Марго Харт
Соблазненные смертью

© Марго Харт, текст

В оформлении макета использованы материалы по лицензии © shutterstock.com

© Оформление. «Издательство АСТ», 2025

* * *

Всем, кто не перестает верить в любовь искреннюю, любовь страстную, любовь жертвенную и всепоглощающую. Она существует.

Плейлист

Sam Tinnesz – Legends Are Made

Natasha Blume – Black Sea

Unlike Pluto, Mike Taylor – Everything Black

Barns Courtney – Glitter & Gold

Taylor Swift – Don't Blame Me

Daniel Burrow – Finish Line

Alt-J – Fitzpleasure Deluxe Version

Lorde – Everybody Wants To Rule The World

T.T.L. – Deep Shadow

ZHU, partywithray – Came For The Low

Nomi XD, VYRUS – BLAH!

Hensonn – Fear

Lastfragment – Falling

Mattis – Don't Lose Hope

Пролог

Палящее солнце и отсутствие возможности находиться вблизи морского побережья в сорокаградусную жару – едва ли не единственные причины, по которым в дневное время суток большая часть населения Испании хотела бы покончить жизнь самоубийством. Ночью в этой изобилующей пестрыми красками громкой стране находиться куда приятнее и интереснее, чего уж точно нельзя сказать про безопасность.

Древние постройки соседствовали с современной архитектурой, добавляя шарма и духа простой житейской бытности. Знаменитая Санта-Барбара со своей античностью и невообразимо голубая морская гладь, рассыпчатый песок под ногами и изумрудные пальмы – все привлекало, манило и завораживало.

Жизнь била ключом. Никто не собирался стоять на месте, желая заполучить все и даже больше. И как же часто люди теряли рассудок, не имея возможности принять все то, что когда-либо возжелали.

Добро пожаловать в Аликанте – город, в котором все начиналось для Дамиана Бланко и, по неведомому для него предчувствию, здесь же и должно было закончиться.

Для него ли? Возможно. Для кого-то другого? Абсолютно точно.

– Ваш кофе, señor[1].

Чашка, аккуратно поставленная на стол, привлекла внимание парня и вернула к реальности. Тот мотнул головой и несколько раз моргнул, отогнав наваждение, навалившееся от свинцовой тяжести мыслей.

Следующее, что привлекло его внимание, но лишь на мгновение, – молодая официантка, задержавшаяся у столика. Она была весьма симпатична, однако все, чем он удостоит ее позже, – хорошие чаевые.

Бланко коротко кивнул, и девушка молча ретировалась.

Жизнь Дамиана была окрашена в кроваво-красные оттенки, увы, не из-за страстного колорита. От испанского Бланко досталась разве что внешность: брюнет с ниспадающими на лоб хаотично уложенными волосами, идеально выбритыми скулами и пустыми темно-карими, почти черными глазами, которые Дамиан часто прятал за солнцезащитными очками в тонкой оправе – солнце его слишком слепило, хоть парень и был буквально рожден на нем.

Он наконец пригубил кофе и прикрыл глаза. Шум прибоя, хорошо слышный в небольшой кофейне, успокаивал.

Это были те редкие моменты, когда Дамиан расслаблялся и выдыхал, открывая морю свою душу.

Душу, погрязшую в чужой крови.

– Я знал, что найду тебя здесь, – прервал идиллию мужской голос, пока его владелец приземлялся напротив Бланко.

– Жаль, что я слишком предсказуем.

Дамиан снова сделал глоток и вернул чашку на стол.

– Не расстраивайся, Бланко, ты предсказуем лишь для меня, – по-доброму ухмыляясь, произнес нежданный посетитель и по совместительству лучший друг Дамиана. – О чем думаешь?

– О том, что хочу поскорее выйти из игры, Ману. – Парень снял очки и потер переносицу. – Надоело.

– Говоришь как старый дед, – усмехнулся Мануэль.

– Дело не в старости. Устал я от этой паршивой работы, которую в последнее время подкидывает Эрнандес. Тебе не кажется, что он обезумел?

– Какая разница, если он готов отвалить за работу приличную сумму. Как считаешь?

Бланко нахмурился.

Для него не явилось новостью, что Мануэля Кастильо волновали лишь деньги. Как и Дамиана когда-то. Ключевое слово – когда-то. Сейчас же Бланко, словно кот, наигравшийся с мышами и напившийся свежего молока, был сыт и убийственно спокоен.

Опустошен.

Мануэль же, напротив, желал все больше и больше, не боясь, что однажды может подавиться жизнью, которую пытался варварски проглотить со всеми ее пороками. Друг его не осуждал, но был убежден: всему есть предел. Особенно для них.

– Раньше считал, – подтвердил Дамиан. – Это последний раз. Я ухожу.

Кастильо замолчал. Они с Бланко были ровесниками, и мысли их сходились часто, хоть и не в этот раз. А вот внешне сходств не имелось никаких. Мануэль был немного выше, худощавым, с острыми чертами лица блондином, зеленые глаза которого, словно лисьи, сужались, если он о чем-то серьезно раздумывал, как сейчас. От такого взгляда люди испытывали дискомфорт и даже страх. Но не Дамиан.

– Ты ведь понимаешь, что тебя никто не отпустит так просто? – наконец лениво, даже немного скучающе уточнил Мануэль, устремив взгляд на море.

Дамиан понимал.

Он знал, что после всего, что совершил, не сможет остаться в тени.

Его не мучили угрызения совести за убитых, нет. Как минимум потому, что это были грязные, жадные до мозга костей аристократы, набивающие брюхо дорогим алкоголем, а нос – отравляющими разум порошками, в безумии от которых избивали своих подчиненных, насиловали женщин, детей. Убийство таких дарило едва ли не облегчение, хоть Бланко и сам проповедником примерной жизни не являлся.

Он знал. Но у него не было выбора. С самого рождения.

– Если хочешь бороться со злом, Дамиан… – Что-то деревянное со свистом рассекло воздух и столкнулось с лопатками подростка, тот упал. Отчаянный крик прорезал подвальную тишину. Запах крови перемешался с вонью сточных вод. – Запомни: ты сам должен быть злом.

Его взрастили наемным убийцей, запрограммировали на кровопролитие самыми разными, леденящими душу способами. Только деньги и грязные, зазнавшиеся отморозки, которых по указаниям босса убирал Бланко, – вот и весь код его программы.

– Пожалуйста, пожалуйста… – Хриплый, надломленный всхлип сорвался с разбитых губ. – Я не…

– Недостаточно. – Грубый, почти животный оскал и окурок, вонзающийся в и без того покрытое многочисленными ссадинами плечо. – Ты недостаточно выдохся, чтобы научиться выживать, сынок.

В последнее время парень подозревал что-то неладное. Конрадо Эрнандес – босс Дамиана – стал слишком настойчив. Он перестал вдаваться в подробности жизни людей, которых необходимо было убрать, что настораживало. По сути, это и стало причиной, по которой Бланко решил покончить с работой палача, но озвучивать этого не стал даже лучшему другу.

Взгляд Дамиана устремился туда же, куда смотрел Мануэль.

– Когда-нибудь, Дамиан, ты убьешь меня. – Мужчина придавил носком начищенной туфли раскрытую ладонь мальчика. – Но перед этим ты поймешь, что я подарил тебе нечто ценное…

Нехорошее предчувствие оседало на задворках подсознания.

– Необычайную злость, которая никогда не будет спать в твоей душе. И отсутствие страха перед чем-либо, перед кем-либо, когда ты будешь своими собственными руками отнимать чужие жизни.

Средиземное море взволновалось, не оставив от легкого бриза и следа. Лишь гул ветра и темные гребни волн, уносящие с собой всякие надежды перед неминуемой бурей.

Глава 1

Жгучая паэлья, гаспачо, изобилие кальмаров, а главное – море алкоголя, разливаемого барменами за стойкой по личным предпочтениям гостей. Последний пункт был самым важным.

В доме Веласкес сегодня людно. Все буквально пестрило раскрасневшимися от горячих закусок и должного количества выпитого лицами. Оживленные и взбудораженные, гости не умолкали ни на секунду. Где-то заливисто смеялись дамы в роскошных вечерних нарядах, в то время как еще где-то их кавалеры раскуривали весьма недурные кубинские сигары за обсуждением «важных» дел.

– Папа, вечер прекрасен, вы с мамой отлично постарались! – просияла Селия, заключая отца в теплые объятия.

– Я рад, что ты оценила. Не слишком старомодно, на твой взгляд? – улыбнулся мужчина, в расслабленной и довольной позе засовывая руки в карманы брюк.

– Нисколько, – искренне ответила девушка.

Рико Веласкес несколько дней назад закрыл одну из самых крупных сделок в своей строительной фирме. Это была битва, только не за жизнь, а за внушительное количество нулей на счете. Впрочем, в наше время это две стороны одной медали.

Селия гордилась своим отцом, как никто другой, и была рада его победе. Но еще больше она гордилась тем, что, несмотря на то что с каждой успешной сделкой состояние их увеличивалось, Рико оставался человеком с большой буквы. Алчность и жадность не поглощали его с очередной принятой пачкой денег, ведь он понимал, что заработаны они были не столько его руками, сколько руками подчиненных.

Рико уважал людей, и люди отвечали тем же.

Это в мужчине полюбила и мать Селии – София Ортега де Веласкес, невероятной красоты женщина, которая была для дочери эталоном и примером во всем. София любила подводить губы ярко-красной помадой, носить платья с подчеркивающим талию фасоном и жутко неудобные, как считала Селия, туфли на каблуках. С каждым годом ее мама расцветала все больше, и младшая дочь почти перестала верить, что с возрастом люди стареют. Но в том была и заслуга Рико. Он, как настоящий мужчина, ухаживал за своими женщинами как за садом с самыми роскошными цветами.

На меньшее в своем будущем Селия никогда бы не согласилась – она была уверена. Слишком уж хорош оказался родительский пример. Однако это почему-то не помешало ей завести отношения с редкостным эгоистичным засранцем годом ранее, а неделю назад – поставить в них жирную точку. Знали ли родители об этом? Да, но старались не лезть в личную жизнь дочери, готовые просто поддержать ее. Ведь так и должны поступать нормальные родители: позволить чаду набить свои шишки, не осуждая.

После разговора с отцом Селия уединилась за барной стойкой. Девушка неспешно смаковала сладость мартини, кончиком указательного пальца вырисовывая на лакированной поверхности столешницы незамысловатые узоры. Терпкость напитка контрастировала с осадком горечи на душе и откликалась осознанием зря потраченного времени. Но ведь было и хорошее в этом жизненном уроке. Селия все еще оставалась собой, не переставая верить в искренние чувства.

– Виски со льдом, – раздалось рядом, и бармен без промедлений принялся за работу.

Она повернулась в сторону того, кому принадлежал голос, и увидела парня в безупречно сидящем черном костюме. Незнакомец дернул рукой, оттянув тем самым ткань пиджака, и взглянул на часы.

Очарование в мужском обличье.

Когда на столешницу приземлился его заказ, парень залпом осушил стакан, продолжая сосредоточенно высматривать кого-то в толпе.

Веласкес с интересом наблюдала за новым лицом, сидя вполоборота и закинув ногу на ногу. Кусочек льда в стакане незнакомец встряхнул и отправил следом за виски, с хрустом раскусывая. Было в этом действии что-то завораживающее.

– Señorita[2], – в приветственном жесте качнул головой парень, и губы его тронула легкая улыбка.

В ответ Веласкес лишь коротко кивнула и отвернулась, а в глазах незнакомца блеснул настырный огонек ответного интереса.

Темные волосы волной струились по слегка загорелым плечам. Шелковое платье-комбинация персикового цвета подчеркивало привлекательные женские изгибы: четко очерченную талию, округлые бедра и аккуратные, притягивающие плавностью движений руки. На стройных ножках, носками которых Веласкес задумчиво покачивала, красовались красные босоножки, добавляющие образу азарта.

Девушка не стремилась привлечь излишнее внимание громкими, блестящими, пестрыми нарядами, как это любили делать на многих мероприятиях в Испании: чем ярче – тем лучше. Веласкес была уверена в себе и без того, что буквально ощущалось в ее спокойной, притягательной ауре. Необычайно хороши оказались глаза Селии, с цветом которых вряд ли могло сравниться даже само море. И, как бы прекрасна ни была девушка, имелось большое но.

Она – дочь человека, которого немного позднее необходимо убить.

– Как вам вечер? – незнакомец подошел чуть ближе и, опершись локтем о стойку, продолжил изучать Веласкес.

– Красиво и громко, – улыбнулась Селия, не поворачивая головы. – Это вечер в честь моего отца.

– Знаю.

– Кем же вы ему приходитесь? – Интерес сверкнул в голубых глазах, когда девушка повернула к собеседнику голову.

– Сын партнера. – Ложь сорвалась с его губ так же легко, как пересеклись их взгляды.

Один – бездонный, чарующий кофейной глубиной. Второй – пленительный, затягивающий в морской водоворот к левиафанам.

– Твои глаза… – нарушил тишину незнакомец, выдержав паузу. – Нечто.

Селия не успела отреагировать. Их игру в гляделки прервал телефонный звонок, на который парень ответил, но не проронил ни слова.

– Ты вся красная. Подыши воздухом на улице, – ухмыльнулся он, отправляя телефон обратно во внутренний карман пиджака.

Удивленная столь легкому переходу на «ты» от незнакомого человека, Веласкес не сразу уловила, как тот исчез из поля зрения. Она улыбнулась, прокрутив в голове последние несколько минут, и допила остатки напитка. Ей действительно нужно было проветриться.

Девушка вышла на открытую террасу, украшенную россыпью золотистых гирлянд, в промежутках между которыми висели разноцветные флажки с бахромой. Свежий воздух наполнил легкие, и, наслаждаясь красотой вечера, Селия села на лавку у спуска с террасы, после чего выудила из маленькой сумочки пачку вишневых сигарет.

Сноп искр, затяжка.

Курила она нечасто. Когда выпивала, иногда за компанию. Даже если бы родители это увидели, они бы тоже ничего не сказали. Селия была уже взрослой девочкой, которой месяц назад исполнилось двадцать два года. Она жила отдельно от родителей, снимала уютную квартиру напополам с подругой, и сама зарабатывала себе на жизнь, хоть и могла бы этого не делать, учитывая заработок родителей. Могла бы, но не хотела.

Веласкес вновь затянулась и решила немного пройтись. Она встала, поправила струящееся по фигуре платье и достала из сумки заколку, чтобы изобразить на голове подобие небрежного пучка с парой выпущенных прядей у лица.

Девушка медленно шла вдоль невысокого каменного забора, отделяющего террасу от остальной части небольшой территории. В какой-то момент ее внимание привлекла тень на плитке заднего двора.

Селия прищурилась, вглядываясь во мрак. Фонари по какой-то причине не светили. Но все вопросы, сомнения и алкогольное опьянение улетучились как по щелчку пальцев, стоило Веласкес подойти ближе. Тихий вскрик успел слететь с ее губ прежде, чем она подбежала к человеку, распластавшемуся на земле.

Девушка узнала его – это был один из охранников.

Сигарета выпала, оставшись тлеть в траве.

– Слышите меня? – тормоша мужчину, дрожащим от нарастающего волнения голосом спросила Селия. – Эй! Очнитесь!

В ответ ничего не последовало. Она дотронулась до головы мужчины, намереваясь проверить пульс, и сразу же отдернула руку, зажав ладонью рот от ужаса.

Вокруг шеи багровела неаккуратная, безобразная линия. Селии показалось, что ей самой стало нечем дышать.

Как в замедленной съемке, ее взгляд устремился дальше, к ведущей к кабинету отца тропе. Вдоль нее лежало еще несколько бездыханных тел.

Веласкес встала и на дрожащих ногах двинулась в их сторону. Конечности не слушались, и она то и дело спотыкалась, один раз едва не упав. Липкий, скользкий страх окутал все тело.

У одного из трупов девушка остановилась. Она наклонилась и аккуратно подняла пистолет.

– Боже… – выдохнула Селия, сдерживая рвотные позывы при виде лужи крови, бесформенно растекшейся рядом с оружием.

Рваными движениями, стараясь унять дрожь и выровнять дыхание, Веласкес проверила наличие патронов. Оружие не пугало ее, и она знала, как с ним обращаться, но никогда не думала, что это знание пригодится.

Испания – этим все было сказано.

Больше девушку пугало то, что произошло со всеми охранниками разом, ведь ее могла поджидать та же участь. Но, повинуясь то ли нелепому любопытству, то ли наиглупейшему неравнодушию, Веласкес не побежала за помощью. Никто и не собирался появляться. Все были увлечены праздником. Казалось, если бы девушка все же закричала, никто даже не откликнулся бы.

Ветер колыхал занавески. Селия зашла внутрь, выставив перед собой пистолет в вытянутых руках. Сердце бешено тарабанило в грудной клетке, грозясь пробить ее. Губы пересохли от волнения.

В небольшой гостиной никого не было.

Стараясь двигаться бесшумно, девушка кралась в сторону открытого кабинета, но, уже подходя к дверному проему, Веласкес услышала быстрые, тяжелые шаги. Как ужаленная, она отскочила в сторону, спрятавшись за дверью.

Шаги стихли.

Селия прижала пистолет к щеке и сглотнула вязкую слюну, мысленно молясь всем возможным богам и вместе с тем проклиная себя за то, что самовольно залезла в столь дерьмовую ситуацию.

В следующий момент показался силуэт.

Дуло пистолета уперлось в мужскую голову.

– Ну привет, sirena[3].

Глава 2

Сначала это напоминало легкое удивление. Затем – шоковое оцепенение. А после осознания – тихий ужас.

– Ты? – надломленно выдохнула девушка, по-прежнему подпирая висок парня пистолетом.

– Я тоже рад снова тебя видеть, – как ни в чем не бывало ответил Дамиан. – Может, уберешь? Пистолеты детям не игрушка.

– Где ты ребенка увидел? – моментально огрызнулась Веласкес. – Что ты здесь делаешь?

– Опустишь пистолет – расскажу.

– А если не опущу?

– Сделаю это сам.

С минуту они стояли молча, едва справляясь с напряжением, витавшим в воздухе. До Селии постепенно доходила реальность происходящего. Бланко словно дал ей фору или шанс сделать правильный выбор. Но девушка так и не сделала его, а у Дамиана счет шел на секунды.

– Будь по-твоему, – выдохнул парень и повернулся к Веласкес лицом.

Она не успела проронить ни звука, как оказалась впечатанной в стену. Пистолет, до этого момента находившийся в ее руках, с грохотом повалился на пол.

– Я ведь говорил, что опущу сам, – прозвучал прямо над ухом девушки вкрадчивый шепот.

По ее телу побежали мурашки. Селия не понимала – то ли от страха, то ли от того, что между ней и незнакомцем оставалось ничтожно малое расстояние.

Она попыталась освободиться, но была крепко зажата в руках парня.

– Пусти меня! – сквозь стиснутые зубы процедила Веласкес. – Какого черта ты делал в кабинете моего отца?

– Искал доказательства.

– Доказательства чего?

– Того, что я должен его убить.

На Селию словно вылили огромный таз с ледяной водой. Она прекратила все попытки высвободиться.

Убить? Ее отца?

– Что? – Голос девушки задрожал. – Что это еще значит? Что он тебе сделал?

– Мне – ничего, – буднично ответил Дамиан, словно речь шла не об убийстве, а затем неожиданно отпустил Селию. – Как и другим. Поэтому, думаю, лично я не стану этого делать.

Не веря своим ушам и не понимая, что происходит, Веласкес обхватила себя руками. Слезы заблестели на ее лице влажными дорожками – девушка была не в силах справиться с нахлынувшими эмоциями.

– Что значит лично ты?

– Не плачь, – почти заговорщически сказал парень, сделав шаг к Селии. Та вздрогнула и замотала головой. – Тебя я тоже не трону. Но ты должна мне немного помочь.

– Что тебе от меня нужно?

Селия съежилась, когда Дамиан протянул к ней руку. Теплая ладонь легла на щеку, а большой палец стер несколько слезинок, размазывая их невесомым движением вместе с тушью по коже.

– Скажи, твой отец – хороший человек?

Девушка часто заморгала.

Бланко тихо рассмеялся. Он развернулся и медленно подошел к пистолету, который выбил из ее рук. Парень поднял его и достал из кармана тканевый платок.

– Это чтобы тебя не посадили, – протирая оружие, произнес Дамиан.

– Я могу закричать, и тогда посадят тебя, – оскалилась Селия.

На смену страху подкатила злость, завладевая каждой клеточкой тела. Адреналин в крови закипел, но ноги по-прежнему предательски дрожали.

– Меня не посадят. – Дамиан спрятал пистолет за пояс брюк. – А вот твоего отца может убить кто-то другой, раз это буду не я.

– Да кто ты вообще такой?! – сорвалась на крик Веласкес, о чем пожалела в следующую же секунду.

Его движения были отточены и молниеносны, потому как сейчас дуло пистолета, только теперь с глушителем, оказалось направлено в ее сторону. Возможно, Селия совершила ошибку, начав закатывать истерику рядом с тем, кто в одиночку уложил нескольких охранников разом.

– Тот, кто владеет оружием получше тебя. И не только этим. – Бланко пристально смотрел в глаза перепуганной до смерти девушки.

– Зачем? – только и смогла шепотом выдавить из себя Веласкес. Глаза снова защипало от слез.

– Мне за это платят.

Деньги и кровь. Кровь и деньги. Два этих понятия уже много лет неразрывно связаны.

Дамиан знал, что ему был уготован котел в аду. Парень вовсе не вершил правосудие, убивая черных торговцев и насильников, и не пытался обманываться на этот счет. Он просто выполнял свою работу за большое вознаграждение, которое служило приятным бонусом и скрашивало жизнь. Продолжалось это ровно до тех пор, пока его босс не стал слишком неосторожен, а Бланко и близко не был глуп.

– Я думаю, что твой отец – слишком правильный человек. Таких людей не любят, ты ведь знаешь?

Парень, убедившись, что девушка достаточно уяснила – сейчас не подходящий момент для истерик, – опустил пистолет. Он устало потер переносицу и обвел комнату задумчивым взглядом, тяжело вздохнув.

Ну и что ему теперь делать с этими глазами?

– Честный труд – повод для убийства? – на удивление спокойно спросила Селия.

– Конечно, нет, – усмехнулся Бланко. – Но хорошие люди могут быть помехой для чьего-то грязного бизнеса.

Эта фраза врезалась в мозг Веласкес и отдалась эхом еще несколько раз. Звучало правдоподобно и… смертельно.

– Я не знаю, кому твой отец перешел дорогу, – продолжил Дамиан после короткой паузы. – Но когда сказал, что его может убить кто-то другой вместо меня, не шутил. Думаю, ты уже поняла, что я в целом не настроен шутить.

– Откуда ты знаешь нас? – находясь в состоянии прострации, безучастно отозвалась Веласкес.

– Имена, место жительства, работа, – перечислял парень и вернул взгляд к девушке, наблюдая за ее реакцией. – Близкое окружение, времяпрепровождение.

Их взгляды вновь пересеклись. На этот раз Селия смотрела не со страхом – спокойствие вперемешку с бессилием плескались в морской глади. От слез глаза выцвели и стали еще более выразительными.

Эмоции, пережитые за последние несколько часов, вымотали девушку окончательно, прокатив нервную систему на американских горках.

Хотел бы – уже убил бы, верно?

По крайней мере, этой мыслью Веласкес себя и успокоила.

– Так значит… – помедлила Селия, опустив голову. – Ты – наемник.

Он убивал людей за деньги, то есть был наемным убийцей, киллером.

Парень ничего не ответил, ожидая продолжения речи Веласкес.

– Могут нанять кого-то другого, чтобы убить моего отца?.. – Она запнулась. – Как это предотвратить? Уехать?

– Если бы все было так просто, sirena.

Он действительно знал о ней все. Перед выполнением заданий Дамиан тщательно изучал биографии заказанных. Их семьи, сгнившие в шкафу скелеты, грязное белье. Все. И конечно же, Бланко знал, что любовь Селии к родителям достаточно сильна, чтобы она могла пожертвовать собой. Рико Веласкес был примерным семьянином, никаких подводных камней обнаружить не удалось, потому перед Дамианом вновь возник вопрос: какого черта Эрнандес заказал абсолютно чистого человека?

– Предоставь это мне. А пока…

Бланко сократил расстояние между ними. Селия с замиранием сердца расцепила руки, оставив их безвольно болтаться по бокам. Она не могла оторвать от парня взгляд, наблюдая за каждым его движением, готовая к бегству в любой момент.

Он был слишком, до банального привлекателен. И опасен. А восхищаться тем, кто с легкостью пустил лужи людской крови на заднем дворе, – до абсурда неправильно.

– Тебе нужно сделать вид, что ты ничего не видела и тебя здесь не было. – Бланко мельком глянул на часы на стене. А когда вновь посмотрел на Селию, она заметила: хитрая искорка блеснула в его почти черных глазах. – Камеры не работают. Поезжай домой.

Веласкес уже было приоткрыла губы, чтобы что-то сказать, но парень перебил ее своим действием.

Он вытащил заколку из волос Селии. Темная шевелюра беспорядочно накрыла покрывшиеся мурашками плечи. Девушка вздрогнула.

– И еще… – обводя довольным взглядом результат своего творения, протянул Дамиан. – Не говори ни о чем своему отцу и не пытайся обратиться к полицейским – они не помогут. А я их до смерти не переношу.

«Смерть» слетела с уст наемника так просто и до приторного послевкусия коварно, что на сомнения в его словах не было и намека.

Глава 3

– Какого черта ты творишь, Дамиан? Что за гребаное самоуправство? Где ты пропадал хренову тучу времени?!

Наемник знал, что босс будет в бешенстве. Знал и был готов, когда Эрнандес в порыве гнева и ругательств забрызгал слюной все вокруг и перевернул несколько стульев в своем кричащем о роскоши кабинете. К тому же наемник подлил масла в огонь – не выходил на связь неделю, но на то нашлись причины.

Ему нужно было разобраться, что происходит.

– Отвечай, засранец, не то, я клянусь… – пригрозил пальцем Эрнандес и замолк, не договорив.

– Не то что, Конрадо? – Во взгляде Дамиана читалось абсолютное спокойствие. – Что?

– Почему ты ослушался? – продолжил гневную тираду Эрнандес, проигнорировав провокационный вопрос.

– С каких пор ты начал заказывать невинных людей?

Вопрос заставил Конрадо стушеваться. Он усмехнулся, нервно дернул головой и сел в кожаное кресло. Занервничал.

– Ты мне говоришь о невинности? – иронично спросил Эрнандес, разливая по стаканам виски. – Раньше тебя это не заботило.

– Я ухожу, Конрадо, – произнес парень и вальяжно вытянул ноги, сложив руки в замок. – С концами.

Мужчина молчал, явно раздумывая над тем, что ответить. Это заявление не понравилось ему еще больше, чем проваленное наемником задание, что можно было понять по помрачневшему взгляду босса.

Эрнандес залпом опустошил стакан и с грохотом вернул его на стол.

– Шутишь?

Безумный смех сотряс воздух.

Дамиан разглядывал в окне огни ночного города. Ни один мускул на лице парня не дрогнул с момента, как он зашел в этот кабинет.

Все вышло из-под контроля Конрадо – он к этому не привык. А когда собака начинала кусать руку хозяина, дела шли намного хуже.

– Я сыт, Конрадо, и тебе нечего мне предложить, – не отрывая взгляда от окна, произнес Бланко. – Поэтому давай разойдемся мирно.

Дамиан прекрасно понимал, что ни о каких компромиссах и адекватных переговорах речи и идти не может, ведь такой человек, как он, – большая угроза. Потому что много знал.

Рано или поздно его все равно убрали бы. Бланко интуитивно ощущал приближение неладного. Подозревал, что босс, поперхнувшись чувством власти, выдаст несколько опрометчивых заданий, выгодных лишь ему одному.

– Хорошо, – с недоброй ухмылкой произнес Эрнандес, откидываясь на спинку кресла.

Босс едва заметно махнул рукой в сторону двери, у которой стояли его телохранители.

– Знаешь, Эрнандес… – вздохнул Дамиан и медленно наклонился к столу. – Когда-то я тебя уважал.

Два приглушенных выстрела и треск раздираемых пулями тел – они находились всего в нескольких шагах от наемника. Теперь же, согнувшись в три погибели, телохранители Конрадо корчились на полу от невыносимой боли в простреленных коленях, пачкая паркет багровой жидкостью.

Ни страха, ни удивления не отразилось на лице Эрнандеса. Это не тот человек, которого испугало бы насилие.

– Я не святой, но и ты перешел черту, – произнес Дамиан, вытягиваясь в полный рост.

Парень спрятал пистолет и направился к выходу. Уже в коридоре Бланко услышал еще несколько выстрелов.

Когда он сел в машину, горло резко сдавило от удушья. Дамиан рваными движениями расстегнул несколько верхних пуговиц на рубашке и зажмурил глаза, попытавшись прийти в норму.

– Черт, черт! – Агония захлестнула Бланко. – Твою мать!

Он несколько раз ударил по рулю.

Чувство, что жизнь начинает выходить за возводимые много лет рамки, нанесло неожиданный удар под дых.

И даже при всей своей сноровке Дамиан не сумел предположить, что буря настигнет его так скоро и начнет затягивать столь стремительно.

Но где был заключен ее эпицентр – мрачная тайна.

* * *

Тканевые навесы, натянутые между невысокими разноцветными зданиями, создавали единственные теневые укрытия в обеденное время в Аликанте. На фасадах пестрили различной формы мозаики и яркие гобелены, привлекающие внимание приехавших в жаркую страну иностранцев. Узкие улочки, причудливые синие горшки с цветами, высокие пальмы, заполоняющие почти каждый городской проспект. Селия хоть и не была приезжей, но все равно не переставала спустя столько лет восхищаться пестрыми красками, наполнявшими жизнь сочностью самого спелого апельсина.

– Благодарю, – тепло улыбнулась девушка, расплатившись за букет лиловых гвоздик в цветочном прилавке на небольшой улочке.

Этот район был достаточно старым в сравнении с остальными улицами города, но не менее уютным. Веласкес любила прогуляться по нему до или после работы, а сегодня у девушки наметился выходной, и спешить не было необходимости, поэтому после цветочного она проследовала в кофейню, где взяла навынос два холодных кофейных напитка.

– Роз, ты проснулась? – крикнула Селия, на входе сбрасывая с ног черные пантолеты. – Я принесла кофе!

Ответа не последовало. Веласкес прошествовала с покупками на кухню, увешанную открытыми полочками и бесчисленным количеством расписных кружек и тарелок, с любовью слепленных руками подруги.

Теплый солнечный свет пробивался через оконные ставни. Девушка подошла к ним и подняла, впуская легкий ветер, колыхнувший ее бежевое платье в мелкий цветочек.

Селия взяла с одной из полок глиняную вазу и наполнила ее холодной водой. Разрезав бечевку, которой были перевязаны стебли цветов, девушка подрезала их и по очереди погрузила в жидкость, пока навязчивые мысли заполняли голову.

Прошло чуть больше недели с тех пор, как Селии пришлось лгать о том, почему она так рано уехала с праздничного приема родителей.

И с тех пор, как она видела его.

– Приветик, nene![4] – выпрыгнула из-за спины соседка, отчего Веласкес подпрыгнула на месте. – Очаровательные цветочки. Где мой кофе?

– Ты ужасна, – нервно усмехнулась Селия, кивнув в сторону стола. – Сколько ты проспала?

– Именно за это ты меня и обожаешь, – игриво ответила девушка, намазывая на хлебец сливочный сыр. – Без понятия, но чувствую себя просто отлично. Сейчас позавтракаем, попьем кофе, покурим – и можно покорять мир!

– Какой пункт ты бы ни за что не смогла исключить?

– Про покурим?

– Про кофе, самозванка!

С Розой Гирадез они познакомились на одной из тех вечеринок, где алкоголь лился рекой, музыка постепенно становилась громче, а одежды все меньше. В конце этого увлекательного вечера Селия держала подругу за волосы, пока та извергала все выпитое и съеденное в кусты.

К слову, завтра они собирались на такую же вечеринку.

– Уже придумала, в чем пойдешь? – с хрустом откусив кусочек, спросила Роза.

– По ходу решу, – пожала плечами Веласкес, погруженная в свои мысли.

Гирадез прищурилась, окинув подругу задумчивым взглядом.

– Ты сама не своя уже который день.

– Разве? – Селия поставила вазу на широкий подоконник, переходящий в стол, за которым сидела Роза, и скрестила руки на груди. – Тебе кажется.

– Может, ты хочешь чем-то поделиться? – отложив недоеденный хлебец, Гирадез наклонилась к подруге.

– Нет, – мотнула головой Селия и улыбнулась. – Не переживай об мне, Рози. Давай лучше завтра хорошенько повеселимся.

* * *

Дамиан не был любителем вечеринок, но и не имел привычки отказываться, когда Мануэль приглашал его. Им едва минуло двадцать четыре – самое подходящее время, чтобы в пьяном угаре отрываться как в последний раз.

Молодость – была, времени – не было. Оно уходило на то, чтобы уменьшать численность населения планеты.

Мануэль бесился не меньше Эрнандеса, когда Бланко заявил о своей досрочной отставке. По его словам, Дамиан как минимум сошел с ума, как максимум – захотел распрощаться с жизнью раньше положенного.

Музыка гремела отовсюду и могла оглушить, если бы не алкоголь в крови каждого присутствующего, притупляющий работу органов чувств. Разгоряченные тела двигались в такт битам. Парни и девушки, яркие и раскрепощенные, были едва различимы в ночной темноте, освещаемые лишь редкими софитами.

– Эй, дружище, давай сюда! – крикнул Кастильо из бассейна, когда около него из-под воды выплыли несколько заливисто рассмеявшихся девушек.

– В другой раз, – усмехнулся Бланко и пригубил виски, обводя взглядом толпу.

Несколько пар ярко накрашенных глаз с разных сторон смотрели на него с плотским интересом. Дамиан не реагировал, желая лишь выпить и расслабиться. Возможно, немного потанцевать, но позже.

Он сделал еще глоток и поставил стакан на небольшой столик, затем плюхнулся на мягкий шезлонг рядом и выудил из кармана черных джинсов пачку сигарет. Парень уже собирался чиркнуть зажигалкой, но застыл, стоило взгляду зацепиться за знакомое лицо в толпе.

Веласкес самозабвенно отдавалась танцу, купаясь в разноцветных огнях прожекторов. Ее ноги облегали приталенные джинсовые шорты, края которых в дизайнерском решении были потерты и порваны, что открывало свободный полет фантазии в дорисовке линии округлых бедер.

Дамиан усмехнулся и поджег сигарету, сделав глубокую затяжку. Он откинулся на шезлонге, с интересом рассматривая особу, что привлекла его внимание. В некоторых местах из-за пояса шорт хаотично торчали полы широкой, размера на два больше белой рубашки, расстегнутой почти наполовину и моментами открывающей вид на манящие ключицы и ложбинку меж грудей.

Бланко, не отрывая от Веласкес взгляда, провел по нижней губе большим пальцем и вновь затянулся, выпуская столб дыма. В планы наемника на сегодняшний вечер не входило обхаживание девушки, но как только он увидел ее, то внезапно появились и силы, и желание, и азарт перед запретным плодом.

Селия, словно почувствовав на себе пристальный взгляд, посмотрела по сторонам, но танцевать не перестала. Она не перестала двигаться и тогда, когда уловила, кому он принадлежал, и теперь смотрела в ответ.

Парень одним глотком допил виски и встал, докуривая сигарету уже на ходу.

Он направлялся в ее сторону.

Глава 4

Страх вперемешку с удивлением растеклись по венам, вызвав кратковременное оцепенение. Сердце зашлось в бешеном ритме, его стук отдавался в ушах.

Селия оцепенела, не зная, что делать – бежать, кричать или все вместе. Ей показалось, что у нее случился приступ безумия: перед глазами мелькнули воспоминания того вечера.

Тьма, кровь, пистолет.

К горлу подступил тяжелый ком, когда наемник подошел к Веласкес и остановился на расстоянии нескольких шагов. Его взгляд с нескрываемым интересом скользил по ее телу, пока он докуривал сигарету.

– Привет, sirena, – выдохнув последний клуб дыма, произнес Бланко и бросил окурок на землю.

Жар прокатился по телу девушки, провоцируя легкое головокружение. Ей вдруг неимоверно захотелось пить, и, выхватив у проходящего мимо незнакомого парня пластиковый стаканчик, Веласкес опустошила его, поморщившись от крепости.

– Впечатляет, – хрипло рассмеялся Дамиан. – Подарить нейролептик, раз я на тебя так действую?

– Ты следишь за мной? – прошипела Селия. Ее взгляд яростно бегал по наглому лицу напротив.

– А ты бы хотела этого? – исказила губы парня хитрая ухмылка. – Я могу.

– Не сомневаюсь.

– Ты всегда такая «дружелюбная»?

– Не все люди заслуживают дружелюбного отношения. Ты – не исключение.

– Какая грубость… – шуточно оскалился Дамиан. – Но попробуй еще раз. Все же отношу себя к исключениям.

Веласкес была уверена, что, хоть Бланко и оказался настроен добродушно и всего лишь подтрунивал над девушкой, львиная доля правды в его словах все равно присутствовала. Один раз она уже убедилась в этом.

– Сели-и-и-ия! – прозвучал рядом игривый женский голос. Из толпы вынырнула подруга Веласкес.

Когда Роза оказалась рядом, руки ее легли на локоть девушке, а хмельной взгляд с неприличным одобрением скользил по Бланко.

– Кто это у нас тут?

– Никто, Роз. Пойдем, – поспешила ретироваться Селия, дернувшись в сторону.

– Дамиан, – обворожительно улыбнулся парень, коротким кивком изобразив подобие поклона.

Веласкес фыркнула, вспомнив, как наемник отвесил похожий жест в их первую встречу.

– Дамиан? – надула губы Роза. – Что-то дьявола?

– Меня называли и похуже.

– Неудивительно, – мгновенно слетела с губ Селии издевка.

Бланко вновь хрипло рассмеялся. Отчего-то эта девушка слишком забавляла его, но он не испытывал ни капли отвращения.

Девушки переглянулись. Гирадез, понаблюдав за короткой перепалкой, приняла решение вернуться на танцпол.

– Мне пора. Развлекайтесь! – хихикнула она, теряясь в толпе.

– Что? – опомнилась Веласкес. – Роз, ты куда? Роза!

Селия двинулась следом за подругой, лишь бы не оставаться наедине с Бланко, но тот встал перед ней, отрезав путь к отступлению.

– Неудивительно, значит? – вкрадчиво начал Дамиан, сократив расстояние между ними до одного короткого шага.

– Что тебе от меня нужно?

– Мне? От тебя? А разве не наоборот?

– О чем ты, черт возьми?!

– О том… – продолжил Бланко, и между ними совсем не осталось пространства. Склонившись над ухом девушки, Дамиан продолжил уже шепотом: – Что твой отец все еще в опасности. Теперь поразмысли, кому, кто и для чего нужен и почему вежливость не будет лишней.

Веласкес замерла, боясь шевельнуться даже на дюйм. Легкие сжались в комок. Теперь она могла сполна прочувствовать тепло, если не жар крепкого тела парня. Это дезориентировало.

Алкоголь продолжал бурлить в крови, подпитываемый серотонином после танцев. Безумно приятная смесь табака, виски и одеколона кружила голову.

Наемник обнажал правду: отец Веласкес все еще в опасности. Но может ли Бланко быть тем, кто не даст тому погибнуть?

Может ли человек, который убивает за деньги, спасти?

– Я просто расскажу все полиции, – выдохнула Селия, обескураженная близостью.

– Я же тебе говорил, – цокнул Дамиан и отошел. – Полиция не выход. Подкупить их проще простого. Или ты думаешь, что на твоего отца заточил зуб второсортный уличный хулиган?

Девушка замотала головой, будто отгоняла дурные мысли. Бланко смотрел на нее с легкой улыбкой, в которой, впрочем, уже не было ни хитрости, ни малейшего зловещего подтекста. Наемник просто залюбовался растрепанностью и замешательством, осевшим на девичьих щеках привлекательным румянцем.

Кого еще нельзя было купить? Все сферы жизни, все профессии, все завязано на материальных благах.

Быть честным – не модно, это почти синоним слабости. Подобные постулаты закрепились в обществе руками и поступками самих людей. Язва, пустившая корни и разросшаяся до неимоверных размеров. И не будет ей конца, сколько бы мы себя ни тешили грезами о справедливости.

– Хорошо, – спокойно произнесла Селия, поправив рубашку на плечах. – Давай поговорим. Только не здесь.

По пути они прошли мимо бассейна, из которого уже успел вылезти Мануэль.

– Отойду, не теряй, – кинул Бланко, не обратив ровно никакого внимания на то, что повисшая на друге девица вот-вот снимет с того штаны.

Кастильо успел заметить, что Бланко шел следом за девушкой, но говорить ничего не стал. Он лишь наклонил голову набок, подставляя шею чувствительным ласкам незнакомки, и задумчиво сощурил глаза.

* * *

Они вышли на крыльцо, где было тише всего. Укромные места служили уединением для малознакомых пар, предающихся страсти, но маломальские нормы приличия все же гудели на задворках их сознаний, сдерживая непристойные порывы.

Селия сидела на ступеньке, вперив пустой взгляд на носки кроссовок.

– Как бы ни хотелось сомневаться, – на выдохе начала Веласкес, – но я тебе верю. Хоть и не доверяю.

– Этого достаточно, – кивнул Дамиан, все это время стоявший напротив. – Мне нужно твое спокойствие, а не истерики.

Девушка усмехнулась.

– Еще не доводилось иметь дело с убийцей. Вот и не знала, как реагировать.

– Ничего необычного. Любой нормальный человек так бы и отреагировал, если не хуже.

– Радует, что я еще нормальная, – подметила Селия.

– Ну…

– Эй!

– Я шучу, – поспешил успокоить девушку Дамиан. – Тем не менее ты не должна была становиться свидетелем всего этого. Просто оказалась не в том месте и не в то время.

– Ты меня пугаешь, – призналась Селия. – Но, судя по твоим словам, у меня нет выбора. Просто бред какой-то, если честно.

С минуту наемник пытался прочесть мысли девушки, разглядывая ее лицо.

Ему всегда с легкостью удавалось это. Но на этот раз провернуть подобный фокус было едва ли возможно. Почему – он не мог понять. Невидимый барьер не поддавался, несмотря на усилия, словно так и надо было. Словно не стоило вскрывать тайну и углубляться в подробности.

Сделать свое дело и исчезнуть. Не заходить дальше, поддавшись мимолетному интересу, хоть тот и оказался сильнее прежнего. Вспыхнул неожиданно, ярко, с одной стороны – предостерегающе, с другой – маняще.

В том, другом мире, где человеческая жизнь – всего лишь пустяк для людей побогаче, попытка прибегнуть к помощи закона и справедливости сродни самоубийству. Мафиозные группировки вечно делили между собой территории и развязывали войны, и время от времени от них страдали мирные граждане; запрещенные вещества распространялись среди молодого, бурлящего драйвом испанского населения стремительными темпами. Веласкес не являлась тихоней, но даже при ее любви к развлечениям это было за гранью.

– Почему ты это делаешь? – сорвался с ее уст вопрос, который, впрочем, рано или поздно должен был прозвучать.

– Все из-за денег, – честно ответил Бланко, не поколебавшись ни на миг. – И потому что могу. А могу, потому что вырос таким.

– Вырос таким? Как это понимать?

– Не думаю, что тебе нужно даже пытаться это понять.

– Тогда зачем ты мне помогаешь? Я ведь не предлагала денег.

– Сейчас я достаточно обеспечен для того, чтобы оказать акт милосердия, – с доброй издевкой произнес парень, что, судя по выражению лица Селии, ей не особо понравилось. – Это немного личное. Дело не в желании кому-то помочь. Я не являюсь героем ни в одной из историй. Просто не люблю, когда меня пытаются обвести вокруг пальца. Считай, что кто-то задел мою гордость.

Веласкес внимательно слушала наемника, убеждаясь, что ничего лишнего тот ей не скажет и уж тем более не поведает о своей жизни. Сейчас ей было достаточно тех подробностей, которые он мог себе позволить, и проникновенного взгляда, обращенного к ней на протяжении почти всего разговора.

Селия не знала, во что ввязалась. Девушка размышляла: попала ли она в ад? Или была на пути туда?

Глава 5

– Он не готов. – Прокуренный мужской голос, подобно металлу, разрезал темную пустоту каждым словом. – Он до сих пор трясется, как промерзшая на трассе шлюха.

– Он трясется от количества травм, которые ты ему нанес, – присоединился женский голос без грамма сочувствия. – Но не из-за страха.

Истощенное юношеское тело лежало на холодном бетонном полу и едва подавало признаки жизни. Каждый вздох давался тяжелее предыдущего. Стеклянный взгляд медленно скользил по обшарпанной стене в попытке зацепиться хоть за что-то, что продлило бы жизнь еще на минуту. Всего одну минуту.

– В-в… – На первом же слоге подросток сотрясся в пронзающем легкие болью кашле. – Воды…

Две пары глаз устремились к нему. Нездоровый интерес и удивление отразились на женском лице, в то время как мужчина лишь усмехнулся.

Последнее, что мелькнуло перед глазами юноши, была женщина, склонившаяся над ним. Ее тонкие пальцы коснулись его лба.

Парень погрузился во мрак.

Холодный пот прошиб Дамиана. На резком вдохе он сел в кровати. Конечности не слушались, скованные параличом. Перед глазами все еще расплывчато мелькали отрывки кошмара.

– Черт… – зашипел парень, ставя ноги на пол, затем медленно встал. – Этого еще не хватало.

Шаркая босыми ногами, Бланко проследовал на кухню. Он налил стакан воды и осушил его полностью, на последнем глотке чуть не подавившись.

Все раздражало. Все трещало. Все неумолимо исчезало.

Дамиан накинул халат и, не удосужившись завязать его, вышел на балкон. Ночная свежесть полоснула по разгоряченному и не прикрытому одеждой торсу. Парень закурил, мысленно все еще витая в плохом сне, который был и не кошмаром вовсе, а полным боли и увечий прошлым Бланко. Он даже не пытался его забыть, ведь если бы и были попытки, они не увенчались бы успехом.

Порой Дамиана посещали безумные мысли, что он благодарен за все произошедшее с ним. Но они очень быстро испарялись, когда парень думал о том, чего по-настоящему когда-то желал и, возможно, возжелал снова.

Нормальной жизни.

Звонок мобильного раздался с кухни, когда окурок уже тлел в пепельнице. Прежде чем протянуть зеленую кнопку вдоль экрана, Бланко взглянул на электронные часы, стоявшие на тумбе рядом с большим плазменным телевизором.

– Я плохо спал. Что тебе надо?

– Дамиан, – сладко пропел женский голос по ту сторону, – если у тебя проблемы со сном, то просто нужно набрать меня. Ты же знаешь… Я профессионально залечиваю человеческие раны.

– Так же, как и наносишь.

– Не хами мне, дорогой, – все так же приторно продолжала женщина. – Наслышана, что тебе разонравилось быть послушной шавкой Эрнандеса. Не хочешь поработать на меня?

Бланко вдруг сотрясся громким, маниакальным смехом, вальяжно расхаживая по своей напоминающей логово квартире, обставленной современно и лаконично. Но в этом не было ни капли уюта или жизни.

– На тебя? – подавив последний смешок, парень мгновенно посерьезнел. – А ты не побоишься такой непослушной шавки, как я?

Ответа не последовало. Дамиан уловил тяжелое женское дыхание: собеседница злилась.

– Я скажу тебе то же, что сказал и Эрнандесу: деньги меня больше не интересуют.

– Чего же тебя бояться? – иронично произнесла женщина. – Ты один, нас много, сладкий. Очень много. Не пытайся притворяться хорошим – ты совсем не такой.

– Тебе виднее.

– Ты прав, – согласилась та. – Мне намного виднее.

Вызов завершился.

Бланко вздохнул и потер переносицу. Он догадывался, что это была затравка с завуалированным предупреждением: не рыпайся и выбери того, у кого есть власть, или мы прикончим тебя всем скопом. Но мало кто знал, что Дамиана не пугала смерть.

Ведь она шла с ним рука об руку с самого детства. Как давняя подруга, которую он никогда не прогонял, но она всегда уходила по собственной воле, обещая вернуться.

* * *

Шелест яблонь, журчащий каменистый ручей, ароматный кофе, приправленный сладкими специями, – все, о чем долгое время мечтала Селия в этой жизненной гонке. Работа отнимала все физические силы, в то время как моральные исчерпывались из-за бесконечного потока опасений за безопасность семьи. Но сейчас Веласкес было так спокойно, так хорошо в окружении природы и близких, что все переживания исчезли, будто их никогда и не существовало.

В этот раз Селия прихватила с собой на маленькую семейную дачу Гирадез, чтобы та тоже полюбовалась диковинными растениями, выращенными матерью Веласкес.

– А тот парень был хорош, – хитро улыбнулась Роза, плюхаясь в плетеное кресло. – Откуда ты его знаешь?

– Он настоящий псих, – отмахнулась Веласкес, отправив в рот кусочек печенья с лимонной цедрой. – Я его не знаю. Точнее, знаю, но не так хорошо, как ты уже могла себе навоображать.

– Как вы познакомились?

Селия подавилась и закашлялась.

– Это… долгая история.

– Но он такой красавец! Я думаю, тебе стоит узнать его поближе. Сильно поближе. Если ты понимаешь, о чем я…

– Какая же ты извращенка! – шутливо замахнулась на девушку Селия.

– А что такого? Ни себе, ни людям, – обиженно фыркнула та в ответ и скрестила руки на груди.

– Прыгать в постель с малознакомым человеком – это не физиология, а проституция.

– Ты все еще думаешь о Рамоне?

От упоминания этого имени к горлу Веласкес подступил тошнотворный ком.

– С чего бы мне о нем думать?

– Вы долго встречались, вот я и решила…

– Он мастерски пудрил мне мозги, а я была дурой. Вот и все. Меня это больше не беспокоит.

Девушка не лгала. К великому сожалению, Веласкес чаще думала об одном убийце, чей образ был до первородного страха кошмарен и прекрасен одновременно.

Успел ли он прикончить еще кого-то или только планировал?

– Но тот парень… Дамиан, – продолжила Селия, чем привлекла внимание Гирадез. – Согласна, он хорош.

Возможно, познакомься они при других обстоятельствах, Веласкес не постеснялась бы перевести их общение на новый уровень. Но учитывая то, что произошло на ее глазах, она оказалась резко ограничена в своих действиях. Селия просто не могла посмотреть в другом ракурсе на человека, который безо всякого сожаления лишал других жизни.

– Селия! – нарушил идиллию подруг встревоженный крик матери Веласкес. – Селия, дорогая!

– Что? Что такое, мама? – подскочила с места девушка, на полпути подхватывая Софию. – Мама, что случилось?

На лице женщины застыла паника. Руки ее дрожали. Она то и дело хваталась за голову и всхлипывала, обмякнув в руках дочери.

– Твой отец… Его… – содрогаясь, пыталась выговорить София. – Его арестовали!

– Что? – оцепенела младшая Веласкес. – Что ты такое говоришь? За что?

– У него в офисе провели обыск, – женщина старалась говорить ровно, – они нашли у него…

Ее голос снова надломился.

– Что они нашли у папы? – Селия обхватила руками лицо матери, заглядывая той в глаза.

– Что-то… Что-то запрещенное! Я не знаю точно, но это незаконно! – истерично выкрикнула София, пряча лицо в руках.

Роза, до этого наблюдавшая со стороны за всем происходящим, ошеломленно прикрыла рот рукой, а младшая Веласкес крепко прижала к себе мать, сдерживаясь, чтобы не разрыдаться следом.

В ушах Селии звенело. Прошло не так много времени, а то самое чувство страха, настоящего человеческого страха перед чем-то – или кем-то – неизведанным вновь настигло ее. Непонимание происходящего и волнение прокатились по всему телу девушки, выплеснув в кровь изрядную порцию адреналина.

Она чувствовала, что затишье после того вечера было слишком подозрительным и ни к чему хорошему не привело бы. У отца по-прежнему продолжал процветать бизнес, все шло спокойно. Единственное, что сделал Рико, – нанял больше охраны.

Но этого оказалось недостаточно.

– Мама, успокойся, – стараясь держать себя в руках, приговаривала Селия, по-прежнему удерживая мать в объятиях. – Это ведь не мог быть он. Ты же знаешь папу, он бы никогда…

Предательский ком в горле не дал продолжить. Одно только осознание происходящего подталкивало к нервному срыву.

На долю секунды Селия вдруг подумала, что, если рассказать обо всем, что произошло в тот праздничный вечер, это могло бы помочь очистить имя ее отца.

Его ведь наверняка подставили.

Чувствуя, как в руках дрожала ее мама, и видя, с каким испугом во взгляде наблюдала за ними Роза, Селия все больше укреплялась в своей мысли. Она понимала: надо сделать хоть что-то, пока не стало еще хуже.

Глава 6

Гнетущая атмосфера следственного изолятора пробуждала в Веласкес желание забиться в самый дальний и темный угол. Лишь бы только не видеть своего отца, сидящего за прозрачной оградой в комнате свиданий.

– Папа, я знаю, что ты ничего плохого не делал. – Несколько слезинок скатились по щекам девушки, и она поспешила стереть их резким движением руки. – Но как это могло попасть к тебе в офис?

– Не знаю, cariña[5]. – Рико с сожалением опустил голову, скрывая от дочери померкший взгляд.

– Как это не знаешь? Это невозможно, – нервно произнесла Веласкес. – Что теперь будет?

– Я уже вызвал своего адвоката. Он со всем разберется, – тихо произнес мужчина. Когда он наклонился ближе к ограде, наручники на его запястьях лязгнули, отчего Селия не сдержалась и расплакалась. – Не плачь, красавица. Будь сильной, хорошо?

Но она не знала, как найти в себе силы ответить отцу хоть что-то. Плечи подрагивали при каждом всхлипе, лицо опухло от слез.

Когда и без того ограниченное время посещения подошло к концу, Селия вышла, даже не взглянув на Рико. Она боялась, что тогда точно не сможет успокоиться.

– Вы Селия Веласкес, верно? – настиг в коридоре девушку незнакомый мужчина. – Дочь Рико Веласкеса?

– Да, это я, – вытирая остатки слез скомканной салфеткой, напряженно ответила Веласкес. – А вы кто?

– Леандро Ортис, – тот протянул визитку, – я адвокат вашего отца.

– А, да-да, прошу прощения за резкость…

– Не извиняйтесь, señorita Веласкес, вы обеспокоены положением своего отца. Я постараюсь сделать все, что в моих силах.

Селия, совсем недавно подавленная буквально до невозможности стоять на ногах, посмотрела на визитку адвоката и рассеянно покрутила ее в руках. Девушка приложила руку ко лбу и вздохнула.

– Какова вероятность, что его скоро отпустят?

– Понимаете… – помедлил Ортис, засовывая руки в карманы брюк. – Ситуация не из простых. Если на содержимом чемодана, который обнаружили в офисе вашего отца, обнаружат его отпечатки пальцев, то это будет очень плачевно.

– Мой отец никогда бы не сделал ничего подобного, señor Ортис, – нахмурилась Селия. – Надеюсь, вы понимаете это.

– Конечно, я все понимаю. – От нее не скрылось, что адвокат произнес эти слова практически на автомате, и она подумала: либо он был профессионалом своего дела, либо просто не проявлял заинтересованности. – Это моя работа – понимать клиентов.

Девушку осенило: раз это был адвокат ее отца, то как раз ему и следовало рассказать о том, что произошло ранее. Леандро не внушал доверия, но это впечатление могло быть обманчивым: сейчас все казались Селии подозрительными, потому что она была на взводе.

– Señor Ортис, дело в том, что…

Веласкес не успела договорить, как почувствовала, что на талию ей легла чья-то ладонь, отчего девушка вздрогнула и чуть не вскрикнула. И сделала бы это, если бы вовремя не повернула голову и не увидела, кому принадлежала эта рука.

– Спешил как мог. Любимая, как ты? – произнес Дамиан, для большей правдоподобности сгребая Веласкес в объятия.

Та ничего не ответила, попытавшись высвободиться, но тиски сильных мужских рук не оставляли никакого шанса.

– Не волнуйся, я рядом. – Широкая ладонь легла на девичью макушку.

Селия остолбенела. Все ее попытки моментально прекратились. Она уткнулась лицом парню в плечо и неосознанно вдохнула исходящий от Бланко сладковатый аромат одеколона, подействовавший не хуже успокоительного. Веласкес вдруг просто захотелось расслабиться и обмякнуть в этих руках, что само по себе было бы полнейшим безумием.

– А вы… – прокашлялся Ортис.

– Дамиан. – Наемник выпустил девушку из плена и протянул руку для приветственного рукопожатия. – Мы встречаемся.

Селия не стала возмущаться, понимая, что, скорее всего, сделала бы только хуже, поэтому молча наблюдала за представлением. Раз уж Дамиан оказался здесь, то вряд ли дело было в том, что ее отец в действительности промышлял чем-то незаконным.

В этом был замешан кто-то другой.

Либо наемник действительно преследовал ее, как настоящий психопат.

– Рад знакомству, – сдержанно отозвался Леандро. – Моя визитка теперь у вас, señorita Веласкес. Позвоните, если захотите поделиться чем-то важным или если потребуется помощь.

– Благодарю, – коротко кивнула Веласкес.

Прежде чем уйти, адвокат еще раз окинул Бланко мрачным взглядом с ног до головы, но тот не удостоил его тем же.

– Ты проходил курсы актерского мастерства? – на выходе из здания вспыхнула Селия. – Что за спектакль?

– Может, лучше ты скажешь мне, о чем собиралась поведать подставному адвокату? – с нажимом спросил Дамиан, хватая за локоть быстро шагающую на эмоциях девушку.

Он резко развернул ее к себе лицом.

– Что ты сказал? – удивилась Веласкес. – Подставному?

– Его подослали, чтобы закрыть твоего отца. При первой встрече ты не казалась такой… наивной.

– Мой отец одной ногой за решеткой, мать на грани сердечного приступа. Не смей меня упрекать!

Яростный вскрик Селии привлек внимание людей на парковке, но через несколько секунд они уже вернулись к своим делам. Так всегда и поступали – проходили мимо, когда другому требовалась помощь. Из-за безразличия или страха – исход был один.

Всем было просто плевать.

Дамиан нахмурился от выпада девушки, но быстро опомнился. Она просто была в замешательстве, на что имела полное право.

– Успокойся, – чуть мягче произнес парень, вытащил из кармана ключи от машины и махнул в сторону, где стоял серый «Шевроле-Камаро». – И поехали.

Селия прикрыла глаза и медленно, глубоко задышала, пытаясь затушить полыхающий огонь недовольства и смятения в душе.

– Куда мне с тобой ехать? Я должна вытаскивать отца, а не разъезжать с киллером, с которого все это и началось!

– Думаешь, сможешь это сделать так просто? – усмехнулся Дамиан. – Твое рвение похвально, но в данный момент ты никак не поможешь своему отцу. По крайней мере, по закону.

Смекнув, к чему вел наемник, Веласкес испуганно распахнула глаза.

– Мы не будем никого убивать!

– Это уже не твоя забота. – Бланко разблокировал машину. – Мы едем в офис к твоему отцу. Ты ведь была там?

– Да, и не один раз… – неуверенно ответила Селия. – Но там сейчас проводят обыски.

– С этим уже закончили. Мне нужно, чтобы ты показала, где лежат документы по сделкам.

К слову, Дамиан прекрасно мог сделать это сам.

* * *

Ехали они молча, изредка бросая друг на друга недоверчивые взгляды: Дамиан сомневался в эмоциональной стабильности Веласкес, а та все еще не доверяла наемнику и его методам.

– Что ты хочешь найти среди документов? – наконец нарушила тишину девушка, рассматривая сменяющиеся за окном дорогой машины городские пейзажи.

– Какие сделки были отклонены твоим отцом, – ответил Бланко, расслабленно придерживая руль одной рукой.

– Думаешь, кто-то хочет отомстить ему за это? – Селия перевела взгляд на парня, теперь изучая его точеный профиль в поисках эмоций.

Эмоции у Дамиана были самые настоящие и неподдельные: он пребывал в покое, как удав, будто они не ехали сейчас на место подстроенного преступления. Эта непоколебимость завораживала и одновременно пугала. Сколько же раз он проворачивал подобное, если для него это было все равно что сходить в соседствующую с домом кофейню?

– Думаю, да. – Губы парня дрогнули в легкой улыбке. – Нравится?

Вместо ответила Селия посмотрела на проезжую часть. Бланко рассмеялся.

Это звучало красиво. И сексуально. И неправильно.

Как такой человек, как он, мог быть таким человеком?

– Потому что я такой же человек, sirena, – словно прочитал мысли Дамиан, плавно выкручивая руль влево. – Это такая же работа, как и другие. На это я выучился, можно сказать. Вне работы я так же, как и все, люблю поспать, вкусно поесть, выпить и заняться сексом. И так по новой.

От такого пикантного признания у девушки удивленно приподнялись брови. После ее губы тронула улыбка при упоминании о столь простых житейских радостях.

– Кстати… – помедлила Селия. – Почему ты называешь меня sirena?

– Мне нравятся твои глаза, – ответил Бланко, припарковавшись рядом с небольшим продуктовым магазином, что расположился напротив большого стеклянного здания – офиса отца Веласкес. – Где-то я слышал, что сирены отличались не только сладким голоском. Их взгляд чаровал путников не меньше, а цвет глаз менялся в зависимости от того, шторм ли был или штиль. Тебе подходит.

Все время, пока наемник говорил, девушка слушала его с затаенным дыханием. Дамиан же не переставал улыбаться, только теперь его улыбка превратилась в хитрую ухмылку.

– Cojonudo![6] – фыркнула Селия, когда парень вышел из машины.

Выходя следом, Веласкес боролась со смешанными чувствами. Не желая признавать, что слова Бланко были милыми и не настолько банальными, как она изначально подумала, девушка все равно признала это и смирилась.

– Мы пойдем через черный вход. – Наемник нацепил солнечные очки и кивнул туда, где находилась задняя часть здания.

– Откуда ты знаешь? – удивилась Селия, не успев осознать глупость своего вопроса.

Пока они поднимались по лестнице на этаж, где находился кабинет Рико, девушка начала ощущать небольшое напряжение и опасения, холодком распространившиеся по всему телу. Вдруг их поймают? Не станет ли от этого только хуже?

Когда они подошли к опечатанной желтыми лентами двери, страх Селии усилился. Наемник протянул ей черные латексные перчатки – точно такие же уже были у него на руках. Веласкес молча приняла их, когда парень приоткрыл дверь и перелез между двумя лентами, придержав их после для удобства девушки. Та аккуратно повторила действия Бланко, и они оказались в кабинете.

– В том шкафу, – указала Селия на черный шкаф с матовыми стеклами, полки которого были заставлены папками. – Но разве документы не должны были забрать?

– Как я уже и говорил тебе, – начал Дамиан, методично перебирая бумаги в одной из папок, – это подстава, причем довольно дешевая. При таких подкупают не только адвокатов, но и руководителя расследования, прокурора и остальных. На протокол им плевать.

Веласкес стояла рядом и наблюдала, как быстро, но в то же время внимательно взгляд парня бегал по строчкам различных документов в поисках нужной информации. Его предположения звучали достаточно реалистично, что немного успокаивало.

Раз уж Селия оказалась здесь и стала негласной соучастницей, то решила не стоять без дела. Девушка достала папку, но не из шкафа, а из верхнего ящика массивного стола. Пролистав несколько страниц, Веласкес поняла, что это не то, что нужно, и открыла второй ящик, но так же безуспешно. Когда она открывала третий, то почувствовала на себе взгляд Бланко, в котором плескалось одобрение.

– Нашла! – довольно пискнула Веласкес.

– Умница.

Дамиан подошел к девушке почти вплотную, вытащив из ее рук документы.

Они повернулись вполоборота друг к другу, по-прежнему стоя у стола, где неправомерно искали доказательства невиновности отца Веласкес. Для девушки время словно остановилось, а все окружающее кануло в небытие.

Селия ясно слышала стук своего сердца, дыша через приоткрытый рот. В какой-то момент ей показалось, что из помещения полностью откачали кислород, оставив их двоих наедине с опасностью, на произвол судьбы. А ведь та была настоящей мерзавкой, сделав одного убийцей, а другую простым человеком, трепещущим от одного только упоминания смерти и запаха крови, пропитывающего металлом все легкие, все тело, все существо.

Однако сейчас девушка трепетала отнюдь не из-за страха. Тот испарился, вытесненный выплеснувшимся в кровь адреналином от ощущения теплого, крепкого, убийственно уверенного в себе наемника, стоявшего в опасной близости.

Бланко был спокоен только внешне, но Веласкес этого не поняла. Контроль, до этих мгновений управлявший всем телом парня, закоротил в какой-то части человеческого механизма, и шестеренки оказались на грани тотальной поломки. Потемневший взгляд парня скользил от пухлых девичьих губ к неестественно голубым глазам, смотрящим на него то ли с интересом, то ли с вызовом.

То ли с мольбой прекратить это закрутившееся в районе живота тугим узлом неправильное чувство.

Для Дамиана не составило бы труда исполнить эту просьбу, но он лишь коснулся шеи девушки фалангой указательного пальца и провел неровную, обжигающую линию.

– Надо идти, – прошептал Бланко.

Время вновь пришло в движение. Селия сглотнула и мотнула головой, но наваждение не прошло. Как в замедленной съемке, Веласкес лишь видела, что наемник фотографировал нужные документы, убирал их обратно в ящик, возвращал все на свои места – так, как было до их прихода.

Когда они оказались на улице, свежий воздух и открытое пространство сделали свое дело. Напряжение покинуло девушку, и та уже могла мыслить здраво.

– Что теперь? – спросила Веласкес, сев в машину.

– Теперь я навещу кое-кого, – обыденно произнес Бланко, вливаясь в поток других машин на дороге.

– Что ты будешь с ним делать?

– Тебе это знать необязательно.

Суровая реальность с особой жестокостью припечатала Селию к земле, не выдав ровно никакой подушки безопасности.

Глава 7

– Сильнее!

Кровь стекала с рассеченной губы юноши, оставляя багровые потеки на подбородке, шее, тяжело вздымающейся грудной клетке, и в конце разбивалась хаотичными каплями о бетонный пол.

– Бей жестче, Дамиан, жестче! – яростно провоцировал мужчина, в очередной раз впечатывая в него боксерскую перчатку.

Парень отшатнулся назад и согнулся, сплевывая красный сгусток. Дышать и двигаться становилось все тяжелее. Перед глазами сгущалась мутная пелена.

– Мне нужен перерыв, – прохрипел Бланко, поднимая измученный взгляд на своего оппонента.

– Перерыв, говоришь…

Сбивающий с ног удар пришелся в район солнечного сплетения. Дамиан гулко приземлился на пол, оцарапав кожу лопаток.

– Ну полежи, отдохни.

Мужчина усмехнулся и удалился, на ходу сбрасывая с рук запачканные кровью перчатки.

Больше юноша ничего не слышал, сфокусировавшись лишь на тусклом свете лампочки, одиноко свисающей с обшарпанного потолка.

– Я дам тебе столько денег, столько ты захочешь, – нервно тараторил мужчина, складывая руки в молебном жесте перед Бланко. – Не убивай, прошу!

Несколькими минутами ранее наемник без приглашения присоединился к скромной вечеринке надравшихся до неприличия аристократов. Скромной она была до тех пор, пока на нее не явились девушки для ублажения ходячих кошельков, а на столе не появились белые дорожки.

Дамиан искусно привнес азарта на мероприятие: аккуратно, почти бережно, с точностью хирурга за операционным столом он отправил на тихий час каждого телохранителя, стоявшего по периметру особняка. Кого-то – уколом быстродействующего снотворного, а с кем-то пришлось приложить чуть больше усилий, пустив в ход руки.

– Я никогда о тебе не слышал, – произнес Дамиан, расстегнув легким движением свой темно-коричневый пиджак.

Парень медленно сел на диван, на котором ранее развлекалась толпа мужчин вперемешку с девушками в откровенных нарядах, но те с криками разбежались, стоило только Бланко показательно затащить с улицы одного из отключившихся охранников.

Глаза наемника задумчиво сощурились.

– Кто тебя покрывает?

– Никто, – замотал головой растрепанный и взмокший от испуга мужчина. – Клянусь, никто!

Дамиан разочарованно вздохнул и отвернулся, медленно осматривая комнату. Опустошенные бутылки из-под дорогого шампанского, переполненные окурками пепельницы и маленькие пакетики с дурью, из-за которых всегда было слишком много проблем.

Они все и всегда развлекались одинаково. Порой становилось даже немного скучно.

– Хорошо, – пожал плечами Бланко.

Он встал и резко выставил пистолет с глушителем прямо в сторону лгуна. Тот выкрикнул что-то нечленораздельное и заметался.

– Значит, ты для меня бесполезен, – заключил Дамиан и двинулся на мужчину.

Тот ничего не говорил, в панике выискивая хоть что-то, чем можно было обороняться, или место, чтобы укрыться. Со стороны это выглядело комично.

– Катись ты к черту, ублюдок! – в агонии выплюнул толстосум, упершись спиной в стену.

В его руке оказался упавший со стола нож, и мужчина сделал выпад вперед, прямо на наемника, но реакция была незамедлительной: пуля просвистела всего в паре сантиметров от головы глупца, и мужчина вновь оказался у стены.

Металлический предмет с лязгом отскочил в сторону.

– Я любезно оставил в живых всех твоих друзей и даже телохранителей, – процедил Бланко, не сводя прицела с живой мишени. – Ты же не хочешь, чтобы я передумал?

– Я не знаю, кто она! – в отчаянии воскликнул мужчина. – Мы… Мы никогда не встречались, только разговаривали по телефону!

Дамиан сразу понял, о ком шла речь. Он дернул рукой, намекая на то, что слушает дальше, а когда продолжения не последовало, прижал дуло пистолета ко лбу трясущегося от страха богача.

– Мои люди просто должны были подкинуть этому дураку чемодан. Сделка была лишь подставой! И все, я ничего больше не знаю, честно! Отпусти меня, молю!

На части, когда начали звучать просьбы о помиловании, а в глазах совсем не несчастных людей плескался беспросветный ужас, казалось, можно было остановиться, но наемник никогда не действовал просто, никогда не был тем, кто испытывал малейшую толику жалости к такому людскому подобию.

Просто не хотел. Даже если и мог бы.

– Наводку в полицию тоже ты закинул? И адвокат – ваш человек? – спросил Бланко, хоть и знал ответ.

Мужчина нервно закивал, а когда Дамиан резко опустил пистолет, упал на колени, начав засорять воздух фальшивыми словами благодарности.

Наемник усмехнулся.

– Бери, – лениво бросил он, отшвыривая носком лакированной туфли маленький пакетик с содержимым белоснежного цвета.

Глаза мужчины округлились – сначала в непонимании, а затем в страхе.

– Ч-что?

– Все ведь ради этого. И из-за этого. Так что наслаждайся.

Богач без колебаний схватил кусок целлофана, удерживающий самое настоящее человеческое безумие. Бланко молча наблюдал, но желваки, время от времени показывающиеся на его скулах, выдавали напряжение.

Презрение.

– Пока ты занят столь важным делом, – начал говорить Дамиан, пряча пистолет, – послушай, что с тобой будет, если ты не забудешь меня и попытаешься заявить.

Мужчина превратился в живую статую.

– Я устрою на твоих глазах кровавую бойню всего близкого окружения, а следом займусь и тобой. Надеюсь, ты меня понял.

* * *

Всегда был тот, кто оказывался выше. Кто стоял на вершине пищевой цепочки в черной торговле. Если появлялся кто-то, кто возжелал войти в бизнес с целью получить большие деньги и власть, но не прихватил с собой маниакальную любовь к грубой силе, хорошие связи и стартовый капитал с немалым количеством нулей на счете, расправа была лишь делом времени.

Эти люди часто пользовались услугами таких же наемных убийц, как и Бланко, но не все из них хорошо выполняли свою работу, потому сотрудничали лишь с единицами.

В этот бизнес было нелегко войти, еще тяжелее – выйти из него. Живым.

Дамиан неспешным шагом продвигался между рядов металлических корабельных контейнеров. Богу не было известно, что и в каком количестве в них хранилось, а вот подсобным рабочим с завязанными от страха лишиться своей семьи и заработка языками – прекрасно.

Шныряющие с картонными коробками в руках люди опасливо поглядывали на наемника. Его появление здесь считалось моветоном. И предвестником крупной мясорубки.

– А я все думала, когда же ты соскучишься и порадуешь своим визитом, Дамиан!

До тошнотворной приторности мелодичный женский голос резанул слух. Парень поморщился, не скрыв неприязни, на что в ответ получил смешок.

Карла Марино – представительница той самой верхушки запрещенного бизнеса. Ее возраст близился к сорока, но она никогда не употребляла то, что продавала, а потому прекрасно сохранила свежий внешний вид, который был на втором месте в списке обязательных желаний. На первом месте – жажда денег и власти.

Она сидела за небольшим белым столом, больше напоминающим походный, и с наслаждением потягивала тонкую сигарету. Изящные пальцы с черным маникюром, на которых поблескивали драгоценные камни в золотых кольцах, элегантно придерживали мундштук. Блондинистые волосы голливудской волной обрамляли чуть вытянутое лицо с острыми чертами и аккуратным макияжем. Во взгляде плескался азарт.

– Какими судьбами? – склонила голову набок Марино, изобразив интерес.

– С каких пор ты топишь таких мелких рыб, как Рико Веласкес?

Взгляд Дамиана с аналитической точностью скользил с одного грузного верзилы на другого. Они готовы были броситься в любой момент по приказу хозяйки, подобно свирепым, но прирученным псам.

– А с каких пор ты интересуешься моими делами, милый? – иронично рассмеялась Карла, стряхивая на пол пепел.

Наемник не стал отвечать. Он засунул руки в карманы брюк и вздохнул, вперив холодный взгляд в собеседницу. Та с вызовом смотрела в ответ, не переставая лукаво улыбаться.

– Видишь ли, я навестил одного человека, – с легкостью в голосе начал Бланко, принявшись, подобно хищнику, загоняющему жертву в угол, медленно вышагивать вокруг Марино. – Ты знаешь, насколько я хорош в поиске тех, кого не стоит искать. И как искусен в том, чтобы развязывать языки.

Лицо женщины побледнело, исказившись в недовольной гримасе. Карла взглянула на одного из своих людей, давая понять, чтобы тот был наготове, когда прямо перед ней наемник остановился, теперь смотря на нее свысока.

– Отпусти Рико Веласкеса. Он тебе не нужен.

– Вздумал мной командовать? – язвительно выплюнула блондинка и резко встала, опрокинув шаткий стул. – Не лезь в мои дела, если не хочешь расстаться с жизнью раньше срока!

– Хочу, – отрезал наемник. – Но не от рук такой суки, как ты.

Марино оскорбилась, сделав угрожающий шаг к Бланко. На лице того не дрогнул ни один мускул.

Головорезы уже достали пистолеты, завидев недовольство и раздражение главной. Однако в следующее мгновение Карла смягчилась и жестом усмирила своих ручных псов.

Раздался четкий цокот блестящих красных каблуков. Звук олицетворял угрозу. Женщина подошла к Дамиану вплотную и томно осмотрела его, положив руку на твердую мужскую грудь. Ладонь медленно, дразняще заскользила вниз, по пути натыкаясь на пуговицы черной рубашки, и остановилась там, где должно было биться сердце.

Оно билось в спокойном, размеренном ритме, что весьма разочаровало Карлу.

– Как уже говорила, – елейно зашептала блондинка, – я могу быть очень нежной и покладистой. Если хочешь, отпущу старика, но взамен попрошу услугу.

Парень перехватил ладонь на моменте, когда она уже была рядом с бляшкой кожаного ремня, и отвел в сторону.

Тонкие губы Марино изогнулись в лукавой ухмылке.

* * *

Селия не верила своим ушам, когда ее мама с граничащей с бредом радостью сообщила: вечером вся их семья снова соберется в полном составе. Но это была не единственная причина, заставившая девушку усомниться в реальности происходящего.

– Ты не рада освобождению папы? – недоверчиво спросила София, до этого момента суетившаяся рядом с духовым шкафом.

– Что? – нарезая сочный оранжевый перец, удивилась Селия. – Как ты можешь так думать?

– Ты очень немногословна в последнее время, – пожала плечами Веласкес-старшая и отбросила в сторону кухонное полотенце. – В облаках витаешь.

– Да что вы все заладили…

Раздражение навязчиво заполонило сознание девушки, будто она боролась с принятием очевидного. Однако здравый рассудок не давал возможности для самообмана.

Они все были правы.

– Просто вымоталась после всего этого. – Селия вздохнула более спокойно и переложила кусочки овоща в салатницу с ярким причудливым орнаментом.

– Может, возьмешь перерыв от работы?

– Чтобы точно сойти с ума? Нет уж!

Девушка подняла руки в примирительном жесте и тепло улыбнулась, зрительным контактом пытаясь успокоить и без того нервную в последнее время женщину. Это подействовало почти сразу – мама улыбнулась в ответ и покачала головой, мол, упрямая.

С приготовлениями было покончено, и оставалось только ждать возвращения Рико Веласкеса в родной дом, где его всегда ждали, любили и уважали. Тогда Селия решила уединиться на небольшой деревянной веранде с ноутбуком, дабы заняться упомянутой работой.

Или хотя бы создать ее видимость для очищения совести.

Задача девушки заключалась в ассистировании директору компании по связям с общественностью. Они организовывали мероприятия с медийными личностями, бизнесменами, представителями госструктур. И Веласкес прекрасно справлялась со своей работой, потому как умела находить язык с людьми. Часто это даже было искренне, но лишь потому, что Селия не углублялась в подробности.

Меньше знаешь – крепче спишь.

По этой причине проблемы со сном не заставили себя ждать, ведь девушка теперь знала больше, чем положено.

Веласкес прикусила губу и задумалась. Руки застыли над клавиатурой, подсознание понемногу выдавало картины произошедшего совсем недавно, от которых хотелось избавиться, выкинуть как испорченный лист, а лучше сжечь или запереть в самый темный и потаенный ящик воспоминаний.

То, что произошло, больше не должно было повториться.

Из опрометчивых мечтаний о спокойствии девушку вернул к реальности телефон, завибрировавший от звонка. Селия нахмурилась, увидев на экране незнакомый номер, но все же ответила.

– Запишешь меня как «Спаситель»? – раздался из динамика знакомый до боли мужской голос.

Селия захлопнула крышку ноутбука.

Он.

– Ты себя считаешь спасителем? – усмехнулась девушка, вздернув бровь. – Самоуверенно.

– Что плохого в самоуверенности, sirena? – На фоне послышались сигналы автомобилей.

– Вовсе ничего, – пожала плечами Веласкес и уставилась на небольшой фонтан во дворе. На его вершине красовался высеченный из белого камня лебедь, распустивший крылья.

Она помедлила, не уверенная, стоило ли задавать вопрос, который мучил ее с момента, как прозвучали новости об освобождении отца. Или не уверенная в том, что хотела бы вообще слышать ответ.

– Выход моего отца – твоих рук дело? – произнесла она тише прежнего, словно осторожничала.

– Косвенно, но да. Не благодари.

Селия представила, как наемник ухмылялся, пока говорил эти слова, и сама невольно растянула губы в улыбке.

Он помог. И она была благодарна. Возможно, теперь даже имела перед ним долг.

– Спасибо, – искренне произнесла Веласкес, задавшись вопросом: что теперь?

– Еще увидимся.

Дамиан Бланко, казалось, имел иные планы на уже не спокойную жизнь Селии. Он стал катализатором жизненного переворота, воплощением торнадо, окутанной мраком тайной, о которой нельзя было знать, но которая оказалась приятна.

Девушка перестала отрицать – образ этого скрытного, смертоносного киллера занял незаконное место в ее подсознании и не покидал его, а лишь сильнее укреплял кровавые позиции.

Глава 8

С каждым ударом боксерский мешок, подвешенный в комнате для тренировок, пошатывался все сильнее. Бланко это навязчиво напоминало его нервную систему, дребезжащую из-за потока тяжелых мыслей.

Зачем он так рьяно пытался освободить от несправедливого заключения старика Веласкеса? И какие сложности за этим последовали? Торжество правосудия мало волновало наемника, он не верил в такую непозволительную роскошь и был уверен, что на этом все не закончится. Одна только договоренность с лисой Марино чего стоила.

Дамиан мог бы ее убрать, но это было бы опрометчивым поступком.

Кулаки, перемотанные плотными эластичными бинтами, уже изрядно потрепанными и пыльными от интенсивной тренировки, врезались в непробиваемую грушу. Затем еще раз.

На этот раз она не пошатнулась.

Удары стали слабыми, а напряжение наемника – буквально ощутимым. Он взялся обеими руками за боксерский атрибут, набитый песком, и прислонился к нему мокрым от пота лбом. Сбито, тяжело дыша, Бланко старался вернуть контроль над телом. Возможно, ему удалось бы сделать это быстрее, если бы не покидающий его подсознание образ одной голубоглазой девушки, которая своей искренностью и живостью внесла коррективы в холодный рассудок Дамиана.

Она напоминала штиль на море и олицетворяла умиротворение, вместе с тем источая пылкость неподдельных чувств. Реагировала на все, что происходило, как настоящий, живой человек, лишенный фальши. Не создавала вокруг себя фарс и не пыталась намеренно привлечь внимание. К таким людям тянуло. С ними хотелось находиться рядом, заводить разговоры обо всем и ни о чем. В одно мгновение они могли терзать себя сомнениями, а в следующее – очаровывать всех вокруг уверенностью.

Впервые за столько лет Бланко попался в капкан. Это разгоняло кровь по венам, манило, крошило рассудок на мелкие щепки своей невозможностью, которую хотелось развеять.

В Селии чувствовалось то, чего не хватало Дамиану.

Жизнь.

– Если тебе хочется утешиться в чьих-то объятиях, то лучше пусть это буду я, а не пыльная боксерская груша, – раздался в дверном проеме насмешливый голос.

Мануэль недвусмысленно ухмылялся своей подростково-пубертатной шутке, облокотившись спиной о стену и скрестив на груди руки.

– Не дождешься, – оживился Бланко, скрывая выражение вселенской несправедливости, что читалось на его лице минутой ранее, и кинул другу набитые защитным наполнителем перчатки. – Прости, друг, но ты не в моем вкусе. Люблю темненьких.

Тот ловко их поймал.

– А та голубоглазка?

– А что та голубоглазка? – словно не понимая, о чем речь, повторил Дамиан.

– Разве не о ней ты думал? – Кастильо начал разминаться, резкими и умелыми движениями рук рассекая воздух.

Бланко взял с подоконника бутылку воды и сделал глоток.

– Я видел вас на вечеринке тогда. Вот и решил спросить.

Если Мануэль спрашивал что-то о Веласкес, значит, наводил справки. До этого разговоры о женщинах Кастильо заводил лишь тогда, когда хотел похвастаться очередным «богатым на навыки уловом», не более.

– Не твоего ума дело, Ману, – усмехнулся Бланко и первый сделал выпад, чтобы в шутку застать друга врасплох, но тот не уступал по способностям в любого рода бою и с легкостью увернулся.

Отличало их то, что Дамиан был рассудителен и непоколебимо хладнокровен, со всегда отточенными и лишенными сомнений действиями, в то время как Мануэль, имея такую же превосходную физическую подготовку, растрачивал ее на нездоровый азарт и безответственность на заданиях.

Первые минуты их бой был похож на пробный, будто они не знали друг друга ранее и впервые столкнулись. Сейчас это ощущалось именно так – что-то изменилось.

В какой-то момент Кастильо нанес удар ногой по бедру оппонента, и тот согнулся к месту ушиба, нелестно выругавшись.

– Жизнь стала слишком скучной, Дамиан? – довольный оскал растянулся на лице Мануэля. – Сначала решил отойти от дел, теперь перепихон с дочкой того, кого надо было просто грохнуть. Рад, что у тебя в штанах наконец что-то зашевелилось, но не на нее же!

Бланко сжал челюсти, сдерживая подступающий гнев, и выпрямился. Парень проигнорировал пульсирующую боль в ноге – бывало и хуже – и вновь встал в боевую стойку. Его друг, лицо которого помрачнело из-за отсутствия ответа, сорвался с места и начал наносить грубые, сокрушительные удары.

– Ты хоть знаешь, какое дерьмо теперь поручает мне Эрнандес? – прошипел Мануэль, занося руку для удара.

Наемник увернулся и подкосил соперника одним точным выпадом ногой в район голени, так что тот оказался на полу, устланном матрасами. Кастильо ответно сбил с ног Дамиана, но второму это было только на руку. Он цепким захватом обездвижил оппонента, пресекая попытки к сопротивлению применением большей силы, и ослабил хватку лишь тогда, когда друг судорожно показал «брейк».

– Тебе платят деньги. В чем твоя проблема? – лениво спросил Бланко, вставая на ноги.

– Мы знаем друг друга не первый день. – Ману по-прежнему оставался на полу, пытаясь отдышаться. – Эрнандес в ярости. Перестань водиться с этой девчонкой и дай закончить начатое кому-то вместо тебя.

– Поздно.

– Ты самый настоящий придурок. Они захотят устранить тебя.

– Пусть, – только и пожал плечами наемник, разматывая бинты.

– А если ее? – Кастильо сел и поднял пристальный взгляд на Дамиана.

Тот продолжил свои действия, сохраняя внешнее спокойствие, но под прилипшей к телу черной футболкой мускулы моментально напряглись.

Невербальные жесты всегда говорили намного больше.

– Не лезь, – отрезал Бланко, растирая окаменевшие ладони.

Ему не хотелось признавать: Мануэль говорил правду, а что-то изменить уже было невозможно.

Дамиан стал живой мишенью, но вовсе не из-за этого внутри теплилось раздражающее и не дающее спокойно дышать беспокойство.

* * *

– Какой это уже стакан? Третий? – Нервный смешок Розы был полон беспокойства за повышенное давление подруги, когда последняя буквально выдернула из ее рук кофейный допинг.

– Последний. – Веласкес задорно подмигнула подруге и сделала глоток, прикрыв глаза от наслаждения. – Не переживай.

– Я больше переживаю за реактивность, которая может за этим последовать. Роль зажигалки у нас играю я, если ты не забыла.

– Ни в коем случае не претендую на это место. Габриэла!

Гирадез вздохнула и плюхнулась в мягкое оранжевое кресло, что стояло в небольшом, но очень светлом и со вкусом обставленном офисе, где работала подруга, и взяла со столика один из журналов. Этот попался о моде, что немного заинтересовало девушку.

Селия в это время мягко и при том рассудительно объясняла своей помощнице, что от них требовалось сделать в кратчайшие сроки перед приближающимся благотворительным мероприятием. Спонсорами выступали весьма влиятельные люди, а значит, все должно было быть по высшему разряду.

Волновалась ли Веласкес? Нет. Уставала? Бывало. Она любила свою работу, но еще больше любила то, как хорошо ей удавалось ее выполнять.

– Ты подготовила список гостей? – задала в завершение своей речи вопрос Селия, наблюдая, как быстро бегали пальцы Габриэлы по экрану планшета.

– Конечно! Сейчас принесу.

Селия улыбнулась и кивнула. Когда помощница ушла к своему рабочему месту, Веласкес вернулась к подруге.

– Как думаешь, в чем мне пойти?

– Может, что-то однотонное? Обтягивающее? – накручивая прядь кудрявых рыжих волос, которыми так восхищалась Селия, предложила Гирадез.

Роза была девушкой, аура которой напоминала знойную жару самой Испании. Ее жгучую натуру женщины не переносили на дух, однако мужчины никогда не проходили мимо. Она была импульсивна, немного капризна, а еще обладала невероятной красоты зелеными глазами, что в сочетании с рыжими волосами наталкивало только на одну ассоциацию – ведьма.

– Надо подумать, – озадаченно поджала губы Веласкес, допивая кофе.

– У тебя прекрасный вкус в одежде, дорогая. В парнях тоже…

Гирадез заливисто рассмеялась, поймав забавный испепеляющий взгляд подруги. Долго недовольство Селии не продержалось, и она улыбнулась, покачав головой.

Со стилем у Веласкес и правда все было в порядке. Сейчас, например, на ней была легкая летняя блуза с коротким рукавом и очаровательным цветочным принтом. В сочетании с темно-синими обтягивающими джинсами и винтажными аксессуарами образ выглядел свежо и необычно. А вот насчет вкуса на парней можно было поспорить. Может, насмотренность в мужчинах вырабатывалась только с возрастом?

– Обожаю тебя, bonita[7], – искренне произнесла Селия.

Гирадез еще немного почтила подругу присутствием и отправилась по своим делам, с грацией уверенной в своей красоте амазонки покинув офис. Теперь Веласкес была предоставлена себе и работе.

Спустя несколько часов половина организационных вопросов была решена, дело оставалось за малым – обзвонить декораторов и поставщиков, дабы снова все подтвердить. Порой ответственность Селии зашкаливала, и тогда девушка готова была перепроверять все хоть по сто раз. Но это уже больше сказывалось перенапряжение, нежели неуверенность.

Веласкес соорудила на мини-кухне для сотрудников компании сэндвич и, надкусив его на ходу, направилась к дивану напротив больших панорамных окон, но на половине пути от неожиданности чуть было не выронила из рук тарелку вместе с перекусом.

– Señorita Веласкес! – крикнула Габриэла так, словно, по меньшей мере, на них летел метеорит.

Лучше бы это был метеорит.

Помощница, буквально искрящаяся от любопытства, несла в руках букет.

– Вам доставка.

Селия едва не подавилась, прикрыв тыльной стороной ладони рот, а когда усилием воли все-таки проглотила несчастный кусок, непонимающе уставилась на девушку.

– Уверена, что мне?

– Абсолютно. Курьер четко назвал ваше имя. А еще здесь открытка, но я не читала.

Веласкес сунула тарелку с недоеденным сэндвичем помощнице и, отряхнув руки, забрала неожиданный презент.

Кроваво-красные соцветия кустовых роз, обернутые крафтовой бумагой. Они завораживали и напоминали что-то, что заставляло сердце девушки биться быстрее.

Взгляд зацепился за открытку, прикрепленную к бортику упаковки миниатюрной декоративной прищепкой. Селия аккуратно сняла ее и раскрыла.

– Если не секрет… – словно сквозь вакуум, слова Габриэлы звучали глухо, где-то на заднем фоне. – От кого такая красота?

Но Селия не ответила, перечитывая раз за разом выведенную черными чернилами волнующую фразу.

«До встречи».

Глава 9

Рубиновая жидкость плескалась на дне бокала, ножку которого придерживали с намеком на аристократичность тонкие женские пальцы. Их обладательница со скучающим видом покручивала изящным стеклом, удерживающим дорогостоящий «Клос Эрасмус», а когда эта игра ей наскучила, залпом осушила остаток.

– Он должен знать свое место, – раздраженно цокнула Марино, подзывая официанта, дабы тот по новой налил напиток, что произошло незамедлительно.

– Не нервничай, Карла, – лениво ответил Конрадо, поджигая сигару. – Всему свое время.

Взгляд лисьих, густо подведенных темными тенями глаз внимательно следил за тем, как первые клубы дыма показались в воздухе. Мужчина не выражал никакой озабоченности, словно из-под его контроля не вышла буквально выращенная с пеленок машина для убийств, знающая слишком много и способная на многое. К сожалению, Карла таким спокойствием похвастаться не могла.

Эрнандес замер, когда блондинка, недобро ухмыльнувшись, привстала со стула и наклонилась к нему, медленно вытащив из мужской руки сигару. Сев обратно, женщина с наслаждением затянулась и выдохнула дым в увешанный блестящими люстрами потолок, запрокинув голову. Она сделала это так легко, будто то был не элитный тяжелый табак.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Сэр, господин (исп.). – Прим. ред.

Вернуться

2

Девушка (исп.). Вежливое обращение к девушке, незамужней женщине. – Прим. ред.

Вернуться

3

Sirena (исп.) – сирена. – Прим. ред.

Вернуться

4

Детка (исп.). – Прим. ред.

Вернуться

5

Дорогая (исп.). – Прим. ред.

Вернуться

6

Охрененно! (исп.) – Прим. ред.

Вернуться

7

Красотка (исп.). – Прим. ред.

Вернуться