Любовь и война
Роман в стихах в стиле лунной онегинской строфы
Александр Трофимов

Корректор Анастасия Лобанова

Дизайнер обложки Клавдия Шильденко

© Александр Трофимов, 2025

© Клавдия Шильденко, дизайн обложки, 2025

ISBN 978-5-0067-8046-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

СЛОВА АВТОРА ЧИТАТЕЛЮ

Роман в стихах «Любовь и война» посвящается участникам-героям Великой Отечественной войны: моему дедушке Александру Ивановичу Трофимову и прадедушке Тимофею Васильевичу Шалкину – и всем остальным участникам-героям Великой Отечественной войны.

Наши воины показали смелость, сильную любовь к своей родине и великий подвиг, который они совершили. А их подвиг заключается в том, что они патриотично сражались против фашистов, которые желали всему советскому народу смерти. Они не побоялись заступиться за своих жен, детей, родных и близких и за свою великую державу. Они, как и миллионы патриотичных советских граждан того времени, являются очень ярким примером для настоящего и будущего поколения. Мы должны на них равняться, ведь патриотизм – это великая сила, которая объединяет весь народ и делает страну сильной и могущественной.

Мой прадедушка Тимофей Васильевич Шалкин погиб геройски во время Великой Отечественной войны. Мой дедушка Александр Иванович Трофимов прошел всю Великую Отечественную войну и получил множество ранений, из-за которых он позже ушел на тот свет, как настоящий мужчина. Они оба отдали свою жизнь ради нашего счастья, ради светлого будущего. И только их патриотическая воспитанность позволила им это сделать.

Время не щадит никого. Но есть один способ сделать жизнь вечной – это подарить вечную память. Я написал книгу роман в стихах «Любовь и война» и посвятил ее своему дедушке Александру Ивановичу Трофимову и прадедушке Тимофею Васильевичу Шалкину, всем участникам-героям Великой Отечественной войны для того, чтобы подарить вечную жизнь нашим бесстрашным советским воинам того очень тяжелого времени. Они будут вечно жить в нашем сердце благодаря книге «Любовь и война», которая способна в любом читателе пробудить патриотичный дух и любовь к своей отчизне.

О НОВОМ ПОЭТИЧЕСКОМ СТИЛЕ «ЛУННАЯ ОНЕГИНСКАЯ СТРОФА»

Данный раздел книги не обязателен к прочтению, и его можно пропустить. Он написан для того, чтобы читатель познакомился с моим новым поэтическим стилем под названием «лунная онегинская строфа».

Как нам известно, поэтический стиль «онегинская строфа» разработал А. С. Пушкин благодаря роману в стихах «Евгений Онегин». При этом данный роман в стихах написан строго именно в стиле четырехстопного ямба. Я решил слегка изменить стиль онегинской строфы и вместо применения четырехстопного ямба начать применять четырехстопную двусложную лу́ну и назвать стиль по-другому: лунная онегинская строфа. Вспомним данную четырнадцатистрочную строфу и определенное расположение в ней рифмующихся строчек с наличием женских и мужских рифм в виде: «АбАбВВггДееДжж». Каждая буква отражает одну строчку (14 букв – 14 строчек). Большие буквы отражают женские рифмы, а маленькие буквы – мужские рифмы. Женская рифма – это когда на предпоследний слог падает ударение у рифмующегося слова. Мужская рифма – это когда на последний слог падает ударение у рифмующегося слова.

Дадим определение новому термину стопы лу́на. Лу́на – это стопа, которая имеет неопределенную причину происхождения какой-либо другой известной стопы в каждой строчке стихотворения, то есть данная причина не закреплена какой-либо логикой, а закреплена обычным спонтанным желанием и волей поэта по ходу написания самого стихотворения. Стопа лу́на дает большое преимущество стихотворению, так как оно начинает приобретать разнообразие, чего каждый желает читатель. Данное разнообразие – это тонкое дело, и его не всегда можно прочувствовать, но оно имеется, и читатель его ощущает, но не осознает его наличие.

Теперь определим причину названия данной стопы именно под словом «лу́на». Луна в астрологии означает внутренний мир. При этом наш внутренний мир непостоянный и изменчивый. Мы не любим жить однообразно, а любим что-то новое. И при этом наши желания появляются крайне непредсказуемо, и это не зависит от нас. Следовательно, луна – это отражение нашей непредсказуемой воли. Но для того чтобы это слово немного изменить, не изменяя его буквы, я поставил ударение на букву «у» и получил слово «лу́на». А одна из множества стоп при использовании стопы лу́на как раз определяется в зависимости от желания самого поэта без логических умозаключений. В стопу лу́на входят все виды стоп: хорей, ямб, дактиль, амфибрахий, анапест и т. д. То есть стопа лу́на – это следствие свободной воли души поэта при реализации какой-либо стопы по ходу написания стихотворения. Но у стопы лу́на имеется строгий порядок ее формирования, который говорит о том, что должны в стихотворении присутствовать строго стопы двусложные, трехсложные и т. д. В романе в стихах «Любовь и война» используется четырехстопная двусложная лу́на, в которую входят: хорей, ямб, спондей, пиррихий. Я, как поэт и автор книги «Любовь и война», написал данный роман в стихах со спонтанным чередованием четырех представленных видов стоп, руководствуясь волей своей души. Моя душа требует, голова рифмует, руки исполняют, и, таким образом, был написан роман в стихах «Любовь и война».

Лунная онегинская строфа разнообразна, интересна и просто гениальна. Она способна завладеть вниманием читателей, даже тех, кто не любит поэзию. Она способна в себя влюбить любого читателя и самого маститого критика. А роман в стихах «Любовь и война» идеально отражает стиль лунной онегинской строфы, которая придает большое разнообразие данному роману в стихах в плане четырехстопной двухсложной лу́ны, которая тонко и незаметно украшает его звучание и делает его еще более совершенным, чем обычный четырехстопный ямб. Лунная онегинская строфа способна пронзить сердце любого читателя и подарить ему большие впечатления.

Лунная онегинская строфа и стопа лу́на – это мои нововведенные выражения, которые дают новый виток развития в поэзии. А роман в стихах «Любовь и война» – это воплощение этих нововведенных выражений, которые открывают новую дверь в развитии силы поэтического слова. А теперь, давайте окунемся в океан рифмы вместе с данной гениальной книгой, которая подарит вам большие впечатления после ее прочтения!

ВСТУПИТЕЛЬНЫЕ СЛОВА ПРОИЗВЕДЕНИЯ

Мое чудное вдохновенье
Вдруг разбудило мой порыв,
Чтоб я писал стихотворенье,
Не отходя на перерыв.
Без перерыва, с красноречьем
Я писал с чистосердечьем
Вам роман в стихах тогда,
Каждый день и допоздна.
За пять деньков я вдохновенья
Сначала весь составил план;
А сотворил потом роман
За двадцать пять дней напряженья;
Дней шестьдесят потом еще
Я улучшал роман легко.

Я все три месяца словесно
Творил роман в стихах с умом,
Строчки все в мой ум чудесно
Проникали, как в свой дом.
Строчки все во мне рождались
И в романе воплощались,
Чтобы ты, читатель мой,
Был рад новейшею строфой!
Чтоб ты, читатель, вдохновлялся
От строчек всей моей души
Всегда в различные деньки
И чтоб от них ты расслаблялся!
Мой талант – стихи творить,
Теперь придется вам судить…

ГЛАВА 1. 1924 ГОД. ПЕРВАЯ ЛЮБОВЬ В ГОРОДЕ УФЕ

Чудное утро на мгновенье
Сюрпризов множество творит
Тем, у кого сейчас мышленье
Судьбу свою боготворит,
Но это утро лишь пронзает
И так красиво представляет
Здесь одного лишь молодца —
Зовут его Иван всегда!
Он живет давно с рожденья
В очень сказочной Уфе,
Где там красавицы везде
Мужчин всех манят без стесненья.
В Уфе он ищет в эти дни
Судьбу блистательной любви.

России всей давно знакома —
Город сказочный – Уфа!
«Нет прекрасней больше дома!
В моем он сердце навсегда! —
Твердит Иван соображенья. —
В моей душе блистают рвенья
В Уфе девицу отыскать,
Себе навечно замуж взять!
Будет жить она уместно
Всю жизнь со мною заодно,
Явив прекрасное лицо,
Чтоб любовался я прелестно!
Искать девицу я начну,
Чтоб повстречать свою судьбу!»

Иван все мыслит, негодует:
Где любовь ему найти?
Он сам с собой не согласует:
А хочет жить ли он в любви?
А любовь вдали таится,
Она от пламени дымится,
Ее он хочет целовать
И ежедневно обнимать.
А любовь сейчас отныне
Играет в прятки только с ним,
Ведь он всегда неповторим,
Как будто ангелы в святыне,
Он размышляет про любовь,
Что в нем течет, как будто кровь.

Иван твердит так своенравно:
«Любовь! Вселись же ты в меня,
Чтоб сказка вся во мне подавно
Горела искрами огня!
Любовь, причудливо, красиво,
Живи во мне ты нелениво,
И чашу счастья наполняй,
И мне лицо свое являй.
К лицу хочу я прикоснуться
Бледно-розовой губой,
Ведь хочу я жить с тобой
И в сказке сказочной проснуться!
Любовь моя! Скорей приди
И дух во мне ты оживи!»

А любовь разок моргнула
Ивану очень сладких лет,
Она его рукой тянула,
Как солнце всех восьми планет.
Иван сдаваться не желает,
Сейчас он мысленно летает
В своей бесчисленной любви,
Где вся она живет вдали.
Любовь желает распуститься
Внутри Ивана-молодца
Душевно очень, навсегда,
Желает наш Иван влюбиться.
Ищет он любовь свою,
Где прославляют все Уфу.

Иван своей душой свободной
Для девиц – всегда мечта,
Живет он с силой благородной.
Ивану люд твердит слова:
«Ты девицам улыбайся,
Их покорить ты попытайся,
Их тут полно, они везде,
Хотят с тобой жить наравне!
Они любить тебя желают,
Скорее ты сейчас женись,
В свою девицу ты влюбись,
Где в любовь всегда играют!
Тогда ты будешь на коне
При нашем девичьем дворе!»

Кровь кипит в нем молодая,
Совсем как малое дитя,
Она как будто неземная,
Она играет с ним шутя.
Она то шутку приподнимет,
То Ивана вдруг обнимет,
То покажет миру свет,
Который небом всем воспет.
Вдруг небеса сейчас словами
Ивану речь явили всю:
«Девчушек мы тебе вовсю
Подарили с чудесами!
Иван, пойди и не скучай,
Ты девицу повстречай!»

А во дворе стоят девицы,
Иван которых не видал,
Они горячие тигрицы,
Их для Ивана Бог избрал.
Девицы сплетни всем вещают,
Каблучками там мелькают,
Они о чем-то говорят,
Язычком своим шумят.
Эти дивные болтушки
О мужчинах речь ведут,
Размышляют: «Кто же крут?»
Они такие хохотушки!
Во дворе весь смех стоит
И там Ивана нежно мнит.

Сейчас Иван вдруг от желанья
Решил к девицам подойти,
Девицы – плод очарованья,
Он хочет там тонуть в любви.
Начал он слагать устами:
«К вам пришел я со словами,
Что быть приятным вам хочу.
С чего я речь свою начну…
Начну я молвить благодатно,
Что я любовь ищу давно.
И, видно, так мне суждено —
Дарить ее вам многократно!
Хочу понравиться я вам,
Вас хочу обнять я сам!»

Ему девицы отвечают:
«Мы давно в Уфе живем.
Когда нас радостно встречают,
То про любовь мы все поем!
Мы поем лишь не от скуки,
Желаем мы, чтоб наши руки
Творили счастье красоты,
Где тут все здравствуют миры!
Ты красивей, чем все красавцы,
Ты ведь так статен, и силен,
И мощным телом одарен —
Мощь не сломят все мерзавцы!
Ах, на гитаре ты сыграй
И нас поближе ты познай!»

Иван играть стал на гитаре,
Дает немыслимый огонь,
На ночном он тротуаре
Поет как будто ярый конь.
А песни дивные пылают
И девиц всех обнимают,
Чтоб они сейчас же все
Тут танцевали при луне.
Ах, как луна вся возбужденно
Все песни слушает его,
Весь целый час уже давно,
Своей душой к нему влюбленно!
Не зря сегодня день прошел,
Ведь Иван девиц нашел!

Через месяц всех гулянок
В денек Ивана-молодца
Среди своих чудных землянок
Ему понравилась одна.
Его прекрасная Радмила
В первый день же покорила,
Она понравилась ему,
Но он не знает почему.
Может быть, она телесно
Привлекла его с душой
В день чудесный и земной.
Радмиле он твердит словесно:
«Я вдруг тебя тогда нашел
И весь себя же превзошел!

Мне верна ты будь веками,
Как принцесса облаков,
Жить давай лишь с чудесами,
Где много разных уголков!
Давай любить проникновенно
Друг друга вечно и бесценно!
Хочу тебя сильней любить,
Хочу с тобой я жизнь творить,
Хочу с тобой тонуть безмерно
В любви бескрайней и большой,
Где мы живем своей душой
Для людей всегда примерно!
В любовь давай начнем играть
И тут мечты все исполнять!»

Так очень нежная Радмила
Сейчас с Иваном от души
Всем голоском заговорила:
«Я отдаюсь святой любви!
Очень статный ты мужчина,
Нет прекрасней господина,
Руками ты всегда силен
И так в меня сейчас влюблен!
Но наше все существованье
Возможно только с очагом,
Нужен нам сейчас же дом,
Чтоб проводить в нем проживанье!»
Иван Радмиле говорит:
«Моя изба в Уфе стоит!

Строил я избу годами,
Не опуская сильных рук,
Жил я с добрыми мечтами —
Проводить в избе досуг!
Я всю избу трудолюбиво
Построил очень терпеливо,
Чтобы с будущей женой
Жить в избе со всей семьей!»
Вдруг Иван теперь Радмиле
Приглянулся по душе,
Она желает с ним в избе
Жить в блаженном очень стиле,
Чтоб от счастья расцветать,
В чудной избушке проживать!

Красотой сейчас Радмила
Пред Иваном вся блестит,
Она его лишь полюбила,
Она вдруг голосом твердит:
«Ты красив, а также статен,
И по-мужски ты ароматен,
Ты мой мужчина навсегда,
Век буду я любить тебя!
Давай пойдем с тобою ныне
Туда, где звездочка падет
И на планете отдохнет
Как на чарующей святыне!
Хочу желанье загадать,
Чтоб счастье ярко повстречать!»

И вот Иван с Радмилой тайно
На гору дивно поднялись,
Где звезда сейчас случайно
Упала с космоса, кажись.
Они глядят на звезды зримо,
Чтобы звезды нетерпимо
Все подарили им судьбу
И там прекрасную звезду!
А вся звезда сейчас ласкает
Паденьем парочку людей,
Чтоб их вся жизнь была чудней,
Где мир в любви весь утопает.
Упала с искрами звезда…
Таких не знала вся Уфа!

Иван с Радмилой враз успели
Свое желанье загадать,
Они давно уже хотели
Звезду к себе с небес призвать.
А небеса все сотворили
И им душевно подарили
Одну чудесную звезду,
Чтоб их исполнила мечту,
Боги всех планет Вселенных
Чтоб подарили мир любви,
Чтоб было сладко им в пути
Среди созвездий драгоценных!
Чтобы мир весь был чудным
И весь прекрасным, золотым!

К звезде чудесной подбежали
Иван с Радмилой от души,
Они звезду к себе позвали,
Чтоб подарила дар судьбы.
Их судьба то болью душит,
То, возможно, сильно глушит,
То ли радость дарит им?
Ведь этот день благословим,
Как ангел очень белоснежный,
Который счастье им несет
И влюбленность им дает,
Он навеки безмятежный!
Ведь ангел – добрая звезда,
Что приземлилась там спеша!

Звезда им нежно подарила
Любовь блаженную свою,
Чтоб Иван и чтоб Радмила
Жили будто бы в раю!
Иван Радмиле вдруг вещает:
«В твоих очах мой дух страдает,
Ведь он пока что не женат,
Но в этом он не виноват.
Давай зажжем все дни чудные,
Чтоб чудесно жизнь прожить
И много сказок сотворить,
Где живут одни святые!»
Он очень долго говорил…
Ей выйти замуж предложил!

ГЛАВА 2. 1925 ГОД. СВАДЬБА И БУРНАЯ ЛЮБОВЬ

Ах, свадьба добрая гуляет,
Иван с Радмилой будут жить,
Где мир чудесный им желает
Любовь большую подарить.
А любовь же благодушно
Строит им судьбу послушно,
Иван с Радмилой чтоб в душе
Горели будто бы в огне
Любви сияющей и сладкой,
С любовью жили чтоб они
Все бесконечные деньки
И чтоб судьба была их гладкой,
Гуляет свадьба и поет
И вся от радости живет!

На свадьбе этой расцветают
Молодожены, как всегда,
Они одно лишь только знают,
Что их свела одна звезда.
А звезда на небе ясном
Говорит им о прекрасном,
Чтоб они любовь зажгли
В эти все святые дни,
Тогда она вся, несомненно,
Будет только их беречь,
Явив свою чудную речь:
«С душой живите полноценно,
Тогда и счастье к вам придет
И к звездам ярким заберет!

Тогда вся яркая планета
Будет только вам служить,
Она в любовь мою одета,
Она желает вас любить!
Деток вы скорей родите
И жизнь чудную покажите,
А чтоб душою быть сильней,
В любви живите вечных дней,
Тогда, как будто в океане
Всей безоблачной любви,
Чудо к вам придет в пути,
С любовью будто бы в романе!
Поцелуйтесь вы с душой
В этот день сейчас чудной!»

А поцелуи все дарует
Иван Радмиле, будто лев,
Ее он нежно так целует,
Ее губой своей согрев.
Вся пара греется красиво
И всей душой своей игриво
И при родных, и при друзьях,
И при своих сейчас сватьях.
Так в поцелуях пара тонет,
Как кораблик под водой,
В денечек этот неземной
От счастья пара эта стонет.
Иван целуется сейчас,
Давая жару в этот час.

Вокруг друзья и все родные —
На свадьбе этой пляшут все,
Гости в эти дни чудные
Танцуют прям навеселе.
Иван с Радмилой там танцуют
И сказку нежную рисуют —
И это правда и не сон,
Ведь эта пара на мильон!
Радмила грацией пленяет
Ивана, алым каблучком,
А он твердит лишь об одном:
«Во мне звезда одна летает,
Что полюбила только нас,
Нам подарив судьбу за час!

Мы сейчас в избе танцуем
И песни дивные поем,
Мы жизнь прекрасную рисуем
И огонька любви даем!»
А огонек любви толкует,
Что любовь свою дарует
Молодоженам навсегда,
Чтоб больше было в них огня,
Чтоб они все говорливо
Дарили ласку вечных слов
Друг другу явно без концов,
Чтоб любили вечно живо,
Где голубки всегда поют,
Что им любовь свою дают.

А голубки сейчас запели,
Что все желают их любить,
Они давно уже хотели
Речь свою им сотворить:
«Иван! Чудесная Радмила!
Собой звезда вас освятила,
Чтоб вы горели от любви
В эту свадьбу, в эти дни.
Горько! Горько! Утопайте
В поцелуях всех своих,
Очень жарких, дорогих,
Вы целоваться приступайте!
Целуйтесь вы своей губой
В этот день сейчас святой!»

Иван обнял свою Радмилу
И начал нежно целовать,
Он ей явил чудную силу,
Что их желает обнимать.
Они целуются губами
Так, как будто чудесами,
Их губы всех нежнейших сил
Всевышний, видно, освятил,
Они чтоб оба целовались,
Так очень нежно и любя
За беспредельные края,
И чтоб друг другом вдохновлялись!
Они целуются в любви,
Храня любовь в себе внутри!

После всей недели пьянок
Иван Радмиле стал твердить:
«Прошла неделя всех гулянок,
Теперь давай от счастья жить!
Хочу я в счастье окунуться
И с тобою там проснуться,
Где мир блаженный и чудной
Нас всех зовет своей рукой,
Где все галактики, планеты
Так любят только вечно нас,
Любви огонь чтоб не погас,
Мы с ним же будем разогреты!
Хочу родить с тобой детей,
Прошу, как можно поскорей!

Рука моя сейчас крадется
К тебе, Радмила, как к огню,
Тебе рука вся отдается,
Живя как будто бы в раю.
А рай, прекрасный и небесный,
Явил язык нам свой словесный,
Что хочет крепко нас обнять
И всей губой поцеловать,
Чтоб моя рука нежнейше
Тебя потрогала слегка,
Так, как будто до огня,
По телу двигаясь милейше,
Рука явила свой закал,
Я с нею ярко засиял.

Рука в пленяющем закале
К твоим сейчас пришла ногам,
Рука желает в идеале
Тебе отдаться, как Богам!
Ах, ты прекрасная Богиня!
Ты в этой сказке – героиня,
Рукой ласкаю я тебя,
Давая жару и огня!»
И вот его рука по ножкам
Мчится будто по волнам,
Руку всю он водит сам
По бесчисленным дорожкам
Всей телесной красоты,
Где чувства все его теплы.

По волнам сейчас телесным
Мчится крепкая рука,
С духом всем Иван небесным
Рукою водит без труда.
То ей он слева путь покажет,
То о любви устами скажет,
То он направо поведет,
На ножки руку он кладет
Своей пленяющей Радмилы,
Она от ласковой руки
Уже летает вне земли,
Их игры все прелестно милы,
Нельзя игру всю оценить,
Ее возможно лишь любить.

Рука Радмилу так ласкает,
Как сможет только лишь орел,
Рука на ножках утопает,
Иван с рукой сейчас зацвел.
И вот рука по нежным ножкам
Летит как будто по дорожкам
Наверх к красивому лицу,
Потрогать чтоб его жену.
Рука за миг скорей стремится
Все тело нежно обуздать,
Чтобы с ним в игру сыграть,
Желая телом насладиться.
Вся эта с чувствами игра
Их всех заводит без конца.

Иван рукою пробуждает
В Радмиле сердце, как огни,
Рука по ножечкам шагает,
Она творит сейчас шаги.
Вся рука безумной славы
От своей чудной забавы
По ножкам ходит день и ночь,
Она желает приволочь
Счастье сказочной Радмиле,
Была она чтоб горяча
Так, как будто от костра
В живописной очень силе.
Рука шагает по ноге,
Такого нет нигде в стране!

И вот теперь рука чудная
К бедрам движется сейчас,
На рельефность невзирая,
Являет пыл в горячий час.
А пыл горит так возбужденно,
Он проникает увлеченно
В Радмилу сказочной души,
Чтоб она жила в любви.
Теперь рука вдруг оказалась
На бедрах пылких, как сапфир,
Весь нежен их любовный мир.
Звезда небес залюбовалась
Их всей любовью в этот час,
Она твердит им без прикрас:

«Иван и нежная Радмила!
Будьте вы счастливей всех,
Где я же вас благословила
И где цветет большой успех!
Иван, рукой обыкновенной
По Радмиле драгоценной
Стремись как будто по огню,
Ведь я обоих вас люблю!»
Рука Ивана в одночасье
Всю нежит талию ее,
Иван уже давным-давно
От Радмилы ждет согласье,
Чтоб ее собой согреть
И в вечность ярко улететь!

Рука его теперь доходит
Вдруг до чудного декольте,
Рукою сам Иван там водит
По всей телесной красоте.
По телу будто по комочкам
И по пахнущим цветочкам —
Так, верно, движется рука,
Дойдя до яркого лица.
Иван прижал лицо Радмилы,
И начал пылко целовать,
И очень нежно обнимать
От своей нежнейшей силы.
Все обнимаются они
Там ночью в комнате, в тени.

А ветерок теперь ласкает
Власа Радмилы так пестро,
Ее он нежно так питает,
Как будто бы свое дите.
Ветер весь разбушевался
И Радмиле весь отдался,
Ее ласкает он собой
Так, как будто бы рукой.
Теперь одежда вся с Радмилы
Слетела ввысь от ветерка,
Вся такова ее судьба,
Ее все прелести так милы…
Обнажена она теперь,
Иван, глазами ты поверь!

Иван своими же глазами
Увидел дивную ее,
Он сейчас же со слезами
От счастья ей явил лицо.
Лицо к губам ее коснулось
И очень нежно улыбнулось,
Чтоб Радмила все года
Была такой же пылкой вся.
А пыл ее сейчас вещает,
Что он желает в этот день
Пополнить счастье на ступень,
Где их звезда всегда летает.
Пусть будут счастливы они
Всей этой ночью от души.

Радмилу телом утоляет
Иван, как будто бы стрела,
Ее собой он окрыляет,
Она была чтоб горяча.
А Радмила с каждым вдохом
Говорит теперь с подвохом:
«Иван, рукой меня ласкай,
Еще сильней в себя влюбляй,
Я лишь тебе являю фразы,
Что в блаженстве я живу
Так, как будто бы в раю,
Явив телесные показы!»
Зажглась Радмила в этот час
В любви красивой без прикрас!

ГЛАВА 3. 1926—1935 ГОДЫ. ДЕТИ

Иван Радмилу всю забавить
Решил огнем телесных сил,
Чтоб огня в любви прибавить,
Ей он себя же подарил.
А там Радмила удалая
В постели сказочно святая,
Она Иванушке твердит:
«Во мне огонь любви горит,
Моя телесная природа
Тебя желает ублажать
И вся годами восхвалять,
Чтоб была тебе угода!»
Вдруг забеременев, она
Стала жить не как вчера.

Иван теперь со всей душою
Ждет рождения детей,
Он живет с одной мечтою —
Детей увидеть поскорей.
Постепенно дни проходят,
И все Ивану производят
Очень бурный интерес:
«Так кто родится из чудес?»
А может, чудо – ангелочек,
Который к ним с небес придет
И вдруг детишек приведет,
Как будто верный их дружочек!
Ждет Иван наш день за днем,
Чтобы жить с чудным дитем!

И вот Радмила в то мгновенье
Жизнь подарила близнецам.
Она имеет убежденье,
Что жизнь дала чудным парням,
Двух родила она мальчишек
Этих сказочных братишек.
Кормя грудным их молоком,
Речь затвердила языком:
«Я своей чудной ладошкой
Глажу вас, как ту звезду,
Что вся сверкает наверху!»
Их Радмила кормит ложкой,
Чтоб все насытились едой
В день рождения впервой.

И имена детишкам дали:
Теперь с Радмилою Иван,
Оба все они сказали:
«Детей зовут: Артем, Богдан —
Так мы в согласии решили!» —
Так оба хором заявили!
Все детки малые растут
И маму с папой сильно чтут!
Мама с папой всей душою
Любят лишь своих детей
На свете этом всех сильней,
Со всею радостной слезою!
Вот так проходит каждый день,
Как будто солнечная тень.

Иван свои слова являет:
«Ах, вы же деточки мои!
Во мне любовь та проживает,
Что вся горит у вас внутри!
Любовь вся в мире необъятном
Вам говорит лишь о приятном,
Чтоб был у вас чудной настрой,
Его познайте вы душой!
Вы с любовью лишь живите
Так, как будто бы в огне
И в облаках на высоте,
Вы любовь всегда творите!»
Иван их учит лишь добру,
Что проживает там в раю!

Деньки бесценные проходят,
Как будто солнечная тень,
Деньки в Радмиле все заводят
Любовь на яркую ступень,
Чтоб мать чудесная Радмила
Семью свою всегда хранила,
Чтоб семья бесценных дней
Была прекрасней и чудней!
Детки их пока что крошки,
Они еще пока малы,
Но духом все уже сильны,
У них нежнейшие ладошки.
Проводят в сказочной любви
Все детки вечные деньки.

Иван с Радмилой захотели
Жизнь новым детям подарить,
Они друг другом завладели,
Стремясь друг друга покорить.
Они сплелись, как ветви мира,
Как из Вселенского сапфира,
Где звезды вечные поют:
«Все небеса вас вечно чтут!
Вы, любовью мир пронзая,
Детей родите, просим вас,
Чтобы в этот яркий час
Жить, так сказочно блистая!
Окунитесь в мир любви,
Где все сияют вечно дни!»

Иван свою сейчас Радмилу
Руками нежными схватил,
Он проявил чудную силу
Любви заоблачных светил.
Любовь вся их горит святая,
Она отныне неземная,
Она уже премного лет
Льет на них блестящий свет.
Он льется сказочно в их души
И как огонь на небесах,
Как будто капелька в морях,
Что хочет выпрыгнуть из суши.
Иван Радмилу так обнял,
Что враз сильнее засиял!

Став беременной, Радмила
Хранит семейный свой очаг,
Она так долго говорила:
«Живу в семье я вечных благ!
Ах, нарожу я скоро деток,
Этих добрых малолеток,
Их я хочу всех воспитать,
Дарить им только благодать!
Я хочу сказать сердечно,
Что скоро деточек рожу,
Жизнь для них я сотворю,
Живут они пусть бесконечно!»
Теперь Радмила родила
Опять двух мальчиков, любя!

Иван от счастья загорелся,
Он хочет деток целовать,
Он на детишек засмотрелся,
Их он желает обнимать.
Деток держит он руками,
Решивши речь сказать устами:
«Ах, детки! Деточки мои!
Живите вы в моей любви,
Беречь вас буду терпеливо,
Чтоб ваша добрая душа
Была счастливой все года —
Очень сказочно, красиво!
Я воспитаю вас с душой,
Ведь я же папа ваш чудной!»

Одного назвали – Гришей
Папа с мамочкой любя,
А другого сына – Мишей,
У них чудные сыновья.
Ах, как Иван нетерпеливо
Хочет взять их торопливо
На ручки, миленьких детей,
Чтобы их любить сильней,
То ладошкой он погладит
Деток очень славных лет,
То споет для них куплет,
Он с детьми прекрасно ладит.
Их он ведь любит всей душой,
Чтобы путь их был большой.

Иван то сказочку расскажет
Своим же деткам четырем,
То им стихи свои покажет,
Он их ведь любит день за днем,
Им ведь Иван всегда вещает:
«Во мне любовь всегда летает,
Она стремится только к вам
Так, как будто к чудесам,
Любовь мою скорей возьмите —
И вы живите только с ней!
И нет прекрасней сыновей!
С моей любовью в путь летите!
Я так хочу, чтоб в жизни вы
Все расцветали, как цветы!»

Года бесследные проходят,
А сыновья всегда растут,
Они уже на ножках ходят
И как все взрослые ведут.
Стали все они большими
И богатырски так другими,
Сила в них сейчас растет
И мощность им всегда дает.
Они семейству помогают,
Они наколют то дрова,
То печь растопят до конца,
Хором все они вещают:
«Мама, папа! Мы для вас
Трудиться будем каждый час!

В нас живет то осознанье,
Что нужно вам ведь помогать,
Отцу даем всегда признанье
И маме вечно благодать!
Мы, как будто ангелочки,
Все года без заморочки
Служить душою будем вам,
Как будто райским небесам!
Мы по хозяйству непременно
Помощь будем вам творить,
Чтоб сильнее вас любить,
Ведь это свято и бесценно!
Работать будем вчетвером,
Чтоб счастливей был наш дом!»

Ах, какие же мальчишки!
Они даются все труду,
Чудные эти ребятишки —
Все труд являют как игру.
Они все трудятся с душою,
Со всей прилежной глубиною,
То приготовят вкусный суп,
То наколют бравый сруб,
Их ум живет всегда с мечтами —
Сделать сказку для семьи,
Чтоб мама с папой вопреки
Все отдыхали вечно днями!
Они являют труд всегда —
Так ежедневно без конца.

Недели, годы все проходят,
И скоро в школу им пора,
Маму с папой благородят
Лишь их чудные сыновья.
С каждым днем они взрослеют,
Своих родителей жалеют,
Чтоб отдыхали так они
Все различные деньки.
Нужно в школу собираться,
Сентябрь – первое число,
В этот день как торжество
Детишкам нужно осознаться,
Что ведь учиться нужно им,
Ведь этот день благословим!

Иван теперь заболевает,
Бессменно кашель все идет,
Своим сынишкам он вещает:
«Вас в школу мама поведет,
Я весь грущу, и я болею,
Я заразил свою трахею,
Как – я не знаю почему
И абсолютно не пойму.
В школу вы шагайте смело,
И все учитесь там с умом,
И ночью с красочным огнем,
Старайтесь вы всегда умело!»
Их в школу мама привела,
Чтоб там учились до конца!

В школе празднично танцуют,
Все дети радуются дню,
Учителя там все даруют
Всем детям знанья наяву.
Там стоит один мужчина,
Похожий очень на блондина,
Из многих там учителей
Он отличался всех сильней.
Ему прекрасная Радмила
Там, от детей своих вдали,
Вдруг речь явила вопреки:
«В вас живет мужская сила!
Скажите вы, как вас зовут?
От вас девицы все падут!»

Речь явил свою мужчина:
«Меня зовут всегда Матвей,
Да, похож я на блондина,
Да, я на свете всех сильней!
Ко мне на ты лишь обращайся
И так же нежно улыбайся,
В твоих глазах любовь живет
И так чарующе цветет…
Я так хочу ее словами,
Как листик дерева, ласкать
И лишь ее обожествлять
Со святыми небесами!
Сейчас понравилась ты мне,
А красотою – так вдвойне!»

Иван до ночи неизменно
Ждал, когда они придут,
В его душе проникновенно
Уже предчувствия растут:
«А вдруг моя сейчас девица
Порою стала как блудница?»
Здоровым стал Иван зараз,
Когда семью увидел в час.
«Учеба чудно проходила,
Там всех полно учителей
И всех родителей, детей!» —
Твердит ему с душой Радмила.
Сентябрь, первое число —
Вот так насыщенно прошло!

ГЛАВА 4. 1936—1940 ГОДЫ. ИЗМЕНА

Деток в школу ежедневно
Радмила водит не спеша,
В школе там пред ней душевно
Прошла любовная искра.
Ведь эта странная Радмила
Там вдруг Матвея полюбила,
Свой завязала разговор,
Слов бесчисленных набор:
«Во мне-то ангел воцарился,
Волшебно он во мне живет,
Как птица райская цветет,
Дух ведь мой в тебя влюбился!
Давай любовь мы заведем
И так красиво заживем!

Давай творить чудную сказку
Для нашей жизни от души,
Яви блаженную ты ласку,
Чтоб я горела от любви.
Пусть душа любви несчетной
Будет пылкой и почетной,
И по секрету я скажу,
Что я тебя всегда люблю!»
А Матвей там с нетерпеньем
Стал слагать свои слова,
Что к нему пришла пора
Любви с чарующим значеньем!
Речь он Радмиле проявил
И так душевно поразил:

«Моя прекрасная Радмила!
Ты ведь румяна и мила,
За что меня ты полюбила?
Зачем ко мне же ты пришла?»
Радмила речью непременно
Слагает нежно неизменно:
«Ведь я люблю тебя за то,
Что ты цветешь, как божество!»
«Я сейчас же так влюбленно
Лишь на твои глаза смотрю,
Ах, как я сильно их люблю! —
Матвей сказал непревзойденно! —
Давай с любовью только жить,
Друг друга сказочно любить!»

Нежным голосом Радмила
Твердит ему теперь в ответ:
«Тебя судьба мне подарила,
Хочу с тобой жить много лет!
Во мне живет огонь любовный,
Он красивый, безусловный,
Скажи на ушко мне сейчас,
Как зажечь любовный час?
Как покорить тебя душою?
Посуду, может быть, тебе
Я подарю сейчас вполне,
Чтобы быть всегда с тобою.
Прошу, пожалуйста, скажи
И все запросы опиши!»

А Матвей, пуская слезы,
Радмиле ласково сказал:
«В жизни всей моей курьезы
Живут, пылают, как скандал.
Ах, в нищете я проживаю
И все слова свои слагаю,
Что нет посуды у меня
И ем руками я всегда!
У меня-то нет тарелок,
Я не знаю, как мне быть,
Сколько можно с горем жить,
Нету даже самоделок!»
И вот прошел весь разговор —
Слов бесчисленных набор.

И вот изменница Радмила
К Ивану вдруг пришла домой
И там ему же заявила:
«Кризис в школе и застой,
Нету в школе там тарелок
И даже разных самоделок,
С которых кушать бы могли
Дети в школе там, внутри! —
Ах, как же врет ему Радмила! —
Ты ведь-то мастер, ты ведь ас,
Ты смастери тарелки враз! —
Она приказом говорила. —
Тарелки сделай ты к весне
И будь всегда навеселе!»

А наш Иван любое древо
В конфетку сможет превратить,
Ведь деревянное он чрево
Любое сможет смастерить!
Краснодеревщик он отменный,
Он талантом – драгоценный.
Он сам руками с мастерством
Творит поделки все с добром.
Теперь чудесные тарелки
Иван из дерева творит,
Ведь в нем душа уже горит
Все сделать эти самоделки!
Он так работает всегда —
Каждый день и допоздна!

Иван в работе увлеченно
Тарелки долго мастерит,
Он душой раскрепощенно
Уже Радмиле говорит:
«Какие бедные детишки —
И девчонки, и парнишки, —
Что все руками лишь едят
И все с тарелок есть хотят.
Исполню их навек желанье,
Они от счастья чтоб зажглись
И все тарелкам отдались,
Чтоб там не снилось голоданье!
Ах, как хочу я поскорей
Тарелки сделать для детей!»

Теперь Ивану вдруг Радмила
Голос нежный свой творит:
«Просьбу я тебе явила,
Весь голос мой тебе велит,
Чтоб ты, мужчина мой, руками,
С очень твердыми словами
Скорей тарелки смастерил,
Детишек в школе удивил!
Ведь все прекрасные детишки
Ждут все тарелки от тебя,
Всей душой к тебе, любя,
Все девчонки и парнишки!
Ты смастери подарок им,
Ведь ты душой благословим!»

Иван прекрасные тарелки
Днем и ночью мастерит,
Он все из дерева поделки
Руками добрыми творит.
А вся работа так резвится,
Она отныне так стремится
Труд огромный завершить
И все тарелки сотворить.
Проходят все деньки и ночи,
Являет труд чудной Иван,
Умом творит он точный план,
Все проницательные очи
Иван являет без конца,
Творя тарелки допоздна!

И пролетает день несчетный,
И вдруг Иван слова творит:
«Труд навеки мой почетный,
Ведь он во мне всегда горит!
Он весь горит так лучезарно
И, по правде, так шикарно,
Как будто яркая звезда —
Она и есть моя душа,
Ведь я свои же все творенья —
Трудом пронзительной черты,
От всей блистательной души
Так сотворил от удивленья!
Прошу, Радмила, ты прими
Тарелки эти все мои!»

Теперь изменница Радмила
Вдруг все тарелки понесла.
И вот Матвею заявила:
«Прими подарок навсегда!
Я сейчас же так влюбленно
И всей душой раскрепощенно
Хочу тарелки подарить,
Лишь я смогла их смастерить!
Ты с тарелок этих кушай,
Ведь тарелок лучше нет
Среди мильона ста планет!
Ты меня сейчас послушай!
Чем угодить же мне еще?
Ведь сделать я хочу добро!»

«Ах, ты прекрасная Радмила! —
Теперь Матвей ей говорит. —
Меня подарком покорила,
Твой лик меня сильней дивит!
Очень нежные тарелки
Все получились самоделки,
Я буду кушать с них всегда
И ежедневно допоздна!
Но я скажу тебе, однако,
Что я давно уже женат,
Но для тебя пока я брат,
Жить устал я так двояко!
Я пред женой своей молчу,
Что я тебя всегда люблю!»

Его любовница Радмила
Ему сказала без души:
«Твоя жена мне заявила
От нездоровой головы,
Что ты отныне лицемерный
И душой своею скверный! —
Ему Радмила лишь врала,
Она корыстью польщена,
Чтоб его с женой поссорить! —
Ах, я тебе скажу одно,
Что ведь она то существо,
Что хочет лишь тебя позорить!
Ты про нее скорей забудь
И моим ты только будь!»

И вот Матвей со всем скандалом
К себе домой теперь пришел,
Он там сказал жене о малом:
«Так кто же злость в тебе завел?
Зачем же ты меня позоришь?
Зачем со мною ты же споришь?
Ведь я тебя всегда люблю,
Тебя словами не гублю,
А ты стереть всю жизнь решила!
Ты сплетни скверным язычком
Про меня твердишь кругом!
Зачем же ты так поступила?
Зачем? Прошу тебя, скажи
И по-другому поступи!

Я для семьи всегда ночами
Тарелки эти мастерил,
Чтоб мы все ели с них часами,
Труд я в них большой вложил,
А ты поступком некрасиво
Всем твердишь красноречиво,
Что муж я твой всегда злодей,
Что ненавижу я людей!
Зачем ты людям говорила
Такие скверные слова
Все постоянные года,
Тебя змея коль укусила?
А может, ты не с той ноги
Встала утром без души?»

С женой Матвей деньки ругался,
Там были крики и скандал,
С ней он чуть ли не подрался,
Но драки все же избежал.
Они друг другу лишь твердили
О том, как мирно как-то жили,
А вдруг потом пришел разлад,
И абсолютно не на лад,
В них искра любви бодрящей
Потухла в очень тусклый миг,
В их глазах любовный блик
Стал лишь злостью настоящей!
Ругались долго так они
Все очень долгие деньки!

Жизнь Матвей вдохнул по новой,
Ведь он Радмилу встретил там,
Где звезда любви плодовой
Дается ярким чудесам.
Там нет хлопот и нету скуки,
Любят все там без разлуки,
Там царит лишь тишина
И влюбленность их одна.
Их любовь проникновенно
Так заряжает их с душой,
Они чтоб оба не впервой
Любили сильно и отменно,
Чтоб мир прекрасный от души
С ними жил от всей любви!

Матвей с любовницей Радмилой
В любви решили утонуть
Со звездой прекрасной, милой,
Чтоб все преграды отпугнуть.
Матвей Радмиле лишь вещает:
«Рука моя вся утопает
В твоем прекрасном декольте,
Я весь теперь навеселе,
Я сейчас же пред тобою
Готов влюбленность завести,
Чтобы жить всегда в любви
Раскрепощенной всей душою!
В нас огонь любви чудной
Пылает, как мудрец святой!»

И вот теперь схватил Радмилу
Матвей, ее рукой прижав,
Он ей явил благую силу —
Любовь, с собой не совладав.
А вся душа его красиво
Радмилу любит, нелениво,
Ведь он ее боготворит,
Она в его душе искрит.
Все это яркое свиданье
Вдруг подарило им судьбу,
Как будто в сказочном раю,
Чтобы к ним пришло дыханье!
Про бурный их сейчас роман
Не знает верный муж Иван.

ГЛАВА 5. 22 ИЮНЯ, 1941 ГОД. НАЧАЛО ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ

Туда-сюда Иван шагает
Возле всей своей избы,
Свое он зренье устремляет
Вглубь уфимской красоты.
Он видит там сейчас погоду,
Что одарила всю природу
Своей слезой уже с утра,
Ведь дождь прошел еще тогда.
От дождя теперь цветочки
Все расцвели по всей Уфе,
Цветы нарвал Иван жене
Нежно и без заморочки.
Бессменно там Иван глядит,
Природу взглядом всю дивит.

Иван своими же глазами
Видит лишь вокруг покой,
Он ходит там сейчас кругами,
Любуясь красочной Уфой!
Иван увидел на мгновенье
Звезд красивых, как забвенье,
Они блестят там, наверху,
И украшают всю Уфу!
Звезды красочным сияньем
Все освещают облака,
Чтоб вся красивая Уфа
Жила с чудесным расцветаньем!
Уфа так сказочно цветет,
Ей там Иван любовь дает!

Иван своим же зорким глазом
Теперь вдруг смотрит на людей,
Они как будто бы экстазом
Уфу всю делают чудней.
Люд пока живет спокойно,
А там Иван весь беспокойно
Живет с предчувствием одним,
Что день сейчас неумолим,
Что день сегодняшний без правил
К нам приведет скорей врагов,
Чтоб мы горели без концов,
Чтоб мир над нами весь лукавил.
«Но что нас ждет-то впереди? —
Иван все молвит вопреки. —

В Уфе людей давно веселых
Я вижу глазками сейчас,
Нету в них грехов тяжелых,
Как очень каменный окрас.
Природа вечно попевает,
Что ни капли не страдает,
Вокруг от счастья все живут
И всем улыбки раздают,
Вокруг порыв добра несчетно
Заводит всех сейчас людей,
Чтобы мир был почудней
В Уфе причудливой почетно!
Вокруг и счастье, и добро
Царит с годами так давно!

Я вижу, как мои мальчишки
В футбол играют, как орлы,
Эти светлые парнишки
Есть украшенье всей Уфы!
Они красиво так играют,
В ворота метко забивают
И все зовут меня к себе
Играть в футбол навеселе —
Во мне живет предположенье,
Что все же это не к добру,
Во мне страдает наяву
Одно тяжелое волненье.
Оно страдает лишь внутри
От очень горестной души!»

С виду радостный денечек
Пока ничто не предвещал,
Иван еще один цветочек
Для жены своей сорвал.
И вот Иван так очень дивно,
Всей душою, позитивно
Жене букетик подарил,
Ее душевно восхитил
И начал ей теперь устами
Слова простейшие слагать:
«Во мне вдруг стало проживать
Теперь предчувствие слезами!
Мое предчувствие гласит,
Что к нам война сейчас спешит!

Мое нервозное волненье
Портит лишь сейчас во мне
Настрой в тяжелое мгновенье,
Я так хочу твердить тебе,
Что скоро к нам война нагрянет
И всех мужчин к себе затянет,
Чтоб страдал простой народ
Каждый день и круглый год,
Чтоб все народы на планете
Горели будто бы в аду
Со всею яростью вовсю
При нашем очень ярком лете!
А лето доброе пока,
Ведь не пришла еще война!»

Ивану голосом Радмила
Словами нежными твердит:
«Война пока не наступила
И мир пока что не горит!
Ты забудь непринужденно
И очень удовлетворенно
Сейчас предчувствие свое,
Пусть оно уйдет на дно
И в пепле яростно сгорает.
Ты про предчувствие забудь,
Оно пройдет когда-нибудь.
Смотри, Артем в футбол играет,
Он только что забил свой гол,
Ему судья очко зачел!

И прекрати меня тревожить
Всем предчувствием своим,
Счастье чтоб свое умножить,
Сыграй в футбол ты лучше с ним,
В футбол играют там братишки —
Все наши добрые детишки,
С ними ты в футбол сыграй,
В игре чудесной протекай,
Как вся водица в водоеме,
Что всех желает утолить,
Футбол пытайся полюбить,
Будто ты живешь в истоме!
Играть иди с детьми футбол,
Ах, ну забей же ты им гол!»

Во дворе все их детишки
Ивана с криками зовут,
Эти добрые мальчишки
Только радость издают.
И вот Иван теперь играет,
Им всем он время уделяет,
Играет он в чудной футбол,
И вот теперь забил он гол.
Он играл в футбол часами,
Играть теперь он прекратил,
Он отдохнуть теперь решил.
Смотрит он опять глазами…
Он на Уфу опять глядит,
Где жизнь кипящая бурлит!

А в Уфе весь мир мгновений
С Иваном хочет говорить:
«Забудь предчувствие прозрений,
Начни без мыслей вечно жить!
Забудь про все навеки войны,
Где люди вечно беспокойны,
Закрой на миг свои глаза
И повтори сто раз слова,
Что ты желаешь мир увидеть
Весь не таким же, как сейчас,
И пусть святым он станет враз,
И ты не смей его обидеть!
К семье своей зажги любовь
Нежным чувством ярко вновь!»

Иван природе всех мгновений
Стал твердить свои слова:
«Во мне живет сто опасений,
Что скоро к нам придет война!
Я в опасеньях утопаю,
И я сегодня так страдаю,
Как будто я горю в огне
В нашей сказочной Уфе.
Пойду из дерева игрушки
Своим я детям мастерить,
Хочу сейчас им подарить
От всей души я погремушки,
Чтоб отвлечься от беды
И от предчувствия войны!»

И вот Иван из древесины
Стал игрушки мастерить,
Он с трудом и без рутины
Их детям хочет подарить.
Работа длится вся часами,
Он творит сейчас руками
Лишь погремушки для детей,
Рады были чтоб сильней!
Иван там точит, режет, пилит
Всю древесину от души,
Он как ведь мастер вопреки
Труд прекрасный свой осилит.
Все погремушки вдруг уже
Готовы деточкам вполне.

Теперь детишки все играют
В погремушки в этот час.
И вдруг по радио вещают:
«Фашизм обрушился на нас!
Война бесстыжая капризна,
Чтоб горела вся отчизна!
Фашизм напал на всю страну,
Чтоб мы горели все в аду!
Чтобы люди на планете
Все жили горестно всегда
И чтоб горели от огня
На нашем очень добром свете!
На войну теперь мужчин
Заберут всех без рутин!»

Сила мысли воплотилась
Лишь у Ивана в эти дни,
А вовсе, может быть, приснилась
Ему война вся вопреки?
Иван все молвит со слезами:
«На мир глядел я весь глазами,
И счастье видел я у всех —
Все очень точно, без помех,
Эти чувства предвещали
Нам лишь горячую войну
И очень страшную судьбу,
Чтоб мы, все люди, погибали!
Мое предчувствие сбылось
И обстановкой напряглось!»

Бронь отчизна наложила
Вдруг на Ивана-молодца,
Ему Радмила говорила:
«Мы многодетная семья!
И вот поэтому сегодня
Дивимся волей мы Господня!
Ведь бронь сейчас же на тебе,
Скажи спасибо ты судьбе!»
Ну а любовника Матвея
Вдруг на учение вовсю
Отправят в город тот Дубну,
Его вся жизнь как лотерея!
И вот Радмила говорит:
«Иван, война нам всем грозит!

Для нашей памяти семейной
Все смастери сердечко ты
Из древа силою идейной
От всей душевной красоты.
Когда уйдешь ты на сраженье
В очень страшное мгновенье,
То на сердечко я взгляну
И все молитвы пропою!
И, о тебе я вспоминая,
На сердце буду лишь глядеть
И за тебя душой болеть,
Как дева лишь твоя святая!»
Иван сердечко смастерил,
С душой Радмиле подарил!

Теперь спешит сейчас Радмила
Скорей к Матвею на вокзал,
Она так долго говорила:
«Наша жизнь как сериал,
Который счастья нам желает
И в наших душах утопает,
Как будто в море всех морей
Среди бесчисленных людей!
Я так тебе хочу сердечко
Свое из древа подарить,
Его начни боготворить,
Явив красивое словечко,
Что хочешь лишь меня обнять
И нежно так поцеловать!

Все это яркое сердечко
Поможет думать обо мне,
Скоро ты уйдешь в местечко,
Где люд страдает на войне!
Сердечко это смастерила
Твоя прекрасная Радмила!
Ты на войне его храни
И всей душою береги!
Тебе скажу теперь устами,
Что лучше бы мой муж ушел
И на войне все счеты свел
Со всеми ярыми войсками!
Я буду век в душе твоей,
Тебя люблю всего сильней!»

Матвей теперь сказал Радмиле:
«Сердечко буду я беречь!
Я всей своей могучей силе
Даю свободу в сердце течь!
В Дубну поеду на ученье
Я в тоскливое мгновенье,
Потом куда уеду я,
Моя не знает голова».
Они разок поцеловались,
И на прощанье обняли́сь,
И как две звездочки слили́сь,
Друг с другом оба попрощались!
Матвей поехал так вовсю
Теперь на поезде в Дубну!

ГЛАВА 6. 1941 ГОД. ПРИЗЫВ НА ВОЙНУ

Радмила очень сильно плачет,
Как плачут вечно облака,
И все эмоции не прячет,
И вдруг в уме твердит она:
«Плачу я лишь за Матвея,
К нему всем сердцем тяготея,
Пусть он придет с войны скорей,
Где гибнет множество людей!
Он на войну так благородно
Весь защищать пошел народ,
Где злости тьма всегда живет,
Страдать он будет ежегодно.
Я лишь в печали вся сижу
И мысли все не разберу.

Я так Матвея полюбила,
Как свой же аленький цветок!» —
В уме сейчас твердит Радмила.
По ней прошелся холодок
От горя долгого страданья,
Являя нежные вздыханья.
К ней Иван вдруг подошел
И разговор свой с ней завел:
«Что ж ты плачешь и рыдаешь?
Так чем же ты огорчена?
В другого, может, влюблена?
А что ты голову качаешь?
Прошу, ты дай же мне ответ
В этот красочный рассвет!

И почему твои ладошки
Все так от холода дрожат?
И почему твои две ножки
По полу трепетно стучат?»
И вдруг прекрасная Радмила
Теперь Ивану заявила:
«Я молюсь лишь за тебя,
Чтоб не взяла к себе война,
Где капризно с алой кровью
Мужчины гибнут на войне,
Я волю всю даю слезе! —
Радмила молвит всей любовью. —
Я от волненья так дрожу,
Тебя ведь я всегда люблю!»

Теперь Иван своей Радмиле
Явил свою простую речь:
«Я даюсь духовной силе,
Хочу в тебе покой зажечь,
Ведь все твои переживанья
Имеют все обоснованья,
Их все нельзя остановить,
С ними можно только жить.
Про меня же ты не думай,
Забудь войну как страшный сон,
Молись ты лучше у икон
И плакать ты, прошу, не вздумай!
Молитвы лучше почитай,
Прошу, ты больше не вздыхай!»

Теперь повестка поступила,
Что текстом сумрачным гласит:
«Война всем людям заявила,
Что в ней простой народ горит!
Ивану нужно одеваться
И поскорее собираться
На обучение в Дубну,
Чтоб победить потом войну!
Недолго нужно обученью
Свою всю душу посвятить
И вдруг потом всем заявить,
Что готов всегда к сраженью!
Иван, ты вещи собирай,
В Дубну на поезде езжай!»

Не соизволила Радмила
Ивана вольно проводить,
Она в уме ведь заявила,
Что с ним не хочет больше жить.
А их прекрасные детишки —
Все эти странные братишки —
Про папу думать не хотят —
Внутри себя так говорят!
Они считают, что наследство
Скорей в их руки попадет,
Отец их скоро ведь умрет…
Вот так проводят малолетство,
Ведь дом оформлен на отца,
Где проживает их семья!

Приехать наш Иван стремится
Теперь на поезде в Дубну,
Чтобы в воина превратиться,
Разбив фашистов всех вовсю.
Пока он едет – негодует
И сам с собой не согласует,
И говорит он про себя:
«Меня забыла вся семья!
И явно я семье не нужен,
Хоть здесь на месте погибай
И жизнь свою навек стирай,
Ах, как я горестью нагружен!»
И вот в Дубну приехал он,
Как будто новый снится сон…

И вот Иван в казарме строгой
Там обустроился теперь,
Он там находится с тревогой,
В казарме вдруг открылась дверь.
Зашел блондин – простой мужчина,
Как будто яркая картина,
Что вся являет свой портрет
Очень сладких вечно лет.
Иван теперь нетерпеливо
С ним познакомиться решил,
И вдруг он с ним заговорил
Там всей душою говорливо:
«Меня зовут всегда Иван,
А тебя как звать, дружбан?»

Блондин чарующе красивый
Явил Ивану вдруг слова,
Как человек самолюбивый:
«Меня Матвей зовут всегда!
Я из Уфы сюда явился,
И там я сильно так влюбился,
Что аж словами не сказать,
Ничем нельзя их описать.
Есть любовница чудная
Там у меня на много лет,
Она мне дарит вечно свет —
Губами будто бы святая!
Дружище мой, ты подскажи,
Как покорить ее в любви?»

«Я тоже из Уфы явился. —
Молвить начал вдруг Иван. —
И там я тоже так влюбился,
Как будто в плачущий обман!
Начало наших обсуждений
Явило много удивлений,
Давай болтать лишь о любви
К девчушкам нашим от души.
Свою прекрасную девицу
Ты всегда везде целуй,
Ее подарками балуй,
Как души своей частицу!
Тогда она среди ночей
Навеки будет лишь твоей!»

Матвей от этого совета
Зажегся будто бы огонь,
В нем явилось много света,
И заиграла в нем гармонь!
Гармонь в душе его играет
И нежно в мыслях утопает,
Мысли строит там Матвей:
«Я на свете всех сильней
Хочу любить ее красиво! —
Матвей в уме же говорит. —
Во мне огонь любви горит
Прям сейчас благочестиво!
Тебе спасибо за совет,
Его приму на много лет!»

Там деревянное сердечко
Матвей сильнее сжал в руках,
Иван явил ему словечко:
«Сердце это все в слезах,
Ты, Матвей, слезу пускаешь
И сердце нежное питаешь,
Знакомо сердце мне твое,
А может быть, оно мое?
Где сердце взял же ты чудное?
Ты речь скорее сотвори,
Мне все правдиво расскажи,
Оно такое неземное!»
Матвей еще слезу пустил,
Ивану чутко затвердил:

«Ах, это сердце я успешно
Из дуба быстро смастерил,
Его тогда я так безгрешно
Всей душою полюбил! —
Матвей враньем ему слагает. —
Мне все оно напоминает
Мою любовь большой души,
Ведь я ее храню внутри!»
Спустя часы всех разговоров
Матвей сердечко вдруг свое
Кинул в мусорку на дно,
Без души и без разборов.
Иван миг этот не видал,
Ведь, сидя, он пока молчал.

Вдруг теперь Иван случайно
Вот к этой урне подошел,
Про себя сказав же тайно:
«Сердечко в урне я нашел!
Оно от солнышка блистает,
К себе меня лишь привлекает,
Должно оно не в урне быть,
Оно должно со мною жить.
Раз Матвею так невзрачно,
Не нужно это сердце прям,
Тогда его возьму я сам,
Так поступлю я однозначно!
Будет сердце лишь моим,
Чтоб я был благословим!»

Иван от яркого мышленья
Не понял только одного,
Что Радмила без смущенья
Так повела нехорошо!
Ведь это сердце подарила
От части верная Радмила
Матвею лишь как молодцу
На том вокзале наяву!
А Матвей в Дубне сердечко
В урну выбросил скорей,
Чтоб забыть о нем быстрей,
Он в уме явил словечко:
«Не Радмила мне нужна,
А только лишь ее изба!

Хочу забыть я про Радмилу,
С ней мой роман не от любви,
Явлю корыстную я силу —
В избе хочу жить вопреки!»
Иван не знает про Матвея,
Что он, настырно так наглея,
Желает жить с его женой
В избе прекрасной, небольшой!
Не знает вечно и от силы
Про Ивана наш Матвей
Там от его простых речей,
Что он ведь муж его Радмилы!
Вот так вот встретились они
И подружились в эти дни.

С Иваном всех солдат научат,
Там автомат как заряжать,
Все солдаты там получат
Все уменья с них стрелять.
Метко там Иван стреляет,
И автоматом управляет,
И на учении кричит,
Что всех фашистов поместит
В ад навеки лицемерный,
Они горели чтоб в аду,
Про нас забыв всех на ходу!
Отныне воин он примерный!
Он тренируется весь там,
Чтобы дать отпор врагам!

Иван теперь на белоснежной
Бумаге пишет письмецо,
Любовью всею безмятежной
Пишет там сейчас одно:
«Ах, прекрасная Радмила,
Меня ты сильно полюбила!
Я на учении пока,
Стрелять умею как стрела!
И на учении я друга
От яркой радости нашел,
В казарме радостно зацвел
От с ним совместного досуга!
Как у тебя дела, скажи,
И все подробно опиши!»

И теперь Матвей слагает
Радмиле в чувственном письме:
«Твое сердечко проживает
Только вечно лишь во мне!
Буду я хранить сердечко,
Явив чарующе словечко,
Что я люблю душой тебя,
Свою любовницу всегда!
С другом здесь я подружился
На весь печальный этот век,
Он очень добрый человек,

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.