Виктор Казарцев
Книга Горящие терновники

*****

Не всё светло и свято, что блестит и молится.

Лишь с чистой верой в сердце, дверь отворится

Разорванное в клочья тело соединится вновь

И род глазами пылкими вдохнёт свою любовь

Но бесы безразличия, тебе всё время лгут

В тебе все заглушая совести, притупляя слух

Сердце воплем оглушённое хрипя, взрывая дух.

Дожимая обвитой цепью шею, удавкою вокруг

Часть 1 Под землёй

Стон в душе раздался заполненный землёй, пробудившийся сознание под огромным давлением, которое прочно держало окровавленные разбросанные части тела, леденящий холод в груди старался из за всех сил вызвать потуг, чтобы вдохнуть воздух, наполнить окровавленные лёгкие свежестью, но только свежесть холода, была доступна в полной мере. Части тела содрогались, но грудь в агоническом ужасе дрожала и выло корчась от неистовой боли, волнами оно набрасывалось на тело, показывая свою изобильную суровость. Усердно ожидая приближение смертоносного исхода, когда каждая часть, каждая клетка замерая, умрёт, на вечно расставшись с жизнью, когда кожа изчернеет всем своим покровом, когда червь пожрёт её, и переварит чрез себя, когда в прахе земном, тело возвратится в свой приют, из которого вышло на малое и мучительное время, Но что такое время? Они из начала было свидетелем череды событий и эпох, оно все просмотрело и провело их к неизбежному окончанию, время утвердило вечный свой завет над всякой жизнью, и существованием всего сущего в этом физическом мире, не оставляя никакой надежды на избавление от временного недуга, который ведёт осаду над сознанием, ведь оно является среднинным мостом, между двумя мирами души и духа, свободное сознание свободно перемещается не взирая на время по этим мирам, но в физическом плане, мозг стал неким лабиринтом настолько сложным и неподконтрольным, успевший создать свои границы, правила и пространства, и главой и главным ключом всего является разум, он имеет всю власть и силу и достаточное могущество над Творцом великого творения, человека славного, живой храм как венец величия лучезарного создания Великого Творца, который вплёл веретеном сверхзвучным Днк на высоте высот не имевшего названия, заключив и поместив идеи в облике Отца, тайные стремления обозначив в поисках самого себя, пасхальные ключи разбросаны по жизни, готовые открыть видение истинности, ведь душа и вечный дух перекрикивают планы разума, но тщетное бездействие и безмолвие поглощённое болотом суеты, лежит на дне безразличия к самому себе.

*****

Конец всему приходит вскоре

Как полёт орла на морем

Который взгляд свой в бездну устремил

И крикнув громко, в небо взмыл.

Свободой в сердце пламенея

Крылами воздух он взметал

Как в юности за скорлупою мирозданья

Пределы клювом смело разрывал

Всматриваясь во мрак, ощущая дикий холод, который пронизывал кости, поток стекавшей студёной влаги постоянно обволакивал разрывы, порезы, оголённые раны, и гулкий раскатный гул протяжного грома, вызвал дождь. На поверхности, почва пропитанная дождевой водой, обильно омывала искуроченное тело, которое то и дело вздрагивало, и дрожало от боли, которое плавало как импульс с разрядом от одной части к другой, рыхлая почва наполненная дождём постепенно превращалась в грязевую жижу, ещё более сдавливая тело плотным обволакиванием.

Вдруг произошёл сильнейший пиковый агонический разряд, тело затряслось в конвульсиях, с такой силой что земля зашевелилась на поверхности, вспучиваясь и проседая, вырвался наружу крик и стон, настолько глубокий и тяжёлый, что даже раскат грома не смог его заглушить.

Гортанный хрип со спесью ужаса на лице с невыразимой тяжестью издал оглушающий дикий возглас, настолько затяжной, что объём лёгких который сдавливала земля, никак не мог произвести подобное, это был вопль духа, души и истрёпанного тела, но все три находились в едином ужасе агонического припадка. Двигаясь по этой округе не подалеку огромный леший ветровик стремительно и играючи взметал потоки воздуха насколько сильно, что порывистый ветер разносил ор по укруге наполненный завывающий вьюгой, которая пронизывала до глубины души, создавая симфонию в которой как в каком то сатирическом танце отображалась невиданная страсть сражаться за жизнь, за существование. Земля стонала как беременная женщина которая рожала своего первенца, ухватываясь безнадёжно руками за всё что только можно, с невозможностью как то успокоится, тянулись часы мучительных бдений и борений за рождение новой жизни, симбиоз страха, боли и ужаса, взамен на глубинную любовь, окровавленную надежду и безмерную веру, котора без остатка гасит всю тревогу собственной значимости, в какой то момент, всё затихло, умолкло, замерло в ожидании чего-то таинственного, рокового и неизбежного. Ветровик стоял и его взгляд был сфокусирован на определённое место среди густых тёрнов, которые покрывали огромную территорию, но только маленький островок на который был настроен тонкий слух этого великана, заставил его приметить какое то движение, земля вспучивалась и от туда на поверхность с неимоверным трудом пыталось выбраться какое-то существо, практически в полумраке, лишь освещения от молний уходящего вдалеке циклона, как то подсвечивала не вообразимое уродство, которое хрипело и скулило, но всё же выползало из грязи, это был труп, или какая то его часть, после нескольких видимых попыток вылезти, он остановился и замер, и пролежал в этом положении более недели, что то напоминающее ногу торчало у поверхности и поясница с лопаткой, где-то торчали кости, но часть была обтянута кожей, но больше напоминало какую то ткань, плотно прилегавшую к кости.