Татьяна Кожевникова
Небольшие рассказы из области фантастики и фэнтези

Туристы

Со слов жительницы Верхнекондинского села

Пригородного района Свердловской области

Евдокии Ильиничны Лукиной.

Пошла я по грибы. У нас в селе у всех свои делянки, и никто на чужую делянку ни ногой. Тут, думаю, как раз дожди прошли, тепло – как грибы любят.

А в лесу благодать! Зелень-то в глаза набивается, воздух – в лёгкие, а в душу – птичьи трели! Иду сама себе напеваю, грибы собираю. Уж и лукошко полное, так у меня рюкзачок складной. Хорошо так на душе!

Тут ветка хрустнула. Я за дерево спряталась. Думаю, небось, Ванька-пьяндыга на мою делянку повадился. Не то, чтоб грибов жалко, вон сколько я их насобирала. А только ты на моё не зарься! Себе на жарёху оставлю, а остальные – выйду на дорогу, продам, гостинцев куплю. Ить, ворюга!

Медведей я не боюсь, они умные. Мы вот один раз обрывали малину с двух сторон, увидели друг друга и разошлись в разные стороны. А Ванька – подлец!

Приготовилась я – палку нашла и стою за деревом, подойдёт, я его и огрею.

Хрустнуло поближе, я чуть из-за дерева выглянула, а это и не Ванька вовсе! Идут трое – в одинаковых плащах блестящих. Теплынь такая, а они капюшоны на голову надели, идут, молча, под ноги смотрят. Я тут и вышла из-за дерева, а палку не бросила, на всякий случай.

– Здрасте! – говорю, – Никак заблудились?

Они головы подняли, а я так и обомлела. Ко мне на новый год внуки приезжали, рядились, так вот тоже тогда год свиньи, что ли был, такие ж у них маски были. В первый раз я как увидела, так испугалась, а они поснимали маски, смеются довольные. Так что я, если и испугалась, то ненадолго.

– Чего это вы тут ряженые ходите, мои грибы топчете? – спросила грозно, а они опять молчат.

– Мы туристы, мы заблудились, – услышала я в голове, а они между тем рта не открыли.

– Хороши ж вы туристы, а ряженые ходите. Пошли со мной, выведу вас на трассу.

– Нам не надо на трассу, – опять услышала я в голове.

– А куда ж вам надо? Может, из тюряги сбежали или из дурдома? – это я пыталась пошутить, а у самой чтой-то поджилки затряслись.

Что-то не похожее на маски было у них на лице. А, может, такие стали делать? Мои–то внуки недорогие тогда покупали, да и то со свиными рылами, а тут…

Капюшон закрывал голову, но она была какими–то углами, то ли шапки там, то ли голова, а на лице, вернее, морде – глаза круглые без век, носа, можно сказать, и нет, так припухлость какая-то, а губы – вот почему они мне свиней напомнили, они как-то были чуть вытянуты и не 2 губы, а три, ну, вот если круг поделить на 3 части, то самое то и выйдет. Где-то я видела такой рисунок.

Стою я рассматриваю, опять голос в голове:

– Нам надо попасть в квадрат АЙ45АШ38 (ну, как-то так с цифрами назвали).

– Чего? Вы что ли шпионы? Это только в сериалах про морских дьяволов про квадраты говорят, а вы кто такие?

– Мы – туристы.

– Вижу, какие вы туристы – аферисты.

– Не бойтесь нас.

– А я и не боюсь, это вы меня бойтесь! – мне нисколько не страшно было, хоть они и чудные такие были, – пошли со мной. Хоть туристы вы, хоть бы что, на селе есть люди, которые вам помогут.

А про себя на всякий случай подумала, что, если шпионы, тоже есть кому словить. Я рюкзак на плечи повесила, своё лукошко подхватила, и пошла к селу. Они за мной, да чудно так. Вроде как земли не касаются, а то прямо – шмяк. Шли, шли, устала я, чай не молодая уже. Присела на пенёк, они рядом остановились.

– Ну, чёй-то вы молчаливые больно. Хоть бы рассказали бабке, с каких мест приехали? Что там у вас есть? Лес, море, горы?

– У нас всё есть.

– А чегой-то вы тут не видали?

– Мы – туристы.

– Тьфу ты! Заладил! Вы, небось, и языка нашего не знаете! Разговариваете странно.

– Да.

– А взяли б, да лукошко бабке помогли нести, чай, быстрее дойдём.

Они промолчали, лукошко никто не стал брать. А я взяла его в руки, чувствую, что легче стало. Ну, так и дошли до села.

Мы с краю с дедом живём. Я решила, зайдём домой-то, грибы оставлю, а там с дедом разберёмся к кому их отвести–то.

Дед, гляжу уж и поддал без меня – везде самогонку ныкает – встретил их, как самых дорогих гостей, едва я сказала, что эт – туристы.

Начал бахвалиться своими ружьями – он у меня охотник. А туристы молчат, сторонятся. Потом как-то в руках у деда компас появился – дед обрадовался, стал рассматривать, спрашивает что-то, а те молчат, но дед радуется, что вот, мол, всё как понятно.

Поглядела я на энти дела и пошла в погреб. Думаю, хоть бы и шпионы, так что ж голодными их спровадить, что ли? Набрала капустки квашеной, картошки, думаю, с грибами нажарю. Иду под окнами избы-то, вижу, а там свет такой яркий горит! Я заглянула, а там – четвёртый «турист» стоит, от него свет вокруг, а дед спит – на стол голову положил.

Испугалась я не на шутку. Присела под окном, молитвы шепчу, а про себя соображаю, что же мне дальше делать. Вдруг услышала я, как свист какой-то, ну, как если швырнуть что-то. Ещё и сверкнуло что-то – и всё.

Я к избе подошла – дверь настежь, осторожно так заглядываю – никого, а дед сидит за столом и на меня глядит.

– Ну, – говорит, – бабка, много грибов насобирала?

– Да есть чуток, – отвечаю, – а ты что, не видел никого тут?

– Кого – никого?

– Да вот в плащах, блестящих туристы были. Компас тебе ещё дали?

– Компас?

Дед руку разжал, а компас в руке и лежит. Дед на него посмотрел, как придурочный, а потом и говорит:

– Так это мне Лёнька привозил в прошлый раз, я его как раз испробовать хотел. Такая штуковина удобная – всё сразу показывает и куда идти, и как идти. Лёнька его ещё называл как-то… на…гатор…, что ли.

– Дед, ты чего мне мозги пудришь? Я с лесу пришла с туристами – их трое было – в масках все, а потом гляжу в окно, ан и четвёртый появился и светится весь.

– Ты бабка, что ли самогоночки потребила? Никого тут не было. Приснилось тебе?

Баба Дуня всем в селе рассказала про «туристов», но ей никто не поверил, дед всё твердил, что перепила она. Потом приехали внуки и старший – студент Лёня – сказал, что не давал деду навигатор, да и такой он впервые видит – с изображением местности.

Рассказали уфологам, те обследовали избу, тропинку, по которой баба Дуня вела «туристов», везде зафиксировали повышенную активность. Баба Дуня ожила вся, а то чуть было не приклеилось к ней прозвище «пустозвонка».

Уфологи решили провести лето в этих краях, сняли квартиру, жили по очереди. Лёня тоже у дедов остался, очень ему всё это интересно было.

Но день за днём проходил – ничего интересного не приносил. Уфологи уехали, а Лёня остался помочь дедам по хозяйству. Да и с дедом они часто в лес ходили – дед никак не мог нахвалиться компасом, который «туристы» забыли.

– Лёнь, вот ты как думаешь, они мне его подарили?

– Не думаю. Если бабушка правду говорит, то, думаю, дело так было. Эти «туристы» – пришельцы. Трое заблудились, потому что их навигатор не показывал нужный квадрат, возможно, это очень далеко отсюда. Возможно, это были роботы. А тот четвёртый – это или их старший, или гуманоид и он прилетел, чтобы их забрать. Тебя, дед, он усыпил и память о себе стёр, бабушку он не видел, а те не сказали. А навигатор ты в руке зажал, он и не заметил.

– Раз он такой сильный и светился весь, как же не заметил?

– Вот так. Значит, не такой уж и сильный. А, может, торопился. Не хотят они с нами вступать в контакт.

– Вот, значит, как. А я – старый дурак – вступил в контакт и ничего не помню.

– Так тебя ж усыпили!

– А зачем?

– Чтоб в контакт не вступать!

– А-а-а-а!

Со слов Леонида Лукина – студента

Уральского университета

Я не говорил деду, но часто ходил в лес один, мечтал тоже повстречаться с «туристами». Ведь были же они, значит, могут ещё раз побывать. Я даже компас носил с собой – на всякий случай, может, вернутся за ним.

В тот день я рубил дрова, а дед складывал их в поленницу. Как-то мне не по себе было. Будто предчувствие чего-то. Я никогда раньше не чувствовал себя так. Дед тоже – быстро сдался. Пошёл отдыхать, а я – в лес.

Иду, отвлёкся на птиц. Как они прощальные песни поют! Хорошо так в лесу, я совсем забыл о «туристах», иду, насвистываю.

Смотрю – впереди что-то сверкнуло. У меня сразу дыхание перехватило. Понял – вот оно! Спрятался за деревом, но их приближение почувствовал сразу. Тепло как-то стало. Я вышел из-за дерева и сразу столкнулся с ними. Не знал тогда, кто это были, но по бабкиному описанию – в плащах с капюшонами и по земле не идут, а плывут над землёй.

– Здравствуйте! Я хочу с вами говорить! Вы недавно прилетали, бабушка с вами общалась. Но она так и не поняла, кто вы такие, а я хочу знать всё!

– Мы – туристы, – услышал я в голове, хотя ни звука не услышал.

– Да, да, вы – туристы, а я хочу с вами познакомиться!

Они промолчали, вернее, я ничего не услышал в своей голове, но пошёл за ними. Буквально через минуту они остановились – их всего двое было:

– Ваша бабушка грибы собирает, – услышал я в голове.

– Да, иногда.

– Много ли ещё людей на Земле знает, что она видела нас.

– Да, порядком. Вы тогда память стёрли у деда, а она в погребе была. Вышла и видела, как вы улетали. Рассказала в селе всем, ей не поверили, но из города уфологи приезжали.

Говорю, а сам чувствую, что говорю глупости. Потом мне даже казалось, что я и не говорил вовсе, а будто «они» слышали мои мысли.

– Что вы хотите?

– Хочу узнать, кто вы – пришельцы? Люди? Роботы? У нас на Земле такие технологии? Или вы с другой планеты? Хоть немного информации!

– Мы – туристы!

– Понятно, значит, вы – роботы, иначе говорили бы разнообразней.

– Нет, мы не роботы.

– Люди? Откуда вы?

– Мы условные люди.

– Не понятно.

– Мы существуем здесь и … в другом месте. И пребываем здесь действительно, как туристы.

– Понятно.

– Почему же ваша бабушка не поняла?

– Потому что я – студент и многое из того, что другие не понимают, студент поймёт всегда.

– Что такое – студент?

– Я учусь – в университете. А вы?

– Мы не учимся.

– Но – кто вы? Вы не представляете, как мне интересно узнать это!

– Мы не можем рассказать о себе.

– Но почему? Ведь вы прибыли к нам – уже во второй раз, это только мы вас видели, а возможно и раньше вы тоже тут были, значит, вы готовы вступить с нами в контакт! Вы ведь не представляете, насколько это авангардно! Я буду первым человеком на Земле, вступившим в контакт с инопланетянами!

– Вы – не первый человек!

– Ну да, моя бабушка, но она уступит мне пальму первенства!

– Бабушка – тоже не первый!

– Вот как! Значит, вы регулярно бываете у нас – на Земле, а потом просто стираете в памяти всё, что с вами связано? Это не красиво!

– Мы стараемся по мере возможности не вступать в контакт.

– Вот как. Значит, если вы всё же вступили в контакт, то я никогда не смогу о вас вспомнить?

– Зачем это вам?

– Интересно! Ничего себе! Увидеть инопланетян, но не помнить ничего. Ничего!

– Да. Это так. Так надо. Но мы – не инопланетяне.

– А кто же вы? Раз зашёл такой разговор, раз у меня в памяти будет всё стёрто, но хоть сейчас – в эти минуты – расскажите мне о себе! Умоляю!

– Мы – из будущего. Мы тоже – как это вы сказали – студенты, но у нас не обучаются в «университете».

– А как же? Ну, расскажите же!

– У нас всё изучается «на практике». Мы – плохие студенты, непослушные. Не знаю, как это у вас называется.

– Почему?

– Мы общаемся с вами, хотя это строго запрещено.

– Почему? Кем? Когда?

– Вы очень эмоциональны. Это ответ на 1-й вопрос. Запрещено и всё. У нас есть Высший Совет, который состоит из особых людей планеты.

– Это ваши правители?

– Координаторы. Они имеют право уничтожить целую расу, если в будущем возможны конфликты с этой расой. Они могут восстановить человека из прошлого, если он сможет улучшить жизнь на Земле в нашем настоящем. Они могут всё. Они не знают, что такое зависть, нажива, вражда, гнев, подлость и ещё много того, что знаете вы – люди вашего века.

– Но вы, вы – то знаете? В смысле остальные люди?

– Не все. Мы изучаем историю, поэтому знаем. Остальные – нет. Им просто не надо знать. Они не знают.

– Что же знают они? Как вы живёте, люди будущего? Кто вы? Почему вы в масках? У вас нет воздуха? У вас нет тела? Или вы – не живые существа?

Я говорил всё это, вернее, кричал, мне казалось, что вот сейчас – в эту минуту – они улетят, а у меня в голове останутся только воспоминания о лесе, птичках, проч. Я чувствовал нервное перевозбуждение и вдруг – мгновенно – почувствовал такое спокойствие, как никогда раньше. Я понял – они «работают» с моими мозгами. Ведь всё это время кричал только я – они не «раскрыли рта».

– Почему вы назвали себя «плохими студентами»?

– Потому что мы делаем то, что запрещено. Нас уже наказали один раз за контакт с вашей бабушкой, но у нас было недостаточно информации, поэтому мы рискнули вступить в контакт с вами.

– Почему со мной?

– Здесь недалеко выход в пространство, позволяющее контактировать с людьми из прошлого. На самом деле мы сидим у себя дома и разговариваем с вами.

– А я? Я могу попасть к вам? Посмотреть, как вы живёте?

– В принципе это возможно, но это будет также условно.

– В смысле, я буду сидеть, скажем, на этом пеньке, но быть там – рядом с вами.

– Внешне, да. Но ощущения будут реальными.

– Умоляю, дайте мне эту возможность! Пусть это воспримется, как сон! Но мне так интересно увидеть Будущее!

– Хорошо, но вы должны будете отвечать на все наши вопросы, как бы вам не хотелось на них отвечать!

– А что – это возможно?

– Не забывайте, что мы с вами общаемся на ментальном уровне, нам невозможно соврать, как это бывает в вашем мире.

– Я никогда не вру. Во всяком случае, стараюсь.

– Нам нужна проба земли из определённого квадрата.

– Но как вы её возьмёте, если вас тут нет?

– А как вы думаете, у вас оказался наш компас?

– Не знаю…

– Это долго объяснять. И не нужно. Мы сейчас пройдём в нужный нам квадрат, вы возьмёте пробу, передадите нам, мы вас возьмём ненадолго в наш мир. Но, повторимся, это опасно – и для нас, и для вас.

– Опасно? Но почему?

– Потому что запрет. Нам могут запретить продолжать нашу работу, а у вас может быть стёрта память о нас.

– А если мы не попадёмся, значит, я буду помнить нашу встречу?

– Да, при условии, что вы никому никогда не расскажите о ней.

– Я согласен.

– Идёмте. Возьмите наш компас и найдите квадрат I4.5.H3.8. Для этого нажмите голубую кнопку и просто наберите указанные значения.

– Понятно. Готово.

– Идём.

– А почему вы сами не можете этого сделать?

– У нас ограниченные полномочия действий. Не забывайте, что вы общаетесь с условными людьми.

– Понял.

– Вы очень понятливы, с вами легко.

– Вы мне льстите. Пока мы идём, расскажите, как вы учитесь. Почему вы говорите, что вы «не учитесь», а всё на практике.

– С детства люди ходят в так называемую «зону обогащения разума». За один курс проходят обучение основам знания, затем – более глубокие общие знания, затем Координаторы определяют склад ума и направляют каждого по его способностям обучению на практике.

– Как это происходит? Дети ходят в школу, в институт?

– Нет. Происходит мозговой штурм – что-то типа облучения, в мозги «вставляются» знания.

– Класс! Не надо ходить в школу, учить уроки? Маму с папой не вызывают за любую провинность? Класс!

– Да. Примерно так.

– Почему примерно?

– Потому что у нас нет «мамы», «папы», так, как вы это понимаете.

– Это как же это? Нет семьи? Ни у кого?

– Весь мир – одна семья. С некоторых пор, когда инновационная технология, генная инженерия зашли далеко, стало понятно, что создание семьи для продолжения рода – не прогрессивно.

– Ничего себе? А… любовь?

– Любовь – это средство продолжения рода. В нашем мире люди не создают семьи в вашем понимании. Они могут некоторое время проводить вместе, работать, отдыхать, но весь детский материал отдают всемирным учреждениям развития человечества. У нас нет инвалидов, уродов, нет воров, пьяниц, кто там ещё мешает вам жить.

– Не могу себе представить…

– Вы ещё очень далеки по своему развитию от этих мыслей. Но между тем, так будет, у нас все люди равны, все люди – одна семья.

– Как же так? Кажется, это называется Коммунизм, когда всё общее и нет ничего своего.

– У нас у каждого есть личное, но оно не имеет такой ценности, как у вас.

– Почему?

– Потому что нет зависти, каждый может иметь то, что хочет.

– Я не представляю себя – без мамы и папы! Я их люблю, а они – меня. И бабушку с дедушкой люблю.

– У нас все любят одинаково друг друга и одинаково заботятся друг о друге.

– Как же это? Вы же говорили, что у вас любовь не возбраняется?

– Ген, отвечающий за чувство любви, сохраняется. На определённом этапе жизни мужчина имеет связь с женщиной, после чего появляется детский материал.

– Кошмарики!

– У вас это вызывает чувство ужаса, для нас это норма жизни.

– Но ведь когда-то люди жили семьями, я имею в виду наше время, и всё было хорошо!

– Не совсем хорошо. Уже в ваше время институт семьи давал сбои, чем дальше, тем больше людей, неспособных жить в нормальном обществе, обеспечивающем прогресс. Уроды физические, уроды моральные стали всё чаще появляться в семьях, имеющих благополучный статус, не говоря о тех, кто тратил время жизни на поиск средств к существованию. Генная инженерия приобретала всё больший вес. Вскоре на самом высочайшем уровне были разрешены опыты с людьми по исправлению в них «ошибок природы». Это дало сногсшибательный результат – гениальные люди с отменным здоровьем, с высочайшим творческим потенциалом, которые жили самое мало 200 лет, которые, в конце концов, пришли к тотальной власти на Земле, сумев, договориться друг с другом.

– И что?

– Они стали делать ставку на искоренение продолжения рода естественным путём и со временем добились того, что мы имеем сейчас – высокоразвитая раса без аномалий.

– Не понимаю. А что же было с теми, которые не хотели, чтобы над ними ставили опыты?

– А опыты не ставили. Ты просто сдаёшь генный материал во всемирное учреждение развития человечества.

– А если хочешь естественным путём?

– Поначалу были такие попытки, но постепенно стало понятно, что это мешает развитию общества. Слишком много энергии тратится на то, чего можно достигнуть другим путём.

– Честно говоря, не очень понятно. Я не знаю – хорошо это или плохо, но у меня – мороз по коже.

– Мы не знаем этого чувства.

– А по сколько лет вы живёте?

– 250 – 300 лет по вашему времени.

– 300 лет! Это ж какие дряхлые люди!

– Вовсе нет. Люди доживают до 300 лет, практически не болея, выглядят, как ваши 30-летние люди.

– А почему умирают?

– Когда человек чувствует, что его жизненный ресурс исчерпан, он приходит в специальное заведение, где рассказывает о своём решении уйти из жизни. Его исследуют, и, если это подтверждается, он прощается со всей планетой и уходит из жизни.

– Сам?

– Нет, для этого есть специальные камеры, куда человек ложится и засыпает навсегда.

– А если передумает?

– У него есть некоторое время.

– Ужас! А у нас запрещено убивать людей! Какие-то у вас всё-таки негуманные законы.

– Напротив. Никто не насилует такого человека, тем более он знает, что сразу же на его место прибудет другой человек – ребёнок.

– Нет, не могу себе представить. Скажите, в каком году вы живёте?

– У нас другое летоисчисление, отличающееся от вашего, но по вашему календарю – около 4000 года от рождества Христова.

– Вы знаете о Христе?

– Более того, мы были в его времени, видели его, знакомы с его учением, если бы люди последовали этому учению ещё в то время, не было бы многих кровопролитных войн.

– У меня голова идёт кругом. Так Христос существовал?

– А почему у вас это вызывает сомнения?

– Не знаю, мне всегда казалось, что все эти боги – Христос, Будда, Магомет, Кришна – все они вымышленные герои каких-то мифов.

– Это были миссионеры, которые пытались переделать мир. Но тот мир людей ещё не был готов к восприятию информации о переустройстве, не был готов быть добрым.

– А вы – вы добрые?

– В вашем понимании, да. Мы знаем об убийствах лишь из истории.

– Но ведь вы убиваете тех, кто не хочет жить! И убивали тех, кто не хотел сдавать свой «материал» в генофонд?!

– Для нас – это тоже история. И по прошествии стольких веков эта вынужденная мера дала положительные результаты – у нас нет войн, нет неблагонадёжных людей. А тот, кто не хочет жить, подвергается испытаниям, действительно ли он не хочет жить.

– А вот вы говорите, что вы – «плохие студенты», значит, вы – неблагонадёжные?

– Это было сказано для того, чтобы вы поняли, что мы – не роботы, мы тоже нарушаем некоторые запреты, но при получении положительных результатов нашей работы, нам простят это нарушение. Мы идём на риск. Это правило действует неофициально, а, скажем так, в быту. Понятно?

– Понятно. А я уж, было, подумал, что связался с уголовниками из будущего.

– Возможно, это смешно.

– Да. Три ха-ха. А вот ещё вопрос. Я читал, что каждые 12 лет на Земле прибавляется миллиард людей. Сколько же людей в ваше время и как вы там умещаетесь, если живёте по 300 лет?

– Этот вопрос сразу отпал посредством генной инженерии. Специалисты всемирного учреждения развития человечества регулируют численность людей на планете. Никто не живёт за счёт другого – у каждого своё предназначение.

– А расы – белые, жёлтые, чёрные?

– На каждом материке расы возникли эволюционным путём – в Азии люди с желтоватым цветом кожи, раскосыми глазами, в Африке – чернокожие. В наше время Земля немного сдвинулась со своей оси, поменялся климат, но люди населяют планету в соответствии с создавшимися климатическими условиями сообразно своему генотипу.

– Наверное, я сошёл с ума. Вы мне только кажетесь?

– Да, это самая успокоительная мысль в вашем случае. Мы пришли. Возьмите вот эту коробочку, откройте её, зачерпните рукой часть земли, положите в коробочку, отдайте нам.

Я сделал всё, как они сказали, но всё, что я услышал, мешало мне сосредоточиться. Между тем, они проявляли какую-то нервозность. Я не понял, каким образом у меня в руках появилась коробочка, но я открыл её, набрал земли, закрыл и стоял – не знал, что мне делать дальше. У них не было рук, чтобы положить коробочку кому-нибудь в ладонь. Кроме того, у меня появилась мысль, что они сейчас исчезнут, и не выполнят своего обещания – взять меня с собой. Хоть они и говорили, что у них нет обмана, но всё же какое-то врождённое чувство ожидания подвоха останавливало меня. Я стоял, зажав коробочку в руках.

– Обверните голову своей курткой. К сожалению, у нас нет запасного термокостюма. Мы не знаем, как ваш фантом пройдёт через световой барьер, вы очень рискуете, – я вспомнил эти слова уже потом, а тогда, я был, как во сне.

Вдруг я почувствовал головокружение и такое тепло от света, бившего в глаза, что невольно закрыл их.

Когда я открыл глаза, то понял, что нахожусь в другом мире. Не смогу объяснить словами, но я стоял будто бы посредине кинозала 3D. Всё какое-то выпуклое и нереальное.

– Привет, – услышал я в голове, а потом увидел двух молодых людей, приближающихся ко мне, – всё получилось! Ты не представляешь, как нам помогло наше мероприятие! Мы уже столько раз пытались перенести пробу земли 21-го века, но поскольку мы в том времени были условными людьми, у нас ничего не получалось. Оказывается, всё так просто – надо было взять с собой аборигена!

В ответ на эту пылкую речь я молчал, поскольку она предназначалась 3-му человеку, находившемуся в этом помещении. Мне показалось, что он немного старше тех двух, хотя все они были какими-то странными – будто нарисованными.

Правильные черты лица у всех, можно сказать – красивые, но безликие, и какие-то одинаковые, как будто все мальчики и, в то же время, похожи на девочек, губы улыбаются, слова не произносят, всё слышно в голове.

Впрочем, я был ошеломлён, воспринимал всё, как сон, поэтому, возможно, я воспринимал их не такими, каковыми они были на самом деле.

– Спасибо тебе, – я понял, что благодарность предназначается мне и поклонился.

– Смешной, – услышал я оценку 3-го.

– Да, он, как губка – впитывает всю информацию и тут же её перерабатывает. Он сослужил нам хорошую службу, это стоит отблагодарить!

– Послушай, – это опять ко мне, – сейчас мы проведём тебе небольшую экскурсию, и ты снова будешь дома. Более того, ты будешь помнить о нашей встрече, рассказывать о ней другим, правда, тебя могут принять за сумасшедшего, но это уже твои проблемы. Согласен?

– Конечно! Мы ведь об этом говорили.

– Надо слегка переодеться, чтобы не вызвать подозрения населения

Один из них, мне показалось, что это девушка, потому что у неё (го) были более нежные черты лица и волосы чуть длиннее остальных, подал мне что-то типа комбинезона, который, может, мне показалось, сам на меня оделся.

Мы вышли из помещения. Я думал, что увижу город 40-го или 41-го века, но ничего подобного! Мы не шли, а плыли вдоль стальной (хромированной) блестящей эстакады. Мои спутники не проявляли ни малейшего беспокойства. А мне минут через пять захотелось перепрыгнуть через блестящий поручень и увидеть то, зачем я сюда попал.

– Не стоит, – услышал я в голове, – это вызовет подозрения, последуют проверки, ты повредишь нам, а о тебе, уж потом, о тебе позаботятся особые службы.

– А сколько это будет длиться? – мне показалось, что я это сказал, но, скорее, подумал.

– Видишь-ли, у нас немного по-другому исчисляется время. Мы не можем ответить тебе на этот вопрос. Тебе нужно проявлять терпение, особенно, когда мы проезжаем мимо оранжевой полосы. Это контроль.

– Мы проезжаем?

– Да. Причём довольно быстро. Чтобы тебе было понятно, как на вашем очень скоростном лифте.

– Но почему я не заметил, чтобы мы куда-нибудь садились – в лифт, автомобиль, самолёт какой-нибудь?

Я не услышал в своей голове ответа, только какое-то дребезжание. Гораздо позже я понял, что моим спутникам этот вопрос показался смешным.

Немного обидевшись, я перестал реагировать на окружающее, тем более что вокруг ничего не изменилось. Та же блестящая эстакада, тот же незатейливый антураж, разбавляемый иногда оранжевой полосой.

– Молодец, ты ни о чём не думал всё это время, поэтому мы удачно проскочили контроль, и сейчас выходим на поверхность, старайся ничему не удивляться.

– Почему?

– Потому что твоё посещение не санкционировано.

– Но я же – условный.

– Тем более.

Мы очутились…, не знаю, как это назвать – на улице, на площади или в каком-то помещении – у меня не было возможности посмотреть, есть ли небо над головой. Здесь было красиво. Что-то типа зелени, обвивало многочисленные арки, под которыми мы шли, скоро мы вышли на более широкую часть улицы. Здесь был фонтан, наверное, это была площадь. Вокруг фонтана стояли люди, мне нельзя было их рассматривать. Поэтому я тоже смотрел на фонтан. Мои спутники достали какие-то аппараты, и в голове у меня задребезжало – они над чем-то смеялись. Я не увидел ничего особенного – никаких летательных аппаратов, ни вообще каких-либо средств передвижения. Мы немного отошли от фонтана и один из моих спутников повернулся ко мне (всё-таки это была девушка):

– Жаль, что ты условно здесь и не можешь насладиться ароматом воды и вкусом йермена.

– А что это?

– Это очень смешно. Так тебе будет понятно.

– А что вы вообще кушаете? Кто у вас готовит и из чего?

– Мы питаемся в специальных заведениях, кушаем также, как и вы, т.е. кусаем, глотаем, только 1 раз в день, а не 4. Пища готовится из модифицированных продуктов, она очень калорийна и нам хватает на сутки, иногда больше.

– А животные, растения – это есть?

– Ну, конечно, на Земле много мест, где выращивают животных для еды.

– И всё делают люди? Или роботы?

– Я понимаю, ты хочешь спросить, кто исполняет тяжёлую работу. Автоматы. На определённом этапе развития люди отказались от создания роботов, похожих на людей. Автоматы, выполняющие тяжёлую работу, приспособлены именно под то, что они выполняют. Устройство человека несовершенно, например, подземные работы, подводные, в верхних слоях атмосферы. Некоторые работы требуют многочисленные конечности, которыми человек не обладает.

Моё внимание привлекло необыкновенное создание, подкатившееся к нам на колесе. Оно постоянно меняло форму – из собаки вылезал крокодил, превращавшийся в страуса, потом в какое-то непонятное чудище, потом в огромную белочку или кошку. Меня насторожило это создание. Но я опять услышал дребезжание в голове.

– Это трансформер для игры. Хочешь поиграть с кошкой? Или собакой?

– А у меня получится? Я же условный.

– Получится. Сейчас я его настрою и передам тебе. Он слушается мыслей. Вот, пожалуйста.

Ко мне подошла мохнатая собака, обнюхала мои ноги, уселась и, похоже, тявкнула.

– Сбегай вокруг фонтана, – приказал я ей, – собака весело помчалась вокруг фонтана, не зацепив никого, кто там стоял, и вернулась ко мне, преданно заглядывая в глаза, – а теперь сиди и жди.

Собака уселась около меня. Мои спутники переглядывались. Я понимал, что не всё, что они думают, я мог услышать, но хоть не дребезжало в голове.

– Я бы хотел посмотреть что-нибудь необыкновенное – такое, что было придумано у вас недавно. Как вы передвигаетесь на дальние расстояния? Как выглядит сейчас транспорт?

– Мы не можем тебе это показать, к тому же он выглядит несколько примитивно – по вашим понятиям. Смотря, куда и зачем надо переместиться, если необходимо только посмотреть, то применяется ментальное перемещение, если надо что-то взять, то применяется либо лифт, который ты уже видел, либо транспортёр, чтобы перевезти грузы, либо телепортация на основе нанотехнологии.

– А железная дорога, самолёты?

– От этого уже давно отказались. Сейчас совсем другое топливо и другие скорости.

– А в космос вы летаете?

– Летают мусорщики и грузовики. На Марсе и на одном из спутников Юпитера стоят заводы по производству всего необходимого землянам, которые работают на топливе, изготавливаемом из отходов и местных газах.

– Там живут люди?

– Нет, заводы полностью автоматизированы. Туда прилетают бригады людей, чтобы сделать текущий ремонт автоматам, заменить пришедшие в негодность.

– И что, за это время ни разу не было контакта с инопланетянами?

– Был контакт, но ничего хорошего из этого не получилось. Мы живём своей жизнью.

– Но ведь люди всегда мечтали об инопланетянах, мечтали увидеть другие миры!

– Тем, кому это захочется сделать, может посмотреть ментально.

– Это что?

– Тебе понятнее будет, астрально?

– Вы все умеете выходить в астрал? Я читал, что в это время человек должен лежать где-нибудь, что он выглядит, как мертвый.

– Это было раньше, теперь же это совершенно безобидное перемещение с использованием нанотехнологии, это умеют делать даже дети, ты сейчас тоже как бы в астрале, но с нашей помощью.

– А вы можете летать в будущее?

– Да, но только в ближайшие 2 тысячи лет. Остальное будущее заблокировано.

– Или его уже нет?

– Оно есть, но люди будущего не хотят, чтобы мы там бывали.

– Скажите, а вы – девушка?

– Да, но по вашим временам, я уже взрослая женщина, мне 102 года, а почему тебя это интересует?

Я ничего не ответил, стоял ошарашенный. Она вернулась к своим спутникам. В голове опять задребезжало. Наверное, они находят меня очень забавным. Всё, что я услышал, они могли бы рассказать мне и в моём времени, я хотел увидеть что-нибудь необыкновенное, а они ничего мне не показали, кроме этого фонтана, такой же я мог бы увидеть и дома. Я посмотрел со злостью на фонтан.

В это время сидевшая возле моих ног собака, о которой я уже и забыл, подскочила и, грозно рыча, помчалась к фонтану. Женщина, которая мне всё рассказывала, метнулась за ней и, направив на неё палец, превратила собаку в скамейку. Это произошло очень быстро, но эффектно, я даже забыл, что собака была ненастоящей.

Женщина вернулась ко мне.

– Зачем ты послал собаку к фонтану? Эти игрушки не могут причинить зла, они так запрограммированы, а вот ты ещё раз доказал, что в ваше время живут злые люди.

– Но я её не посылал! Я только подумал, что такой фонтан я бы и дома посмотрел.

– Собака бежала, рыча. Так не бывает. Ты привлёк внимание к себе, и возможно сейчас будет проверка. Нам надо срочно возвращаться.

– Но я не хотел.

– Пойдём.

Мы пошли назад той же дорогой и очень скоро оказались в лифте.

– А почему используется лифт, ведь это не совсем удобно? – мне не то, чтобы интересно было это знать, мне очень хотелось загладить свою вину.

– Лифт, потому что наша лаборатория глубоко под землёй. Сейчас мы будем проезжать оранжевую полосу, повторяй всё время одну и ту же фразу: «Я еду домой, я сейчас буду работать», и старайся представлять нашу лабораторию.

– Это чтобы отвлечь контроль?

– Да, начинай.

Я повторял фразу, но думать также у меня получалось с трудом. Перед следующей полосой мне тоже пришлось говорить фразу, но уже другую.

– А что, там считываются мысли? – спросил я спутницу.

– А ты разве не заметил, что мы в основном общаемся телепатически.

– Заметил. А зачем нужен такой контроль? Вы же сказали, что у вас нет убийц, врунов, негодяев?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.