Евгений Смарт
(НЕ) Фараон. Архитектор. Книга 1

Часть 1. Архитектор

От автора

Большая благодарность в помощи создания этого цикла Валерию Гурову, Виктору Виту, Дмитрию Дубову и Виктору Молотову. Без Вас бы я не нашёл в себе силы взяться за этот новый цикл.

Пролог

❝ Если у меня немножко КЦ есть, я имею право носить жёлтые штаны, и передо мной пацак должен не один, а два раза приседать. Если у меня много КЦ есть, я имею право носить малиновые штаны, и передо мной и пацак должен два раза приседать, и чатланин «ку» делать, и эцилопп меня не имеет права бить по ночам… Никогда!.. ❞

("Кин-дза-дза!" Георгий Данелия, Резо Габриадзе)

Я стою на самой вершине пирамиды, которую построил я сам! Ну, пусть и не своими руками, пусть и прибегнув к хитростям, неизвестным в эту эпоху этим народам. Но именно я ввёл новые правила построения пирамид, Храмов и домов нового поколения. Именно я разработал и внедрил чертежи. И именно я научил прорабов Древнего Египта читать и понимать их. А также строить, не загоняя сотни тысяч рабов, а используя квалифицированную рабочую силу, работающую не из-под палки, а стимулируемую финансово и материально. Я ввёл ОСП, Организацию Строительного Производства.

Да, история пошла по другому руслу, нежели мы учили по учебникам. Да, я внедрил много новинок, намного опередив предопределённое им время. И пусть только попробуют разгневаться Древние Боги Египта! Я объявил им войну! Настоящий Крестовый Поход ещё задолго до рождения Христа, тем более задолго до возникновения самого Христианства. Моё Православное Войско СЛАВит ПРАВильного Бога! И пусть он один, хоть и в трёх лицах, но он сильнее всей той плеяды Египетских Богов, что противостоят нам.

Я не только реформировал религиозный уклад и политический строй в Египте, точнее, в СССН, но и ввёл товарно-денежные отношения, внедрил не только понятие денег, но и саму валюту. Я также изменил церковную иерархию и "придумал" новую письменность, организовал начальное и профессиональное обучение в бесплатных Школах, создал там Пионерскую организацию, обеспечил в городах, сёлах и в войсках Православные Больницы, сеть общественного питания, и Досугово-Культурные и Развлекательные Центры. Я также построил широкие и прочные дороги, наладил регулярное недорогое передвижение по ним общественного транспорта, почтовые ямщические службы, почтовое же срочное голубиное сообщение, да ещё и экстренную семафорную связь, планируются в перспективе и электричеством заняться в ближайшее время.

А, чуть не забыл. Я и преступность искоренил в нашем Союзе Советов, уничтожив предпосылки и введя милицейские народные дружины, подняв самосознание общества на невиданную высоту, которой не было ни в одной формации до и после меня.

Передо мной проходят строем войска организованного мною парада в честь основания Великого Государства. Отдают честь своим военачальникам, обеспечивающим дисциплину и снабжение войска самым передовым вооружением и средствами защиты.

Нет, я не болен гордыней. Я чётко осознаю, что я сделал для страны, для Мира в целом, который ещё пока не знает, что и ему предстоит перестроиться. Я молча стою в тени своих лидеров, принимающих на себя всё бремя славы. Мне достаточно лишь знать, что все потуги мои обратятся лишь на благо. Я Серый Кардинал, всего лишь Советник, хотя успел побывать и Жрецом, и Царём, и даже Богом!

Но лучше расскажу всё по порядку.

Глава 1. Нет!

❝ – Стой! Стой, я говорю! Ты кто? Я спрашиваю: ты кто?

– Пришелец-прораб.

– Нет. Ты пацак. А ты кто?

– Я грузин.

– Не-ет, ты тоже пацак. Ты пацак, ты пацак и он пацак. А я чатланин, и они чатлане! Так что ты цак надень и в пепелаце сиди, ясно? ❞

("Кин-дза-дза!" Георгий Данелия, Резо Габриадзе)

Я оценивающе смотрел на наброски генплана новой точки сети ресторанов быстрого питания. Прикидывал, как лучше организовать пути подъезда, парковку и проезд для заказа и выдачи мобильным клиентам. Пути движения не должны образовывать «восьмёрки», когда заезжающие пересекаются с выезжающими.

Заявку на участие в проекте мы выиграли, когда одна из пивоварен затеяла организовать свою сеть, но не знали, чем выделиться. Мне было известно, что один из их запланированных напитков – возрождённое производство медовухи. Вот решение и пришло само собой.

Я тогда с ходу набросал павильон, составленный из наборных шестигранных сот. Придумал шесть типов модулей в зависимости от назначения. Суть состояла в том, что модули делают заранее, разбирают, привозят на площадку и моментально собирают.

Задумка понравилась заказчикам, намеревающимся продвигать медовуху, и наша компания выиграла. Концепция была моей, а воплощал её Генка, самый талантливый архитектор из нового молодняка. Рабочее название проекта было "Соты", а мы между собой называли "В попке у пчёлки".

Я стоял у кульмана, потягивая крепкий чай и по привычке слушая в "бананах" по блютузу очередную аудиокнижку. Решил реанимировать в памяти "Фараона" Болеслава Пруса. Поэтому стук в дверь, обозначивший желание войти, не расслышал. В дверях показался Генка.

– День добрый, Анатолий Петрович! – поздоровался по инерции Геннадий, хоть мы и виделись уже сегодня не раз.

– Здоровей видали! Проходи.

Я подумал, что Гена пришёл уточнить что-то по сегодняшней встрече в ресторане и махнул на стул возле компьютера. Но он не присел.

– Вы снова за кульманом? На компе́ же удобнее, – засмотрелся он, как я точу карандаш. – Не надо работать точилкой.

– Гена, а я никогда не пользуюсь точилкой. Хороший карандаш должен быть зато́чен вручную так, чтобы кончик грифеля был как минимум десять миллиметров.

– Они же так ломаться будут, если чуть надавить? – подивился Генка.

– А зачем на них давить? Карандаш должен легко лежать в руке. Если хочешь сочную линию выдать, пользуешься мягким типом. Для тонких лучше твёрдый. И заметь, я точу грифель не конусом, как точилка, а ножичком под лопатку. Если нужна такая, но яркая линия, черчу ребром, если нужна широкая линия, то плоской стороной. Это целая наука! Вам такое уже не преподают в универе? Всё на компах?

Я знал, что среди молодых меня считают чуть ли не мамонтом от архитектуры. Хоть я и работаю в Архикаде, но генплан мне удобнее лицезреть, охватывая его на листе ватмана формата А-Ноль.

Да и Архикад на компе у меня старый. Ещё Пятнадцатой Версии, хотя у всех других стоит Двадцать Шестой. Ну, не люблю я гнаться за циферками. Различий между новинками особо не было. Считалось почему-то, что чётные версии были неудачными, их постоянно патчили, улучшали. Вот я и тормознул процесс апгрейда, дожидаясь времён, когда разработчики сделают полностью рабочую версию, без изъянов и удовлетворяющую всем хотелкам. Так и жду до сих пор.

– Ты же пришёл не для того, чтобы посмотреть, как рисуют саблезубых тигров питекантропы? Что стряслось?

– Вот. Проект. Подпись нужна Ваша, – как-то неуверенно начал Геннадий и я почуял что-то неладное.

– Но́вик проверял?

– Да, конечно! Вон, подпись его стои́т.

Ну, допустим, проверил. За Генкой ошибок никогда не водилось, но неуверенность молодого сотрудника смутила.

Так… Ага. Нашёл. Я держал открытой страницу со спецификацией крыши и глянул на Генку. Тот стоял ни жив ни мёртв. И весь пунцовый, как рак.

Набираю по внутреннему ГИПа.

– Никонорыч, ты смотрел Генкин проект? – ожидаю, что тот отмахнётся.

Но затянувшаяся пауза меня удивила.

– Подпиши, Дмитрий сказал, что надо так оставить.

– Дмитрий? А сядет потом кто? Дмитрий или мы с тобой, пропустившие это?! – я не кричал, но одно повышение мною голоса заставляло молодых чуть ли не в туалет нестись памперсы менять. – Ты же понимаешь, что на стропила доски в триста миллиметров застройщик никогда не найдёт! И поставит вместо них двухсотые.

– Так надо, – раздалось в трубке. – Дмитрий сказал. Заказчик не хочет, чтобы в проекте рассчитывали из двойной двухсотой, тогда расход по доскам будет в два раза больше. Понимаешь?

– Я-то понимаю. А почему не указать сразу, что пусть из реек делают? Подумаешь, крыша обвалится. Зато заказчик будет доволен! Представляешь, если бы так пирамиды строили в Древнем Египте? Как ты думаешь, достояли бы они до нас? – книга, которую я поставил на паузу, пришлась как нельзя кстати.

– Так ведь всё равно не достояли, разграбили их!

– Да я не о цацках, что внутри были…

– Ну, и снаружи кладка вся разрушилась. Если бы они на цементе облицовочную плитку клали…

– Я тебе сейчас накладу… – перебил я, понимая, что собеседник пытается увести в сторону разговор. – Технология всегда должна быть!

Мы бы ещё долго препирались с ГИПом, но Геннадий вдруг изрёк:

– Заказчики здесь, в переговорной.

– Ах так?! А ну, идём вместе!

Мы зашли в приёмную, где сам директор нашей фирмы Димка распинался перед двумя лощёными мужиками в дорогих костюмах и с четырьмя невозмутимыми охранниками, занявшими собою чуть ли не всё просторное помещение, предназначенное для совещаний целого отдела.

– О! – подскочил со стола Димка. – А вот и наш ГАП! – и пояснил: – Главный Архитектор Проекта Анатолий Петрович Чижов.

Мне этих нуворишей он представлять не стал. Да я и так знал, для кого наша фирма проектировала типовой коттедж люкс-уровня для целого элитного посёлка из коробок-близнецов, больше смахивающих на грядку дворцов.

– Кстати, Анатолий Петрович однокашник небезызвестного Кузьмина, что был Главным Архитектором Москвы. Анатолий Петрович лично проектировал усадьбу за Крокусом, где сейчас живёт певец Кирко…

– Я не буду это подписывать! – чуть ли не швырнул я проект на стол, остановило меня только то, что это творение моего ученика. – Либо пересчитываем крышу на двухсотую доску.

– Вы не понимаете! – грозно поднял руку так и не вставший деляга. – Это же такой колоссальный расход досок! Вы осознаёте, как удорожит это строительство!

– Ничего страшного. На пару мраморных балясин меньше сделаете при входе, ещё больше окупится.

– Анатолий Петрович, погодите, не надо нагнетать. Всё будет хорошо. Заказчик договорится и на стройку привезут эти злосчастные доски в тридцать сантиметров.

– Триста миллиметров, – по привычке поправил я.

– Да, да, в триста миллиметров, – согласился Дмитрий.

– Но им не найдут такие доски, – настаивал я.

– Найдут! Нам найдут в пятьсот Ваших миллиметров! – рассмеялся переговорщик противной стороны, в прямом и переносном смысле.

– Я всё сказал.

Ни слова не говоря больше, я вышел из переговорной, оставив проект на столе.

Генка прибежал следом, с выпученными глазами, когда я уже надевал пиджак.

– Что ж ты, Геннадий, так подставляешь меня? Знаешь же, чем это грозит.

– Я всё понимаю, Анатолий Петрович, но шеф категоричен – надо подписать так, а то клиент уйдёт в другую компанию.

– Вот меня прово́дите на пенсию и подписывайте сколько влезет. Хоть приговор себе на эшафот.

Я захлопываю свой старенький портфель с черновиками, над которыми хотел ещё дома поработать.

– Ты, это… Генка. Приходи сегодня в кафешку. Там только близкие мне люди будут. Сегодня ровно четверть века, как я в компании работаю. Задержался. И выгнать пенсионера нельзя, вот и те́рпите все меня. Ну, ничего, скоро я избавлю Вас от своих придирок, сами выживать будете.

Генка что-то пытался лепетать, дескать, никто меня не выгоняет, на мне вся фирма держится. Но я эту лесть пропустил мимо ушей, перебивая его:

– Не забудь – к семи жду в кафе, отметим мой юбилей. Опоздание и неявка равносильны оскорблению!

И выхожу из кабинета. Мне можно уходить с работы и пораньше. Я же с Восьми утра здесь торчу, тогда как молодые начинают приползать лишь к Десяти, Одиннадцати, а то и к обеду. График у нас ненормированный, часто выезжаем на объекты, вот и хитрит молодняк.

Глава 2. Други мои!

❝Всем отдыхать полчаса!❞

("Кин-дза-дза!" Георгий Данелия, Резо Габриадзе)

Хоть день и был немного подпорчен, но для нашей работы это всего лишь рядовая ситуация. Подобные разногласия с клиентами часто случаются. Если пожелания клиента идут вразрез с нормами, но они неопасные, то достаточно и подписи заказчика в проекте, что тот ознакомлен с последствиями.

Например, встроенный холодильник на кухне по желанию клиента стои́т в расстановке модулей не до мойки, а после плиты. В комплексе по соседству с пеналом духового шкафа и микроволновки с кофемашиной. Это затруднит работу домохозяйки, но заказчик "так хочет". Оставляем, как барин пожелает, но под подпись. Или пол в ванной не на сантиметр ниже уровня коридора, а вровень. Не всегда сработает "Нептун", разлившаяся вода зальёт весь пол дома. Но жёнам заказчиков это не объяснишь, они ужасно не любят "ступенек". Ставят подпись.

Но если видим налицо нарушение, которое может повлечь за собою катастрофу, тем более с человеческими жертвами, то категорически пересматриваем такие решения.

Всё! Выкинули работу из головы! Едем отмечать. Я заранее заезжаю в кафе проверить бронь и сервировку. Уточнили с администратором очерёдность подачи блюд. Сперва закуски, горя́чее позже. Вина разрешили принести и свои, если хоть какой-то алкоголь заказан. Вытащил из портфеля припасённый "Чёрный Полковник" привезённый лично из "Солнечной Долины", на мой взгляд, самое лучшее Крымское вино. Передал администратору, чтобы подали на стол, когда соберутся все наши.

Самым первым приехал Генка. Мы ни словом не обмолвились о работе. Молодец, всё понял. Все споры завтра. Потерпят кони, не́зачем их так гнать, день ничего не решает.

Вторым появился мой одноклассник Костик, мы с ним со школьной скамьи всегда участвовали во всех олимпиадах. По Химии, по Истории, по Математике с Физикой и даже по Биологии. Поочерёдно защищали честь города. Только я ушёл в Архитектуру, а он стал врачом. Сейчас Константин Курочкин заведующий отделением реанимации городской больнички. Разведён, как и я. Детей мы оба вырастили, они покинули отчие дома, устроили свои гнёздышки. И у меня, и Костика с жёнами не было общих интересов, общение давно свелось лишь к бытовухе. Вот и разбежались, что они, что мы. У моей жены своя квартира, у меня своя, всё давно записано на внуков. Расстались с ней, можно сказать, друзьями. Иногда на праздники посылаем друг другу стикеры или смайлики. Удобно, слова не нужны.

Третьим прибыл Игорь. С ним мы учились в МАРХИ. Он не был отличником на нашем звёздном курсе, откуда вышло очень много известных личностей, например, бывший Главный Архитектор нашего Города. Нас всех сплотила тогда поездка в подшефный совхоз, куда сразу после поступления погнали студентов. Игорь был душой компании, организовал наш быт в провинции. И, когда встал вопрос о выборе комсорга группы, все единодушно проголосовали за него. После института Игорёк, естественно, пошёл не по специальности, а двинул по комсомольской линии. Наши пути разошлись, я знал, что он организовал НТТМ в период коммерциализации Комсомола. Слышал, что он мелькал в том деле, когда целый железнодорожный состав с титаном каким-то чудом оказался в Грузии под разгар военных действий, а потом испарился. Были громкие разборки, полетело много голов как в прямом, так и в переносном смысле. Долго про Игоря не было известий. Оказалось, что он сидел и пропустил целую эпоху приватизации. С приходом новой власти затесался в ряды партии, что хоть и не была правящей, но снимала сливки по линии крышевания бизнеса.

А недавно мы встретились с ним у нас в компании, когда он заказывал проект коттеджа для какого-то партейного бонзы. Тот считал зазорным общаться с нами напрямую и Игорь представлял его интересы, так как по диплому всё-таки имел отношение к архитектуре. Так и возобновилась между нами прежняя студенческая дружба. Он тоже развёлся с женой, и мы могли подолгу сидеть не только за воспоминаниями, но и за обсуждением политических реалий.

Игорь раскрыл изнутри мне политический и экономический расклад, присущий каждой формации любого строя, хоть социалистического, хоть рабовладельческого. В принципе, как он меня убедил, не важна внешняя оболочка, ниточки управления махиной государства неизменны со времён Древнего Египта. Если знать, за какие и как вовремя дёргать, управлять народами не так уж и сложно.

Александр Вырвич приехал, как всегда ненадолго. Военный из старой гвардии, давно на пенсии, постоянно сидит с внуками, но по ночам творит шедевры. Он поэт, пародист и Председатель ЛИТО. Прошёл почти все вооружённые конфликты, вспыхивающие на нашей необъятной после распада. И обе Чеченские, и Абхазию, и Приднестровье, и Донбасс. Кстати, он гимнюк, как и Михалков. Только Сергей Владимирович автор гимна СССР и России, а Александр Леонидович – гимна Приднестровья. Как мы с ним сошлись? Когда я помогал Генке с интерьером в Египетском Стиле, то мы настолько погрузились в изучение специфической архитектуры, что докопались, как на протяжении нескольких тысячелетий она в Древнем Египте очень сильно менялась. Как раз историческим консультантом у нас и был Вырвич. Он поведал нам о военной составляющей вопроса. Вы спросите, как это могло повлиять на детали интерьера, что мы придумывали? Может и косвенно, но я привык, берясь за что-то, изучать тему полностью! Чему и Генке вырабатывал привычку. Так вот, Александр Леонидович поведал нам, как развивалось военное ремесло на протяжении всех династий этой Древней Цивилизации. Именно от него мы узнали, например, что верблюды не сразу стали использоваться в древности, а вместо лошадей там раньше вообще обходились мулами или небольшими породами, и ни о какой кавалерии там и речи не было. Эх, если бы я знал, что мне эти сведения очень сильно пригодятся в жизни, выспросил бы всё без остатка.

Глава 3. Друзья-враги

❝– Это твое заднее слово?

– Заднее не бывает!❞

("Кин-дза-дза!" Георгий Данелия, Резо Габриадзе)

Несмотря на разногласия по работе, наш шеф Димка приехал-таки с женой. Правильно, подумал я. Дела делами, а личные отношения совсем другое. Думал я так. Но ошибался. В отличие от остальных моих друзей Дмитрий, скорее всего, с подачи жены притащил огромнейший букет цветов! Администратор зала сразу организовала вазу для этого чуда, и рядом с нашим столом на возвышении оказался оазис красоты. На сам стол с яствами, как мы сперва планировали, нам ставить категорически не советовали. Логично.

Все друзья в складчину подарили мне путёвку в Египет! Знали, что я недавно интересовался этой страной. К сожалению, она сейчас так далеко от той эпохи, в которую мы с Генкой погружались, готовя проект. Не то, что политическая формация там другая ныне, там даже люди совершенно иные! Сейчас там большинство арабов. Те черты лица, которые присущи были древним Египтянам, можно встретить разве что где-то в отдалённых провинциях. С северо-востока население подверглось ассимиляции мусульманскими народами, с юга пошло смешение с африканскими племенами. Миндалеглазые лики ушли в историю.

В самый разгар веселья после всех положенных поздравлений шеф отозвал меня в сторонку. Я понял для чего и очень просил не портить праздник рабочими отношениями. Но Димка не послушал. Стал оправдываться, что вопрос перед ним поставлен прямо ребром. И именно сегодня. Либо мы соглашаемся с заказчиком и многомиллионные последующие контракты с перспективным застройщиком остаются у нашей компании, либо заказчик разрывает с нами отношения и все дальнейшие вкусные заказы для застройщика целого ряда коттеджных посёлков перетекут нашим конкурентам. Никакие просьбы перенести все решения на завтра Димку не устраивали. От него решения ждали именно сегодня. Моё категорическое "нет" прямо взбесило моего бывшего ученика, ставшего благодаря именно мне не только руководителем, но и впоследствии соучредителем компании, отпочковавшейся от крупного нефтяного холдинга.

Димка психанул, забрал жену и ретировался с вечеринки. Костик предложил не обращать на это всё внимания, продолжить веселье. Но настроение очень было испорчено.

Александр Вырвич поспешил извиниться, мол, его ждут дома внуки, даже дочка за ним уже приехала и её машина стоит возле ресторана.

Семья очень сильно мешает дружеским посиделкам, констатировал Константин, когда Леонидыч уехал. И стал восторгаться тем, что нам с ним повезло и жёны уже не давят на нас, заставляя принимать решения не в пользу друзей. Самое смешное, но я знал, что у Костика скоро снова состоится свадьба. С коллегой по работе. Вокруг него крутилось много молоденьких ассистенток, которых он менял как перчатки, но, по слухам, охомутать взялась как раз ровесница, отва́дившая весь молодняк от него. Эх, женщины! Скоро и друзей отвалит.

Как сарказм судьбы после этих изливаний Костика про свободную жизнь, ему кто-то позвонил, он долго препирался в сторонке, потом виновато вернулся и, сославшись на срочный вызов по работе, испарился. Подозреваю, что не в работе было дело.

Последним не выдержал Игорь. Он честно признался, что не планировал засиживаться долго. Завтра с утра у него важная встреча в Государственной Думе, поэтому сегодня надеялся лишь заскочить поздравить меня, но и так задержался надолго.

Так и остались мы с Генкой вдвоём. Не знаю, ждал ли и его кто, но он стойко выдержал до конца, и мы, ещё немного посидев за шикарным столом, где осталось многое нетронутым, решили прогуляться по вечернему городу. Эх, видела бы моя бывшая жена, сколько осталось на столе! Она бы настояла на том, чтобы официанты собрали всё в контейнеры и подготовили нам недоеденное с собой навынос. Но, слава Богу, её не было, и мы налегке покинули заведение, выбравшись на свежий воздух.

Проходя с Генкой мимо торгового центра с почти плоским козырьком над парковкой, я махнул в ту сторону:

– Вот видишь, Геннадий, такие допущения сплошь да рядом, а это приводит к человеческим жертвам. Один такой навес возле Торгового Центра на Домодедовской обрушился, когда не успели убрать выпавший за ночь снег. Благо тогда обошлось без жертв. Но, вот, крыша Аквапарка на Тёплом Стане, провалившись, унесла много жизней. А виноват оказался архитектор. Понимаешь?

– Я всё понимаю, Анатолий Петрович. Я же рассчитал вариант и с двухсотой доской, но там расход в два раза больше! Заказчик затребовал понижения себестоимости, я и ляпнул, что, если бы вместо двухсотой была трёхсотая доска, то дерева потребовалось бы меньше. Они и ухватились за эту идею. Я ж не знал, что в природе такой ширины доски очень редки́.

Незаметно наш разговор ушёл в сторону известных личностей, что, бросив архитектуру, проявили другие свои способности, с теплотой вспоминая свои прежние умения. Мне знаком лишь один пример, когда известный рок-музыкант скверно высказывался про архитектуру, из которой вышел. Но оставим это на его совести.

Я шёл по тротуару близко к проезжей части, Генка по центру, когда выскочивший навстречу чёрный внедорожник ослепил нас фарами. Не останавливаясь, он сперва вылетел на встречную полосу, а потом и вовсе на тротуар. Я резко оценил ситуацию и отшвырнул Генку в сторону, приняв на себя удар.

Последнее, что я помню, как сминались мои кости, и нестерпимая боль пронзила всё тело. Было непреодолимое желание вздохнуть всей грудью и оттолкнуть напавшего монстра, но тело не слушалось, переминаемое как в мясорубке. А потом яркий свет ударил в глаза и надо мной склоняется чьё-то лицо.

Глава 4. Горе-Аниматоры

❝ Нет денег… И деньги, и документы, и валюта – всё осталось у экскурсовода. Ну, так получилось… Отошли на секундочку и затерялись в песках.❞

("Кин-дза-дза!" Георгий Данелия, Резо Габриадзе)

Последнее, что я запомнил, прежде чем мои глаза закрылись, это сминающий мою плоть и кости бампер внедорожника. И почему-то сразу нестерпимо захотелось дышать, но сломанные рёбра не давали этого сделать.

И вдруг я обрёл свободу! Тело стало снова подвластно мне, повинуясь моим желаниям. Мне удалось-таки перевернуться в попытке уйти от столкновения с автомобилем. Раз я двигался, значит, ещё жив. Боли в теле, что была ещё совсем недавно, не оказалось и в помине. Надо срочно отползти подальше с места аварии, чтобы уйти от вероятного взрыва. Я сжимаю ноги, намереваясь встать, когда до меня дошло – почему бы мне не открыть глаза и самому не сориентироваться, что происходит.

Сказано – сделано. Вот тогда-то я и увидел это странное лицо. И ещё яркий свет! Ярче, чем те огни машины, что летела на меня. Ну, да. Кто бы сомневался. Что может быть ярче, чем полуденное летнее солнце!

Какое, на фиг, лето посреди зимы?!

Но жара действительно стояла невыносимая. Как такое могло произойти? Я же отчётливо помню, как меня… Бред. Я ощущаю вполне здоровое тело. Наверняка авария мне приснилась. Но какая реальная была картина! И от воспоминания о моих ломающихся костях и сминаемой грудной клетки меня до сих пор трясёт. Что здесь сон, а что реальность? Пришёл на ум старый классический способ, и я ущипнул себя.

Ой, млин, действительно больно! Во сне такое точно невозможно. Допустим. Но где я?

По морде лица, склонившегося надо мной, начинаю понимать. Скорее всего, у меня был солнечный удар и я, потеряв сознание, слегка забыл, что было со мной в последнее время. Кафешку помнил. Поздравления, цветы… Точно! Друзья же мне подогнали путёвку в Египет! Неужели я напрочь забыл, как попал в отель, включая сборы и сам перелёт? В Египте и зимой теплее, чем у нас.

Потерял память? Слышал, такое бывает при небольшом сотрясении. Точно, я упал от солнечного удара. Это всё объясняет.

Тогда, вероятно, эти люди, изображающие туземцев – самые обычные аниматоры при отеле. Почему туземцы? А кто ещё в полном здравии облачился бы в такие костюмы? Точнее, полное отсутствие таковых. Из всей одежды – только набедренные повязки. Да эти миндалевидные глаза! О! Хоть настоящих Египтян нашли на такие роли, не арабов, браво!

Приподнялся. Перед нами огромная мутная река, словно разлившийся Нил или Ганг. А, ну раз Египет, то точно – Нил! Стоп. На Ниле нет никаких отелей, они в основном на Синае, либо в районе Хургады, в крайнем случае Сафага или Марса Алам, куда редко русские туристы забредают. Похоже, что мы на экскурсии. Скорее всего, в Луксор повезли нас. А где остальная группа?

Туземцы начинают переигрывать, кланяясь мне в ноги.

– Чесслово, ребята, перебор! Кто из Вас гид?

Молчат. Оно и понятно, на юге этой страны редко кто понимает нашу русскую речь.

– Шпрекен зе Доич? Парле Франсе? – приходят на ум фразы из языков, которые я не знаю.

Тишина. Тогда чешу на международном:

– Ду ю Спик Инглиш?

Молчат.

– Что, и на И́нглише не дуете? Что за аниматоры Вы тогда? Как с туристами общаетесь?

Я спокоен как удав, хотя понимал, что ситуация вырисовывается неординарная. Вероятно, я отстал от группы и попал в окружение аборигенов. Плохо. Так они меня и до нитки обобрать могут, требуя бакшиш.

Ощупал себя и понял, что дело – дрянь! На мне не то что не европейский костюм, но даже не треники с отвисшими коленками и майкой-алкоголичкой, в которых ещё можно было бы ходить по территории отеля. Я весь укутан в какие-то хламиды чуть ли не из мешковины! И, походу, я сам облачался во всё это, добровольно, надето и намотано аккуратно. Ничего не понимаю.

А руки?! Они тонкие и смуглые, как у аборигенов. Это сколько же я уже времени провёл под палящим солнцем, что не только исхудал и загорел, а уже и приобрёл такой почти шоколадный оттенок, как после лёжки в профессиональном солярии?

– Ладно, вставайте, идём дальше, нефиг разлёживаться. Что у нас дальше по программе? Крокодилов кормить или по пирамидам лазить?

Я осознавал, что языка моего они не понимают, но жесты мои очень красноречивы и туземцы начинают подниматься с колен, прекращая отбивать мне поклоны, словно я какое-то божество или его представитель. И это хорошо, что хоть лбом не так рьяно долбят, а то, гляди, ещё и скважины пробурят.

Я ожидал, что согласно традициям мы поедем сейчас на верблюдах, но нигде их не наблюдал. Ага, пошли пешком. Благо деревня наверняка была недалеко. Может, для них это был и город, но убогие строения не дотягивали до звания такового, хотя их и было очень много.

Глава 5. Град на Холме

❝Ты что, Владимир Николаевич, обалдел, родной? Откуда на Плюке моря?❞

("Кин-дза-дза!" Георгий Данелия, Резо Габриадзе)

Я, как архитектор, всегда подмечаю в любом месте недочёты в строительстве или отделке. Даже в театре, например, в первую очередь всегда замечал неровность и небрежность лепнины, огрехи в отделке, драпировке. А в туалете любого театра так меня всегда поражала укладка кафеля вопреки канонам любого дизайн-проекта, будто назло там обычно всегда начинали раскладку изразцов от угла слева и обрывали на середине плитки в правом углу, как придётся. Даже евроузбеки в интерьерах по нашим проектам всегда начинают раскладку с середины стены. Вымуштрованы.

Здесь же все хижины построены безо всяких проектов. Да, именно хижины, а не дома́. Никакого генплана, кто как наляпает. Строения наезжали друг на друга и бесили конгломератом нагромождения последующего на предыдущего, как в кошмарном сне архитектора. Я бы в таком случае сказал бы застройщику или нерадивым прорабам, "а почему у Вас домики сношаются, заползая на чем-то провинившегося соседа?"

И все эти халупки поселения абсолютно разные. Объединял их разве что материал – некое подобие камня из грязи, точнее из глины с соломой. Размеры этих камней были совершенно разные не только в соседних строениях, но даже в последовательности укладки самих рядов. Если ближние к земле слои выглядели ещё более-менее крупными, имитируя фундамент, скорее всего, не углублённый, а начинающийся прямо у поверхности. То последующие ряды выкладывались, вероятно, в разное время разными же мастерами из совершенно разных по габаритам заготовок.

Крыши. Вот крыши тем более выглядели совершенно хаотичными. У кого-то они покрыты пальмовыми листьями, у кого-то тростнико́м, связанным в подобие циновок, а у кого-то вообще соломой накиданные. Были и плоские крыши, на них обитали люди, значит, перекрытия были прочные. Об этом свидетельствовало и то, что некоторые строения достигали четырёх этажей.

Чем дальше мы углублялись в город, тем более презентабельнее становились постройки. Вскоре стали встречаться дома́ с оштукатуренными и даже расписанными стенами.

Я заметил ещё одну особенность. Даже в бедных домах вход был не на уровне земли, а выше. Я догадался зачем. Возможно, это было спасением от разливающейся иногда реки, но сейчас, в засуху, это уберегало жилище от гуляющей под ветерком пы́ли, что не поднималась до уровня порогов. Практично! А в наше время дамочки приходят в неописуемый ужас от перепада пола в ванной и туалете всего в десять миллиметров.

Ещё я заметил отсутствие всяких окон. Разве что под перекрытиями крыш некоторых домов были щелевидные проёмы, да открытые настежь широкие двери, служившие единственным доступом солнечного света в помещения. Поэтому практически все двери были обращены к светилу. Конечно, жители могли бы устроить окна, натянув на рамы полупрозрачные рыбьи кожи или бычьи пузыри, но это не соответствовало бы этническому образу древнего Египта, я-то знал, изучал эту тему, когда с Генкой пытались воссоздать в современном интерьере подобный стиль. Эх, тогда бы окунуться в подобный городок!

Подмечаю несоответствие в облике жителей поселения – на удивление ни верблюдов, ни коз, характерных для кочевников, я не вижу. Бедуины попали в Египет ещё в Шестом веке из Ближнего Востока, кочуя со своими стадами. Судя по форме жилища поселенцев можно назвать хадирами, характерными для оседлых народов. Да и то, что я сперва принял на голове сопровождающих меня людей за арафатку, больше походило на чалму. А просторные, светлые хламиды поверх тела некоторых встречаемых нами в городе не имели рукавов, как у бедуинов нашего времени, больше смахивая на простыни, как мы в детстве изображали в детском театральном кружке древних римлян.

Стали попадаться и каменные отдельно стоя́щие дома. И даже с колоннами! В одно из таких сооружений мы и вошли. Почему-то интуитивно захотелось назвать его Храмом.

Попав внутрь, я придирчиво начал осматривать окраску помещений. Всё верно. Никаких современных материалов! Основной цвет – белый, это гипс или известь. Добавили сажи, получили чёрный. Охра давала как различные оттенки красного, так и основной жёлтый цвет. Эти два цвета, основные для охры, зависят от степени прокаливания и отдачи воды глиной. А ещё от количества содержания в ней гидроксида железа.

Редкость зелёного цвета говорит, что у них мало меди и малахита. Достоверно. Но поразил синий цвет, не привычный нам, а именно "египетский синий", не из азурита, а из сплава кремнезёма с медью и извести с щёлочью. Молодцы, в духе эпохи! Цветовые Круги Гёте и Освальда здесь отдыхают, не говоря о Цветовом Круге Козловского.

Но вся цветовая гамма нарушает закономерные пропорции любого закона дизайнерских решений. Да и пусть. Это свой первобытный стиль. Я не возражаю.

При входе в некое подобие храма на удивление я обнаружил чашу с водой, где все входящие принялись омывать руки и ноги! Зачатки гигиены налицо, но я побрезговал бы не то что умыться в такой воде после этих бедуинов, но и ноги бы не стал ополаскивать, остерегаясь подхватить какую-нибудь заразу. Сделал вид, что совершил все процедуры, даже демонстративно подёргал руками, якобы стряхивая капли. Мои сопровождающие не обращали на это внимания, но я видел краем глаза, как стоя́щий посередине помещения жрец не сводил с меня глаз.

Глава 6. Встречают по одёжке

❝– Товарищ, там человек говорит, что он – инопланетянин. Надо что-то делать.

– Звони в «03».

– Я-то позвоню, только он – почти босой – простудится.❞

("Кин-дза-дза!" Георгий Данелия, Резо Габриадзе)

Да, именно жрец. Это был не коптский Храм и не мечеть. Комната была аскетически пуста. И святоша, поджидающий нас, ну никак не походил ни на одного из приверженцев авраамических религий. Голова его была девственно чистой и бликовала отблеском света из дверного проёма. Я невольно захотел пригладить свои волосы и с ужасом обнаружил их отсутствие! Метнувшаяся к подбородку рука огорчила меня пропажей и бородки с усами. Раньше, ошарашенный реальностью, я почему не додумался проверить это, хотя ощущал некий дискомфорт, когда лёгкий тёплый ветерок не ласкал мою шевелюру, а слегка гонял песочек по лысине.

"Ну, на хрена меня побрили налысо-то?!! – неожиданно взбунтовался мой мозг, но тут же остыл, – если у них не найдётся достойного объяснения, выкачу счёт на моральную компенсацию. Дорого им встанут мои волосы. И бородка."

На святоше были хламиды подобные моим, этим мы отличались от аниматоров в набедренных повязках. Понятно, меня тоже решили представить уважаемым жрецом согласно культурно-развлекательной программе. Вот зачем мне все кланялись на берегу. Посмотрим, чем закончится этот перформанс.

Туземный жрец что-то лепетал на тарабарском, я лишь многозначительно молчал, не высказывая ни возражения, ни согласия, хотя видно было, что меня к чему-то склоняют.

– Всё хорошо, уважаемый, но когда нас будут кормить? Надеюсь, условия отеля по системе "всё включено" распространяются и на экскурсионную программу? – и, видя, что все замолчали, добавил: – ну, или хотя бы сухпаёк предусмотрен?

Теперь настал черёд аборигена удивляться. Он так и застыл на середине фразы, видимо, не поняв из моей тирады ни слова и тем самым выражая своим фейсом не только удивление, но и восхищение. Видимо, меня пытаются представить посланником другой культуры, иносранцем. Похоже играют, черти! Да и я стараюсь вписаться в представление, не зря в детстве исполнял в школьных постановках много разных ролей, подумывал даже в театральный пойти.

Подхожу к глиняным табличкам, рассматриваю их. Перебираю, обнаруживая знакомые символы. Некоторые из них узнаю́. Я использовал такие, когда помогал оформлять Генке ресторан в Египетском Стиле. Меня тогда настолько увлёк процесс, и я даже раскопал для молодого архитектора кучу материалов, объясняя, что если хочешь сделать достоверно и убедительно, должен сам погрузиться в эпоху. Судя по этим рунам, книжки, если можно их так назвать, на древнем Египетском. За свою историю народ неоднократно перелопачивал не только свой язык, но и письменность.

Сама письменность в их цивилизации появилась ещё шесть тысяч лет тому назад в эпоху "Раннего Царства", известного правлением Первой и Второй Династий. С конца Четвёртого Тысячелетия до нашей эры до середины Третьего Тысячелетия до нашей эры. Как раз тогда начиналась активная хозяйственная деятельность и необходимо было вести записи учёта. Вовсю велось и делопроизводство в самом государстве. Везде требовалось учитывать материальные ресурсы. Тогда эта письменность была в виде рисунков, так называемая пиктография. Лишь позже рисунки стали упрощать, они стали утрачивать свою связь с первоначальным смыслом объектов и возникло иероглифическое письмо, названное так уже греками от их "hieros", что значит "священный" и "glypho", буквально "режу, высекаю", ведь эти иероглифы действительно высекались на стенах Храмов.

Иероглифы отображали живых существ и различные предметы, являясь "словами Бога", каждое из которых обозначало что-то конкретное, отображая саму сущность, божественную силу путём воскурения фимиама.

Иероглифы состояли из трёх основных элементов. Из идеограммы, то есть Словесных знаков с указанием на предметы или понятия. Фонетических знаков, то есть звуков, состоящих из двух или трёх согласных, образующих слоги. И детерминатив – стилизованных рисунков, поясняющих смысл слов и понятий.

Этих Иероглифов было около Трёх Тысяч! Но пользовались не более, чем Семьюстами, что было тоже очень овердохрена.

Иероглифическая скоропись появилась в эпоху Древнего Царства Египта, во времена правления Фараонов с Третьей по Восьмую Династии. Это была жреческая, иератическая письменность. Правда, ею писались не только священные тексты, но иногда и светские.

Потом в Среднее Царство с Одиннадцатой по Тринадцатую Династии примерно с ДвухТысячного года до нашей эры и примерно по Тысяча Семисотый год до нашей эры Иероглифическое письмо осталось лишь на камнях, а Иератическое уже на папирусах.

И лишь в Восьмом веке до нашей эры появилось народное, так называемое демотическое письмо, когда несколько знаков сливались в один, теряя рисунчатость.

И только во Втором–Третьем веках до нашей эры возникло уже Ко́птское письмо всего с Двадцатью Четырьмя буквами классического греческого алфавита и Семью буквами Демотического письма.

Из всех этих знаний, полученных мною при разработке интерьера в Египетском Стиле, я сделал вывод, что в моём квесте меня пытаются окунуть в атмосферу как раз Древнего Царства Третьей или Четвёртой Династий. Этому соответствовал и интерьер обители.

– А молодцы Ваши реконструкторы, – отложил я глиняную табличку, – выдержали всё в стиле. Браво. Пять звёзд поставил бы организации экскурсии, если б меня без моего согласия не обрили так бесцеремонно.

И тут мой взгляд падает ещё на одну деталь эпохи. Вижу неподалёку леопардовую шкуру с завязками и золотыми пластинами на когтях. Ого! Высокий сан для такой местности. Этот явно не ниже Хем Нетер, "слуга Бога" или "пророк Бога". А скорее всего, судя по шкуре и чёрным пятнам звёзд на ней, вовсе был Маа.

Жрец замечает мой взгляд, подходит к шкуре, облачается в неё и неожиданно на чистом русском произносит:

– Ку!

Глава 7. Ху* из зе дьюти Тудей?

❝– Ну вот у вас, на Земле, как вы определяете – кто перед кем сколько раз приседать должен? – Ну, это на глаз… – Дикари!❞

("Кин-дза-дза!" Георгий Данелия, Резо Габриадзе)

У облачённого в шкуру жреца вылетает привычное для нас:

– Ку!

Обычно мы так с друзьями приветствуем друг друга, когда лень рассыпаться на долгие и витиеватые приветы, формальные пожелания и необязательные напутствия. Повелось это всё со времён славного советского фильма "Кин-дза-дза". Поэтому я и принял это наше знакомое приветствие за обычное русское дружеское. Потом опомнился, откуда чужеземцу, воспитанному не на традициях советской классики, знать наши приколы? Скорее всего, на их тарабарском это тоже что-то значит, может, даже и та же здравица. Забавное было бы совпадение.

Но то, что произнёс дальше святоша, меня поразило не меньше:

– Приветствую тебя, о Великий посланник иного Мира, о котором нас предупреждали Боги! Да будут славиться речи твои и деяния!

Он что, действительно говорил на русском? Да нет же! Из его уст вылетали совершенно другие слова, но я понимал его безо всякого переводчика!

– Ты, наверное, удивлён, что я изъясняюсь на понятном тебе языке. Спешу уверить тебя, о, благородный, я говорю на своём наречии, но благодаря шкуре, освящённой Богами, в которую я облачён, тебе становится понятно, о чём я изъясняюсь.

– А, это типа ретранслятор-переводчик? – удивился я, пытаясь прикоснуться к шкуре.

Но жрец деликатно отвёл мою руку:

– Приношу свои извинения, о, Странник, но не каждому дано пользоваться или даже прикасаться к этому артефакту. Причём, поспешу тебя предупредить, что не все слова могут быть понятны как тебе, произнесённые мною, так и мне из твоих уст. Обычно это происходит в том случае, если у слушателя нет в запасе подобных понятий. Например, твоё слово "переводчик" я воспринял, но, вот, подобие слова "ретрасятора" отсутствует в наших речах. Поэтому попрошу изъясняться проще, как и я сам постараюсь не использовать свои, возможно, слишком странные слова для тебя.

– Интересный квест! Ловко придумано. Не слышал о таких гаджетах. Ой, прошу прощения, об устройствах. Даже у нас таких нет, – попытался я изучить шкурку жреца со стороны, не касаясь её.

– Всему своё время, чужестранец. По твоим одеждам и причёске я вижу, что ты принадлежишь к нашей касте избранных и, вероятно, был у себя в номе очень важной священной персоной.

"Причёской?!" – чуть было не рассмеялся я, но спохватился, что лучше придерживаться предопределённой мне роли и изображать из себя отрешённого от мирских чувств жреца. А значит, эмоции не должны импульсивно проявляться в моём поведении.

– Как зовут тебя, отрок? – продолжал, скорее всего, по сценарию лить заученную речь аниматор.

"Отрок? Он прикалывается, что ли? Нет бы старцем назвал… Перегибает."

– Петрович я, – протягиваю ему руку.

Но тот делает вид, что не понимает моих намерений. Ах, да. Этот жест появился только у римских воинов, а мне тут навязывают Третье Тысячелетие до нашей эры. Хотя, самое раннее свидетельство, как я где-то слышал, представлено на рельефе Девятого века, где ассирийский царь Салманасар Третий прижимается к плоти вавилонского правителя, чтобы скрепить союз. Но и это намного позже после предлагаемого мне аниматорами времени. Держат марку, молодцы.

– Хауфра? – переспрашивает жрец, видимо, не поняв транскрипцию привычного современникам из России отчества.

– Хрен с Вами. Пусть будет Хауфра.

– Хеф Френ? А, да! Хефрен! Так звали брата нашего достопочтенного правителя Хнум-Хуфу, фараона Хеопса! Это дети благочестивого Снофру, да будет душа его принята Богами!

"А, вот тут Вы прокололись, ребятки! Не называли правителей в то время “Фараонами„ ещё. Это римляне придумали. Лишь в Пятом веке до нашей эры Геродот ввёл официальное слово Φερων (фараон)."

– Вы точно назвали правителя Фараоном? – усмехнулся я, намереваясь изоблачить жуликов.

– Простите, это не я так назвал. Возможно, Вы так услышали через "ретрасятор", как Вы назвали артефакт Богов, помогающий нам общаться. Я имел в виду лишь "Великий Дом" о самом правлении нашего богоприближённого. Мы чтим все имена его! Личное имя – Хуфу. Хнум-Хуфу – это тронное имя правителя, что означает "Бог Хнум защищает его". Хоровое имя Меджеду скорее понятно Вам как "активный". Есть ещё и Небти-имя по богиням – покровительницам нашей страны Нехбет и Уаджит. Это Меджедер. Золотое имя – Бикуи-Небу будет понятно Вам как "Два золотых сокола". Так же есть ещё имена. Хембес, Суфис Первый и Саофис. Я ответил на Ваш вопрос?

– Более, чем исчерпывающе. Хорошо подготовились, – развёл руками я.

– Странно. Если Вы назвались именем Хефрен, как зовут и брата фараона, то должны были это знать. Правда, он пропал и правитель обеспокоен его исчезновением.

"Ах, вот они к чему клонят квест! Придётся подыгрывать им".

– К сожалению, я ничего не помню до своего появления на берегу Нила. Только имя, которое Вам понятно больше как Хефрен.

– Но Вы должны были помнить и другие свои имена…

– Охереть!

– Усерем? Точно! Есть такое Небти-имя. "Имеющий силу".

– Усраться можно!

– Усерхати? Конечно, можно! Это хоровое имя, что означает "Сильный сердцем".

– А ну, нах…

– Атум? Это имя божества. Сущность бога солнца Ра. Вы уверены, что и это Ваше имя?

Меня развеселила эта игра в переводчиков, и я махнул рукой:

– Годно. Называйте меня так. Других имён я не помню.

И тут я увидел позади жреца зеркало! Ну, не могло его быть в эпоху Хеопса. Я поспешил указать на очередной промах своих турагентов. Однако, это оказалось не совсем тем, что я подумал. Скорее всего, это был медный, а точнее бронзовый предмет. Я бесцеремонно подошёл табуретке, на которой он лежал и взял в руки. Повертев, рассмотрел повнимательнее. Ручка была натёртой, значит, зеркалом пользовались часто.

Решив посмотреть, насколько безвозвратно меня побрили, я заглянул в отполированную плоскую поверхность и обомлел!

На меня с той стороны "зеркала" смотрел юный паренёк. Конечно, желтизна материала зеркала не давала представления об истинном цвете лица моего отражения, но оно ни разу не походило на моё! От слова "совсем"! Я уже не о строении черепа и форме носа. Меня повергли в шок миндалевидные глаза изображения!

Я осознанно прикрыл левый глаз. Отражение повторило моё движение. Я сделал подобие улыбки, моё визави не замедлило откликнуться. Я пошевелил правым ухом, лопоухое движение по ту сторону экрана эхом отозвалось.

Точно! Экран! Как же я раньше не догадался! Это, скорее всего, андроид, имитирующий зеркало! Я слышал про программы в телефоне, искажающих отражение. Ясно, эта штуковина была зато́чена именно под это.

Я ещё раз повертел гаджет, ища ЮэСБи контакт или место для штекера зарядки. Но изделие было гладким, даже без шва склейки.

Меня охватила догадка, и я метнулся к чаше с водой, что стояла при входе, где омывались входящие. Мутота в ней уже осела, и поверхность прекрасно отразила всё того же подростка с набившими оскомину миндалевидными глазами…

Видимо, на моём лице отразились все мои эмоции, потому что подошедший ко мне жрец успокаивающе положил мне руку на плечо:

– Не переживайте, юноша. Я вижу, что Вы не узнаёте свой облик. Такое бывает при потере памяти… Крестьяне нашли Вас на берегу, по их уверениям Вы приплыли с того берега реки. Странно, что Вами не полакомились крокодилы. Ничем, как везением, это не объяснишь. Успокойтесь, я помогу Вам. Я в Храме один, и мне очень нужен помощник. Если Вы не возражаете, можете остаться при нашей обители. А когда вспомните всё, можете нас покинуть.

Я всё ещё в сомнениях всматривался в отражение, изучая свой облик и анализируя ситуацию. Нет, я не ударился в отчаяние, не стал метаться в поисках ответа, приставая к тем, кого считал аниматорами.

Трезво оценив ситуацию, я резко повернулся к жрецу и, глядя прямо ему в глаза, произнёс:

– Хорошо, я принимаю Ваше предложение, но у меня будет два условия!

Глава 8. И Легко в Учении

❝ Извините, а чатлане и пацаки – это национальность?

– Нет.

– Биологический фактор?

– Нет.

– Лица с других планет?

– Нет.

– А в чём они друг от друга отличаются?

– Ты что, дальтоник, Скрипач, – зелёный цвет от оранжевого отличить не можешь? Турист…❞

("Кин-дза-дза!" Георгий Данелия, Резо Габриадзе)

19 июля 2565 года до нашей эры, 22 год Правления Хуфу. Первый День Месяца Тот Сезона Половодья Ахет, Первая Четверть Растущей Луны.

Днём я выполнял всю работу, поручаемую мне святошей, а вечером мы садились с ним друг напротив друга, и жрец рассказывал мне про устройство Мира, в который я попал, отвечал без утайки на все вопросы, если только мог найти верные решения.

С тем, что я обычный попаданец, про которых много слышал от молодёжи, но совершенно не интересовался в литературе, мне пришлось смириться. Оставалось приспособиться к этому Миру, и мой наставник проявил недюжее терпение, вводя меня в курс всего, что известно ему самому.

Во-первых, я постарался разобраться со временем, в которое я попал. Моя первая догадка, основанная на изучении глиняных табличек с письменами, подтверждала, что это времена не позже правления Четвёртой Династии. Упоминание фараона Хеопса полностью укладывалась в эту схему. Если я не ошибаюсь, он правил с Две Тысячи Пятьсот Восемьдесят Девятого года до нашей эры по Две Тысячи Пятьсот Шестьдесят Шестого той же эры. Со слов жреца сейчас Двадцать Второй год правления Хуфу, сына Снофру первого фараона Четвёртой Династии. То есть примерно Две Тысячи Пятьсот Шестьдесят Пятый до нашей эры. В Древнем Египте официальный календарь отсчитывался со дня правления нового правителя, но обычное Летоисчисление шло со дня первого упомянутого гелиакического восхождения Сириуса, самой звездой тропического небосвода. По пролептическому юлианскому календарю это было в Четыре Тысячи Двести Сорок Первом году до нашей эры и приходилось на 19 июня, когда Сириус (Сотис) восходит на утренней заре в Мемфисе. В длину своего года египтяне заложили целое число дней – Триста Шестьдесят Пять. Но на самом деле световой год на четверть суток больше и каждые Четыре года должен был прибавляться ещё один день. Таким образом, климатические сезоны отставали и ровно через Тысячу Четыреста Шестьдесят дней снова приходили в норму, отстав на один год от реального времени. В итоге в Две Тысячи Семьсот Восемьдесят Первом году до нашей эры сезоны возвратились на своё место. С этого дня прошли ещё Двести Шестнадцать лет, и за этот период набежало Пятьдесят Четыре дня смещения официального года и астрономического.

Сам год делился на Три сезона:

Время Половодья (ахет, половодье Нила) – с середины июля до середины ноября по нашим делениям на месяца;

Время Всходов (период созревания урожая) – с середины ноября до середины марта;

время Засухи (шему, сбор урожая) – с середины марта до середины июля.

Непосредственно месяцы обозначались номерами. Первый Месяц Половодья, Второй и так далее. Все они были по Тридцать дней. В конце года к последнему месяцу добавлялись Пять дней, хериу-ренпет, что означало "находящиеся над годом". Каждый из этих дней праздновался, как День Рождения одного из богов. Осириса, Гора, Сета, Исиды и Нефтиды.

Определившись со Временем, куда прибыло моё сознание, я прикинул примерный возраст своего нынешнего тела. На мой взгляд, сейчас я был подростком Двенадцати–Тринадцати лет. Одному из моих внуков как раз было Тринадцать, и я остановился на этом возрасте для своего нынешнего тела.

Однако День Рождения тела вычислить было невозможно, и я принял его за тот день, в который я прибыл, то есть Девятнадцатого июня, в День Гелиакического Восхождения Сириуса.

Атум был первобогом в Египте, создал себя сам и существовал один в начале времён, плавая в первозданных водах хаоса Нуна. Олицетворял первоначальное и вечное единство всего сущего. Назваться так, означало взвалить на себя тяжёлую ношу, и я решил, что это будет моим тайным именем. Для всех решил именоваться Хауфра, раз так воспринял жрец перевод моего отчества "Петрович".

Далее я попросил жреца поведать мне о политической ситуации в стране, которую я знал как Египет. Кстати, это название страны в моё время, произошло оно от "Айгюптос", произошедшего от Хикупта названия древнеегипетской столицы, а если точнее, то Хет-Ка-Птах, переводящегося как "дом Ка Птаха". А по-гречески город значительно позже стал называться Мемфис. Сами же Египтяне называли страну – Кемет или Та-кемет, что означало "чёрная земля" или "чернозём". Но я так и продолжил называть земли Египтом, и переводчик, скорее всего, правильно всё переводил, по крайней мере, жрец не удивлялся названию перевода.

Страна исторически делилась на Верхний и Нижний Египет. А далее на местные княжества – номы. Такой термин, опять же, был известен только мне. Как именно произносил их названия жрец, я пока не знал, но шкурка Леопарда переводила его для меня именно как "ном", термин, известный мне по изучению культуры Египта при подготовке проекта интерьера в этом стиле. Хотя сквозь перевод мне слышалось, что жрец называл их то ли "септ", то ли "сепат".

В Верхнем Египте было Двадцать Два Нома, в Нижнем Двадцать. Совсем ещё относительно недавно в начале нашего же Третьего Тысячелетия до той, моей прежней эры, власть сперва была объединена в Верхнем Египте, а потом и в них обоих, с победой и верховенством Верхнего Египта. Страна стала называться "Та-уи", что означало "Две земли", имелась в виду по-прежнему Долина реки Нил и Дельта Нила. Были и другие самоназвания, такие как "Земля Сикомора" и "Земля ока Хора".

Фараон был олицетворением не только политической, но и религиозной власти. Эффективная централизация власти административной, опиравшаяся на мощный бюрократический аппарат, дала мощный толчок к развитию страны под предводительством каждого последующего правителя. Теперь он был не только царём, но и богом для всего народа, управляющим не только жителями в пределах границ государства, но и природными стихиями, всё это приправлялось магическими ритуалами и диктатурой Законов Вселенной. Но законы были далеки от совершенства и справедливости.

Столицей Верхнего Египта был ранее город Тисе, с объединением столицу устроили в месте соединения Долины и Дельты Нила. Как я уже вспоминал, имя её было Хет-Ка-Птах, переводящегося как "дом Ка Птаха". Но от этого названия произошло название всей страны при греках, на их языке город спустя много лет стал называться Менефер или Мемфис, что более мне знакомо. И переводчик услужливо вставлял именно это название, считывая информацию в стереотипах моей головы.

Спустя примерно Половину Тысячелетия столица опять переедет в Верхний Египет в город Фивы или Уасет. Но это знаю сейчас только я, жрец, само собой, не доживёт до этих пор, поэтому не будем забивать себе голову этим названием, как и последующими – Саис, Александрия и известный моим бывшим современникам Каир.

За всю Историю Египта ему приходилось отражать нападения соседей, например, древних ливийцев, населявших постепенно высыхавшую Саха́ру к западу от Египта, нубийцев с юга, а семитов с Синайского полуострова и из будущей Палестины – с севера. Кроме того, страна постоянно раздиралась от внутригосударственных конфликтов сепаратистов отдельных Номов.

Основные войны велись с Нубийцами с южных рубежей, для чего и были выстроены укреплённые крепости в целях самообороны, иногда и на территории противника, отпугивая агрессоров, боящихся напасть на страну.

Снофру, отец фараона Хеопса, успешно торговал с Ливаном и построил из привезённого оттуда кедра огромное для того времени судно, в наших Пятьдесят Два метра, ещё два таких же были построены из Сирийского кедра. И с такой мощью он покорил себе Ливию, колонизировал Синайский полуостров, завоевав медные рудники.

Именно при Снофру номархи всех Номов потеряли наследственную власть, и он стал назначать там представителей царствующего дома.

Пришедший ему на смену сын Хеопс был еретиком, приказавшим "закрыть храмы богов, и провозгласил по всей своей стране, что совершать жертвоприношения незаконно и что египтяне должны работать на него вместо того, чтобы служить богам и почитать их."

Взбунтовавшийся народ, поднимаемый жрецами, искал повод законно заменить фараона на более лояльного к приверженцам религии.

И именно я удачно подвернулся на эту роль, назвавшись именем пропавшего брата Фараона. Ну, что же, я не против немного поцарствовать, имея такое молодое тело и свой огромный опыт из будущего. Тем более что я помнил, был в Истории Египта фараон с именами Хефрен и Хауфра.

Я усмехнулся, и неожиданно сам для себя похлопал жреца по плечу:

– "Пошли, скрипач, в открытый космос!"