Обе команды часто теряли мяч и нудно боролись за его сохранение.

– Играем в пас! В пас! – кричал Валерий.

Но у команды ничего не получалось, а в конце первого тайма «Чайка» забила гол, после возни в штрафной.

Во время перерыва Валерий пытался настроить девчонок на правильный лад.

– Не расстраиваемся. Соперник тоже играет плохо и коряво. Главное держать мяч. Защита стоим ближе к своим воротам. Полузащита октрывайтесь, не стойте рядом с соперником и давайте точный пас. Можете все идти вперёд, когда получите мяч. Наваливайтесь на их штрафную всем скопом. И давайте пас Ярославе при первой возможности.

Начался второй тайм. Игра шла неровно. «Экскаватор» наваливался на ворота соперника. Но мяч не удавалось довести даже до штрафной. На семидесятой минуте Валерий крикнул Марине Орловой:

– Беги вперёд в нападение, а Дурова пускай станет на твоё место!

Девчонки послушно произвели перестановку. На восемьдесят восьмой минуте во время навала на ворота соперника Ярослава-таки затолкала мяч в ворота и счёт сравнялся. Девчонки радовались, обнимались. Радовался и Валерий, что первая игра не окончилась поражением.

В раздевалке все были сильно возбуждены и обсуждали игру. Когда девушки переоделись к ним зашёл Валерий.

– Вы молодцы, настоящие бойцы. Я не ожидал. Честно. Спасибо вам.

Даша Дурова и Настя Огородникова достали из шкафчиков бутылки с пивом.

– Валерий Егорович, выпьете с нами? – спросила Настя.

– Это что ещё за беспредел? Вы будете соблюдать режим?

– После игры можно, – сказала Инна Золотова.

– Бывший тренер всегда с нами отмечал каждое окончание матча, – вспомнила Ярослава Москвина.

– То было раньше. А теперь…

Валерий задумался.

– Ладно, отмечайте, но это последний раз. В понедельник всех жду на тренировке.

Он вышел со стадиона и шёл к своей машине. Клуб не дал ему ни квартиры, ни номера в гостинице. Так как загородный дом его находился в соседнем районе, Валерий предпочитал отдыхать и ночевать в нём. До машины осталось сделать несколько шагов, когда дорогу Валерию перегородил мужчина в коричневой куртке с узким лицом и орлиным носом. У него была густая шевелюра тёмных волос с обильной проседью. Валерий хотел спросить, что ему было от него нужно, но неожиданно получил ни с того ни с сего удар кулаком в скулу.

8 глава

Скамейкин играл в телефоне в бродилку, а Доверчивый сидел, закрыв глаза. Они находились одни внутри микроавтобуса.

– Во что ты играешь? В какую глупую игру? – спросил Доверчивый, открывая глаза.

– Забыл, как называется. Это так, не всерьёз, чтобы не уснуть. Мы уже почти час сидим.

– Поспи, если хочется.

– Не могу в таких условиях.

– Скажи, сколько тебе заплатили за слив фоток, которые я сделал в доме убитой. Я уже забыл.

– Я всё честно посчитал. Вы получили наликом все полагающиеся вам проценты, как и договаривались. Семьдесят тысяч мне перевели.

– Не мало? Не продешевили?

– Так мне сказали, пятьдесят только дадим. А я ещё слил им, что основной подозреваемый это Перевалов, как вы и попросили. За это ещё двадцатку накинули. Я требовал сто, но они меня послали.

– Ублюдки продажные.

– Те ещё подонки.

– Бабки перевели на твою карту?

– На какую же ещё.

– Какой же ты осёл. Так тебя легко вычислят, если что и потом ниточки приведут ко мне.

– Но вы же не засветились нигде. Ни вашими картами, ни счетами.

– Не засветился. И ты меня не выдавай, если что. Если хочешь сделать карьеру в нашей конторе, держись меня. Я тебя буду продвигать.

Послышался шум снаружи и дверца микроавтобуса открылась. Показался белобрысый оперативный сотрудник полиции, который сообщил:

– Всё. Взяли его.

– Отлично, – сказал Доверчивый.

В микроавтобус затолкали худого, симпатичного молодого человека Оливера Зарудина. На руках его были нацеплены наручники. Его охраняли полицейские, которые сели рядом с ним с обеих сторон от него. Оперативники по наводке Доверчивого следили за ним двое суток и взяли недалеко от его дома в Реутове. Приняли его при покупке запрещённого вещества. Барыга успел смыться, а Оливера схватили. Приехали в местное отделение полиции, где Доверчивому с его помощником Скамейкиным любезно дозволили побеседовать с Зарудиным в свободном кабинете.

С Оливера не сняли наручники. Скамейкин сидел в углу и делал записи в блокноте. Доверчивый сидел напротив преступника, а потом встал и прошёлся по кабинету. Так ему удобнее было говорить.

– Дайте что ли закурить, – попросил Оливер.

– Тебе ничего тут не дадут. Пока ты не расскажешь всё, что нам нужно знать от тебя.

– И что вы хотите от меня знать?

– О Яне Переваловой, что ты можешь рассказать? Ты её убил?

Зарудин усмехнулся.

– Не-а. Зачем оно мне?

– Вы же все ненормальные: наркоманы, гомосексуалисты, извращенцы и прочие дебилы. Скучно тебе было, вот и убил её. Потому что она тебе не давала деньги или побрякушки. Тебе нужно было на что-то достать дозу.

Доверчивый сел снова за стол.

– Я не убивал её.

– Алиби есть у тебя?

– Наверно. Я в тот день, кажется, на одной квартире вмазывался с дружбанами.

– Такими же наркошами, как и ты?

– Типа да.

– И квартиру помнишь? И имена всех тех друзей?

– Могу вспомнить.

– За вымогательство тебе накинут ещё год или двушечку, к тому что тебе влепят по народной два два восемь.

– Какое вымогательство?

– Ты же вымогал денежные средства и драгоценности у Яны. У меня есть доказательства.

– Не понимаю, чего вы хотите?

– Помоги нам найти убийцу.

– Как? Я не знаю, кто это.

– Это её муж?

– Понятия не имею.

– У тебя был с ней секс?

– Был.

– Перевалов мог её убить из ревности?

– Мог.

– Какой он человек?

– Я не знаком с ним.

– Яна принимала запрещённые вещества?

– Пробовала пару раз, но потом только травку и алкоголь.

Доверчивый вздохнул.

– Ты совсем не хочешь нам помочь, и, самое главное, что себе ты тоже не хочешь помочь.

Зарудин пожал плечами.

– Я, правда, ничего не знаю про это убийство.

– У Яны были ещё друзья, мужчины, любовники?

– Кот, Фриц, Ельцов, Петя, больше никого я не помню.

– Кто они все? Они спали с ней?

– Петя, я полагаю, да. Остальные я могу только подозревать, что да.

– Она нимфоманка?

– Не похоже на то. Трахалась просто от скуки. Я могу ошибаться. Так мне это виделось.

– Опиши этих четырёх, про которых ты рассказал.

– Мне это зачтётся?

– Конечно.

– Кот – бизнесмен, средних лет, как зовут точно не знаю. У него, кажется, есть несколько моек в Москве. Фрицу лет сорок пять, а может и больше. Настоящего имени не знаю. Кто он тоже не знаю. Говорят, что чиновник какой-то.

– Почему Фриц?

– Потому что похож на немца и педант.

– Давай дальше.

– Ельцов – это бездельник, мажор, лет тридцать пять ему. Гоняет на мотоциклах, тусуется, просирает деньги богатых родителей. Петя – молодой, лет двадцать пять ему от силы. Он танцует в каком-то клубе и с разными актёрами, когда его нанимают.

– Гомик?

– Не знаю, он ко мне не проявлял интереса.

– А к Переваловой проявлял?

– Она как-то с ним очень мило общалась. По ходу у них был секс.

– Понятно, пока муж гонял мячик по полю, у него росли огромные ветвистые рога. Как эти все люди познакомились, сошлись в одной точке?

– По клубам тусили и закорешились.

– Ты при каких обстоятельствах с ними общался?

– Обычно в клубах. Или на хате у кого-нибудь. Я им доставал запрещёнку и травку. И имел с этого навар.

9 глава

На Перевалова напал Борис Старков. Он был родом из Саратова, как и Яна, которая была его первой любовью. У них даже были отношения, но до загса они не дошли. Яна умотала в Москву.

– Она сказала, что надо поставить на паузу в нашей любви, – говорил Борис. – Она такая яркая, харизматичная, немного с сумасшедшинкой. Сказала, что будет поступать в театральный институт. Мечтала о большой сцене, видела себя на экранах кинотеатров и на ковровых дорожках кинофестивалей. Глупо всё это. Насмотрелась глянцевых журналов. Простая провинциальная девчонка. Что с нас взять? Такие мы все: люди с периферии. Есть у нас такая черта: глядеть на мир сквозь розовые очки. Мы же толком не знаем, что такое Москва, что такое мир. Раз съездив в Египет или Турцию, мир не узнаешь. Я её отговаривал. Я искренне боялся за неё. Думал, что Москва сломает её, схрумкает, сжуёт и не подавится. Как в воду глядел. Она была такой наивной, верила всяким мудакам и проходимцам. До сих пор не могу смириться с тем, что её больше нет.

Борис опрокинул стопку водки одним махом и чуть крякнул. Валерий последовал его примеру, но сделал то же медленнее. Под левым его глазом сверкал фингал. Он не успел увернуться от первого удара. Потом начал отбиваться. Они сцепились, упали на землю и волтузили друг друга, пока их не разняли прохожие. Кто-то вызвал полицию. В участке всё и выяснилось. Валерий не стал писать заявление на Старкова, а по выходу из отделения полиции предложил ему посидеть в кафе. Поездка домой на машине откладывалась. Они сели за столик в маленьком кафе, где было мало посетителей. Валерий обещал оплатить еду и выпивку. Старков с гневом и ненавистью, глядел на Валерия. Но по мере поступления водки в расстроенный стрессом организм, его чувства стали несколько смягчаться.

– Поклянись, что это не ты её убил? – потребовал не грозно, но твёрдо Борис.

Валерий помотал головой.

– Сколько ещё мне нужно отвечать на этот бред? Зачем мне было её убивать?

– Чтобы не делить имущество. Знаю, я вас москвичей. Все вы жадные до жути.

– Мы и разводиться не собирались. Решили взять время на подумать. Я не понимаю сам, как это случилось. У неё кто-то был ещё. Не понимаю, почему менты не ищут среди тех, кто мог быть её любовником.

– Как любовником?! Ты позволял ей гулять? Ходить налево?

– Ничего я не позволял. Мы уже не были близки почти год. Она ничего не хотела. Но я знаю, что у неё были какие-то дружки. Ей звонили периодически непонятные личности. Мне всё это не нравилось, но я не вникал во все эти проблемы. Некогда было. Я же постоянно был в разъездах, много времени проводил в Орехово-Зуеве.

– Как же вы живёте? Ты любил её? – спросил Борис и разлил водку по рюмкам.

Валерий подумал и ответил:

– Сначала очень, но потом… Извини, всё испортилось. Я не хочу врать. Ты, может быть, идеализируешь её. Она хотела жить на широкую ногу, чего я не мог ей предоставить в последнее время. Мои доходы упали и начался ад.

– Хочешь сказать, что она корыстная?

Борис выпил рюмку и закусил куском хлеба. Валерий выпил тоже и запил томатным соком.

– Да. Многие женщины корыстны, – сказал Перевалов.

Старков вздохнул.

– Я всё равно её люблю, какая бы она не была. Мы созванивались, даже когда она уже была в Москве. Естественно она пролетела со своим поступлением в театральный институт. Никуда она не прошла, где учат на актёров и актрис. Я даже когда женился, перезванивался тайком с ней. Смешно всё это. И глупо. Любовь – штука глупая. Мои знакомые, что приезжали из Москвы, говорили всякое про Янку, будто она путалась с богатыми мужиками и даже торговала своим сладким местом. Ужас просто. Я готов был разорвать каждого, кто говорил про неё эту гнусную ерунду. Потом она встретилась с Вадимом и жила с ним два года. Мы созванивались реже. Она говорила, что счастлива. После она встретилась с тобой и вышла за тебя. Она про тебя такое говорила.

– Какое?

– Будто ты самый лучший мужчина. Такой прямо весь из себя идеальный: смелый, благородный, чуткий, внимательный. Она была влюблена, как последняя дурочка.

– Я встретился с ней, когда она была ещё в отношениях с Вадимом.

– Разбил их союз? Скотина.

Валерий горько усмехнулся.

– Может быть. Только есть один нюанс. Вадим был женат и имел детей.

– Она жила с женатиком?! – у Бориса чуть не отвисла челюсть.

– Да. Он бизнесмен и старше её на двадцать два года.

Борис быстро налил себе водки и выпил, поле чего спросил:

– И ты не побрезговал после такого взять её?

– Нет. Как видишь.

– Почему?

– Любовь. А ты? Как у тебя сложилась жизнь?

– Я? Всё у меня пошло не так. Был женат два раза. Есть двое детей. Я стройкой занимаюсь, работаю на себя. Всё пошло не так.

– Ты ещё не старый, всё у тебя наладится.

И Валерий разлил водку по рюмкам.

Пришлось в тот день остаться на ночь в Фёдоровском посаде. Валерий заночевал в гостинице. А с утра перед тренировкой он решил заняться делом. В интернете Валерий посмотрел список крупных предприятий в городе. Самым крупным было предприятие, производящее соки. Перевалов созвонился с офисом фирмы и договорился о встрече с генеральным директором. Это был мужчина сорока четырёх лет, с лысиной, брюнет в строгом костюме. Валерий поведал ему о проблемах команды и сказал, что клубу нужен спонсор.

– Сколько нужно денег конкретно? В год? – спросил гендиректор.

– Я точно сказать не могу. Я тренер.

– Почему бы к нам не приехать начальству или менеджеру клуба, а не тренеру?

– Я скажу начальнику. Он приедет сегодня и назовёт точную сумму.

– Подождите, подождите, не торопитесь. Мы не можем так, с кондочка, вкладываться в такое сомнительное предприятие. Тем более наши хозяева находятся в Италии. Нужно будет с ними посоветоваться.

– Когда вы можете ответить?

Гендиректор подумал и сказал:

– Давайте сделаем вот что: у вас же есть место для рекламы на стадионе.

– Конечно.

– Я выпишу вам пока сто тысяч рублей на рекламу наших соков на полгода. Пусть ваш директор пришлёт счета клуба.

– Отлично. Спасибо вам.

И после этого Валерий поехал на встречу с местным строительным королём семидесятилетним Владимиром Рыжовым. Рыжов жил в трёхэтажном особняке во французском стиле на окраине города. Он встретил тренера в халате с сигарой в зубах в просторной прихожей с колоннами в своём дворце.

– Новый тренер? За бабками явился? – Рыжов вёл себя вульгарно, как колхозный мужик.

– Почему бы вам не стать спонсором нашего клуба?

– Вашего клуба?

Рыжов засмеялся.

– Наши бабы заняли одиннадцатое место в прошлом году и чуть не вылетели. За что им платить? За такую корявую игру?

– Получается, вы интересуетесь игрой команды?

– Так. Вскользь. Я дам вам сто тысяч рублей. Чтобы вы с голоду там не умерли. Так и быть.

– А спонсорский контракт?

– Играть сначала научитесь.

– Хорошо, я пришлю вам счета клуба.

– Не надо, я тебе сейчас кэшом отвалю, чтобы ты отстал от меня.

Перед тренировкой Валерий зашёл в офис клуба и передал деньги Розину.

– Что это? – удивился тот.

– Деньги от спонсоров. От Рыжова. Надо их как-то потратить: на девчонок, на стадион.

И Валерий рассказал о предприятии, производящем соки.

– Надо передать им наши счета.

Розин покраснел.

– Я пойду, – сказал Перевалов.

– Погоди.

Валерий остановился у двери.

– Да?

– Не понимаю, зачем тебе это?

– Что именно?

Розин указал на деньги, лежащие на столе.

– Команде нужны спонсоры.

– Спонсоры – это не твоя забота! Иди, тренируй баб – занимайся своим делом.

– Ладно, но вы на предприятие позвоните, передайте номера счетов.

Валерий вышел, а Розин хлопнул ладонью по столу и прошипел:

– Сука.

10 глава

Следующая игра в лиге должна была состояться в Тюмени в гостях. Клуб соперников так и назывался «Тюмень». И это оказалось большой проблемой. Хозяева «Экскаватора» согласны были оплатить билеты туда-обратно только двенадцати игрокам, ссылаясь на катастрофическую нехватку денег. Это обстоятельство возмутило Перевалова. Он не понимал, как можно было рассчитывать на положительный результат в игре с одним запасным игроком. Ехать в Тюмень собирались обычным поездом. Розин уже купил тринадцать билетов для основных игроков и тренера. Перевалов пришёл к нему. Розин в своём кабинете жевал бутерброд с красной рыбой и пил ароматный кофе. Его белая дорогая рубашка блестела от чистоты и специфичности ткани от света лампы неприлично на фоне бедности стадиона и команды.

– Евгений Вячеславович, мне надо взять ещё хотя бы трёх игроков в Тюмень, – начал с порога Перевалов.

– На фига?

– Как на фига? Вы хотите результат?

– Нет, не хочу.

– Поясните-ка.

– Команда всё равно обречена болтаться внизу таблицы. Не в этом году так в другом она прекратит своё существование.

– Так какого ляда, вы тогда тут сидите?! В этом кресле!

– Должен же кто-то руководить процессом.

– Каким? Уничтожения клуба? Ладно, я пойду выше.

– Стой.

Розин встал и достал из сейфа деньги.

– Вот, возьми двадцать тысяч рублей – это из тех рыжовских.

– Мне самому на них билеты покупать прикажете?

– Не будь идиотом, подойдёшь к проводникам и договоришься, чтобы остальных девчонок провезли нелегально на свободных местах. Так все умные люди делают. И на оставшиеся деньги купишь девкам еду.

В итоге поехали все. Места были недорогие в плацкарте. За пять тысяч остальные места Валерий получил в разных вагонах, выбрав себе нижнюю полку в полностью свободном купе.

Основная группа девчонок ехала в пятом вагоне. Валерий пришёл проверить их. Девушки ели еду, которую взяли с собой. Валерий прохаживался по проходу, то и дело убирая голову от торчащих то тут, то там пяток пассажиров.

– Валерий Егорович, что вы ходите, как неприкаянный, садитесь к нам, – предложила Ярослава Москвина.

И он сел к ним с краю на нижнюю полку. Девушки улыбались.

– Не бойтесь, мы не будем бухать, – заверила Инна Золотова, сидевшая напротив.

– Ещё бы – бухать. Наша цель какая?

– Какая? – спросила Ярослава.

– Это вы должны знать.

Девушки молчали.

– Какое место вы хотите занять? – подвёл к ответу тренер.

– Хотя бы седьмое, – попробовала угадать лежащая на верхней полке Вероника Михайлова.

– А почему не первое? – удивился Валерий.

– Сможем ли? – усомнилась Ярослава.

– Почему нет? Что мешает?

– Есть соперники посильнее нас в лиге, – сказала лежащая на верхней полке над Ярославой и Валерием Ангелина Градова.

– Вы молодцы. Я видел – вы умеете играть в футбол. Надо только сделать из вас настоящую команду и вы всех порвёте в лиге. И вам задание – выспаться, как следует. Сон – это силы.

– Валерий Егорович, а у вас дети есть? – спросила Ангелина тренера, когда тот хотел уже уйти.

– Нет.

– А ты с какой целью интересуешься? – спросила Инна.

– Хочет родить от Валерия Егорыча, – нашла ответ Вероника.

И девчонки засмеялись.

– Я тоже хочу, – подала голос Ксения Волгина, сидевшая в другом отсеке за перегородкой.

– Так хватит, девушки, юморить. Дети – это вопрос серьёзный и не смешной, – сказал Валерий, встал и пошёл в свой вагон.

Настала ночь. Валерий разложил постель и лёг. Он смотрел в телефоне новости, когда дверь его купе резко отворилась. Внутрь прошла Настя Огородникова.

– Настя, ты чего?

Она была в лёгком спортивном костюме. Настя бесцеремонно забралась под простынь к тренеру и легла на бочок спиной к нему.

– Погрейте меня, Валерий Егорыч.

– Это что за новости? Настя, иди к девчонкам.

– Нет. Мне холодно. Просто обнимите меня и всё.

– Девчонки могут подумать что-то не то, Настя.

– Я сказала, что пошла в третий вагон к знакомой. Обнимите меня. Пожалуйста.

Валерий помотал головой, но обнял легко Настю.

– Как хорошо, – сказала Настя.

Несколько минут лежали молча.

– Ты спишь? – спросил Валерий.

– Нет.

– Ты замужем?

– Да.

– И дети есть?

– Имеются – двое.

– Как же так?

– Мы просто лежим. Вы же не хотите меня.

– Насть, пожалуйста. Ты просила просто обнять.

– И от этого мне кайфово.

– А кто он – твой муж?

– Водитель обычный.

– И как вы живёте? Не обижает он тебя?

– Бывает, что может стукнуть.

– Подлец.

– Я тоже не лыком шита. На прошлой недели приложила его сковородкой по голове.

– Он жив остался.

– Живой скотина, что ему будет?

– Почему люди так живут. Словно ни у кого нет счастья.

– А бывает ли оно, Валерий Егорыч?

– У кого-то, может быть, и случается.

– Может быть, в другой вселенной.

– А вы из-за чего ссоритесь-то? Чего вам не хватает?

– Я его пилю, что денег мало приносит, что пьяный порой является домой и детей пугает. Он докапывается, что у меня, якобы любовники одни вокруг. Мерещится ему, что я ему изменяю. Думаю, может, и правда, проще изменить.

Валерий не заметил, как уснул. Он проснулся, когда уже было светло. Его рука сжимала слегка что-то мягкое. Не сразу Валерий понял, что это была Настина грудь. Валерия словно током ударило. Он тут же убрал руку. Настя тоже проснулась, потянулась.

– Эх, Валерий Егорыч, как хорошо с вами. Кому сказать, что с вами провела ночь, не поверят ведь.

– Настя, пожалуйста.

– Всё. Могила.

«Тюмень» в предыдущем сезоне заняла пятое место в чемпионате и была фаворитом матча. Стадион был заполнен наполовину. Это было много по сравнению с тем, что было в Фёдоровском посаде – почти пустые трибуны. Матч начался. Валерий поставил задачу играть от обороны. Хозяева атаковали, но неудачно. «Экскаватор» отлично защищался. Валерий несколько дней потратил, чтобы натренировать оборону. Три игрока оставались на половине поля соперника, ожидая отскока мяча или паса. И эта схема дала свой результат – в конце первого тайма Ярослава получила длинный пас и сумела убежать от защитников соперника. Вратарь выбежал ей навстречу, которого она обвела обманным движением и запустила мяч в пустые ворота. Начался второй тайм. Соперник бросился в навал на ворота гостей. Болельщики осыпали проклятьями девчонок из Подмосковья и всячески обзывали их. Потом кто-то крикнул:

– Убийца!

Этот клич подхватили другие болельщики.

Валерий не сразу, но всё-таки понял, что это относится к нему. Он не успел расстроиться, так как всецело был погружён в игру. Он бегал по бровке поля и давал советы девчонкам:

– Держи её. Не убегай далеко от ворот. Подстраховывай её. Ты, что не можешь дать нормальный пас? Выбей мяч подальше и беги обратно назад. Осталось десять минут продержаться. Стойте! Отбиваемся! У вас получится!

В конце игры три футболистки «Экскаватора» вышли вперёд на трёх защитниц хозяев. Ярослава нанесла удар из-за штрафной. Вратарь отбила его, но в штрафную вбежала Настя Огородникова, успев первой к мячу и забила низом в левый угол.

Это была победа.

11 глава

Валерий утром довольный ворвался в кабинет Розина и положил перед ним на стол три тысячи рублей.

– Что это? – спросил менеджер.

– То, что осталось от той суммы, которую вы мне выдали перед поездкой в Тюмень.

Розин поглядел внимательно на тренера и сказал:

– Не могу понять, ты такой действительно весь честный или просто дурак?

Перевалов в миг позеленел.

– Дурак?! Ты сказал, дурак?!

– Я только констатировал факт. Только и всего.

– Ты думаешь в России все воруют и только и думают, где бы урвать хоть маленький кусочек себе. Нет! Россия большая и нормальные люди в ней тоже попадаются не такие, как ты!

– Я хотел тебе только предложить оставить эти деньги. У тебя и так зарплата маленькая. Я дал тебе деньги с концами. Они твои были понимаешь? На фига возвращать, что осталось?

– Это не по закону, а по понятиям!

– Так ты же взял бабки без всякой документации – это уже было незаконно.

– Не придирайся! Ты оскорбил меня! Назвал дураком!

– Дураком я тебя не назвал. Я сказал слово дурак в контексте ситуации с этими деньгами. Забери деньги.

– Пошёл ты! Я буду жаловаться на тебя вышестоящему начальству.

После тренировки Валерий поехал в Москву, где встретился в сквере в центре города со знакомым модно одетым круглолицым с львиной гривой ярко-русых волос риелтором Игорем Максимовым. Игорю было сорок четыре года. Валерий хотел сдать свою московскую квартиру и передал ключи Игорю.

– Как думаешь, за сколько я смогу её сдать? – спросил Валерий.

– Тысяч сорок-пятьдесят.

– Постарайся за пятьдесят.

– Ок. Как у тебя дела?

– Тренирую женский клуб. Зарплата тридцать тысяч рублей. Со сдачей квартиры будет восемьдесят. Я никогда не жил на такие маленькие деньги.

– У нас в области сорок тысяч считается большой зарплатой.

– Знаю я, у меня девчонки играют за копейки сущие. И ничего нельзя с этим сделать… Впрочем…

– Что?

– Я ищу спонсора для команды. И мне нужно выйти на деловых людей.

– В смысле деловых людей?

– Тех, у кого есть бабки. Как бы найти такое место, где их много?

Игорь подумал и вспомнил.

– Как я мог забыть? Сегодня вечером я иду аккурат в такой клуб, где собирается много знатных господ. Клуб кстати называется «Элита».

– Какой пафос и дурной вкус, но мне плевать на это. Там собираются богачи?

– Не только. Шушера, конечно, тоже всякая обтирается, но там можно встретить знаменитостей шоу-бизнеса, чиновников-миллионеров, бывших криминальных авторитетов, разных тёмных личностей и честных бизнесменов.

– Ты здорово выручил меня, Игорь.

– Только надо будет переодеться – дресс-код.

– Конечно, поехали на мою квартиру, пока её не сдали. Там осталась пара приличных костюмов.

Интерьер клуба «Элита» был отделан в ярко-алых и багровых тонах. В зале за столиками сидела особая публика – столичные сливки общества: победители, альфа-самцы, проходимцы, аферисты, шоумены, дорогие эскортницы и прожигатели жизни. Рядом с барной стойкой была сцена, на которой играл джаз-бэнд. Из этого зала можно было пройти в другой зал, где за столами шла игра в карты. Дальше было несколько бильярдных столов.

– В этот клуб можно пройти только по особой карте, которую я показал охраннику, – сказал Игорь, когда они входили в клуб. – С этой картой я могу провести одного друга и несчётное количество дам.

– Почему я не знал про это заведение? Такая тут атмосфера – похоже на какое-то масонское сборище, – заметил Валерий.

Игорь приложил палец к губам.

– Тише. Ты раскроешь все наши секреты. И нас после этого убьют.

– Иди ты.

Они заняли свободный столик в зале. Игорь предупредил, что придётся серьёзно раскошелится. Меню было огненным – бутылочку самого скромного вина можно было попить в прикуску с самой дешёвой сырной или фруктовой нарезкой на пятнадцать тысяч рублей. Мужчины взяли бутылку красного вина и мясную нарезку.

Слева от них через столик сидели две девушки. Одна двадцати пяти лет яркая светловолосая курносая красотка с прямыми длинными волосами ниже пояса. Вторая была брюнеткой с накачанными губами. Она тоже была красива.

– Ты чего уставился на девок? У тебя же целый женский футбольный клуб, – заметил Игорь.

– Клуб есть, целый, полный баб, а секса у меня не было давно, – признался Валерий.

– Ничего, как вы поправишь своё финансовое положение – сразу появится очередь из желающих прыгнуть к тебе в постель. А сейчас можно снять проститутку.

– Низко это как-то.

– Ты романтик оказывается.

– Может быть. Мне та нравится с длинными волосами.

– Не вариант. Хищница, ищет папика с большим кошельком.

– Не всё же в этом мире измеряется одними деньгами.

– Всё.

– Ты убиваешь меня.

Игорь сложил пальцы руки в виде пистолета, направив дуло-указательный палец на друга.

– Пхух!

Официант принёс бокалы, вино и нарезку. Игорь разлил вино по бокалам и сказал тост:

– За деньги. Чтобы они любили нас, как мы их.

Валерий поморщился, но чокнулся и выпил.

– Сейчас, старик, я схожу в одно место, жди, – сказал Игорь и ушёл.

Он пришёл через пятнадцать минут.

– Я договорился с администратором клуба. Тебя сейчас позовут на сцену. Толкнёшь речь про то, что тебе нужен спонсор.

– Прямо вот так? – удивился Валерий. – Я не подготовился.

– Времени нет. Время – деньги. Готовь речь. Ты должен продать свою идею. Соберись с мыслями.

Через десять минут конферансье сделал объявление:

– Господа, сейчас с речью хочет выступить наш дорогой гость именитый футболист и тренер Валерий Перевалов. Прошу любить и жаловать.

Публика аплодировала.

Валерий взошёл на сцену и подошёл к микрофону. Его пиджак был расстёгнут. Одну руку он держал в кармане брюк, другой поправил микрофон.

– Друзья. Что вы знаете про женский футбол? Мало. Его редко показывают по телевидению, а зря. Это очень интересно. Я уверен – это будущее. Женщины играют особенно: не только головой и физикой, но и сердцем. Это надо видеть. Женский футбол – это не для всех, не для большинства, но для настоящих эстетов и ценителей того, в чём есть хоть какая-то изюминка. Сейчас я тренер одной из футбольных команд женской лиги России. Эти девчонки могут прославить не только свой регион, но и страну. Они очень талантливы. Нам нужен спонсор, который готов вложиться душой и деньгами в клуб. Люди покупают дорогие дома, тачки, яхты. И это круто. Но многие почему-то не задумываются о том, что не менее круто иметь свой футбольный клуб. Это не просто круто. Это мегакруто. Очень приятно было тут выступить в этой тёплой душевной обстановке перед такими замечательными людьми. Торопитесь. Предложение пока ещё в силе. Я Валерий Перевалов готов к сотрудничеству.

Публика аплодировала.

– Ты, правда, не готовился? – спросил Игорь, разливая вино в бокалы, когда Валерий вернулся за столик.

– Чистой воды экспромт.

– Я верю в тебя.

– И всё-таки я познакомлюсь с той дамой.

Валерий подозвал официанта и заплатил с карты за бутылку белого вина за восемь тысяч рублей, которую нужно было преподнести длинноволосой красотке со словами, что это презент от него.

Официант выполнил поручение. Девушка стала изучающе глядеть на Валерия. Спустя сорок минут он подошёл к ней и познакомился. Даму звали Лидия.

В час ночи они вышли из клуба. Валерий попрощался с Игорем, который поехал домой на такси. Лидия согласилась прогуляться немного по ночной Москве.

– Вы так красиво выступили, – похвалила Валерия Лидия.

– Это, чтобы вам понравится.

– Правда?

– В том числе.

– У вас целый клуб женщин. Они красивые?

– Как сказать: у них ноги такие накачанные, как у мужиков-хоккеистов. Такая на одну ляжку положит, другой придавит насмерть и вздохнуть не успеешь.

Лидия усмехнулась. А Валерий словно одумался и сказал:

– Они хорошие, но несчастные в основном.

– Почему?

– Маленькая зарплата, проблемы в личной жизни.

– А вы женаты?

– Нет.

– А были?

– Да, у меня была жена.

– Развелись?

Валерий не сразу ответил:

– Типа того. Не сошлись характерами. Лида, я очень одинок. Поехали ко мне домой. У меня приличный дом за городом.

– Вы там меня изнасилуете и закопаете в лесу.

– Я разве похож на маньяка?

– Я никогда не встречала маньяков. Я хочу домой. Вызовете мне такси.

– Конечно. Оставьте мне свой номер телефона.

Лидия подумала и сказала:

– Хорошо, пишите…

12 глава

– Какие у нас есть улики? Зацепки? – Доверчивый развёл руками и покрутил пальцами карандаш.

Он сидел за столом в своём кабинете. Рядом на стуле елозил Скамейкин.

– След от ботинка мужской обуви сорок четвёртого размера, – вспомнил Скамейкин.

– Кстати, у Перевалова тоже сорок четвёртый.

– Но ботинка с таким рельефом мы у него не нашли ни в квартире, ни в доме, ни в Орехово-Зуево.

– Он их уничтожил, если что.

– Если это был он. Бычки от сигарет французских, крепких, ещё. А Перевалов не курит.

– Когда выпивает, наверняка, балуется.

– Есть ещё мужской волос в спальной Переваловой.

– Это неудивительно. Она чпокалась с кем ни попадя.

Зазвонил телефон на столе. Доверчивый снял трубку.

– Да. Ведите его сюда.

Галактион положил трубку.

– Фрица привезли. Сейчас будем пытать его.

В кабинет вошёл мужчина с неприятной внешностью в вельветовой коричневой крутке и голубых джинсах. Ботинки его блестели так, будто их начищали сто чистильщиков обуви. Он несколько сутулился.

– Виктор Сергеевич, садитесь, – грозным голосом сказал Доверчивый.

Вошедший сел на стул в двух метрах от следователя. Скамейкин пересел на другое место, оказавшись сбоку от мужчины. Он открыл блокнот и приготовил ручку. Галактион взял листок на столе и зачитал:

– Фурсов Виктор Сергеевич, работает в структуре жилищно-коммунального хозяйства города Москвы, является начальником одного из районных подразделений, сорок девять лет, есть жена домохозяйка и двое детей. Также имеется квартира с тремя комнатами и в области дом метражом сто восемь метров. Есть машина – иномарка, цена примерно два миллиона рублей. Я всё верно перечислил?

Фурсов помотал неуверенно головой.

– Кажется, да.

– Хорошо живёте, Виктор Сергеевич. Какая у вас зарплата?

– А что?

– Я конкретный вопрос задал.

– Сто пятьдесят тысяч рублей, но у меня бывают премии.

– Премии и левые доходы, а точнее воровство.

– Воровство? Разве меня не по делу Яны вызвали?

– Яны, само собой. До неё мы тоже дойдём. Но можно будет прицепить к её убийству ещё и воровство. Вы же хорошо живёте, Виктор Сергеевич, и явно не по доходам.

– Мне досталось наследство от дедушки.

– А дедушка кем был?

– Архитектором. Одним из любимых архитекторов Сталина.

– Ладно, сделаем вид, что поверили вам. А Яна что?

– Что? Она умерла.

– Умерла? Это прикол сейчас был? Её ты задушил.

Фурсов уронил бейсболку на пол, после чего трясущимися руками поднял.

– Я не убивал её. Зачем мне её убивать?

– Она хотела рассказать всё твоей жене. Она хотела замуж за тебя. Ты жених видный, ресурсный. Ну чего ты дурочку валяешь? Я же всё знаю. Сейчас я тебе дам бумагу, и ты всё напишешь сам. Чистосердечное признание сокращает срок. Я попрошу, чтобы тебя отправили в колонию, где не сильно мучают убийц женщин и насильников.

– Насильников?

– Ты разве никого не насиловал?

– Нет, – неуверенно ответил Фурсов. – Это какое-то безумие то, что вы сейчас здесь говорите.

– А с Яной у тебя всё было по доброй воле?

– Да.

– Ага. Вы были любовниками. Попался. Зачем она с тобой спала? Ты же непривлекательный. Ты её шантажировал? Подсадил её на запрещёнку. Я вижу, что ты непростой опасный тип.

– Я, правда, не убивал её.

– А почему у тебя руки трясутся?

– Мне страшно.

– Чего ты боишься?

– Тюрьмы.

– Ты же говоришь, что не убивал её. Что ты делал в день убийства?

– Я поехал с Робертом на дачу к нему на рыбалку.

– Где дача находится? Кто такой Роберт?

– Дача находится на границе Владимирской области. Роберт это мой друг.

– Значит, не будешь писать чистосердечное признание?

– Я ни в чём не виноват.

– Какие у вас были отношения с Яной?

– Как понять какие?

– Просто секс или любовь? Это к примеру. Мне нужно развёрнутое объяснение.

– Любовь? Я её возможно любил.

– За что?

– Мне хорошо было с ней в постели.

– Она такая оторва в сексе?

– Нет, но мы с ней любили пробовать разные новые штучки в этом деле.

– Не понимаю, как она клюнула на тебя? Что в тебе такого? Как ты её затащил в постель?

– Я её не затаскивал. Мы тусовались где-то и она была под кайфом.

– Ты ей подсунул вещества?

– Нет.

– Оливер?

– Вы его знаете?

– Да.

– Да, это он был. И я тоже попробовал какую-то хрень и нам было очень хорошо. Она говорила, что ей тоже очень понравилось со мной.

– О чём вы с ней говорили?

– Обо всём: о погоде, о фильмах, о тусовках в Москве.

– Что она говорила о своём муже?

– Ничего.

– Точно?

– Я не помню.

– Он мог её убить?

Фурсов задумался, а потом сказал:

– Она изменяла ему.

– Он мог об этом узнать? – спросил Доверчивый.

– Конечно.

– Думаете, дело в ревности.

– Может быть, ещё и в гордости, но это только мои предположения…

13 глава

Перевалов находился в кабинете генерального директора завода «Экскаватор» Седова Леонида Ивановича. Это был шестидесятилетний сухой мужчина с усами с обильной проседью в строгом итальянском костюме, сидевший в огромном крутящемся кресле. Он курил ароматную коричневую сигарету, стряхивая пепел в большую пепельницу из бронзы. Перевалов сидел через стол от заводского босса на стуле.

– Леонид Иванович, как я могу с ним работать? Он же уголовник и назвал меня дураком, – жаловался Валерий.

– Знаете, Валерий Егорович, ябедничать у нас на Руси – это, так сказать, никогда не считалось хорошим делом.

– Опять. И вы туда же. Предлагаете жить не по закону, но по понятиям? Куда катится эта страна? Вы, может быть, предложите выйти с ним один на один за гаражами на кулачках?

– Было бы любопытно на это посмотреть.

Перевалов вскочил.

– Всё понятно, вы с ним заодно! Вы хотите выжить меня из клуба!

– Сядьте, Валерий Егорович. Не собираюсь я никого выживать. Мало у меня других забот. Я поговорю с Евгением. Он по сути своей хороший человек, но с особенностями.

– Ага. Он сидел или был бандитом.

– Что вы хотите, Валерий Егорович, у нас страна такая, где одно время пол страны сидело, а другая половина ждала своей очереди на отсидку.

– Почему нельзя его поменять?

Седов задумался.

– Разве он совсем плох? – спросил он.

– Смешной вопрос. Какой от него толк? Спонсоров для команды ищу я вместо него. Непонятно, зачем он нужен?

– Я поговорю с ним. Признаться мне тяжело с ним расстаться.

– Почему?

– Было время, когда он помог нам защитить завод.

– От кого?

– От отдельных криминальных структур, скажем так, аккуратно.

– Он сам был бандитом, крышей и помогал вам?

– Не совсем бандитом, авторитетным бизнесменом. Он действительно очень сильно помог нам.

– А долг платежом красен…

В выходной день «Экскаватор» играл у себя дома с «Россиянкой» из Москвы. Накрапывал мелкий дождь. Гостьи играли в красный футболках и синих трусах. «Экскаватор» был в своей привычной форме: жёлтые футболки, чёрные трусы. Трибуны были почти заполнены. Из Москвы приехало много болельщиков. Их было больше, чем местных поклонников женского футбола. Москвичей, кажется, трудно было перекричать. Они орали кричалки в стихах и пели песни, посвящённые любимой команде. Местные не знали часто, что кричать и орали тупо:

– «Экскаватор»! «Экскаватор»!

В первом тайме центральный полузащитник Маргарита Иванова открыла счёт в матче и вывела хозяев вперёд, но москвички быстро накидали два мяча и ушли на перерыв в приподнятом настроении. Валерий настраивал своих подопечных на борьбу:

– Ярослава! Вероника! Открывайтесь, убегайте от опеки. Так вы никогда мяч не получите. А в обороне стоять надо крепко. Не увлекаться нападением. Москвички играют сильно. У них хорошая линия нападения.

В итоге матч закончился со счётом три три. Валерию было грустно. Он рассчитывал на победу. Когда он стоял у входа в подтрибунное помещение, где были раздевалки, к нему подошёл Розин.

– Валер, отличная игра. Поздравляю. Ничья с фаворитами – это хороший результат, – похвалил тот тренера.

– Издеваешься? Мы упустили победу.

– Или ушли от поражения. Как посмотреть. Стакан или на половину полон или на половину пуст.

– С тобой Седов поговорил?

– Да, я знаю, что ты ему ябедничал.

– Это не ябедничество. Я болею душой за клуб, а ты хочешь меня выжить из клуба.

Розин подумал и сказал:

– Выжить? Нет. Я просто не люблю «Динамо». А ты вроде ничего мужик, но с характером, правда. Ты веди себя культурно, правильно и никто тебя не будет трогать. Это наш город. Мой, конкретно. И я тут решаю вопросы. А ты наёмный работник. Работай, Валер, работай.

И Розин ушёл.

Валерий зашёл в раздевалку. Девчонки уже переоделись. Некоторые вытирали ещё полотенцем волосы.

– Вы сегодня были просто красотки, – похвалил подопечных Перевалов. – Надо будет на следующих тренировках ещё подтянуть игру в пас. А так… Все, молодцы.

Перевалов хотел уйти, но его остановила Маргарита Иванова, которая складывала форму в спортивную сумку.

– Валерий Егорович, у нас к вам разговор имеется.

Первалов стал, поглядел на девчонок.

– Вам лучше сесть, чтобы выслушать нас, – посоветовала Карина Солнцева.

Валерий сел в углу раздевалки на скамейку и поймал насмешливый взгляд Насти Огородниковой, которая стояла дальше других от него.

– Валерий Егорович, мы всё понимаем, – заговорила Марина Орлова, – как вам сейчас тяжело. Вы потеряли любимую жену. И вас давит одиночество. С таким настроением просто невозможно нормально работать. Результата нормального так не добиться. Вы же себя мучаете, изводите. С этим надо что-то делать. Вы нам нужны живой и здоровый. Хватит уже быть таким строгим к самому себе.

– Не понимаю, чего вы хотите? К чему клоните?

И Карина Солнцева объясняла более ясно:

– Вам же нужен секс. Мужик не может без секса. Тем более такой видный и красивый, как вы.

Валерий усмехнулся.

– Ну, вы рассмешили меня, девчонки. Спасибо, конечно, за заботу. Но вы-то чем тут можете мне помочь?

– Как чем? – вступила в разговор Ярослава Москвина. – Выбирайте кого-нибудь из нас всегда. Мы вас любим и всегда поможем вам снять напряжение. Я имею в виду незамужних, свободных девчонок, да и те, у кого есть мужья, я думаю, будут не против. Вы только укажите, с кем хотите провести вечер и всё.

Перевалов едва не потерял дар речи. Он не знал, что ответить на это предложение. А Карина уточнила:

– И вам не обязательно одну всё время выбирать. Вы нас меняйте. Нам так тоже будет приятно, что вы никого не забыли…

14 глава

Было утро. Валерий проснулся очень рано. Он был жаворонком. Чтобы себе не портить настроение, Валерий не включал ни телевизор, ни радио. На коврике внизу в гостиной он размялся, сделал зарядку. На кухне сам себе сделал кофе и бутерброды. В окне солнце раскрашивало розовым и рыжим цветами деревья, кусты и траву. Начинался новый день. Валерий откусил бутерброд с ветчиной, когда зазвонил мобильник. На экране телефона он прочитал Нелли. «Странно, что я до сих пор не удалил этот номер телефона», – подумал он и ответил:

– Да.

– Привет, как у тебя дела, Валер?

– Норм. Тренирую женскую команду.

– Я слышала.

– А у тебя, как делишки?

– Отлично. Развелась с Николаем.

– Как? Когда?

– Месяц назад. Было недопонимание. Какой-то эгоизм космических масштабов с его стороны.

– Не везёт тебе с мужиками.

– Да. Ты хороший, но я тебя не стою.

– Брось, я порой тоже вёл себя, как порядочная свинья.

– Не наговаривай на себя лишнего. Я жалею уже, что мы разошлись. Это я не уберегла наш союз. Надо было мне тогда рожать ребёночка и остепенятся. Но я дура была, дурой и осталась.

– Все мы ошибаемся. А ты чего собственно звонишь?

– Хотела услышать твой голос.

– Странно. Нелли, понимаешь, столько времени уже прошло. Я так тебя любил…

– Любил? В прошлом времени?

– Да. Прости за честность. Чувства-то остались, но я не могу так резко всё забыть и попробовать вновь войти в одну и ту же реку снова.

Послышалась усмешка Нелли.

– Я и не намекала на возобновление отношений…

– Точно?

– Да.

– Ах, ты засранка.

Нелли смеялась.

– Я бы хотела всё вернуть. Но это так трудно и больно, что не знаю…

– Время покажет и расставит всё на свои места.

– Да. Ты прав. Прости меня. Давай иногда напоминать друг другу о своём существовании…

Следующая игра была с «Волгой» из Астрахани. На этот раз завод выделил команде автобус, который был новым комфортабельным с кондиционером и телевизором. Команда ехала на юг. Девчонки начали намекать на то, что хотят покурить. В команде были семь курильщиц. Валерий решил прочитать лекцию своим подопечным:

– Милые мои, вы не о себе подумайте, а о ваших будущих детях. Хотя мне вас жаль в первую очередь. Вы же такие красивые и классные. Не могу смотреть, как вы губите себя. Вы меня убиваете. Каждая вами выкуренная сигарета, как пуля мне прямо в сердце.

– Ох, Валерий Егорович, если так, то мы точно бросим, – сказала и вздохнула Карина Солнцева.

– А, когда вы нас будете выбирать? – поинтересовалась Марго Иванова.

Валерий начал кипятиться:

– Девчонки, хватит! Что это за беспредел! Я не султан, а вы не мои наложницы.

– А жаль, – посетовала Ксения Волгина.

– Я не могут так. В конце концов! Это вас Демидов развратил, а я не такой. Я бы убил его при встрече. Нельзя так. Вы же такие… Такие… Самые лучшие. За вами же должны бегать мужики табунами.

– Не бегают, – пожаловалась Ярослава.

– Никому мы не нужны, – сказала Марго.

– Не поверю, что у вас в городе не осталось нормальных мужиков.

– Таких разобрали давно, а остались только алкаши, наркоманы и малахольные, – сказала Карина.

Матч с «Волгой» начался. Местных футболисток поддерживало немного болельщиков – трибуны заполнены были только на четверть. В первом тайме Ярослава забила гол. У всех футболисток был настрой только на победу. Иногда с трибун неслось «убийца» или «мусор», что Валерий принимал на свой счёт. Он был не первый день в футболе и привык к оскорблениям. Во втором тайме «Волга» забила два мяча и выиграла. Валерий негодовал, орал, когда команда проигрывала, пытался делать перестановки в команде, но ничего не помогло. В раздевалке все молчали, пока кто-то не сказал:

– Надо выпить.

Валерий встал со скамейки и сказал на это:

– Как хотите, мне всё равно.

Автобус с командой должен был выехать. Ждали двух девчонок, ушедших отовариваться на местный рынок. Валерий решил выйти из автобуса и прошёлся до ближайшего газетного киоска. Он увидел еженедельник с пёстрой разноцветной обложкой, на которой светилось фото Нелли. Валерий купил этот таблоид, который раньше никогда не читал. Это была жёлтая пресса. Нелли дала большое интервью, большая часть которого была посвящена её отношениям с Валерием. Она рассказывала журналисту о том, что каким галантным и романтичным Валерий был в начале их истории любви и каким зверем стал в итоге. Она описала случай, когда он её сильно избил и даже грозил убить. Валерия словно током ударило. Он читал эту газетёнку в автобусе. Его о чём-то спрашивали девушки, но он их не слышал.

– Что? – спросил он.

– Валерий Егорович, пива не хотите? – предложила Настя Огородникова.

– Нет, спасибо, Настя. Не надо.

Он вспомнил день, когда Нелли лежала на кровати в их большой московской квартире с разбитым носом. Он её ударил. Он орал:

– Я убью тебя! Мразь!

А ведь всё так хорошо начиналось. Он был молод и влюблён. Он играл за своё любимое «Динамо», забивал голы, был любимчиком у болельщиков. В Нелли он влюбился отчаянно и неадекватно. Она была для него чем-то недостижимым и особенным. Из семьи врача и экономиста – почти золотая молодёжь, но всё-таки не золотая. Её родители не были слишком богаты. Валерий зарабатывал уже много. В российский футбол уже пошли большие деньги. У неё была особая красота – воздушная, утончённая, худая фигурка, ангельская мордашка. Иногда Валерию закрадывались в голову мысли, что Нелли только позволяла себя любить, но сама не любила. Он делал для неё всё: отдавал на руки большие суммы денег, в постели пытался доставить ей максимальное удовольствие. Потом спустя три года совместной жизни он спалил её на том, что она принимала запрещённые вещества: нюхала «снег». Валерий негодовал, перестал ей выдавать большие суммы денег. Он даже собирался развестись, но не смог это сделать. Нелли сыграла на его чувствах, надавила на жалость, уверила его в том, что завяжет с наркотой. До этого она успела сделать аборт, хотя Валера хотел стать отцом. После того как начались в их браке разлады, он уже опасался материнства Нелли. Мало ли что могло случиться с дитём. Какие у наркоманов рождаются дети? Потом всё казалось наладилось. Нелли даже перестала в какой-то момент клянчить у него деньги, якобы на всякое баловство: шмотки и посиделки в клубах и ресторанах с подружками. Валерий подумал, что жена наконец-то взялась за ум, но не тут-то было. Как-то один из его друзей дал ему посмотреть интересное видео в интернете, точнее порноролик. Главной героиней ролика была никто иная, как Нелли. После этого Валерий рассвирепел и избил жену. Ему было очень больно и тяжело на душе. Дело дошло до полиции, но Нелли забрала заявление и Валерий не пострадал тогда. Он просил у неё прощения и выдал приличную сумму перед разводом. Они прожили вместе восемь лет.

15 глава

По повестке в следственный комитет явился Пётр Лесников – симпатичный блондин. Сотрудник комитета сопроводил его до кабинета Доверчивого. Доверчивый в этот раз нацепил очки, чтобы выглядеть солидней и лучше видеть допрашиваемого. Скамейкин сидел сбоку от него с раскрытым ноутбуком, готовый записывать показания. Лесников острожно сел на стул.

Доверчивый долго молчал, наблюдая за блондином. По тому трудно было сказать, переживает ли он, волнуется ли. Доверчивый взял со стола бумагу и вычитал из неё:

– Лесников Пётр, двадцать пять лет, танцор, приехал в столицу из Тулы, проживает в Москве около трёх лет, ранее нигде не привлекался, в связях с криминальными элементами замечен не был. Я всё верно сказал?

Пётр пожал плечами.

– В целом да.

– Танцор – это интересная профессия. Что так всю жизнь и протанцуешь?

– Как получится?

– Много зарабатываешь?

– По-разному. У меня нет стабильного оклада или зарплаты.

– Где ты живёшь? Снимаешь квартиру?

– Сейчас нет. Я живу с женщиной.

– Она москвичка?

– Да.

– Сколько ей лет?

– Разве – это так важно?

– Пятьдесят?

– Сорок… Сорок три.

– Значит, ты – альфонс.

– Я вообще-то работаю. Комон. А не лежу на диване и просираю деньги своей женщины.

– Зачем молодому парню бабка фактически? Из-за денег или жилья. Трудно провинциалу пробиться в столице.

– Это моё личное дело.

– А с Яной Переваловой, что у тебя было?

– Ничего особенного.

– Секс был?

– Да.

– А ты говоришь ничего особенного.

– Это было несерьёзно, скорее секс по дружбе.

– Во как. Я бы тоже так хотел. Секс по дружбе, но мне почему-то так никто не даёт.

Пётр пожал плечами.

– Бывает.

Доверчивый хлопнул ладонью по столу.

– Ты мне не дерзи тут! А то быстро отправлю в изолятор. В пресс-хату закрою, и ты не только в убийстве Яны сознаешься, но ещё помимо этого дела, на тебя повесят пару висяков.

– Я не дерзил. Правда.

– Не спорь со мной. Это ты её убил?

– Нет, конечно.

– Кто тогда?

– Не знаю.

– Должен знать. Она тебе говорила, что ей кто-то или что-то угрожает?

– Нет.

– Муж её мог убить?

Лесников пожал плечами.

– Наверно.

– Что ты делал в тот вечер, когда произошло убийство?

– Отдыхал в квартире.

– Со своей бабой?

Повисла недолгая пауза.

– Её не было в тот момент в Москве. Она улетала в Доминикану.

– Получается, алиби у тебя нет.

– Соседей можно спросить. Возможно, они видели меня в тот день. Я выходил в магазин.

– Да нету у тебя алиби, нету. Вот ты и попался, голубчик. Какой у тебя размер обуви?

– Сорок третий.

– Но сорок четвёртый ты тоже можешь носить.

– Могу, но не ношу.

– Можешь и носишь.

– Почему вы за меня решаете? Это произвол. Зачем мне убивать Яну?

– Это, скорее всего, была случайность. Она довела тебя.

– Как? Она была старше меня. И мы не были парой. Как она могла меня вывести из себя?

– Она сказала, что у тебя маленький прибор.

Пётр лишь ухмыльнулся.

– Это глупости. Всё у меня нормально с прибором.

– Она могла сказать, что ты слаб в постели. Или требовать, чтобы ты бросил свою новую бабу.

– Зачем ей это требовать, если у неё был муж?

– Она могла развестись с ним.

– Она говорила, что не хотела развода.

– А он – Перевалов?

– Он вроде как хотел, но без раздела имущества.

– Какая она была?

– Обычная прожигательница жизни.

– И что тебя с ней связало?

– Обычная случайность.

В тот же день после допроса в обеденное время Доверчивый и Скамейкин вышли на улицу перекусить и развеяться. Доверчивый сидел на лавке в сквере. Скамейкин принёс бургеры и газировку и сел рядом со своим начальником. Он вспомнил:

– У нас же есть подтверждение, что волос в спальной принадлежит Фурсову. Тот сам сознался, что у него была связь с убитой. И размер ноги у него сорок четвёртый. Все улики на лицо.

– А алиби? Этот его Роберт? Друг? Ты его допросил?

– Да.

– Что это за птица?

– Работает инженером в его структурах. Моложе его на одиннадцать лет. Он подтвердил то, что сказал Фурсов.

– Видишь?

– Да, в этом моменте не сходятся ниточки. Вот, я забыл.

Скамейкин взял газету и показал шефу.

– Что это? Ты увлёкся жёлтой прессой? Совсем спятил что ли? – накинул сразу несколько вопросов Доверчивый Скамейкину.

– Это не увлечение. Это источник важной информации. Здесь большое интервью первой жены Перевалова. Она признаётся, что тот применял к ней насилие.

– А это уже очень интересно. Неужели, я был прав? Чуйка мне никогда не изменяла. Это он.

16 глава

Валерий приехал в свой загородный дом из Фёдоровского посада около девяти часов вечера. Он решил поужинать, а потом попариться в баньке. Во время ужина, когда он жевал котлету, на его телефон пришло сообщение от Лидии. Они изредка переписывались. Она скинула ссылку на свою страницу в Инстаграмме, где выложила несколько фоток в полуобнажённом виде. Валерий быстро посмотрел фотки и отложил телефон. Он поел и пил чай, когда пришло новое сообщение от Лидии: «Как тебе моя попка?». Валерий подумал и написал ответ: «Неплохо было бы её изучить в реале. Привози её сюда. Я такси оплачу». Через минуту пришёл ответ: «Озорник». Валерий пошёл париться в баню, когда Лидия решила позвонить ему.

– Привет. Ты как?

– Нормально. А ты?

– Скучно.

– Приезжай ко мне.

– Что мы там будем делать?

– Просто посмотришь, как я живу.

– А сейчас ты чем занимаешься?

– Иду в баню. Вот вошёл в неё. Сейчас включу печь.

Валерий сел в предбаннике.

– Ты один паришься?

– Да.

– Так странно.

– Чего тут странного?

– Я думала, что бани обычно мужчины используют для другого.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.