Цин
Попробуй выбрать сторону сам

Глава 1

Быть обособленной от школы, заниматься работой самостоятельно, будучи необремененной обязательствами перед кем-то и обязательной отчетностью перед ними, но при этом все ещё являться приближенной к власти одной из школ совершенствующихся… да, именно так можно охарактеризовать статус Цин Юи. И сейчас по какой-то неизвестной ей причине четверо молодых людей во всем черном конвоем вели закоулками по центральной части города к зданию надзорного пункта.

Заведя девушку в одну из комнат, предложили присесть за стол. Она повиновалась и осмотрелась. В комнате было всего два стула напротив друг друга через стол, дверь – и больше ничего.

Не успела она предположить, по какой причине ее сюда привели, в комнату вошел мужчина. Его черные как смоль брови и волосы, волевой подбородок, высокий рост и выправка… он был красив. А ещё, судя по украшениям в волосах, он был не последним человеком в своей школе. Собственно, как и девушка перед ним в своей. Так почему он осмелился привести ее так, а не явиться на встречу самостоятельно? К тому же они были знакомы так давно, что это все было необязательно.

– Дева Цин, спасибо, что приняли приглашение.

Его голос – низкий, глубокий. От девиц у него никогда не было отбоя. Хотя возможно он уже женат – она не узнавала. Таких обычно разбирают еще на стадии формирования золотого ядра.

– Вы уводите меня конвоем без права выбора, словно я заключенная. В чем дело, господин Тан?

Ходили слухи, что он холодный деспот, что способен замучить свою жертву, если ему требуется информация или просто станет скучно. Дева Цин привыкла не доверять слухам, потому и предвзятого отношения у нее не было к этому мужчине.

– Так и зачем я понадобилась господину Тан?

– Дева Цин, что вы знаете о целебных пилюлях?

Она даже слегка улыбнулась от нелепости его вопроса.

– Что я знаю о них? Может быть вы поставите вопрос чуточку конкретнее?

– Вы правы, – он задумался, видимо формулируя вопрос, – слышали ли вы об отравлениях в городе? Говорят, что это ваши пилюли.

– Ложь, – спокойно произнесла она, – я веду учет каждой проданной пилюли. Из них не было ни одной, что способна на такое. Если кто-то выдает свой товар за мой… тут я ничего не могу поделать – это ваша работа.

Ей хотелось язвить и выплескивать яд на этого мужчину, когда он обвинял ее в том, чего она не совершала, когда оскорбляли ее труд и ставили под сомнение честность деятельности.

– Находить преступников и наказывать их и правда предстоит мне. Но я пригласил вас на разговор, чтобы попросить о помощи.

– И какая мне с этого выгода? – вскинула Цин брови.

Не то что бы она была жадной до денег или славы, но и помогать просто так не собиралась. К тому же когда к лекарю обращается глава стражи Империи… что-то серьезное происходит, и с этого грех не вынести выгоду.

– Чего бы вы хотели?

– Без понимания рода и объема помощи, я не могу назвать свою цену. Возможно у вас есть предложения?

– Есть. Мы с вами посетим госпиталь, а вы посмотрите на тела. Уже на этой основе будете решать – помогать или нет и какую цену возьмете.

Цин нравилась его рациональность. Согласившись на условия мужчины, девушка отправилась следом за ним. Тан Юн… правая рука главы школы Тан, теневой игрок на доске с го. О нем практически ничего неизвестно. Никто не знает, сколько ему точно лет, как попал на эту должность и в чем именно состоит его работа. А уж говорить о том, кто в его личном подчинении и сколько этих людей…

Темные коридоры подвала, словно в темницу спустились. Господин Тан взял в руки факел и пошел чуть впереди, освещая путь. Задавать вопрос, почему они не в госпитале, а в каких-то пещерах, смысла не было. Цин не глупа и знала о работе теневой службы. Пару раз в прошлом ей приходилось с ними очень тесно сотрудничать. Благо, ей удалось уговорить главу школы отстранить от дел.

– Не зададите ни одного вопроса?

– Какое вино вы предпочитаете?

Цин услышала как сбился ритм его шага. Очевидно, он не ожидал подобного вопроса в сложившейся ситуации.

– Вы вероятно издеваетесь, дева Цин.

– Ни в коем случае. Просто раз уж вы хотите от меня вопрос, я задам тот, что мог бы быть мне полезен.

– Грушевое. Почему вы не спрашиваете, где мы?

– Потому что если это не госпиталь, значит дело слишком серьезно, чтобы за него брались обычные лекари. Не слишком ли это очевидно, господин Тан?

– Вы умны, – коротко произнес он, – и взбалмошны. Это сыграет с вами злую шутку. Будет чудо, если кто-то вас сможет спасти.

– Ну так будьте рядом и спасите Вы.

Как же ей нравилось смущать взрослых и серьезных мужчин! Это было слишком прекрасно. Да, о деве Цин ходит недобрая молва – словно она делит постель со многими, но это не так. Она дева во всех смыслах. Да, в двадцать два все еще дева, но она не согласна на политический брак, пусть на это ее пытались склонить на протяжении шести лет. Признаться, глава школы Цин до сих пор пытается это сделать периодически. И с каждым разом его аргументы становятся все более убедительными.

Тем не менее, никто не смел приставать к ней или же говорить недоброе в глаза.

– Вы готовы? – остановился около деревянной двери мужчина.

Цин спокойно кивнула. Юн открыл дверь, и они вошли в небольшое холодное помещение, освещенное лучше коридора, но все же не так хорошо.

Сняв материю с первого мертвеца, внимательно осматривала, подсвечивая огненным талисманом в своей руке. Его уже вскрыли без нее. Это плохо. Могли повредить что-нибудь. И обязательно повредили. Второй, третий…

– Здесь есть хоть один нетронутый? – не заметив, что ее тон звучит слишком уж раздраженно, продолжила осмотр.

– Увы. Только эти.

– Они не дадут никакой информации. Мне нужен нетронутый, чтобы что-то сказать.

– Ждем новое отравление со дня на день.

– Как только будет – тогда и обсудим наше сотрудничество.

Цин уже собиралась уходить, но заметила на одном из тел странную отметину. Подойдя ближе, собрала на кончике пальца ци и влила в темное пятно. Гематома, словно змея, пыталась уйти от влияния энергии девушки. Ее глаза загорелись. Это что-то новенькое!

– Интересно, – задумчиво произнесла она.

Господин Тан молчал, а она снова обходила трупы. У каждого была отметина подобного рода.

– Очень надеюсь, что материал для исследований будет совсем скоро.

– Я могу задать вопрос?

Она подняла взгляд на мужчину. Его челюсть была плотно сомкнута, но при этом осанка и выправка все также оставались прямыми, не показывая напряжения.

– Если смогу, то отвечу.

– Про вас ходит молва, будто бы вы ставите эксперименты. С жизнью и смертью. Это так?

– Мало ли какие слухи ходят, – пожала она плечами, – о вас тоже немало говорят. Я действительно экспериментирую, но у этого нет цели добиться бессмертия обходными путями или навредить. Исключительно научный интерес.

Мужчина кивнул, но, кажется, не очень поверил.

– Если хотите, найдите время и посетите мою обитель. Я все покажу.

– Зачем вам это?

Пожав плечами, она задумалась. И правда – зачем ей это?

– Наладить доверие. Все же, если я соглашусь, то нам предстоит очень плотное сотрудничество.

А она согласится. Уж слишком интересная энергия была помещена в тела. Ее надо изучить.

– Полагаю, решение уже принято, – все-таки усмехнулся мужчина, – завтра два тела будут доставлены к вам. Первое и последнее. Как только появится новый отравленный – сразу доставим тело к вам.

Приглашая на выход, господин Тан вышел следом с факелом в темный коридор. Мучает ли он жертвы или убивает сразу – все могло быть. Цин не удивилась бы. У каждого есть обязательства, и каждый действует так, как считает нужным. Она не могла его осуждать – за любые из методов. Ее методы также считаются неправильными, а порой и аморальными. И неважно, что потом ее пилюли используют главы всех школ и другие богачи, а за консультациями чуть ли ни сам Император приходит. Конечно, он не приходит, – он вызывает к себе.

С малых лет Цин Юи пришлось привыкать к двойным стандартам, и что некоторым можно делать то, что другим непозволительно. Как ей с Тан Юном: им позволено делать то, о чем другие даже не знают, а если знают, то не смеют мечтать. Если ты не относишься к школе совершенствующихся, то и обучать тебя некому. В этой жизни с Цин словно обручилась сама богиня удачи – не меньше.

Попав в возрасте двух лет в школу Цин, она стала любимицей главы. Ее обучали, развивали и учили как любимую дочку. У главы Цин четверо сыновей – его называли богатым на род. Конечно, ведь мужчина приводит в дом женщину, главенствует в семье. А Цин Юи все четверо невзлюбили, объединившись и сделав козлом отпущения. Если все вокруг звали ее “молодой госпожой Цин”, то эти четверо дразнили никак иначе кроме как “юная наложница Цин”, намекая на то, что ее растят для удовлетворения потребностей четырех сыновей.

Глава Цин был строгим, отчасти даже жестоким, но при этом справедливым. Именно он присматривал за Цин на каждом собрании кланов, не давая фривольным желаниям юных господ вырваться наружу и обрушиться на “дочку”.

Благодаря протекции главы школы ей удалось развить свое золотое ядро достаточно быстро и высоко – и об этом знает только он. Для всех остальных она совершенствующаяся на среднем уровне способностей. Как говорил глава Цин – чем меньше люди знают, тем меньше от тебя ждут. Чем меньше знают, тем больше шансов выжить.

Помимо развития духа ей пришлось развивать и тело. Работать мечом и стрелять из лука она конечно умела, но не любила. Ее руки создают лекарства, а не несут разрушения. Хотя как сказать – уверять в том, что она не вредит, даже она сама не могла. Вред будет всегда, когда проводишь эксперименты.

Выйдя на улицу, где светило яркое солнце, девушка непроизвольно сощурилась. Все же подвалы слишком темны.

– До скорой встречи, дева Цин.

Она успела только склониться в поклоне, пока мужчина скрывался в узких улочках. Ох уж эти загадочные стражи. Никогда не угадаешь, что у них на уме.

Глава 2

Следующие два дня дева Цин была слишком занята крупным заказом на пилюли от кашля для одной из школ совершенствующихся. Работа настолько заняла ее мысли, что она не заметила, как вошел мужчина и некоторое время смотрел на нее. Подняв наконец взгляд, вздрогнула, увидев высокого мужчину с идеальной выправкой. Тепло улыбнувшись, поднялась со своего места, подошла к главе школы Цин и крепко его обняла.

– Здравствуй, отец.

– Здравствуй, А-Цин.

Мужчина очень мягко коснулся своей ладонью ее щеки и погладил большим пальцем.

– Ты просто так или по делу?

– По делу, – вздохнул он, – и тебе оно не понравится.

– Рассказывай уже.

Заваривая чай в глиняный чайничек, ждала, пока глава школы начнет говорить.

– А-Цин, ты уже взрослая девушка – я бы сказал слишком. Тебе пора замуж.

Глава Цин снова начал эту песню о замужестве. Юи старалась дышать ровно.

– Отец, – пыталась она говорить предельно спокойно, хотя рука очень сильно сжимала пиалу, – ты хочешь, чтобы я была несчастна?

– Я хочу заключить выгодный политический брак. Школа, с которой будет заключен союз, сильна и выгодна. Жених благороден…

– Все они такие на словах, – холодно перебила девушка его, – мало знатных сыночков, оставаясь наедине со мной, вели себя неподобающе?

– Этот способен себя сдерживать.

– Я не хочу ничего слышать, – устало вздохнула она, сдаваясь под влиянием отца и своего воспитания, – это твое окончательное решение?

– Да, – твердо произнес мужчина.

– Хорошо, – кивнула она, – тогда я не буду тебе перечить. Ты всегда действовал на благо школы и меня лично.

Поставив на столик пиалы, разлила в них чай и села напротив отца. Он и правда долго терпел ее выходки. Он слишком многое ей позволял и слишком многое дал, потому хватит идти против главы.

– А-Цин? Ты не заболела? – настороженно спросил мужчина, заглядывая в ее глаза.

Посмеиваясь, она помотала головой в разные стороны.

– Да, все в порядке. Просто мне и правда уже немало лет. Позорить школу еще больше нельзя. Выгодный политический брак важен как для нас, так и для второй школы. Кстати, кто? Школа Ван или Сун?

– Почему ты думаешь на них?

– Ну… у них неженатые старшие сыновья – как раз годные для брака. И им было бы это выгодно. Ай, ладно. Не рассказывай. Это неважно. Потом узнаю. Не говори мне до дня, когда об этом узнают все.

– Как пожелаешь, – кивнула мужчина.

На строгом лице выросла легкая улыбка, а морщинка, что залегла между его бровей, разгладилась. Отец успокоился, видя смирение дочери.

– Церемония состоится через два месяца. Я пришлю к тебе портного, что снимет мерки и выслушает твои пожелания. Делай так, как тебе хочется.

Поблагодарив отца, девушка еле заметно вздохнула. Вот и закончится ее свободная и фривольная жизнь.

Не успела догореть одна палочка благовоний, как глава школы Цин поспешил удалиться, сославшись на дела школы. Проводив отца, дева Цин вернулась в свой кабинет и вошла во внутреннюю комнату. В кресле, закинув одну ногу на другую, сидел мужчина в темно-синих, почти черных одеждах, с высокой заколкой в волосах.

– Господин Тан, – поприветствовала она мужчину, слегка склонившись в поклоне, – Вы без предупреждения.

– Дело не требует отлагательств. Новая жертва уже у Вас.

– Вы мне так и не доставили первого и последнего.

– Возникли трудности.

Цин закатила глаза и посмотрела на длинный стол, где под белой простыней лежало тело. Подойдя ближе, сняла тряпку с трупа и увидела отравленного мужчину.

Взяв со стола небольшой кинжал, дева поддела края его одежды и разрезала их вдоль, освобождая себе пространство для работы.

– Вас не смущает вид голого мужчины, дева Цин?

– Передо мной не голый мужчина, а мертвое тело мужчины.

– Живой бы Вас смутил?

– Если бы Вы прямо сейчас разделись, не обещаю, что остались бы без травм, – предупреждающе произнесла она, даже не повернувшись в его сторону.

Если бы Тан сейчас разделся, она бы расценила это как домогательство. Воткнуть в него меч и прокрутить пару раз… да, она бы так поступила. Несмотря на то, что они знали друг друга давненько, и ни разу этот мужчина не позволял себе что-то, что не понравилось бы Юи.

Изучая мужчину, касаясь своей ци его тела, Цин задумчиво наблюдала за реакцией на свои действия.

– Какая прелесть, – усмехнулась она, заинтересованно наблюдая за этим.

– Госпожа Цин! – раздался звонкий девичий голос в торговой комнате.

Раздраженно вздохнув, девушка оторвалась от тела и прошла в лавку.

– Здравствуй, юная госпожа Ли, – вежливо улыбнулась она девушке лет тринадцати, – за чем тебя отправили сегодня?

– У господина отчего-то красные пятна по всему телу… говорят, съел что-то не то.

– Твоему господину пора бы уже ядро взрастить, тогда и уйдут и болезни, и красные пятна, – недовольно ворчала Цин, записывая продажу пяти пилюль от аллергии.

Протянув девчушке мешочек с пилюлями, забрала оплату, закрыла за ней дверь, гася осветительные талисманы, и вернулась во внутреннюю комнату. Тан Юн все также сидел в кресле. Мазнув по нему взглядом, продолжила изучать тело.

– Что можете сказать? Сгорели уже две палочки благовоний, а Вы так ни слова и не проронили.

– А Вам поговорить не с кем?

Воткнув иглу в тело перед собой, дева Цин сцедила немного крови. Это ей пригодится для изучения.

– Дева Цин, – предупреждающе произнес он, – не повезет вашему избраннику с такой своенравной женой.

Конечно Тан Юн слышал разговор – он не мог его не слышать.

– Избранник не мой – за меня его избрали. Потому это будут его проблемы. Не захочет жить со мной – я буду только “за” остаться в том же положении, что и сейчас.

– Неприлично девушке вашего возраста ходить в девах.

– А мужчине вашего возраста? – усмехнулась она.

Да, она не знала, сколько ему точно лет, но была уверена, что он старше нее. Примерно лет на десять. Не может человек его положения, опыта и силы быть слишком молодым.

– Сколько мне лет по-вашему?

Его голова склонилась вправо, облокотившись на руку, стоящую в локте.

– Если я скажу, вы мне честно назовете свой возраст?

– Хорошая сделка. Попробуем. Так сколько мне?

Оторвавшись от трупа, дева Цин внимательно осмотрела мужчину с ног до головы взглядом. Подойдя поближе, наклонилась к его шее, обдавая ее горячим дыханием, чтобы рассмотреть морщины, а потом заглянула в глаза. Тан старался контролировать свое дыхание, которое норовило сбиться. Действия этой взбалмошной девчонки выбивали из ритма. Но он покорно сидел, терпеливо наблюдая за ее действиями. Он и не замечал раньше, как она выросла. Она уже не та маленькая девчонка, что принимала серьезные решения не по возрасту, она была взрослой девой, что точно знала, что делает.

Переведя взгляд, Цин рассматривала морщинки на лбу и под носом. Взяв его ладонь, покрутила в своей руке и отпустила.

– Я бы сказала, что от двадцати восьми до тридцати шести. Склоняюсь к тридцати двум.

– И как вы сделали такой вывод?

– По состоянию кожи, морщин, ну и приблизительно представляя, какие физические нагрузки у вас каждый день. Так сколько вам лет?

– Вы близки. Мне тридцать один.

Усмехнувшись, кивнула. Он назвал свой возраст… ей. С другой стороны – он пробрался с трупом на плече в ее комнаты и просто поджидал. Разве это не слишком?

– Почему глава школы Цин зовет Вас А-Цин?

– Когда отец меня забрал, он рассказывал, что мой смех был похож на колокольчик. Поэтому он дал мне детское имя Цин, чтобы звучало Цин-Цин. Это мне казалось раньше глупым, но теперь – милым. Мое взрослое имя – Юи.

– Как Луна? – задумчиво произнес мужчина.

– Да. Цин Юи.

– Цин-Цин звучит лучше, – усмехнулся мужчина, за что девушка кинула в него сухую чистую тряпку.

Его удивленный взгляд заставил ее рассмеяться.

– Так меня будет звать только отец и муж. Прошу Вас не обрекать себя на мое негодование. Что касается нашего дела, – вернулась она к работе, – мне нужно время.

– Сколько?

– Три дня.

– Я приду к Вам через три дня.

Не успев попрощаться с мужчиной, Цин увидела лишь тень, мелькнувшую в заднюю дверь. Ох уж эти стражи…

Все три дня дева Цин изучала труп, отводя на сон не более двух часов в день. По сути, она могла бы вообще обходиться без сна неделями – ее золотое ядро слишком хорошо развито, но при этом она не так много им пользовалась, как могла бы. Нельзя, чтобы кто-то знал – она следует заветам отца. Он умен и критичен.

Заварив чай, налила его в пиалу и развернулась от стола, чтобы дойти до кресла, в которое планировала сесть. Подняв взгляд на свою цель, слегка дернулась от неожиданности. В кресле сидел Тан Юн – все также строг, красив и хорошо убран. Не то что она…

– Вы спали вообще? – смотря на нее, вместо приветствия спросил он.

– Спала. Господин Тан, не кажется ли Вам, что пробираться в покои незамужней девы не очень-то и прилично?

– Вы лекарь, и это ваш кабинет, а не покои.

– Ошибаетесь, – усмехнулась дева Цин и сделала глоток чая из пиалы, – это мои покои. То, что здесь ещё и кабинет, – всего лишь мое желание.

Тан осмотрелся и понял, что его не обманывают: ширма, шкаф и кровать с балдахином доказывали, что это ее личная комната.

– В таком случае, буду надеяться, что никто не увидит, как я пробираюсь в ваши покои.

Дева Цин старалась сдержать ухмылку. Совсем скоро она станет женой одного из наследных сыночков, будет вынуждена называться госпожой по его фамилии и думать о благополучии его школы.

– Дева Цин, – вывел ее из мыслей мужской голос, – так что вы скажете?

– Скажу, что очень интересно. Потому что по составу в крови жертва выпила пилюлю для поддержания здоровья, но не такие, какие делаю я.

– Чем отличается эта пилюля?

– Она дешевле в изготовлении, но менее надежная. Ее эффект непредсказуем. Чтобы добиться того результата, который имею я, мне пришлось немало перелопатить формулу пилюли. Потому это точно не мои изделия, если вы все ещё меня подозреваете.

– Эффект от этих пилюль может быть… таким? – недоуменно посмотрел Тан на девушку.

– Если добавить ингредиент, который спровоцирует другой – да.

– И вы знаете, что это за ингредиент?

Начальник тайной службы города уже начинал закипать от того, что приходилось вытягивать из девицы каждое слово.

– Я догадываюсь, но не уверена, – задумалась Цин, – мне нужно собрать пару трав в местных лесах, чтобы убедиться, что я права.

– Вам потребуется сопровождение?

– Если хотите, чтобы единственная дочь главы школы Цин выбралась живой, то да. Шучу. Это необязательно.

– Куда Вы собрались лезть?

Мужчина склонил голову, сжав челюсть.

– В пустотные пещеры.

– Нет. Туда никому нельзя.

– Господин Тан, – мягко улыбнулась Юи, – не Вам меня останавливать. Я была в них ранее, и знаю, что смогу найти ответы. Назначьте время.

Тан шумно выдохнул, зло сверкнув глазами. Эта мелкая девчонка! Да что она себе позволяла?!

– Завтра в час петуха у городских ворот. Вам будет предоставлено сопровождение.

Цин кивнула с улыбкой и проводила мужчину взглядом. Он снова исчезал, не прощаясь. Ох уж этот мужчина.

Собираясь в предстоящую вылазку, Цин Юи сложила в свой мешочек цянькун самое необходимое. Одевшись в тренировочные брюки и короткую мужскую рубаху в красных цветах школы поверх нижней белой рубашки, с ухмылкой посмотрела на красное женское ханьфу, висящие в шкафу. Она любила носить удобную мужскую одежду, но это было неприлично деве ее статуса вне тренировок или походов.

Добравшись до городских ворот, прошла к стойлам и встретилась там с господином Тан. Он был в темно-синих походных одеждах – точно знал, куда собирается.

– Выглядите как мальчишка.

– Переживаете, что мой сопровождающий недостаточно надежен? – вежливо-издевательски улыбнулась Юи, – кстати, кого вы мне выделили в сопровождение?

– Себя. Вы слишком взбалмошны. Переживаю за сохранность своих адептов. С конем справитесь?

Дева Цин недоуменно изогнула бровь, смотря на мужчину. Это было оскорбительно, но она не подавала вида. Вместо этого молча прошла к кобыле, поводья которой Тан ей протянул, и властно и в то же время нежно погладила ту по морде, знакомясь и договариваясь.

Обойдя коня, вскочила на него сверху, контролируемая Тан Юном. Глава стражи вскочил на своего скакуна, и они вместе неспешно отправились за ворота.

Стоило отъехать немного за ворота, Цин подхлестнула кобылу, выводя в голоп. Она никому не позволит думать, что наследница школы Цин плохо обучена.

– Понял я, ненормальная, не загоняй кобылу, – фыркнул Тан, поравнявшись с ней.

Усмехнувшись, Цин скомандовала замедлиться, плавно переходя на рысь, а затем и на шаг.

– Не смейте считать, что глава школы плохо меня обучал. Я никому не позволю унижать моего отца.

– Прошу простить, если для Вас это было оскорбительным. Однако Вы барышня, а не мужчина. Девы не особенно стремятся обучаться военному ремеслу. Особенно наследницы глав школ.

– И многих наследниц Вы знаете? – усмехнулась Юи.

– Немало, – холодно произнес мужчина, – Вы скоро выходите замуж, потому вас такие вопросы не должны волновать.

– Они и не волнуют, господин Тан, – пожала плечами Цин Юи, – просто зацепилась за сказанные вами слова. Из вредности.

– Чувствую лояльность к вашему жениху, не зная его.

– Ох уж эта мужская солидарность, – хмыкнула Юи, закатив глаза.

Дальше передвигались в тишине. Цин вела мужчину, потому что очень хорошо знала эти места, а Тан внимательно следил за обстановкой. Раньше Юи сбегала из города, чтобы добыть ингредиенты, и в этих лесах гуляла совершенно одна.

– Сейчас нам лучше взять правее, – произнес господин Тан.

– Не лучше, – спокойно произнесла дева Цин и упрямо продолжила свой маршрут, на обращая внимания на мужчину с собой.

– Откуда Вы такая упрямая? – медленно закипал Юн.

– Поверьте мне. Я эти леса знаю слишком хорошо, чтобы слушать сейчас советы от Вас, да и кого бы то ни было.

Тан Юн радовался, что отправился сам, а не отправил на это испытание кого-то из адептов школы. Этой взбалмошной девицей можно было пытать особенно провинившихся. Ей словно было чуждо слово «дисциплина».

Спустившись с коня, Цин осмотрелась и привязала животину к дереву, похлопав по бедру.

– Вы можете отправиться со мной, а можете остаться здесь. Как Вам удобнее? – подняла она взгляд на спешившегося Юна.

– Не понимаю, почему вы ставите меня перед выбором, – все-таки фыркнул мужчина, – я сказал, что сопровождаю вас. Значит – сопровождаю.

– Тогда дальше не жалуйтесь.

Прислушиваясь, Юи пустила тонкую струйку ци, проверяя территорию вокруг. Была парочка слабых демонов рядом, но они даже внимания не стоят.

Двинувшись в сторону пещеры, двое заклинателей молчали, якобы незаметно друг для друга наблюдая за обстановкой и отслеживая опасность.

Вход в пещеру был темным, совершенно непримечательным. Цин смело шла к узкому проходу. Единственное, что она не любила, – пачкаться в грязи, пока добираешься до точки назначения.

Тан Юн с его крупным телом против юркой маленькой Цин Юи с трудом пробирался по узким ходам пещеры, шумно дыша.

– Почему мне кажется, что Вы специально выбираете самые узкие ходы?

– Вам кажется, господин Тан, – спокойно произнесла Цин, выбравшись в большой грот.

В центре большой поляны с растущей, словно аккуратно подстриженной, травой находилось желтое озеро. Тан Юн с опаской оглядывался, но не мог не оценить красоту грота.

– Пожалуй, ради этой красоты стоило помучиться, – произнес страж, не чувствуя опасности поблизости.

– Вы правы. Только не наступайте на голубую траву, господин Тан.

– Что с ней не так?

– Она превращается в очень крепкую лозу, если чувствует опасность. И душит своего обидчика. Я разочек попалась – было неприятно.

– Как же Вы спаслись?

– Удача, – с легкой улыбкой пожала плечами Юи.

Мягко ступая по ласковой траве, Цин целенаправленно двигалась к озеру. Встав у берега, сняла с себя верхнюю рубаху и сапоги, оставшись в брюках и нижней рубашке.

– Что Вы собрались делать? – отвел взгляд Юн от девушки.

– Погружаться конечно. Ждите тут, господин Тан.

Не успел он ничего сказать, Цин прыгнула в воду и исчезла из виду. Дно было прекрасно красивым: куча цветов и растений, мелкие рыбки и мелкие темные духи, которым была неинтересна нырнувшая дева.

Добравшись до выступа, Цин нашла глазами нужный цветок. Приблизившись, влила свою ци, сорвала его и окутала энергией, сохраняя в шаре с водой.

Вынырнув на поверхность, сделала глубокий вдох и вернулась под воду. Тан все это время напряженно смотрел на водную гладь, стоя рядом с одеждой девушки. Он не понимал, что творит эта девица и почему так хорошо плавает. В школе Цин не было озер или рек, чтобы юные дарования могли учиться плавать. Откуда же в ней это?

Юи тем временем нашла второй цветок – черный. С ним она возилась гораздо дольше. Настолько, что дыхание было на исходе, но нельзя было прерываться. Запечатав во второй шар черный цветок, поспешила к поверхности. Жадно хватая ртом воздух, медленно плыла к берегу.

– Господин Тан, достаньте пожалуйста из моего мешочка цянькун две большие колбы.

Пока Юн копался в ее мешке, она села на берег, оставив ноги в воде, и дожидалась колбы. Тан Юн открыл обе. Юи поместила в них цветки со своей ци, и мужчина закупорил их пробками. Ее энергия… такая сильная магия. Косо глянув на девушку, задержал взгляд на мокрой тонкой рубахе, что прилегала к красивому молодому телу. Соски затвердели от прохлады и так соблазнительно выступали на аккуратной красивой груди, что была слишком хорошо видна из-за намокшей одежды.

Тан не был святым и не был юнцом. У него было немало женщин за всю жизнь, и до сих пор есть наложницы. Были те, что способны его удовлетворить настолько, что он возвращался из раза в раз, не скупясь оплачивать услуги весенних девиц. Но эта… чистая дева. Такая соблазнительная – особенно сейчас. Хотелось замарать ее чистоту, но в то же время хотелось оставить ее нетронутой, чистой. Только… слишком уж красиво ее тело.

– Оденьтесь, – нашел в себе силы мужчина и отвернулся, чтобы не соблазняться.

– Сначала надо высохнуть, – спокойно произнесла Цин, снимая с волос дорогие заколки.

Разбирать прическу было допустимо только при родителях, детях и супруге. И это знали абсолютно все с пеленок. В отношении этого правила Цин Юи плевать хотела на общество. Ей нужно было переплести прическу.

Пока она приводила волосы в порядок и сушила одежду талисманом, Тан Юн упорно смотрел в сторону.

– Дева Цин, вы забыли о рамках приличия?

– Ни в коем случае. Просто не считаю, что Вас это каким-либо образом заденет. Вы не сопливый юнец с завышенными ожиданиями и предположениями, и прекрасно оцениваете ситуацию. А еще – Вы благородны. Не расскажете же Вы, что подглядывали за убранством юной девы после купания.

– Демоническое отродье, – закатил глаза Тан Юн.

Юи рассмеялась, вплела заколку в прическу, натянула верхнюю рубашку и забрала из рук мужчины колбы. Цветы были прекрасны. Убрав их в мешочек, повязала его за пояс.

– И ради этого мы сюда так долго добирались? – уточнил Тан Юн.

– Не совсем. Сюда мы шли за этим.

Юи кивнула в сторону противоположной стены, куда тут же посмотрел Тан. По стене неспешно спускался темно-бордовый скорпион. Он двигался медленно, перебирая острыми ножками.

– Это… красный скорпион? – удивился Юн.

– Да. Справитесь с ним?

– Начитан, – коротко произнес мужчина и достал меч.

– Не повредите хвост.

Красные скорпионы были редки в обычных местах, куда доходят адепты. Их нельзя убивать с помощью энергии. Как только ци попадает в их организм, скорпион взрывается, разбрызгивая свой яд в разные стороны.

Тан справился слишком быстро, на что Юи довольно кивала. Она не сомневалась в главе стражи, но все же немного переживала за сохранность образца.

Забрав с конца меча скорпиона, убрала в колбу, а колбу – в мешочек.

– Теперь все. Можно обратно.

– Теми же узкими тропами? – недоверчиво покосился мужчина на щели.

– Да. Это самые безопасные ходы. Если хотите… мы можем пойти общей дорогой, но не обещаю, что мы не встретим ни тварей, ни других заклинателей.

Тан кивнул, соглашаясь с привычным деве ходом. Она снова шла впереди, выводя их из пещеры.

Город встречал предзакатным красным солнцем. Цин и Тан спешились, оставляя коней на постовых. Юн повел деву закоулками в ее обитель, чтобы никто не видел уставшую деву в своем сопровождении.

– Благодарю, господин Тан. Мне нужно время. Приходите не раньше завтрашнего вечера.

– Договорились, дева Цин. Доброй ночи. Отдохните.

– Доброй ночи, господин Тан.

Они поклонились друг другу, соблюдая все условности. Тан Юн ушел к себе, а Цин Юи – к себе.

Ночь Цин-Цин была бессонной – слишком уж она хотела проверить свою теорию и выяснить, тот это яд или нет. А вот ночь Тан Юна была беспокойной, а сон слишком… жарким. В его сне милая маленькая девушка тяжело дышала под ним, обжигая своим горячим дыханием и так разгоряченную кожу. Проснувшись в холодном поту и натянутыми спальными штанами в районе паха, злобно прорычал на собственную глупость. Она – молодая дева. Чужая молодая дева. Совсем скоро она выйдет замуж. Нельзя порочить ее чистоту – это будет слишком оскорбительно для нее.

Юн невольно вспоминал знакомство с еще совсем юной девой, которая смотрела на мир широким, но хмурым взглядом, много молчала и боялась сказать лишнего. Уже тогда он одобрительно смотрел на нее, уважая за характер. В отличии от старших братьев она была готова нести ответственность за принятые решения. От этого возбуждение только сильнее накатывало на него.

Холодные купальни всегда отрезвляли и остужали пыл. Он способен вынести эту пытку собственных мыслей. Медитация поможет. В крайнем случае есть верные наложницы.

Цин уснула, уткнувшись лбом в сложенные на столе руки. Проснулась от мягкого прикосновения к плечу.

– Я же велел вам отдыхать, – холодно произнес Тан Юн.

– Остались бы в моих покоях – проконтролировали бы, – усмехнулась она, по-детски потирая глаза кулачками, – но мне вас нечем обрадовать. Это не тот яд. Мои предположения оказались неверными.

Сложив руки на груди, задумчиво уставилась в свои свитки. Тан стоял за ее спиной. Ее запах с мыльными отдушками лаванды ворвался в его сознание. Голова закружилась от потрясающего аромата. Он не помнил, чтобы кто-то так пах. Даже дорогие девицы из весеннего дворца пахли слишком сладко, но эта… эта пахла свежо и так тепло.

– Искали другие варианты? – обратил внимание на свиток он, старательно задвигая мысли о ее красивой груди подальше.

– Да. И пока не могу сказать, что успешно.

Тонкие аккуратные пальчики мелодично барабанили по столу, а в голове Тан Юна картинками пролетали мысли о том, как он ее на этом столе прямо в этот ритм…

– Дева Цин, – позвал он ее раздраженно.

Девушка остановила ладонь и перевела задумчивый взгляд в темно-карие глаза главы стражи.

– У Вас есть идеи? – уточнила она.

– Я вернусь через неделю. Надеюсь, у вас будут результаты.

Тан снова удалился, словно сбежал. Цин ничему не удивлялась. Вздохнув, открыла очередной трактат про яды.

Гл

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.