Мария Алексеева
Поцелуй Амальфи. Любовь под итальянским солнцем

Пролог

Лето в Москве душило асфальтом и спешкой. Анна Волкова стояла у панорамного окна своей квартиры на Патриарших прудах, сжимая в дрожащих руках посадочный талон на рейс Москва-Неаполь. «Неаполь», – шептала она это слово, как заклинание от боли, которая уже три месяца грызла её изнутри.

После предательства Максима мир потерял все краски. Работа главного редактора глянцевого журнала «Стиль жизни» казалась бессмысленной суетой, друзья – далекими и непонимающими, а Москва превратилась в серый лабиринт, где на каждом углу всплывали воспоминания об их совместной жизни. Она нуждалась в переменах, в месте, где тёплое море смоет боль, а южное солнце вернёт свет в опустевшую душу.

Амальфитанское побережье манило её уже полгода – с тех пор, как она впервые увидела в интернете фотографии этого райского уголка Италии. Крутые скалы, усыпанные разноцветными домиками, словно драгоценными камнями, лимонные сады, спускающиеся террасами к бесконечному синему морю, узкие каменные улочки, где каждый поворот обещал новое чудо.

«Это моё путешествие к себе», – подумала Анна, аккуратно складывая в чемодан летние платья и удобную обувь для прогулок по горным тропам. Она планировала провести целый месяц на побережье, снимая небольшую виллу в Амальфи с видом на море. Работа могла подождать – после десяти лет безупречной карьеры у неё накопился огромный отпуск.

За окном моросил серый июльский дождь, а в её воображении уже плескались бирюзовые волны Тирренского моря. Анна не знала, что там, под щедрым итальянским солнцем, её ждёт не только долгожданный покой, но и встреча, которая перевернёт всю её жизнь. Судьба уже плела тонкие нити, ведущие к незнакомцу с глазами цвета южного моря и улыбкой, способной исцелить самые глубокие раны.

Самолёт улетал завтра утром. Анна в последний раз окинула взглядом квартиру, где прошли пять лет с Максимом, взяла чемодан и твёрдо направилась к двери. Впереди её ждала Италия, и она была готова открыть сердце навстречу переменам.

Глава 1: Прибытие в Амальфи

Самолёт приземлился в аэропорту Неаполя «Каподичино» ровно в полдень. Анна прошла через паспортный контроль, получила багаж и вышла на улицу, где её сразу окутал влажный средиземноморский воздух, пропитанный запахами моря и цветущих деревьев. Солнце светило так ярко, что пришлось достать из сумочки солнечные очки.

На стоянке её ждал заказанный заранее трансфер – элегантный итальянец средних лет по имени Джузеппе, который тепло поприветствовал её на ломаном английском, смешанном с экспрессивными жестами.

– Синьора, добро пожаловать в Кампанию! Вы увидите самые красивые виды в мире, – обещал он, аккуратно укладывая её чемодан в багажник серебристого «Мерседеса».

Путь от аэропорта до Амальфи занял около полутора часов, и каждая минута этой поездки была для Анны открытием. Сначала они ехали по обычной автостраде через промышленные пригороды Неаполя, но постепенно пейзаж менялся. Появились холмы, покрытые виноградниками и оливковыми рощами, белые домики с красными черепичными крышами, а воздух становился всё более прозрачным и свежим.

Настоящее волшебство началось, когда они свернули на знаменитую дорогу SS 163, известную как Амальфитанская дорога. Джузеппе, заметив восторженное выражение на лице пассажирки, улыбнулся и сбавил скорость.

– Теперь вы видите настоящую Амальфитану, синьора! Questa è la strada più bella del mondo – это самая красивая дорога в мире!

И это не было преувеличением. Серпантин, выбитый в скалах, огибал береговую линию, открывая захватывающие дух панорамы на каждом повороте. Слева возвышались отвесные скалы горной цепи Монти Латтари, покрытые пышной средиземноморской растительностью, справа простирались бескрайние воды Тирренского моря, переливающегося всеми оттенками синего и бирюзового.

Анна не могла оторваться от окна. Она видела террасы, вырубленные в склонах гор, где росли лимонные и апельсиновые деревья, защищённые от ветра характерными деревянными шестами и сетками. Плоды висели прямо над дорогой, наполняя воздух цитрусовым ароматом. Кое-где между деревьев мелькали белые домики с плоскими крышами и синими ставнями, утопающие в зарослях бугенвиллии и олеандра.

– Вон там Майори, – показал Джузеппе на небольшой городок с широким пляжем. – А вон Минори. Очень красивые места, но туристов много. А Амальфи… Амальфи – это сердце всего побережья.

По мере приближения к городу дорога становилась всё более извилистой. Анна заметила, что Джузеппе виртуозно управлял автомобилем на узких участках, где машины едва разъезжались друг с другом, а с одной стороны была скала, а с другой – пропасть над морем.

– Не волнуйтесь, синьора, – подмигнул он, заметив её напряжение. – Я уже тридцать лет вожу туристов по этой дороге. Ни одной царапины!

Наконец показался Амальфи. Город раскинулся в небольшой бухте между двумя мысами, словно драгоценный камень в оправе из скал. Белые и кремовые дома карабкались по склонам, как будто соревновались друг с другом, кто выше поднимется к небу. В центре возвышался величественный Кафедральный собор Святого Андрея с полосатым фасадом и высокой колокольней, которую Анна узнала по фотографиям.

– Eccolo! Вот он, Амальфи! – торжественно объявил Джузеппе, останавливая машину на небольшой площадке с видом на город.

Анна вышла из автомобиля и замерла, поражённая открывшимся видом. Город лежал перед ней как на ладони: узкие улочки-лесенки, спускающиеся к морю, крошечные площади с фонтанами, террасы ресторанов, увитые виноградом, и небольшая гавань, где покачивались на волнах белые яхты и разноцветные рыбацкие лодки.

Море было таким синим, каким она никогда не видела ни в одном другом месте. Оно играло на солнце, переливаясь от глубокого сапфирового цвета в открытых водах до изумрудного у берега. Лёгкий бриз приносил запах морской соли, смешанный с ароматом цитрусовых цветов и что-то ещё – пряное, южное, незнакомое.

– Здесь пахнет счастьем, – тихо сказала Анна, сама удивившись этим словам.

– Sì, sì! – радостно закивал Джузеппе. – Амальфи – это место для amore, для любви! Увидите, синьора, море изменит вашу жизнь.

Вилла, которую она сняла, располагалась в верхней части города, на Via delle Cartiere. К ней вела узкая дорожка, вымощенная камнем и обрамлённая лимонными деревьями. Дом был небольшим, но очаровательным: два этажа белоснежных стен, увитых плющом, синие деревянные ставни, небольшая терраса с видом на море.

Хозяйка виллы, синьора Карла, ждала их с ключами и широкой улыбкой. Пожилая итальянка, одетая в простое чёрное платье и фартук, встретила Анну как родную дочь, расцеловав в обе щёки и тараторя что-то на смеси итальянского и английского языков.

– Benvenuta, cara mia! Welcome! Дом прекрасный, вы будете счастливы! И кухня хорошая – можете готовить. На рынке рыба свежая каждый день, лимоны мои собственные!

Внутри вилла оказалась ещё очаровательнее, чем снаружи. Первый этаж занимала просторная гостиная с камином и старинной мебелью, небольшая, но полностью оборудованная кухня и ванная комната. На втором этаже располагалась спальня с большой кроватью и выходом на террасу.

Анна поднялась на террасу и ахнула. Отсюда открывался потрясающий вид на весь Амальфи и море. Город лежал у её ног, как игрушечный, а за ним простиралась бесконечная синь, где небо сливалось с водой где-то на горизонте. Справа виднелись скалы мыса, слева – начало дороги к Атрани, крошечному соседнему городку.

– Здесь хорошо встречать рассвет, – сказала синьора Карла, подходя к ней. – И закат тоже. А вон там, – она показала на террасы, спускающиеся по склону, – мои лимоны. Настоящие амальфитанские! Завтра принесу вам корзинку.

После того как хозяйка ушла, а Джузеппе уехал, пожелав приятного отдыха, Анна осталась одна на террасе. Солнце клонилось к закату, окрашивая небо и море в оттенки розового и золотого. Где-то внизу слышались голоса детей, играющих на узких улочках, звон колоколов собора, отбивавших вечерний час, далёкий гудок парохода.

Она достала телефон, чтобы написать маме о благополучном прибытии, но остановилась. Хотелось просто стоять и дышать этим удивительным воздухом, впитывать красоту, которая окружала её со всех сторон. Впервые за три месяца сердце не сжималось от боли, а наполнялось чем-то новым – предвкушением, надеждой.

Анна прошла в спальню, переоделась в лёгкое платье и удобные сандалии. Она решила спуститься в город и поужинать в одном из ресторанчиков, которые порекомендовала синьора Карла. День был долгим, но она чувствовала прилив энергии – хотелось исследовать это волшебное место, познакомиться с ним поближе.

Спускаясь по каменной лестнице к центру города, она с удовольствием рассматривала детали: старинные фонари, освещавшие дорогу, резные деревянные двери древних домов, керамические таблички с номерами, украшенные традиционными амальфитанскими мотивами. В воздухе смешивались запахи – цитрусовых, моря, готовящейся еды.

Главная площадь Амальфи встретила её вечерней суетой. Туристы фотографировались на ступенях собора, официанты расставляли столики на террасах ресторанов, местные жители прогуливались, обмениваясь новостями. Анна села за столик кафе прямо на площади и заказала бокал местного белого вина и тарелку спагетти алле вонголе – спагетти с морскими моллюсками, которые были фирменным блюдом побережья.

Когда принесли заказ, она не смогла сдержать улыбку. Спагетти были приготовлены идеально al dente, моллюски пахли морем и чесноком, а белое вино из винограда, выросшего на вулканических склонах Везувия, оказалось лёгким и свежим. Это был её первый настоящий итальянский ужин, и он казался самым вкусным в жизни.

Солнце село за горы, и на площади зажглись огни. Собор подсветили прожекторами, и он стал похож на декорацию к опере. Анна допила вино, расплатилась и медленно поднялась обратно к вилле. Завтра её ждал первый полный день в Амальфи, и она уже строила планы: утром – прогулка по городу и посещение собора, днём – поездка в соседний Атрани, вечером – может быть, ужин в одном из ресторанов с видом на море.

Засыпая под тихий шум волн и далёкие звуки ночного города, Анна впервые за долгие месяцы почувствовала, что сделала правильный выбор. Амальфи уже начинал творить с ней чудеса, и она была готова открыться им навстречу.

Глава 2: Одинокий закат в Позитано

После недели в Амальфи, проведённой в попытках забыть о прошлом и растворить боль в бирюзовых водах Тирренского моря, Анна решила отправиться в Позитано. Этот городок манил её своей славой самого романтичного места на побережье, но сейчас, когда сердце всё ещё кровоточило от предательства Максима, романтика была последним, чего она искала.

Автобус из Амальфи петлял по знаменитой дороге SS 163, и с каждым поворотом серпантина перед Анной открывались всё новые захватывающие виды. Слева возвышались покрытые пышной зеленью склоны горной цепи Монти Латтари, справа простиралось бесконечное море, переливающееся под полуденным солнцем всеми оттенками синего. Лимонные террасы, защищённые характерными деревянными шестами и жёлтыми сетками, источали тот самый цитрусовый аромат, которым так славилось Амальфитанское побережье.

Позитано предстал перед ней как мираж – россыпь разноцветных домиков, словно драгоценные камни, рассыпанные по крутому склону. Белые, кремовые, персиковые, розовые и жёлтые фасады домов карабкались вверх от самой кромки моря, создавая тот самый знаменитый «вертикальный город», который восхищал художников и поэтов уже не одно столетие. Анна вспомнила, что читала о том, как сам Пикассо называл Позитано «кубистическим городом» за его уникальную архитектуру.

Она сняла небольшую комнату в пансионе на Via Pasitea – главной панорамной улице города, которая извивалась по склону, предлагая на каждом шагу новые головокружительные виды на море и побережье. Её окно выходило прямо на бухту, и утром её будил не будильник, а мягкий шум волн и крики чаек.

К вечеру, когда солнце начало клониться к горизонту, Анна спустилась к главному пляжу Позитано – Спьяджа Гранде. Четыреста метров песчаного берега были обрамлены скалами и усеяны разноцветными зонтиками пляжных клубов. Даже в конце дня здесь ещё оставалось довольно много отдыхающих – пары, семьи с детьми, группы друзей, все наслаждались последними лучами солнца.

Анна прошла мимо эксклюзивного пляжного клуба La Scogliera с его элегантными кабинками и заказала себе Aperol Spritz в небольшом баре прямо на песке. Оранжевый коктейль с пузырьками просекко показался ей идеальным напитком для созерцания заката – яркий и игристый, как южное солнце.

Она сняла сандалии и пошла вдоль кромки воды, чувствуя, как тёплые волны ласкают её ноги. Вода в бухте была удивительно прозрачной – даже на глубине можно было рассмотреть мелкие камешки на дне. Справа возвышался мыс с древней сторожевой башней Torre Trasita, построенной в 1567 году для защиты от пиратских набегов. Анна представила, как столетия назад на этой самой башне дежурили стражники, вглядываясь в морскую даль в поисках опасности.

Слева, в конце пляжа, начинался путь к более уединённому пляжу Форнилло – Via Positanesi d'America, названному в честь многих местных жителей, которые в прошлом веке эмигрировали в Америку в поисках лучшей жизни, а затем вернулись и построили себе красивые дома на склонах.

Солнце медленно опускалось к горизонту, окрашивая небо и море в невероятные оттенки. Сначала появился золотистый отблеск, затем небо загорелось персиковыми и розовыми тонами. Море превратилось в жидкое золото, отражая каждый луч заходящего светила. Разноцветные дома Позитано словно светились изнутри, создавая сказочную картину.

Анна остановилась у самой кромки воды и позволила воспоминаниям нахлынуть на неё. Максим… Пять лет отношений, планы на свадьбу, общая квартира на Патриарших. Она так верила в их будущее, что даже представить не могла предательства. А он встречался с её лучшей подругой Светой уже полгода. Полгода лжи, фальшивых улыбок, поцелуев по утрам, когда он только что был с другой.

Слёзы подступили к горлу, но Анна решительно их проглотила. Нет, она не будет плакать в этом райском месте. Тирренское море слишком прекрасно, чтобы солить его своими слезами.

Она подняла глаза и посмотрела на церковь Santa Maria Assunta, которая возвышалась прямо над пляжем. Её характерный купол, выложенный жёлтой, зелёной и синей майоликой, сверкал в лучах заходящего солнца. Анна вспомнила легенду об иконе Чёрной Мадонны, которая, по преданию, сама выбрала Позитано своим домом, когда корабль, на котором её везли, таинственным образом остановился у берегов города.

«Может, и я найду здесь свой дом», – подумала она, наблюдая за тем, как волны мягко накатывают на песок и откатываются обратно, унося с собой мелкие ракушки и водоросли.

Пляж постепенно пустел. Семьи с детьми собирали пляжные принадлежности, пары фотографировались на фоне заката, официанты прибрежных ресторанов зажигали свечи на столиках. Где-то играла тихая итальянская музыка, смешиваясь с шумом прибоя и далёкими голосами.

Именно тогда Анна его заметила.

Мужчина стоял у самой кромки воды, примерно в пятидесяти метрах от неё, спиной к заходящему солнцу. Он был высоким, стройным, одет в белую льняную рубашку и светлые брюки. Тёмные волосы слегка развевались от морского бриза. Что-то в его позе – спокойной, но наполненной какой-то внутренней силой – привлекло её внимание.

Он стоял абсолютно неподвижно, словно медитируя или о чём-то глубоко размышляя. В руках у него была книга, но он не читал – просто держал её, глядя на горизонт. Анна подумала, что он выглядит как человек, который тоже пришёл к морю в поисках ответов на важные жизненные вопросы.

Солнце почти коснулось водной глади, превратившись в огромный оранжевый диск. Небо пылало теперь всеми оттенками огня – от золотого до тёмно-красного. Это был один из тех закатов, которые случаются не каждый день, – когда природа словно демонстрирует всё своё могущество и красоту.

Незнакомец вдруг повернул голову в её сторону. Даже на расстоянии Анна почувствовала на себе его взгляд. Что-то заставило её сердце слегка участить ритм, хотя она тут же себя одёрнула. «Не время для романтических грёз, Анна. Тебе нужно прийти в себя после Максима, а не влюбляться в первого встречного красивого итальянца».

Но мужчина не был итальянцем – это стало понятно, когда он заговорил по телефону. Даже издалека было слышно, что говорит он по-русски. Голос у него был глубокий, приятный, но в интонациях чувствовалась какая-то усталость.

Анна невольно прислушалась, хотя понимала, что подслушивать нехорошо.

«Да, мама, я в порядке… Нет, пока не знаю, когда вернусь… Мне нужно время подумать».

Её заинтриговало это совпадение – ещё один русский на итальянском побережье, тоже явно переживающий какой-то жизненный кризис. Она задумалась, не подойти ли к нему, но тут же решила, что это было бы слишком навязчиво.

Солнце, наконец, коснулось горизонта и стало быстро исчезать за ним, оставляя за собой дорожку золотых бликов на воде. Небо постепенно меняло палитру с огненной на нежно-розовую, а затем на сиреневую. Первые звёзды начали появляться над головой.

Незнакомец закончил разговор, убрал телефон и снова уставился на море. Анна поймала себя на том, что не сводит с него глаз. Что-то в его фигуре, в том, как он стоял – одинокий, но не сломленный, – тронуло её сердце.

Вдруг лёгкий ветерок подхватил страницы его книги, и она выпала у него из рук, упав в воду. Мужчина негромко выругался и попытался её достать, но волна унесла книгу дальше.

Анна, не раздумывая бросилась помогать. Она была хорошей пловчихой и быстро догнала книгу, пока её не унесло в открытое море.

«Ваша книга», – сказала она, подходя к нему и протягивая промокшее издание.

Вблизи он оказался ещё красивее. Правильные черты лица, глубокие серые глаза цвета штормового моря, лёгкая щетина, которая придавала ему мужественный вид. Ей показалось, что она видела такие глаза в кино – у героев, которые многое пережили и не потеряли внутреннюю силу.

«Спасибо», – сказал он с лёгкой улыбкой, принимая книгу. – «Хотя боюсь, Стивен Кинг теперь стал нечитаемым».

Анна взглянула на обложку – «Зелёная миля» на русском языке.

«Хорошая книга», – заметила она. – «Но, возможно, не самое подходящее чтение для итальянских каникул».

«А что бы вы порекомендовали для побережья Амальфи?» – спросил он, и в его голосе послышалась искренняя заинтересованность.

«Что-то лёгкое и солнечное. Например, 'Под солнцем Тосканы' или… не знаю, итальянские стихи о любви», – ответила Анна, а потом покраснела, поняв, что последние слова прозвучали слишком двусмысленно.

Он улыбнулся – по-настоящему, впервые за всё время наблюдения.

«Александр», – представился он, протягивая руку.

«Анна», – ответила она, чувствуя тепло его ладони.

Они стояли на берегу, пока вокруг сгущались сумерки, а на склонах Позитано зажигались огни в окнах домов. Где-то вдалеке заиграла музыка – вероятно, в одном из прибрежных ресторанов начался вечер. Запахло жареной рыбой, чесноком и розмарином.

«Я не хотел вас задерживать», – сказал Александр. – «Наверняка у вас планы на вечер».

«Никаких планов», – честно ответила Анна. – «Я здесь одна. Как и вы, судя по всему».

«Да», – кивнул он. – «Иногда одиночество – лучшая компания».

В его словах была печаль, которую Анна узнавала – она сама чувствовала то же самое после расставания с Максимом. Боль потери, разочарования, необходимость научиться быть одной.

«Вы давно здесь?» – спросила она.

«Вторая неделя. А вы?»

«Тоже примерно столько же. Сначала была в Амальфи, а сегодня приехала в Позитано».

Они медленно пошли вдоль берега в сторону Via del Brigantino – набережной променады, которая тянулась вдоль пляжных заведений. Воздух наполнился вечерними ароматами средиземноморских трав, морской соли и готовящейся еды. На террасах ресторанов зажгли свечи, и Позитано превратился в сказочный город огней.

«Красиво здесь», – заметил Александр, остановившись у одного из причалов, где покачивались на волнах белые яхты.

«Да. Иногда думаю, что такая красота даже болезненна. Как будто мир демонстрирует тебе, каким он может быть прекрасным, когда твоя собственная жизнь». – Анна не договорила.

«Рассыпается на части?» – тихо закончил он.

Она посмотрела на него удивлённо. Значит, её интуиция не обманула – он тоже переживал какой-то кризис.

«Что-то в этом роде», – кивнула она.

Они дошли до небольшого причала, где местные рыбаки швартовали свои разноцветные лодки. Традиционные гоццо – лодки с высоко поднятыми носами – мягко покачивались на волнах. На некоторых из них всё ещё висели сети и пахло рыбой.

«Хотите прогуляться по городу?» – предложил Александр. – «Говорят, Позитано особенно красив вечером».

Анна колебалась. Часть её хотела вернуться в безопасность своей комнаты, включить кондиционер и почитать книгу. Но другая часть – та, которая привезла её в Италию в поисках перемен, – шептала, что нужно рискнуть.

«Хорошо», – согласилась она.

Они поднялись по узким ступенькам с пляжа к Piazza Flavio Gioia – главной площади Позитано, названной в честь легендарного изобретателя компаса. Отсюда открывался потрясающий вид на всю бухту, теперь усыпанную огоньками яхт и лодок.

Церковь Santa Maria Assunta была красиво подсвечена, её майоликовый купол сверкал как драгоценность. Вокруг площади располагались бутики с изделиями в стиле «мода Позитано» – лёгкими льняными платьями и рубашками, керамикой с лимонными мотивами, знаменитыми сандалиями ручной работы.

«Вы впервые в Италии?» – спросил Александр, когда они остановились у фонтана в центре площади.

«Нет, но впервые на юге. Обычно ездила в Рим, Флоренцию… А вы?»

«Я живу в Милане уже несколько лет. Работаю там. Но на Амальфитанское побережье приехал впервые».

«Работаете в Италии? Интересно».

«Архитектор. Реставрация исторических зданий».

Это объяснило его внимание к деталям – то, как он рассматривал церковь, старинные дома, резные балкончики.

Они прошлись по Via dei Mulini – главной торговой улице, которая вела от площади вниз к пляжу. Даже поздним вечером здесь кипела жизнь: туристы рассматривали витрины, официанты зазывали в рестораны, где-то играла живая музыка.

«Голодны?» – спросил Александр, остановившись у небольшого семейного ресторанчика с террасой, выходящей на море.

У Анны урчало в животе – она весь день почти ничего не ела, слишком была занята исследованием города.

«Очень», – призналась она.

Они заказали столик на террасе и сели за маленький столик под виноградной лозой. Внизу плескалось море, а воздух был наполнен ароматами базилика и жареного чеснока.

Анна заказала скьятьелли с морепродуктами – традиционную амальфитанскую пасту с креветками, мидиями и кальмарами в томатном соусе с белым вином. Александр выбрал рыбу-меч на гриле с лимонным маслом и средиземноморскими травами.

И впервые за долгие месяцы Анна почувствовала, что может дышать полной грудью.

Глава 3: Случайная встреча у кафе

Анна проснулась рано утром в своей вилле и решила прогуляться по Амальфи до того, как город наполнится туристами. Она хотела увидеть этот древний город в его естественном состоянии, когда местные жители только начинают свой день, а узкие улочки ещё не заполнены толпами восхищённых путешественников.

Спускаясь по Via delle Cartiere к центру города, она наслаждалась утренней прохладой и ароматом цветущего жасмина, который рос на старинных каменных стенах. Лимонные деревья в горшках у дверей домов источали свежий цитрусовый запах, смешивающийся с морской солью, доносившейся из гавани.

К восьми утра Анна добралась до знаменитой площади Дуомо – сердца древнего города. Piazza del Duomo предстала перед ней во всём своём величии. Над площадью возвышался монументальный Кафедральный собор Святого Андрея с его полосатым фасадом из белого и серого мрамора, украшенным золотистыми мозаиками византийского стиля. Широкая лестница из шестидесяти двух ступеней вела к главному входу, а колокольня XII века с характерными арабско-норманнскими арками и жёлто-зелёной майоликой возвышалась рядом, напоминая о богатом прошлом Амальфи как одной из четырёх великих морских республик.

У подножия лестницы собора находился фонтан Святого Андрея, построенный в 1760 году – изящное сооружение из местного камня, которое служило традиционным местом встреч для жителей города. Вокруг площади располагались древние здания разных эпох: слева виднелся жёлто-охристый дворец XVIII века с неоклассическими декоративными элементами, справа – старинные дома торговцев с характерными арочными лоджиями.

Но больше всего Анну привлекла знаменитая Pasticceria Andrea Pansa, расположенная прямо на площади по адресу Piazza Duomo, 40. Эта историческая кондитерская работала с 1830 года и считалась настоящим символом Амальфи. Её элегантный фасад с большими витринными окнами и традиционной вывеской создавал атмосферу старинного итальянского шарма.

Анна решила зайти внутрь. Интерьер кондитерской поразил её своей подлинностью: антикварная мебель из тёмного дерева, старинные зеркала в позолоченных рамах, витрины с хрустальными полками, где были выставлены разнообразные dolci – традиционные итальянские сладости. В воздухе витали ароматы свежеиспечённых корнетти, ванили, миндаля и того особого запаха, который создают экзотические эссенции, используемые в неаполитанских десертах.

За стеклянным прилавком красовались произведения кондитерского искусства: золотистые sfogliatelle – слоёные пирожные в форме ракушек с начинкой из рикотты и canditi, delizie al limone – лимонные пирожные, покрытые глазурью цвета солнца, scorzette – изогнутые печенья с апельсиновым оттенком, расписанные шоколадом, zeppole di San Giuseppe и торты caprese с шоколадом и миндалём.

Анна заказала капучино и cornetto al cioccolato у барной стойки. По итальянской традиции она собиралась выпить кофе стоя – именно так делали местные жители, которые уже начали подтягиваться к кафе за своей утренней дозой кофеина. Молодой barista с золотистым загаром и улыбчивыми глазами приветствовал её дружелюбным «Buongiorno, signora!» и принялся готовить идеальный капучино – с плотной, шелковистой молочной пеной и характерным рисунком в виде сердечка на поверхности.

Но когда Анна попыталась пройти к барной стойке, она столкнулась с кем-то, кто одновременно двигался в том же направлении. Чашка капучино слегка качнулась, и несколько капель попало на белую рубашку мужчины.

«Mi scusi!» – воскликнула Анна по-итальянски, подняв глаза, и замерла.

Перед ней стоял Александр – тот самый незнакомец с пляжа Позитано, с которым они так хорошо провели вечер несколько дней назад. Его серые глаза улыбались, а в уголках образовались те самые привлекательные морщинки, которые она запомнила.

«Анна?» – удивлённо спросил он. – «Какая неожиданная встреча! Я не думал увидеть вас в Амальфи».

«Александр! Извините за кофе на рубашке», – она почувствовала, как румянец заливает её щёки. – «Я не ожидала… То есть, я думала, вы всё ещё в Позитано».

«Ничего страшного», – он улыбнулся, промокая рубашку салфеткой. – «А я перебрался сюда вчера. Решил изучить исторический центр побережья более детально. Как архитектор, не мог пройти мимо собора Святого Андрея – это же шедевр арабско-норманнского зодчества».

Barista, наблюдавший за сценой, дружелюбно предложил: «Due cappuccini?» и уже принялся готовить второй капучино для Александра.

«Может, присядем за столик?» – предложил Александр, указывая на свободный столик у окна с видом на площадь.

Анна кивнула, и они устроились за маленьким мраморным столиком. Через большие окна кондитерской открывался великолепный вид на собор, а утреннее солнце, проникая сквозь стекло, создавало игру света и тени на их лицах.

«Вы пробовали местные сладости?» – спросил Александр, когда им принесли кофе.

«Пока только cornetto. А что посоветуете?»

«Обязательно попробуйте delizie al limone – это фирменное лакомство Амальфитанского побережья. Здесь используют настоящие соррентинские лимоны, которые считаются лучшими в мире».

Он подозвал официанта и заказал два пирожных delizia al limone. Когда принесли заказ, Анна была поражена красотой этих маленьких произведений искусства: круглые пирожные были покрыты ярко-жёлтой глазурью и украшены тонкими ломтиками засахаренного лимона.

«Попробуйте», – предложил Александр.

Анна откусила кусочек и закрыла глаза от удовольствия. Внутри оказался нежнейший бисквит, пропитанный лимонным сиропом, с начинкой из лимонного крема. Кислинка цитруса идеально сочеталась со сладостью крема, создавая вкус, который можно было описать только как «солнечный».

«Это невероятно», – призналась она. – «Я никогда не пробовала ничего подобного».

«Рецепт этих пирожных передаётся из поколения в поколение», – рассказал Александр. – «Семья Pansa хранит свои секреты уже почти двести лет. Говорят, что настоящий вкус получается только благодаря особому микроклимату Амальфитанского побережья и местным лимонам».

За окном площадь постепенно оживала. Появились первые туристы, фотографирующиеся на ступенях собора, открылись сувенирные лавки вокруг площади. Местные жители спешили на работу, останавливаясь в кафе за быстрым espresso al banco – эспрессо у барной стойки, как того требовала итальянская традиция.

«А вы всегда так рано встаёте?» – спросила Анна, наслаждаясь атмосферой неспешного итальянского утра.

«В последнее время да. Сложно спать, когда в голове много мыслей», – ответил Александр, и в его голосе промелькнула та же грустная нота, которую она уловила в Позитано. – «А вы?»

«Тоже не очень хорошо сплю. Наверное, смена обстановки. Или просто не хочется упускать ни минуты в таком красивом месте».

Они помолчали, потягивая кофе и наблюдая за жизнью площади. В этой тишине было что-то комфортное, как будто они знали друг друга гораздо дольше нескольких дней.

«Расскажите о соборе», – попросила Анна. – «Вы же архитектор, для вас это должно быть особенно интересно».

Глаза Александра загорелись профессиональным энтузиазмом: «Собор Святого Андрея – это удивительный пример того, как разные культуры могут создать нечто прекрасное. Он был основан в IX веке, но то, что мы видим сейчас, – результат множественных перестроек. Видите полосатый фасад? Это характерно для арабско-норманнского стиля. А мозаики на фронтоне созданы по эскизам Доменико Морелли в XIX веке».

Анна слушала, очарованная не только его знаниями, но и тем, как он говорил – с настоящей страстью к своему делу.

«А бронзовые двери собора привезли из Константинополя в XI веке», – продолжал он. – «Представляете? Почти тысячу лет назад! В них изображены Христос, Богородица, апостолы Пётр и Андрей. А в крипте хранятся мощи самого апостола Андрея».

«Как они попали сюда?» – заинтересовалась Анна.

«В 1208 году кардинал Пьетро Капуано привёз их из Константинополя. Амальфи тогда был могущественной морской республикой, торговал с Византией, Арабским Востоком. Этот собор – символ того времени, когда город был окном между Западом и Востоком».

«Вы так увлечённо рассказываете. Наверное, очень любите свою работу».

Александр на мгновение помрачнел: «Любил. Сейчас… всё сложно. Поэтому и приехал сюда. Нужно было разобраться в себе».

В кондитерской становилось всё больше посетителей. За соседними столиками расселись элегантные итальянские синьоры в костюмах, заказавшие espresso e cornetto, туристы с картами и путеводителями, местные мамочки с детьми, которые с восторгом выбирали пирожные из витрины.

«А что насчёт экскурсии по собору?» – предложила Анна. – «Я бы с удовольствием послушала профессиональный рассказ».

«С удовольствием. Только сначала давайте закончим с этими великолепными delizie».

Они договорились встретиться у фонтана Святого Андрея через полчаса, чтобы Анна успела вернуться на виллу за фотоаппаратом и удобной обувью для прогулки по собору.

Расставаясь у входа в кондитерскую, Александр неожиданно спросил: «Анна, а вы не хотели бы поужинать сегодня вечером? Знаю одно место с потрясающим видом на побережье».

Сердце Анны замерло на мгновение. Часть её хотела сказать «да» немедленно, но другая часть – та, которая всё ещё болела от предательства Максима – сомневалась.

«Я… да, хорошо», – ответила она, удивив саму себя.

«Отлично. Встретимся в семь у Marina Grande, это гавань. Оттуда мы пройдём к ресторану».

Анна кивнула и поспешила вверх по узким улочкам к своей вилле. Сердце билось быстрее обычного, а в душе впервые за долгие месяцы теплилось что-то похожее на предвкушение.

Возможно, это путешествие в Италию действительно меняло её жизнь, как и предсказывал водитель Джузеппе. И, возможно, Александр был частью этих перемен.

Через полчаса она вернулась на площадь, где Александр уже ждал её у фонтана, внимательно изучая детали его барочного декора. Утреннее солнце играло в его тёмных волосах, а белая рубашка подчёркивала загар. Когда он улыбнулся ей, у Анны перехватило дыхание.

«Готовы к знакомству с историей?» – спросил он.

«Более чем готова», – ответила Анна, и они направились к величественной лестнице собора, где их ждали секреты тысячелетней истории и, возможно, начало чего-то нового и прекрасного.

Глава 4: Разговор под оливковыми деревьями

После экскурсии по собору и знакомства с историей Амальфи Александр предложил прогуляться по старинным тропинкам, которые вели от центра города вверх по склонам гор Латтари. Анна с радостью согласилась – ей хотелось увидеть настоящую жизнь этого места, не только туристические маршруты.

Они поднялись по узкой улице Via Lorenzo d'Amalfi, минуя разноцветные дома с коваными балкончиками и деревянными ставнями. На подоконниках цвели герани и петунии, а из открытых окон доносились звуки итальянской речи и аромат готовящегося обеда. Анна заметила, как местные жители развешивали белье прямо на улице между домами – такая картина казалась ей трогательной и очень по-домашнему итальянской.

«Видите вон ту лестницу?» – показал Александр на крутую каменную лестницу, которая уходила вверх между древних стен. – «Она ведёт к одной из старейших троп Амальфи. По ней ещё в Средневековье местные жители поднимались к своим лимонным садам и оливковым рощам».

Они начали подъём. Каменные ступени были отполированы до блеска веками человеческих шагов, а по краям росли дикие травы и мелкие цветы. Воздух становился всё более свежим и наполнялся ароматами средиземноморских растений – розмарина, тимьяна, лаванды.

«А вы часто путешествуете?» – спросила Анна, когда они остановились передохнуть у небольшого каменного парапета с видом на город внизу.

«Раньше много ездил по работе. Италия, Франция, Испания – везде, где есть исторические здания, требующие реставрации», – ответил Александр. – «Но в последнее время… не знаю. Стал замечать, что смотрю на всё слишком профессионально. Вижу техническую сторону, а красота куда-то уходит».

«А сейчас видите красоту?» – улыбнулась Анна.

Он посмотрел на неё, и в его глазах промелькнуло что-то тёплое: «Сейчас да. Может быть, потому что смотрю не один».

Они продолжили подъём. Через несколько минут тропа вывела их к первым лимонным террасам. Анна ахнула от восхищения. Она видела фотографии знаменитых амальфитанских лимонов, но реальность превзошла все ожидания. Огромные жёлтые плоды размером с небольшую дыню висели на деревьях, защищённые от ветра и солёных брызг характерными деревянными конструкциями и жёлтыми сетками.

«Сфузато амальфитано», – сказал Александр, заметив её изумление. – «Это особый сорт лимонов, который растёт только здесь. Местные жители говорят, что их размер и сладость зависят от уникального микроклимата побережья».

Анна осторожно прикоснулась к одному из плодов. Лимон был тяжёлым и источал невероятно интенсивный цитрусовый аромат.

«Из них делают лучший лимончелло в мире», – добавил Александр. – «А ещё лимонные кремы, мармелад, даже мыло и духи. Это не просто фрукт для местных жителей – это символ их идентичности».

Они шли дальше по тропе, которая вилась между террас. Александр рассказывал о том, как эти сады создавались веками. Каждая терраса была тщательно спланирована и построена из местного камня, каждое дерево высажено с учётом рельефа и ветров. Система орошения была настолько продуманной, что работала до сих пор, обеспечивая растения водой из горных источников.

«Вы так увлечённо говорите об архитектуре», – заметила Анна. – «А что вас изначально привлекло в этой профессии?»

Александр замедлил шаг: «Наверное, желание сохранить прекрасное. Видите ли, красота имеет свойство исчезать – время, люди, катастрофы разрушают то, что создавалось веками. А реставратор может вернуть это к жизни».

«Как доктор для зданий», – улыбнулась Анна.

«Что-то в этом роде. А что привело вас в журналистику?»

Анна задумалась. Она собиралась дать стандартный ответ о желании рассказывать людям истории, но вместо этого сказала правду:

«Любопытство. Мне всегда хотелось понимать, почему люди поступают именно так, что ими движет, какие истории стоят за обычными событиями. А ещё… после института у меня был роман с одним начинающим писателем. Он говорил, что я хорошо рассказываю, умею находить детали, которые другие не замечают».

«И что с тем писателем?»

«Ничего. Оказалось, что он больше любит процесс творчества, чем результат. И больше себя, чем кого-либо ещё», – Анна пожала плечами. – «А вы? Есть кто-то в Милане?»

«Была. Тоже архитектор. Мы даже планировали пожениться, но… в прошлом году она получила предложение работать в Нью-Йорке. И выбрала карьеру».

«И вы не поехали с ней?»

«Она не предлагала», – в голосе Александра послышалась горечь. – «Сказала, что не хочет никого обременять своими планами».

Тропа привела их к небольшой оливковой роще. Древние деревья с серебристыми листьями создавали приятную тень, а под ногами хрустела опавшая листва. Между стволами были расставлены каменные скамейки – очевидно, это место часто использовалось для отдыха.

Они сели под одним из самых больших деревьев. Внизу раскинулся весь Амальфи – собор с его полосатым фасадом, белые домики, спускающиеся к морю, яхты в гавани. А за ними простиралось бесконечное Тирренское море, переливающееся в послеполуденном солнце.

«Знаете, что меня поражает в Италии?» – сказала Анна, любуясь видом. – «Здесь прошлое и настоящее существуют одновременно. Вот этот собор стоит уже тысячу лет, а рядом с ним люди пьют кофе и проверяют Instagram». (Запрещен в РФ)

«Это особенность итальянской культуры», – согласился Александр. – «Они не считают историю чем-то мёртвым, музейным. Для них это живая часть повседневности. Поэтому здесь так естественно сочетаются античные руины и современные кафе, средневековые церкви и дизайнерские бутики».

«А вы сами как относитесь к истории?»

«Профессионально – как к материалу для работы. Но здесь… здесь я начинаю понимать, что история – это не просто даты и стили. Это люди, их чувства, их жизни. Вот эта оливковая роща, например. Сколько поколений семей собирало здесь урожай? Сколько влюблённых встречалось под этими деревьями?»

Анна посмотрела на него с новым интересом. В его словах была не только профессиональная компетентность, но и настоящая чувствительность.

«А что для вас Италия как страна?» – спросила она.

«Сложный вопрос. С одной стороны, это родина европейского искусства, архитектуры, культуры. Здесь создавались шедевры, которые восхищают мир уже пятьсот лет. С другой стороны, это страна удивительных контрастов. На севере, в Милане, всё чётко, по расписанию, эффективно. А здесь, на юге, время течёт по-другому. Здесь важнее не успеть везде, а прожить каждый момент полно».

«И что вам больше нравится?»

«Раньше я бы сказал, что северная эффективность. А сейчас… не знаю. Может быть, стоит научиться жить медленнее».

Лёгкий ветерок шелестел листьями оливы над их головами. Где-то поблизости пела цикада, а с моря доносился слабый аромат соли и водорослей.

«А что такое путешествие для вас?» – спросил Александр.

«Возможность быть другой», – ответила Анна без колебаний. – «Дома у тебя есть роль, репутация, привычки. А в путешествии ты можешь открыть в себе новые стороны. Например, дома я никогда бы не заговорила с незнакомцем на пляже. А здесь».

«Здесь вы спасли мою книгу от морских волн», – улыбнулся он.

«Да. И вот мы сидим под оливковым деревом и беседуем о жизни. В Москве такого не случилось бы».

«А почему, собственно?»

«Не знаю. Может быть, потому что там я всегда куда-то спешу. Работа, планы, обязательства. А здесь время словно останавливается».

Они помолчали, наслаждаясь тишиной и покоем. Анна закрыла глаза и попыталась запомнить этот момент – тепло солнца на лице, аромат оливковых листьев, звук цикад и ощущение полного умиротворения.

«Анна», – тихо сказал Александр.

Она открыла глаза и посмотрела на него.

«Спасибо», – сказал он.

«За что?»

«За то, что помогаете мне видеть красоту снова. За то, что с вами я чувствую себя… живым».

Между ними повисло напряжение, но не тяжёлое, а наполненное предвкушением. Анна почувствовала, как сердце забилось быстрее. Ей хотелось протянуть руку и коснуться его лица, но что-то останавливало её.

«Мы должны вернуться», – сказала она. – «Скоро вечер».

Александр кивнул, но не двинулся с места. «Ещё несколько минут. Пожалуйста».

Солнце начало клониться к западу, окрашивая небо в нежно-розовые тона. Море стало золотистым, а белые стены домов Амальфи приобрели медовый оттенок.

«Расскажите мне о своих любимых местах в мире», – попросила Анна.

«Флоренция на рассвете, когда туристов ещё нет, а солнце освещает купол Дуомо. Маленькая деревушка в Провансе, где я реставрировал романскую церковь XII века. Венеция зимой, когда она принадлежит только местным жителям. А вы?»

«Прага под снегом, когда Карлов мост пуст и можно слышать собственные шаги. Небольшое кафе в Париже, где подают лучший кофе в мире. И вот это место», – она обвела рукой оливковую рощу. – «Оно стало особенным сегодня».

Они начали спускаться обратно в город по той же тропе. Спуск оказался легче подъёма, но Анна почти не замечала дороги – её мысли были заняты разговором с Александром. Она поняла, что давно не встречала мужчину, который мог бы так увлечённо говорить о красоте, истории, искусстве. С Максимом их разговоры чаще всего касались работы, денег, планов на выходные.

«А что дальше?» – спросила она, когда они дошли до знакомого фонтана «De Cape 'e Ciucci» – того самого, где раньше поили ослов.

«Дальше, в каком смысле?»

«Ну, вы приехали сюда разбираться в себе. Уже разобрались?»

Александр остановился у фонтана и набрал воды в ладони. «Не совсем. Но некоторые вещи становятся яснее».

«Какие?»

«То, что красота действительно может лечить душу. То, что встречи случаются именно тогда, когда они нужны. И то, что иногда стоит рискнуть и довериться незнакомому человеку».

Анна почувствовала, как её щёки заливает румянец. «Это о чём вы?»

«О том, что я хотел бы провести с вами ещё один день. Завтра я планировал поехать в Равелло, посмотреть на виллы Руфоло и Чимброне. Составите мне компанию?»

Сердце Анны замерло. Часть её кричала «да!» не раздумывая, но другая часть предупреждала о том, что она едва знает этого человека.

«Я не знаю», – начала она.

«Подумайте до завтра утром. Если решите согласиться, встретимся у автобусной остановки в девять утра».

Они дошли до площади Дуомо, где их пути должны были разойтись. Солнце уже спряталось за горы, но вечерние огни делали площадь ещё более романтичной.

«Анна», – сказал Александр, когда они остановились у ступеней собора.

«Да?»

«Сегодняшний день был… особенным. Спасибо».

Он наклонился и легко поцеловал её в щёку – просто, по-дружески, но прикосновение его губ обожгло кожу.

«До свидания», – сказал он и направился к своему отелю.

Анна стояла на площади, прикоснувшись рукой к щеке, и смотрела ему вслед. В голове крутились обрывки их разговора, а сердце билось так быстро, как будто она пробежала марафон.

Поднимаясь к своей вилле по каменным ступенькам Via delle Cartiere, она думала о том, что произошло за этот день. Случайная встреча в кафе превратилась в долгую прогулку, а прогулка – в откровенный разговор. Александр оказался совсем не таким, каким показался на пляже в Позитано. Там он выглядел загадочным и немного грустным. А сегодня она увидела в нём страсть к своему делу, тонкое понимание красоты и искреннюю потребность в человеческом общении.

Равелло… Она читала об этом городке, расположенном высоко в горах. Там были знаменитые сады с невероятными видами на побережье. Это место называли «балконом Амальфи» за его панорамы.

«Завтра в девять утра», – шептала она себе под нос, поднимаясь по лестнице.

А в душе уже зрело решение.

Глава 5: Утренний свет в Равелло

Анна проснулась от мягкого стука в дверь виллы. Солнце только начинало подниматься над горизонтом, окрашивая небо в нежные розово-золотые тона. Она взглянула на часы – половина седьмого утра. Кто мог прийти в такое время?

Накинув лёгкий халат, она спустилась и открыла дверь. На пороге стоял Александр с корзинкой в руках и улыбкой, от которой у неё перехватило дыхание. Он был одет в белую льняную рубашку и светлые джинсы, а в руках держал букет белых лилий, смешанных с веточками лаванды.

«Buongiorno, bella», – сказал он, протягивая ей цветы. – «Извините за ранний визит, но я подумал, что самое прекрасное время для поездки в Равелло – это утро, когда туристов ещё мало, а сады виллы Руфоло купаются в первых лучах солнца».

Анна приняла букет, вдыхая нежный аромат лилий и лаванды. «Равелло? Вы серьёзно?»

«Более чем серьёзно. У меня есть завтрак», – он поднял корзинку, – «свежие корнетти из пекарни Pansa, капучино в термосе и фрукты с местного рынка. А ещё я договорился с Джузеппе – он отвезёт нас по серпантину. Что скажете?»

Сердце Анны забилось быстрее. Равелло – город, который она планировала посетить, но всё откладывала. А теперь Александр предлагал поехать туда вместе, причём так романтично, с утренним пикником.

«Дайте мне двадцать минут на сборы», – сказала она, уже мысленно перебирая свой гардероб.

«У меня есть время», – улыбнулся он. – «Буду ждать на террасе, и любоваться рассветом над морем».

Анна поднялась в спальню и быстро привела себя в порядок. Она выбрала лёгкое белое платье с цветочным принтом, удобные сандалии для ходьбы по садам и широкополую шляпу от солнца. В сумочку положила фотоаппарат, солнцезащитные очки и кардиган на случай прохлады в горах.

Когда она вышла на террасу, Александр стоял у перил, наблюдая за тем, как солнце медленно поднимается над Амальфи. Утренний свет играл в его тёмных волосах, а профиль казался высеченным из мрамора.

«Готова», – сказала она, и он обернулся.

«Прекрасно выглядите», – его взгляд скользнул по её платью с откровенным восхищением. – «Белый цвет вам очень идёт».

Они спустились к главной дороге, где их уже ждал Джузеппе в своём серебристом Mercedes. Водитель радостно приветствовал их:

«Ah, signora Anna! И signor Alessandro! Сегодня прекрасный день для Равелло! Не слишком жарко, не слишком много туристов. Perfetto!»

Дорога в Равелло поднималась серпантином вверх по склонам гор Латтари. С каждым поворотом открывались всё более захватывающие виды на побережье. Амальфи постепенно уменьшался внизу, превращаясь в игрушечный городок, а море простиралось до самого горизонта, переливаясь утренними красками».

Видите вон те террасы?» – показал Александр на лимонные сады, карабкающиеся по склонам. – «Равелло славится не только своими виллами, но и лимонами. Говорят, здесь производят лучший лимончелло на всём побережье».

«А вы пробовали?» – спросила Анна.

«Конечно. Но местные жители говорят, что настоящий вкус можно оценить только при определённых условиях – в правильной компании, в правильное время, в правильном месте».

«И какие это условия?»

Александр посмотрел на неё с загадочной улыбкой: «Думаю, мы это узнаем».

Через полчаса они прибыли в Равелло. Городок действительно оправдывал своё название «балкон Средиземноморья» – он располагался на высоте около 350 метров над уровнем моря и открывал потрясающие панорамы. Узкие улочки, мощённые камнем, вились между старинными домами с коваными балкончиками, увитыми бугенвиллией и плющом.

«Villa Rufolo находится рядом с собором», – сказал Александр, когда они вышли из машины. – «Мы пройдёмся пешком – так интереснее».

Они шли по Via San Giovanni del Toro, главной улице города, мимо небольших магазинчиков, где продавали местную керамику, лимончелло и изделия ручной работы. Воздух был свежий и прохладный, наполненный ароматами цветущих растений и утренней росы.

Piazza Vescovado – главная площадь Равелло – встретила их торжественной тишиной. В центре возвышался романский собор XI века, посвящённый святому Пантелеймону, а рядом с ним находился вход в виллу Руфоло.

«Построена в XIII веке семьёй Руфоло, одной из самых влиятельных торговых династий Амальфи», – рассказал Александр, покупая билеты. – «А в XIX веке её купил шотландский ботаник Фрэнсис Невил Рид и превратил в один из самых красивых садов Европы».

Они прошли через входную башню – Torre d'Ingresso – украшенную переплетающимися арками в арабско-норманнском стиле. Александр объяснил, что башня была чисто декоративной, увенчанной рифлёным куполом с небольшими терракотовыми колоннами.

«А что это за статуи?» – спросила Анна, указывая на четыре фигуры в углах башни.

«Символы четырёх времён года. Видите, как тщательно проработаны детали? Это было характерно для мастеров того времени – они вкладывали смысл в каждый элемент».

Пройдя по аллее, обсаженной кипарисами и липами, они вышли к мавританскому дворику – клуатру с 36 колоннами. Анна замерла, поражённая красотой архитектуры. С одной стороны клуатр был открыт, создавая потрясающий вид на море, а с другой стороны сохранились изящные арки с двойными колоннами, украшенными резьбой из переплетающихся листьев.

«Тридцать шесть колонн», – заметил Александр. – «Число неслучайно. В средневековой символике это означало гармонию земного и небесного».

Они поднялись по ступенькам к Torre Maggiore – главной башне высотой тридцать метров, самой старой части комплекса. С её вершины когда-то семья Руфоло контролировала всю территорию от гор до моря.

«А теперь, самое интересное», – сказал Александр, ведя её к садам.

Сады виллы Руфоло действительно оправдывали название «Сад души». Они располагались на двух уровнях и представляли собой удивительное сочетание английского ландшафтного дизайна XIX века с естественной средиземноморской красотой.

Верхний уровень встретил их геометрически выверенными клумбами, засаженными сезонными цветами. В утреннем свете особенно ярко горели красные герани, жёлтые бархатцы, фиолетовые петунии и белые алиссумы. Между клумб росли пинии, кипарисы и экзотические растения, которые Фрэнсис Рид привёз из своих путешествий по всему миру.

«Рид был не просто садовником», – рассказывал Александр, пока они шли по гравийным дорожкам. – «Он был учёным, экспериментировал с акклиматизацией растений. Видите вон то дерево? Это редкий вид чая, который он пытался вырастить в условиях Средиземноморья».

Они остановились у фонтана с водяными лилиями, где Александр достал из корзинки завтрак. На мраморной скамейке в тени старого кипариса они устроили импровизированный пикник.

«Корнетти ещё тёплые», – сказал он, протягивая ей слоёную выпечку с абрикосовым джемом. – «А это местные персики. Попробуйте – они как нектар».

Анна откусила кусочек персика, и сладкий сок потёк по подбородку. Александр протянул ей салфетку, но вместо этого нежно вытер сок кончиком пальца. От его прикосновения у неё по телу пробежала волна тепла.

«Извините», – тихо сказал он, но не отстранился.

«Всё в порядке», – прошептала она, глядя ему в глаза.

Между ними повисла тишина, наполненная утренним пением птиц и шелестом листвы. Анна поняла, что влюбляется в этого человека – в его страсть к красоте, в его нежность, в то, как он смотрит на мир.

«Пойдёмте на террасу Вагнера», – предложил Александр, поднимаясь. – «Там самый красивый вид».

Они спустились на нижний уровень садов, где располагалась знаменитая терраса, названная в честь великого композитора. В мае 1880 года Рихард Вагнер посетил виллу и был настолько поражён красотой этого места, что нашёл здесь вдохновение для волшебного сада Клингзора в своей опере «Парсифаль».

Терраса буквально висела над пропастью, создавая ощущение полёта над морем. Внизу, на глубине нескольких сотен метров, расстилалось всё Амальфитанское побережье – от Майори до Позитано, а на горизонте синели острова Гали.

«Здесь каждое лето проходит музыкальный фестиваль», – рассказал Александр. – «Ставят сцену прямо на этой террасе, и музыка звучит над морем. Представляете, как это должно быть прекрасно?»

Анна представила: вечерний концерт под звёздным небом, оперные арии, летящие над водой, огни далёких городков, мерцающие внизу.

«Вы любите оперу?» – спросила она.

«Раньше не очень. Но после работы в Милане, после реставрации театра Ла Скала… Понимаете, когда своими руками восстанавливаешь места, где звучала великая музыка, начинаешь чувствовать её по-другому».

«А что вы реставрировали в Ла Скала?»

«Фрески в фойе и лепнину в ложах. Месяцы работы с золотом и мрамором XVIII века. Каждый завиток, каждый листочек в орнаменте создавался мастером, который понимал, что его работа будет жить веками».

В его голосе была такая страсть, что Анна поняла – архитектура для него не просто профессия, а призвание.

«И вы никогда не жалели о выборе профессии?»

Александр задумался, глядя на море. «Жалел. Особенно когда понимал, что жертвую личной жизнью ради карьеры. Или когда видел, как современный мир разрушает то, что пытаешься сохранить. Но здесь, на Амальфитанском побережье, я вспомнил, зачем начинал».

«А зачем?»

«Чтобы сохранять красоту для будущих поколений. Чтобы через сто лет люди тоже могли стоять на этой террасе и чувствовать то же, что чувствуем мы сейчас».

Анна посмотрела на него с новым пониманием. В его словах была не только профессиональная гордость, но и глубокая философия жизни.

Они медленно обошли всю террасу, останавливаясь у каждого поворота, чтобы полюбоваться новым ракурсом пейзажа. В одном углу росла старая глициния, чьи фиолетовые гроздья свисали почти до самого края террасы. В другом месте была устроена небольшая ротонда с каменными скамейками.

«Знаете, что мне нравится в итальянских садах?» – сказал Александр, когда они сели отдохнуть.

«Что?»

«Они созданы не только для красоты, но и для размышлений. Каждый поворот дорожки, каждая скамейка расположены так, чтобы человек мог остановиться и подумать о жизни».

«А о чём вы думаете сейчас?»

Он повернулся к ней, и в его серых глазах она увидела нечто, от чего сердце забилось быстрее.

«О том, что некоторые встречи меняют всё. О том, что красота становится ещё прекраснее, когда есть с кем её разделить. И о том, что я очень рад, что мы познакомились».

Анна почувствовала, как щёки заливает румянец. «Я тоже рада».

«Анна», – тихо сказал он, и в его голосе была такая нежность, что у неё перехватило дыхание.

«Да?»

«Можно я вас поцелую?»

Вместо ответа она приблизилась к нему. Их губы встретились в нежном, осторожном поцелуе, полном сдержанной страсти. Вокруг них цвели цветы, шумело море внизу, а утреннее солнце согревало лица. Это был тот самый момент, который она будет помнить всю жизнь – первый поцелуй в садах виллы Руфоло, под небом Равелло, с мужчиной, который заставил её поверить в любовь снова.

Когда они разомкнули губы, Александр прижал её голову к своему плечу.

«Questo è il paradiso», – прошептал он по-итальянски. – «Это рай».

И Анна не могла с ним не согласиться.

Глава 6: Тайны волн у грота

Утром после волшебного дня в Равелло Анна проснулась с легким сердцем и предвкушением новых открытий. За окном виллы плескалось спокойное море, а воздух был наполнен ароматом лимонных деревьев и морской соли. Александр позвонил рано, когда солнце только начинало подниматься над горизонтом.

«Buongiorno, bella mia», – его голос звучал особенно тепло после вчерашнего поцелуя в садах виллы Руфоло. – «У меня есть сюрприз. Как насчет морской прогулки к одному очень особенному месту?»

Анна улыбнулась, чувствуя, как щеки заливает румянец при воспоминании о его губах на своих. «Какому месту?»

«Изумрудному гроту. Это одно из самых волшебных мест на побережье. Сегодня идеальные условия – море спокойное, солнце не слишком яркое. Встретимся в гавани Амальфи через час?»

Через час они встретились у Marina Grande – главного причала Амальфи, где покачивались на волнах разноцветные рыбацкие лодки и современные катера для туристических прогулок. Александр уже договорился с капитаном Луиджи, пожилым рыбаком с загорелым лицом и добрыми глазами, который всю жизнь водил туристов по прибрежным водам.

«Signor Alessandro, signora Anna!» – приветствовал их капитан, помогая Анне сесть в традиционную деревянную лодку гоццо с высоко поднятым носом. – «Сегодня прекрасный день для Grotta dello Smeraldo! Море спокойное, как зеркало».

Лодка медленно отошла от причала, и перед ними открылся вид на Амальфи с моря. Белые дома карабкались по склонам, а над ними возвышался собор Святого Андрея с его полосатым фасадом и колокольней, украшенной цветной майоликой. Анна достала фотоаппарат, но поняла, что никакой снимок не передаст той красоты, которая окружала их.

«Видите, как меняется цвет воды?» – показал Александр за борт. – «Здесь она темно-синяя, глубокая, а дальше станет бирюзовой, потом изумрудной».

Капитан Луиджи провел лодку вдоль побережья, рассказывая истории о каждом мысе и заливе. Они проплыли мимо Атрани – самого маленького города Италии, зажатого между скалами, мимо Конка дей Марини с его старинными башнями, построенными для защиты от сарацинских пиратов.

«А вон там», – показал капитан на живописный фьорд, врезавшийся в скалы, – «Фьордо ди Фуроре. Говорят, что когда-то там жили рыбаки, которые прятались от налетов пиратов. А теперь там один из самых фотографируемых пляжей в мире».

Александр сидел рядом с Анной, его рука лежала поверх её руки на борту лодки. Легкий морской бриз играл в её волосах, а солнце окрашивало кожу в золотистый оттенок.

«Расскажите мне о своей семье», – попросил он, когда лодка вошла в более спокойные воды.

Анна задумалась. «У меня небольшая семья. Мама работает в музее, папа – инженер. Живут в Петербурге. Они познакомились в Эрмитаже – мама была экскурсоводом, а папа пришел туда на выставку техники. Очень романтично, правда?»

«А вы? Унаследовали мамину любовь к искусству?»

«Наверное. Мне всегда нравилось слушать её рассказы о картинах, о художниках, о том, какие истории стоят за каждым полотном. Может быть, поэтому и стала журналистом – хотела рассказывать истории людей».

«А что с Максимом? Извините, если это болезненная тема».

Анна посмотрела на воду, переливающуюся всеми оттенками синего. «Мы познакомились на работе. Он был фотографом в нашем журнале. Яркий, амбициозный, всегда знал, чего хочет. Я влюбилась в его уверенность, в то, как он смотрел на мир через объектив. Пять лет мы были вместе, планировали свадьбу».

«Что произошло?»

«Света. Моя лучшая подруга с университета. Оказалось, они встречаются уже полгода. Я узнала случайно – увидела их в кафе, где мы с Максимом часто бывали. Они целовались, смеялись, выглядели… счастливыми».

Александр сжал её руку. «Мне жаль».

«Знаете, что больше всего больно? Не то, что он меня бросил. А то, что полгода я жила в обмане. Каждый день говорила ему о любви, строила планы, а он уже был с другой. Это заставляет сомневаться во всем – в своей интуиции, в способности понимать людей».

Капитан Луиджи крикнул с носа лодки: «Ecco! Grotta dello Smeraldo!»

Перед ними открылся вход в знаменитый Изумрудный грот – небольшое отверстие в скале, едва заметное с моря. Луиджи остановил мотор и взял весла.

«Теперь мы входим в волшебный мир», – сказал он, осторожно направляя лодку к входу.

Анна инстинктивно пригнулась, когда каменный свод грота оказался совсем рядом. И вдруг их окружила невероятная красота. Вода в гроте светилась изумрудно-зеленым светом, словно подсвеченная изнутри. Свет проникал через подводную щель, создавая мистическое сияние, которое отражалось от сводов пещеры.

«Мадонна мио», – прошептала Анна, не в силах поверить своим глазам.

«Этот грот был открыт только в 1932 году местным рыбаком», – рассказал Луиджи, медленно гребя по изумрудной воде. – «Но легенды о нем существовали веками. Говорили, что здесь живут морские нимфы».

Стены грота были украшены сталактитами и сталагмитами, некоторые из которых достигали высоты десяти метров. Вода была настолько прозрачной, что на глубине четырех метров была видна керамическая рождественская сцена – подводный вертеп, установленный здесь в 1956 году.

«Ученые говорят, что когда-то, тысячи лет назад, этот грот был над уровнем моря», – объяснил Александр. – «Капли воды, падавшие с потолка, создали эти удивительные формы. А потом море поднялось и затопило пещеру».

«Это как метафора жизни», – тихо сказала Анна. – «Красота рождается из времени и терпения. И иногда то, что казалось потерянным, становится еще прекраснее».

Они медленно плыли по гроту, и Александр начал рассказывать свою историю.

«Моя семья жила в Петербурге», – начал он. – «Папа был архитектором, мама – искусствоведом. Они встретились во время реставрации Зимнего дворца. Я вырос среди книг об искусстве, чертежей, разговоров о красоте и гармонии».

«А почему уехали в Италию?»

Александр помолчал, глядя на изумрудную воду. «После развода родителей мне хотелось начать все сначала. В Италии архитектура живая – здесь можно коснуться руками истории, работать с материалами, которые создавали великие мастера прошлого. В Петербурге все казалось музейным, застывшим».

«А Кристина?»

«Мы познакомились в Милане. Она была яркой, амбициозной, знала, чего хочет от жизни. Мы работали вместе над реставрацией Ла Скала. Два года были счастливы, планировали пожениться. А потом ей предложили работу в Нью-Йорке».

«И она выбрала карьеру?»

«Она сказала, что не может упустить такую возможность. Что наши отношения не должны ограничивать её профессиональный рост. Я предложил поехать с ней, но она ответила, что хочет попробовать жить самостоятельно. Была еще Кьяра, но об этом я пока не могу говорить…».

Анна повернулась к нему: «Это больно – когда понимаешь, что для близкого человека ты не главное в жизни».

«Да. Особенно когда сам готов был изменить все ради этого человека».

Капитан Луиджи остановил лодку в самом центре грота, где свет был особенно ярким. Вокруг них плескалась изумрудная вода, а своды пещеры создавали ощущение нахождения в подводном храме.

«Знаете, что мне нравится в этом месте?» – сказал Александр, глядя на отражение света в воде. – «Здесь время остановилось. Тысячи лет этот грот существует без изменений, а люди приплывают сюда и уплывают».

«А что чувствуете вы?» – спросила Анна.

«С вами – покой. Впервые за долгое время я не думаю о прошлом и не беспокоюсь о будущем. Есть только этот момент, эта красота и вы рядом».

Анна почувствовала, как сердце забилось быстрее. В изумрудном свете грота лицо Александра казалось еще более красивым, а его серые глаза отражали зеленоватый оттенок воды.

«Александр», – тихо сказала она.

«Да?»

«Мне страшно снова доверять. После Максима я думала, что больше никому не поверю».

«А сейчас?»

«Сейчас… сейчас хочется попробовать».

Он осторожно взял её лицо в ладони. «Анна, я не хочу причинить вам боль. Но и не могу сказать, что со мной будет завтра. Единственное, что знаю точно – с вами я чувствую себя живым».

«Этого достаточно для начала», – прошептала она.

Их губы встретились в нежном поцелуе, а вокруг плескалась изумрудная вода, отражая свет, проникающий из подводной щели. Это был поцелуй надежды, обещания попробовать снова, поверить в возможность быть счастливыми.

Капитан Луиджи деликатно откашлялся: «Scusate, но нам пора возвращаться. Скоро прибудут туристические катера».

По пути обратно в Амальфи они сидели, тесно прижавшись друг к другу. Море было спокойным, солнце согревало лица, а впереди виднелось белокаменное побережье.

«Что дальше?» – спросила Анна, когда показались крыши Амальфи.

«Дальше мы увидим», – ответил Александр. – «Но сегодня вечером я хотел бы пригласить вас на ужин в особенное место. В Позитано есть ресторан с видом на море, где подают лучший лимончелло на побережье».

«Лимончелло?»

«Местный ликер из лимонов. Говорят, что его нужно пить в правильной компании, в правильном месте, в правильное время».

«А сегодня правильное время?»

Александр посмотрел на неё с нежностью: «С вами любое время правильное».

Когда они вернулись в гавань, солнце уже клонилось к закату. Капитан Луиджи помог им сойти на берег и сказал с улыбкой:

«Grazie, signori. Было приятно видеть, как любовь рождается в Изумрудном гроту. Это к счастью».

Анна покраснела, но не стала возражать. В её сердце действительно что-то менялось, как вода в гроте меняла цвет от падающего света.

Они медленно поднялись по ступенькам от гавани к центру Амальфи, держась за руки. Впереди их ждал вечер в Позитано, ужин с видом на море и первый глоток лимончелло – солнечного напитка, который, как говорили местные жители, открывает сердце для любви.

А пока они шли по узким улочкам Амальфи мимо магазинчиков с лимонной керамикой и ароматных траттория, оба понимали, что их история только начинается. И, возможно, она станет такой же красивой и неожиданной, как изумрудный свет в подводном гроте, куда они только что вернулись с новыми чувствами и надеждой на завтрашний день.

Глава 7: Вкус лимончелло

Вечернее солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая небо над Позитано в нежные розовые и золотистые тона. Анна стояла на террасе своей виллы, наблюдая, как далеко внизу в заливе покачиваются белые яхты, а на склонах гор зажигаются первые огоньки в окнах домов. Она надела лёгкое шёлковое платье цвета морской волны, которое купила в одном из бутиков Амальфи, и изящные сандалии на невысоком каблуке.

Александр пригласил её на ужин в ресторан Terrazza Cele в самом сердце Позитано, который, по его словам, славился не только превосходной кухней, но и одним из самых романтичных видов на всём побережье. От одной мысли об этом вечере у неё учащалось сердцебиение. После волшебного дня в Изумрудном гроту что-то изменилось в их отношениях – появилась та особенная близость, которая рождается, когда два человека начинают доверять друг другу.

Звонок в дверь прервал её размышления. Александр стоял на пороге в светлом льняном костюме, а в руках держал букет белых роз, смешанных с веточками средиземноморских трав – розмарином и лавандой.

«Вы выглядите потрясающе», – сказал он, любуясь тем, как вечерний свет играет в её волосах. – «Этот цвет вам очень идёт».

«Спасибо», – Анна приняла цветы, вдыхая их аромат. – «А вы выглядите как настоящий итальянец».

Они спустились по извилистым ступенькам Via del Saracino, главной артерии Позитано, которая змеилась между разноцветными домами, спускаясь к морю. Вечерний город преображался – включалась подсветка, на террасах ресторанов зажигались свечи, а в воздухе витали ароматы готовящейся еды: базилика, чеснока, свежеиспечённого хлеба.

«Позитано в это время дня особенно прекрасен», – сказал Александр, когда они остановились у одного из поворотов, чтобы полюбоваться видом. – «Местные жители называют этот час 'l'ora blu' – синий час, когда небо становится глубокого синего цвета, а море отражает последние лучи солнца».

Действительно, небо над ними приобретало насыщенный синий оттенок, а город внизу сиял тысячами огней, создавая сказочную картину. Анна достала телефон, чтобы сделать снимок, но Александр мягко опустил её руку.

«Некоторые моменты лучше запоминать сердцем», – тихо сказал он.

Ресторан Terrazza Cele располагался на одной из самых высоких точек города, откуда открывался панорамный вид на весь залив. Их встретил метрдотель Карло, элегантный мужчина средних лет с безупречными манерами.

«Signor Alessandro, signora Anna, benvenuti!» – приветствовал он их. – «Ваш столик готов. Сегодня особенно прекрасный вечер для ужина на террасе».

Их провели к столику у самого края террасы, где были расставлены кованые кресла с мягкими подушками и накрыт стол с белоснежной скатертью. На столе горели свечи в старинных серебряных подсвечниках, а рядом стояла небольшая вазочка с белыми гардениями.

«Мадонна мио», – прошептала Анна, садясь и любуясь открывшимся видом.

Под ними расстилался весь Позитано – цветные домики карабкались по склону, словно драгоценные камни на зелёном бархате растительности. Далеко внизу плескалось Тирренское море, а на горизонте виднелись силуэты островов Ли Галли, окутанные вечерней дымкой. Справа возвышалась церковь Санта-Мария-Ассунта с её знаменитым майоликовым куполом, а слева тянулась цепочка огней вдоль побережья до самого Амальфи.

«Это место особенное для меня», – признался Александр. – «Именно здесь я впервые понял, что такое итальянская красота. Не только архитектурная, но и человеческая – то, как люди здесь умеют наслаждаться жизнью».

Официант Марко, молодой человек с весёлым лицом и живыми глазами, принёс им меню и рассказал о специалитетах вечера.

«Сегодня у нас особенно свежие дары моря», – сказал он на хорошем английском языке. – «Утром рыбаки привезли сибаса и дораду из залива Салерно, а также отличных лангустинов и морских гребешков. Могу порекомендовать наше фирменное блюдо – лингвини алло скольо с микс морепродуктов».

«А что такое 'алло скольо'?» – заинтересовалась Анна.

«Это значит 'к скале'», – объяснил Александр. – «Традиционный способ приготовления пасты с морепродуктами, который изобрели местные рыбаки. Они готовили пасту прямо на лодках, на каменных плитах».

Они заказали крудо из сибаса с лимоном и оливковым маслом в качестве закуски, лингвини с морепродуктами как основное блюдо и бутылку белого вина Фиано ди Авеллино – местного сорта, который, как объяснил сомелье, идеально сочетается с морепродуктами благодаря своей свежести и минеральности.

Пока готовилась еда, они потягивали вино и любовались постепенно темнеющим небом. Первые звёзды начали появляться над горизонтом, а город внизу сиял всё ярче.

«Расскажите мне о своих мечтах», – попросил Александр, наклоняясь ближе через стол. – «О том, чего вы действительно хотите от жизни».

Анна задумалась, покручивая в пальцах ножку бокала. «Знаете, после разрыва с Максимом я думала, что больше никогда не смогу доверять. Но здесь, на побережье, я понимаю, что хочу жить полно. Хочу писать о красоте, о местах, которые трогают душу, о людях, которые следуют своей страсти».

«А личная жизнь?»

«Мне хочется найти человека, с которым можно быть собой. Без масок, без попыток казаться лучше, чем ты есть на самом деле. Хочется простой, искренней близости».

В этот момент принесли закуску. Тонкие ломтики сибаса были выложены на белой тарелке, сбрызнуты лучшим оливковым маслом первого отжима и лимонным соком, посыпаны морской солью и мелко нарезанными каперсами. К рыбе подали хрустящие гренки из домашнего хлеба.

«Попробуйте», – предложил Александр.

Анна отправила в рот кусочек рыбы, и её глаза расширились от удивления. Сибас буквально таял во рту, его нежный вкус идеально оттенялся кислинкой лимона и пряностью оливкового масла.

«Это невероятно», – призналась она. – «Как будто пробую океан».

«Итальянцы говорят: 'Il mare in bocca' – море во рту. Секрет не только в свежести рыбы, но и в том, что её не портят излишними специями. Главное – качество продуктов».

Основное блюдо превзошло все ожидания. Лингвини были приготовлены al dente, а соус из морепродуктов источал аромат моря и свежих трав. В тарелке были мидии, креветки, морские гребешки и кальмары, приготовленные в белом вине с помидорами черри, чесноком и петрушкой.

«Каждый кусочек – как маленькая история моря», – сказала Анна, наслаждаясь сочетанием вкусов.

«А что ваши мечты?» – спросила она, в свою очередь.

Александр помолчал, отпивая вино. «Я хочу найти баланс. В Милане я был успешным, но несчастным. Работал по шестнадцать часов в день, забывал есть, не видел друзей месяцами. После разрыва с Кристиной понял, что успех ничего не значит, если не с кем его разделить».

«И что собираетесь делать?»

«Не знаю пока. Может быть, открою собственную мастерскую здесь, на побережье. Буду заниматься реставрацией местных памятников, но в более спокойном темпе. А может быть, попробую себя в преподавании – передавать знания молодым архитекторам».

Когда они закончили с основным блюдом, официант принёс десертную карту, но Александр остановил его жестом.

«Марко, принесите нам лучший лимончелло, какой у вас есть. И расскажите сеньоре его историю».

Марко улыбнулся: «Конечно, signore. У нас есть лимончелло, который делает синьора Джованна, хозяйка маленькой лимонной рощи в горах над Позитано. Она использует сорт лимонов 'Овал Сорренто' с защищённым географическим названием. Эти лимоны особенные – у них очень толстая кожура, богатая эфирными маслами».

Он принёс две маленькие рюмочки из цветного стекла и бутылочку лимончелло, покрытую конденсатом от холода. Ликёр был ярко-жёлтого цвета, почти светящегося в свете свечей.

«Лимончелло нужно пить очень холодным», – объяснил Марко. – «В маленьких глотках, после еды, для пищеварения. Но главное – пить в хорошей компании».

Он наполнил рюмки и отошёл, оставив их наедине. Александр поднял рюмку:

«За встречи, которые меняют жизнь. За красоту, которую мы делим друг с другом. И за то, что иногда самые лучшие вещи происходят тогда, когда мы их не ждём».

Они чокнулись, и хрустальный звон рюмок повис в воздухе. Анна сделала небольшой глоток и почувствовала, как ликёр обжигает губы сладостью и свежестью одновременно. Вкус был насыщенным и сложным – сначала сладость, потом яркая лимонная кислинка, а в конце приятное тепло спирта.

«Это как концентрированное солнце», – сказала она, закрывая глаза.

«Местные жители говорят, что лимончелло – это душа Амальфитанского побережья в бутылке», – ответил Александр. – «В каждом глотке – солнце, море, ветер, который качает лимонные деревья».

Они сидели в комфортном молчании, потягивая ликёр и любуясь ночным видом. Позитано сиял внизу, словно россыпь драгоценных камней на чёрном бархате, а море отражало лунную дорожку.

«Анна», – тихо сказал Александр.

«Да?»

«Я хочу, чтобы вы знали… с вами я чувствую то, чего не чувствовал годами. Покой. Радость. Желание делиться каждым моментом».

Она посмотрела на него, и в его глазах увидела такую искренность, что сердце сжалось от нежности.

«Я тоже это чувствую», – призналась она. – «И это пугает меня. Потому что я не хочу снова ошибиться».

«А что если мы не будем думать о прошлом и будущем? Что если будем просто жить этим моментом?»

Он протянул руку через стол, и она вложила свою ладонь в его. Его пальцы были тёплыми и сильными, а прикосновение посылало волны тепла по всему её телу.

«Хотите прогуляться по пляжу?» – предложил он. – «Луна сегодня полная, и говорят, что лунная дорожка на воде приносит удачу влюблённым».

Они спустились по крутым ступенькам к пляжу Спьяджа Гранде. Ночной Позитано выглядел совершенно по-другому – загадочно и романтично. Огни в домах создавали уютную атмосферу, а звук прибоя успокаивал и расслаблял.

Анна сняла сандалии и пошла босиком по прохладному песку. Вода была тёплой и ласковой, мягко омывала ноги. Александр шёл рядом, засучив брюки, и их пальцы переплетались естественно и нежно.

«Знаете, что мне нравится в итальянцах?» – сказала она, останавливаясь и поворачиваясь к морю.

«Что?»

«Они умеют наслаждаться простыми вещами. Хорошей едой, красивым видом, обществом близкого человека. Не гонятся за какими-то абстрактными целями, а ценят то, что есть здесь и сейчас».

«Может быть, нам стоит у них поучиться?»

Они остановились у самой кромки воды. Луна висела прямо над морем, создавая серебристую дорожку на тёмной воде. Волны мягко накатывали на берег, и каждая приносила новые блики лунного света.

«Анна», – сказал Александр, поворачиваясь к ней.

«Да?»

«Можно я скажу то, что чувствую?»

Сердце её забилось быстрее. «Скажите».

«Я влюбляюсь в вас. Не знаю, как это произошло, но с каждым днём, с каждым часом, проведённым вместе, я понимаю, что вы становитесь для меня всё важнее. И я знаю, что мы оба боимся снова доверить своё сердце, но».

Она подняла руку и мягко коснулась его губ пальцами.

«Не нужно слов», – шепнула она. – «Я тоже это чувствую».

Он наклонился и поцеловал её, сначала нежно, потом всё страстнее. Его губы были мягкими и тёплыми, а его руки крепко держали её за талию. Анна чувствовала, как весь мир исчезает – остались только они двое, звук волн, лунный свет и это невероятное ощущение полного растворения друг в друге.

Когда они разомкнули губы, Анна прижалась лбом к его лбу.

«Что теперь?» – прошептала она.

«Теперь мы идём туда, куда ведёт нас сердце», – ответил он. – «Один день за раз, один момент за раз».

Они медленно пошли обратно по берегу, держась за руки и время от времени останавливаясь для поцелуев. Ночной воздух был наполнен ароматами жасмина и морской соли, а в душе у каждого из них зарождалось то особенное чувство, которое бывает только раз в жизни – чувство настоящей, глубокой, всепоглощающей любви.

Когда они поднялись обратно к ресторану, чтобы забрать сумочку Анны, метрдотель Карло улыбнулся им с особенной теплотой.

«Надеюсь, вечер прошёл хорошо?» – спросил он.

«Это был идеальный вечер», – ответила Анна, сияя от счастья.

«Тогда позвольте предложить вам комплимент от заведения», – сказал Карло и принёс маленькую бутылочку домашнего лимончелло. – «Чтобы этот вечер остался в памяти надолго».

Они поблагодарили его и медленно поднялись по ступенькам к выходу из ресторана. Ночь была тёплой и звёздной, а впереди их ждали новые открытия, новые чувства и, возможно, новая жизнь, построенная на взаимном доверии и любви.

Вкус лимончелло ещё долго оставался на губах, напоминая о том волшебном вечере, когда два сердца, наконец, нашли друг друга под звёздным небом Позитано.

Глава 8: Тени прошлого в Помпеях

Утреннее солнце уже поднималось над Везувием, когда Александр и Анна сели в поезд на станции Сорренто Чирикумвезувиана. Дорога в Помпеи заняла всего сорок минут, но Анна чувствовала необъяснимое волнение. Что-то в предстоящем посещении древнего города, погребенного под пеплом две тысячи лет назад, отзывалось болью в её сердце.

Александр заметил её молчание и осторожно взял за руку. «Всё в порядке? Вы выглядите задумчивой».

«Просто думаю о том, как внезапно может измениться жизнь», – ответила она, глядя в окно на проплывающие мимо лимонные рощи. «Вчера ты живёшь обычной жизнью, строишь планы, а завтра».

«Завтра может быть лучше, чем ты думаешь», – мягко сказал он. «Помпеи – это не только история о разрушении. Это история о том, как красота переживает катастрофы».

На станции Помпеи их встретили толпы туристов и продавцы сувениров. Александр купил билеты, и они вошли через главный вход Порта Марина в археологический парк. Анна сразу почувствовала особую атмосферу этого места – словно время здесь остановилось в самый трагический момент истории.

Первым делом они направились к Форуму – центру древнего города. Огромная прямоугольная площадь размером 157 на 38 метров была окружена руинами колоннад и общественных зданий. Анна остановилась посреди площади, представляя, как две тысячи лет назад здесь кипела жизнь – торговцы выкрикивали цены, политики произносили речи, люди встречались и расходились по своим делам.

«Эта площадь могла вместить всё население Помпей», – рассказал Александр. «Около двенадцати тысяч человек. Представляете, какой шум здесь стоял в базарные дни?»

В северной части Форума возвышались руины Храма Юпитера на трёхметровом подиуме. От былого величия остались только основание и несколько колонн, но даже в руинах храм производил впечатление монументальности.

Они медленно обошли Форум, заглядывая в остатки Базилики – древнего здания суда. Базилика поражала размерами: 55 на 25 метров, с центральным нефом, окружённым 28 коринфскими колоннами высотой около десяти метров. Стены были украшены двумя ярусами полуколонн, а на сохранившихся фрагментах штукатурки виднелись следы древних граффити.

«Посмотрите на эту надпись», – показал Александр на одну из стен. Анна прочитала слова на латыни, которые он перевёл: «О, стена, удивляюсь, как ты до сих пор не рухнула под тяжестью такого количества надписей».

«Даже две тысячи лет назад люди жаловались на граффити», – улыбнулась Анна, но улыбка получилась грустной.

От Форума они направились к Храму Аполлона – одному из старейших религиозных сооружений города. Храм датировался VI веком до нашей эры, и от его величественной колоннады из 28 стройных колонн сохранились только две. В центре святилища стоял алтарь, а в нишах сохранились фрески со сценами из Илиады.

«Этот храм видел рождение и смерть десятков поколений», – тихо сказал Александр. «А потом в один день всё закончилось».

Анна остановилась возле одной из уцелевших колонн и прислонилась к древнему камню. Внезапно на неё нахлынули воспоминания о том дне, когда её мир тоже рухнул в одно мгновение. Кафе на Патриарших прудах, где она увидела Максима со Светой. Их смех, их поцелуи, их счастливые лица. И её собственное ощущение, что земля уходит из-под ног.

«Анна, что случилось?» – обеспокоенно спросил Александр, заметив, что она побледнела.

«Ничего, просто». – она попыталась взять себя в руки, но слёзы предательски подступили к глазам. «Извините, это глупо. Просто это место заставляет думать о том, как быстро может всё измениться».

Александр обнял её за плечи. «Хотите рассказать?»

Они сели на каменную скамейку в тени древних стен. Анна долго молчала, собираясь с мыслями, а потом начала говорить:

«Пять лет назад я думала, что знаю, какой будет моя жизнь. Максим и я планировали свадьбу, покупали квартиру, мечтали о детях. А потом в один день я поняла, что полгода жила в обмане. Он встречался с моей лучшей подругой, а я ничего не замечала».

«Это больно», – сочувственно сказал Александр.

«Знаете, что хуже всего? Не то, что он меня бросил. А то, что я потеряла веру в себя. В свою способность понимать людей, чувствовать ложь. Я журналист, должна уметь читать между строк, а собственного жениха не разгадала».

Александр взял её руку в свои. «А может быть, вы просто доверяли? Разве это плохо?»

«Плохо, когда доверие делает тебя слепой».

Они поднялись и медленно пошли дальше по древним улицам. Помпеи поражали сохранностью – здесь можно было увидеть не только общественные здания, но и частные дома со всеми деталями быта. Они зашли в Дом Фавна – самый большой частный дом в Помпеях, принадлежавший богатой семье. В атриуме стояла копия бронзовой статуэтки танцующего фавна, давшей дому название.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.