Наталья Косухина
Избранница темного короля

© Косухина Наталья, 2025

Пролог

Ключ повернулся в замке с мягким щелчком, и я переступила порог своей квартиры, наконец оставив за дверью шумный ритм рабочего дня. Сумка легла на мраморную консоль, пальто соскользнуло с плеч на вешалку из черного дерева. Я сняла туфли на высоком каблуке, и босые ступни ощутили прохладу паркета.

Дом, милый дом.

Единственное место, где я могу расслабиться и хотя бы пару часов в день не вести борьбу за выживание.

Пройдя в просторную гостиную, я оказалась в большом, красиво отделанном помещении, которое тонуло в мягкой подсветке. Вид из окна открывал прекрасную панораму города, залитого огнями, – с высоты элитного дома.

Холодильник открылся с тихим шипением, обнажив почти пустое нутро: бутылки минералки… Ни крошки еды. Как символично. Ко мне приходит убираться домработница, но она не готовит. Я знала об этом, но все равно не купила продукты.

Захлопнула дверцу и прижалась лбом к холодному металлу, прикрыв глаза.

Как же я устала…

Я – карьеристка. Успешная женщина, директор в крупной экономической фирме, специализирующейся на поглощении компаний. Я привыкла к жестокой борьбе, интригам, к трагедиям в жизни разных людей. В том числе – в своей.

В детстве меня бросил отец, потом умерла мать. Воспитывала меня бабушка, и мы жили в стесненных обстоятельствах. Поэтому с самого детства я поняла: за место под солнцем нужно бороться. И я боролась. Пока однажды мне не позвонили и не сообщили, что бабушка умерла.

Идя к успеху, я тогда еще не знала… Успех сладок лишь тогда, когда его есть с кем разделить.

Вздохнув, я открыла телефон и заказала доставку еды. Врачи советовали питаться домашней пищей, но… Где я и где домашняя еда? За редким исключением времени хватало только чтобы поспать.

Бросив взгляд в зеркало, я увидела женщину тридцати трех лет – миловидную, слегка полноватую, с темными волосами и усталыми глазами. Человека, которого уже ничего не радует.

Просто у меня была железная хватка, и я могла добиться практически любой цели, идя по головам. За это меня и ценили на работе. Благодаря этому сейчас у меня было все самое лучшее. Но у всего в жизни есть цена…

Вздохнув, я подумала о вине. На голодный желудок? Плевать! Бутылка бордо – подарок от партнера по последней сделке – ждала в винном шкафу. Я налила бокал, и густой аромат тут же заполнил пространство. Первый глоток – терпкий, согревающий. Я включила джаз, и саксофон мягко растворился в воздухе.

Телефон замигал – новые письма, сообщения. Криво улыбнулась…

У меня же сегодня выходной!

Но все равно взяла телефон в руки. Пальцы скользнули по холодному стеклу, мессенджер открылся, выхватывая из полумрака ярким белым светом короткую строку:

«Давай расстанемся».

Я смотрела на экран несколько секунд, затем написала в ответ:

«Хорошо».

Мы были вместе два года. Роман на работе – неразумно, но времени на другой у меня не было. А Вадим… С ним было комфортно. И сейчас в груди – ни боли, ни гнева, лишь тяжелая, густая пустота.

Теперь, стоя у окна, я сжимала телефон в ладони, пока корпус не впился в кожу, и смотрела на город. Огни, машины, люди – все жили своей жизнью, смеялись, ругались, любили. А я просто стояла. Без слез. Без мыслей.

Отвлечься – вот что мне сейчас нужно. Вспомнился разговор секретарш – что-то про книгу, «Избранница темного короля», их смех, спор о том, кто из героев «горячее». Название запомнилось, и, сев на диван, я решила окунуться в легкое чтиво на вечер.

Читалось действительно быстро. Сюжет был легким, сладким, на мой взгляд, даже излишне. Герои, которые говорили правильные слова и совершали правильные поступки, бесили постоянно. То ли наивностью, то ли своей безупречностью, то ли еще чем-то…

Дойдя до конца, я с раздражением выдохнула и перевернула электронную страницу. Там оказалось интервью с автором. Небольшое, но, ознакомившись с ним, я все поняла.

«Откуда вы черпаете вдохновение?»

Прочитав ответ, я вскинула брови:

«Я ясновидящая. Мне снится будущее других миров».

На мой взгляд, ей бы стоило обратиться к хорошему психиатру… Но, может, тогда она не смогла бы больше писать. В конце концов, каждый зарабатывает как умеет.

Бросив книгу на диван, я вздохнула, заметив, что время приближается к полуночи. Уже поздно. Но перед сном хотелось сделать кое-что еще…

Ванная комната наполнилась теплым паром, а аромат лавандовой пены мягко обволакивал воздух. Погружаясь в горячую воду, я ощутила, как напряжение медленно растворяется, уносясь вместе с легкими клубами пара. Кожа заныла от приятного жара, а мышцы наконец расслабились.

Забавно, но после прочитанной книги я действительно разгрузилась и отвлеклась, частично даже сбросила напряжение. Хорошо.

На мобильном, лежавшем рядом на столике, раздался звонок. Покосившись на дисплей, я все же решила ответить.

– Алло?

Голос Кати звучал настороженно:

– Юля, ты рассталась с нашим главным?

– Да, – ответила я, снова откидываясь назад и чувствуя, как горячая вода обнимает плечи.

– Почему?

– Он попросил.

Вадим был владельцем нашей компании, Катя его помощницей, поэтому она должна знать все. Каждая новость, каждый шепот в коридорах офиса – она ловила их раньше других.

– Из-за чего?

– Не знаю, – пробормотала я, потягиваясь в ванне.

Может, записаться на массаж?

– Ты ничего не сделаешь?

– Зачем?

В трубке несколько секунд царило молчание.

– Ты бессердечная.

Открыв глаза, я посмотрела в потолок.

– Не драматизируй. Мы ничего не обещали друг другу. Я не из тех, кто цепляется за пустые надежды. Если что-то сломалось – чинить бесполезно. Ты знаешь хоть одну историю, где склеенные осколки снова стали целым?

– М-м… Возможно, у него другая, – осторожно сообщила Катя. Просто так она бы не сказала, значит, он попросил расставить все точки над i. Вместо себя послал помощника. Трус. – И он собирается тебя уволить.

Ну, пусть попробует. Я директор самого эффективного департамента в компании. С другой стороны… незаменимых нет.

– Значит, заплатит хорошую компенсацию. А работу я найду – я лучший специалист, и он это знает.

– Его новая… на него давит. У нее влиятельный отец.

Я почувствовала, как в уголке губ дрогнула улыбка.

– Хм… Выбор никогда не бывает легким. Если уволит, я устроюсь к конкурентам, – злорадно пробормотала я.

И скривилась. Раз у меня такие мысли, значит, не так уж я равнодушна к этой ситуации. Но я точно не любила Вадима. А значит, не за что держаться. Бороться стоит только за любовь.

Он был интересным мужчиной, но… не моим. Мне нужно больше. Кто-то, от чьего взгляда будет перехватывать дыхание. Кто-то сильный, умный, без кого мне будет сложно даже дышать.

Но разве такое бывает?

– Ты… удивительная, – наконец выдавила Катя.

– Прозвучало как оскорбление, – заметила я.

Она фыркнула.

– Чем занимаешься?

– Лежу в ванне. А до этого читала роман.

– Ты? Серьезно? – в ее голосе смешались насмешка и недоумение. – Я думала, ты только бизнес-литературу открываешь.

– Сама в шоке, – улыбнулась я.

– Ну и как?

– Герой – благородный идиот. Меня чуть не вывернуло. А вот злодей намного интереснее. Сильный, незаурядный мужчина. С тяжелым прошлым.

– И они боролись за невинную героиню, которая в итоге выбрала «хорошего парня»?

– Точно. Ты что, читала? – я даже приподнялась, брызги воды упали на пол.

– Это классика, дорогая.

– Классика – это «Преступление и наказание», – сообщила я, плюхаясь обратно.

– Уголовный кодекс? Ну, это тоже, – рассмеялась собеседница.

Катя окончила юридический и была прекрасным специалистом.

– Я имела в виду убийство из-за денег.

– А я о чем? Самый распространенный мотив, – парировала она.

– Ладно, хватит. Я спать. Если Вадим решит меня уволить – досудебную вышлю тебе на почту. А завтра у меня выходной.

– Юля… – голос Кати внезапно стал мягче. – Ты точно ни о чем не жалеешь?

Немного помедлив, я все же не ответила, просто завершила звонок.

Помывшись и завернувшись в пушистый халат, я забрала от двери доставку и убрала в холодильник. Аппетита не было. Снова взглянула на город, который никогда не спит.

Жалею ли я?

Риторический вопрос. Время вспять не повернуть.

Хотела ли семью, любовь? Хотела ли убежать от этого леденящего одиночества, которое сжимало горло, как удавка?

Возможно…

Но мир устроен так, что, даже имея все, мы тоскуем по тому, что нам недоступно.

Я погасила свет и осталась стоять у окна, чувствуя, как тишина в квартире становится громче любого шума.

Часть 1
Дар судьбы

Что за шум?

Мой сон разорвал резкий, пронзительный звук. Я зажмурилась, вжавшись в подушку, но назойливый крик не стихал. Кто-то держит птиц на тридцать восьмом этаже? Мысль казалась безумием. Кто в здравом уме поселит пернатых в небоскребе? Да еще таких… отвратительно громких?

За что мне это?

С трудом приоткрыв глаза, я уставилась в синий, словно утреннее небо, потолок. В голове мелькнул вялый вопрос: кто его перекрасил? Вчера ведь был бледно-серый…

– Госпожа, пора вставать. Вас ждут на завтрак.

Голос заставил меня вздрогнуть. Я медленно повернула голову – в дверях стояла незнакомая темноволосая девушка. Ее серое платье грубого кроя выглядело старомодным, словно сошедшим со страниц исторического романа.

– Я принесу вам ваши одежды. Желаете определенное платье?

Я онемела. Девушка нервно переминалась, ожидая ответа, но, не дождавшись, склонилась в поклоне.

– Тогда я выберу сама.

И исчезла так же бесшумно, как появилась.

Что за чертовщина?

Я резко ущипнула себя за руку – больно. Однако ничего не изменилось, комната была все та же. Но взгляд зацепился за кисти рук – бледные, почти фарфоровые, с тонкими пальцами. Таких у меня никогда не было. А волосы… Длинные, шелковистые, рассыпавшиеся по плечам. Я же носила короткую стрижку.

А еще… Они розовые?!

Да что же происходит?! Внутри начала подниматься волна раздражения, непонимания и страха.

Я в коме? Но тогда у меня весьма странные видения.

Комната, хоть и небольшая, была отделана красиво: синие стены с витиеватыми золотыми узорами, легкие алые занавески, колышущиеся от ветра. За окном – солнце, зелень. А вчера…

Вчера был холодный осенний вечер, и я засыпала в своей квартире.

– Госпожа…

В дверях теперь стояли две служанки в таких же грубых серых платьях. Их взгляды были настороженными, почти испуганными.

– Вам нужно одеться.

Нужно? От меня явно ждут каких-то действий. Вот только каких?

Рефлекторно я встала, холод деревянного пола пробрал до мурашек. Надев мягкие тапочки (которые, к удивлению, сели идеально), я застыла в нерешительности. Что мне делать?

– Госпожа Юсиль, вы сегодня прекрасны, – склонилась одна из девушек, приближаясь ко мне.

Юсиль?

Имя ударило в виски, как молот.

Воспоминания хлынули лавиной.

Это имя… из романа. Того самого, что я дочитала вчера.

Как?

Магии не существует!

Но я вспоминала сюжет, описания, отмечала детали. И эти розовые волосы! Не может быть!

Голова взорвалась болью, мир поплыл перед глазами. Я рухнула на пол, цепляясь за виски, но тьма уже накрывала меня.

Последняя мысль: ну не может такого быть!

И сознание погасло.

* * *

Видимо, из-за стресса и ослабшего организма я провалялась сутки с температурой, в горячечном бреду перебирая возможные объяснения произошедшего. Так что времени на раздумья у меня было достаточно.

Как я оказалась в незнакомом месте?

Сначала я надеялась, что это просто кошмар – проснусь, и все вернется на свои места. Но из-за жара я то засыпала, то просыпалась, а окружающее пространство оставалось неизменным.

Потом, когда сознание прояснилось, а реальность так и не изменилась, я снова подумала о коме. Может, мое тело сейчас лежит в больнице, а разум блуждает где-то на грани? Если это так, как долго это продлится? Выйду ли я из нее вообще? И если выйду, то куда?

А потом… Потом, видимо, окончательно сойдя с ума, я допустила мысль, от которой мороз пробежал по коже: я попала в мир книги. Я отчаянно отгоняла эту идею, но чем дольше анализировала ситуацию, тем очевиднее становилась правда. Работа научила меня: факты не меняются от того, нравятся они тебе или нет. Нужно смотреть правде в глаза.

Я знала сюжет. Знала, что будет дальше. Уже убедилась, что герои этой истории существуют здесь. Однако была одна несостыковка, которая все портила – у меня были воспоминания Юсиль. Откуда? Разве что… моя душа вселилась в ее тело.

Как это работает? Не знаю. Но раз это произошло, значит, возможно все. А еще значит, это не вымысел автора, а другой мир. Настоящий, целая вселенная со своими законами. И это, пожалуй, самый страшный вариант.

Если попадание в книгу казалось бредом, то теория параллельных вселенных мне была знакома. На Земле эту тему изучали. И теперь уже нельзя было списать все на бред – действительность становилась слишком реальной.

Готова я принять это или нет, но назревал еще один вопрос: что делать дальше?

Если допустить (а мне придется это сделать), что автор действительно предвидел будущее этого мира и описал его в книге, значит, через полгода Юсиль казнят, заподозрив в заговоре. И вина действительно будет: желая заполучить главного героя (у них была любовь с первого взгляда), девушка не гнушалась грязных методов. В том числе хотела устранить главную героиню, в которую влюбился не только главный герой, но и король. Итог – Юсиль погибла.

Этого нужно избежать любой ценой, и у меня уже есть несколько вариантов.

Привстав на кровати, я размяла плечи, оценивая свое состояние. Вроде ничего. Молодость все стерпит.

– Госпожа… Вы хорошо себя чувствуете?

Обернувшись на голос, я снова увидела в дверях служанку. Ту же, что и в первый раз. Порывшись в памяти, я выудила оттуда ее имя – Айсир. Руки девушки нервно теребили подол платья, губы подрагивали.

– Да. Мне нужно помыться, а потом я буду обедать с семьей.

– Вы еще слабы… – пролепетала она, но мой строгий взгляд заставил ее замолчать.

Помыться и поесть сейчас было жизненно необходимо.

Пару недель назад от короля прибыл гонец и сообщил, что глава нашей семьи должен прислать ко двору девушку не старше тридцати лет, находящуюся в близком родстве с ним – то есть дочь или сестру.

Благо у батюшки дочь имелась, и он сразу «порадовал» ее, сообщив о столь «радостной» участи. Юсиль, привыкшая к комфорту (насколько он вообще возможен в этом мире), не оценила новости и воспротивилась. Ведь она еще не знала, что у короля встретит свою любовь… впрочем, как и то, что вскоре расстанется с жизнью.

Побег – не первая ее попытка избежать участи. До этого были истерики, угрозы, голодовка… А теперь я расхлебываю последствия. Ее тело слишком ослабло. Да еще и этот удар по голове во время побега – надо же было так неудачно споткнуться!

Удобств в этом мире, конечно, не было. Но когда мне принесли лохань с водой вместо ванны, я чуть не расцеловала служанку. После омовения стало легче – и физически, и морально. Настало время облачиться.

Наряд выбрала Айсир – белое длинное платье, не пышное, но и не обтягивающее. Легкое, с короткими рукавами и довольно открытое, оно сильно подчеркивало мою довольно пышную грудь. Возможно, из-за стереотипов своего мира я ожидала, что здешнее общество должно скрывать женские прелести. Все встало на свои места, когда на плечи мне набросили расшитый шелковый палантин.

Взглянув на свое отражение в воде (зеркала не было, пришлось довольствоваться лоханью), я увидела молоденькую девушку не старше двадцати трех лет, с бледной кожей и розоватыми волосами. Ее большие глаза смотрели на мир с удивлением, а приоткрытый пухлый ротик будто шептал: «О-о-о…»

– Госпожа? Ваши волосы… Может, просто расчешем? – нерешительно предложила служанка.

Я лишь кивнула, погруженная в размышления.

Юсиль принадлежала к знатной семье. Богатой. Красавица, она обладала даром, но не блистала умом – то ли генетика подкачала, то ли воспитание. Эта девушка уже успела заработать репутацию своим скандальным характером. С чем теперь предстояло иметь дело и мне.

Я – не Юсиль. У меня уже есть приличный жизненный опыт, благодаря профессии. Да, жизнь к такому не готовила, но я справлюсь. Нужно обязательно выжить и вернуться домой.

И как бы мне ни хотелось, но все же придется отправиться к королю – ведь ответы на мои вопросы хранятся именно в его резиденции. Прорвемся!

* * *

Обед семьи Интару проходил практически на свежем воздухе.

Терраса, просторная и квадратная, будто специально созданная для тихих семейных трапез, была залита мягким золотистым светом. Солнце пробивалось сквозь кружевную листву деревьев, оставляя на столе причудливые узоры из теней. Легкий ветерок, игривый и нежный, доносил ароматы сада – сладкий запах цветов, пряные нотки трав. Казалось, даже воздух здесь был другим: чистым, наполненным жизнью, так непохожим на загазованные улицы Земли.

На столе стояли вполне обычные, знакомые блюда.

Я осторожно перебирала вилкой кусок запеченной рыбы, покрытой хрустящей корочкой. Рядом дымилось блюдо с овощами – яркими, сочными, будто только что сорванными с грядки. Я сама готовила хуже. А еще все выглядело… слишком знакомым. Слишком земным. Это пугало. Разве миры должны быть настолько похожи? Или только этот?

Юля, о чем ты думаешь?! Есть дела поважнее!

Например, меня могут раскрыть.

Сердце заколотилось так сильно, что я едва не уронила вилку. Если кто-то заметит, что я – не Юсиль… Если поймут, что я попаданка… В этом мире, где магия, вероятно, существовала наравне с жестокостью, такое открытие могло стоить мне жизни. И не просто жизни – быстрой и чистой смерти, а чего-то куда более ужасного. Пыток. Публичной казни.

Характером я сильно отличалась от дочери семьи Интару. Вот только кто знал ее настоящую? Кому вообще было до нее дело?

Я украдкой осмотрела сидящих за столом.

Отец. Кова Интару.

Высокий, с широкими плечами, он сидел, отрезая куски мяса с таким видом, будто рубил головы врагам. Его темные волосы, чуть тронутые сединой, были коротко подстрижены, а взгляд – тяжелый, оценивающий – скользнул по мне, когда я садилась за стол, прежде чем он хмуро кивнул.

Любил ли он дочь?

Память подсказывала, что с ней он близок не был, откупаясь тем, что потакал ее желаниям. И избаловал. Между ними не было тепла. Только холодная формальность.

Мачеха. Инея Интару.

Старше Юсиль лет на десять. Хрупкая, почти невесомая, с волосами цвета спелой пшеницы и глазами, похожими на осколки неба. Она улыбалась мне, но в этой улыбке было что-то… натянутое. Осторожное.

Сейчас она была в положении.

Я сжала пальцы под столом. Ненависть Юсиль к мачехе была очевидна, но… была ли она оправдана? Или это просто ревность ребенка, чей отец завел новую семью? В любом случае, отношения у них с Юсиль явно не были близкими, а значит, шанс, что она меня раскроет, минимален.

Айсир. Личная служанка.

Тихая, худенькая, почти незаметная, она стояла чуть поодаль, готовая в любую минуту услужить. Ее пальцы, тонкие и бледные, слегка дрожали.

Она работала у отца всего пару месяцев. После смерти старой служанки, растившей Юсиль с детства (после кончины матери), никто не хотел идти в услужение к избалованной, вспыльчивой и глупой барышне. «Счастье» ухаживать за капризной госпожой выпало Айсир – и теперь девушка жила в постоянном страхе, что однажды та в гневе прогонит ее.

А выгнать ее – значило обречь семью на гибель. У Айсир отец калека и не может работать – в этом мире это почти смертный приговор. Да еще куча младших братьев и сестер, которых нужно кормить. Все жалованье она отдает семье, а сама питается объедками с кухни.

Я заметила, как она украдкой сглатывает слюну, глядя на еду. Видела, как ее взгляд скользит по сочной рыбе, теплому хлебу, сладким фруктам – и как она тут же отводит глаза, стиснув зубы.

В книге ее казнили вместе с госпожой на центральной площади. В этом королевстве любят показательные расправы над знатью – для устрашения остальных.

Как будет в этот раз?

Я собираюсь отправиться в королевскую резиденцию. Библиотека. Знания. Возможность вернуться домой. Все там. Но если не успею за полгода…

Есть план Б.

Придется выйти замуж. Выбрать мужа попроще и без претензий. В этом мире женщина – не бесправное создание, особенно если она из богатой семьи. Но чтобы дальше проводить исследования, нужны определенные условия: проживание на территории королевской резиденции и довольствие. Если пустить дело на самотек, отец подберет мужа сам – и тогда это станет настоящей проблемой.

От одной мысли, что придется остаться в этом мире, меня пробирал ужас.

Нет.

Я не могу этого допустить.

Я зароюсь в библиотеке с головой, если понадобится.

Иначе меня зароют в землю.

– Как ты себя чувствуешь? – неожиданно раздался голос отца, и я вздрогнула.

– Благодарю за заботу. Хорошо.

– Мы так за тебя волновались, – послышался тонкий голосок мачехи.

Я лишь улыбнулась и промолчала.

– Надеюсь, ты больше не будешь совершать глупостей? – покосился на меня глава семьи.

– Нет.

За столом воцарилось молчание.

– Это хорошо, – промолвил отец, и снова наступила тишина.

Какой же сложный мир! Как продержаться здесь?

Интересно, а что случилось с настоящей Юсиль? Она умерла? Или мы поменялись телами, и теперь она на Земле?

Бедная девушка… Наш мир не самый дружелюбный, особенно для тех, кто не умеет в нем жить. Хотя, если сравнить с тем, куда я попала… Земля покажется раем. Или нет? Мои выводы основаны лишь на прошлых воспоминаниях, а они у Юсиль скудные – да еще, возможно, предвзятые.

Еще этот мир описывала автор, но ни один писатель не сможет передать всю вселенную во всем ее многообразии. Чувствую, меня ждет немало сюрпризов.

– Юсиль, в нашу деревню приехала ярмарка. Может, сходишь со мной? – натянуто улыбнулась мачеха, ковыряясь в тарелке.

Отец бросил на нее предостерегающий взгляд.

А может, и правда стоит сходить? Хороший способ хоть немного узнать этот мир. Может, услышу что-то полезное.

– Если не хочешь… – начала Инея.

– Я схожу. Завтра?

– Да, – растерялась женщина.

Она явно спросила наудачу и не рассчитывала на согласие.

– Тебе нужно хорошо питаться, чтобы ребенок рос здоровым, – сказала я, поднимаясь. – Пойду к себе, мне нужно еще отдохнуть.

Уходя, я морщилась. В спину мне впились два озадаченных взгляда.

Глупость, конечно, сморозила… Но я не могу так плохо относиться к Инее. Может, она и прирожденная лицедейка, но мне все равно скоро уезжать.

Что может случиться?

* * *

Ярмарка оказалась простой, но очень красочной. Пестрые полотнища шатров колыхались на легком ветру, словно крылья экзотических птиц, а воздух был густ от ароматов пряностей, жареного мяса и сладкой выпечки. Над головами толпы витали переливчатые пересмешники – крошечные магические создания, чьи перья мерцали всеми оттенками радуги, рассыпая в воздухе искорки света.

На Земле я привыкла к другому. У нас все было масштабнее, ярче, технологичнее – гигантские неоновые вывески, голограммы, рекламные проекции. Но здесь… здесь не было искусственного блеска, зато каждый предмет, каждая безделушка, выставленная на прилавках, была чем-то особенным. И не только потому, что многие из них обладали магическими свойствами, а потому, что товара было мало.

Я остановилась у лотка, где пожилой торговец с лицом, изборожденным морщинами, раскладывал странные амулеты. Один из них – серебряный, с вкраплениями лазурита – притягивал взгляд. Внутри камня пульсировал тусклый свет, будто далекая звезда, пойманная в ловушку.

«Настоящий артефакт?» – мелькнула мысль.

Память Юсиль тут же услужливо подкинула обрывки знаний: да, такие вещи здесь не редкость. Защитные талисманы, камни с застывшими заклинаниями, даже оружие, способное впитывать силу поверженных врагов. В этом мире магия была не просто сказкой – она была частью повседневности, вплетенной в саму ткань бытия.

Последние сутки я провела, пытаясь совместить знания Юсиль с тем, что успела прочесть в книге. Картина мира медленно складывалась, как мозаика с недостающими фрагментами.

Это королевство располагалось на материке. Но в этом мире были и другие – такие же или поменьше. Огромные земли, разделенные морями и соединенные перешейками или мостами… Периодически между королевствами вспыхивали войны или локальные конфликты. А успешность государств зависела целиком и полностью от их правителей и магии.

Магия здесь была разной. Одни заклинания напоминали те, что я читала в сказках – заговоры на удачу, простые обереги. Другие же казались взятыми из эпических фэнтези-саг: огненные шквалы, способные испепелить целые отряды, или чары, заставляющие камни оживать и складываться в величественные сооружения.

Мир внешне напоминал средневековье, но…

Здесь не знали электричества, зато магические кристаллы освещали улицы мягким голубоватым сиянием. Не было антибиотиков, но знахари смешивали травы с зачарованными эссенциями, исцеляя раны за считаные дни. В королевских академиях изучали древние свитки, а в то же время крестьяне в глухих деревнях верили, что болезни насылают злые духи.

И все это держалось на одном – силе. Силе меча, силе слова, силе веры.

Процветали идеалы. Благородство возводилось в культ. Обязательно нужно было казаться хорошим человеком. А значит, масок у людей было предостаточно – масок, скрывающих истинную натуру.

Но чем больше я наблюдала за окружающими, тем больше понимала: не очень-то они умели что-то скрывать. Здесь не хватало тонкости. Никаких многоходовых интриг – лишь грубая лесть, открытые угрозы или наигранное смирение.

На Земле с этим было куда искуснее. Ах, на что способны родственники, делящие наследство, подсиживающие друг друга и отдающие бизнес под поглощение, лишь бы урвать побольше! Вспомнились дяди и тети, улыбающиеся друг другу в лицо, а за спиной подписывающие договоры о поглощении семейного дела. Друзья, внезапно «забывающие» о договоренностях, едва речь заходила о прибыли. Коллеги, готовые подставить тебя ради повышения.

И таких примеров – множество, не только в моей профессии.

Здесь же… здесь все было проще. Если уж кто-то решал вонзить нож в спину, то делал это без изящества. А значит, и защищаться было легче.

Пока это лишь мое первое впечатление. Основанное на той информации, что у меня была. Но скоро представится шанс проверить его. Ведь где, как не в королевской резиденции, можно увидеть ярмарку тщеславия и арену интриг?

Неожиданно я заметила прохожего, который случайно толкнул мачеху, и та едва не налетела животом на острый угол прилавка. В последний момент я успела ее подхватить. Покосившись на охрану, сопровождавшую нас, я поморщилась. Какой от них толк?

– Ты неосторожна, – сказала я Инее.

Та покраснела.

Немного пораздумав на досуге, я решила в этом мире не скрывать свой непростой характер. Да, он у меня не такой, как у Юсиль, а хуже – намного хуже. И если бы я попала в роман, то героиней мне точно бы не стать. Поэтому любезничать с женой отца я не планировала. Это лишь насторожило бы ее еще больше.

– Спасибо. Последнее время ты грустная, – произнесла мачеха, и мы продолжили движение вдоль прилавков.

Останавливаясь то тут, то там, я, словно ребенок, внимательно все осматривала. Мне было интересно, да и это могло пригодиться в будущем. Между тем я ответила:

– Это последствия болезни.

– Возможно… Ты перестала меня ненавидеть? – нервно спросила мачеха.

Ох… Знает же, что скоро я уеду. Ну зачем лезть в душу? Что бы такое ответить?

– Когда отец женился, ты мне сразу не понравилась. До этого у него была лишь я, а потом появилась ты. Да еще и наследника носишь…

Инея стояла, вытаращив на меня глаза. Видимо, такие откровения от падчерицы она слышала впервые. Надо было что-нибудь добавить… пожестче.

– Но скоро я уеду, выйду замуж, и отец остался бы один. А так у него есть семья. Поэтому ты должна заботиться о ребенке и о нем. Иначе я приеду в гости – и ты поймешь, что еще не знала, насколько у меня плохой характер.

Бросив взгляд на мачеху, я увидела, что у нее на глазах слезы.

– Ты такая милая, – всхлипнула она.

– О-о-о… Только не начинай, – отпрянула я.

– Я сделаю тебе оберег. Ты же знаешь, у меня сильный дар, а ты едешь в ужасное место.

Неужели ужасное?

– Хорошо. А теперь пойдем домой. Пока ты не нашла еще какой-нибудь острый угол.

* * *

Юсиль любила гулять и занималась рукоделием дни напролет. Но не я.

И от безделья я уже начинала сходить с ума. Рукоделие – не мое. Благодаря навыкам предыдущей владелицы тела я все умела, но не хотела. Иголки, нитки, вышитые узоры – все это казалось бессмысленной тратой времени. Больше меня привлекала информация. Ведь знание – сила.

А где ее достать? У отца в кабинете.

Когда я пришла к родителю, того на месте не оказалось. Зато моему взгляду предстал стеллаж, уставленный свитками и криво сшитыми книгами. Они лежали неаккуратными стопками: некоторые свитки были потрепанные, с неровными краями, другие – новые.

Как же во всем этом разобраться? Но если я хочу выжить при дворе, мне нужно это сделать.

Я уже потянулась за одним из свитков, когда за спиной раздался голос:

– Юсиль, что ты здесь делаешь?

Резко обернувшись, я увидела отца.

Он стоял в дверях, скрестив руки. Его темные волосы были слегка растрепаны, а в глазах читалось легкое удивление. Если так подумать, он все еще довольно молодой мужчина. Слишком молодой для отца взрослой дочери. Если бы не его взгляд и уверенная манера держать себя, его можно было бы принять за старшего брата.

– Мне нужны ритуалы, традиции и любая информация о королевском дворе.

Отец не стал спрашивать, зачем. Он и так все понял.

– Ты серьезна, как никогда, – медленно произнес он. – И очень изменилась после того, как переболела.

Сердце екнуло.

Он заметил? Насколько сильно? Вдруг он догадывается, что перед ним уже не его дочь?

Я сглотнула, стараясь сохранить спокойствие.

– Есть ли возможность, что я не поеду в королевскую резиденцию? – спросила я наудачу, хотя уже знала ответ.

– Нет. – Голос отца стал жестче. – Его величество не тот человек, с которым стоит шутить.

– Тогда нужно подготовиться и многое вспомнить. Не знаю, сколько я буду гостить у короля, но мне бы хотелось вернуться домой.

Отец замер, изучая мое лицо. Молчание затянулось, и я почувствовала, как ладони становятся влажными.

Наконец он вздохнул.

– Я думал, ты похожа на Сорен, но теперь понимаю, что пошла в меня.

Я насторожилась.

– Это хорошо, – продолжил отец. – С характером матери тебе было бы сложно. Особенно при дворе.

Он подошел к стеллажу, достал несколько свитков и протянул мне.

– Я подготовлю всю литературу, которая может пригодиться. И… некоторые свитки о политической расстановке сил у короля.

Политика.

Я помнила кое-что из романа, но реальность могла отличаться. Интересно будет сравнить.

– Спасибо, папа.

Я уже развернулась к двери, когда он снова остановил меня.

– Подожди.

Я замерла.

– Прибыл гонец короля. С минуты на минуту он будет здесь.

– Зачем?

Как же много я все-таки не знаю об этом мире! Бесит и раздражает!

– Мы должны сообщить, кто именно приедет от нашей семьи. С тобой отправятся служанка и компаньонка.

Про компаньонку я слышала впервые. Что за…

Внутри появилось нехорошее предчувствие. Отец избегал моего взгляда, и это не сулило ничего хорошего.

– И кто будет меня сопровождать помимо Айсир? – с опаской уточнила я, уже догадываясь об ответе.

В воздухе повисло тягостное молчание.

– Кова, ты меня звал?

Голос за спиной заставил меня напрячься. Медленно обернувшись, я поняла, что моя догадка подтвердилась.

– О нет… – простонала я, чувствуя, как кровь отливает от лица.

Вот кто – беременная женщина, та самая, с которой жила Юсиль. В романе, который я читала на Земле, ее имя не упоминалось – видимо, слишком незначительный персонаж. Но для меня она очень даже значимая. С характером Инеи, в ее положении и ко двору?! Немыслимо.

– Дочь… – начал отец предостерегающе, но я уже не слушала.

Мысли метались, цепляясь за обрывки воспоминаний. Как же я могла не догадаться? Все сходилось…

В этот момент дверь в комнату распахнулась, и быстрым, решительным шагом вошел незнакомый мне мужчина. Высокий, с лицом, изрезанным шрамами, его черные глаза – холодные и бездонные, как ночное небо над пустошью, – медленно скользнули по присутствующим. И тут же в воздухе повисло нечто невидимое, но ощутимое, словно густой дым, обволакивающее разум и заставляющее кожу покрываться мурашками.

Запах корицы – сладкий, пряный, почти удушающий – смешался с едким дымом углей, будто где-то рядом тлела древняя книга заклятий.

Темная магия. Да, это точно она.

– Арх, – почтительно склонил голову отец, но в его голосе не было ни капли раболепия. Только признание статуса.

Мужчина ответил поклоном чуть глубже – значит, ниже по положению.

Но я-то знала: не всегда власть у тех, кто знатнее.

Бросив взгляд на мачеху, я едва сдержала вздох. Она сжалась, будто пытаясь стать меньше, незаметнее; ее пальцы впились в подол платья, а глаза, широкие от ужаса, не отрывались от гостя.

Он обладал темной магией. А мачеха, в которой преобладала светлая, видимо, была слишком хрупкой для такого соседства и переносила его присутствие с трудом.

Отец тревожно посмотрел на жену, но не двинулся с места.

Не бросился защищать. Это было бы… неуважением. Он – мужчина. А в этом мире только женщинам прощалось многое, но и то не все.

Что ж…

Стиснув зубы, я сделала то, чего не мог он. Подошла к мачехе, мягко, но твердо усадила ее в кресло, а затем села рядом, закрывая собой.

Потоки силы все еще наполняли комнату, но теперь Инея была дальше, и за моей спиной ей стало легче переносить темную магию. Конечно, гость заметил мои манипуляции, но сделал вид, что все так и задумано.

– Могу я узнать, кого пошлет от себя семья Интару? – спросил незнакомец, сохраняя невозмутимость.

Вопрос риторический, но он должен быть задан.

Ответ отца прозвучал как приговор:

– Мою дочь. Юсиль Интару.

Гость повернулся ко мне. Его взгляд, тяжелый и проницательный, будто проникал в самую душу. Но на работе я встречала и более тяжелых людей – и осталась равнодушной и к испытующему взгляду, и к темной магии.

Арх – формально всего лишь один из королевских охранников. Но я-то читала книгу. Я знала, что этот человек – доверенное лицо монарха. Близкий друг, насколько это вообще возможно для нашего холодного, расчетливого короля.

– Догар Лорк, – представился он и склонился в почтительном поклоне.

Я не обязана была кланяться в ответ – его титул не требовал такого почтения. Но я встала и ответила тем же. Не из страха. Из расчета.

– Кто поедет с вами? – спросил он.

– Моя служанка – Айсир. И сопровождающая дама – Изора Рар.

Лицо гостя осталось непроницаемым, но я-то помнила: в книге между моей тетей и Лорком в прошлом был страстный роман. Занятно – оба незаконнорожденные. Он – побочный сын короля. Она – сестра моего отца, но никогда не жившая в нашем доме.

– Юсиль? – Отец повернулся ко мне, в его голосе звучала нерешительность.

– Это будет лучший вариант. Инея плохо переносит беременность, она не доедет.

Лорк приподнял брови, бросив мимолетный взгляд на женщину.

– Могу поздравить вас с появлением наследника? – уточнил он, слегка кашлянув.

Отец проскрипел сквозь зубы:

– Да. Если роды пройдут удачно.

– Тогда юная госпожа права, – неожиданно встал на мою сторону посланник.

Я скользнула по нему взглядом. У него личный интерес? Или он действительно забыл мою тетку и был к ней равнодушен?

Впрочем, неважно. Поехать могла либо она, либо мачеха. Других близких родственниц у нас не было.

– Я… – мачеха порывисто вскинулась, но тут же замолчала, встретив мой взгляд.

Она помнила наш разговор насчет отца и то, чего я от нее жду. Опустила глаза. Спорить не стала – и то хорошо.

– Ваша дочь пошла в отца, – на губах Лорка дрогнула едва уловимая улыбка.

– Да уж, – пробормотал глава семейства, явно не ожидавший такого поворота.

– Тогда его величество будет ждать госпожу Интару в оговоренное время у себя в резиденции.

Мы снова обменялись поклонами – на этот раз равными. И гость ушел, оставив за собой шлейф корицы и углей. Дверь закрылась.

Но напряжение не исчезло. Оно висело в воздухе, как предчувствие бури.

– Когда ты это задумала?

Отец пристально смотрел на меня, его глаза – острые, как сталь – буравили, пытаясь прочитать то, что я тщательно скрывала.

– Прямо сейчас. До этого я не знала, что меня должна сопровождать дама, – пояснила я очевидное.

В романе традиции были прописаны весьма размыто – видимо, автор не счел нужным вдаваться в такие мелочи. А мне теперь расхлебывать!

– Ты терпеть не можешь Изору, – приподнял бровь отец, и в его голосе прозвучало едкое понимание.

Память подсказала: да, Юсиль презирала ту – за плебейское происхождение и острый язык. Но мне… мне было все равно.

– И что? Хочешь отправить со мной Инею? – спросила прямо, не позволяя себе мягкости. – Она не доедет, особенно с ребенком. А если и доедет… ты видел, как она реагирует на силу темных магов?

Отец замер.

– Ты ощутила силу Лорка?

Его голос понизился, став опасно тихим. Я не дрогнула.

– Ее сложно было не заметить. Ты и сам ее чувствовал.

Тут я сама замерла. В голове мелькнула догадка. Неужели это часть моего дара? Того самого, который до сих пор не проявлялся – и я даже не знала, где его искать. Судя по реакции отца – достался он мне от него.

Видимо, не все чувствуют магию. Не все замечают ее следы. Но я – да.

– Значит, дар проявился, – подытожил отец, и в его глазах вспыхнуло что-то между гордостью и тревогой. – Что ж… Ты хотела знаний, дочь моя? Ты их получишь.

Он выпрямился, и его голос прозвучал как приказ:

– До отъезда у тебя девять лун. За это время тебе сошьют новые платья. И у тебя будет учитель. Он поможет освоить дар шамана… и остальное.

– Благодарю, – пробормотала я, но в горле пересохло.

Отец смотрел на меня с такой суровой серьезностью, что стало не по себе.

– Не благодари.

Его слова ударили, как обухом:

– Даром нужно уметь пользоваться.

Пауза.

– Иначе он убьет.

Ледяная тишина.

– А я тоже хочу, чтобы моя дочь вернулась домой живой.

Мамочки!

* * *

Всегда есть какой-то подвох.

Даже когда кажется, что все просчитал, все держишь под контролем, жизнь внезапно подкидывает камень под ноги. И ты летишь вниз, осознавая, что никогда не был хозяином положения.

И сейчас этот дар… Он ведь может убить меня в любой момент. Значит, необходимо срочно что-то предпринять. Я металась по комнате, чувствуя, как тревога сжимает горло. В углу стояла Айсир – ее темные глаза следили за мной с тихим недоумением.

Завтра начинаются занятия – может, все окажется не так страшно, как я думаю. Необходимо отвлечься. Да и сегодня нужно успеть кое-что важное.

Я резко остановилась и повернулась к девушке:

– Мы отправляемся в город. Собери меня.

Та сразу засуетилась. Сообразительная. Когда она поняла, что хозяйка после болезни изменилась, то стала спокойнее, а когда услышала от меня, что я не собираюсь ее гнать, перестала трястись от каждого моего недовольного взгляда. Я также приказала на кухне хорошо кормить мою служанку и предупредила, что, если ослушаются, я приду за их душами. Кажется, окружающие стали бояться меня даже больше, чем настоящую Юсиль.

Может, характер у меня и правда скверный, но в этом мире слабость – роскошь, которую я не могу себе позволить. Я выживу. И для этого мне нужен хотя бы один человек, который будет безоговорочно предан.

Конечно, я стремилась достичь своих целей и не лишиться головы, но нужно было понимать: план может не сработать. Такой вариант тоже возможен, хоть и не хотелось об этом думать. Но я обязана подготовиться ко всему. Подумать о многом. И об Айсир тоже.

В этом мире женщина, занимающая привилегированное положение, не может покидать дом без охраны. Такова правда жизни, поэтому даже простой выход превращается в целый ритуал. Но мне хотелось увидеть этот мир своими глазами. Ярмарки было мало, были мы на ней недолго и смотрела я в основном на прилавки.

Поселок оказался необычным, но по-своему красивым. Главный дом – резиденция моего отца – располагался в центре огромного поселения. От него во все стороны расходились постройки, и чем ближе к окраине, тем беднее жили люди. Там было очень опасно.

А еще дома в этом мире были разных цветов. Черный и красный принадлежали королю, синий – знати. Остальные цвета распределялись между ремесленниками, учеными, бедняками и прочими. Оттенков оказалось так много, что город казался ярким, красочным и даже позитивным… если не заглядывать за заборы и в окна.

Семья Айсир ютилась на самой окраине, в сером, облупленном доме – какая неожиданность в этом мире, где бедность давно стала обыденностью. Их жилище больше походило на развалину: покосившиеся ставни, трещины в стенах, крыша, прохудившаяся в нескольких местах. Сами они выглядели жалкими и неопрятными.

Дети – их было пятеро, если не считать старшую дочь – оказались бледными, исхудавшими. Самый старший, мальчик лет десяти, уже работал. Мать, худая, с потухшим взглядом, пыталась успокоить младших, двое из которых были так малы, что даже пол их было трудно определить. Они жались к ее юбке, словно испуганные птенцы.

Глава семейства… Он стоял, опираясь на палку, с перевязанной рукой и неестественно вывернутой ногой. Его лицо было изможденным, но в глазах еще теплилась искра – может, надежда, а может, просто привычка терпеть.

Когда в книге казнили Айсир вместе с госпожой, скорее всего, их судьба была не лучше. А может, и хуже. Тогда они лишились поддержки старшей дочери, и их ждала смерть от голода. Как много трагедий, которых мы не видим и о которых не знаем…

Когда я переступила за калитку, воздух словно застыл, и все уставились на меня широко открытыми глазами. А потом семейная пара очнулась и склонилась в глубоком поклоне. Мужчине тяжело было это делать из-за травмированной руки и ноги, но он старался выразить почтение.

Между нами повисла тишина. Я не спешила говорить, осматриваясь. Охранники переглянулись в немом вопросе: что здесь делает дочь господина этих земель? Зачем ей эти жалкие люди?

Ответа ни у кого не было. А я делиться своими мыслями ни с кем не собиралась.

– Ты, – я указала на главу семейства, – идешь со мной.

– Госпожа… – служанка робко попыталась вмешаться, но я лишь холодно взглянула на нее.

– Не переживай. Я верну его обратно. А пока пообщайся с семьей. Скоро мы уезжаем, и это ваш последний шанс попрощаться.

Никто не осмелился возразить. Охрана молчала – их нанимали не для того, чтобы перечить хозяйке. Платили им за защиту, а какая может быть угроза для меня от калеки, который и ходил с трудом?

Я шла неспешно, с высоко поднятой головой, но краем глаза следила, поспевает ли мужчина. Его дыхание было тяжелым, шаги – неровными. От бедного квартала до дома лекаря путь был неблизкий, особенно для человека, едва способного передвигаться.

– Госпожа… – он хрипло выдохнул, когда мы наконец остановились у ворот лекаря.

Охрана сразу поняла в чем дело, и решительно подтолкнула мужчину вперед. Он споткнулся, но удержался. В глазах отца Айсир мелькнуло что-то – может, страх, может, стыд. Войти в дом зажиточного лекаря… Для таких, как он, это было все равно что переступить порог другого мира.

Внутри прислуга сразу засуетилась, увидев меня, а я, не теряя времени, направилась в приемную. Планировка здесь была знакомой – все дома зажиточных людей строились по одному образцу.

– Госпожа! Что-то случилось? – влетел в приемную лекарь, осматривая меня широко открытыми глазами.

– Я хочу, чтобы ты вылечил этого мужчину, – кивнула я на отца Айсир.

Еще с института я усвоила непреложную правду: самые лучшие инвестиции – это вложения в здоровье и образование. Они всегда окупаются. Поэтому я решила, что нет смысла помогать деньгами – это бессмысленно.

– Госпожа? – озадаченно переспросил лекарь, брови его дрогнули, будто он не расслышал или не поверил.

Я медленно повернулась к нему, и солнечный луч скользнул по золотому шитью моего платья. Достав из скрытых карманов кошель, я поставила его на стол с глухим стуком.

– Еще столько же, если исцеление будет полным.

Теперь лекарь взглянул на пациента не просто заинтересованно, а хищно, словно голодный волк, учуявший добычу. Отец Айсир невольно отступил.

– Жду на улице. Мне полезен свежий воздух, – бросила я и вышла, даже не взглянув на них.

С телохранителями мы расположились в саду, в тени раскидистых деревьев. Я почти задремала, убаюканная шепотом листьев и щебетанием птиц. Охранники, чьих имен я не запомнила, сидели прямо на траве и играли в какую-то игру, правила которой понимали лишь они. Их смех доносился приглушенно, словно сквозь толщу воды.

Первым вышел лекарь, его лицо сияло самодовольством. Следом шел мужчина – уже не сгорбленный калека, а человек, твердо стоящий на ногах, с изумлением разглядывающий свою теперь здоровую руку.

Вот вам и «отсталый» средневековый мир. У нас такое не смогли бы. Особенно с учетом, что раны были старыми. Хорошая работа.

Протянув второй кошель склонившемуся в поклоне лекарю, я промолвила:

– Вы невероятно талантливы.

– Благодарю, госпожа, – его голос дрогнул от удовольствия. Похвала, видимо, была ему дороже золота.

Развернувшись, я направилась обратно к дому, где меня ждала Айсир. Конечно, я знала, что придется давать объяснения, но делать этого не хотелось. Слабость этот мир не прощал, благотворительности не терпел. А охранники и лекарь видели, что лечение бедняка оплатила я.

– Госпожа, как я могу вас отблагодарить?

Резко обернувшись, я встретила взгляд отца Айсир. Его глаза, еще недавно потухшие, теперь горели благодарностью и… страхом.

– Это я плачу тебе, – холодно пояснила я.

Охранники делали вид, что не слушают, но их позы выдавали – уши были на макушке.

– Что? За что? – прошептал он.

– За Айсир. Я заберу у тебя дочь. Ты же понимаешь это?

Его лицо побелело, как мел.

– Вы… Она… С ней что-то случилось?

Мое сердце дрогнуло. Даже в нищете, даже на краю гибели – он любил дочь. Как бы ни сложилась дальше моя судьба, об этом поступке я не пожалею.

– Это больше не твоя забота, – отрезала я и резко зашагала к дому.

Семья, увидевшая главу семьи здоровым, вытаращилась на него еще больше, чем на меня, когда я появилась перед ними.

– Айсир, мы уходим, – бросила я, даже не глядя на потрясенную девушку, и направилась прочь.

За спиной раздались торопливые шаги – она догоняла.

Несомненно, сейчас мне предстоит душещипательная беседа. Однако девушка меня удивила: шла молча, лишь косилась. Да и в целом она была ничего. Полностью меня устраивала. Охрана оставалась невозмутимой. Видимо, они решили, что я купила себе служанку.

Рабства в этом мире не существовало, зато была долговая яма. Впрочем, как и на Земле.

Когда мы вернулись домой и я отмокала в лохани с горячей водой, девушка решила заговорить.

– Спасибо, госпожа.

– Это плата твоей семье за тебя, – уточнила я, взглянув на нее. – Ты знаешь, в какое место со мной отправляешься? Понимаешь, что можешь оттуда не вернуться?

Айсир криво улыбнулась.

– Зато я умру, служа своей госпоже, а не в вонючей канаве от голода, оставив семью на погибель. То, что вы сделали, для меня очень много значит. Я буду предана вам до смерти.

Лицо исказила гримаса, и я закрыла глаза. Этот мир… Он убивает меня. Как же тяжело это выносить. Вздохнув, я погрузилась в воду с головой. Пора было мыть голову.

* * *

На следующий день пришел учитель, и я наконец поняла, почему мой дар так и не проявил себя до сих пор.

В нашем роду рождались шаманы.

Не маги в привычном понимании. Мы не повелеваем стихиями, не создаем иллюзий и не разбрасываемся огненными шарами. Наша сила – в другом. Мы чувствуем чужую магию, общаемся с потусторонним миром, можем вызывать духов и изгонять их. Видим проклятия – ведь все они проходят через иной мир, цепляются за души, словно когти демонов.

Но если нужна обычная магия – заговоры, обереги – это к лекарям и магам. Шаманы работают с другой материей.

Теперь я понимала, почему король возвысил моего отца, как и нескольких других вассалов, после своего восшествия на трон. Резиденция его величества находилась в центре королевства, а остальные земли были разделены между его вассалами. Но у короля на все есть свои резоны. В нашем случае дело было не только в поддержке наследника во время восстания. Отец был сильным шаманом.

Теперь эти преданные королю люди отправляли ко двору своих дочерей и сестер. Его величество подыскивал себе жену, и первыми претендентками стали знатные девушки королевства.

Учитель, которого нашел отец, оказался невзрачным мужичонкой – низкорослым, тщедушным, с жидкой бороденкой и вечно прищуренными глазами. Звали его Ауз. В его взгляде сквозила неприятная самоуверенность, будто он уже знал все обо всех. Такие люди мне не нравились.

Он сразу заявил, что я – сильная шаманка, но если буду плохо учиться, то могу умереть. Как он смеет?

Дал мне свитки и велел выучить. Я прочла и запомнила – память у меня отличная. На прошлой работе без этого было не обойтись: за день приходилось перерабатывать столько информации, что сейчас даже страшно подумать. А тут – всего несколько свитков с крупным почерком да примитивными знаниями. Он что, шутит?

А теперь этот мелкий противный мужичонка сидел, щурился и смотрел на меня свысока, разжевывая каждый пункт медленно, словно душевнобольной. А я сидела, слушала и кивала. Назревал скандал.

– Мы немного изучили теорию, пора подкрепиться, – поднялся ученый муж.

Вместе с ним поднялась и я.

– Ты останешься здесь и никуда не пойдешь, – процедила холодно.

– Уважаемая госпожа грубит? – неприятно усмехнулся Ауз.

– Ученый муж этой страны, видимо, не позаботился узнать слухи о характере своей ученицы. Или позаботился – потому и запросил у отца втрое больше положенного? – криво усмехнулась я в ответ.

– Да как вы смеете?!

– Деньги нужно отрабатывать.

– Я не собираюсь это терпеть! – И он направился к выходу, но там стояли мои охранники.

– Связать, – коротко приказала я.

Несмотря на крики и угрозы мужчины, ослушаться меня они не посмели.

Когда через несколько часов отец заглянул к нам проверить, как идут дела, в комнате висела гнетущая тишина, нарушаемая лишь злобным сопением связанного веревками ученого мужа. Его взгляд, полный ненависти, сверлил меня, но я лишь холодно улыбалась в ответ. И осваивала материал.

– Что у вас происходит? – спросил мой обычно невозмутимый отец, бросив на меня тяжелый, испытующий взгляд.

– Работаем, – коротко бросила я, скрестив руки на груди.

– Он может подать жалобу королю, – усмехнулся родитель, но в его голосе прозвучало предостережение.

– Тогда я приду по его душу, и он очень об этом пожалеет, – процедила я сквозь зубы, чувствуя, как гнев снова подкатывает к горлу. Ненавижу такие методы, но тут моя жизнь на кону. – А если со мной что-то случится, я как более сильный шаман достану с того света его и весь его род до пятого колена.

Ауз побледнел, его пальцы судорожно сжались на подлокотниках кресла. Отец нахмурился, его брови сдвинулись в жесткой складке.

– Юсиль!

– Ты знаешь, что Инея с утра себя плохо чувствовала? – резко сменила я тему, наблюдая, как отец мгновенно теряет уверенность.

– Нет… – сбился он. – Пригласить лекаря?

– Было бы неплохо.

– Тебе нужно поесть, уже обед. А то лекаря придется звать и тебе, – проворчал он, но в его голосе уже звучала забота.

– И я бы с радостью откушал, – встрепенулся Ауз, пытаясь хоть как-то улучшить свое положение.

– Пусть принесут сюда, у нас нет времени на перерывы, – отрезала я. – Мы только закончили с теорией, а мне бы еще практикой заняться. Мало ли что.

Отец еще раз бросил взгляд на ученого, потом на меня, полный неодобрения, но не стал спорить и ретировался. Как только дверь закрылась, ученый муж затравленно перевел на меня взгляд.

– Ауз, после обеда все, что ты мне тут рассказал, я буду под твоим руководством проверять. Если что-то пойдет не так…

– Не смейте мне угрожать! – вырвалось у него, но голос дрогнул. – Я подам жалобу королю!

– А я скажу, что ты плохой учитель и ничего не знаешь, – парировала я. Мне нужно было получить результат.

– Да кто поверит женщине, – хмыкнул он, но в его глазах мелькнул страх.

– Я умею быть убедительной, – усмехнулась я.

Перегибала ли я палку? Особенно учитывая реалии этого мира.

Может, и так, но мне было все равно. Я ужасно боялась умереть. Такого всепоглощающего ужаса я не испытывала никогда в жизни.

Мой неосвоенный дар мог меня убить. Король, к которому я ехала, мог меня убить. А если я выживу и останусь в этом мире навсегда… Эта мысль пугала еще больше, заставляя нутро сжиматься в холодный ком.

– Когда вы выпустите меня? – Голос Ауза звучал нетерпеливо, и в то же время в нем слышалась неподдельная тревога.

– Перед отъездом. И давай без истерик, – мой взгляд был твердым. – Если наши отношения ухудшатся, я допускаю, что ты можешь нечаянно коснуться меня…

Этикет этого мира я уже выучила и знала: мужчинам, чье положение ниже, чем у женщины, запрещено ее касаться. Нарушителям отрубают руки. Если кто-то увидит ее голой – выколют глаза. Меня имеет право касаться только член семьи, жених после официальной помолвки и… король. Лекарь – лишь в перчатках. Такие вот дела.

Ужасный, варварский мир, пропитанный жестокостью, прикрытой благородными традициями.

– Я бы никогда не пошел на такую подлость! – Ауз вспыхнул, его голос прозвучал резко, с искренним возмущением.

Я наблюдала, как его скулы напряглись, а в глазах вспыхнул огонь праведного гнева. Эти законы, казавшиеся мне дикостью, здесь имели свою логику. Жестокую, неумолимую, но логику. Они могли ослепить человека, сделать калекой, и все равно возводились в канон непреложных правил.

– Не хотела тебя обидеть, – тихо сказала я, отступая.

Мое извинение, пусть и невольное, но искреннее, от женщины, стоящей выше по положению, подействовало. Он замер, его дыхание стало ровнее, но внутри Ауза явно бушевала буря. Его взгляд сверлил меня, щеки надулись, он тяжело вздохнул… А потом сдался.

– Развяжите меня. Я не стану противиться и научу вас всему, что пожелаете узнать.

– Даже если придется мало спать? – недоверчиво прищурилась я.

– Да. Но кормить меня должны по расписанию!

– Договорились, – я не смогла сдержать легкую улыбку. – Слово?

– Даю слово!

– Эй! – позвала я охранника, чувствуя, как напряжение наконец отпускает. – Развяжи его.

И работа пошла.

* * *

Мы с Аузом вышли только к ужину. Отец, сидя во главе стола, пристально осмотрел мужчину, видимо, проверяя его состояние – насколько ученый муж пострадал при общении со мной, – и пригласил присесть.

Мачеха, подперев ладонью подбородок, смотрела на нас с любопытством, а в уголках ее губ играла умиленная улыбка. Родитель же покосился на меня, словно спрашивая, как обстоят дела.

– Мы с мастером достигли взаимопонимания, – заметила я, накладывая себе еду и стараясь говорить как можно спокойнее.

Ученый муж не возражал – он лишь торопливо кивнул, навалил себе гору еды и тут же принялся есть, словно боялся, что ее у него отнимут. Отец перевел на меня тяжелый взгляд, полный неодобрения, но я сделала вид, что не замечаю.

– Учеба продолжится и после ужина, – пробормотала я с набитым ртом, жестом указывая в сад, где висела полная луна. – Нам нужно место, где есть злые духи. Как раз ночь светлая, теплая… идеально.

– Ты не перегибаешь палку? – устало спросил глава семейства, потирая переносицу. В его голосе звучала привычная невозмутимость, но теперь к ней добавилась и тревога.

Я намеренно медленно прожевала кусок мяса, давая себе время подобрать слова.

– Ты учился владеть своей силой с детства. А у меня – девять лун. Есть причина поторопиться. – Сделав глоток воды, добавила: – Кстати, я бы еще ознакомилась с законами королевства.

Все за столом замерли. Даже Ауз, заглатывающий ужин, словно удав, оторвался от еды и уставился на меня. Мачеха прикрыла рот рукой, отец напрягся.

Потом раздался его тяжелый вздох.

– Юсиль, его величество – милостивый правитель.

Это он намекает, что я типа перегибаю. Угу.

Ауз усердно закивал, поддерживая главу дома, а потом снова уткнулся в тарелку, стараясь есть еще быстрее – будто боялся, что его вот-вот вытащат из-за стола за такие разговоры. Я тоже кивнула, изобразив почтительное выражение.

Король, конечно, очень милостивый, кто ж спорит. Я-то знала его историю – ту, что читала в книге.

Когда ему было четырнадцать, его отца предали. Предала его же супруга – мать наследного принца. Тогда реки крови затопили дворцовые залы, а юный король, вырвав власть из рук заговорщиков, отстоял свое право на трон огнем и мечом. С тех пор он выиграл несколько войн, укрепил королевство, периодически проводил показательные казни и правил кнутом и мечом. Не знал снисхождения – ни к женщинам, ни к детям.

Чудный мужчина. Филантроп. Помогает людям подняться вверх… чаще всего держа их за горло.

– Его величество – мудрый и справедливый правитель, – провозгласила я с искренним усердием и вгрызлась в кусок мяса. Оно сегодня было нежным, пропитанным ароматом трав и соком.

Услышав мой тон, отец возвел глаза к небу, будто прося у богов терпения. Мачеха же, улыбаясь, мягко вмешалась:

– Юной девушке свойственно волноваться.

– Да, – поддакнула я.

– Женщины… – пробормотал Ауз под нос, но тут же смутился, словно осознав, что сказал это вслух.

Ну, он в принципе не ценил в женщинах ум и не признавал их за равных. Отец… Он редко бывал у короля, а тот без нужды не давил на своих вассалов, пока те знали свое место. Король сосредоточил власть, деньги и знания в своей резиденции, но его величеству нужны были пастухи, которые следили бы за его овцами в королевстве.

На Земле ему психиатр, несомненно, поставил бы не один интересный диагноз. Травмы детства, сложная жизнь. А здесь… Он просто хороший правитель. К тому же сильный темный маг.

Что еще интересно – наш материк был соединен с другим перешейком, который находился на землях отца, а также мостом с еще одним материком на противоположной стороне континента. Это давало двум вассалам особое положение среди остальных. Они были богаче и контролировали торговые артерии королевства.

– Нам пора, – встала я из-за стола. – Сегодня у нас знакомство с потусторонними силами.

И направилась в свою комнату – мне требовалось переодеться в более удобную одежду.

* * *

Женщинам в этом мире, будь они одарены магией или другими познаниями, не возбранялось работать. По крайней мере, в нашем королевстве. Его величество славился практичностью – зачем отказываться от талантов, если они приносят пользу? Но высокородные дамы редко снисходили до службы за жалкие монеты. Это считалось унизительным, почти постыдным. А вот для более бедного, но одаренного населения это был выход – можно сказать, социальный лифт.

Кто-то учился ремеслу или магии долго, кто-то – не очень. Шаманизм на самом деле был не очень сложным даром. Тридцать четыре ритуала для связи с потусторонним миром, одиннадцать – для уничтожения незваных духов, девять – чтобы обезвредить чужое колдовство и семь – для снятия проклятий. Из них по-настоящему сложных было не больше шести. Тех, что требовали долгой подготовки и риска. Остальные можно было провести за полчаса, если знать порядок действий.

Но «просто» не значит «неинтересно».

Каждый ритуал, даже самый элементарный, завораживал. Дрожащее пламя свечей, выписывающее таинственные узоры в воздухе. Шепот духов, проникающий прямо в душу, будто ледяные пальцы пробегают по позвоночнику. Мурашки, холодный пот на спине, странная слабость в коленях после особенно удачного обряда… Это было волшебство в его чистом виде – грубое, неотшлифованное, но живое.

И мне хотелось больше. Больше знаний, больше практики, больше этой странной близости с тем, что в этом мире называлось магией. Но на это не было времени. Да и незачем, если я собираюсь вернуться домой.

А еще у шаманов был один неоспоримый плюс, который выгодно выделял их среди остальных магов.

Обычные люди в этом мире редко жили более ста двадцати лет. Маги, если не погибали не своей смертью, часто обращались к лекарям, дотягивали и до ста пятидесяти – в зависимости от силы дара и того, насколько бережно обращались со своей энергией.

А шаманы жили дольше двухсот.

Иногда – гораздо дольше.

Мы умели договариваться с духами, выторговывать у них время, здоровье, силу. Если, конечно, не забывали платить по счетам. С доступом к хорошим лекарям и хоть каплей дисциплины перспективы были… заманчивые.

Но что самое интересное, мы могли продлевать жизнь своим супругам.

Правда, только если проходили полный обряд единения – сливали магические потоки, связывали души. Крайне редко в этом мире делали подобное. Вот, например, мой отец. Оба его брака были светскими, без единого ритуала.

Потому что, если один умрет – второй последует за ним без вариантов.

Все-таки варварский мир!

Все, что хотела, я успела изучить примерно за день до отбытия. Тогда же прибыла незаконнорожденная сестра отца – Изора. Ауз, получив щедрое вознаграждение (куда большее, чем мы договаривались), сбежал от меня, роняя тапки. А я с Айсир как раз перебирала и складывала новые платья, когда меня позвали в кабинет главы семейства.

Ну что ж, сейчас посмотрим, что из себя представляет моя дама для сопровождения.

Когда я вошла, тетушка стояла у окна, ее стройный силуэт резко выделялся на фоне закатного неба. Еще молодая, но возраст уже начал подкрадываться к ней. Очень эффектная. Темные волосы были заплетены в толстую косу и уложены в замысловатую прическу. Она не красавица, но симпатичная, хотя и не располагающая к себе женщина. Сейчас ее лицо было напряжено, брови сведены в едва заметную, но знакомую складку недовольства.

– Отец, – произнесла я, подходя к столу и бросая на него вопросительный взгляд.

– Это я хотела с тобой увидеться, – усмехнулась Изора, рассматривая меня.

Ее голос звучал как лезвие, прикрытое шелком. Она явно провоцировала меня.

– Кова говорит, что ты хочешь отправиться со мной в королевскую резиденцию.

Она никогда не называла отца братом. Наедине – по имени, при чужих – господин. И это несмотря на то, что она явно женщина гордая и умная. Ее характер напоминал закаленную сталь, а язык… язык был острее любого кинжала.

Возможно, с ней будет даже интересно.

– Это так, – спокойно ответила я на ее провокацию.

– Зачем?

В глазах тетушки читался не интерес, а вызов. Она явно испытывала меня.

– Выбора особого нет, – ответила я и, повернувшись к отцу, добавила с легкой насмешкой: – Она унаследовала дар шаманки?

– Нет.

Глава семьи сидел за массивным дубовым столом, пальцы сложены в спокойную пирамиду. Его лицо, как всегда, было непроницаемо, но в глубине взгляда я уловила насмешку. Он не вмешивался, наблюдал, изучал…

– А она и правда изменилась, – заметила Изора, слегка склонив голову.

В ее голосе прозвучало что-то между удивлением и недоверием.

Отец, посчитав, что наша перепалка окончена, молча достал из ящика серебристое блюдце и положил его передо мной. Присмотревшись, я поняла – это было зеркало. Я осторожно взяла его в руки. Поверхность была идеально гладкой, холодной, отражала свет мягким серебристым сиянием.

Не такое, как на Земле, просто отполированная пластинка.

Но здесь… Редкое. Дорогое. Очень дорогое. Такое могло стоить целое состояние.

– Я приготовил подарок тебе в дорогу.

Зачем?

В голове тут же пронеслись догадки: следить за внешностью? Использовать как артефакт? Для шамана зеркало – мощный инструмент, но…

Посмотрела на отца, попыталась прочесть в его взгляде хоть что-то, но выражение оставалось бесстрастным. С другой стороны, он тоже знал о моих делах с Аузом и семьей Айсир, но не задавал вопросов.

И я не стала спрашивать.

Взяла со стола нож, чуть поморщилась от укола в палец и прижала каплю крови к зеркальной поверхности.

Яркая вспышка. Теперь оно связано со мной.

– Спасибо, отец.

– И ее дар очень возрос. Ты уверен, что тебе не подменили дочь? – прищурилась Изора, ее тонкая бровь насмешливо изогнулась.

Мне едва удалось сохранить невозмутимое выражение лица. Губы сжались в тугую ниточку, но я не дрогнула.

– Шаманы всегда чувствуют свою кровь, – отрезал глава семейства, и в его голосе прозвучала сталь.

Он дал понять, чтобы сестра не переходила границы.

– В чем будут функции тетушки? – уточнила я, мило улыбнувшись.

Зачем-то же девушек везут в компании родственниц.

– Чтобы я следила, чтобы ты вела себя прилично, – язвительно заметила Изора, отходя от окна и опускаясь в одно из кресел. – Помогала, если нужно.

– То есть хоть какой-то толк от тебя будет, – тихо, но отчетливо пробормотала я. – Это хорошо.

– Не хами мне, – резко сказала Изора, опасно прищурившись.

– Ничего не могу обещать. Ты же знаешь, какой у меня характер, – сладко улыбнулась я тетушке.

– Юсиль… – устало, почти обреченно вздохнул отец, будто уже видел, к чему приведет наше совместное путешествие.

Это он зря. Трудности людей сближают, а у нас их будет предостаточно.

– Пойду, нужно проконтролировать сборы. Выбрать платья. Интересно, как мы вообще их повезем? – скривилась я, уже разворачиваясь к двери.

– Благодаря нарядам собираешься пленить короля? – донеслось мне в спину, и в голосе Изоры звенела насмешка.

– Не смеши меня, – фыркнула я, даже не оборачиваясь, и шагнула в коридор, где тени уже сгущались, предвещая ночь.

Сегодня надо лечь пораньше. Завтра – долгий путь. Каким он будет?

* * *

Это не поездка – это настоящий кошмар! К концу этого путешествия я ненавидела всех вокруг. Да что там людей – я возненавидела весь этот проклятый мир, каждую его песчинку, каждую каплю дождя, упавшую на землю. Две недели ада. Две недели, которые едва не свели меня с ума, оставив после себя лишь желание забыть все, как страшный сон.

А начиналось все с этих нелепых, невыносимо неловких проводов. Отец лишь скупо приобнял меня, и я инстинктивно сжалась – мысль о том, что можно было обойтись и без этого, не давала покоя. Для меня он все же чужой, почти посторонний человек, который вдруг лезет в личное пространство. И в то же время – это мой отец. Мысли об этом лишь усиливали внутренний разлад.

Потом до меня добралась мачеха. Она протянула мне тот самый защитный амулет на длинной веревке, который обещала, и разрыдалась, уткнувшись в плечо. Что делать с расстроенной беременной женщиной, я не представляла.

– Ты стала мне как родная дочь! – ее голос дрожал, прерываясь от всхлипов. – Я так переживаю…

Я застыла, не зная, как реагировать. Даже отцу не сразу удалось оторвать от меня дражайшую супругу. Лишь когда на помощь подоспела тетушка. Вот так и началось наше «прекрасное» путешествие.

Крытую повозку со мной, Изорой и Айсир сопровождала вооруженная стража – два десятка всадников в латах с гербами отца. Их копья сверкали на солнце, а взгляды зорко скользили по окрестностям.

Но, как ни странно, за все время путешествия на нас никто не напал. То ли мой отец так хорошо заботился о своих землях, то ли его величество – о королевстве, но порядок здесь царил железный, будто сама земля боялась шелохнуться без дозволения.

По пути нам встретились несколько поселений – небольших, но вполне ухоженных, где мы могли остановиться и передохнуть, привести себя в порядок: смыть дорожную пыль теплой водой, постирать запачканную одежду. Однако эти часы комфорта были редкими оазисами в бесконечной дороге. Все остальное время приходилось ютиться в повозке – хоть и просторной, но душной, несмотря на откидные пологи. Деревянные стенки нагревались за день так, что к вечеру к ним невозможно было прикоснуться.

Мягкие тюфяки, казавшиеся поначалу удобными, к концу путешествия я возненавидела. На них мы проводили почти все время. Нам разрешали лишь пару раз в день выходить, чтобы размять ноги и справить нужду – и все.

Как отец мог думать о том, чтобы отправить со мной мачеху? Беременную женщину! Немыслимо!

Судя по продолжительности нашего путешествия и тому, что отцовский дом располагался в самом центре его владений, материк, на котором находилось королевство, должен был быть поистине огромным – примерно с европейскую часть России. Вряд ли таких материков могло быть много: уж слишком они обширные. Не более пяти, а остальные, скорее всего, значительно уступали в размерах.

Возможно, эта планета была больше Земли. Однако, судя по телосложению местных жителей, если и превосходила нашу, то ненамного – люди здесь не выглядели гигантами, разве что на голову выше обычного.

И все же, несмотря на то, что здешние лошади отличались невероятной выносливостью, путь до столицы королевства занял у нас мучительно много времени. Конечно, гонцы, наверное, добирались быстрее… Но для нас это путешествие стало настоящим испытанием. И когда наконец объявили, что мы прибыли, я едва сдержала порыв броситься обнимать своих попутчиц.

Мы уже почти въехали в город, когда меня начали переодевать и причесывать. Не могла же я показаться в королевской резиденции вся помятая и растрепанная. А мне уже было все равно, лишь бы побыстрее вылезти из этой тюрьмы на колесах.

Айсир ловко управлялась со шнуровкой платья – ее пальцы скользили по ткани с привычной точностью, а Изора с гребнем в руках осторожно распутывала мои волосы, пахнущие дорожной пылью и сухими травами, а затем укладывала их в сложную прическу. В тесном пространстве было душно, и каждое движение повозки грозило испортить уже почти законченный образ.

Потом принарядились Айсир и Изора. Их наряды были скромнее, да и идеальности их образам уделялось меньше внимания. Смотреть сегодня в первую очередь будут на меня. Но сейчас мне не было до этого никакого дела: уставшая, я разглядывала столицу в небольшую дырочку в закрытом пологе и молилась, чтобы мы побыстрее остановились.

Поселение мало чем отличалось от того, что я видела на землях отца – те же покатые крыши, те же мощеные улицы, по которым сновали торговцы и горожане. Но здесь синего цвета (домов высокородных) было больше, что и логично – многие высокопоставленные люди служили при дворе.

Дома огибали огромную королевскую резиденцию, окруженную каменным забором, будто драгоценность в ладони. Внутри возвышался прекрасный дворец. Сады, парки и множество других строений окружали его, образуя небольшой город внутри города. Красные камни, из которых были сложены королевские здания, горели на солнце, как тлеющие угли, а разноцветная роспись вилась по ним узорами, напоминающими то ли древние письмена, то ли радужные ручейки.

Где-то в глубине дворцового комплекса располагалось озеро – его гладь сверкала, как полированный сапфир, отражая небо и окружающие беседки с изогнутыми крышами. Все было очень красиво и чисто: ни соринки на мостовой, ни пятна на стенах, ни одного неухоженного уголка. Не было сомнений – его величество любил радовать свои глаза. И, судя по всему, требовал того же от подданных.

Повозка остановилась с тихим скрипом, колеса перестали стучать по мощеной дороге, и наступила внезапная тишина, нарушаемая лишь шелестом листьев в придворном саду. Охрана, закованная в латы с гербом моего дома, быстро откинула полог, и я наконец смогла спуститься на землю.

Воздух здесь был другим – пропитанным ароматом цветущих магнолий и легкой прохладой, идущей от озера. Я едва успела оглядеться, как ко мне шагнул мужчина в темно-серых одеждах, расшитых золотой нитью. Так здесь выглядели чиновники – привилегированные слуги, чьи лица всегда хранили учтивую невозмутимость, а глаза – расчетливую внимательность.

– Госпожа Юсиль Интару, я Орзор Так, – его голос звучал почтительно, но без подобострастия, – от имени его величества рад приветствовать вас в резиденции короля.

Я слегка наклонила голову в ответ, и мужчина продолжил:

– Вы – дочь второго вассала и можете выбрать любой из домов, расположенных около дворца.

Его рука плавно описала дугу, указывая на ряд изящных строений, утопающих в зелени. Значит, мы не будем жить в самой резиденции? Мысль обрадовала – здесь, в гостевых домиках, куда больше свободы.

Я медленно обвела взглядом предложенные варианты, остановившись на самом дальнем – небольшом, но изящном здании у самой кромки озера.

– Мне нравится тот, что у озера, – сказала я, чуть кокетливо покосившись на чиновника.

Тот едва заметно приподнял бровь – мой выбор удивил его, но он промолчал.

– Повозку с вашими вещами разгрузят в течение часа, а вы можете уже отправляться в дом, он готов для заселения. Слуги принесут все, что необходимо госпоже.

Я кивнула, но тут же нахмурилась, делая вид, будто только сейчас вспомнила о чем-то важном.

– А моя охрана? – бросила я взгляд на мужчин, стоящих поодаль.

– Им предоставят возможность переночевать в казармах стражи, а завтра они отправятся обратно.

Мои пальцы непроизвольно сжались в кулаки, но лицо осталось безмятежным.

– Вы можете оставить рядом лишь одного охранника, – добавил он. – Хотя и в нем нет необходимости, у нас очень безопасно.

Угу, угу, рассказывайте.

– Ох, ну вы понимаете… – мой голос стал слаще меда, и я заметила, как напряглись мои люди – они-то знали, что это значит. – У моей служанки здесь есть жених. Это так романтично!

Чиновник оживился – сплетни для высшего света были как глоток свежего воздуха.

– Тиз. Останешься со мной, – повелела я, указывая на самого молодого из охранников.

– Да, госпожа, – он склонился в поклоне, и я отметила про себя его выдержку – ни тени удивления, ни лишних вопросов.

– Что же они не соединили свои судьбы перед отъездом? – спросил Орзор с искренним любопытством.

Я притворно задумалась, опустив глаза, будто делилась большой тайной.

– Я все еще сомневаюсь… – прошептала я. – У меня про Айсир спрашивал и другой молодой человек. А она, знаете ли, очень милая и исполнительная девушка. Личная служанка, с приданым… ну, вы понимаете.

Глаза чиновника загорелись, он понимал. И я чуть не рассмеялась – как же легко вельможи ведутся на светские пересуды!

Айсир, стоявшая чуть позади, прикрыла лицо ладошкой, изображая девичье смущение. Но я знала – ради меня она бы и крокодила назвала своим возлюбленным.

Тиз же стоял, как каменный, не выдавая ни единой эмоции. Отлично.

Орзор был в восторге – теперь у него будет, что перетереть со знакомыми. А у меня – еще один верный человек рядом. И предлог хороший.

– Дайте им шанс, госпожа. Парень молодой, еще покажет себя.

Голос Орзора звучал мягко, почти отечески, а в его карих глазах читалась уверенность.

– Да? – засомневалась я, чувствуя, как в груди шевельнулось что-то похожее на любопытство.

Мой взгляд скользнул к Тизу – тот стоял чуть поодаль, сжимая в руках копье так крепко, что пальцы побелели.

– Конечно, я сразу вижу способных. Глаз наметан, столько лет при дворе.

Орзор улыбнулся, и в этой улыбке было столько самоуверенности, что я едва сдержала смешок. Как же просто люди верят в собственную значимость!

– Тогда доверюсь вашему слову, – наконец сказала я и по-новому посмотрела на Тиза.

Может, и правда способный? Вдруг за этой молчаливой угрюмости скрывается что-то большее?

Орзор заулыбался, и его морщинистое лицо осветилось искренней радостью. Ему явно было приятно, что я положилась на его опыт. Как же легко льстить в этом мире! На Земле скажешь комплимент – из тебя всю душу вытрясут, прежде чем поверят, если поверят вообще. А тут – один взгляд, легкая улыбка, и человек уже тает от удовольствия.

– Тогда не смею больше задерживать госпожу. Желаю вам хорошо погостить у его величества.

– Благодарю, – мурлыкнула я, слегка склонив голову, и направилась прочь, чувствуя, как шелковое платье шелестит вокруг ног.

Никого более из свиты я не представляла – им было не по чину. Все же, какой толк от Изоры, оставалось загадкой.

– Каждый раз, когда ты начинаешь говорить, у меня от страха сердце в пятки уходит, – не смогла смолчать тетушка, оправляя складки своего платья.

Я повернулась к ней, ощущая, как уголки губ сами собой поднимаются в холодной усмешке.

– Держись. Чем ты можешь быть мне полезна? – уточнила я, сверля ее взглядом.

Изора глубоко вздохнула, стараясь успокоиться. Права, дорогая, показывать сейчас характер не время.

– Так хочется тебя бросить… Но я обещала брату, – прошептала она обреченно.

Ее пальцы сжались в кулаки, но тем не менее она ответила на мой вопрос.

– Обычно старшие родственницы должны следить за тем, чтобы никто не обманул юную девушку, не втянул в сомнительное дело, не соблазнил… В общем, ограждают от внешнего мира.

Она замолчала, и в ее глазах мелькнула усмешка.

– А тут, скорее, внешний мир нужно ограждать от тебя.

Я усмехнулась.

– Ты не ответила на мой вопрос, – напомнила я, приподняв бровь.

Примерно то же самое она говорила мне еще дома. Не это я ждала от нее услышать. Немного помолчав, она добавила:

– Буду добывать информацию. Слухи при дворе цветут пышным цветом. В конце концов, я здесь провела молодость.

Я оценивающе посмотрела на нее. Вспомнила ту историю…

– А он ничего, – заметила между прочем.

Она резко замерла, мгновенно поняв мой намек. За спиной послышались шипение и сдавленные ругательства.

Когда-то Изора приехала в королевскую резиденцию во служение – юная, наивная полная надежд. Она была словно хрупкий цветок, выросший меж камней. И там, среди холодных стен и придворных интриг, завела роман с мужчиной, который, как и она, был незаконнорожденным. Их связывало не только чувство, но и общая боль – будто два изгоя нашли друг друга в этом жестоком мире.

Но судьба оказалась безжалостна. Вспыхнуло восстание, пламя мятежа опалило их будущее. Два любящих сердца разлучили – не по их воле, а по воле рока. Тетю решили выдать замуж за другого, и она, находясь на птичьих правах в семье, даже не посмела возразить. Горечь бесправия, гнет долга – все это почти сломало ее.

Жених погиб во время восстания. Мой дед тоже – пал, защищая то, во что верил. Отец поддержал нынешнего короля и возвысился, но за власть необходимо платить. И на него были покушения, особенно в первое время, когда отлавливали недовольных. Одно из них помогла предотвратить Изора и, рискуя жизнью, спасла его. В награду она попросила лишь одно – ссылку без принуждения к замужеству.

И вот теперь, впервые за долгие годы, она вылезла из своего захолустья и прибыла во дворец.

Я покосилась на нее – все еще молодую, привлекательную. Харизматичную, где-то даже обаятельную – несмотря на все пережитые невзгоды, в ней оставалась искра жизни. И я подумала, что она еще сможет составить чье-то счастье. Может быть, не так, как мечтала когда-то. Может быть, не с тем, кого любила. Но судьба – дама капризная, и кто знает, какие двери откроются перед ней теперь?

Войдя в выбранный дом, я вышла на террасу, и пока слуги суетились, расставляя вещи, я замерла у резных перил, впитывая вид, открывавшийся передо мной. Воздух был напоен ароматом цветущего жасмина, а легкий ветерок шевелил пряди волос, выбившиеся из прически.

Дворец короля отсюда был виден лишь частично – широкие красные крыши таились за кронами деревьев. Но зато передо мной раскинулся великолепный сад – буйство зелени, алые, лиловые и золотые пятна цветов, аккуратные дорожки, убегающие вглубь. А чуть дальше, под лучами заходящего солнца, сверкало озеро, его гладь переливалась, как расплавленное серебро.

Идеально.

Можно было бы совсем расслабиться, особенно после тяжелого пути, но мысль о библиотеке не давала покоя. В книге все было четко расписано: представление девушек королю – на третьи сутки. А значит у меня завтра есть время, чтобы осмотреться и попробовать пробраться в святилище знаний.

Однако было ощущение, что что-то не так.

Уже все прибыли? Мне позволили выбрать любой дом, но я – дочь второго вассала. А где же первая девушка? Что, если нам понравится одно и тот же?

Нужно, чтобы Изора разузнала, что здесь происходит, раз уж обещала помочь. А я… я не должна лишний раз попадаться никому на глаза.

Свитки. Библиотека. Возвращение домой. Только это сейчас важно.

– Юсиль…

Голос Изоры вырвал меня из раздумий. Я обернулась и увидела ее хмурое лицо.

– Что такое?

– Представление гостей королю будет завтра в полдень.

– Что? – голос дрогнул, хотя я старалась держать себя в руках. – Почему? Все уже здесь?

– Еще нет. Но должны прибыть до завтра. По крайней мере, таков приказ.

– А если не успеют?

Изора лишь покачала головой.

– Ничего не поделаешь. Решения его величества не оспаривают.

Я подняла взгляд к небу. Солнце уже клонилось к горизонту, окрашивая все в багряные тона. Что это за неожиданный поворот сюжета? И чем он мне грозит?

* * *

Роус Кардар

– Значит, приехала только дочь второго вассала? – уточнил я, постукивая пальцем по деревянному столу.

– Первый вассал прислал послание, что у него нет ни сестры, ни дочери. Только два сына, – напомнил Лорк, завершая свой доклад.

– Да, он сирота. Но с него мы спросим подтверждение его верности иначе, – задумчиво заметил я, глядя на красивый сад за окном. Немногое в этом мире могло сравниться с такой простой, чистой красотой.

– Ты сообщил о переносе церемонии представления гостей?

– Да. Но особо некому было сообщать.

Голос Лорка дрогнул. Я скосил на него взгляд, уловив едва заметное напряжение в скулах – уголки губ опустились от досады. По мимике моего друга и верного соратника редко что можно понять, это сильно помогает ему в работе, но я слишком давно его знал.

– Юсиль Интару привезла с собой Изору Рар. У тебя все еще остались чувства к ней?

– От вашего величества ничего не скроется, – не стал отпираться Лорк.

Еще одна черта, за которую я его ценю, – это честность.

– Поэтому до сих пор не женился, хотя я и предлагал. – Я прищурился, наблюдая, как по лицу Лорка пробежала тень давней боли. – А что же она?

– Она тоже не замужем.

– Желаешь жениться на ней?

Тишина затянулась, наполненная невысказанным. Лорк стоял неподвижно, но в его глазах бушевала буря: муки, любви, надежды. Конечно, он желал. Но если в браке по расчету можно было хотя бы быть уверенным в выгоде, то в союзе, рожденном из чувств, все зыбко, как утренний туман.

А еще – без взаимности ритуал не совершить. Впрочем, Лорк согласился бы и на светский союз.

Я вздохнул, отводя взгляд в сторону.

– Оставим пока эту тему, – сжалился я над другом.

Догар был предан мне, как тень, но даже тени иногда устают.

– Что скажешь про Юсиль Интару? У нее такой плохой характер, как и говорят?

Лорк помялся, и я встрепенулся, почувствовав что-то неладное.

– Что, есть что-то интересное? Занимательное?

– За всеми, кто должен был прибыть сюда, была установлена слежка, – начал он, тщательно подбирая слова. – Юсиль Интару была категорически против посещения резиденции, даже устроила побег. Но потом… резко изменила свое мнение. И еще…

– Ну, не томи, – поторопил я. Уголки губ сами потянулись вверх – я уже чувствовал, что будет весело!

– Ваше величество… – укоризненно вздохнул собеседник, и в его глазах мелькнуло что-то тревожное. – У девушки открылся сильный дар шамана.

Я замер, впившись взглядом в Лорка, будто пытаясь прочесть между строк больше, чем он готов был сказать.

– У девушки… Такой молодой? Обычно дар шамана открывается у мужчин. Нужна сила духа, характер… Женщины – лишь носители крови. А тут… шаманка. И сильная.

Это очень интересно.

– А что же характер?

– Он ужасен, – вынужденно признал глава моей разведывательной сети.

Лорк, обычно невозмутимый, сейчас тушевался. Он редко так реагировал – значит, девушка и правда стоящая.

– Шаманка с ужасным характером, которая не хочет замуж за короля… – Я рассмеялся, и звук этот отозвался эхом в высоких сводах кабинета. Сердце гулко забилось – давно ничего не волновало меня так сильно. – Я хочу ее видеть!

– Ваше величество, уже поздно… – попробовал достучаться до меня Догар. – Завтра вы увидите всех.

Но его голос потерялся где-то на периферии сознания. Мысли уже мчались вперед, рисуя образ этой девушки – строптивой, неудобной… и невероятно ценной.

Интересно будет познакомиться лично.

Солнце уже почти село за горизонт, окрашивая небо в кроваво-багровые тона. Длинные тени тянулись по деревянному полу, словно пытаясь утащить за собой последние лучи света. Решив, что пришло время ужина, я позвал слугу.

– Ты ел? – спросил я Догара.

Друг мотнул головой.

– Тогда присаживайся, – пригласил я и добавил слуге: – Ужин на двоих.

Тот кивнул и бесшумно удалился.

Общаться с другом я любил в своих личных покоях, где не было этих вечных лизоблюдов, готовых пресмыкаться за милость, где не слышался шепот интриг, не чувствовался ядовитый привкус лести. Здесь, за тяжелыми шелковыми занавесями, в полумраке, освещенном лишь мягким светом магических кристалов, можно было дышать свободно.

Жадность людей не знала границ. Она разъедала все, как ржавчина, превращая даже самых верных в предателей. Сколько раз я видел, как вчерашние союзники готовы были продать друг друга за место поближе к трону?

Королевская резиденция раскинулась за моим окном – величественная, ослепительная, фальшивая. Дворец, гостевые дома, вместилище знаний… Все здания – ярко-красные, с позолотой, с разноцветными росписями, говорившие о «близости» короля к народу. Будто эти стены могли скрыть правду: что за каждой аркой, за каждой дверью когда-то лилась кровь.

Я ненавидел это место.

Здесь моя мать предала отца. Здесь не в одном поколении лились реки крови.

После восстания, когда я взошел на трон, я провел месяцы в архивах, изучая историю нашей династии. И понял одну простую истину: король, который не может защитить свою семью, не удержит и королевство.

Но семья – это не просто кровные узы. Это те, кто любит тебя не за власть, не за титул. Те, кому ты важен просто потому, что ты – это ты.

И в первую очередь – это жена.

Я сжал кулаки, вспоминая, как отец заключил не союз любви, а женился по расчету – и как потом его жена вонзила ему нож в спину. Я не желал подобной судьбы. Не хотел жить в вечном страхе, подозревая даже самых близких.

Между супругами должно быть нерушимое доверие. Без него – нет семьи. А без семьи – нет короля.

– Ваше величество? – Голос Догара вырвал меня из лабиринта собственных мыслей.

Я медленно поднял взгляд.

– Все в порядке?

Я лишь отмахнулся.

– Присаживайся. Не будешь же ты есть стоя. – Я махнул рукой в сторону второго кресла у массивного стола.

Лорк слегка склонил голову.

– Как пожелаете.

Он уже понял, о чем я думаю. Всегда понимал, когда я был в таком настроении.

– Возможно, эта затея с выбором невесты окажется не такой уж скучной, как мне показалось вначале.

Лорк замер. Его пальцы, лежавшие на ручках кресла, слегка сжались.

– Ваше величество, прошу вас, будьте благоразумны, – голос друга был ровным, но в нем прозвучало предостережение. – Во дворце зреет заговор при вашем полном попустительстве. Сейчас сложное время…

Я усмехнулся.

– Не вижу ничего сложного.

За окном шелестел ветер, играя легкими шелковыми шторами.

– Недовольные поднимали голову постоянно, даже после попытки переворота. Просто я пресекал.

Лорк молчал. Он знал, что я прав.

– Но за это время я понял, что это одни и те же люди. – Мои губы растянулись в улыбке, лишенной тепла. – И теперь я решил дать их планам окрепнуть. Проще снять головы сразу, чем выкорчевывать их по одной.

В воздухе повисло молчание. Догар смотрел на меня напряженно – он всегда переживал, когда я что-то затевал.

– Раньше они меня развлекали и развеивали скуку, но теперь у меня будут другие заботы.

– Какие? – спросил он с удивлением.

Значит, не разгадал меня. Это дорогого стоило. Я улыбнулся.

– Жена и дети.

В этот момент дверь отворилась, и в комнату вошли слуги с подносами. Аромат жареного мяса и пряностей наполнил кабинет. Мы молчали, пока они расставляли блюда, разливали чай и так же бесшумно удалялись. Я не терпел алкоголя. До сих пор помню его запах, когда зашел в спальню к убитому отцу.

Только когда дверь захлопнулась, я продолжил:

– К тому же этот заговор подоспел очень вовремя. Например, можно проверить, какая из женщин поведется на посулы.

Лорк нахмурился. Он не одобрял. А я объяснял дальше:

– Ты же понимаешь, они непременно постараются переманить одну из претенденток на свою сторону, женить меня на своей кандидатке и посадить ее на трон. – Я отломил кусок хлеба, и крошки посыпались на скатерть. – Они надеются, что из-за чувств или положения девушки я захочу разделить с ней не только постель, но и власть. После чего меня можно будет устранить.

Лорк побледнел.

– А если вы выберете не ту женщину, которую они хотят?

Я рассмеялся.

– Значит, устроят переворот. Попытаются убить меня как можно быстрее.

В глазах Догара вспыхнуло что-то почти паническое, но он тут же взял себя в руки. Он всегда был параноиком. Прекрасное качество для его должности.

– Не переживай. Им не удастся задуманное, и они будут казнены на площади.

Я пригубил горячий чай и блаженно прикрыл глаза.

– А я женюсь. Нужно будет заниматься женой и детьми, возиться с заговорщиками времени уже не останется. Да и мне уже это наскучило.

Догар тяжело вздохнул.

– Вы очень рискуете, ваше величество.

Я улыбнулся, глядя на магический светильник.

– Жизнь – это вообще риск, разве нет? И жить нужно так, чтобы, когда придет момент умереть, ни о чем не жалеть.

Лорк вдруг… улыбнулся. Слабо, едва заметно, но для него это было почти подвиг.

– Вы становитесь философом, ваше величество.

– Это возраст, – отмахнулся я, но внутри уже кипело лихорадочное возбуждение.

Завтра. Завтра начнется игра.

И я не мог дождаться.

* * *

Юсиль Интару

Король пожелал нас видеть в полдень. Всю ночь я ворочалась в постели, словно спала на колючей соломе, а когда настало утро, встретила его раздражением. Настроение было хуже грозовой тучи – тяжелое, готовое обрушиться в любой момент.

Снаружи светило солнце, ласковое и золотистое, но ветер гулял без удержу, яростно трепля ветви деревьев, будто пытаясь вырвать их с корнем. В доме сквозило, и легкие шторы вздымались, словно паруса корабля, уносимого неведомым течением.

Мое жилище было роскошным – высокие потолки, резная мебель, ковры, смягчающие каждый шаг. Для этого мира – верх комфорта. Еду приносили аккуратно, почтительно, но только мне и Изоре. Тиз и Айсир ютились в дальних покоях, там, где обычно селили слуг. Они молча ходили на кухню и брали еду сами. Во дворце существовало четкое разделение: кто здесь – гость короля, а кто – лишь временная прислуга.

Айсир и Изора уже который час обсуждали, в какое платье меня облачить, пока я не рявкнула на них, не в силах сдержать накопившееся напряжение.

– Ты должна выглядеть безупречно, – тетушка протянула мне белоснежный наряд, красивый, искусно расшитый, сделанный из легкой шелковой ткани, колышущейся, казалось, от каждого дуновения ветра.

– Зачем? – голос прозвучал резче, чем я планировала. – Я не собираюсь очаровывать короля.

Изора схватила меня за запястье, ее пальцы впились в кожу, а глаза вспыхнули предостерегающим огнем.

– Думай, что говоришь, – прошипела она так тихо, что мурашки побежали по спине. – Здесь даже стены слышат. Явиться перед его величеством небрежно одетой – значит нанести серьезное оскорбление.

– Этого не было в правилах, которые я изучала, – бросила я через плечо, но внутри уже сжимался холодный ком сомнения.

– Есть вещи, которые нигде не записаны. Так что держи язык за зубами и не выставляй напоказ свой скверный нрав, очень тебя прошу!

– Госпожа очень добрая, – мягко вставила Айсир, помогая мне облачиться и поправляя складки на моем платье.

– Угу, особенно когда молчит, – проворчала Изора, придирчиво осматривая меня, пока служанка зашнуровывала платье. – Нужны украшения. Уверена, Кова положил что-то подходящее.

– Зачем?! – вновь спросила я, и голос дрогнул, выдавая мою нервозность.

– Ты дочь второго вассала. Твой внешний вид должен напоминать всем, кто ты. – Взгляд тетушки был твердым, как сталь.

«Когда же я наконец смогу выбраться в библиотеку?» – с тоской подумала я, чувствуя, как стены этой проклятой комнаты медленно, но верно смыкаются вокруг.

– Надолго затянется эта… аудиенция? – спросила я, уже зная, что ответ не обрадует.

– Она будет длиться столько, сколько пожелает его величество.

Конечно, как же иначе. Только приехала вчера, а я уже ненавижу это место всем сердцем.

– Поторопись, – Изора застегнула на мне выбранное ожерелье из серебряных нитей и подтолкнула в спину. – Сегодня во дворец не пускают никого, кроме личной охраны короля и приглашенных девушек.

– Кто-то еще приехал? – я нахмурилась.

– Все, кроме дочери первого вассала. У него нет родственниц. А поскольку семья его величества погибла… – она сделала паузу, и мне не понравилось, как блеснули ее глаза, – ты теперь старшая по положению женщина при дворе.

Сердце провалилось куда-то в пятки, бешено колотясь, словно пойманная в клетку птица.

Почему об этом не было ни слова в той чертовой книге?!

* * *

Роус Кардар

– Ваше величество, все готово, – склонился в почтительном поклоне слуга.

Я кивнул, ощущая холод металла короны на висках. Повернулся к зеркалу – высокому, обрамленному черным деревом. Оно отражало мой образ: угольно-черные шелковые одеяния, сливающиеся с полумраком покоев, и бледное, словно высеченное из мрамора, лицо.

– Ваше величество, вы знаете, что под утро приехали еще три девушки? – прозвучал за спиной голос Лорка.

Губы сами собой изогнулись в усмешке.

– Мне доложили. Их грубость мы учтем. Опаздывать к королю – никуда не годится. – Я цокнул языком и еще раз скользнул взглядом по своему отражению. – Ну что, представительно выгляжу?

Догар замер на мгновение, его темные брови взметнулись, выдавая удивление.

– Вы всегда выглядите безупречно, – ответил он. – Но никогда не спрашивали об этом. Что-то… случилось?

– Например, я узнал, что дочь второго вассала выбрала дом рядом с садом. Случайность? – Я повернулся к Лорку, встречая его взгляд. – Или она знала, что я люблю там гулять? Что могу провести среди деревьев часы, даже когда работаю?

Лорк слегка отступил назад, его пальцы непроизвольно сжались.

– Я…

– Не так часто тебе нечего ответить, – рассмеялся я.

– Вы думаете…

– Может ли Юсиль Интару быть частью заговорщиков? – перебил я, наблюдая, как лицо Догара напряглось. – Возможно. Что, если они связались с ней заранее и переманили на свою сторону? Может, именно поэтому она изменила свое первоначальное решение и поспешила сюда. И поэтому выбрала дом у озера. Ей сказали, какой взять.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.