Кристина Юраш
Сокровище Нави. Болотница

Пролог

– Ты уверена? Назад дороги не будет, – произнес Царь Болот, его голос звучал мягко, но в нём таилась скрытая угроза. Мне казалось, что мои чувства отражаются на лице, и он наслаждался этим. Его глаза блестели, как два янтарных озера, в которых можно было утонуть.

Моё сердце словно разрывалось на части. Страх сковывал меня, как ледяные оковы. Я отступила на шаг, чувствуя, как тревога вспыхивает в груди, и неуверенность снова закралась в моё сердце. Всё внутри дрожало, мысли метались из одной крайности в другую. – Я могу сделать вид, что не услышал тебя, – произнёс Царь Болот, его голос звучал так соблазнительно, так обволакивал меня, что у меня мурашки побежали по коже. – Подумай, зачем тебе, такой красивой женщине, губить себя ради кого-то? У тебя может быть впереди целая жизнь. Долгая и прекрасная.

Улыбка скользнула по его губам, и я почувствовала, как внутри меня всё сжимается от страха. Он знал, как меня задеть. Я и так была на грани. – Я… – слова застряли в горле, словно комок. Минута раздумий могла перечеркнуть мою решимость. Время будто остановилось. Мысли обрывались о безмолвную стену, что стояла между жизнью и смертью. Последний вздох, последние мгновения. Я не могла вернуть их назад. Я ничего не могла изменить. Не будет красивой детской, я никого не поведу за ручку в детский сад, не усну счастливая в обнимку с любимым мужем. – Я… – повторила я, закрывая глаза. Слёзы уже готовы были пролиться. – Выбрала.

Но внутри себя я увидела образ Максима – его глаза, его смех. Его образ впечатался в мою душу, согреваемый моей любовью. Каждая крупинка, каждая деталь была дорога мне.

Но внутри я видела образ Максима – его глаза, его смех, его улыбку. Его образ впечатался в мою душу, согретый моей любовью. Каждая крупинка, каждая деталь была дорога мне. И в этот момент я поняла: если это – последний дар, который я могу дать ему, то даже если это будет самой тяжёлой ценой, я пройду через это. Любовь сильнее страха. – Я… Я согласна, – произнесла я снова, собрав всё своё мужество. – Тогда давай руку, – почти нежно прошептал Царь Болот, его янтарные глаза светились в полумраке. – А это зачем? – с сомнением спросила я, нервно прижав руку к груди. – Скрепим договор, – произнёс он. – Как положено. Кровью.

От вида собственной крови мне обычно становилось не по себе. Сознание куда-то уплывало, я чувствовала дикую слабость и желание упасть в обморок. Но сейчас я должна была пройти через это. – Нет крови – нет договора, – произнёс Царь Болот, а я поморщилась и выставила вперёд дрожащую руку.

Он коснулся моей руки холодными пальцами, и я рефлекторно отдёрнула её. Его прикосновение было таким нежным, словно он хотел усыпить мою бдительность. – Может, лучше левую… Левую, не так страшно, – прошептала я, подавая другую руку.

Я отвернулась, зажмурилась, чувствуя, как сердце стучит в горле. Я ничего не слышала, кроме гулких ударов своего сердца. Его прикосновения были нежными, почти ласковыми, но в них была какая-то зловещая нежность. Особенно когда его пальцы касались моего запястья, вызывая мурашки. – Ну, – прошептала я сдавленным голосом. – Вы там скоро? – Я любуюсь, – послышался тихий голос, а я сделала глубокий вдох, вдохнув как можно больше воздуха. – Разве нельзя?

И снова это прикосновение, от которого я вздрогнула. – А вы не могли бы любоваться побыстрее? – простонала я, чувствуя, как дрожит моя коленка. Внезапно его губы коснулись моего запястья.

– Мне кажется, – прошептала я. – Это немного лишнее. Я замужем и…

– Нет, не лишнее, – прошептал голос, пока губы касались моего запястья.

И в этот момент я почувствовала, как на моем запястье сомкнулись острые зубы.

– А! – сжалась я, быстро-быстро задышав. На глаза выступили слезы.

Я почувствовала, как он пьёт мою кровь. В голове всё помутнело, я тихо плакала, сглатывая и пытаясь вытерпеть эту пытку.

И тут зубы разжались.

И тут его зубы разжались. Я потянула онемевшую и дрожащую руку к себе, кровь текла по руке, и я не знала, как остановить её.

– Я подумал, – произнёс Царь Болот. – Ты так любишь своего мужа, что готова за него умереть… Я не хочу лишать тебя жизни полностью. Я возьму тебя в услужение. На шесть лет. Через шесть лет ты снова вернешься к людям.

Я закусила губу, едва сдерживая слёзы счастья. Он не станет меня убивать! Я смогу вернуться к Максиму.

– А можно я обнаглею окончательно и… – прошептала я, глядя в его янтарные глаза. – И попрошусь на один день. Мне нужно попрощаться с мужем… Я обещаю, что вернусь…

Я стояла перед ним, дрожа от холода и страха, но внутри меня разгорался огонь решимости. Я знала, что это мой единственный шанс. Максим… Я должна была увидеть его хотя бы ещё раз.

Царь Болот наблюдал за мной, его глаза светились в темноте. Они пугали, манили, звали, но я не собиралась поддаваться его чарам. Я была готова на всё ради своего мужа.

Усмешка на красивых губах с отпечатком моей крови стала шире, но в ней не было злобы. Он знал, что я не отступлю.

– Вернёшься, – произнёс он ровным, бархатным голосом, который, казалось, мог обволакивать и гипнотизировать. Он плавно скользнул ко мне, словно тень, появившаяся из ниоткуда. Его движения были плавными, почти ленивыми, но в них чувствовалась скрытая угроза.

В этот момент я почувствовала, как его пальцы, холодные и твёрдые, взяли меня за подбородок и с силой задрали мою голову так, что наши взгляды встретились. Я не могла отвести глаз, словно была загипнотизирована. Его взгляд, холодный и безжалостный, проникал в самую глубину моей души, заставляя меня дрожать.

– Куда ты денешься от меня, – прошептал он, склоняясь ко мне так близко, что я почувствовала его дыхание на своей коже. Его голос стал ещё ниже, почти шёпотом, но в нём звучала угроза. – Ты принадлежишь мне… Мы скрепили договор. Если не вернёшься до полуночи, я приду за тобой. Но условия договора поменяются, – добавил он, его глаза сверкнули зловещим блеском.

Он сделал шаг, и в этот момент я почувствовала, как моё сердце сжалось в груди. Воздух вокруг нас стал густым и тяжёлым, словно перед грозой. Я не могла дышать, не могла пошевелиться. Его близость вызывала во мне странное чувство, смесь страха и чего-то ещё, чего я не могла понять.

Я почувствовала, как моё сердце сжалось. Но я не собиралась отступать. Я должна была увидеть Максима ещё раз.

Я знала, что у меня нет шансов сбежать, что Царь Болот сильнее меня.

– Я здесь временно! Это я так, напоминаю… Если что… Ты не сможешь меня удержать, – прошептала я, стараясь придать своему голосу уверенность, которой на самом деле не чувствовала. – Я не твоя собственность. Я лишь временно нанятый сотрудник. Что-то типа того.

Царь Болот лишь усмехнулся, и его усмешка стала ещё шире. В его глазах вспыхнуло что-то дикое, что-то, что заставило меня отступить на шаг назад.

– Мы ещё посмотрим, – ответил он, рассмеявшись. – Ты узнаешь, кто здесь хозяин. И чья ты собственность…

Глава 1

Максим должен был вернуться в семь.

Но уже десять вечера, а его все нет.

Раздражение нарастало, как волна, накрывая меня с головой.

Часы тикали, словно издеваясь, телевизор бормотал что-то сам с собой, звуки с улицы доносились приглушенно, но настойчиво. Но больше всего меня раздражала тишина.

Она была густой, вязкой, как смола, и проникала в каждую клеточку моего тела, заставляя сердце биться быстрее, а мысли метаться, как загнанные звери.

Стены квартиры будто сжимались, давили на меня, как тиски.

Я снова взглянула на часы, словно надеясь, что они подскажут мне ответ на мучительный вопрос: где мой муж? Где он, черт возьми?

Сегодня рано утром он решил стать благородным рыцарем. Вскочил на железного коня и укатил к родителям в деревню, чтобы чинить забор, который повалил пьяный сосед. Он всегда был таким – ответственным, благородным. Но сейчас это благородство обернулось для меня невыносимым томлением.

Муж обещал вернуться в семь. Он всегда выполнял обещания. Или хотя бы звонил, если что-то не так. С ним точно что-то случилось!

Я искренне не любила деревню его родителей. В ней было все: свежий воздух, живописная природа, но вместе с тем грязь по колено и соседи, которые с ходу суют свой нос в чужие дела. И, конечно же, комары. Эти сволочные кровопийцы, которые не кусали только местных. Местных они, видимо, уже знали и брезговали, а вот приезжих гостей, таких как я, поедали с особым удовольствием. Или местные им уже приелись, а зудящим гурманам просто хотелось экзотики в виде нежных, пищащих от каждого укуса гостей.

Я своими глазами видела, как после фразы «А ну брысь отседова!» комар отлетал от местных. Я тоже пробовала. Но либо у меня командный голос так себе, либо вся деревня продала душу дьяволу за то, чтобы их не жрали местные кровососы. Я бы на их месте лет через пять так бы и сделала!

Виной всему были болота.

Их за деревней в лесу было просто тьма. Болото на болоте, и все они кишели комарами.

Максима комары не трогали. Может быть, потому что знали его «прописку» или просто решили оставить его в покое.

А меня они ели поедом. И родственников моих звали. Поэтому визитов в деревню я избегала, как чумы.

Максим никогда не отказывал родителям в помощи. Но сейчас его благородство обернулось для меня настоящей пыткой. Я представляла себе разные ужасы: внезапную аварию на трассе, сердечный приступ. Я видела, как родственники сидят и решают, кто из них позвонит мне, но никто не хочет стать вестником беды.

Я начала расхаживать по комнате, стараясь отвлечься от навязчивых мыслей. Ковер мягко шуршал под ногами, словно насмехался над моим беспокойством. Как тут не переживать? Ведь я люблю его. Как мне жить без него?

А если с ним что-то случилось?

О, боже! Только бы все было хорошо!

Я подошла к обширному окну, в которое сквозь стекло пробивался свет фонаря. Место, где муж обычно бросал машину, пустовало.

И вдруг краем глаза я заметила странное движение в зеркале. Кто-то внимательно смотрел на меня. Я почувствовала, как по спине пробежал холодок. Это было на уровне инстинктов. Кто-то был в доме, кто-то наблюдал за мной прямо сейчас.

Резко включив свет, я увидела, что в комнате никого нет. Но тут я услышала громкий, пугающий звук из коридора. Звук был настолько неожиданным, что я замерла на месте.

В квартире я была одна.

Или нет?

Осторожно, словно боясь увидеть что-то ужасное, я выглянула в коридор. И тут позади меня распахнулось окно. Я сделала глубокий вдох и достала телефон из кармана халата. Нервными пальцами набрала номер мужа.

– Максим, ты где? – мой голос дрожал, но я старалась говорить спокойно.

Гудки. Просто гудки.

Я в отчаянии положила трубку и снова посмотрела в окно. Ночь была темной, небо затянуто тучами. Вдруг я заметила что-то странное в тени деревьев. Кто-то или что-то двигалось. Я не могла разглядеть, но это чувствовалось.

Сердце забилось еще быстрее.

Я быстро закрыла окно и снова включила свет. Мне нужно было успокоиться. Но как это сделать, когда сердце колотится, как бешеное, а в голове только одни вопросы?

Я села на диван и попыталась собраться с мыслями. Что делать? Куда звонить? Кто может мне помочь?

Я закрыла глаза и начала молиться. Пожалуйста, пусть это закончится. Пожалуйста, пусть Максим вернется домой живой и здоровый… Я ведь немногого прошу… Мне показалось, что в доме запахло болотом.

Я принюхалась, не понимая, откуда исходит запах. Такой отчетливый, что я удивилась.

Болото? Откуда у меня в квартире болото?

Глава 2

Я снова набрала мужа.

«Линия недоступна», – прозвучал равнодушный голос оператора.

Этот механический голос, казалось, принадлежал не человеку, а бездушной машине, которая не могла понять и почувствовать мои переживания.

Я нажала на кнопку сброса и снова пыталась удержать нарастающее в груди волнение.

Сердце колотилось, как сумасшедшее, и я чувствовала, как внутри меня нарастает странное, тревожное волнение. Оно было похоже на зверя, который вырывается из клетки, готовый к прыжку. Мне хотелось бежать куда глаза глядят, чтобы развеять эту неизвестность, которая окутывала меня, словно плотный туман.

В квартире творилась какая-то чертовщина! Я понять не могла, что происходит. Запах болота никуда не делся. Но самым страшным было то, что я ощущала на себе чей-то пристальный взгляд.

“Все хорошо, я просто неплотно закрыла окно!” – успокаивала я себя. – “Это все стресс! Все валится из рук, все через жопоньку. Надо просто успокоиться и выдохнуть!”

Но тревога не унималась. Она расползалась по моему телу, начиная с живота и поднимаясь к горлу. Каждый новый звук, доносившийся из-за окна – шум машин, ветер, разговоры прохожих – усиливал это чувство.

В голове снова начали всплывать страшные образы. Я видела перед собой груду покореженного металла на трассе, крики, суету, разбитый телефон.

И в этот момент я осознала, что муж всегда приходил вовремя. В нем было что-то такое надежное, что я уже не могла представить свою жизнь без него. Его объятия, его прикосновения, его тепло – все это было для меня как спасательный круг в бушующем море.

Муж всегда приходил вовремя. В нем была такая надежность, без которой я уже не могла обходиться.

Я вспомнила, как он обнял меня перед отъездом. Его ладонь нежно касалась моей щеки, и я чувствовала, как его тепло проникает в меня, словно солнечный луч сквозь тучи. Но теперь это тепло казалось далеким и недостижимым, как мираж в пустыне.

Не в силах стоять на месте, я села на диван, обхватила колени руками и уставилась в пол.

Не в силах больше стоять на месте, я рухнула на диван, обхватила колени руками и опустила голову на грудь. В этот момент я почувствовала, как что-то скользнуло по полу. Это была черная тень, которая быстро исчезла, оставив после себя чувство парализующего страха.

«Отблеск! Просто отблеск!» – попыталась я успокоить себя, но нервные клетки внутри меня продолжали визжать, как истеричная женщина в душе, увидевшая на пороге ванной незнакомца. Внезапно мысль о том, что Максим мог попасть в аварию, пронзила меня, как молния.

«Зачем ты так думаешь?» – внутренний голос пытался остановить меня, но он звучал слишком тихо, словно шепот на ветру. Я столько раз видела эту картинку на трассе, что она отпечаталась в моем сознании, как клеймо.

Я решила отвлечься и пошла на кухню, чтобы сделать себе чай. В голове крутились мысли о том, что горячий напиток поможет мне успокоиться, хотя я прекрасно понимала, что это не так. Но мне просто нужно было чем-то занять себя, чтобы не сойти с ума от тревоги.

На кухне все выглядело так же, как всегда: недопитая кружка с зеленым чаем, старая книга, которую я так и не дочитала, и секундная тишина, которая казалась оглушительной. Внезапно я заметила, что все звуки исчезли. Не было ни шума машин, ни ветра, ни даже звука подогреваемого чайника. Только эта зловещая тишина, которая давила на меня, как тяжелая плита.

И вдруг я услышала тонкий комариный писк. Этот звук был таким неожиданным, что я вздрогнула. Темнота за окном становилась все гуще, и тишина была такой плотной, что я чувствовала, как она проникает в каждую клеточку моего тела.

Но через мгновение все прошло.

Я вернулась в комнату, подошла к окну и стала ждать. Он вернется. Он должен вернуться. Но что-то внутри меня, какое-то странное, тревожное чувство, подсказывало, что терпение имеет свои границы.

Я снова позвонила мужу, но услышала только привычный механический голос: «Линия недоступна». Почему он так долго недоступен? Это было невыносимо.

И вдруг я услышала звук машины. Мой взгляд метнулся к окну, и я увидела знакомую машину, которая медленно протискивалась задом между соседскими автомобилями.

Сердце забилось быстрее, и я почувствовала, как напряжение покидает мое тело. «Живой! Спасибо вам, высшие силы! Он живой!» – выдохнула я, чувствуя, как слезы радости наворачиваются на глаза.

Настроение тут же подскочило. Я бросилась греть ужин, который остыл несколько часов назад и был подогрет уже раза четыре. Снова зашуршала вода в кране, зазвенели ложки-вилки, гордо звякнула микроволновка. Обжигаясь, я достала котлеты и пюре, а потом бросилась к двери.

Максим пытался открыть дверь. И тут я услышала, как он с металлическим лязганьем, многократно усиленным эхом подъезда, уронил ключи. Я крутанула замок, толкнула дверь, впуская мужа в уютный коридор.

На пороге стоял Максим. Его лицо было бледным, а глаза – усталыми. Я бросилась к нему, чтобы обнять, но вдруг заметила, что он выглядит странно. Что-то было не так.

О, боже, что-то случилось!

Глава 3

– Что случилось, Максим? Почему ты так долго? – спросила я, медленно ступая по прохладному полу. Свет от люстры мягко скользил по стенам, создавая причудливые тени, но не мог рассеять сгущающееся напряжение.

Его взгляд был темным, почти мрачным, и я почувствовала, как внутри меня что-то сжалось. Я помнила, как Максим всегда делился со мной своими радостями и печалями. Его глаза светились счастьем, когда он рассказывал о чем-то важном или просто хорошем дне. Но сейчас в них не было ни искры света. Лишь пустота и страх, которые отражались в моих собственных глазах.

Муж долго молчал, словно подбирал слова, которые не могли описать то, что произошло. Я чувствовала, как внутри меня нарастает волнение, словно воздушный шарик, который вот-вот лопнет. Нервные клетки собрались в кучу, и я пыталась удержать этот шарик, но с каждым мгновением он становился все больше и больше.

Наконец, Максим поднял на меня взгляд, полный страха. Его губы дрожали, а в глазах читалась растерянность.

– Ульян, ты просто не поверишь… – начал он, но слова застряли в горле. – Я бы сам себе не поверил…

Нет! Это он мне не поверит! Я вспомнила странную барабашку, которая устроила бесчинства в нашей квартире. У нас тут прямо детская страшилка! Я не могла поверить, что это может быть правдой. Однако, глядя на его безумный взгляд, я поняла, что он говорит серьезно.

Его глаза, казалось, смотрели сквозь меня, проникая в самую глубину души. Мысли о барабашке улетучились, и я почувствовала, как холод пробежал по спине. Что же он видел? Что его так напугало?

Во мне бродили обрывки мыслей: как помочь ему, как успокоить, как разобраться в том, что произошло. Но никакие слова не могли отогнать тень страха, которая сгущалась вокруг нас. Я протянула руку и коснулась ладоней Максима. Они были холодными, как ледышки, и я почувствовала, как мое сердце сжалось от тревоги.

– Максим, говори как есть! – произнесла я строгим и дрожащим голосом. Внутри меня бушевала буря эмоций: от страха до гнева. Я перебирала в голове возможные причины его задержки: потенциальные любовницы, задавленные пешеходы, смерть родственников, страшные диагнозы. Но ни одна из этих мыслей не могла объяснить то, что он сейчас рассказывал.

– Я решил прогуляться немного по местам моего детства. Отдохнуть. Еще злой был такой. Спину ломило, настроение так себе. Позвонили с работы, что-то там неладится. Я сказал, что в деревне… Приехать не могу, – выдохнул муж.

– Та-а-ак, – кивала я, чувствуя, как мои пальцы впиваются в его ладони. Клещи “та-а-ак” тянули из него правду, словно вытягивая ее из глубин его души. – И-и-и?

Макс замолчал, словно не знал, с чего начать. Его глаза метались по комнате, избегая моего взгляда. Я чувствовала, как мое терпение на грани. Каждая его заминка вызывала у меня приступ нетерпения. На сегодня лимит моего терпения был исчерпан, и я держалась из последних сил.

– Был уже вечер… И я пошел на болота, где с пацанами в детстве носились. Мне всегда нравилось это место. Красивое, тихое, спокойное… – произнес он, сглотнув ком в горле.

Я кивнула, пытаясь поддержать его, хотя внутри меня все кипело. Обожаю людей, которые начинают издалека. В этот момент я была готова его удушить. Разве можно меня так мучить? Особенно когда у меня внутри все переворачивается от волнения.

– И тут увидел, как мужичок из нашей деревни тонет. Ну, ты его помнишь… Николай. У него еще дом новый с зеленой крышей, который тебе так понравился, – продолжил Максим, его голос дрожал, а руки начали трястись. – Я бросился на помощь, как вдруг… Я чувствую, что его кто-то тянет. Туда. В трясину. Николай кричит. Я тяну его на сушу. И тут вижу руки… Там такие когти! Прямо из болота! Руки из болота! Как человеческие…

На мгновение мне показалось, что я видела эти руки в квартире, когда шла поднимать ключи. Бррр! Это все стресс! Надо выспаться, отдохнуть и выпить успокоительное. Но слова Максима звучали так реально, что я не могла просто отмахнуться от них.

– Я чуть не бросил дядю Колю, – продолжил Макс, его голос стал еще тише. – Честно, у меня чуть сердце не встало. Они держали дядю Колю за ноги, не давая мне его вытащить… Они пытались его утопить!

Я вздрогнула. Такие новости не клеились в коллаж моего мировоззрения. Хотя, учитывая сегодняшние странности, я бы поспорила. Но это же невозможно! Это просто бред!

Слова Максима падали на меня, как тяжелые камни, разбивая мою уверенность в реальности. Я видела, как его плечи горбились под тяжестью пережитого, как страх сковывал его тело. Он всегда старался быть сильным, но сейчас на его лице проступала серая маска ужаса.

На мгновение я ему действительно поверила. Ужас в его глазах был неподдельным. Я почувствовала, как мое сердце сжалось от жалости и страха за него. Что же с ним произошло? Кто или что могло напугать его до такой степени?

Я не знала, что сказать. Слова застряли в горле, а мысли путались. Я просто стояла рядом, держа его за руки, и пыталась найти хоть какое-то объяснение.

– Я видел Царя Болот, – выдохнул муж.

Глава 4

– Кого? – прищурилась я.

На горизонте сознания, среди зыбкого марева, маячила высокая фигура, сотканная из теней и тумана. Она казалась эфемерной, но в то же время пугающе реальной. Я помотала головой, пытаясь отогнать это наваждение, но оно не исчезало.

– Вижу, мужик появляется, – тихо произнес Максим, его голос дрожал. – Мне раньше бабка рассказывала про Царя Болот. Она его видала.

Он сглотнул, будто пытаясь избавиться от кома в горле. Я с тревогой посмотрела на мужа, чувствуя, как его трясет. Максим продолжал:

– Я думал, что она пугала меня, чтобы я с пацанами не прыгал по кочкам. Она говорила, что на болоте живет нечистая сила. Она притягивает людей к болоту и топит их. У бабки старший брат утонул. Я не верил. Думал, она сочиняет. Но я клянусь, сегодня я его видел. Он… очень страшный…

Максим замолчал, его голос дрожал, а лицо побледнело. Он поднял руки и прижал их к лицу, словно пытаясь спрятаться от того, что видел. Я почувствовала, как в этом небольшом движении заключены миллионы невысказанных чувств. Он был напуган до смерти.

– Царь Болот сказал, что это была его добыча, – прошептал Максим, его голос был глухим и тихим. – Мне было так страшно, словами не передать… Его фигура казалась огромной и устрашающей, нависая надо мной. Я чувствовала, как холодный пот стекает по спине, а волосы на затылке встают дыбом. В этот момент я понял, что бабка не врала. Нечистая сила действительно существует, и она реальна.

Максим оторвал руки от лица и посмотрел на меня. Его глаза были полны ужаса и отчаяния. Я почувствовала, как мое сердце сжалось от жалости.

– Ты не представляешь, что я почувствовал в этот момент, – прошептал муж сквозь пальцы. – Мне было так страшно… Словами не передать!

Мне казалось, что еще немного, и он расплачется.

– Что же теперь делать? – прошептал он, его голос дрожал.

Конечно, это звучало как бред. И я с тревогой смотрела на мужа. Его трясло.

– Тише, – прошептала я, пытаясь успокоить. – Ну, почудилось… Наверное…

– Нет! – резко оторвал руки от лица Максим. – Не почудилось! Я клянусь, что видел его! Своими глазами! Видел! Как тебя сейчас! Даже ближе! Видел!

Я отшатнулась от его крика. Никогда раньше муж на меня не кричал. Честно сказать, я оторопела.

– Тише, тише, – прошептала я, пытаясь обнять мужа. – Все хорошо, ты дома, ты рядом.

Я встала на цыпочки и склонила его голову к своему плечу, чувствуя, как он дрожит всем телом. Я повторяла его имя, словно мантру, пытаясь успокоить его.

– Все хорошо, милый… Я рядом… Ты дома, – повторяла я, словно мантру.

Наконец, Максим снова заговорил. Его голос был глухим и тихим, но в нем чувствовалась решимость.

– Уль, прости, я на эмоциях! – выдохнул он, запуская руку в волосы и пытаясь отдышаться. – Я не хотел на тебя кричать. Прости…

– Ничего-ничего, – выдохнула я, ничуть не обидевшись. – Так что там бабушка рассказывала?

Максим замолчал, собираясь с мыслями. Его лицо стало серьезным, а взгляд – задумчивым.

– Бабушка рассказывала про брата своего старшего. Костика. Он на первой красавице деревни решил жениться, на Марфе. А денег у них не особо было. Тогда ни у кого особо денег не было. Только война закончилась. Парень с фронта вернулся. Сама знаешь, какие времена были тогда. Тяжелые. Как родители узнали, что жениться собрался, так обрадовались. Давно пора, сынок. Парней из деревни мало вернулось. Так что считали, что свадьбе быть. Руки-ноги на месте, живой. А что еще надо невесте?

Я кивнула, понимая, о чем он говорит. Времена были тяжелые, и каждая семья жила по своим средствам.

– Марфа вроде бы и улыбалась, да вот не только ему одному. Нравилась Марфа и сыну председателя. Он воевать не ходил. Отец его то ли прикрыл, то ли отмазал… Не знаю, как было. Врать не буду. И когда Костик свататься пошел, Марфа ему и зарядила. Дескать, хороший ты парень, Костик. Герой. Да только нищий. Ни дома своего, ни лошади. Про машину вообще молчу. А у председателя машина была. Он ее сыну давал. Хозяйство у тебя слабое. Одна корова, и то тощая и старая. Да пара несушек. А я в голоде больше сидеть не хочу. Хватит! Наголодалась! Давай, Костик, мы так поступим. Если через месяц с деньгами вернешься, за тебя пойду. А если нет – не обижайся.

Я вздохнула. Грустная история. Сразу видно, что девушка не любила. Зачем он за ней бегал? Неужели других девок на деревне не оказалось? А так бы потихоньку да сами, как мы с мужем. Мы же ничего у родителей не просили. Никогда на шее не сидели. Наоборот, сами привозили.

Максим посмотрел на меня, его глаза были полны боли. Я почувствовала, как мое сердце сжалось от жалости к нему.

– Прости, – прошептал он, опуская голову. – Я не должен был тебе это рассказывать.

Я обняла его, чувствуя, как он прижимается ко мне. Я понимала, что его страхи и переживания были реальны, и я должна была быть рядом с ним, чтобы помочь ему справиться с ними.

– Нет, сказал «а», говори и «бэ»! – настаивала я.

Кто-то Костику шепнул, что надо на болота идти. Ночью. И он пошел. Вернулся едва ли не седой. Сестра, бабка моя, тогда не спала. Она как шаги заслышала, так к двери бросилась. А там Костик. Седой. Он шикнул ей, а сам в комнату прошел, и из-за пазухи золото посыпалось. Бабка, как увидала это, так на лавку и присела. Она спросила: «Костичка, миленький… Откуда? Ты же никого не ограбил? Не пришиб?» На Костик упал на лавку и вздохнул: «Лучше бы ограбил!» И молча сидит. На золото смотрит. Помнишь, говорит, бабка нам про Царя Болот рассказывала? Моя бабка, как услышала, так едва ли не закричала: «Костичка, миленький. Не нужна тебе Марфа. Отнеси все это обратно! Это проклятое золото! Знаешь, сколько купцов на болоте тонуло! Это мертвяцкое золото. Добра не принесет!»

Я словно почувствовала запах болота и увидела блеск проклятого золота. История почему-то взбудоражила меня, но я старалась не показывать виду. Любила я всякие страшные легенды. А тут прямо мурашками по коже каждое слово.

На что Костик ей ответил: «Им уже ни к чему, а нам сгодится!» Через месяц свадьбу играли. Богатую. Машину взяли. Председатель зубами скрипел. Все допытывался, откуда? А доказать ничего не смог. Марфа хорошей женой была. Как и обещала. Троих деток родила, хозяйство в чистоте держала. За мужа горой. Только Костик год от года все грустнее и грустнее. Бывало, сидит понурый. А сестра с женой спрашивают, что не так. А он молчит. Лишь зубы стиснул. А потом как обнимет. «Люблю, говорит, вас, девки. Сил нет, как люблю. Знайте об этом». На седьмой год, как Марфа на сносях была снова, что-то странное в доме стало твориться. То и дело то ставни хлопали, то вещи падали. А однажды она руку видела. Завизжала так, что всех перебудила. «Значит, пора мне!» – вздохнул Костик. И так крепко обнял, что бабка моя стала допытываться, а куда это он? «Лучше сам пойду, чем на вас беду накличу!» – ответил Костик. И куда-то засобирался. Сам собирается, а на жену поглядывает. А она его просит: «Задержись, пока не рожу!» И он согласился. Тут со дня на день должна была родить. И вот в ночь перед родами бабка своими глазами видела, как посреди избы болото раскинулось. Она слышала, как жужжали комары.

Я вспомнила внезапную тишину, словно воздух вокруг застыл. В этой тишине слышался только тихий звон комаров, их надоедливое жужжание, словно назойливые воспоминания. В воздухе витал запах болота, густой и неприятный, который проникал в каждую пору, вызывая чувство тревоги. Теперь уже мне стало страшно.

Макс посмотрел на меня и продолжил:

И тут бабка поняла, кто это пришел. «Не забирай братика!» – прошептала она. «Что тебе стоит! Ну дурак он! Ну влюбился! Царь Болотный, не забирай брата…» А он стоит и смотрит на нее, Царь Болотный. Марфа в забытьи, рожает. Дети спят. А бабка с ним разговаривает. Костик с женой. А бабка плачет. Дескать, не надо… Кричать боится, чтобы детей не разбудить. «Ну раз так, то, может быть, хочешь заместо него пойти?» – спросил Царь Болот. И бабка испугалась. Она маленькая была. Что ей? Пятнадцать лет было. «Вот то-то же…» – усмехнулся Болотный Царь. И исчез. А из бани крик страшный. Бабка туда, а там Марфа трясется. На пол пальцем тычет, дите к себе прижимает. «Забрал он его… Забрал…» – причитает Марфа. Бабка потом всю жизнь себя корила, что детей без отца оставила. Что могла бы сама пойти, да испугалась.

Максим замолчал, его глаза были полны страха и отчаяния. Он резко поднял на меня взгляд, и я увидела в них ту же боль.

– Он и за мной придет! Придет! Как пришел за ним!

Глава 5

Я прошептала:

– Что?

Голос мой дрожал, выдавая внутреннюю панику. Я не верила ни единому слову мужа. Видеть тени на полу из-за стресса – это одно. Но это… Здравый смысл твердил мне, что такого просто не может быть. Или это розыгрыш? Мысль о розыгрыше была единственной, что удерживала меня на плаву.

Я смотрела на мужа, его лицо было бледным, а глаза – тусклыми, как будто он только что увидел нечто ужасное.

– Царь Болот сказал, что я умру через три дня, – произнес муж, его голос звучал глухо и мрачно, – если не найду того, кто готов добровольно умереть вместо меня.

Новость заставила меня поднять брови. Мимолетная картина промелькнула в голове: болотное чудовище, похожее на прохожего, которого щедро окатило брызгами из машины, тут же нацепило пестрый платок гадалки и достало карты Таро. В это я точно не могла поверить.

– Ты точно не пил? – спросила я, чувствуя, как в голове начинает складываться мозаика.

– Улька! Ты с ума сошла? – вспылил Максим. – Я же за рулем! Хочешь, чтобы меня прав лишили?

Я принюхалась, но алкоголем от него не пахло. Версия отпадала.

– Раздевайся, – произнесла я ласково, стараясь говорить спокойно, хотя внутри меня бушевала буря. Я помогла ему снять куртку, и он пошел мыть руки. Я видела, как его трясет, как он мнет полотенце, будто это его последняя надежда.

Из ванной послышался голос. – Ты мне веришь?

– Нет, – произнесла я совершенно честно, но тут же спохватилась и отругала себя за резкость. Я не хотела его обидеть, но это было слишком странно, слишком невероятно.

– Так я и знал! – крикнул с обидой Максим из ванной. – А вот родители мне поверили. Сразу поверили. Вот только вместо меня пойти отказались. Им еще Машку доучить надо. И замуж выдать. А на меня надежды нет. У меня – своя жизнь. Наобещаю и брошу сестру.

Только тогда до меня начало доходить, что ничего страшного из того, что я придумала, не случилось. Единственное, что меня смущало, так это трясущиеся руки Максима, мнущие полотенце. Мне ужасно не нравилось его состояние. Он выглядел так, будто был на грани нервного срыва.

Я бросилась на кухню, усадила его за стол и налила горячий чай. Подвинула ему кружку, но он не сразу взял её. Его взгляд был устремлен в чашку, но он не видел её. Он смотрел сквозь неё, словно там было что-то, чего я не могла разглядеть.

Пока он смотрел в свой чай, я экстренно гуглила.

– Пей чай, – произнесла я мягко, стараясь успокоить его. – Это просто испарения. Болотные испарения. Там явно какие-то газы вышли, ты надышался, и тебе померещилось.

– Да ты не понимаешь! – выкрикнул Максим, его голос сорвался на крик. Он никогда раньше на меня так не кричал. – Он придет за мной! Придет! Я потом зашел к дяде Коле, а тот пьет. Просто не переставая. Он по пьяни рассказал, что денег Царю Болот должен. Он брал деньги в долг на шесть лет… Дом починить и машину купить. А сегодня срок возврата был. А возвращать было нечем… И поэтому тот его в воду потащил! А тут я подвернулся!

Я открыла рот, чтобы возразить, но в ванной что-то громко булькнуло. Это получилось как-то внезапно и страшно.

– Это он! Точно он! – закричал Максим, вскакивая со стула. Его глаза расширились, он выглядел так, будто увидел призрака. – Мне конец!

Глава 6

– Странно, но дядя Коля мог бы взять кредит, как и мы! И тихонько, но исправно платить его шесть лет. Мы же ведь платим? – задумчиво спросила я, медленно направляясь в ванную.

Мне хотелось доказать мужу, что там ничего нет, и страхи его напрасны. Максим, сидя за столом, вздрогнул и с ужасом посмотрел на меня.

– Не ходи туда, – одними губами прошептал он, его голос дрожал от волнения. – Пожалуйста, не ходи.

Не бывает никаких болотных царей. Вымогатели бывают, коллекторы бывают, судебные приставы бывают, а вот цари – нет.

Мне бабушка тоже в детстве всякое рассказывала. И про бабу Ягу, и про бабаек всяких, и про колобков, которые не ценили родительский труд и шаромыжничали по лесам и плохо кончили. Мало ли о чем принято в разных семьях рассказывать? Но я выросла и поняла, что это всего лишь сказки, которыми взрослые пугают детей.

Я вошла в ванную громко, топая, как слон, и сразу же высказала свои мысли.

– И что тут хлюпнуло? – спросила я строгим голосом, надеясь, что мой муж наконец-то поймет, что это всего лишь игра его воображения.

Ничего. Ничего подозрительного.

Путь обратно на кухню я проделала с таким же грохотом. Максим, убедившись, что я цела и невредима, шумно выдохнул и сполз по стулу, словно из него выпустили весь воздух.

– Не мог он, видимо, – грустно вздохнул он. – Уль, честно, я особо в его дела не вникал. Не до того было!

– Ну почему не мог! Мог! Мне кажется, кредиты может взять каждый! – я продолжала спорить, стараясь перевести тему на что-то более разумное и приземленное.

– Да не мог он! – с нажимом произнес Максим. – Долги у него! А там жена молодая, красивая… Новая. Надо было себя показать, мол, мужик! И зарабатывать может, и обеспечить. Каменная стена, в общем.

– Причем здесь жена и кредит? – непонимающе спросила я. Долги пугали меня куда больше всяких царей каких-то там болот. – Может, ты видел коллекторов?

– Да я уже жалею, что стал тебе что-то рассказывать, – признался Максим, его лицо стало еще более мрачным. Он посмотрел мне в глаза и, кажется, окончательно скис. – Я не знаю, что там у него с кредитами. Я знаю, что у него есть долг. И его чуть не утопили! И не абы кто, а сам Болотник!

Последнее слово Максим произнес шепотом, озираясь по сторонам, словно боялся, что кто-то может его услышать.

– Раз ты говоришь, что спасал из болота, то почему у тебя одежда сухая? – спросила я, снова пытаясь вывести разговор в более нормальное русло.

– Так я в рабочей был, – напомнил Максим, слегка покраснев. – Я же у матери переодеваюсь. У нее же много моей старой одежды осталось. Помнишь, мы специально оставляли, на вот такие случаи.

Я коротко кивнула, понимая, что он прав.

– Так. Без паники. Давай рассуждать логически. Ну ты же у Болотника ничего не брал! Сомневаюсь, что какая-то болотная нечисть купила нам квартиру! Ты на нее заработал! Своим трудом! – возмутилась я, представляя абсурдность всей этой ситуации.

– Конечно, заработал! – обреченно вздохнул Максим, его лицо выражало полное поражение.

– Вот, – я выдохнула, погладив его по руке. – Это были просто газы. Болотные газы. Всё, тебе нужно поесть и отдохнуть. Завтра тебе на работу.

Я встала со стула и только дошла до двери в коридор, как услышала позади себя сдавленный крик. Мое сердце замерло, а затем забилось с бешеной скоростью. Что там происходит? Я обернулась, но в ванной было темно и тихо.

Глава 7

Я медленно подошла к столу, на котором лежали вилка и солонка. Они с грохотом упали, но я не обратила на это внимания. В голове билась только одна мысль: что происходит?

– Что такое? – прошептала я, не замечая, как со стола упали солонка и вилка. – Болит? Где болит?

Муж сидел на полу, обхватив себя руками. Его лицо было бледным, а глаза – испуганными. Он тяжело дышал, словно только что пробежал марафон. Макс тыкал пальцем в небольшое зеркало. В его глазах читался страх, который я никогда раньше не видела.

– Я же сказал, что он придет за мной, – прошептал, задыхаясь, муж. Он обнял себя двумя руками.

Я подошла к зеркалу и посмотрела на своё отражение. Ничего необычного. Просто я, с растрёпанными волосами и обеспокоенным лицом. Но что-то было не так.

– Так, у тебя просто стресс. Сейчас я сделаю ванну, ты полежишь в ней, успокоишься, я посмотрю, есть ли у нас какие-нибудь успокоительные, – деловым голосом произнесла я, направляясь в ванну.

Я направилась в ванную комнату, чувствуя, как сердце колотится в груди. Вода билась о белую эмаль, создавая приятный шум, который должен был помочь расслабиться. Я налила в ванну тёплую воду и добавила несколько капель лавандового эфирного масла. Вода пахла свежо и успокаивающе.

Через десять минут я вернулась на кухню. Максим всё ещё сидел за столом, но теперь он раскачивался из стороны в сторону. Перед ним стоял нетронутый ужин и чашка чая. Я подошла к нему и взяла за руку.

– Ванна готова! – объявила я через десять минут, выглядывая на кухню.

– Вставай, – бодрым голосом произнесла я, беря мужа за руку и таща в ванну. – Раздевайся. Сейчас полежишь, согреешься… Вот увидишь, тебе станет легче. У тебя руки просто ледяные!

Максим подчинился на автомате. Он смотрел куда-то в сторону, на шампуни, его взгляд был пустым и отрешённым. Я помогла ему забраться в ванну, стараясь не поскользнуться.

– Осторожно, не поскользнись! – предупредила я, видя, как муж забирается в теплую воду.

Только когда он оказался в тёплой воде, его тело начало расслабляться. Напряжение покидало его плечи, и он наконец-то закрыл глаза. Я вздохнула с облегчением и пошла на кухню, чтобы убрать со стола.

Параллельно я решила набрать свою подругу Галю. Она всегда знала, как меня поддержать.

– Галусь, – позвала я, слыша сонный голос.

Я подошла к окну. Есть у меня привычка теребить кактус во время телефонных разговоров. Поэтому кактус выглядел уже так себе.

– Прости, что так поздно, – пробормотала я. – Короче, тут такое дело… Муж вернулся. Трясется. Страх. Паника… Говорит про какого-то Царя Болот, которого видел в деревне… И говорит, что жить ему осталось три дня…

Галуся зевнула на том конце провода, а потом послышалось шуршание. "Брысь!" – шикнула Галуся своей кошке, которая всегда лезла к ней во время телефонных разговоров.

– Ну, честно? – спросил голос подруги. – Уль, реально это похоже на бред…

– Во-во, – поддакнула я, мучая кактус.

– Мне кажется, что он тебе просто изменил, – зевнула Галуся. – Мужики сочиняют в двух случаях: когда пьяные и когда изменяли. Просто поверь… Он тебя тупо отвлек на какой-то бред, чтобы ты его не расспрашивала о том, где он был и с кем.

– Ну, спасибо, успокоила. Только он трясется весь. И не похоже, чтобы он был не напуган, – заметила я.

– Дай успокоительного.

Моя рука уже несла тарелку в холодильник, когда вдруг раздался крик. Я вздрогнула и уронила тарелку. Она с грохотом упала на пол, разбившись на несколько осколков.

– Я тебе потом перезвоню! – скороговоркой прошептала я, гася вызов.

Бросив телефон на стол, я побежала в ванную.

Когда я открыла дверь, то увидела ошарашенного мужа, забившегося в угол к стиральной машине. С него текла вода, а в ванне я увидела нечто странное.

Вода была тёмной и грязной, словно болото. По её поверхности плавала ряска, а среди неё виднелись кувшинки. Но самое страшное – в этой воде я увидела силуэт мужчины. Он стоял неподвижно, глядя прямо на меня. Его лицо было скрыто тенью, но я чувствовала, что он смотрит на меня с угрозой.

Глава 8

Стоило мне моргнуть, и силуэт исчез, словно его никогда и не было. Я замерла, не веря своим глазам, и медленно повернулась к мужу, который стоял рядом. Его лицо было напряженным, в глазах читалась тревога.

– Ты его видела! Ты точно его видела! – воскликнул он, хватая меня за плечи и тряся. – Ты испугалась. Я заметил.

Я молчала, не зная, что сказать. Его слова звучали как обвинение, но я не могла опровергнуть их. Я действительно почувствовала страх, когда увидела этот силуэт. Но что это было?

Я не знала, как это объяснить. «Ну давай же!» – пинала я внутреннюю объяснялку, которая способна была объяснить мне любое событие: от роста цен до «почему у жирафа есть пятнышки».

Муж тряс меня, но я не могла сосредоточиться. В голове крутились мысли о том, что это могло быть. Может быть, это просто игра света и тени? Но почему тогда я так испугалась?

– Я не уверена, что я что-то видела, – тихо ответила я, все еще глядя на воду в ванне. – Может быть, это был просто обман зрения? Галлюцинация?

Муж отпрянул от ванны, словно боялся, что силуэт снова появится. Я почувствовала, как по спине пробежал холодок. Не может такого быть! Просто не может! Это какой-то кошмар, и я скоро проснусь.

Мы сидели в спальне, Максим укутался в одеяло, а я хотела было встать и пойти на кухню, чтобы убрать, но Макс схватил меня за руку.

– Посиди со мной, – прошептал он умоляющим голосом. – Мне страшно.

Я почувствовала, как в груди что-то сжалось. Я знала, что ему сейчас тяжело, и мне хотелось его успокоить.

– Конечно, – прошептала я, беря его за большую теплую руку. – Я не оставлю тебя. Все хорошо. Не переживай.

Мы молча сидели, слушая, как за окном зашумел дождик. Максим тихонько засыпал, а я все еще не могла прийти в себя. Что-то здесь было не так, и я пока не понимала, что именно.

Когда муж уснул, я осторожно встала, вернула ему его руку и направилась на кухню. На часах была полночь, но я не могла уснуть. Я села с телефоном, пытаясь узнать что-то про странные тени, про болота и их царей. Меня всегда утешало, если я видела что-то похожее у других. Если они еще живы, то это не смертельно.

Через полчаса я пригладила вставшие дыбом волосы, дрожащей рукой потянувшись к кружке остывшего чая.

Вот на кой я это все читала на ночь глядя! Сначала я погрузилась в какую-то историю очевидца о нехорошей квартире, где по стенам ползали странные черные тени. Копнув глубже, я нашла еще десяток таких историй. И теперь даже бурчание холодильника стало казаться мне признаком нечистой силы в доме.

Но оторваться я не могла. Мои глаза жадно цеплялись за каждую строчку, я ерзала на стуле, вздрагивала от каждого шороха и замирала, прислушиваясь. Мне казалось, что за окном кто-то ходит, и я боялась выглянуть.

Не выдержав, я переместилась в спальню, залезая под одеяло к мужу. Я хотела почувствовать его тепло, его присутствие. Вместе будет не так страшно.

Наверное, мне бы стоило отложить телефон и поспать. Я так и собиралась сделать, пока не зацепилась глазами за слово «Болотник».

«В октябре этого года я с другом заблудился в лесу. Как вдруг нам мужик навстречу. Мы к нему. Он говорит, что живет неподалеку. И правда, показывает рукой, а там, среди деревьев, дом. С виду приличный. Мы обрадовались. Думаю, наконец-то выбрались. Друг такой радостный к дому пошел. Мужик что-то рассказывает, а я отстал. Меня словно что-то дернуло. До дома было шагов десять. Внезапно друг как шагнет и как провалится! Прямо по пояс. Дом исчез. Он просто растаял, а вокруг нас болота. Я стою на самой кромке. Реально, шаг и всё! Мужик расхохотался. Я своими глазами видел, что зубы у него острые. Он ловко нырнул к другу и давай его топить… Я перепугался и бежать… Реально, я такого в жизни не видел. Мне потом сказали, что это был болотник».

Я читала эту историю, и мое сердце билось все быстрее. Болотник? Что это за существо? Почему оно появляется в болотах? Я знала, что мне нужно что-то сделать, чтобы избавиться от этого страха. Но что?

Ближе к четырем часам утра я поняла. Мне срочно нужна бабка.

Глава 9

Несколько адресов я уже держала в голове, и утром, когда часы показывали шесть, я ждала, когда Максим уйдет на работу.

Его будильник прозвонил ровно в шесть, и я услышала, как он тяжело ворочается на постели.

Макс был бледен, глаза его были полны тревоги, и он словно не знал, куда деть руки. Я попыталась улыбнуться, но это получилось натянуто.

– Ты на работу идешь? – спросила я, стараясь скрыть беспокойство в голосе.

Максим посмотрел на меня, и в его глазах мелькнуло что-то странное, будто он видел меня не здесь и сейчас, а где-то далеко.

– Ульяна, очнись! Зачем мне на работу? Мне жить осталось, считай, два дня… Какая работа? – выдохнул он, зажмурившись, словно пытаясь отогнать от себя мрачные мысли.

– Ну зачем ты себя накручиваешь? А? – с легким раздражением спросила я, видя, в каком он состоянии. – Ладно, мне пора кое-куда съездить… Ты один справишься?

– Ладно, мне пора кое-куда съездить… Ты один справишься? – спросила я, боясь оставлять его в таком состоянии одного. Но я понимала, что это "ж-ж-ж" по квартире неспроста!

Муж ответил что-то невнятное, и я, накинув куртку и застегнув ботинки, вызвала такси. Я чувствовала, что время утекает сквозь пальцы, и мне нужно было действовать быстро.

В такси я думала о том, что произошло. Максим всегда был сильным человеком, но сейчас он казался сломленным. Я не знала, что делать, и это пугало меня больше всего.

Одна бабка долго мне рассказывала про каких-то родовых бесов, которых срочно нужно изгонять. Причем говорила она с такой брезгливостью, словно по мне блохи скачут. Она была так убедительна, что я прямо физически почувствовала, как по моей ауре кто-то прыгает.

– Из-за них у тебя все беды! – произнесла она, рассматривая меня, как доктор, изучающий пациента. – Ничего, я тебя почищу! Сейчас со свечкой посидишь, а бесов я переловлю. Ну че? Чистимся?

На всякий случай я решила избавиться от родовых бесов. Нет, а что? Мало ли? Может, и правда, жить легче станет? Они как бы живут со мной, а квартплату не вносят. Чисто из практичных соображений я решила выселить их с моей астральной жилплощади.

После чистки я особой разницы не почувствовала. Но, видимо, должна была. Нет, конечно, облегчение было, но в основном кошелька. Будем надеяться, что это поможет.

Вторая бабка заболела, и дочь ее сказала, что мать не принимает. И я направилась к третьей бабке. Третья бабка оказалась довольно шустрой и сразу стала меня сканировать руками. Эдакий человек-рентген. Она что-то сканировала, потом заметила, что в одной чакре у меня жужжит.

– В левой? – поинтересовалась я, видя, как бабка обрисовывает мне ручкой чакры.

Выяснилось, что у меня жужжит в обеих чакрах.

“А-ля-ля-ля-ля, а я сошла с ума отдавать такие деньги за лечение чакр!”. “Какая досада”, – решила бабка, выпроваживая меня за дверь. Я отправилась к четвертой бабке, которую очень нахваливали.

Жила она там, где черт побрезгует свои куличики строить. Кривая улица с огромными грязными лужами чавкала под моими ногами.

– Неужели нельзя асфальт положить? – проворчала я, чувствуя, как грязь засасывает мои ботинки.

Я глянула на лужу, из которой торчали ветки деревьев и острые лезвия травы, как вдруг увидела в ней черный силуэт с ярко желтыми светящимися глазами. От ужаса и неожиданности я шарахнулась на дорогу, ступила в грязь и тут же выдернула из нее ногу.

Страх сжал мое сердце, когда я снова посмотрела в ту самую лужу, но там не было ничего. Ни глаз, ни силуэта. Просто лужа как лужа.

Меня встретил домик в частном секторе. Ухоженный, но до ужаса старомодный. Никаких пластиковых окон, как у соседей. Милый палисадник, дорожка, ведущая к дому. Ничто не выдавало здесь маститую колдунью.

Я вошла в калитку и направилась к дому, вежливо постучавшись.

Как советовали эксперты, я решила не рассказывать о своей беде с порога, не давая шарлатанам шанс заработать приличные деньги. Я ждала, когда мне сами скажут, что меня тяготит.

– Ну заходи. Разувайся, – послышался голос.

Бабушка была старенькой, но удивительно приятной женщиной. На её голове красовался скромный, но аккуратно завязанный платочек, который придавал ей особое очарование. Скромная, опрятная старушка пахла еле уловимым ароматом ландышей и свежим мылом. Её образ был настолько контрастен с тем, что я ожидала увидеть, что я даже усомнилась в правильности адреса. Но вдруг бабушка усадила меня в мягкое кресло, и её лицо озарила мягкая и добрая улыбка.

– Сейчас у чертей спрошу, – произнесла она будничным, но слегка загадочным голосом. – С чем пожаловала?

Я ожидала увидеть какие-то магические атрибуты: карты Таро, хрустальный шар или хотя бы друзу горного хрусталя.

Но вместо этого бабка достала старинную шкатулку с потемневшими от времени латунными петлями.. Сейчас фокусы начнутся. Я даже уселась поудобнее, объявляя, что согласна посмотреть.

– Посиди здесь, я сейчас… – прокряхтела ведьма. – Если не боишься, то можешь посмотреть сама… Могу при тебе!

Её голос звучал спокойно, но в нём проскальзывали нотки предупреждения. Я кивнула, чувствуя, как внутри меня нарастает любопытство. Я уселась поудобнее в кресле, готовая к любым неожиданностям.

– Давайте при мне! – кивнула я, как опытный пользователь колдуний.

Бабка медленно открыла шкатулку. Старинные петли скрипнули, издав звук, который напомнил мне о далёком прошлом. Ведьма прислушалась, и я тоже затаила дыхание, стараясь уловить хоть что-то необычное.

И вдруг мне показалось, что я услышала неразборчивые голоса. Лёгкий, но настойчивый шёпот, словно множество голосов сливались в единый хор. Это было так неожиданно, что я замерла, не веря своим ушам.

“Ловко это она!”, – подумала я. Я уже объясняла себе этот шёпот игрушкой на батарейке, диктофоном со звукозаписью, как вдруг бабка посмотрела на меня в упор.

– Зовут тебя Ульяной, – произнесла она твёрдо, но без пафоса. – Муж твой с нечистой силой связался.

Эти слова ударили меня, как холодный ветер. Я почувствовала, как по спине пробежал озноб. Как она могла это знать? Я посмотрела на шкатулку, пытаясь найти ответ в её содержимом, но внутри было пусто.

В этот момент в старом шкафу зазвенели бокалы. Звук был таким неожиданным, что я вздрогнула. Стекло задрожало, и я увидела, как оно вибрирует, словно живое. Кто-то или что-то стучало под моими ногами, издавая глухой, ритмичный звук. Три удара, как будто кто-то пытался привлечь моё внимание. Словно постучали оттуда. Я тут же подняла ноги, ловя рукой перепуганное сердце.

– Не боись, – сказала бабка, слегка улыбнувшись. – Без моего приказа они тебя не тронут.

Она строго посмотрела на шкаф, и тени на стене вдруг начали двигаться. Они слились в стаю, которая медленно двинулась к шкатулке. Бабка закрыла глаза и рявкнула: «Тишина!»

И все тут же стало тихо. В этой тишине я слышала, как бьется мое перепуганное сердце.

И всё мгновенно стихло. Только моё сердце продолжало бешено колотиться в груди. Я чувствовала, как страх медленно отступает, уступая место любопытству и восхищению.

– Болота… Болотный Царь, – произнесла бабка, глядя на меня с удивлением и даже тревогой. Её голос дрогнул, и я поняла, что она сама напугана.

Сомнений больше не оставалось. Эта старушка была настоящей ведьмой, и её слова не оставляли места для сомнений.

– То есть, то, что Максим говорит – правда? – спросила я, чувствуя, как голос дрожит от волнения.

Бабка кивнула, и её лицо стало ещё более серьёзным.

– Правда, – подтвердила она. – Но не всё так просто, как кажется.

Глава 10

Я медленно оглянулась, ощущая, как по спине пробегает холодок. За моим плечом не было ни таблички, ни суфлера, но в воздухе витало нечто зловещее. Это ощущение усиливалось с каждой секундой.

Внезапно что-то дернуло меня за волосы. Я вскрикнула от неожиданности и обернулась. Но позади никого не было. Только старая, скрипучая дверь, ведущая в соседнюю комнату, слегка приоткрылась, словно приглашая меня заглянуть внутрь.

– Не шали! – строго пригрозила кому-то бабка и вздохнула. – Не тронь девку. Марш обратно!

Из шкатулки, стоявшей на столе, выскочило что-то маленькое и темное. Оно напоминало крошечного зверька с блестящими глазами. Я отпрянула, не в силах отвести взгляд. Старуха схватила существо и быстро засунула его обратно в шкатулку.

– Куда пошел! Сиди на месте! – проворчала она, захлопнув крышку. Я посмотрела на шкатулку совсем другим взглядом. Она казалась живой, словно в ней скрывалась какая-то неведомая сила.

– Дай-ка я еще посмотрю, – вздохнула ведьма, глядя на меня с таким выражением, будто я была приговоренной к смерти. Она погрузила руку в шкатулку, и я с удивлением увидела, как ее рука почти по локоть исчезает внутри.

Внезапно лицо старухи изменилось. Она дернула рукой, и я увидела, как с ее пальцев капает густая грязь. Она бросила на стол кусок травы, покрытый черной жижей.

– Вот что мне бесы принесли, – вздохнула она, вытирая руку о подол платья. – Значит, правда…

Я с ужасом смотрела на этот кусок болота, который растекался по чистому столу и белой скатерти. Я не могла поверить, что это происходит наяву.

– Ой, беда-а-а, – протянула ведьма, качая головой. – Дурак он у тебя… Дурак… Что ж вы себя умнее нечистой силы считаете? А? Вы тут мгновенье живете… А они – столетиями…

Я стала рыскать глазами, словно в поисках хоть какого-то объяснения происходящему.

Как вдруг из темноты соседней комнаты на меня посмотрели глаза. Блеклые, светящиеся, похожие на тусклый свет от луны. Они были белесыми, холодными и пугающими. Я почувствовала, как мое сердце забилось быстрее.

На уровне человеческого роста. И тут же исчезли. Кто-то стоял в дверях.

– У вас… там глаза… светятся, – прошептала я, тыча пальцем на дверь.

– Не обращай внимания, – заметила бабка будничным голосом. Она взмахнула рукой, и старая дверь с облупившейся краской, ведущая в комнату, плотно закрылась. – Это мой дед. Я его когда-то в молодости приворожила. Дура была. Любила очертя голову. И мозгами своими не думала.

– А… – протянула я, успокаиваясь.

– Этой весной схоронила, а он вон как. После смерти ходить начал, – заметила бабка со вздохом. И крикнула в сторону двери: – Пошел вон, старый ирод. Не мешай! Не видишь, человека принимаю. Деньги зарабатываю. Тебе на оградку.

Я услышала шорканье тапок в соседней комнате и кряхтение. Только сейчас до меня дошло, что в той комнате стоял и смотрел на меня мертвец!

Дверь захлопнулась, и я почувствовала, как воздух наполнился облегчением. Но внутри меня все еще бушевала буря эмоций. Я слушала шепот из шкатулки, который казался каким-то далеким и нереальным. Ведьма иногда бросала на меня взгляд, и я поклялась, что уже ничему не удивлюсь.

Вот теперь я начинала верить Максиму.

– Понятно, – слушала бабка шепот из шкатулки. – Понятно… При этом она изредка бросала взгляд на меня. Я поклялась, что уже ничему не удивлюсь.

Наконец-то шкатулка вернулась на место. Бабка вздохнула и посмотрела на свои сморщенные руки.

– Так что, девонька, беда у вас большая, – сказала она, глядя мне прямо в глаза. – Мужик твой умереть должен. За дело.

Глава 11

– А вы можете его как-то отшептать? – с надеждой спросила я, застыв в одной позе. – Ну там свечкой, яйцом откатать?

Я не очень-то разбиралась в магических ритуалах. Так, брякнула наобум.

– О, нашла чего! – выдохнула бабка. – Знала бы, с чем пришла ты, на порог бы тебя не пустила. Ничем помочь не могу. Уходи.

– Я могу хорошо заплатить! – тут же предупредила я.

Обычно эти слова действовали на людей как заклинание. Продавцы становились вежливыми, строители – расторопными и инициативными, люди – сговорчивыми, а про медиумов и гадалок я вообще молчу. Но на бабку это не подействовало.

Бабка молчала и мотала головой.

– Ты хоть знаешь, с кем твой ненаглядный связался? – нахмурилась бабка.

– Ну как бы… – начала я, понимая, что особо ничего не знаю.

– Болотам этим уже столько веков, что никто не помнит, когда они появились, – произнесла бабка. – Туда даже бывалые охотники не ходят. И я бы ни за какие деньги не пошла бы. А всё потому, что Царь на них есть. Богатства у него столько, что на сотни жизней вперед хватит. Там на дне золото лежит. Ну еще бы, сколько купцов там потонуло, не счесть. И мимо болот не пройдешь, даже если захочешь. Они звать умеют. Заманивают. Сколько историй я про них слышала. Еще от бабки своей. Правит ими Царь Болот. Побогаче всех царей будет. Раньше там деревеньки были. И девки ходили к нему. Он у них кровь пьет, а потом гребень или бусы дает. Девкам всё в радость. Складывали к приданному. Но ежели какая понравится, то он ее к себе в болото тащит. Один купец товар свой потерял. Ограбили его по пути. Лошадей забрали, товар забрали. Хоть жизни не лишили, и то – радость. В лесу помирать бросили. Купец на болота набрел. Вот и сговорились они с Царем Болот, что тот ему денег даст, но с возвратом. Через семь лет. Купец обрадовался. Деньги сгреб и из лесу вышел. Отстроился, лавки понаоткрывал. А потом день расплаты настал. Купец деньги повез. Сына своего взял. Стал Царь Болот деньги считать, как вдруг увидал, что нет золотого. Купец уверял, что всё посчитал. И затеряться не могло. «Кажись, нашел!» – произнес Болотник и сына его схватил. Отец опомниться не успел, как парня трясина поглотила. А потом уже узнал купец, что сын его по жадности забрал золотник себе. Девкам на пряники. Отец-то его в ежовых рукавицах держал. Хотел, чтобы сын сам зарабатывать начал. Вот денег ему не давал. А сын его подумал, что коли одной не досчитаются, так придираться не будут. Тут же такая груда золота! Вот и просчитался.

– Неужели никакой надежды нет? – вздрогнула я. – Я очень люблю мужа. Я не хочу его терять… Я не хочу, чтобы он умирал!

Как только я говорила об этом, так тут же начинало щипать уголки глаз. Голос становился хриплым.

– Ну пожалуйста… – прошептала я, а по щекам скатились слезы.

Бабка закрыла глаза и вздохнула.

– Девонька, милая. Если бы я могла помочь, я бы помогла, – выдохнула бабка. И тут же засомневалась. – Хотя, способ, кажись, есть…

Глава 12

– Какой? – с жаром спросила я, вытирая слезы. Сейчас я готова была на все.

– Езжай на болота. Знаешь, где это находится? – спросила бабка. – Могу беса дать, чтобы проводил.

– О, не надо! Мне родовых бесов уже чистили! – запротестовала я. – Новых не набираю! Дороговато получается.

– Ишь, что удумали. Откуда у тебя родовые бесы? Эх, дурят людей. Лишь бы деньги с них содрать, – вздохнула бабка. – Если дорогу знаешь, то поезжай. И чем быстрее, тем лучше.

Денег бабка не взяла. Я попыталась оставить ей немного на оградку деду, но она просто вытолкала меня за дверь.

Уходя из дома, я обернулась, как вдруг увидела в окне… покойника с седой бородой. Впалые щеки, пустые глазницы, в которых блекло горели огоньки. И кожа такого цвета, что у живых такой точно не бывает! Прямо с зеленцой! Он стоял и смотрел на меня, а я бросилась бежать к калитке.

Немного придя в себя, я поехала на вокзал, взяла билет на электричку и уже через два часа вышла на полустанке. Дальше я направилась по дороге, а потом по тропинке по полю.

Дорога прошла в раздумьях. На улице уже смеркалось. Небо сморкалось редким противным дождиком. Грязь комьями налипала на ботинки. На горизонте брезжили огоньки первых домов и слышался хриплый лай собак.

Я шла по улице, слыша со всех сторон лай. На крылечках горел свет. Я ускорила шаг, проходя мимо дома родственников.

Заходить к родственникам на огонек я не собиралась. Было очень обидно за мужа. Кто как не родители должны все отдавать за детей?

Когда я прошла последние дома, стемнело окончательно.

За деревней открывалась черная пасть леса. Я прошла по мосту, направляясь прямо в самую пугающую тьму.

"Видимо, я все-таки сумасшедшая, раз сюда пошла!" – пронеслась в голове мысль. – "Отчаянная и сумасшедшая!"

Но мысль о том, что я потеряю любимого, сжимала мое сердце и обдавала его холодом. Казалось, внутри меня бьется только одна мысль. Спасти. Спасти. Спасти любой ценой!

И она же придавала мне сил идти вперед.

Бледная луна истекала тусклым холодным светом над непроходимыми болотами. Среди кочек чернели деревья, словно пытаясь обмануть путника. Их ветки шептали: "Иди сюда, здесь безопасно", но что-то внутри замирало, стоило сделать шаг вперед по сочной траве и жирной грязи. Темные, скользкие тропы переплетались змеями. О, боже! Здесь могут водиться змеи!

От этой мысли мне стало совсем не по себе. Сердце гулко забилось внутри, когда я смотрела себе под ноги. Казалось, что сейчас ко мне со всех сторон наперегонки ломанутся ядовитые змеи: "Покусаем! Покусаем!"

Но пока что только зудящие нахальные комары проводили свою "кусательную" репетицию. Сквозь плотный туман, стелившийся по земле, доносились странные звуки: то ли шорохи, то ли приглушенные голоса. Казалось, само болото разговаривает. И голос у него тихий, вкрадчивый и манящий. Душный воздух наполнялся влажностью. Комары обнаглели настолько, что уже не стеснялись ни моих шлепков, ни махов руками, ни тихих ругательств, которые я цедила сквозь зубы. Мне казалось, что у этих комаров ругательный словарный запас больше, чем у меня, раз они нагло ходили по мне пешком и вразвалочку. Некоторые, особо наглые особи, даже не думали улетать. Они просто переходили на тонких лапках с одного места укуса на другое.

"Ну, я пришла!" – прошептала я, осматриваясь. Говорила я тихо-тихо, но не потому, что не хотела, чтобы комары считали меня сумасшедшей и разговаривающей самой с собой. Вовсе нет. Мне почему-то было страшно нарушить призрачный покой этого жуткого и зловещего места.

И тишина. Никого нет. Я осмотрелась, чувствуя, как у меня сосет под ложечкой.

– Эй! – нарушила я молчание.

Странное предчувствие сковало меня страхом.

Глава 13

Это место напоминало чудовище. Казалось, оно затаилось и спит. И лишний звук, шелест голоса, крик или захрустевшая под ногой ветка разбудит его, заставив открыть жуткие глаза. С каждой минутой чувство страха подбиралось все ближе к горлу.

Вдруг в густом тумане показалась фигура – немая и таинственная. Она стояла на краю болота, едва различимая, словно порыв ветра обернулся человеком. Я не верила своим глазам. «Фигасе…» – произнесла я тихо, словно сомневаясь в силе своего голоса.

Фигура не шевелилась, словно каменный истукан, и лишь тусклый свет луны обрамлял её границы, придавая ей призрачный вид. Я попыталась сосредоточиться на ней, но туман как будто играл со мной, загораживая и открывая силуэт. В голове вертелись мысли: кто это? Неужели это он? Царь болот? Я замерла, каждый мускул напряжен от ожидания. Время тянулось, как резинка, готовая в любой момент лопнуть. Вдруг мрак рассеялся – фигура сделала первый шаг ко мне. Это было так неожиданно, что сердце забилось ещё сильнее, а в ушах зашумело, словно поток воды.

– Зачем пожаловала? – спросил мужской тихий голос.

Пусть он и был тихим, но пробирал до мурашек. Тембр у него был приятный. Вкупе со сладким дурманящим запахом цветов, казалось, что даже каким-то томным и завораживающим. Словно кто-то провел мягкой рукой по твоей спине, едва касаясь пальцами.

Я вдохнула запах цветов, чувствуя, как у меня кружится голова.

– Здравствуйте, – произнесла я. Несмотря на страх, голос получился тихим, но очень деловым.

Мое сердце отплясывало в такт с непредсказуемым волнением, словно было готово разорваться от страха и адреналина.

– Зачем пришла? – повторил он, как бы играя с моими словами. Лицо незнакомца было скрыто тенью, и лишь уголки его губ странно иронично приподнимались. – Я очень люблю непрошенных гостей… Проходи, умирай, не стесняйся…

Кто тут про «умирать» сказал?

– Я… Я пришла, чтобы спасти мужа! Вы же ему сказали, что он умрет! Я люблю его и не хочу, чтобы он умирал! – с жаром выпалила я. – Он все, что у меня есть!

Я сглотнула, вновь осознав всю опасность ситуации. Сзади меня, казалось, что сам лес дышит, словно готовясь к чему-то нехорошему с моим непосредственным участием. Комары, исчезнувшие из поля зрения, странно притихли, оставив только ужасающее молчание. Страшный мужик, раз комары его боятся.

– Подойди, не бойся… – произнес голос. Рука поманила меня в туман, а я мысленно дернулась: «Не-а! Я и отсюда покричать могу!»

Я сделала шаг вперед, чувствуя, как все тело изнывает, как капризный ребенок, которому не хочется делать уроки. Оно противилось каждому моему шагу.

– Чуть-чуть ближе… – послышался обволакивающий шёпот.

И снова его губ коснулась улыбка. Мои ноги сами шагнули навстречу.

Он обладал таким магнетизмом, что я не могла отвести взгляда. Моя голова снова закружилась от сладковатого аромата цветов, который сейчас ставил под сомнение всё: мой страх, мои мысли, даже саму реальность.

Я знала, что должна была уйти, но не могла.

Да что там уйти! Бежать отсюда со всех ног! Обратно! В деревню! Потом первой электричкой уехать обратно, записаться к хорошему психотерапевту и стараться никому не рассказывать о том, что я здесь видела.

– Ты боишься? – спросил голос со смехом.

– Нет, я обалдеваю, опасаюсь, не доверяю, но не боюсь! – ответила я. Получилось почти храбро.

Смех, мягкий и манящий, раздался откуда-то из тумана. Это было нечто странное и пугающее, но в то же время – завораживающее. Он, казалось, ловил каждое моё слово.

– А зря… – произнес Царь Болот с легкой иронией. Только сейчас я увидела его лицо. Но не лицо меня напугало. Оно было красивым, но в его красоте было что-то потустороннее, чуждое, но в то же время притягательное. Его кожа была серовато-бледной. Меня напугали глаза. Они у него были жёлтые, похожие на болотные огоньки. Они смотрели на меня с пугающим интересом. А я чувствовала, что уже видела их.

В тёмно-зелёных волосах, как в зарослях водорослей, переплетались отблески лунного света, затейливо укрывающие часть его лица. Даже туман обволакивал его с осторожностью, боясь разрушить хрупкий баланс между миром людей и миром потусторонним. Опасная нега болотной атмосферы окутывала его словно невидимая вуаль.

– Пожалуйста, не убивайте моего мужа, – прошептала я, сжимая кулаки.

– У нас с ним договор был, – произнёс Царь Болот. – А ты что? Не знала?

Глава 14

– Какой договор? – спросила я, вглядываясь в Царя Болот. Он усмехнулся, глядя на меня оценивающим взглядом. – Я ничего не знаю про договор!

– Он попросил золото. Я дал ему золото. Он обязался вернуть его в срок. Но не вернул. А срок прошел вчера, – заметил красавец. Его глаза пытливо смотрели на меня.

Сейчас его голос напоминал холодный ветер, шуршащий по высохшим травам.

– Мы… мы квартиру можем продать! – выдохнула я, глядя в желтые глаза.

– Что мне ваша квартира. Срок прошел. Отсрочек не даю. Вернул бы, и разговор был бы другой.

Я чувствовала, как все внутри сжимается.

– А так поздно уже. Или он, или кто-то вместо него, но добровольно.

Или он, или кто-то добровольно…

Мои мысли мгновенно устремились к Максиму – к его теплу, к его улыбке, к тому, как он обнимал меня, когда мир казался слишком холодным. "Как я смогу это сделать? Как я могу отдать его смерти?" – мысли о муже, о его мужестве, о его любви, которая была её опорой, окутали меня. И мне вдруг стало теплее.

"Я люблю его… Люблю…" – шептала я самой себе. И в этот момент пришло осознание. Я должна спасти его – любой ценой. Именно эта любовь, словно свет в темных коридорах души, заставила задать самый мучительный вопрос: "Согласна ли я умереть вместо него?" Это было невыносимо… Что-то внутри противилось. Упиралось. Кричало. Почему он мне не сказал о долге? Или чудовище обманывает? Царь Болот смотрел на меня. За величием его взгляда скрывалась тьма, в которой я почти чувствовала дыхание смерти. Сердце колотилось, как бешеная птица, в груди, не зная, как справиться с растущим ужасом и невыносимой надеждой. За моими плечами оставались последние часы, когда мой муж Максим был еще жив. – Чтобы твой муж остался жив, кто-то должен пойти вместо него, – произнес Царь Болот.

Словно молния ударила в сердце. Я снова вспомнила, как Максим смеялся, как его руки – теплые и надежные – обнимали меня, как он нежно называл меня "солнце". Комната, в которой он находился, тут же повеяла теплотой его присутствия, и мне стало невыносимо душно.

Умереть вместо любимого? Мысли вихрем проносились в моей голове. Вспоминая его улыбку, я чувствовала, как холод охватывает душу. Я не могла себе представить мир без него. Не могла. – Я согласна, – произнесла я, несмотря на панику, переполнявшую меня. Но в ответ на свои слова я ощутила, как по спине пробежал холодок сомнения. Я шла к гибели. Сделал бы он для меня тоже самое? Конечно бы сделал! Я уверена!

В это мгновенье придуманное мною будущее, полное света и счастья, заволокло тяжелое облако страха.

– Ты уверена? Назад дороги не будет, – произнес Царь Болот. Мне кажется, у меня на лице отразилась вся гамма чувств. И он наслаждался моими сомнениями.

Моё сердце разрывалось от страха, и я, ощущая, как в груди вспыхивает тревога, отступила на шаг – в сердце снова закралась неуверенность. Все внутри дрожало. Мысли метались из одной крайности в другую.

– Я могу сделать вид, что не услышал тебя, – произнес Царь Болот. – Подумай, зачем тебе, такой красивой женщине, губить себя ради кого-то? У тебя может быть впереди целая жизнь. Долгая и прекрасная…

Улыбка скользнула по его губам. Вот зачем он это говорит? Я и так на грани… Мне так страшно…

– Я… – слова застряли в горле. Просто минута раздумий могла перечеркнуть мою решимость. Время остановилось. Убийственные мысли обрывались о ту безмолвную стену, что стояла между жизнью и смертью. Последний вздох, последние мгновения. Я не могла вернуть их назад. Я ничего не смогу поменять. Не будет красивой детской, я никого не поведу за ручку в детский сад, не усну счастливая в обнимку с любимым мужем.

– Я… – повторила я, закрывая глаза и едва не плача. – Выбрала.

Глава 15

Но внутри себя я увидела образ Максима – его глаза, его смех. Его образ впечатался в мою душу, согреваемый моей любовью. Каждая крупинка, каждая деталь была дорога мне.

И, наконец, в этом болезненном порыве я поняла: если это – последний дар, который я могу дать ему, то даже если это будет самой тяжёлой ценой, я пройду через это. Любовь сильнее страха.

– Я… я согласна, – произнесла я снова, уже со стольким мужеством, сколько могла собрать.

– Тогда давай руку, – почти нежно прошептал Царь Болот, глядя на меня янтарными глазами.

– А это зачем? – с сомнением спросила я, нервно прижав руку к груди.

– Скрепим договор, – произнес он. – Как положено. Кровью.

От вида собственной крови мне обычно становилось не по себе. Сознание куда-то уплывало, я чувствовала дикую слабость и желание упасть в обморок.

– Нет крови – нет договора, – произнес Царь Болот, а я поморщилась и выставила вперед дрожащую руку.

Только я почувствовала, как его холодные пальцы бережно коснулись моей руки, я рефлекторно отдернула ее.

– Может, лучше левую… Левую, не так страшно, – прошептала я, подавая другую руку.

Я отвернулась, зажмурилась, чувствуя, как сердце стучится в горле. Я ничего не слышала, кроме гулких и частых ударов своего сердца.

Он касался руки так нежно, так плавно, что я чувствовала бегущие мурашки. Особенно, когда его холодные пальцы прикасались к моему запястью.

– Ну, – прошептала я сдавленным голосом. – Вы там скоро?

– Я любуюсь, – послышался тихий голос, а я сделала глубокий вдох, вдохнув как можно больше воздуха. – Разве нельзя?

И снова это прикосновение.

– А вы не могли бы любоваться побыстрее, – простонала я, чувствуя, как дрожит моя коленка.

Внезапно к моему запястью прикоснулись губы.

– Мне кажется, – прошептала я. – Это немного лишнее. Я замужем и…

– Нет, не лишнее, – прошептал голос, пока губы касались моего запястья.

И в этот момент я почувствовала, как на моем запястье сомкнулись острые зубы.

– А! – сжалась я, быстро-быстро задышав. На глаза выступили слезы.

Я почувствовала, как он пьет мою кровь. В голове был туман, я тихо плакала, сглатывая и пытаясь вытерпеть пытку.

И тут зубы разжались.

Я потянула онемевшую и дрожащую руку к себе. Кровь текла по руке, а я не знала, чем перевязать.

– Я подумал, – произнес Царь Болот. – Ты так любишь своего мужа, что готова за него умереть… Я не хочу лишать тебя жизни полностью. Я возьму тебя в услужение. На шесть лет. Через шесть лет ты снова вернешься к людям.

Я закусила губу, чуть не заплакав от внезапного счастья. Он не станет меня убивать!

– А можно я обнаглею окончательно и… – прошептала я, глядя в его янтарные глаза. – И попрошусь на один день. Мне нужно попрощаться с мужем… Я обещаю, что вернусь…

Внимательный взгляд смотрел на меня, а его губ коснулась усмешка.

– Вернешься. Куда ты денешься от меня, – послышался тихий голос, похожий на вкрадчивый шепот ветра. – Ты теперь принадлежишь мне… Мы скрепили договор. Если не вернешься до полуночи, я приду за тобой. Но условия договора поменяются.

– Я вас поняла, – кивнула я, видя, что кровь на руке не останавливается.

Он обернулся, чтобы раствориться в густом тумане. Я снова посмотрела на руку, пытаясь найти хотя бы салфетки, чтобы перемотать руку. Но пачка с салфетками была пустая. Я прошуршала ею, а потом бросила взгляд на Царя Болот.

– Простите, я еще раз обнаглею, – прошептала я. – А у вас нет чем перевязать руку? Просто кровь не останавливается…

Внезапно он обернулся. Его темные волосы разметались, разгоняя туман вокруг. Ну всё, я перешла все мыслимые границы наглости!

Глава 16

Царь Болот произнес: «Руку!». Я замерла на месте, а потом опасливо протянула ее ему. Сочная темная капля крови упала на зеленую поверхность болота. Вторая капля осталась на травинке, повиснув, словно ягода.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.