Мусаев Тажудин
Всё ещё Человек

Великое падение! Злодей победил!

"А что будет, когда я умру? – Спросил он себя, – Так ли я важен в мире, что он обязательно разделится на "До" и "После", если меня не станет? Должно ли это быть для меня причиной жить или, наоборот, умереть?.."

"Так и кто же я, в конце-то концов, такой? Почему люди не хотят моей смерти? Некоторые… Не хотят…"

И даже когда смерть на коротеньких ножках смотрит на тебя пронзительными глазками, будь подобающе вежлив и приветлив в меру своих сил.

– Кто… Ты?… – спросил мужчина в луже собственной крови. – Здесь… Опасн-но, – кашляя кровью, предупреждал он, с виду, ребёнка.

Мужчина попытался встать, даже не думая о всей пережитой боли. Однако же, может быть мозги и твердят "Я ДОЛЖЕН СПАСТИ ВСЕХ!!!", но в сердце крови не достаточно.

И лишь спустя секунды, мальчик разглядел в тьме развалин одежду, на которой даже сейчас откуда-то бликовала эмблема "HERO".

– Герой! – про себя, тихо, но с восхищением, будто расплываясь в собственном удивлении, проговорил мальчик, невольно расслабляясь и отпуская капсулку с припасами, которую он держал крепче самой любимой своей игрушки.

3281-ый год со дня новой эры в Земном укладе, 12-ое января. Извините, но первый праздник в году – "Пристольеве́нна" – отменён по причине "Герой пал, Злодей победил"!

Мир погрязнет в апокалипсисе, либо признает своим новым властителем Лорда Бинра́ – первородного из угнетённой расы Homo Sublimis. Великий ультиматум!

Уже сейчас повсюду орудуют головрезы – необработанные твари из плоти и фантазии самого Бинра́. Человеческая популяция сокращается ещё не в стремительном темпе, но это лишь до тех пор, пока Лорд не восстановится после битвы с Героем. Мир был слишком опрометчив, оставив всю работу на одного человека. Один в поле – не воин.

Уничтожение началось с небольшого поселения близь озера "Прист", откуда началась новая эпоха. Сейчас эта деревня уничтожена практически полностью, а сам Прист – вражеский инкубатор.

А ведь совсем недавно там жили монахи и священники, что черпали всю духовность из озера, пытаясь приблизиться к своей мессии – to Grand Priest.

Появление врага было лишь сказкой в этой идилии, только один человек половину своей жизни прожил с ощущением, что нужно будет принимать великую битву, когда на кон встанет весь Мир.

– Быстрее… Беги за мной…

– Тётенька… Почему…

– Слушай, я не твоя мама, я не смогу тебе ответить…

Наконец они добежали до безопасного места: среди развалин целыми остались только подвалы зданий. Женщина средних лет, которая потеряла сына и ребёнок десяти лет, который потерял мать, наконец смогли скрыться от устрашающего сублимиса.

– Тётенька, а где герой? Он что, умер?..

– Нет… Он не должен был, но… Ах, я не знаю. Пожалуйста, я не смогу ответить на все твои вопросы. – едва сдерживая слёзы, она не могла сопротивляться тому, что под внешним давлением материнство её покидает. "Не уж-то это конец?" – мысль, что всех сподвигала плакать и пытаться уберечь свою жалкую жизнь от нового Лорда.

Ребёнок остался в тишине, но глазки всё равно метались по убежищу, не собираясь гаснуть и терять надежду. Молчал он лишь потому, что плачущий человек всё равно бы его не послушал.

Странная всё-таки картина: ребёнок готов засиять и без умолку говорить о своей надежде, и не факт, что какая-то там "правда" утихомирит его пыл. И ведь это в середине апокалипсиса! Когда Герой проиграл, плачут даже взрослые, а у власти дикари, "власть – сильным!".

Сейчас в подвале переплетались всякие разные опасения и грёзы. Однако не долго они оставались со своими мыслями: рёв злодея был таким громким, что никакие два подземных этажа не внушали безопасности.

Без сомнений, он нас не найдёт. Он – страшный, гадкий, трёхметровый, фиолетовый монстр – точно не сможет добраться до людей, ведь мозгами их Лорд обделил. Только кровожадность и тридцатитрёхвековая ненависть.

Но нельзя вечность жить в страхе! На произвол судьбы ничего не должно остаться:

– Эй ты, монстр, что там такого интересного, что ты даже громкого мотоцикла у себя на хвосту не замечаешь, свинота!

На поверхности стремительно разразилась битва: кто-то экипированный явно охотился на этого сублимиса всё это время, однако тот был даже быстрее транспорта. Чудовищная сила и прочность столкнулась с интеллектом и ловкостью в бою без правил: только смерть одного из врагов!

Натренированная по голосу боевая леди использовала передовые военные технологии, чтобы грамотно маневрировать среди обломков небоскрёбов, держать дистанцию с врагом и методично наносить урон по огромной махине. Сублимису лишь оставалось хватать руками воздух и свирепеть всё сильнее: человечина так рядом, но так не хочет лезть в рот!

Битва была громкой и довольно продолжительной, изматывались обе стороны, но преимущество оставалось за людской мощью. В таком деле главное монотонность: бить в те же точки, с той же силой и использовать всё те же опоры – настолько глупы сублимисы.

Всё шло славно, победа была гарантирована, пока Леди не толкнула монстра в сторону подвала… Из которого выбегает мальчик с возгласами "Герой! Это же герой! Ты пришёл спас-"… А внизу по лестнице устрашённая женщина, что взяла ещё больше греха на себя…

Судьба-негодница будто смеётся над людьми: сублимис не стал медлить, ведь пацан находился прямо позади его левой руки. Ещё до того, как он успел двинуться, крюк уже обернул его запястье, однако тянущей силы не хватило, отчего боевая леди была сбита с ног, летя прямо в лапы врага. Кое-как восстановив равновесие, она начала оправдывать своё звание "Капитан Городской Полиции": пацана отбросила назад сетью, тот ударился в стену, а враг обличил свою кровожадность.

Сублимис менял цель по принципу "ближайший будет съеден", боевая леди быстро была схвачена за голову мёртвым приёмом. Шокер на 150 киловольт и дымовая граната смогли исправить положение, но дела обстояли всё также плохо: нужно спасти мальчишку…

К несчастью для Капитана, сублимисам важен больше нюх, чем зрение: попытка пробраться к прикованному пацану увенчалась переменным успехом. И хуже было не получить по спине от 250-килограммового монстра, а аномалия – как только она схватилась за пацана, чтобы освободить его от сетки, её пронзил ошеломляющий ток и всё тело бросило в жар. Это не было преградой, больше удивлением, но от этого легче не становилось.

Всё таки вызвалив мальчишку, она отпрыгнула вместе с ним на безопасное расстояние.

Время как будто бы замедлилось, пока она анализировало происходящее и придумывала новый план действий. Много идей она сменила, много вариантов рассмотрела и даже успела подумать о глобальном будущем и судьбе всего мира, хотя пронеслось пару секунд до следующей атаки монстра.

– Пацан, ты не боишься?

– Нет, вы же герой, правда? Как круто!

Леди посмотрела по сторонам, заглянула в свои трекеры и навигаторы, и приняла своё окончательное решение:

– Пацан, некогда объяснять. Ты встретишь человека и передашь ему капсулу.

– А…

– Никаких вопросов!

Капитан повертела монстра и встала точно на нужную позицию. Терпение сублимиса подходило к концу, как и силы, отчего он взял удобный для ситуации тяжёлый замах правой рукой. В этот момент Леди с мальчиком ринулась вперёд и прыгнула монстру на левое плечо, затем она отпрыгнула уже оттуда, заставив сублимиса развернуться в другую сторону.

Здесь, в пяти метрах от земли, она использует последний приём перед полным уничтожением врага.

– Упругость 3,67; Сфера!

Вокруг пацана возник барьерный шар, Капитан лишь кинула его навстречу удару, чтобы балополучно использовать мощь своего врага для взрывной силы. Сфера с пацаном улетела не на десять и даже не на сто метров – она быстро скрылась в небе, отправив пацана на десятки километров стремительного полёта.

С битвой же всё решено: уровень Капитана значительно превосходит низкосортного сублимиса. В ближайшие пару минут с ним было покончено. Если предположения верны, то это – абсолютная победа людей. Остаётся только надеятся на лучшее – не отчаиваться!

– Выходите оттуда, теперь снаружи чисто и безопасно. Можете мне доверять – Капитан Городской Полиции Лизаветта Конвекта. Сегодня мы тоже на страже порядка…

Женщина, конечно, вышла, причин для недоверия не было. Однако же эти совсем потухшие глаза и видимая усталость Лизы не могли означать чего-то хорошего.

– Мясо сублимиса питательно, хотя и горькое на вкус. Можно есть в сыром виде. Болячек в нём тоже нет, только протрите влажной тряпкой от пыли и можно отрезать. Не бойтесь, он мёртв. Я продавила ему все точки кровобращения, в том числе ведущие к мозгу, а совсем недавно извлекла сердце. Можете увидеть с другой стороны, если не боитесь.

Апокалиптичные условия позволили этому маленькому монологу быть глотком свежего воздуха или чистой воды. Отчаяние было повсюду, оттого хвататься за малейшую надежду не будет стыдно – именно по такому принципу Лизаветта и поступала, бросая мальчишку на произвол судьбы.

– Скажите, что с ним будет?.. – сдерживая слёзы, тридцатипятилетняя Моргана Роуз всё таки задала этот вопрос сквозь боль в сердце.

– Предпочту промолчать, если честно. Я и сама не могу объяснить своих действий, но это лишь догадки. Я видела что-то, что должно быть правильным. Скажите лучше вы: это был ваш сын?

– Что? Ох, нет, не мой. Я… Извините, но моего сына уже… Уже…

– Не надо, я поняла. Не продолжайте, Приста ради…

Тихий плач, еда из плоти монстра, брошенный ребёнок – и это действия Капитана Полиции. Какой же это "профессионализм"?

– А что с героем?.. Простите, я… Я говорю лишнее.

– Точно не могу ответить, но в тот раз он проиграл.

Лиза была сильной, но это лишь потому, что её учили таковой быть.

– И что… Что будет дальше? – хватаясь за грудь, с капающими слёзами, Моргана продолжала неосознанно давить на Ковекта.

– Если не объявится другой спаситель, плохо будет всем.

– Но… Но Полиция. Неужели правите-

Стакан переполнился.

Лиза стукнула кулаком по земле. Дрожа зубами и выпучивая глаза, она сдерживала всю себя, чтобы не повернуться к Роуз и накричать на неё за всю нетактичность в диалоге. Одним только взглядом она бы заткнула её на ближайшие сутки.

"Сдержанность, нельзя срываться на гражданских"

– Мне нужно помедитировать. – сказав это, Лизаветта отошла на метров 120 от Морганы, села в полулотос, сгорбилась и с невозмутимым лицом, смотря в пол, наблюдала, как на ботинки падают слёзы.

"Каждый конец ознаменует начало чего-то нового" – Судьба, в разговоре с Пристом.

"Тогда и будем начинать с конца, а то ненароком пропустим истоки" – Grand Priest

– Ты же герой, правда? У тебя же эмблема! Ты с ней даже к нам приезжал, в Мутафу!

Из последних сил, как и подобает присказке – "И даже разговоры станут целебными, если пропустить плохое и сразу перейти к празднованию":

– Мутафу… – проговорил Герой по слогам, – Да, славное место.

– Герой, а вы видели тамошнюю статую? Мы же её достроили? А знаете кому она? Вам! Когда вы приезжали к нам, мы ведь не сказали кому это статуя посвещена? Теперь вы знаете! Вы рады?..

Детская наивность.

– Герой! Почему вы…

Недогадливость.

– Ах, капсула!

Наконец пацан поднял капсулу, что обронил совсем недавно.

– Эм… Как же её… Нашел!

Мальчик перевернул плоскую капсулу и открыл крышку. Внутри была жидкость, поэтому он интуитивно положил горлышко в рот Герою и стал поднимать футляр. Примерно треть наполнения полилось по скулам к горлу и было истрачено зря, всё из-за неряшливости, которую пацан даже не заметил. Оно и не было важн

– "Прист", всё также освежает. Хотя скорее заживляет.

– Тут ещё есть.

Пацан снова перевернул капсулу и открыл второе горлышко. Аж причмокивая, с аппетитом, Герой принял и это содержимое футляра.

– Да, суп из креветочек. Это точно отправила Лизаветта. Ах, моя Конвекта.

Герой стал зевать. Сам того не понимая, его глаза будто зажглись не хуже, чем в битве с Лордом, вселяя ту долгожданную надежду в сердце мальчика…

– Пацан, не возражаешь, я вздремну. Не бойся, рядом никого, просто потяни меня за ноги, за голову не волнуйся. Я полежу и отдохну, а потом мы с тобой одолеем злодея, согласен?.. Давай, тяни.

Мальчик хотел взять ноги подмышки, но только он тронул их, как на этот раз по нему прошла ошеломляющая искра, что заставила его завалиться на спину. Герой лишь посмеялся над этим:

– Да-да, я ведь Герой, бдительности не теряю! Ладно, на этот раз не ударит. Тяни!

И действительно, со второго раза получилось. Мальчик прилёг рядом со своим Героем.

– Сейчас отосплюсь восемь часов и как новенький буду. Встану и пойдём Лорду показывать, кто здесь главный, согласись? Будешь потом всем в Мутафу рассказывать, как Героя спас… Слушай, а ты ведь мой герой! Такой маленький, а уже спаситель! Можешь считать, что жизнь уже задалась, в долгу не останусь!..

Герой ещё много чего наговорил, но мальчишка его уже не слушал. Вся его речь звучала "под градусом" – сонной манерой и радостью всей жизни, иными словами – мечтательской, не от мира сего довольной.

"Никогда не любил судьбу, за её недосказанность" – Grand Priest to Destiny

"Грубиян!"