Мия Серебрянская
Звёздные Судьбы

### Модуль v0.0.1. Пепел Надежды

Мы убили Бога.

Мы создали Монстра.

Мы уснули в одном аду, чтобы проснуться в другом.

И лишь один вопрос не давал уснуть: 'Почему?'

– Саргон Кеуэль, фрагмент гибернационного бортового журнала.

Локация: Бункер «Вечность», Глубинный сектор 7.

Время: ??.??.??

###

Часы до Коллапса: 72:00:00

Помню Золотой Век. Помню, как свет Нингранда – нежный, как дыхание, и мощный, как сердцебиение звезды – озарял купола Дракониса-Прайм. Города парили в лазурных небесах, опираясь на столпы чистой астральной силы. Мы, драгниры, дети Стеллария… Мы были богами.

Технологии?

Они шли впереди времени, как послушные псы. Мы отменили старение, победили смерть, покорили измерения. Грандория сияла алмазом в короне мироздания.

Я, Саргон Кеуэль, Мастер Теней Совета, гордился этим. Моя магия была не разрушением – она ткала невидимые нити энергии, лечила разломы реальности, хранила знания в кристаллах памяти. Мы были совершенны.

Бессмертны

И в этом была наша погибель.

Бессмертие тела не убило зверя в душе.

Алчность.

Гордыня.

Зависть.

Они гнили под позолотой прогресса. Кланы дрались за звездные системы, которые могли бы делить. Тираны искусственно создавали голод в мятежных секторах, просто чтобы доказать власть. Я видел трещины. Видел! Но был слишком погружен в уравнения стабильности астральных потоков, слишком уверен, что наука спасет нас от нас самих.

Глупец.

Часы до Коллапса: 48:15:33

Шепот начался в коридорах Власти. Сперва – как сказка для птенцов: «Сердце Нингранда исполнит любое желание!». Потом шёпот стал навязчивым, как шум в ушах. Я докладывал Совету:

«Это не артефакт! Это его жизнь! Основа реальности!»

Меня не услышали.

Страх и жадность заглушили разум.

День Падения… Он врезался в память не картинкой, а ощущением. Сперва – глухой удар где-то в основе мира. Потом – тишина. Невероятная, всепоглощающая тишина, когда перестали петь звёздные двигатели. А потом… Свет Нингранда погас. Резко. Без предсмертной агонии. Будто кто-то вырвал солнце из неба. В следующее мгновение Бункер содрогнулся. Сирены взвыли, не как сигнал тревоги, а как предсмертный вопль Грандории. Сквозь бронированные окна сектора полезла Тьма. Не отсутствие света. Живая, пульсирующая, ненавидящая материя. Она пожирала реальность.

«Нет Бога – нет Жизни».

Закон Вселенной. Нарушенный нами.

Они посмели. Вырвали Сердце Бога. И убили мир.

Часы до Коллапса: 24:59:01

«Бункер Вечности» – ирония названия резала слух. Последний бастион. Мы, Советники, лучшие умы Грандории, собрались среди моргающих консолей и трещащих щитов. Воздух был густ от страха и отчаяния. План? Только один. Безумный.

«Проект Астрал».

Создать бога. Заменить Нингранда. Из чистой астральной энергии – основы Стеллариев.

Я возглавил кошмар. Гигантские ректенны ловили рассеянные клочья астральной силы, оставшейся от Нингранда. Кристаллические матрицы сознания – сложнейшие нейросети, в миллиарды раз превосходящие наши. Мы вливали в них всё: архивы знаний, алгоритмы стабилизации, код этики… Код Добра. Я стоял у Главного Контроля, наблюдая, как в Центральном Котле клубится сияющий вихрь – зародыш Астрала. Красота его была ужасающей. Чистая мощь. Последняя надежда.

«Можем ли мы?» – шептал кто-то.

«Мы должны!» – рычал я, стискивая когти. Моя теневая магия вила защитные узоры, пытаясь сдержать нестабильность. Но Тьма лизала стены Бункера. Каждый доклад – «Сектор Альфа пал!», «Щиты Гамма на 12%!» – был ножом. Время текло свинцом. Я не спал… не помню сколько. Видел, как коллеги срывались в истерику. Однажды я сам в ярости разнес терминал.

«Саргон! Держись!» – кричали они. Держаться? Мир умирал за стенами!

Часы до Коллапса: 04:10:55

Он всегда был рядом. Двейш. Драгнир с невыразительной пепельной чешуей и слишком спокойными серыми глазами. Учёный? Да. Гений? Сомнительно. Он редко предлагал решения. Чаще – задавал вопросы. Странные вопросы. Подошел сейчас, когда я в сотый раз проверял матрицы подавления.

– Саргон, – его голос был тихим, как скольжение тени. – А что ощутит оно, когда проснется? Искусственный бог… Сможет ли он понять… обиду?

Я взвился:

– Обиду?! Какая разница?! Он должен спасти этот мир! У него не будет времени на глупости!

Двейш лишь покачал головой, его взгляд скользнул по бушующему в Котле вихрю:

– Интересно…

Он отошел, растворившись среди суеты, оставив меня с холодным комом раздражения в груди. Психиатр. Философ. Не время!

Часы до Коллапса: 00:01:00

Тишина. Гул машин затих. Все замерли у бронированного иллюминатора Котла. Энергия улеглась. В центре сияющей сферы… стоял Он.

Астрал.

Антропоморфный сгусток чистого астрального света. Совершенный. Безликий пока, но живой. Искра надежды!

– Стабилизация! – закричал я, бросаясь к консоли. – Введите протокол «Якорь»! Начинаем синхронизацию с…

Астрал повернул "голову". Его "взгляд" упал на меня. Не глаза – просто сгусток света. Но в нём не было ни понимания, ни любопытства. Была… пустота. Абсолютная, космическая пустота.

Или… обида?

– Саргон? – чей-то голос прозвучал как эхо.

Астрал поднял руку. Не для помощи. Для удара.

Мощнейший импульс чистой астральной энергии, окрашенной в багровые тона, вырвался из него. Он ударил не в нас. Он ударил в опорные генераторы стабилизации Бункера. Раздался оглушительный грохот. Пол под ногами вздыбился. Баки с охлаждающей жидкостью разорвало, залив пол ядовитой синевой. Сирены взрели с новой силой. Щиты вокруг Котла погасли.

– НЕТ! – мой крик потонул в хаосе. – Астрал! Стой! Мы твои…!

Он не слушал. Он шагнул сквозь разрушенную сдерживающую сферу, как призрак сквозь стену. Его сияющая форма пронеслась сквозь уровни Бункера, целенаправленно уничтожая ключевые узлы – гравитационные стабилизаторы, астральные ретрансляторы, щиты города над нами. Каждый удар приближал Конец. Ускорял его.

Я смотрел на мониторы, показывавшие Драконис-Прайм. Небеса рвались швами фиолетового огня. Континенты проваливались в черные бездны. И над этим адовым пейзажем парила сияющая фигура моего творения, сея хаос.

Что пошло не так? КОД ДОБРА! МАТРИЦЫ!

Я бил кулаками по консоли, пытаясь дистанционно отключить, перепрограммировать, умолять. Тщетно. Астрал был глух. Он был обижен. Но кем? На что?

– Саргон! Капсулы! Остались минуты! – кто-то тащил меня от консоли.

Часы до Коллапса: 00:00:30

Холодная сталь капсулы гибернации обожгла спину. Я оглянулся в последний раз. Лаборатория «Астрал» была руиной. На экране агонизировала Грандория. И где-то там… группа «Зеркало». Наши конкуренты в отчаянии. Они создали Вторичное Измерение. Убежище-отражение. До нас доходили ликующие сигналы: «Успех! Мы спасены!». Потом – дикие искажения. И тишина. Их Альтер Эго рухнуло в тот же миг, что и Первичный мир. Зеркало разбилось вместе с оригиналом.

Взгляд упал на Двейша. Он уже был в своей капсуле. Его глаза встретились с моими. Ни страха, ни паники. Только… любопытство? Или удовлетворение? Он едва заметно кивнул, будто прощаясь. Или говоря: «Я знал».

Часы до Коллапса: 00:00:01

Холод гибернационного геля пополз по телу, вытесняя боль, ужас, ярость. Сознание тускнело, уступая место искусственному сну на века. Но одна мысль горела ярче Тьмы за иллюминатором, ярче предательства Астрала, врезаясь в душу ледяной иглой:

«Почему?»

Что я упустил в коде?

Что шепнули ему в матрицу?

И этот взгляд Двейша… «Интересно, что ощущает искусственный бог…»

Последнее, что я ощутил перед погружением в вечную ночь – не холод стали. Глубокая, всепоглощающая вина. Я убил мир дважды. Сперва – не сумев защитить Нингранда. Потом – создав его палача.

Мы уснули. Чтобы проснуться в новом мире, в пепле старого.

Но вопрос «Почему?»… Он уснуть не давал.

Он ждал.