Николай Барков
Камень желаний

Об авторе

Автор книги – человек, чья жизнь сама по себе достойна приключенческого романа. Родился в Москве, окончил престижный Второй московский медицинский институт им. Пирогова, а затем пересдал экзамены и получил лицензию врача в Венесуэле. Глубоко увлечённый восточной медициной, особенно акупунктурой, он самостоятельно освоил китайский язык и стал одним из первых переводчиков с китайского на русский в области традиционной китайской гимнастики и медицины.

Переехав в Венесуэлу в 1992 году, он не только работал врачом и директором фармацевтической компании, но и защитил диссертацию по фармацевтическому маркетингу. С 2006 года – сертифицированный переводчик Министерства иностранных дел Венесуэлы, где в течение многих лет работал с российскими, белорусскими и китайскими дипломатическими делегациями, выступая в роли связующего звена между культурами.

Бывший преподаватель дипломатической академии Венесуэлы "Педро Гуаль", лектор, аналитик по международным вопросам и лауреат Ордена за трудовые заслуги второй степени, вручённого МИД Венесуэлы, – он объездил всю страну, от джунглей Ориноко до водопада Анхель, и знает её тайны не понаслышке.

Его уникальный жизненный путь – сочетание науки, медицины, мистики, дипломатии и глубокого знания восточной философии – лег в основу книги, где реальность переплетается с легендой, а поиск древнего артефакта становится испытанием для души.

Это не просто писатель. Это человек, который жил там, где начинается магия.

Камень желаний. Глава 1

Нет ни года, ни месяца, ни дня, ни времени. В почти абсолютной темноте в невидимом кадиле курится фимиам, он заполняет воздух приятным благоуханием ладана. В космическом пространстве слабо желтеют три трона. Они расставлены полукругом. Еле различимы три неярких нимба. Окруженные бледным фосфоресцирующим сиянием на тронах сидят три фигуры, одетые в светлые ризы. Это – Демиург Отец, Демиург Сын и Демиург Дух святой. Они беседуют. Разговор еле слышен.

В бездонной черноте вспыхивает красно-оранжевая точка. Она приближается, оставляя за собой длинный яркий след. Точка быстро увеличивается в размерах, свет, излучаемый ею, становится ярче, освещает троны и Демиургов. Точка стремительно растёт, превращается в огромный метеорит, ударяет в постамент, на котором стоят троны.

Во все стороны летят золотые брызги, красно-жёлтая магма разливается по черному зеркальному полу, жирные капли стекают с платформы и теряются где-то внизу. Запах жжёного металла заполняет пространство, клубы удушливого дыма саднят горло. Демиург Отец, Демиург Сын, Демиург Дух святой морщатся, удивлённо переглядываются и закрывают носы рукавами роскошных халатов.

Золотая магма бурлит, шипит, выбрасывает в воздух новые струйки дыма, разливается всё шире и шире. Красный неровный свет освещает лица ошеломлённых Демиургов, внимательно наблюдающих за происходящим. Под действием золотой магмы, темный прежде фундамент начинает светиться, сияние меняет цвет: из багрового переходит в красный, который быстро желтеет, потом зеленеет, голубеет, синеет и, наконец, останавливается, достигнув ярко-фиолетовой окраски.

Фундамент набухает, расширяется, растёт. Из внутренней его части появляется новая и новая масса, светящаяся, она застывает, охлаждается, темнеет. Тотчас на неё накатывает волна новой жидкой массы, и так продолжается цикл за циклом до бесконечности. Фиолетовый постамент ширится в стороны, сначала медленно, а потом всё быстрее и быстрее, пока не занимает всё видимое пространство до темно-лилового горизонта под абсолютно чёрным небом. Поверхность фундамента густеет, застывает, превращается в подобие блестящего ровного пола, сливающегося с чёрным горизонтом, к которому яркой светящейся рекой не спеша катят всё новые и новые волны магмы.

Постепенно золотая магма успокаивается. Жар спадает. На светло-фиолетовой полированной поверхности конденсируются капли росы – сливались, они образуют лужицы, из них формируются ручейки, превращающиеся в озёра, из которых к бескрайнему чёрному горизонту текут реки, впадающие в невидимый тихо рокочущий океан. Фиолетовая зеркальная поверхность темнеет, крошится, из неё показываются побеги, зеленые, они быстро прорастают, коричневеют и покрываются корой.

Невидимый океан испаряет воду, которая гейзерным паром бьёт вверх, в черноту бездонного космоса, образуя серые перистые облака. Облака поднимаются всё выше и выше, плывут над темной мрачной землёй, поросшей лесами. Вместе с облаками взмывают на небо Демиург Отец, Демиург Сын, Демиург Дух святой. Они удобно устраиваются на облаках и с интересом всматриваются вниз, наблюдают за происходящими внизу, на темной земле, изменениями.

Океан выбрасывает новый и новый пар, облаков становится всё больше и больше. Они закрывают черноту неба, густеют, концентрируются и образуют бледный шар луны.

Клин!

С хрустальным звоном луна разламывается, мелкие светящиеся бледным светом осколки вонзаются в чёрный бархат неба и остаются там навсегда. Вспыхивает ослепительное солнце. Демиурги слепнут, прикрывают глаза рукавами халатов.

Под солнечным светом, из лесов поднимаются громко кричащие птицы. Из тумана выходят животные, слышны крики обезьян, совиное уханье, рев тигра, где-то далеко перекликаются трубным зовом слоны.

Неожиданно набежавший порыв ветра поднимает облачко пыли с земли и доносит её до облака, где сидят Демиурги. Она попадает Демиургу Отцу в лицо. Он громко чихает, из пыли формируется фигура человека. Остальные Демиурги лишь удивлённо наблюдают, переглядываются и перешёптываются.

Голый человек охлопывает себя по рукам, ногам, телу, подносит ладони близко к глазам, внимательно рассматривает. Случайно поднимает взгляд, смотрит на триединого Демиурга. В ужасе хлопается ниц, отбивает земные поклоны, стремительно вскакивает и бежит куда-то к горизонту.

– На здоровье! – запоздало обращается Демиург Сын к Демиургу Отцу. – Но Вы бы поосторожнее чихали.

– Влажную уборку чаще надо делать, – отвечает Демиург Отец. – Посмотрите-ка! Каков молодец! Взял и убежал! А кто же нам поклоняться будет?

– Может, я его божьей карой накажу? Как назидание на будущее? – с готовностью переспрашивает Демиург Сын.

– Зачем так сразу? – вступается Демиург Дух святой, – Чуть, что так сразу “накажу”? Ему не наказание нужно, а помощь!

– Помощь? Это как же? – с интересом Демиург Отец глядит на Демиурга Духа святого.

– А вы посмотрите, – с радостью отвечает Демиург Дух святой.

Он подносит ко рту горизонтально расположенную ладонь и дует на неё. На землю набегает порыв ветра, сухие листья кружатся в воздухе, пыль и песок набиваются в глаза, скрипят на зубах. Демиурги отплёвываются. Когда листья опадают, перед ними стоит очаровательная голая женщина. Она кокетливо закрывается руками внизу и на груди. Смотрит на Демиургов, улыбается и, виляя бёдрами, направляется в том направлении, куда недавно убежал человек.

Земля продолжает расти, покрывается трещинами. Трещины разбегаются, достигают горизонта, углубляются, расширяются, в них с оглушительным шумом устремляются воды океана. Трещины становятся всё шире и шире, земля медленно расходится в стороны. Формируется суша со знакомыми очертаниями материков. Возникает Евразия, Африка, Австралия и Антарктида. Полюса покрываются мощными шапками снегов. Последней появляется Америка, она растёт и разделяется на Северную и Южную. Демиурги внимательно наблюдают с облаков, изредка переглядываются, толкают друга друга, и говорят что-то неслышное друг другу.

По всему миру Камень желаний уже потухла. И лишь где-то в северной части Южной Америки продолжает бурлить и искриться, она шипит, пока, наконец, с бульканием не потухает. Из того места, где золотая магма выбрасывает последний язычок, к небу поднимается легкий дымок.

– Вы думаете, что предложенная Вами помощь будет эффективной? – задумчиво обращается Демиург Отец к Демиургу Духу святому.

– Поживём – увидим, – загадочно улыбается Демиург Дух святой.

– Нужно внимательно разобраться в ситуации, которая вышла из-под контроля, – сухо добавляет Демиург Сын. – И, в случае наличия негативных эффектов, выявить и строго наказать виновных.

Камень желаний. Глава 2

КПП в Берлине в конце мая 1945 года. Дни, насыщенные тоской по родному дому. Советский солдат стоит рядом с КПП. Широченные плечи, лихо заломленная назад пилотка, слегка выцветшая гимнастёрка, надраенные кирзовые сапоги и автомат ППШ, болтающийся на груди. Веснушчатое лицо, курносый нос.

– Паспорт покажи! – кричит русский солдат немцу в гражданском. – Во персональ аусвайс, нихт ферштейн?!

Немец, боязливо поёживаясь, передаёт русскому солдату паспорт.

Солдат внимательно всматривается в фотографию человека на паспорте. Долго смотрит в лицо немца, неуверенно переминающегося с ноги на ногу. Бюргер под пристальным взглядом начинает нервничать, что не проходит незамеченным для русского солдата. Он внимательнее смотрит на немца, еле заметные капли пота блестят на лице. Поднимает взгляд на хмурое небо. На улице нежарко.

– Отрывай чемодан! – русский показывает дулом автомата на чемодан и несколько раз коротко машет вверх-вниз. Немец что-то тихо бормочет по-немецки, пытается что-то объяснить. Солдат хмурится, ноги в кирзовых сапогах широко расставлены. Конопатый кулачище решительно клацает затвором автомата.

– Хенде хох! – командует русский солдат.

Мелко трясущиеся руки взлетают вверх, на побелевшем лице бюргера видны лишь огромные немигающие глаза, кадык напряжённо поднимается и опускается в пересохшем горле. Солдат, не спуская глаз с бюргера, подходит к чемодану. Пинок сапогом 45 размера, на асфальт летят тщательно сложенный пиджак, чистые рубашки, носки и другие вещи. – Проклятый Адольф, проклятые русские, – еле слышно шепчет бюргер. Крупные капли пота бегут по лицу.

– Чего ты там бормочешь? Карманы выворачивай! – насуплено командует русский солдат.

Бюргер обреченно повинуется. В карманах нет ничего, что может привлечь внимание солдата. Он приказывает оторопевшему бюргеру расставить ноги, развести руки в стороны, охлопываниями и поглаживаниями начинается личный обыск. Немец часто моргает.

– Так, что это у нас такое? – любовно растягивая слова, произносит русский солдат. Желтые от махорки пальцы щупают что-то твёрдое, зашитое в лацкане пиджака. Огрубелые руки рвут пиджачную ткань, на широкую ладонь ложится мешочек из травянистой фибры. Нетерпеливым движением солдат пытается развязать волокнистую бечёвку, сильно тянет, почти разрывает. Мешочек развязан, золотистый свет заливает изумлённое лицо.

Камень желаний. Глава 3

Год 1520. Гуайкайпуро сидит на высоком золотом троне, олицетворяющем высшую власть племени. Чуть желтоватая кожа лица, изборождена морщинами. Широкие скулы, узкие глаза, кажущиеся припухшими. На седых волосах лента из темной ткани, за неё воткнуты три больших пера – символ вождя племени омагуа. На груди блистает золотом и драгоценными камнями нагрудник – символ высшей власти племени омагуа. Совет старейшин только что закончился, все члены уже ушли, лишь один вождь остался в пустом зале.

Высокие потолки из листьев пальмы поддерживаются гладко обтёсанными сваями из темного дерева. Всё вокруг застелено шкурами животных. Стены сделаны из тонких переплетённых между собой лиан. Рядом с троном вождя рассыпаны лепестки красивых больших цветов, источающих приятное тонкое благоухание. С левой стороны от трона неподвижно сидит огромный ягуар, его шерсть покрыта почти чёрными полосами, на фоне которых просматриваются небольшие кругляшки жёлтых пятен. Кончиками пальцев вождь рассеянно гладит зверя за ушами и думает о своём.

Ещё десять лет назад никто не мог сравниться по могуществу со старым вождём-касиком Гуайкайпуро. Он всегда был очень хитёр и умён. Годы правления племенем принесли мудрость, научили выбирать момент, когда ответить силой, а когда прибегнуть к хитрости. Но сейчас вся мудрость Гуайкайпуро не способна защитить племя омагуа.

Все в племени знают, каких трудов стоит могущественному вождю Гуайкайпуро контролировать воинственных соседей – агрессивных карибов. Последние годы они постоянно опустошают северную часть территорий племени омагуа. Карибы многочисленны, подвижны и коварны. Они стремительно нападают, грабят и пропадают. Мужчин и старших мальчиков они убивают, a женщин с маленькими детьми угоняют в плен. Даже такому опытному касику как Гуайкайпуро не под силу полностью разбить их.

Но не только это волнует старого вождя Гуайкапуро, неподвижно сидящего на золотом троне. Он думает о судьбе племени. После того, как он переселится в страну Ягуара, его власть перейдёт к старшему из сыновей Тауану. Таков закон. И даже он, могущественный вождь, ничего не сможет изменить. Закон был установлен духами-покровителями племени, а людям остаётся только выполнять его. О, боги! Если бы можно было толковать созданные вами законы в соответствии с личными желаниями! Если бы можно было хоть чуть-чуть умерить завещанную вами строгость! Если бы можно было хоть что-то смягчить! Одного, только одного просит он. И не для себя, а для процветания племени. Если б он мог передать власть другим сыновьям!

Хотя, может быть, ещё не всё потеряно? Гуайкайпуро перестаёт гладить шелковистую шерсть и властно хлопает в ладоши. Стремительно входит старший сын.

Он такой же широколицый, как и отец. Только волосы его черны, как смоль. И за лентой, торчит одно перо.

– Приветствую тебя, о, вождь…– начинает Тауан, но касик перебивает его взмахом руки

– Я позвал тебя, чтобы поговорить как отец с сыном. Не обращай внимания на это, – касик проводит рукой перед собой, намекая на своё полное убранство. – Я встречался со старейшинами, и потом решил поговорить с тобой. Дело важное и не терпит отлагательств.

– Слушаю тебя, отец…, – отвечает Тауан сдержанно-серьёзно.

Гуайкайпуро делает жест рукой и Тауан садится на низкую скамеечку:

– Ты знаешь, что после моей смерти ты будешь законным наследником…

Тауан молчит, черты его лица обостряются.

Отец продолжает: – Это закон. Но ты также знаешь, что ты не сможешь гарантировать процветания племени, ты – слишком горяч…

Не дослушав, Тауан быстро перебивает: – Я горяч? Кто же нужен племени? Безразличные? Они поймут ситуацию?

Гуайкайпуро хмурится: – Ты позволяешь горячности мутить твою голову…

– Это не горячность…, нет…, я знаю, что ты питаешь любовь к твоему среднему сыну Хармуну…

– Я люблю всех одинаково. Причина моего решения кроется в другом, а именно, во всеобщем благе; ты не сможешь разумно править племенем…

– Если ты смог, то почему твой старший сын не сможет?

– Твои амбиции погубят всех…

– А средний сын сможет? Мне кажется, что ты хочешь видеть меня до конца моих дней в услужении у Хармуна…

– Ты и сейчас не можешь оставить твои амбиции…

– Это не амбиции, это горечь о тех потерях, которых можно было бы избежать…

– О каких потерях ты ведёшь речь?

– Я говорю о том, чего не знает простой народ. Но ты и шаман Араката прекрасно осведомлены …

– Ты имеешь в виду … – неопределённая пауза повисает в воздухе.

– Да, именно так, я имею в виду небесный камень…, – торопится Тауан.

– Кто рассказал тебе о нём? На старости лет Араката превратился в болтуна? – вождь наклоняется в сторону Тауна.

– Араката здесь ни при чём. Я и сам умею читать следы в сельве…

– Ты, дерзкий мальчишка, отважился следить за мной?

– Я давно знал, куда ты ходишь в темные ночи новой Луны…

– Простых индейцев за это может ждать суровая кара…

– Но я не простой индеец, я – будущий вождь племени! – Тауан вскакивает со скамеечки и встаёт, широко расставив ноги. На покрасневшем лице видны капельки пота. Ягуар поднимает тяжёлый взгляд на Тауна.

– Запомни! Небесный камень принадлежит духам. Тот, кто по незнанию или по дерзости осмелится к нему прикоснуться, навлечёт неотвратимые беды не только на себя, но и на всё племя…

– Опять ты стараешься запугать меня? Если бы ты отважился тронуть этот камень, мы давно раздавили бы ненавистных карибов…

– Раздавить карибов? О духи, он ничего не понимает!!!

– Тут нечего понимать: карибы напали первыми, карибы должны быть уничтожены…

– А ты никогда не думал, о причинах, заставивших карибов напасть на наше племя?! Ты никогда не размышлял, почему вдруг, ни с того, ни с сего, хорошие соседи превращаются во врагов?! Без причины?!! Или просто некоторые неспособны её видеть?!! Почему племена живут вместе тысячи лун, а потом, отвергнув Закон, превращаются в противников?!! – голос касика становится жёстким, он почти кричит.

– Карибы – враги.

– Да, сейчас они – враги. Но, ты не задумывался отчего? А, может быть, кто-то не оставил им выхода?

– Ты хочешь сказать, что веришь во всё то, что болтают досужие индейцы? Во все эти сказки?

– Сказки? Огромные каноэ бледнолицых – это сказки? Или может быть, сказки – это то, что они напали на прибрежные племена? Это ты называешь сказками? – голос касика твёрд и силён.

– Я называю сказками то, что сам не видел. И все эти россказни про белого человека на огромных каноэ – для меня пустая болтовня, чтобы хоть как-то оправдать карибов перед Советом Племён.

– Если ты сокрушишь карибов, то следующим по счёту бледнолицые нападут на наше племя…

– После карибов, я уничтожу бледнолицых…

– Как же ты глуп! Ты не способен видеть очевидного!!!

– Я не глуп, просто я не создаю сложностей там, где их нет!

– Я запрещаю тебе трогать камень! Я требую!!! – голос касика мощно гремит в стенах хижины. Ягуар наклоняется вперёд, поигрывая мощными мускулами под гладкой блестящей шерстью.

– Отец…

– Клянись, что ты никогда и ни при каких условиях не нарушишь покой камня духов!!! И поклянись мне всеми духами этой сельвы, что, как только средний сын достигнет совершеннолетия, ты передашь власть ему!!!

– Отец!

– Клянись! Я требую!!! Я – ещё вождь этого племени!!! И я вижу, что главная опасность, которая ему сейчас угрожает – это не карибы, а чья-то чересчур горячая голова!!!

Ягуар неподвижно смотрит на Тауана, конец длинного хвоста нервно бьёт из стороны в сторону. Лепестки разлетаются по полу, взлетают в воздух.

– Отец…

– Нет! Я не собираюсь больше ждать!!! Ты должен поклясться сейчас!!!

– Хорошо, если ты не оставляешь мне другой возможности, – Тауан нервно сглатывает…

– Клянись!!!

Не сводя тяжёлого взгляда с отца, Тауан становится на колено правой ноги, кладёт левую руку на сердце и поднимает ладонь правой руки: – Я, Тауан, сын могущественного вождя Гуайкайпуро, клянусь перед лицом главы племени…

Гуайкайпуро откидывается назад на троне. Нахмуренный лоб, тяжёлый взгляд.

“Что будет с нашим племенем, когда меня не станет?”, – напряжённо пульсирует в мозгу касика одна единственная мысль.

“Неужели он действительно думает, что я добровольно соглашусь ходить всю жизнь в услужении у Хармуна?”, – думает старший сын. И тем временем продолжает монотонным голосом бубнить слова клятвы.

Ягуар неподвижен слева от касика, длинный хвост грациозно обвивается вокруг стройных лап.

Камень желаний. Глава 4

Июньские дни 1945 года в Берлине. Рядом с КПП стоит солдат и курит “козью ножку”, махра наполняет воздух сладковатым дымом. Воздух недвижим и нагрет дневным солнцем. Давно уже не было дождя, всюду лежит налёт пыли. В такой день хорошо валяться где-нибудь на речке. Другой солдат находится внутри будки КПП. Народу нет, проверять некого.

Солдат делает вид, что несёт службу. На самом деле, отсутствующим взглядом он смотрит на разрушенные улицы и считает дни, часы, минуты, чтобы вернуться в родные места. Весь ужас остался позади – он уцелел в этой хреновой мясорубке, в этой жуткой войне. А что ему готовит будущее? Наверное, только одни хорошие вещи, короче живи да радуйся.

– Мил человек, помоги, чем можешь, – слышит солдат тихий голос. Перед ним стоит русская старушка, серый платочек, лёгкое пальто.

– Ты чего, бабуся, шум поднимаешь?

– Так, милок, три дня как макового зерна во рту не было. Помоги чем можешь?

– А чем же я тебе помогу, бабушка? – солдат говорит с бабушкой вежливо. – То, что нам в пайке дают, самим едва хватает. А съестного сейчас через КПП не несут.

– Тогда пропусти меня на другую сторону, сыночек, там говорят полегче жизнь.

– Ты чего несёшь-то, бабуся? Куда я тебя пропущу? Приказ – никого не пущать без спецразрешений. Достань разрешение и приходи, – солдат одними губами докуривает последние крошки махорки, “козья ножка” летит на землю, кирзовый сапог наступает сверху и растирает из стороны в сторону.

– Где же я тебе его достану, сынок? Смеёшься надо мной, что ли?

– Нет, не смеюсь, бабуся. А без пропуска никого пущать не велено.

Эта неизвестно откуда взявшаяся в Германии бабушка, говорящая по-русски, почему–то расслабляет бдительность солдата. Он вдруг понимает насколько устал от этой войны, от человеческой боли. Ну, когда же домой?

Его вдруг колет желание, не оставляющее его за последнее время: ему жутко хочется вернуться в Россию. Вот прям сейчас, выйти с КПП и, не заходя в казармы, сесть на поезд и доехать до родной станции, и, не отдыхая с дороги, взять в руки топор и начать рубить новую избу. А потом жениться на хорошей русской бабе, чтоб детишек ему нарожала. В мыслях мелькает многочисленная семья, сидящая вокруг самовара в добротном пятистенке. Веснушчатые, как у отца лица, курносые носы. Ему почему-то хочется открыть душу любому человеку, даже незнакомой старушке.

Солдат лезет в карман шинели, на свет появляется мешочек с махрой. Достаёт из нагрудного кармана сложенный кусочек немецкой книги, раздёрганной на курево. Мозолистые пальцы ловко скручивают самокрутку, язык слюнит края, трофейная зажигалка выдаёт огромную искру, фитиль загорается керосиновым смрадом, к небу плывёт махорочный дым. Старушка молча наблюдает, как сладковатый дым растворяется в воздухе. Он опускает зажигалку в карман, на свет появляется мешочек из травянистой фибры.

– Как тебе эта штукенция? Видела такое? – солдатские пальцы развязывают мешочек, на ладони появляется светящийся камень. – Ух, ты! – продолжает свой монолог солдат, – сколько не смотрю, а всё никак не могу налюбоваться этой красотищей. – Видишь, бабушка?

Бабуся не отводит взгляда от светящегося камня. Тёплый свет завораживает. Внимательно всмотревшись внутрь полупрозрачного камня, она различает микроскопические фигурки людей, садящиеся за большой деревенский стол. Горшок со щами, только что вытащенный из печи, деревянный стол, ломящийся от хлеба и солений. Вокруг стола вертится малышня, мать выговаривает что-то неслышное. Старушка вспоминает свою погибшую семью, солёные предательские слёзы щиплют глаза.

А камень рядом, он нашёптывает историю. Никому больше неслышную, но отчётливо звучащую в её голове. Золотистый свет манит, полупрозрачные грани напитаны вселенским покоем. Все заботы и боль растворятся, если потрогать волшебный камень. Сухонькая рука прикасается к камню, между пальцами и поверхностью камня проскакивают синеватые электрические искры. Налетает сильный порыв ветра, пыль клубами взлетает в воздух.

Солдат отдёргивает руку, быстро засовывает камень в грубый мешочек.

– Ты чего, бабушка, лезешь? Руками нельзя.

И прячет мешочек в карман.

Безоблачное небо стремительно сереет. Раздаётся раскат грома. Полыхает молния. На серую мостовую падают первые крупные капли дождя.

– Ладно, милок, я пошла. Тебя звать-то как, сердешный?

– Михаилом, бабушка.

– Ну, до скорого, Миша.

– Возвращайся, бабушка, с пропуском.

Камень желаний. Глава 5

Год 1521. Духи забрали касика Гуайкайпуро в страну Ягуара. Власть перешла к старшему сыну. Он помнит клятву, данную отцу. Но он также помнит, что он был практически вынужден дать эту клятву. Да, он обещал отцу, но по-другому в том момент было нельзя поступить. Воспитанный на старинных законах отец не потерпел бы неповиновения. А сейчас времена изменились, и нельзя тупо повторять законы, неизвестно кем придуманные.

Кто сейчас закон? Сейчас, когда вождя Гуайкайпуро уже больше нет в живых? Старейшины? Они такие же выжившие из ума старики, каким был его отец перед смертью. Нет. Времена однозначно изменились. А новые времена требуют новых законов. Ведь воинственные карибы продолжают набеги! Они опустошают запасы съедобных растений, они охотятся в угодьях племени омагуа, они ловят рыбу в реках омагуа. Нет, не зря молодой Тауан надеется на своих новых советников, которыми он уже заменил почти всех старейшин. Новое время – новые законы!

Но касика преследуют неудачи. Ловушки для врагов не действуют, противники уходят от погони, они убивают преследующих по одному. Много Лун прошло, мужское население племени поредело, а набеги не прекращаются.

Молодому вождю-касику Тауану ясно, что обычными мерами с ними не справится. Бесспорно, настало время сделать то, что отец не смог сделать из-за старости и приверженности каким-то дурацким законам! Настало время защитить священную землю омагуа от набегов! Касик Тауан знает, как выиграть войну с агрессивными карибами. Он идёт к шаману.

Он входит в шалаш шамана, садится и начинает разговор.

– Приветствую тебя, шаман Араката, – говорит молодой вождь-касик.

– Приветствую тебя, молодой касик Тауан. Духи говорят, что ты ничем не болен. Что привело тебя ко мне?

– Племя омагуа в опасности, шаман. Почти все воины погибли в неравной схватке с карибами. Я не могу спокойно смотреть, как наше племя уничтожают враги.

– Духи говорят мне, что ты ничего не сможешь сделать, – отвечает шаман.

– Ты решаешься меня поучать?

– Нет, касик Тауан, я не осмелился бы этого сделать. Я лишь повторяю тебе то, что шепчут мне духи.

– Шаман, про духов можешь рассказывать простому народу, но меня ты не проведёшь этими сказками. Неужели ты думаешь, что я не знаю секрета?

– Секрет знает лишь ветер, да Ягуар, покровитель племени. То, что знаешь ты подобно тени от былинки в густом лесу.

– Я прошу твоей помощи. После того как мы спасем племя от гибели, я клянусь больше никогда не прибегать к этому крайнему средству.

– Духи говорят мне, что ты не в первый раз изменяешь данному слову. Перед смертью ты обещал своему отцу, старому касику Гуайкайпуро, не ввязываться в войну с карибами. Напав на них, ты вызвал гнев духов. Ты слишком агрессивен. Наше племя обречено. Потом ты обещал передать власть более достойным…

– Так ты вздумал подслушивать? А теперь ты смеешь тыкать мне в глаза, тем, что подслушал? – гневно кричит молодой касик. – На стремнине, не лучше ли подумать, как плыть к берегу, чем продолжать отстаивать свою правоту?

– Духи говорят мне, что беда пришла из-за того, что ты не сдержал данной клятвы.

– Я поступил так, как считал нужным. И теперь считаю нужным, чтобы ты помог мне. Шаман Араката! Секрет должен помочь нам выиграть войну.

– Духи говорят, что мы обречены. И духам никто не в состоянии приказывать. Ни я. Ни ты.

– Мне надоели пререкания с тобой, выживший из ума старикан. Думаешь, что без тебя я не смогу воспользоваться тайной?!! – громко кричит, вставая, молодой вождь.

– Духи говорят мне, что если ты и в этот раз прибегнешь к насилию, ты навлекёшь ещё бOльшие неприятности на наше племя. Ты глуп и не можешь представить последствий, – твёрдо отвечает шаман.

– Я приказываю тебе подчиниться…

– Духи говорят мне… – прерывает шаман.

– Духи, всё время духи… Почему они не предупредили тебя об опасности?!! – иступлённо кричит юноша. Он выхватывает длинный нож и вонзает шаману в сердце. Капли пульсирующей крови брызжут на лицо убийцы. Быздыханный шаман Араката обрушивается на пол.

Из шалаша шамана молодой касик Тауан быстрым шагом направляется вглубь джунглей. Туда, куда в полную Луну ходил старый вождь-касик Гуайкайпуро. Через несколько часов ходьбы в плотных джунглях, молодой касик доходит до скалы неимоверной высоты. Дальнейший путь невозможен.

Смеркается. Молодой касик выламывает сухие палки, наматывает на них сухие волокна пальмы, умелые руки скручивают грубую нитку, делают из тонкого прутика подобие маленького лука и тетивой, быстро вращают палочку из твёрдого дерева в дырке из трухлявого дерева. Скоро из отверстия появляется дым. Тауан подкладывает сухих листьев, и разводит небольшой костёр. От него он зажигает факел.

В наступивших сумерках, в свете огня, в скальном массиве становится видно узкое отверстие. Он протискивается в щель, неприметную в горном массиве. Внутрь скалы ведёт узкий ход. Юноша пробираeтся внутрь. Постепенно чернота хода начинает освещаться. Он входит в огромную пещеру. Пол, стены, потолок, всё излучает сияние. Вся пещера заполнена застывшей золотой магмой, она излучает приятный желтоватый свет, но совсем не излучает жара.

Молодой касик внимательно изучает пол, смотрит на стены и потолок, потом подходит к одному из сталактитов. Трогает его одной рукой, потом двумя, старается отломить кусочек. Сталактит не поддаётся. Молодой касик наваливается всем телом, раскачивается, дёргает за край сталактита. После длительных усилий, он с громким хрустом отламывает от сталактита небольшой кусочек.

Откуда-то из глубины пещеры пышет жаром, из-под пола появляются струйки темного дыма, Камень желаний на глазах краснеет, расжижается, стекает со стен и потолка, собирается огромной красной лужей на полу. Из неё выделяются газы, они наполняют пещеру, лужа краснеет и начинает бурлить. Раздаётся гул из глубины горы.

Молодой касик не обращает внимания на изменения, происходящие в пещере. Он как одержимый смотрит на кусочек светящегося камня. Изредка покашливает от сернистых газов, выплёвываемых красной лужей на полу.

Подносит кусочек близко к глазам, старается рассмотреть:

– Мы победим этих карибов…

Кусочек светится изнутри и кажется прозрачным.

– Мы победим …

Гул становится сильнее, внезапно из толщи магмы вырывается язычок пламени. Касик выбирается из пещеры в джунгли.

Уже совсем темно. Чёрное небо усыпано звёздами. Кусочек камня светится в руках молодого вождя.

– Мы всех победим …

Он целует светящийся кусочек и прижимает к сердцу. Улыбка становится шире, молодой касик поднимает над головой двумя руками светящийся камень и начинает громко хохотать. Зажав камень одной рукой в кулаке, он бежит и скрывается в джунглях.

Со скалы летят камни. Раздаётся первое колебание земли. Из скалы выходит круг подобный дыму. Он окрашен в фиолетовый цвет. Под гром камней катящихся с горы, он распространяется, проходя беспрепятственно через стволы деревьев.

Слышно и чувствуется ещё одно колебание. Из горы появляется и исчезает в джунглях синее кольцо. По прошествии некоторого времени, за ним следуют голубое, зелёное, жёлтое, оранжевое и красное.

В черноте тропической ночи не видно как собираются грозовые тучи. Полыхает ослепительная молния. Она ударяет где-то очень близко, большое дерево расщепляется, начинает гореть. На широкие листья тропической растительности падают первые капли тропического ливня. Густой туман, неизвестно откуда взявшийся, окутывает скалу и окружающую её часть сельвы.

Камень желаний. Глава 6

– Эй, Михай, тебя там спрашивают, – улыбающийся солдат обращается к Михаилу и показывает пальцем за пределы КПП.

– Кто меня здесь может спрашивать? – Михаил в недоумении. Он думает, что его напарник разыгрывает с ним шутку.

– А ты выгляни, тогда и узнаешь, – солдат не перестаёт улыбаться.

Михаил выходит из КПП. Улица пуста. Единственная живая душа – это одиноко стоящая гражданочка. Но это не просто женщина, это очень красивая женщина. Женщина красоты броской, по-настоящему сногсшибательной. Если бы в Германии 45 года провели конкурс красоты, то она, наверняка, заняла бы призовое место. И определённо, первое. Высокая, статная, где-то в области 25, слегка пухлые губки, розовые с ямочками щёчки, чёрные как вороново крыло волосы, гладко зачёсанные и собранные в пучок на затылке, спрятанные под элегантным беретом.

– Вы никого тут не видели, гражданочка? – обращается солдат к женщине.

– Я к вам, Михаил.

– Ко мне? Откуда вы знаете моё имя?

– Мы познакомились с вами неделю назад.

– Я вас никогда в жизни раньше не видел. И если бы видел, то никогда такого не забыл бы, – смущённый солдат немного краснеет.

– Как это не видели? Мы с вами разговаривали, вы показывали мне светящийся камень.

– Никакого камня я вам не показывал. Кто вы?

– Я – Парфёнова Алефтина Константиновна. А вы мне представились как Михаил.

– Я вам ничего не говорил, вы сюда не приходили.

– Как же не приходила? Я…я просто чуть-чуть по-другому была одета…

– Сюда приходила только одна бабушка… – начал солдат.

Но миловидная женщина перебивает его: – Я она и есть.

Солдат сдвигает пилотку на лоб, широкие плечи в выцветшей гимастёрке прислоняются к стене. Мозги, почему-то, совсем не работают. “Тьфу ты, чертовщина какая-то! Когда же ей бабка всё рассказала? И самое главное “зачем”?” – мелькают мысли одна за другой. “Это что? Происки классового врага? Напоить? Секреты военные выведать? Да что я за гусь и какие у меня секреты?” – солдат нервно грызёт какую-то травинку и ничего не говорит. “Хотя такой как эта, я сказал бы все, что она не пожелала бы” – на веснушчатом лице появляется легкая ухмылка. “Но, если это не вынюхивание военных секретов, тогда зачем здесь эта женщина? Зачем эта красотка настаивает на том, что она – старушка, с которой я познакомился неделю назад?” – лицо солдата хмуреет.

Камень желаний. Глава 7

– Ты понимаешь, что ты наделал? – в кошмарном сне голос шамана звучит жестко. Он одет как на одном из празднеств. Лица почти не видно, красно-чёрные линии скрывают лицо. Надетая на голову шкура чёрного ягуара скрывает накидку из перьев. В руках шаман держит большой бубен и полуизогнутую кость с намотанным на конец куском материи.

Молодой касик стоит перед ним как провинившийся мальчик. Он не в силах отвечать и только плачет, опустив голову.

– Я расскажу тебе, глупый юнец, возомнивший себя всемогущим. Слушай и запоминай.

– Святящийся камень, которым ты завладел, принадлежит духам. То, что принадлежит духам, не может принадлежать смертным. Светящийся камень – это квинтэссенция мироздания! Это – самая тонкая и чистая сущность!

– Добрые духи ослаблены! Добрые духи взывают к помощи! Но не думай, что жертвами и обрядами ты восстановишь нарушенное равновесие. Пока святящийся камень не вернётся обратно, известный нам мир будет постоянно подвержен нападению злых духов.

– Светящийся камень стал доступен влиянию злых сил. Сила камня будет даровать людям выполнение их скрытых желаний. Но за каждое желение выполненное камнем злые духи будут взымать сторицей! С каждым желанием они будут всё сильнее и сильнее! Не позволяй никому прикасаться к камню.

– Ты разрушил чистоту сущности, ты покусился на самое святое, твои амбиции нарушили порядок в мире духов. Отныне равновесие утеряно. Поэтому только ценой собственной жизни можно исправить причинённый ущерб!

– Люди начнут бороться за камень, выполняющий желания власти, денег и бессмертия. Камень будет переходить от владельца к владельцу, от хозяина к хозяину, ради овладения камнем будут рушиться судьбы, и если ты это не остановишь, то закончится мир!

– Ты освободил силы, о которых не имеешь ни малейшего понятия! И только кровью можно это равновесие восстановить! Кровью твоих потомков! Потому что ты уже мёртв! – лицо старого шамана постепенно растворяется в темноте.

Молодой касик Тауан просыпается в холодном поту. Он шарит руками, находит нож-мачете, потом лук, проверяет стрелы. Не может заснуть. Неспокойно ворочается. Встаёт из гамака. Подходит к двери хижины. Над джунглями поднимается солнце. Он внимательно смотрит на спокойно спящую жену и улыбающегося во сне ребёнка. Поднимает его на руки. Ребёнок не просыпается. Целует и кладёт обратно.

Камень желаний. Глава 8

Извлечение из донесения, посланного его величеству Императору Карлосу Пятому об открытии Эль-Дорадо 23 апреля 1521.

“Здесь недавно получено несколько писем из новооткрытой земли, называемой Эль-Дорадо, от сыновей жителей этого города, кои были при открытии. Они пишут об удивительных богатствах, найденных в указанной стране Эль-Дорадо, расположенной по реке называемой Ориноко, по главнейшей части ее, называемой Варисмеро. Они говорят, что золото там в великом изобилии, а путь в нее – пятьдесят миль на ветре от острова Маргариты”.

Все это учинено по форме и скреплено в моем присутствии.

Подписался:

Доминго Самана, войсковой писарь.

Камень желаний. Глава 9

Май 1995 года. Игорь Николаевич Сиренкин находится в своём кабинете в Московском Университете на кафедре геологии. Раздаётся стук в дверь.

– Да, да, входите, – отвечает Игорь, поднимая взгляд от книг, которыми завален стол.

Входит женщина-почтальон в темном пальто с большой кожаной сумкой наперевес.

– Сиренкин Игорь Николаевич?

– Он самый?

– Вам срочная телеграмма, получите и распишитесь.

– Телеграмма? Откуда?

– Распишитесь, потом прочитаете…, – почтальон уверенно подсовывает ведомость растерянному Игорю, он машинально ставит свою подпись, женщина вручает запечатанную телеграмму и пропадает за дверью.

Сиренкин Игорь Николаевич – молодой специалист, очень перспективный учёный-геолог. Чрезвычайно молодо выглядящий, огромнолобый, розовощёкий, формальный в общении с коллегами, он занимается изучением геологии месторождений золота. Он решил стать геологом, можно сказать, против воли своих родителей, а точнее, своего отца. Потому что мама, в конечном итоге, всегда соглашалась с аргументами любимого Игорёчка. И причиной всему был странный камень, разговоры про который он слышал с самого раннего детства.

Отец Игоря, Николай Михайлович, при жизни был очень практичным человеком. Материалист, атеист, партийный работник, он всегда был очень умерен в своих комментариях. К 1985 году он был самым молодым кандидатом в члены Центрального Комитета Коммунистической партии, и если бы не загадочная болезнь, унесшая его в могилу меньше чем за год, никто не сомневался, что он дорос бы до члена Политбюро. Врачи, как ни старались, ничего не смогли сделать против внезапно налетевшего рака. Были привлечены самые лучшие специалисты Четвёртого Главного Управления, но всё было тщетно. Бессильная что-либо изменить, медицина попыталась объяснить раннюю смерть наследственным случаем рака. В медицинской истории Николая Михайловича было записано, что его мама тоже скоропостижно скончалась от рака особой злокачественности, который развился у неё сразу после родов.

Тем более странно было для Игоря слушать тихие перешёптывания на кухне между отцом и матерью, из которых он, как ни старался, мог уловить только обрывки фраз. В подслушанных разговорах, Николай Михайлович утверждал, что его мать и отец – Игоревы бабушка и дедушка – познакомились благодаря странным обстоятельствам, в которых загадочным образом был замешан светящийся кусочек горной породы неизвестного происхождения. Сколько не прислушивался Игорь, сколько не напрягал слух, пытаясь уловить детали, он так и не смог разобраться в сути влияния странного камня на события полувековой давности. Он также не понимал, почему его отец, выдающаяся фигура на политическом горизонте страны, говорит о таких странных вещах, не имеющих материалистического обоснования. Ведь всё, абсолютно всё, должно иметь своё материалистическое обоснование. А тут какой-то непонятный камень. И каким-то неизвестным науке способом действующий на людей!

Сам камень Николай Михайлович никому никогда не показывал. И Игорь, постоянно рывшийся в рабочем столе отца, не знал, где он хранится. Лишь незадолго перед смертью в 1986 году отец позвал сына и передал ему эту семейную реликвию. Игорь и сейчас не мог забыть то странное ощущение, которое вызвал в нём светящийся кусочек странной породы, когда он его первый раз взял в руки.

От камня в кончики пальцев пробежали приятно щекотящие электрические токи. Воздух вокруг наполнился какой-то особенной свежестью. Он каким–то образом озонирует воздух? Не было никаких сомнений, что камень был необычным и скрывал загадку. Несмотря на свои пятнадцать лет, Игорь прекрасно это понял. Вот только как её разгадать, эту загадку? Не верить же действительно во всю ту чертовщину, которую он по малолетству подслушивал на кухне из разговоров взрослых? Нет, нет и нет. Тут должно было существовать какое-то рациональное объяснение. Материализм – вот основа правильного научного мышления. В тот самый момент Игорь решил раскрыть загадку камня. Он решил стать геологом.

Смерть отца наложила глубокий отпечаток всю семью. Игорь очень переживал кончину отца, но мать была просто безутешна. Проходили недели и месяцы, а мать продолжала тихо рыдать в их комнате, стараясь ничем не выдать своих слёз. Игорь всё прекрасно слышал и понимал. Он, как мог, утешал свою дорогую маму, чьи слёзы разбивали ему сердце. Он очень волновался, похудел, даже стал немного замкнутее и формальнее. И каждый раз, как он слышал мамины стенания, он доставал заветный камень и начинал его рассматривать. Именно в этом камне и лежала отгадка. Игорь это знал. Нет, он это чувствовал.

Игорь мог рассматривать необычный камень часами. И каждый раз его привлекало необыкновенное свечение полупрозрачного камня, казалось, что внутри скрывается какое-то непонятное движение, огромная энергия, могущая разрешить все проблемы. Может быть, удасться что-нибудь сделать для мамы? Чтоб она так не страдала по умершему отцу? Нет, в чертовщину Игорь не верил, но он очень хотел понять, что это за камень. И каким образом этот камень мог познакомить его бабушку и дедушку.

Время проходило, а мама страдала. Не в состоянии помочь любимой маме, Игорь тоже страдал. Но молча. По-мужски. За короткое время он повзрослел, в его характере появилась серьёзность. Неизвестно каким образом, но Игорь для себя открыл, что это нервное состояние легко контролируется проведением в уме математический вычислений. И если и раньше он был блестящим учеником, то после принятия этого решения, школьные преподаватели начали склоняться к тому, что Игорь – гений.

Как это ни странно, но мамины страдания лишь укрепили Игорево желание поступить на геологический факультет. С того же самого момента он стал усиленно заниматься. Он много читал, легко усваивал прочитанное. Игорь набрал самый высокий проходной бал и сразу был зачислен в число студентов геологического факультета. После окончания с красным дипломом, ему предложили остаться в аспирантуре, на что он, не думая, согласился. Как в институте, так и в аспирантуре, Игорь постоянно интересовался и наводил справки по поводу светящегося камня. Делал он это очень скрытно – он не хотел ненужными расспросами создавать ажиотаж вокруг светящегося камня.

К великому огорчению, никто из преподавателей кафедры не приблизил его к разгадке камня ни на шаг. Даже самые именитые профессора отрицали саму возможность светящегося камня, способного озонировать воздух. Интерес к разгадке тайны камня заставлял Игоря перелопачивать горы специализированных книг. Но кусочек странного камня нигде не упомялся. Учебники, справочники и монографии по геологии даже мельком не упомянали ничего похожего.

Самое невозможное для любого серьёзного ученого было то, что этот кусочек светился. По-научному, излучал поток фотонов. При этом свидельств о возможной радиоактивности получено не было. За годы учёбы Игорь изучил камень под обычным микроскопом, электронным микроскопом, проанализировал при помощи счётчика Гейгера, но это ни на шаг не приблизило его к разгадке. Поступив в аспирантуру и снова не найдя сколь-нибудь приемлемого объяснения, Игорь решил расширить базу поиска. Так он попал на форумы в Интернете.

Интернет поразил научномыслящего Игоря кучей чепухи и паранаучной ерунды. Среди миллионов страниц, которые он за это время посетил, не попадалось ничего стоящего. Пока, наконец, в один прекрасный день, анонимный источник, хорошо разбирающийся в вопросах геологии, геомантии и эзотеризма, скрывающийся под непонятным ником “ZhivZdorov_1921”, не рассказал ему о новых возможностях поиска.

Речь шла о том, что более полную информацию по светящемуся камню Игорь мог бы получить из книги-раритета под названием “Ab Jove principium”. С латыни, на которой была написана книга, это название можно было бы перевести на русский как “Начало от Юпитера”. По названию Игорь понял, что речь идёт о чём–то важном, о том, что лежит в основе всего существующего в мире. Хотя, с другой стороны, книги, написанные в средние века, были наполнены религиозной схоластикой, читать которую ни один уважающий себя современный учёный не стал бы. Но за неимением лучшего, Игорь был готов прибегнуть и к таким источникам. Схоластика? Да. Но это лучше, чем ничего. Ведь, в конце-то концов, после того, как он разберётся с происхождением этого странного камня, он сможет поделиться с учёным миром объяснением этой манящей загадки.

Игорь немедленно отправился в Российскую Государственную Библиотеку, или просто в Ленинку. Там его направили в отдел раритетов, где имелся один экземпляр запрашиваемой книги. Игорь помнил ощущение беспредельной радости, которое распирало его в тот момент. Он, буквально, тонул в счастье. Вот-вот он приоткроет завес тайны, мучавшей его все эти годы!

Однако радость была преждевременной. В отделе справочно-библиографической и информационной работы, Игоря известили, что все ветхие и древние книги, пользование которыми невозможно или затруднительно, были переведены в так называемые микроформы. В зале просмотра микроформ он попросил выдать нужный ему микрофильм. Но плёнки, которые он искал, пришли в полную негодность. Игорем овладело отчаяние.

Какой-то ехидный внутренний голос постоянно подначивал: “К чему суетится? Бегать за какими-то светящимися химерами? Просиживать лучшее время в библиотеках в поисках объяснений происхождения неизвестного никому камня? Не лучше ли оставить всё как есть, и направить свои силы на заработки денег? Времена сейчас другие, народ деньги зарабатывает, а ты всё в квартире родителей живёшь. На машину накопишь. В рестораны походишь. Жизнь-то проходит”.

Но поддаться на эти уговоры мог кто угодно, только не Игорь. Не случайно же его мама постоянно повторяла, что он унаследовал упрямство своего отца.

– А для чего ещё нужно упрямство, если не для решения проблем? Нужно быть большим упрямцем, чем его отец?

– Сложно, очень сложно, но возможно.

– Нет времени?

– Буду меньше спать!

– Нет девушки?

– Вот разгадаю секрет камня, тогда и погуляем.

И всё-таки, как говорится “надежда умирает последней”. Новым проблеском этой самой неумирающей надежды была информация, которую Игорю сообщили в зале микроформ. И речь шла о том, что, несмотря на то, что экземпляр этой книги не сохранился ни в Москве, ни в остальном мире, так как был уничтожен инквизицией, но всё-таки имелась ещё одна библиотека, которая имела эту книгу. Речь шла о Венесуэле. Игорь очень надеялся что книга, написанная безымянным немецким монахом, сможет разрешить все его сомнения.

Языки никогда не были проблемой для Игоря. Прекрасно владея английским, как того требовал университет, он в дополнение самостоятельно изучил испанский. И вот теперь эти знания ему пригодились. Он написал письмо в Библиотеку Центрального Университета Венесуэлы, детально излагая причины своего интереса к книге немецкого монаха. Он аргументировал свой интерес геологическими разработками, которые ему приходится проводить на кафедре. О том, что в его распоряжении находился светящийся камень, он предпочёл умолчать. И вот сейчас, в этой телеграмме ему пришёл ответ. Какой?

Нервные пальцы рвут запечатанную телеграмму. Пересохшие губы шепчут обрывки фраз еле слышные для стороннего наблюдателя:

– … мы не высылаем ксерокопий книг … с большим удовольствием предоставим имеющуюся в нашем распоряжении информацию при личном контакте… телефоны кафедры… ведущая исследовательница по теме Рейна Майра…

Как всегда в напряжённых ситуациях мозг старается успокоиться вычислениями: –…квадратный корень из 789? …28 целых… ноль… восемьдесят девять тысячных…

Игорь сильно хлопает сложенной телеграммой по ладони левой руки: – Итак? Венесуэла? А почему бы и нет!

Камень желаний. Глава 10

Год 1523. Голубое озеро в жерле потухшего вулкана. Солнце высоко стоит над джунглями. Чёрный вулканический песок. У берега привязан плот. Издалека доносится музыка барабанов. Приближается огромная группа индейцев. Они доходят до берега, музыка затихает. Прошлый год был очень кровопролитным, но племя омагуа ценой большой крови смогло окончательно разбить злейших врагов-карибов. Начинается торжественная церемония.

Шаманы выходят вперёд перед затихшими индейцами. У самой кромки лазоревой воды стоит молодой касик. Они снимают с касика звериную шкуру ягуара, потом накидку из длинных перьев, пока он не остаётся в одной набедренной повязке. Притихшие индейцы наблюдают неподвижно.

Шаманы обмазывают тело касика чем-то напоминающим красную глину. Потом дуют из трубочек золотым песком. Спустя несколько минут, касик превращается в Эльдорадо, Золотого человека. Тело Золотого человека ослепительно блестит под лучами высокого солнца. Его подводят к плоту, стоящему у берега. На четыре угла плота всходит по шаману, они отталкиваются шестами от берега и направляются к центру озера. Вновь звучат барабаны. Индейцы поют и танцуют.

Тяжело нагруженный золотыми фигурками ягуаров, орлов и других животных плот достигает середины озера. Музыка и пение стихают. Вождь начинает бросать золотые фигурки в озеро. Последнюю фигурку он показывает сначала четырём шаманам, затем поднимает над головой, поворачивается к берегу и показывает индейцам. Потом кидает её далёко в сторону берега. После чего прыгает в воду сам. Блестя на солнце, высоко взлетают брызги, позолоченное тело исчезает в бирюзовой воде. Все ждут, затаив дыхание.

Проходит 30 секунд… 45… 60…

Гладь озера спокойна.

75… 90…

По прошествии почти двух минут, из воды показывается мокрая голова касика. Он широкими гребками доплывает до плота и взбирается на него. Шаманы стоят не шелохнувшись, никто не помогает касику. Когда он поднимается, он встаёт на середину плота. Позолота полностью смылась с тела вождя.

С берега несутся крики бурного одобрения: – Позолота смылась! Позолота смылась!

Шаманам ритуал не позволяет кричать, они лишь широко улыбаются. То, что золотая пыль полностью смылась с тела касика, является очень хорошей новостью. Живущая на дне озера змееподобная богиня Фуратена приняла дары племени. Касик угоден богине. У племени будет хороший год.

Вновь звучат барабаны. Индейцы поют. Танцуя, толпа разделяется на две части. Мужчины стоят слева, женщины – справа. Они начинают скрывать с себя украшения, луки, стрелы. Всё летит на землю. Пока не остаются в одних набедренных повязках. Музыка затихает. В неподвижном воздухе не слышно ни звука. Две колонны молча, разглядывают друг друга.

Вдруг раздаётся пронзительный горловой крик. Мужчины и женщины бегут навстречу друг другу. Кажется, что они столкнутся друг с другом. Но в последний момент ряды расширяются, они ныряют в промежутки между людьми и изо всех сил бегут к берегу озера.

Добегают и прыгают в светло-синюю воду. Сильными гребками они направляются навстречу плоту касика, приближающегося к берегу. Доплывают до него, сопровождают к берегу. На чёрный песок сходит широко улыбающийся молодой касик Тауан.

– Позолота смылась! Позолота смылась! – кричат довольные индейцы под ритмический бой барабанов.

Похоже, что неуёмная энергия молодого вождя взяла верх над немощной дряхлостью старого касика. Про ночной кошмар со старым шаманом, молодой касик Тауан предпочёл никому не рассказывать.

Камень желаний. Глава 11

Июнь1995 года. У друга по аспирантуре Володьки сегодня день рождения. Володька живёт недалеко от станции “Перово”. Игорь неоднократно бывал у него дома. Он хорошо знает и подходы к 12-этажному серому блочному дому, построенному ещё в советские времена, и саму квартиру. Сколько раз они вместе готовились в холостяцкой квартире друга к экзаменам!

Несмотря на дела, которые его задержали, Игорь приходит вовремя.

Он поднимается на девятый этаж, жмёт кпонку звонка, открывает Лена, Володина подруга: – Проходи, Игорь. Все уже пришли.

В прихожую выходит Володька, он доволен, что пришёл Игорь: – Заходи, заходи, я уж думал, что ты не придёшь!

Владимир усаживает Игоря за стол. За столом не все знакомы Игорю. В уголке сидят несколько молодых людей, хмурый вид, накачанные бицепсы. Один из них выдаётся огромностью своих габаритов даже на фоне немаленьких ребят. Малиновый пиджак, двухсотграммовая золотая цепь на бычьей шее. Квадратная челюсть, низкий лоб, выдающиеся надбровные дуги, деформированные уши борца-классика, очень коротко остриженные чёрные волосы. Ручищи, как у мужика работающего в кузнице, под стать рукам и плечи.

– A эти? – тихо спрашивает Игорь у друга.

– Не обращай внимания, спокойные ребята, друзья детства.

Начинается праздник. Стол хорошо сервирован, все едят, пьют. Начинаются тосты в честь именинника. Игорь, как все малопьющие люди, быстро хмелеет. Язык начинает заплетаться. Радушное настроение, довольствие за друга. Ребята включают музыку, многие выходят на лестницу покурить.

Выходят и Игорь с другом. Друг закуривает, они продолжают разговор, начатый в комнате:

– Значит, ты уже всё решил?

– Да, я поеду.

– A вот этого я не понимаю… Ну, скажи мне, зачем тебе это сдалось?

– Не знаю… мне кажется,… что я … просто должен…

– Ну, хорошо, камень, древняя книга… Но ехать-то зачем? Неужели нельзя связаться по телефону?

– По телефону нельзя…

– Ну, попроси тогда, чтоб тебе выслали ксерокопии, фотографии, наконец… Венесуэла – это же так далеко.

– Нет, я поеду, я уже решил.

– А ты ничего не утаиваешь? Может быть твоя книга обыкновенным предлогом? Скажи честно, ты надеешься раскрыть секрет Эль-Дорадо?

– Золотой город? Нет. Во всяком случае, это не входит в мои ближайшие планы.

– Ну, да. Ты всегда был какой-то не от мира сего, сидел бы дома, да не придумывал бы приключений на свою голову, я тебе как друг говорю.

– Как друг, я знаю, что как друг. Поэтому я тебе всё и рассказал. Ну, ладно, давай, зайдём, а то гости уже заждались, наверное.

Огромный парень в малиновом пиджаке с золотой цепью на шее молча курит сзади, выплаканного серого цвета глаза, несфокусированный взгляд, направленный в бесконечность. Игорь увлечён рассказом и не уделяет никакого внимания безмолвно стоящему у стены здоровяку.

Камень желаний. Глава 12

Год 1527 от Рождества Христова. Солдаты идут под командованием немца по имени Никола Федерманн, который действует по поручению торгового дома “Вельзер” из Аугсбурга. В знак признательности за денежный заём, необходимый для выборов императора Священной Римской империи, король Испании Карлос I отдал дому “Вельзер” провинцию Венесуэла. В поисках золота Федерман выступил из единственного прибрежного поселения Коро несколько месяцев тому назад. Конкистадоры ищут в джунглях страну Эльдорадо. Они ищут затерянную в верховьях Амазонки богатейшую страну Омагуа.

Истощённые солдаты поднимаются на возвышенность. Перед ошеломлёнными конкистадорами открывается незабываемое зрелище: далеко на горизонте лежат ухоженные кукурузные поля, рядом стоят аккуратные хижины под крышами из листьев пальмы. Вдалеке, из сплошного моря тропических джунглей видна одиноко стоящая гора, почти прямоугольной формы. Она окутана густым туманом, лежащим над джунглями. Конкистадоры приближаются к хижинам. Усталые лошади офицеров тоскливо ржут, изголодавшись по нормальному корму и отдыху.

Конкистадор Федерманн приближается к ближайшей хижине, на ветру мелодично позванивают колеблемые ветром тонкие золотые пластины. Федерманн не слезая с коня, срывает золотую пластину, пробует на зуб, суёт за пазуху. Он приближается к хижине вождя. Навстречу выходят индианки с фруктами на золотых подносах. Солдаты сбивают с ног индеек, раскидывают фрукты, хватают подносы. Начинается драка. Голодные лошади дико ржут.

Федерманн встаёт в стременах, командный крик звучит в пыльном воздухе, солдаты останавливаются. Он слезает с коня, вход в хижину вождя украшен орхидеями и лилиями. Федерманн смотрит на одну из них, слегка усмехается. Немец входит в хижину вождя. Там на высоком постаменте установлен трон из чистого золота, на нём восседает касик Тауан, вождь племени омагуа. Федерманн церемонно раскланивается перед вождём. За Федерманном стоит писарь и толмач-индеец, одетый в евпропейскую одежду.

– Приветствую тебя, о, вождь. Наша экспедиция направляется на поиски Золотого Человека. Мы сбились с дороги в джунглях и не знаем, где мы находимся, – начинает Федерманн.

Писарь усердно водит гусиным пером по бумаге.

– Вы не сбились, – спокойно отвечает молодой касик, выслушав перевод.

– Что ты хочешь этим сказать? Ты знаешь, где находится Золотой Человек?

– Да, я знаю. Золотой Человек находится перед тобой.

– Не понимаю тебя, вождь. Ты хочешь сказать, что Золотой Человек – это ты? – сглатывая слюну, говорит конкистадор. Он о чём-то шепчется с толмачём.

– Ты прав, белый человек. Золотой Человек – это я, ровным голосом отвечает касик.

Толмач переводит.

– Значит, легенда оказалась правдой! – неверящим голосом продолжает немец.

Толмач переводит.

– Какая легенда? – не меняя тона, спрашивает молодой касик

– Легенда о Золотом Человеке, живущем, едящем и спящем на золоте. И теперь я вижу, что у тебя много-много золота. Но, оно нужнее моему королю, чем тебе, – быстро договаривает немец.

Толмач переводит. Касик слушает.

– Я, Никола Федерманн, именем его Императорского Величества и его коррехидора, задам три вопроса индейскому вождю…, – немец делает паузу, ждёт, пока толмач перевёдёт.

– Касику Тауану, сыну касика Гуайкайпуро, вождю племени омагуа… Толмач переводит

Немец морщится, грязные руки в замызганейшем кафтане делают нетерпеливый жест: – Писарь, вы записали?

– Да.

– Тогда я продолжаю. Итак, вождь-касик Тауан индейского племени омагуа, согласен ли ты передать во владение испанской короны эту землю и, от их имени, командующему этой экспедицией, то есть мне, Никола Федерманну?

Толмач переводит. Писарь усердно скребёт по бумаге, не поднимая головы.

– Нет, – отвечает спокойный касик. На лице Федерманна мелькает и тут же пропадает улыбка.

– Вождь-касик Тауан индейского племени омагуа, согласен ли ты отойти от языческой ереси и принять единственно правильную католическую религию и в знак этого водрузить крест в центре твоего поселения?

– Нет, – продолжает спокойный касик.

На сей раз кривая улыбка Федерманна задерживается дольше.

– Вождь-касик Тауан индейского племени омагуа, согласен ли ты пребывать в покорности государю нашему императору Священной Римской империи, королю Испании Карлосу Первому и его губернатору Антонио де Беррео, чьим вассалом ты станешь?

– Ты пришёл сюда на правах гостя или…, – начинает касик, но немец не даёт ему закончить. Конкистадор выхватывает мушкёт и с расстояния пяти шагов стреляет касику прямо в сердце.

Касик умирает, сидя на троне. Солдаты вбегают в хижину, на секунду останавливаются перед огромным количеством золотых предметов, находящихся в хижине. Федерманн делает знак рукой, и солдаты начинают грабить. Он оборачивается к писарю: – Да, и не забудь записать, что на третий вопрос он также ответил “Нет”.

Солдаты хватают золотые подносы, украшения, обрывают нитки с подвязанными на них золотыми подвесками. Лица искажены свирепостью и алчностью. Федерманн подходит к умершему на троне касику. Его ноги вытянулись вперед, а голова закинулась. Одежда распахнулась. Из неё виден мешочек из травянистой фибры, завязанный на шее тонкой верёвочкой из растительного волокна. Конкистадор разглядывает мешочек, нагибается и рвёт его с мертвого тела.

Под звуки разбивающейся посуды и летящей на пол утвари, Федерманн развязывает мешочек. Заскорузлые пальцы извлекают светящийся камень. Конкистадор держит камень пятью пальцами левой руки, немец смотрит, как свет проходит через полупрозрачный камень, золотистый свет играет на лице умершего касика. Конкистадор подбрасывает камень в воздух, мохнатая ладонь сжимается.

– Нет, это не бриллиант. Но в любом случае, очень забавная безделушка. Посмотрим, для чего она мне ещё сможет пригодиться, – приговаривает конкистадор. Из сжатого кулака пробивается золотистый свет.

В небе грохочет. Молния бьёт в землю где-то рядом с поселением. На землю падают большие капли. Начинается проливной ливень.

Камень желаний. Глава 13

Июнь1995 года.

– Значит, так и сказал: “Я поеду в Венесуэлу?” – спрашивает толстый кавказец лет пятидесяти у огромного хмурого парня в малиновом пиджаке с золотой цепью на шее.

– Так и сказал, Вагиф Карапетянович, – парень, стоя, мнётся на месте.

– Понятно, понятно. А как его зовут, Болт? – кавказец откидывается назад в кресле. Скрещенные на затылке волосатые пальцы с золотыми перстнями поддерживают голову.

– Игорь, Вагиф Карапетянович, его зовут Игорь Николаевич Сиренкин.

– Он, вообще, чем занимается? – кавказец закидывает ногу на ногу, толстая короткая нога не удерживается, он ставит её на пол, поправляет брючину.

– Я спросил у Володьки, мы с ним вместе учились в школе, Володька говорит, что мужик этот – специалист-геологог. Занимается золотом, – парень топчется на месте.

– Он занимается золотом? И едет в Венесуэлу? Так? – волосатые руки в перстнях опираются на колени, кавказец наклоняется вперед.

– Да, – хмурый парень, не моргая, смотрит на толстого человека.

– Быстренько, ты и как его там…? Полиглота этого?

– Какого пылеглота?

– Не пЫлеглота, а пОлиглота, хотя тебе без разницы. Ну, который по–испански говорит. Как его? Ну, бля… – волосатые пальцы нетерпеливо щёлкают в воздухе. – Сейчас, сейчас…, – на низком лбу собираются морщины, – Лысого, вот кого. Он тебе с переводом поможет. Насколько я понимаю, ты по-испански нихт фирштейн?

Огромный парень стоит молча.

Толстый кавказец довольно откидывается назад: – Вы вдвоём возьмите в разработку этого геолога. Если он по золоту едет договариваться, то проследи с кем. Выжди, не спугни. А когда прояснится, какие у него там контакты, можно будет и крышу предложить. Если всё срастётся, то получишь процент от сделки. Ясно?

Низкие брови от изумления ползут вверх: – Процент? Яснее не бывает.

– И, Болт, слушай сюда.

– Да, Вагиф Карапетянович?

– Если не срастётся, объяснений не хочу – за каждую копейку лично ответишь. Это, надеюсь, объяснять не надо?

Огромное тело, сращенное с головой, напрягается.

– Короче, чтоб всё пучком было! Ханки много не жрите. На уши никого без нужды не ставьте. Короче, тише воды, ниже травы. Вопросы есть?

– Нет… вопросов нет… Вагиф Карапетянович…

– Ну, иди, иди, божий человек… билеты заказывай.

Огромный парень в малиновом пиджаке разворачивается всем телом и уходит. В голове тревожно бьётся одна-единственная мысль, к чему бы это шеф назвал его лучшего друга Лысого “пылеглотом”.

Камень желаний. Глава 14

Год 1527 от Рождества Христова. Экспедиция вот уже какие сутки пробивается через непроходимые джунгли. Провизии не осталось. Пали лошади и мулы. Многие носильщики умерли. Индейцы не простили вероломства белых людей, принятых касиком Тауаном, и убивших его. На дороге, по которой они пришли, поставили засады. Любое приближение к ним вызывает град отравленных стрел из-за деревьев. На обратной дороге белых людей ждёт смерть.

Единственный выбор – это вернуться другой дорогой. Может быть, таким образом, удасться спастись от стрел индейцев? Солдатам приходится прорубать мачете каждый метр пути. Их ряды тают с каждым днём. Малярия валит с ног. Один солдат был растерзан ягуаром. Другой, неосторожно подошедший к реке, стал жервой крокодила. Невидимые туземцы убивают отбившихся солдат, выдувая из коротеньких трубочек растительные шипы, пропитанные ядом кураре.

Вскоре все индейцы, захваченные в плен для переноса золота, сбегают. Нет носильщиков для переноса награбленного. Конкистадоры решают закопать весь клад под большим деревом и обозначить его зарубками, чтобы потом за ним вернуться. Они разделяются на маленькие группки, чтобы пробираться по отдельности через джунгли. Они договариваются встретится в Коро. Но не встречаются, погибают. Уцелевает лишь один человек из экспедиции. Никола Федерманн.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.