Иван Царегородцев
Кто ты, Джон?

Часть 1. Обыденность.

Вступление: О ком скребут кошки в душе у Джона.

Джон много думал о Клаудии. Любил ли он её? Нет. Для себя он решил, что нет. Считал ли он её красивой? И да, и нет, но в ней была своя изюминка. Было ли ему с ней хорошо? О, да. И дело было даже не в той животной похоти, что переполняла их обоих при встречах, которые, как они оба знали, имели всего лишь одну цель… Нет. Самое главное было то, что по окончании акта им обоим не хотелось уходить друг от друга! Была ли это любовь? Нет. Это были скорее деловые отношения двух давних бизнес-партнёров, идеально понимающих, чего же они по-настоящему хотят друг от друга. По окончании череды их встреч, которые сложно было бы назвать полноценными отношениями двух влюблённых голубков, Джон много думал о Клаудии. Жалел ли он о том, что всё кончилось? Да. Считал ли он, что ими обоими был сделан правильный выбор? И да, и нет. Видел ли Джон себя вместе с Клаудией, создающими семью и счастливо растящими в браке детей? Точно нет, ни в одной из множества версий будущего.

В какой-то момент Джон с горечью осознал всю сложность и неловкость ситуации с Клаудией. Не она была ему нужна на самом деле. Вовсе не она. И скучал он не по ней. Он скучал по самой идее, которую олицетворяла Клаудия. Идея, суть которой – синтез тайны и страсти, а также долгих разговоров и свободы. А ещё – отсутствия хоть каких-то рамок в головах у обоих. И если из этой идеи убрать Клаудию и заменить её на Лауру или Хельгу, то ничего не изменится. Джон скучал именно по самой идее, связанной с человеком, а не по человеку. Вот только ни в ком другом он больше эту идею не встречал. Думал ли Джон о Клаудии? Да. К его большой радости, она обещала приехать вновь перед празднованием Нового года. Ждал ли её Джон? Конечно!

Глава первая: Рутина

– Она должна быть здесь! Я точно знаю. – Джон виновато улыбнулся и развёл в стороны руками. – Ты уже подожди немного.

Полумрак, царивший в комнате, не особо скрывал грязь и запущенность квартиры в старом неухоженном доме. Пошарканный ковёр было не видно под слоем пустых упаковок от еды, сигаретных пачек и банок от пива. Джон, брезгливо переступая через мусор, аккуратно постучал костяшками левой руки по старым желто-коричневым обоям. Они были все в липком табачном налёте от постоянного курения в комнате. Увы звук был глухой.

– Тут кирпич, и здесь кирпич…  – Вслух бормотал Джон. – Знаешь, это такая вещь… ее никогда нельзя взять в одном и том же месте дважды. Таковы уж правила. – Джон пожал плечами. – До сих пор не знаю почему так… А в новом месте иногда получается с первого раза, иногда нет.  – Он немного поскрёб ногтем край отклеивающихся обоев. – Вообще ты сам немножко виноват. – Джон облизнул губы. – Почему у тебя дома нет нормальных ящичков или шкатулок? Что за помойка, в которой ты живёшь? Я брезгую искать у тебя в карманах. Как вообще можно так жить? Мне из-за тебя теперь приходится терять время и искать её где-то в стенах. А мне на работу завтра… Точнее уже сегодня. Ты, наверное, не знаешь, но каждый кирпич – это своего рода маленькая шкатулка, которая либо закрыта… Почти всегда закрыта, либо в ней можно что-то найти. Только ничего нового туда лучше не класть, и не спрашивай почему. – Джон снова облизнул губы. – Ты, наверное, думаешь: “кто ты такой? Зачем ты пришел ко мне в дом посреди ночи, а главное как?” Зефирчик почему-то называет меня жнецом. Банально как-то… Тебе не кажется? Мне нравится называть себя санитаром леса. Кирпично-бетонного леса. – Джон методично, костяшками двух пальцев простукивал стену. – Вот потому я и не люблю панельные дома, в них совсем нет души. В твоём же доме, душа есть. Грязная такая и очень тоскливая, но она есть.  – Он вздохнул. – Раньше я был глуп. Думал, что ОН жаждет красоту и невинность, но позже понял, что люди, с кровью на руках и пороком в сердце, ему гораздо милее и приятнее. К счастью, пока я не понял такую простую, но безумно мудрую мысль, никого красивого я не успел убить. И если непорочная дева для НЕГО словно свежее яблоко, то ты… О! Нашел! – Джон подцепил край обоев простеньким складным ножом. – Ты для НЕГО словно элитный сыр с голубой плесенью. Или тот трюфель, что ищут свиньи. Ты ценишься гораздо больше.

Освободив часть стены, и соскоблив штукатурку, Джон трижды постучал по одному из кирпичей. Тот с тихим и почему-то деревянным скрипом открылся в левый бок. Внутри слегка поблескивая в темноте, лежала его старая добрая знакомая. Опасная бритва с матово белой ручкой, на которой ядовито-зеленым мерцал рисунок то ли гарпуна, то ли елки.

– Не то, чтобы я от этого получал какое-то моральное удовольствие. Ты не подумай. – Джон облизнул губы. – С удовольствием ночью я бы просто спал. Просто работа такая. Пока что, в качестве оплаты я получил только немного больше физических сил, чем есть у простых людей. В темноте хорошо вижу. И чуть-чуть чего-то похожего на колдовство… Ну, думаю ты сам заметил… Но в будущем… по итогу…. Что-то же должно быть у нас у всех? Правда?

Джон раскрыл бритву, обнажив черное лезвие в форме крыла летучей мыши и осторожно подошел к не молодому, некрасиво обрюзгшему мужчине, неподвижно висящему вертикально посреди комнаты. Тот находился вниз головой, раскинув руки и не касаясь при этом ни стен, ни пола, ни потолка. Из перекошенного рта, прямо через широко раскрытый в ужасе глаз, на грязный пол стекала нитка слюны. Пивное пузо гротескно свисало вниз. Почему-то Джону показалось, что массивный живот в профиль должен очень хорошо вписаться в формулу золотого сечения. Проверять не было никакого желания. Одним движением Джон перерезал мужчине горло. Ни одна капля не упала на пол. Ни одного брызга не попало на стену или самого убийцу. Все что вытекало из широкого разреза, красноватой дымкой растворилось в воздухе.

ОН принял подношение.

Глава вторая: Праздник

Джон не умел танцевать.

Джон не любил танцевать.

Джон не хотел танцевать.

– Джон, пошли танцевать!

Сидя на этом душном празднестве жизни, под названием “корпоратив”, Джон преследовал всего лишь две цели. Быть замеченным шефом, который пообещал лишить квартальной премии всех, кто не пойдет на вечеринку. И быть незамеченным всеми остальными. Шеф, на взгляд Джона, как внешне, так и в душе похожий на похотливого козла, любил устраивать корпоративы по поводу и без. А сегодня в честь окончания второго квартала, повод, как будто бы и был. Для всех кроме Джона.

Большая часть коллег примитивно танцевала. Кто-то выпивал или перемывал кости другим сотрудникам, а Джон сидел в самом дальнем углу полутёмного зала, в клубе снятом для корпоратива, и держал в руках стакан с апельсиновым соком. Ему не хотелось есть, ему не хотелось пить. Сам стакан был ему нужен только лишь для того, чтобы хоть чем-то занять руки. Джон с радостью бы предпочел чай, но довольствовался тем, что есть.

– Джон, да пошли!

Джон поднял глаза и уперся взглядом в пышный бюст своей коллеги с отдела аналитики. Дама была в полтора раза его старше, в полтора раза ниже и в полтора раза тяжелее. Она была из тех одиноких женщин в возрасте между сорока пятью и шестьюдесятью годами, носящих высокую, короткую прическу, с гротескно-черными волосами. А также она всегда красилась в стиле восемнадцатилетней малолетки с поселка городского типа, которая в первый раз отправилась на дискотеку в городской клуб. При этом она искренне считала себя красивой, а большую часть мужиков – козлами.

– Я не танцую. – Ответил Джон, и для большей ясности помотал головой и приподнял стакан с соком, как будто бы чокаясь с кем-то дистанционно.

Неконтролируемо он обратил внимание на кисти рук женщины с отдела аналитики. На запястьях кожа была уже достаточно дряблой, пальцы были отёкшие, похожие на неровные сосиски, при этом еще и ногти были покрашены в уродливо розовый цвет с накладными белыми бантиками. Но самое отвратительное, это то, что на пальцах левой руки Джон не мог не увидеть два крупных перстня с ядовито зелёным и ненатурально синим камнями.

Но женщина с отдела аналитики была сама неотвратимость.

“Пожалуйста, сделай так, чтобы она от меня отстала” – Впервые за долгое время, Джон напрямую обратился к НЕМУ.

– Да убери ты эту фигню. – Женщина бесцеремонно выхватила у Джона стакан и поставила его на самый край небольшого круглого столика.

“Я ведь могу убить тебя мгновенно и безболезненно”. – Подумал Джон. – “Отстань от меня”.

Женщина с отдела аналитики… это олицетворение носорога в саванне, бульдозера в мире легковых машин, лавины на склоне с лыжниками, схватила Джона за руку с желанием притянуть его к себе. Но Джон применил заклинание Кураре на самого себя, и теперь его было не сдвинуть с места. Точнее теперь во всём мире, только лишь он один, не считая еще двоих кого он знал, мог хоть как-то сдвинуть его в пространстве. Даже гравитация была тут бессильна.

Этот ледник в мире горных ручьев, дернул Джона за руку, но безрезультатно. В ее мозгу попросту не укладывалась мысль, что кто-то может не захотеть с ней танцевать. Или вообще противиться её воле.

– Я не пойду танцевать. – Джон виновато улыбнулся и облизнул губы.

Женщина с отдела аналитики с тупым упрямством потянула Джона еще раз, зацепила стакан с соком и тот опрокинулся, заливая штаны и рубашку Джона оранжевой волной. Сам стакан, несмотря на громкую музыку, с оглушительным звоном разбился на кучу мелких осколков. Головы всех участников корпоратива повернулись к источнику звука.

– Козел!.. Педик! – Крикнула тучная женщина и ушла, величественно, как колониальный галеон, груженный золотом ограбленных народов.

Это был не только позор, перед коллегами, но и лишнее, нездоровое внимание, к персоне Джона. А этого он очень сильно не любил. На мнение коллег, с которыми у Джона так и не сложилось дружеских отношений, ему было плевать. Но тысячи пристальных взглядов… а также пятно на рубашке и штанах привели Джона в бешенство.

“За что мне это все!? Почему ОН мне не помог?! Я что, так часто и много прошу?!” – Думал про себя Джон, идя в туалет. – “Нет! Это была такая простая и никчемная просьба, но и ее ОН не выполнил. А когда я вообще до этого у НЕГО хоть что-то просил? Тогда зачем мне все это?” – Джон протиснулся мимо двух щебечущих девушек в одинаковых коктейльных платьях серебристого цвета. – “Если мне было отказано даже в такой ничтожной мелочи, то значит и в более важных вещах ОН может отказать. Тогда зачем ОН вообще мне нужен? Я столько сил и времени отдал… Может тогда и к черту ЕГО?”

“К черту ЕГО…” – Ярко вспыхнула в голове мысль и загрохотала постепенно угасающим эхом.

У самой двери в туалет, Джон сунул руку в карман новых брюк и совсем не удивился, найдя там опасную бритву с лезвием в форме крыла летучей мыши. Он давно думал избавиться от служения ЕМУ, выполняя жертвоприношения скорее по привычке и по старой договорённости. Он много перебирал вариантов, как же ему это сделать, пока не нашёл самый очевидный вариант… До последнего было страшно решиться. Но именно сегодня в Джоне что-то надломилось, и он был готов реализовать свою идею.

В туалете никого не было. Зато там было огромное зеркало, во всю стену. Дизайнерские раковины и писсуары в виде золотых музыкальных инструментов скорее приводили в уныние, чем вызывали хоть какое-то подобие заинтересованности. Джон подошел к зеркалу и увидел в нём самого себя, в белой рубашке с оранжевой кляксой на животе. На темных брюках в районе паха отчётливо виднелось мокрое пятно от сока. Он был средней худощавости, с короткими чёрными волосами и узким бледным лицом. Под глазами были вечные синяки от недосыпов. Но только в отличие от самого Джона, его отражение ему улыбалось. Оно всегда ему улыбалось во всех зеркалах с тех пор, как Джон начал служение ЕМУ.

Этот план Джон давно держал в голове, и если он все просчитал правильно, то это должно будет всё прекратить. Джон вздохнул и одним движением перерезал опасной бритвой горло своему отражению. В сторону резко брызнула черная кровь, забрызгав зеркало с той стороны, а улыбающийся Джон упал на пол и его стало не видно. Все помещение туалета, на секунду окутала тьма. Джон вновь увидел своё отражение, но только в этот раз оно выглядело естественно для его душевного состояния и было хмурым. Бритвы в руке больше не было. Он попробовал вновь наложить на самого себя заклинание Кураре, но ничего не вышло. В кончиках пальцев ощущалась какая-то пустота.

“Кажется получилось…”

Больше намочив рубашку, нежели отмыв ее, через десять минут Джон вышел из туалета и направился в сторону гардероба. К черту этот корпоратив и этих коллег! К чёрту шефа! К чёрту ЕГО! По пути Джон встретил ту самую женщину с отдела аналитики, зажавшую у стены молодого парня с IT отдела. “Как бы это отвратительно смотрелось для общества, если бы такой же мужик приставал к такой же по возрасту и комплекции девушке.” – Раздражённо подумал Джон. – “Но сейчас для большинства это скорее забавно, чем неприемлемо”.

Музыка играла, люди пели песни, танцевали и веселились. Алкоголь лился рекой

“Пусть сам выбирается” – Хищно подумал Джон и покинул это проклятое им самим место.

В это время, в спину Джону с довольным выражением лица, смотрел его шеф, старый Сатир. Тот улыбался и потирал руки. Ему понравился его ход. Посмотрим, что будет дальше.

Глава 3: Вызов на ковёр.

На следующий день после корпоратива, Джон проснулся довольно поздно. Была суббота, в окно ярко светило Солнце, а настроение на удивление, было довольно хорошим. Покормив в террариуме домашних мышей, Джон позавтракал и решил сходить в ближайший от дома магазин, купить продуктов. Других планов на этот выходной день у него не было. Свободное будущее казалось туманным и неопределённым. Джон жил один и особо ни перед кем не отчитывался.

Выйдя на улицу, Джон подошел к перекрестку, дождался зеленого знака светофора, посмотрел направо, посмотрел налево, и пошел на другую сторону дороги.

И его сбил автомобиль.

Черный, наглухо тонированный внедорожник на полной скорости врезался в левый бок Джона хромированным кенгурятником. Джон, скорее всего, может быть, и выжил бы, от удара, отлетев на несколько метров от машины, но водитель и не думал сбавлять скорость. Сначала левое переднее колесо проехало по голове Джона, а потом и левое заднее, окончательно уничтожив и убив его.

Сам водитель, сын главы одной из местных диаспор, даже особо и не расстроился из-за наезда. Он знал, что папа, в случае чего, его отмажет. А если ход делу все-таки дадут, то он сможет уехать к своей родне, туда, где потеплее. Что же касается сбитого им человека… “Да это же лох! Не человек, а терпила какой-то. Ровные пацаны пешком здесь не ходят, они сразу доезжают куда им надо. А так, одним терпилой меньше и фиг с ним”.

Джон открыл глаза и оглянулся. Последнее, что он помнил, как что-то очень сильно ударило его в бок. Сейчас же он сидел в роскошном кресле из черного дерева, обтянутом белой кожей. Джон покрутил головой, отмечая, что находится в уже знакомом, огромном, циклопических размеров зале, с резными колоннами из чередующихся черных и белых пород мрамора. Капители колонн, как и сам потолок зала терялись где-то высоко во мгле. Ножки кресла тонули в тенях, где-то далеко внизу. В зале было только одно огромное окно, под массивным фронтоном которого на фоне просторного серого неба, плыли белые облака. В этом странном зале были только черные или белые цвета. Либо же их бесконечные вариации в виде различных оттенков серого. Джон словно попал в старый чёрно-белый фильм. Он вспомнил, что давно уже хотел спросить про необычную гамму цветов этого места, но все забывал… Он посмотрел перед собой, и увидел, что он сидит за огромным столом, соизмеримым по площади с городским бассейном. Столешница была цвета каменного угля, отполированного до зеркального блеска. Место было хорошо знакомо, хоть он и был тут всего лишь второй раз за двадцать лет. Джон поднял глаза и на титанических размеров троне, состоящим из тьмы, увидел ЕГО. Повелителя Смерти.

ОН был огромен.

Непостижим.

Неописуем.

– Я ТРЕБУЮ ОТ ТЕБЯ ОБЪЯСНЕНИЙ! – громовым голосом проговорил Повелитель Смерти.

Это был голос ни разу не произносившийся в мире живых. Это был голос, который нельзя было слышать никому из смертных. То был голос истинного хозяина Джона. И от этого звука, в ушах того, кто на несколько часов посчитал себя снова свободным, зазвенело с такой силой, что потекла кровь. Джон приложил к ушам руки, а когда убрал их, то увидел, что в этом мире у него кровь тоже черная. Так же, как и у его отражения в зеркале. Он собрался с духом и ответил, понимая, что терять то ему сейчас совершенно нечего…

– Я что, так многого просил? – Джон нервно сглотнул слюну, смотря снизу вверх. – Я что, засыпал тебя постоянными просьбами о славе, девках и богатстве? Одна скромная просьба, избавить меня от этой толстой бабы. И что я получил? Унижение! Унижение и тот чёртов стакан сока на штаны. – Не зная, что делать с испачканными руками, Джон вытер чёрную кровь о гигантский стол, оставил чёрные пятна на чёрном. – Мне показалось что все стало предельно ясно. Я тебе не нужен. А раз я не нужен тебе, то нужен ли ты мне? За почти двадцать лет, это была моя единственная настоящая просьба. И что в итоге? Я еще и мёртв раньше положенного! – Джон развёл в стороны руками. – Замечательно!

– Глупец… дерзкий, но храбрый. – Усмехнулся Повелитель Смерти, убавив силу своего голоса. – Это называется Испытанием Веры. И ты его провалил. У нас с тобой не дружеские отношения, а я не твоя ручная собачка. Хвост не виляет зверем. За двадцать лет ты ничего не просил, но если бы и попросил, то что? Думаешь я бы хоть что-то исполнил? Я не джин, и я не дьявол, чтобы выполнять желания. И мы связаны с тобой гораздо теснее, чем ты думаешь.

– Откуда я мог знать, испытание это или случайность? Теперь-то уже какая разница? – Джон пожал плечами. – Я мертв.

– Запомни, глупец, смерть в нашем с тобой случае, это далеко не конец. Время не линейно и не последовательно. Ты и сам скоро это увидишь. И сам все исправишь.

– Позволь задать вопрос!? – Попросил Джон.

– Позволяю.

– Кто выше тебя и руководит тобой?

– Ты задал вопрос, но с чего ты взял, что я на него отвечу? – Повелитель Смерти усмехнулся, схватив Джона за шиворот и порвал того на две части. Скомкал, разорвал, смял, порвал еще и еще. – Испытай же истинную боль DOLOR.

Тело Джона в огромных руках Повелителя Смерти стало мягким, как пластилин. Каждая его кость была раздроблена, мышцы и сухожилия разорваны. Кожа перекручена. Боль испытывала каждая клетка его организма, сотрясаясь в агонии, но не имея возможности умереть. Кровь струями стекала между огромных пальцев Повелителя смерти, зависая в воздухе, и не падая вниз. Из ставшей пластичной плоти, ОН вылепил что-то похожее на копьё с широким наконечников, и запустил в открытое окно.

Глава 4: Рестарт

Джон родился вновь. Вся его память о прошлом была с ним, но он был младенцем. Не умея говорить, и даже нормально владеть своим телом, он был полностью дезориентирован. Лишь спустя несколько месяцев, Джон осознал, что второй раз он родился совсем у других родителей. К году он понял, что зовут его теперь не Джон, а Роб. И что родился он за двадцать лет до рождения первого Джона. После пяти лет, память Джона о самом себе стала вытесняться Робом. А тот рос вполне себе дружелюбным мальчиком, только вот в этот раз он был более чем полноват. Дети во дворе дразнили его и неохотно брали его в свои игры. В учебе Робу все давалось тяжело, и он кое-как закончил школу. Ни о каком вузе не могло быть и речи, и Роб пошел в армию. Там ему с одной стороны очень не понравилось, так как было физически тяжело, а с другой стороны очень полюбилось, так как все было понятно и просто. Поэтому Роб и решил остаться служить дальше. Падение Авалона он встретил, служа в армии. К сорока пяти годам он успел немного повоевать и выйти на пенсию, получив звание лейтенанта. К этому времени он еще сильнее округлился и почти полностью облысел. Свой живот Роб называл своей солидностью, а лысину своей блестящей частью тела. Под конец службы он отпустил усы, делавшие его похожим на моржа.

За все время службы Роб так и не женился, но зато понял кое-что о женщинах. Красивые и молодые дамы получают много внимания, и поэтому завоевать их очень непросто, особенно с внешностью Роба. А вот женщины пострашнее, да по выдержаннее во времени, сами были не против быть завоеванными, особенно учитывая определенную харизму Роба. Поэтому, в своих армейских кругах, Роб считался за ловеласа. Редко после какой пьянки Роб уходил один.

Пил Роб много и часто, но только по делу и только с нужными и уважаемыми людьми. После гулянки в честь выхода на пенсию, один из его дальних приятелей предложил Робу непыльную работенку в качестве военного представителя. Правда нужно было переехать в другую область. Но в родном городе его ничего не держало. А название нового населённого пункта чем-то зацепило сознание Роба, но он так и не вспомнил чем именно. Он ни разу там не был.

Работа и вправду оказалась не пыльной. Робу дали белый халат, папку, печать и возможность, дуя в усы, пугать инженеришек.

Так пролетело несколько лет. На новой работе, раз в квартал, любили проводить корпоративы, в случае если оставались лишние деньги. А деньги чаще всего оставались. Военная промышленность при нынешней власти развивалась очень хорошо. Но на политику и дела государства Робу было все равно, зато он очень любил корпоративы. Эту неформальную обстановку, закуски, музыку, алкоголь, танцы, женщин. Особенно женщин…

Роб уже заприметил себе барышню, которую точно можно было бы пригласить потанцевать к себе домой. Но она почему-то целенаправленно шла к одиноко сидящему в углу, хмурому парню со стаканом сока. Роб никак не мог вспомнить, кем и в каком отделе работает тот его коллега.

“Пожалуйста, сделай так, чтобы она от меня отстала” – попросил Джон.

– Мадам! – Роб ловко подхватил женщину с отдела аналитики под локоть. – Или может быть мадемуазель??? – Он харизматично подмигнул. – Почему такая красивая девушка и не танцует?

Джон облегченно выдохнул, допил сок и начал собираться домой. Шеф его уже пару раз за вечер видел, а это значит, что можно уходить.

В эту ночь, в самый разгар акта любви, у Роба остановилось сердце, и он бездыханным мешком упал на ту, кто косвенно помогла ему появиться на свет. На ту, кто запустила всю эту цепь событий.

В момент смерти Роба, Джон внезапно для себя проснулся. Все его воспоминания, что были и что могли бы быть, а также вся память Роба слились в одно перепутанное нечто. Виски на мгновение пронзила острая боль, а из уголков глаз и левой ноздри скатилось несколько капель крови. На часах было три часа ночи. В комнате было темно и не смотря на лето, довольно прохладно. Джон облизнул губы, ощутив приятный вкус собственной крови, и суетливо засобирался. Этой ночью нужно нанести кое-кому визит. Просто необходимо!

Глава 5: Вендетта

В богатой, беспорядочно заваленной бытовой техникой, чрезмерно вычурными шмотками и элитным алкоголем четырехкомнатной квартире, отделанной золотой лепниной и украшенной в лучших традициях безвкусного барокко, у одной из стен странно замерцал воздух. В темноте появился переливающийся черным и зеленым, двухметровый диск, из которого сначала только выглянул, а потом, убедившись, что вокруг никого нет, вышел Джон. Прямо перед ним, на широкой, двуспальной кровати лежал молодой, девятнадцатилетний парень.

Так вот как ты выглядишь, тварь. – прошептал Джон.

Он привычно накинул на молодого человека заклинания Кураре и Мортис Пиано, полностью обездвижив того, и лишив возможности издавать любые звуки. Обойдя всю квартиру и удостоверившись, что они здесь совсем одни, Джон подошел к лежащему на спине парню. Он не видел, кто именно сбил его тогда на пешеходном переходе, но он точно знал, что прямо перед ним лежит его убийца. Откинув одеяло, Джон положил парню руку на грудь и тихо произнес: “Dolor”.

Молодой человек резко раскрыл глаза и попытался кричать, но не издавал ни звука. Даже губы были неподвижны как камень. Он пытался сделать хоть что-то, но мог лишь шевелить глазами.

– Когда один человек убивает другого, то их души становятся связанными. – Вполголоса проговорил Джон, убирая руку. – Классное заклинание? Да? Благодаря тебе я его не только подсмотрел, но и прочувствовал на себе. Хоть это еще и не произошло, да и не произойдет вовсе, но в одной из версий будущего ты насмерть сбил меня… И знаешь что? Сам ты терпила… Почему я вообще помню твои мысли в момент моего убийства? – Джон облизнул губы, вытер ладонью пот со лба и вновь положил руку на грудь парня. – Dolor.

Глаза парня закатились, а от сильного напряжения на белках полопались капилляры.

– Классное заклинание, да? – Джон убрал руку. – До последнего боялся, что не получится. Мне, наверное, вроде как не положено его знать…. Она меня такому не учила… – Джон провёл рукой под носом, где еще оставалась полоса спёкшейся крови. – Ужас как всё закружилось… Хоть ты меня и убил… Точнее должен был бы убить… – Джон помассировал себе виски. Воспоминания сразу трёх людей и двух реальностей до сих пор нормально не встали у него в голове. – Что вообще происходит? Зачем я здесь? А…! Ты же убьёшь часов через восемь… нет, уже не убьёшь… Но души наши связаны. Так я тебя и нашел собственно. Очень, знаешь ли, неприятно, когда тебе по голове колесом проезжают… дважды. Но ты не беспокойся. Я сюда пришел не по ЕГО заданию и не с целью сделать ЕМУ подношение.  – Джон облизнул губы, чувствуя, что из левой ноздри вновь пошла кровь. – Я пришел тебя немного попытать и убить максимально естественным способом, только лишь из чувства мести. Плюс у Роба, такой же малолетний дебил, на папиной машине отца сбил. А Роб – это в какой-то степени и я тоже. А значит это дело вдвойне личное. Правда там прокурорский сынок был, и от тюрьмы он отмазался… Надо тоже его будет повидать… Плюс Роб в своё время успел повоевать с твоими сородичами, так что дело втройне личное… Dolor.

– Надо убить тебя максимально естественным способом. – Продолжал свой диалог Джон. Ему нравилось разговаривать с теми, кого он скоро убьет. – Вот я уверен, что легко найду у тебя наркоту. – Джон выдвинул верхний ящик у прикроватной тумбочки. – Ого! Беретта 92! – Джон покачал головой. – Мое почтение, хороший пистолет. – Джон не выдержал и достал оружие, не заметив, что рядом с коробкой, в которой лежали патроны, оказалась и его опасная бритва. – У Роба был точно такой же. У него было разрешение на оружие. Он успел немного повоевать и на гражданке решил иметь при себе что-нибудь бахающее. – Джон прицелился в окно, затем перевел пистолет на неподвижного парня. – Знаешь, я первый раз держу в руках настоящий пистолет, но с новой памятью, такое ощущение, что будь я сейчас в тире, то попал бы прямо в цель. Но нет, это не для нас. Слишком шумно, слишком грязно. Не волнуйся, мои пальцы отпечатков не оставляют. Положим-ка мы это обратно. – Джон облизнул губы, во рту чувствуя вкус собственной крови. Мысли в голове стали приходить в какое-то подобие порядка. – Dolor.

– Как ожидаемо… В нижнем ящике прикроватной тумбочки. Ты, видимо, совсем ничего не боишься? – Джон покачал в руке прозрачный пакет с белым порошком. – Не разбираюсь я в наркотиках. – Джон развёл руками. – Мы с Робом оба не разбираемся, если ты понимаешь о чём я? – Джон снова провёл рукой под носом размазывая по лицу кровь и потряс пакетиком в воздухе. – Но это явно у тебя не пищевая сода.

Из найденных купюр, Джон свернул две бумажные трубочки, полностью забив их найденным наркотиком. Рот у молодого парня был закрыт так что Джон, дождавшись, когда парень выдохнет, зажал ему нос пальцами, а потом, примерно через полминуты, ловко вставил обе бумажные трубки в две ноздри. Парень инстинктивно вдохнул все в себя, потом резко выдохнул, обсыпав все своё лицо белым порошком.

Не знаю, насколько смертельную дозу ты вдохнул, но рисковать не стоит. Сегодня умрёшь ты не от передоза. – Джон коснулся кончиком ногтя, груди молодого парня. Палец, потеряв привычный цвет, стал полупрозрачным, и Джон погрузил его на глубину двух фаланг под кожу своей жертве. – Детенэр. – Произнес Джон.

Сердце убийцы Джона навсегда остановилось.

Глава 6: Карьерный рост

Джон не любил летать. Ведь Джон не умел это делать самостоятельно, а это значит, что весь полет он будет целиком и полностью полагаться на пилота. А полагаться на других Джон не любил. К тому же компания для полёта была не самая приятная. Он сидел в эконом классе у окна и отрешенно смотрел на крыло самолета, почти полностью закрывающее вид на мир снизу. Чай принесённый стюардессой он весь выпил, а просить новый не решался.

С правого бока от Джона сидел руководитель его отдела, высокий, странноватый мужик лет сорока, с большеватой головой, сильными залысинами и страной бородкой, делающей его похожим на восточного злодея. У прохода, третьим человеком сидела менеджер. Она была из тех женщин, чьи фигуры казались Джону очень странными и непропорциональными. У нее были длинные тонкие ноги и очень элегантные кисти рук с солнечно жёлтым маникюром. Наверное, самые элегантные из всех, что видел в Джон. Но само тело было в форме некоего бочонка, а на довольно милом лице был, все портящий, нос картошкой.

Их троих командировали по рабочим делам. Руководитель должен был выступить на конференции, менеджер должна была ему ассистировать, а зачем был нужен Джон, сам Джон не до конца понимал. Лететь им нужно было в новую столицу целых четыре часа, и это было довольно скучно.

Из своего рюкзака, Джон достал книгу, простое развлекательное чтиво в жанре фэнтези, и открыл откидной столик. На колени неожиданно выпала опасная бритва, с лезвием в форме крыла летучей мыши.

“– А ты тут чего забыла?” – Мысленно спросил Джон, подобрав своё оружие.

“– Иди и убей пилота” – Ответила бритва.

“– Какого пилота? Зачем?” – удивился Джон. – “Хватит мне приказывать всякие глупости! Я не буду никого убивать в самолете.”

– И я считаю, что на третьей минуте вашего выступления, нужно будет больше всего сделать акцент на третьей диаграмме. – Не умолкая, тараторила менеджер. – на ней хорошо виден уверенный рост во втором квартале…

– Угу. – в полудреме ответил руководитель отдела. Он немного выпил перед полётом и ему было сейчас совсем не до графиков и диаграмм.

Ни руководитель, ни менеджер даже и не подозревали о напряженном диалоге, что вели между собой бритва и Джон.

“– Я сказала, прямо сейчас, встал. И убил. Любым способом. Старшего пилота. – Отчеканила каждое слово бритва. – Я ничего не буду тебе объяснять, но это невероятно важно. И в первую очередь для тебя самого!”

“– Во-первых, я недавно уже приносил ЕМУ жертву, во-вторых, я не смогу сделать это скрытно, и меня арестуют, а в-третьих пилот управляет этим чертовым самолетом! Как мы без него лететь то будем?!”

“– Пилотов все равно двое. Самолётом будет кому управлять. И причем тут вообще ОН?!” – Внезапно ответила бритва. – “Слабак, я сама все сделаю.”

– О, какая занятная вещица! – Менеджер заметила в руках у Джона опасную бритву. – А как ты ее пронес в салон? Дай посмотреть. – Коллега Джона в привычной ей хамской манере, потянувшись через руководителя, выхватила у Джона из рук бритву. – Интересная вещь, а как ты ей бреешься? Ай! Я порезалась…

Бритва практически бесшумно выпала у нее из рук. Поток слов остановился. Менеджер отстегнула ремни, достала из сумочки шариковую ручку и молча встала…

– То есть вы говорите, что не знаете эту женщину?

– Я так не говорил. Она моя коллега. – Устало ответил Джон. – Мы с ней на работе, кроме как о работе, никогда не общались. Мы просто летели вместе по рабочей командировке. И я не знаю, что у нее замкнуло в голове.

– Это не просто замкнуло! – Следователь зашипел. – Женщина весом не больше шестидесяти килограмм, выломала закрытую дверь от кабины пилотов, насмерть заколола обычной ручкой старшего пилота, а потом, пока в нее не выпустили полторы обоймы сотрудники безопасности, не останавливалась и превращала этой же рукой тело буквально в фарш, крича… “Это тебе… ЭШКИЯЛИЯ” – Третье слово из цитаты следователь прочитал с бумажки.

– Может она наркоманка была? Или сектантка? – Джон развёл руками. – Я-то откуда знаю? – Ответил он и мысленно поправил следователя, произнесшего имя опасной бритвы с неправильной постановкой ударения.

Через четыре дня Джон спокойно вернулся домой. Несмотря на то, что всех пассажиров самолета долго и с пристрастием допрашивали сотрудники безопасности, Джон со своим руководителем успели заселиться в отель, в котором руководитель тут же запил, перейдя в совершенно невменяемое состояние. На утро Джону пришлось попросить на ресепшене запасной ключ, чтобы, обыскав пьяное тело, найти флешку с презентацией, и самому выступить на конференции. Тему выступления Джон хорошо знал. Ведь это он собирал все данные и оформлял графики, из которых потом менеджер сделала презентацию, за что руководитель отдела в итоге получил премию.

Еще через два дня руководителя отдела уволили, а на его место поставили Джона.

Глава 7: Треугольник.

Иногда Джон думал об одиночестве. Был ли он одинок? Нет. Чувствовал ли он себя одиноким? Да. Знал ли Джон, что с этим делать? Нет. Думал ли он о Клаудии? Да. Собирался ли Джон хоть что-то делать для того, чтобы изменить ситуацию? Совершенно и категорически нет.

Зазвонил сотовый телефон отвлекая от последних минут рабочего дня. Голова на новой должности пухла от новой информации, и Джон был достаточно сильно утомлён. Не ожидая звонка, Джон вздрогнул. Как оказалось, звонила Хельга. Хоть в этот момент телефон и был в руках у Джона, но он выждал четыре гудка, и только после этого взял трубку.

– Привет… Не занят? – Голосом полным надежды спросила девушка.

– Не совсем. – Ответил Джон и поморщился. Он хотел спросить: “Зачем звонишь?”, но вместо этого проговорил дежурное:

– Как дела?

– Да нормально, скоро работать закончу. Хотела спросить… Давай я приеду к тебе вечером?

Джон задумался. Все так сложно… Он одновременно и хотел этого, и нет. Но все же сегодня больше хотелось провести этот вечер в одиночестве.

– Да, приезжай, кино какое-нибудь посмотрим… – Спонтанно ответил он.

– Ну хорошо, скоро буду… Целую. – После небольшой паузы добавила последнее слово Хельга и прервала разговор.

Джон положил телефон на стол экраном вниз. В такие моменты ему было противно от самого себя. Хельга любила его. Во всяком случае говорила, что любит. А Джон не любил ее, и прямым текстом говорил ей это, хоть она и была ему симпатична. Хельга была на пять лет моложе Джона. Кареглазая стройная девушка, постоянно заплетающая свои черные волосы в две длинные косы. У неё были миниатюрные ладошки, а ногти она всегда красила в яркие разноцветные цвета. Она смотрела на мир с постоянным чувством обиды. Во всяком случае именно это виделось Джону в ее взгляде и пухлых губках. Она предлагала Джону быть вместе, но Джон сказал как в тот раз, так и в следующие два, что не готов к отношениям. Поэтому на данный момент все их общение свелось к постели. Она приезжала по собственной инициативе к Джону несколько раз в месяц и оставалась с ночёвкой. Больше одного раза подряд Джон не давал ей ночевать у себя, каждый раз находя какую-то причину. Было в Хельге что-то слишком приторно хорошее. Она была настолько идеальной, что ей кардинально требовался хоть какой-то изъян, но его не было. А еще чувствовалось, что Хельге просто необходимо быть любимой, и что тогда она точно расцветет, как некий прекрасный цветок до этого скрытый в недрах зелёных листьев, и что она будет счастлива. Джон искренне и всем сердцем желал ей счастья, но не с собой. Джон понимал, что если он с ней сойдется, и сделает вид, что любит Хельгу, то через год они поженятся, через два заведут первого ребенка, а через тридцать пять лет она в роли милой бабушки будет печь пироги внукам Джона. От этих мыслей Джон испытывал в груди щемящее чувство, как словно ему было душно, а то и вовсе как будто он задыхался.

Джон выключил рабочий компьютер, оделся и вышел на улицу. “Так, надо зайти в магазин, купить чего-нибудь поесть, и немного прибраться дома, пока она не пришла.” – Размышлял Джон. Его мысли прервал звонок телефона. Звонила Лаура. Джон выругался про себя и чуть не выронил телефон, но успев его поймать, тут же ответил на звонок.

– Привет! – Раздался звонкий голос, с интонациями, будто бы девушка только что смеялась. – Занят вечером?

– Эмм… – Мозг Джона тут же выбрал для себя приоритеты. – Нет, совершенно свободен.

– Ну все, жди, скоро буду.

Джону захотелось со всей силы швырнуть телефон на асфальт. Надо же, как совпало… А день заканчивался так хорошо и по-простому… Джон лихорадочно придумывал, что же делать. В первый раз обе девушки звонили ему в один и тот же день.

– Привет. – Джон позвонил Хельге. – Тут такое дело, отец попросил помочь ему какой-то хлам в гараже разобрать. Я не смог отказать. Вот именно сегодня ему приспичило. Не знаю, как долго я там буду, потом, наверное, еще в гости к нему поеду, с мамой чтобы повидаться, давно не виделся с ними.

– Да? Ну ладно. – Было слышно, что Хельга расстроена. – Позвони вечером, если что.

– Да, хорошо. – Джон знал, что не позвонит.

Лаура не была девушкой, которую Джон любил, но он хотел ею владеть, как неким трофеем, как красивой картиной, висящей на стене. Ему хотелось сделать из неё какой-то заменитель Клаудии. Он не хотел с ней никаких случайных встреч, а активно предлагал видеться чаще, но вот только Лауре это было совершенно не нужно. Джон был для нее неким мальчиком для секса. Во всяком случае ему самому так казалось. Лаура была на полгода старше Джона и от этого факта казалось, что она доминирует над ним практически во всем. Она была высокой блондинкой с коротким каре. И в ней буквально кипела энергия. Джон за все время их общения ни разу не видел ее грустной или уставшей.

Придя домой, Джону хватило времени только переодеться в домашнее, да раскидать по своим местам на кухне покупки из продуктового. Не хватило времени даже покормить домашних мышей.

Раздался звонок в дверь. Джон знал, кто там. Как только замок был открыт, светловолосый вихрь, одетый только в лёгкое желтое платье, ворвался в коридор, и Лаура впилась губами в губы Джона. Он лишь успел закрыть дверь на один оборот, как девушка, не прерывая поцелуя, разулась и начала теснить Джона в сторону постели. Дойдя до спальни, они уже оба были наполовину раздеты. Матрас коснулся обратной стороны коленей Джона, и Лаура повалила его на кровать.

– Приятно слышать, что тебя повысили. – Лежа головой на плече у Джона, сказала Лаура. – Теперь ты прям важный начальник. – С этими словами она начала игриво подёргивать волосок на груди Джона.

– Ну, вроде того. – Согласился Джон.

– Какие теперь планы в целом на будущее?

– Не знаю. – Джон немного растерялся. – Жить. Ходить на работу, на тренировки. С тобой вот хотелось бы чаще видеться…

– Его взгляд упал на руку Лауры, переползшую на то место, где грудь переходит в живот. Джону не нравилось в Лауре две вещи. Первое, это то, что она была достаточно худой и жилистой, из-за чего у неё практически отсутствовала грудь, а телосложением она напоминала ему подростка. И второе, это ее кисти рук. У неё, на взгляд Джона, были слишком большие для девушки кисти рук, почему-то тыльной стороной очень похожие на кисти рук самого Джона, но только с более широкими и плоскими ногтями. Маникюр она делала самый минимальный, никогда не крася ногти. Джон вспомнил про длинные, тонкие, изящные пальцы Клаудии с неизменно красным лаком…

– Ладно, я побегу. – Лаура приподнялась и чмокнула Джона в лоб.

– Может останешься? – С надеждой спросил Джон.

– Нет, я еще хотела сегодня в бар заскочить.

– Может вместе пойдем? Я же теперь начальник, за меня завтра будет кому по работать. – Он наигранно усмехнулся собственной шутке.

– Нет, тебе все же завтра на работу. А давай в другой раз? – Джон знал, что другого раза точно не будет. Опять что-то да помешает им провести время где-нибудь вместе на публике.

Лаура уже ушла, а на улице стемнело. Джон лежал в спальне без света и чувствовал себя опустошенным. Он всегда чувствовал себя опустошенным, когда она уходила. Может именно из-за страха этого чувства, ему не хотелось, чтобы она его покидала? Джон вспомнил о Клаудии, о том, как идеально ее ступни помещались у него в ладонях… Но потом Джон подумал о вечно напряженных губах Клаудии при их поцелуях, а также о том, что почему-то им было дико неудобно засыпать вместе… Джону не хотелось этой ночью спать одному.

– Привет. – Хельга взяла телефон так быстро, как будто бы она все это время сидела и ждала его звонка. – Ты не поверишь, но мы с отцом быстро управились, и я уже дома. Ты еще не против приехать?

– Да, скоро буду, – Обрадовалась девушка.

– Тебе заказать такси?

– Не надо, я сама, все, жди, целую.

– Целую. – На автомате ответил Джон.

“Какая же я сволочь” – думал про себя Джон. – “Похоже, что именно из-за той пустоты, что оставляет во мне Лаура и из-за тоски по Клаудии я и сойдусь когда-нибудь с Хельгой…”

Джон не был одиноким, но чувствовал себя при этом довольно паршиво. Хотел ли он как-то это изменить? Да. Собирался ли он что-то для этого делать? Нет. Скучал ли он по Клаудии….

Глава 8: Библиотека

Это было примерно за полгода до того неприятного инцидента с соком на корпоративе. Была середина зимы. Новый год уже прошёл, но до весны было еще далеко. У Джона был выходной, и он решил полностью посвятить себя самосовершенствованию. С бритвой он опять поругался, так как она вновь отказывалась давать ему хоть какие-то ответы на интересовавшие Джона вопросы. Завершив разговор очередной грубостью, ЭШКИЯЛИЯ пронзила руку Джона болью, а когда тот выронил её на пол, исчезла, как только он на секунду выпустил её из поля зрения.

Это было несправедливо, ведь Джон всего лишь хотел стать лучше в своём служении ЕМУ. Или, как минимум просто узнать о НЁМ побольше. За почти двадцатилетнее служение ЕМУ, все, что Джон умел и знал, ему рассказала опасная бритва. Но она делала это крайне неохотно, и при каждом уроке морально унижая Джона и причиняя ему боль, говоря, что именно через боль Джон и получает новые силы и знания. Но Джон был уверен, что ей просто нравится делать ему больно. Ещё, конечно, источником информации был Зефирчик… но тот крайне редко говорил хоть что-то по делу.

В поисках новой информации Джон давно уже облазил множество сайтов, и в какой-то момент понял, что ничего стоящего там нет. И это было достаточно логично, что в хранилище всей мировой информации никто не стал добавлять особые знания. Все что Джон знал о НЁМ, он так же хранил только в голове. Но если информации нет в мировой паутине, то может она может быть где-то в книгах? Было бы наивным полагать, что в читальном зале городской библиотеки можно достать такие знания. Но Джон именно сегодня решил попробовать. Была надежда, что там можно было бы найти хоть какие-то зацепки. Например, хоть понять, зачем ему нужно убивать по тринадцать человек в год. ЭШКИЯЛИЯ ему так на это и не ответила.

В городской библиотеке было пусто и прохладно. Здание, построенное задолго до падения Авалона словно застыло в той эпохе, когда еще была жива старая столица. Джон довольно быстро оформил себе читательский билет и придумал более-менее правдоподобную легенду.

– Здравствуйте, я с исторического факультета, я и решил в этом году написать диплом по теме “жертвоприношения”. Ну или что-то около того. У вас есть какие-нибудь книги на эту тему?

Библиотекарь, худая старушка в серой шали и пучком серых, от седины, волос, была словно вся покрыта пылью или пеплом. Было сложно представить, что она когда-то была молодой, и совсем кощунственно предположить, что она когда-то была ребенком. Казалось, что она и здание библиотеки – это одно целое. Или что она и есть олицетворение огромного хранилища книг.

– Вам про человеческие или про жертвоприношения животных? – невозмутимо ответила библиотекарь.

– А давайте про человеческие. Шокировать кафедру, так шокировать. – Джон улыбнулся, стараясь всем своим видом показать, какой же он шутник.

Женщина, не меняя выражения своего лица, встала и ушла в длинные стеллажи книг.

“Варианта три” – про себя подумал Джон. “Либо она вызовет охрану, либо принесет книги, либо вообще не вернется.”

Минут через пятнадцать, когда Джону уже надоело разглядывать сколотые там и тут мраморные плиты пола, библиотекарь вернулась со стопкой из шести книг. На верхней было написано: “Шокирующая история каннибализма и человеческих жертвоприношений”. Судя по такому названию, ничего стоящего Джону там не попадется. Но он знал заранее, что шансов у него не так уж и много.

– Домой не выдаем, читать только здесь – безапелляционно поставила точку в разговоре библиотекарь.

Джон сел поближе к окну и принялся бегло читать. Все больше и больше понимая, что затея совсем пустая. Прошло около часа чтения, но пока в строчках была только пустая ерунда.

– Занятный у вас выбор книг, молодой человек.

Джон поднял глаза и увидел пожилого человека в строгом деловом костюме. Человек, решивший отвлечь Джона, был среднего роста, худой, лысый, но с черной узкой бородой. У него в руках была тёмная трость с набалдашником в виде головы пуделя, а на мизинце левой руки был перстень с черным камнем. На самом же мизинце, так же бросался в глаза очень длинный ноготь.

– Да я просто с истфака. – Ответил Джон, повторяя свою легенду.

– Правда? – Незнакомец скептически наклонил вбок голову.

– Да. Я решил немного повеселить нашу кафедру темой про жертвоприношения. – Джон попробовал немного ухмыльнуться, но он сам понимал, что вышло наигранно. – Не хочется выбирать скучную тему.

– Очень интересно. Я присяду? – Джон неуверенно кивнул, думая о том, как бы побыстрее ему избавиться от назойливого старика. – Меня зовут Роберто, и я два года назад ушел с должности декана исторического факультета. Как ваше имя? Почему-то не могу вас вспомнить.

– Джон. Просто я первокурсник.

– Понятно, Джон. – Роберто отодвинул стул, и сел напротив Джона, положив обе руки на набалдашник трости так, что черный камень его перстня смотрел на его собеседника. – Но вы наверняка видели мое фото на стене, на втором этаже, рядом с деканатом?

– Да я как-то особенно не рассматривал… – Джон понимал, что пора уходить.

– Скажите, а зам декана все еще…

– Ладно, я, пожалуй, пойду. – Перебил Джон.

– Зачем вы здесь, Джон? – В ответ спросил Роберто. – Ни с какого вы не с истфака, деканат у них на третьем, да и вы староваты для первокурсника.

– А вам какое дело? – Джон встал и стал собирать в стопку книги.

– Сядьте, Джон. – Спокойно ответил Роберто. – Ведь я прекрасно понимаю, что вы пришли за той информацией, что нет в интернете. Ее там и не будет. – Джон сел. – И в библиотеке ее тоже можно не искать. Другое дело, а зачем она вам?

– Смотря кто спрашивает. – Джону мучительно хотелось по привычке облизнуть губы, но он сдержался.

– Тот, у кого есть много ответов на вопросы. – Роберто наклонился поближе к Джону. – Вы ведь тоже поклоняетесь ЕМУ?

Глубоко внутри Джон возликовал, он так долго был один на своем темном пути. – Бритва и Зефирчик были не в счёт. – У Джона было так много вопросов. Столь многое он хотел узнать и теперь…!

– Думаю, что нам лучше переместиться в мой кабинет. – Продолжил Роберто. – Так уж вышло, что я директор этой библиотеки.

Глава 9: Масоны

“Сегодня в 19.00” – пришло СМС от Роберто. Джон глубоко вздохнул. Это будет уже шестое собрание. На протяжении полугода они раз в месяц собирались в библиотеке, но пока Джон так и не смог понять своей роли в этом культе. Зефирчика он за эти полгода не видел, а бритва его участие в культе никак не комментировала. К сожалению, пока что от Роберто он до сих пор не узнал ничего нового касательно служения ЕМУ. Точнее ничего стоящего. Было огромное количество двояких фраз, туманных намёков и прочей мишуры, но по делу пока никто ничего так и не сказал. А сам Джон предпочитал слушать, а не болтать.  “Сегодня нужно будет поговорить с Роберто наедине” – твердо решил Джон. – “Раздражает эта секретность.”

А ведь все начиналось так радужно. Джон думал, что нашел единомышленников. И оно в целом, если смотреть несколько со стороны так и было. Но на прямые вопросы Джона, Роберто почему-то всегда отвечал максимально расплывчато, обходясь общими фразами, а на просьбу научить чему-то новому, говорил, что еще не время. А еще странные, совершенно неожиданные и неуместные и бессмысленные вопросы, поднимаемые на собраниях… о власти, о деньгах и прочая чушь. Да и к тому же Роберто обязал Джона платить членские взносы культу. Но Джон так и не понимал, куда же уходит примерно треть его зарплаты.

Джон подошел к черному входу библиотеки ровно к 19:00. Дверь была с электронным кодовым замком. Код был 555777. Джон ввёл шесть цифр на чёрном циферблате. Дверь с тихим металлическим звуком открылась, и он вошел внутрь. На вешалке висело пять черных балахонов с белыми масками, полностью закрывающими лицо. На лбу у одной из масок была надпись готическим шрифтом “Антрацит”. Это имя дали Джону при его первом появлении на собрании культа. На других четырех было написано “Яшма”, “Топаз”, “Малахит” и “Кварц”. Джон накинул на себя балахон, надел маску и подошел к зеркалу, высотою в его рост. Легкое нажатие на него рукою через ткань одежды, чтобы не оставить следов ладони, едва слышимый щелчок, и зеркало отходит в сторону, открывая темный коридор, освещенный редкими красными свечами. Джон не понимал, зачем все это было нужно, ведь гораздо проще было бы открыть портал сразу на место. А так, сейчас он войдет в зал, где уже его ждет Роберто и еще восемь братьев по культу, и они будут в полной тишине ждать остальных четверых, которые, согласно расписанию Роберто, для сохранения конспирации, будут приходить по одному с периодичностью в пять минут. Джон не знал как к этому относятся остальные, но он откровенно скучал.

Небольшой зал с черными, отделанными бархатом стенами и с пентаграммой красно-бордового цвета на полу, как всегда, встретил Джона запахом имбиря, ладана и лакрицы. Поверхность пентаграммы была исписана частично незнакомыми Джону символами, но нигде не было того знака, похожего одновременно на ель и на гарпун, что был на рукояти ЭШКИЯЛИИ. Джон полагал, что значение этих символов ему объяснят позже.

Роберто, стоя на одном из лучей пентаграммы, кивнул Джону. Остальные братья по культу также молча приветствовали неофита. С одинаковой периодичностью подтягивался народ. Через двадцать минут пустого ожидания, наконец то пришел тринадцатый, “Кварц”.

Джон уже привык, что собрание начинается с того, что каждый по очереди рассказывал о том, что у него происходило за месяц. В основном речь шла об удачных и не очень попытках занять должность повыше, и о скупаемой в городе земле и недвижимости. “Видимо, это все еще проверка, должен же быть в этом хоть какой-то смысл? А так возможно это какой-то обряд инициации, после которого мне доверят тайные знания” – Думал про себя Джон. Но вот очередь дошла и до него.

– Я слушаю тебя, Антрацит. – Властно сказал Роберто.

– Ну, меня полторы недели назад сделали руководителем отдела. – Джон пожал плечами, думая говорить о недавней принесённой ЕМУ жертве или нет. – Теперь у меня в подчинении сорок два человека. – Ответил Джон, следуя шаблону ответов других оккультистов. – Зарплату повысили… Ну, в общем-то, и все. – Роберто и остальные двенадцать человек похлопали.

– Поздравляю тебя, Антрацит. Я не ошибался в тебе. – Роберто улыбнулся. – После собрания останься, хочу поговорить с тобой с глазу на глаз.

Под маской было не видно, но Джон улыбнулся. Наконец-то! Видимо эти пустые полгода и были инициацией, проверкой на стойкость. Проверкой веры, как сам выразился ОН при их последней встрече. И теперь Роберто даст Джону доступ к новым знаниям. Хотя бы к какой-то крупице знаний.

Еще час они провели за обсуждением политики и людей из администрации города, кого можно было бы пригласить в культ, а кого нет. Но Джон это пропускал все это мимо ушей. Ему было это не важно и не интересно. Он научился вычленять из ненужного шума по-настоящему важные слова.

По окончанию собрания, также в течение следующего часа, все уходили такими же пятиминутными интервалами согласно расписанию данному им Роберто. Система таинств была построена довольно необычно. Все знали в лицо Роберто, и всех знал глава культа, но сами братья по культу друг друга не знали ни по именам ни внешне. Джону казалось, что в таком построении тайной сети было слабое место в том, что любой из оккультистов мог указать на Роберто, а тот в свою очередь раскрыть и остальных. Но раз тут было так принято, то Джон не видел смысла как-то оспаривать сложившиеся порядки.

– Я очень рад за тебя, мой мальчик. Можешь снять маску. – Сказал Роберто, когда они с Джоном остались наедине. – Ты теперь переходишь на совершенно новый уровень.

– Я готов. – Джон сделал шаг вперед. – учите меня.

– Ты должен основать свою ячейку. Учитывая значимость военного предприятия, на котором ты работаешь, будет очень правильно, чтобы наших людей там стало побольше.

– Что? Зачем мне это? – не понял Джон. – А как же те знания, что вы мне обещали?

– Они будут, но позже, не переживай. Ты должен сам встать во главе тринадцати тайных.

– Но зачем это ЕМУ?

– Что значит зачем? – Было видно, что Роберто начал злиться. – Слушай меня!  Когда я говорю с тобой, то воспринимай это так, как как будто бы ты говоришь напрямую с НИМ.

– Но я уже недавно разговаривал с НИМ, не так давно… Он хоть и был зол на меня, но вообще ничего про это не говорил.

– Кто ОН? – немного удивленно переспросил Роберто.

– Повелитель смерти, кто же еще? – Джон улыбнулся, а потом резко покраснел. До него стало доходить…

– Какой еще Повелитель смерти?! – Крикнул Роберто. Он замахнулся на Джона тростью. – Есть лишь один истинный повелитель мира, и имя ему Сатана.

Джон покраснел еще сильнее. Глупее, чем сейчас, он себя еще никогда не чувствовал. Он что, ходил полгода к сатанистам? Джон накинул на Роберто заклинание Кураре, и тот застыл с тростью в поднятой руке. Джон аккуратно перевернул Роберто в воздухе и вытащил из податливых только ему, окоченевших пальцев трость. В приступе внезапной ярости Джон швырнул трость в сторону.

– Джон, что ты делаешь? – сипло спросил Роберто. – Ты что правда…

– Шшш… – прервал его Джон и облизнул губы. Он снял и швырнул в сторону мантию. Маску так же отбросил подальше. – Я сейчас сделаю тебе ненадолго немного больно, а потом ты ответишь мне на все мои вопросы, а потом я уйду. Ты готов? – Джон улыбнулся. – Dolor.

 Досчитав до двух, Джон убрал с Роберто заклинание истинной боли, но тот орал еще около минуты. За это время Джон, привычными движениями расположил Роберто в позе распятого апостола Петра, так что тот завис, вниз головой, раскинув руки прямо над одним из лучей пентаграммы.

– А теперь, если не хочешь повторения, отвечай мне коротко “да” или “нет”. Понял? – Джон виновато улыбнулся, сокрушаясь тому, что его полгода так глупо дурачили.

– Да. – По виску Роберто скатилась капелька пота и осталась висеть мутным бугорком на лысой макушке.

– Ты владеешь хоть какими-то силами, кроме умения врать?

– Нет. – Джон скривился.

У тебя есть какие-нибудь книги со знаниями, которые могут быть мне полезны? Хоть что-то что можно использовать в колдовстве?

– Нет.

– Ты просто хитрый старикашка управляющий сектой и сосущий из меня и остальных деньги?

– Да.

– Вот я дурак! – Джон хлопнул себя по лбу. – Да как так-то!? Я что, полгода ходил сюда, где мы обсуждали всякую ерунду, а я…. Ты думал, что я дурачок, из которого можно выкачивать деньги, а потом хотел, чтобы я так же нашёл себе дурачков, у которых тоже можно выкачивать деньги?

– Да. – После небольшой заминки ответил Роберто. С его макушки сорвалась и упала на пол капля пота.

– Плевать на деньги… – Джон глубоко вздохнул и выдохнул. – Но я полгода не то, чтобы стучался головой в закрытую дверь, а просто бился ей о стену…. Это не топтание на месте, а самый настоящий бег назад! ОН и Зефирчик и ЭШКИЯЛИЯ точно все знали. И ведь она наверняка точно знала… Она просто не могла не знать…. Надо спросить.

Джон обыскал свои карманы, но там было пусто. Начав обыскивать карманы Роберто, он, к своему удивлению, вместе с опасной бритвой обнаружил еще и что-то очень странное. Это было похоже на некую пародию на пистолет. Цельная рукоять, без следов магазина была сделана словно из куска позвоночника, острыми позвонками вперёд, между которыми удобно ложились пальцы. Под указательный палец требовательно лёг спусковой крючок. На том месте, где у пистолета находится ствол, было что-то похожее на скалящийся с редкими, но острыми зубами, очень узкий и вытянутый вперёд череп какого-то животного. Почему-то Джон подумал одновременно и о черепе борзой собаки, и о голове мурены. Странная пародия на пистолет была абсолютно белой с желтоватым отливом, а на ощупь была будто бы сделана из кости. На том, что интуитивно Джон назвал рукоятью был зелёный символ похожий одновременно и на ель, и на гарпун, только он почему-то был перевёрнут. На черепе едва виднелись три буквы “BRT”

– Так, а это что такое? – Удивился Джон. – это твоё?

– Нет. – Под лысой макушкой Роберто образовалась уже небольшая лужица пота.

“Надеюсь он не описается от страха” – подумал Джон. – “А то под балахоном его штаны не видно. Интересно, под заклинанием Кураре вообще можно описаться?”

– Этот символ тебе знаком? – Джон сунул рукоять бритвы к самому лицу Роберто.

– “Это мой тебе подарок, щенок” – Произнесла в голове Джона ЭШКИЯЛИЯ. – “Можешь испытать его на этом куске мяса”

В голове у Джона каскадом стали проноситься воспоминания. Вот он пришёл казнить сбившего его насмерть южанина. Вот он достал из тумбочки тот самый пистолет Глетчер BRT 92. Достал… И положил обратно… Могла ли в том ящике быть еще и ЭШКИЯЛИЯ? Могла… Но она категорически запрещала класть что-угодно туда, куда её кладут после принесения жертвы или откуда её недавно доставал Джон, или где она вообще появлялась. Получается она сама заставила Джона нарушить её же запрет. Или может быть в том и была суть запрета, чтобы не плодить сущности?

– “Я создала тебе в помощь новое оружие с душою пилота, что птице подобен и теперь тебе нужно завершить его создание окропив моё творение в крови лжеца, губителя судеб”.

– “Так тебе поэтому так нужно было убить тогда пилота?” – Спросил Джон.

– “Да, и, о небо, он был идеален.”

Джон вспомнил про Роберто.

– Так, я прослушал. – Джон облизнул губы. – Тебе этот символ знаком?

– Нет… Прошу…

– Тихо! – Прервал его Джон. – Хоть ты и старый обманщик, впустую потративший моё время, но у тебя есть уникальнейшая возможность дать мне новое знание.

Джон взял подарок бритвы в руку, отошёл на несколько шагов назад, навёл на Роберто мушку и целик, которые хоть и видоизменились, но остались на своих местах, и нажал на выступающий кусочек кости, так похожий под пальцем на спусковой крючок. Узкая костяная пасть черепа слегка приоткрылась и из неё, совершенно бесшумно, всего на мгновение высунулась и тут же втянулась обратно чёрная игла, толщиной с мизинец. Она пронзила Роберто живот, примерно между пупком и пахом. Старый обманщик закричал от боли.

– Тихо, ты отвлекаешь. – Джон накинул на него заклинание Мортис пиано. – “Интересно…” – Джон отошёл еще на два шага и нажал на спусковой крючок вновь, в этот раз пронзая левое лёгкое Роберто. – “Удивительно! Это как с пулями, только без пуль. Без гильз, без шума, без пороховых газов. Шип пронзает его, выходя из тела с другой стороны всего на пару сантиметров, каждый раз меняя и подгоняя свою длину.”  – Джон улыбнулся. – “И как эту прелесть зовут?”

– “Сам назови.” – Ответила бритва. – “И теперь, когда тебе нужно будет оружие, повторяй в мыслях его имя, когда ищешь. А меня по пустякам больше не отвлекай”.

– “Тогда, пусть будет Бетти.” – Решил Джон.

– «Жалкое имя, но воля твоя.» -

Джон еще несколько раз произвёл псевдо выстрелы в уже мёртвое тело Роберто меня стойку и угол выстрела.

“Ну все, опыты провёл. Теперь еще надо от трупа избавиться и я все еще могу успеть выспаться этой ночью” – подумал Джон. – “Нельзя так бросать тело. Несмотря на всю эту глупую конспирацию, на меня могут выйти как полиция, так и другие оккультисты.”

Так как ОН принял жертву Джона, ни капли крови не пролилось на пол, а вся она лёгкой красноватой дымкой растворилась в воздухе. Энергия смерти витала в воздухе. Её с лихвой хватило, чтобы Джон открыл портал в болото, далеко, а городом. В воздухе, рядом с престарелым главой культа повис переливающийся чёрно-зелёный диск. Хоть по цветовой гамме он и не был похож, но всегда вызывал ассоциацию у Джона с цветом живота лягушки. Расстояния открытия портала с одного человека хватало в среднем на расстояние в сто километров.

На всякий случай Джон выглянул в созданный им проход дабы убедиться, что с той стороны никого нет. Там уже была ночь, пищали комары и было прохладно. Джон вытолкнул все еще висящее в воздухе тело Роберто в портал, перед этим запихав ему в карман ЭШКИЯЛИЮ и снял с него заклинание. Труп шлёпнулся в мутную воду, покрытую ряской, прямо промеж двух больших кочек. После этого Джон закрыл дверь в пространстве. Несколько комаров пролетели через портал и теперь удивленно летали под потолком.

Джон залез рукой в нагрудный карман рубашки, куда он предусмотрительно положил в пакетик две скованные заклинанием Кураре небольшие белые мышки. Достав одну из них, Джон аккуратно повернул её голову против часовой стрелки, мгновенно убив грызуна. Энергии смерти мыши вполне хватало для открытия портала в пределах города. Перед уходом, Джон еще раз посмотрел на зал с пентаграммой и бархатными стенами.

– Вот же идиоты, а я самый большой идиот. – С этими словами Джон вернулся к себе домой.

Глава 10: Здравствуй Зефирчик.

Ни оккультисты, ни Джон, ни Роберто, ни даже хозяин Роберто – истинный глава разветвлённого культа, не знали, что в грязно-белом фургоне с надписью “Водоканал”, припаркованном недалеко от городской библиотеки, внимательно следили за собранием сатанистов.

– Что за чёрт! – Изумился Стэн.

Три скрытые камеры и несколько спрятанных микрофонов давали возможность довольно хорошо видеть и слышать все только что произошедшее с Роберто.

– Смит, смотри! Это какие-то фокусы или магия?

– Смит, до этого дремавший в складном кресле, вскочил и подошёл к мониторам.

– Так. Это очень странно. Он просто направил на него руку и в Роберто открываются раны. Куда девается кровь? Её должно быть полно. И кто это вообще такой?

– Это Джон, он же антрацит. Неофит в культе. Только вот… похоже он и в самом деле делает все то, о чём Роберто только рассказывал. Но как это возможно?

– Сделай несколько копий записей и отправь их в штаб. Я пока не знаю, с чем мы столкнулись, но это что-то совершенно иное. Я думаю, что это должно дойти до самого Конана. Надо будет поставить камеры у Джона дома, на работе и у его родителей. Мы должны знать о нём все.

– А вот и нет. – Стэн и Смит удивлённо переглянулись, услышав незнакомый скрипучий голос. Воздух в фургоне задрожал и из ниоткуда, расплёскивая вокруг жидкое пламя, появился огненный крылатый ужас. – Никто ничего не узнает.

Через пятнадцать минут пожарная машина тушила полностью сгоревший фургон, стоявший рядом с библиотекой. Оба пассажира сгорели заживо.

Джон спокойно спал у себя дома и во сне видел Клаудию. Это был крайне приятный сон, в котором они снова были вместе. Их тела переплетались, а в глазах горел огонь страсти. Подобные сновидения при пробуждении, всегда оставляли в душе у Джона некую пустоту.

Воздух в комнате Джона задрожал, по нему прошла рябь и появился чёрно-зелёный диск портала. В помещение ввалился пышущий жаром, окутанный волнами огня, огненный крылатый ужас. В этот раз его пламя не обжигало все вокруг, и квартира Джона была вне опасности. Рыжие лепестки начали угасать, втягиваясь в непрошенного гостя, а сам крылатый ужас, сложив за спиной пламенные крылья, съёжился и превратился в молодого парня, еще совсем мальчика, тринадцати лет. Он был рыжий, веснушчатый, с карими глазами и немного вытянутыми вперёд губами. Внешность его была не сильно привлекательна. Он несколько секунд молча наблюдал за спящим Джоном, а потом не сильно пнул ногой диван.

– Джон просыпайся! – Джон нехотя приоткрыл глаза. – Давай! Давай! Вставай.

– Что? – Джон сел на диване, с неохотой и сожалением отпуская из своего сна Клаудию. – Зефирчик, тебе чего надо посреди ночи?

– Я не Зефирчик. – Буркнул рыжий парень.

– Я твоё настоящее имя не выговариваю.

– ЗЕФРИНУАНОДОН. – Протараторил рыжий.

– Вот его и не выговариваю… – Джона, пробрала дрожь и он накинул на голые плечи одеяло. – Тогда давай по привычке будешь Зефом. – Несмотря на то, что за окном было лето, в комнате было прохладно. При общении с ЗЕФРИНУАНОДОНОМ всегда было холодно. Он словно втягивал в себя все тепло вокруг, накапливая в себе жар. – Я, конечно, рад тебя видеть, но я так понимаю, ты по какому-то делу посреди ночи ко мне пришёл? Или просто соскучился?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.