Алексей Однолько
Сквозь испытания. Часть 3

Часть 3. Испытания времени

Эпические испытания и космические свершения

Глава 1. Новые горизонты

Прошло пять лет с того момента, как Алина и Алексей успешно завершили немецкий проект. Их студия «Сквоз» теперь была известна далеко за пределами России – портфолио включало проекты в Европе, Азии и даже несколько инновационных разработок для космических станций. Но этот успех принёс не только радость, но и новые, более масштабные вызовы.

Алина стояла у панорамного окна своего нового офиса на сороковом этаже небоскрёба в Москва-Сити, наблюдая за городом, простирающимся до горизонта. В её руках был планшет с проектом, который мог изменить не только их карьеру, но и будущее человечества. Международная корпорация «Аstrospace Technologies» предложила им разработать дизайн первого коммерческого города на Луне.

– Трудно поверить, что мы дошли до этого, – тихо сказал Алексей, подходя к ней сзади. В его голосе звучала смесь гордости и некоторого беспокойства. Лунный проект был амбициозным до невозможности – никто раньше не проектировал жилые пространства для постоянного пребывания людей вне Земли.

– Иногда мне кажется, что мы движемся слишком быстро, – призналась Алина, поворачиваясь к нему. – Пять лет назад мы боролись за один международный контракт. А теперь нас просят спроектировать город на другой планете.

Алексей обнял её за плечи, чувствуя знакомое напряжение в её мышцах. За годы совместной работы он научился читать её настроения по малейшим деталям – способу, которым она держала плечи, интонации голоса, взгляду.

– Но разве не об этом мы мечтали? – мягко спросил он. – О возможности создавать нечто по-настоящему революционное?

Алина улыбнулась, вспоминая их первые совместные проекты, когда каждая комната казалась огромным достижением. Теперь им предстояло думать о целых городских кварталах в условиях пониженной гравитации и искусственной атмосферы.

Их команда за эти годы выросла до ста пятидесяти человек. Среди сотрудников теперь были не только дизайнеры и архитекторы, но и инженеры космических систем, психологи, специалисты по замкнутым экосистемам. Виктория, которая когда-то была источником конфликтов, стала одним из ключевых членов команды, отвечая за техническую интеграцию проектов.

– Команда собралась в конференц-зале, – напомнил Алексей. – Нам нужно принять решение по лунному проекту сегодня.

Алина кивнула, отрываясь от созерцания города. Впереди их ждало самое важное совещание в истории студии – встреча, которая определит, готовы ли они принять вызов, способный изменить ход истории человечества.

Глава 2. Космические амбиции

Конференц-зал был заполнен до отказа. За длинным столом сидели ведущие специалисты студии, а на стенах висели голографические проекции лунной поверхности и предварительные концепты будущего города. Воздух был наполнен ожиданием и лёгким волнением – все понимали историческую важность момента.

– Давайте начнём с технических аспектов, – сказала Виктория, активируя трёхмерную модель лунной базы. – Основные вызовы: радиация, отсутствие атмосферы, температурные перепады от минус ста семидесяти до плюс ста двадцати градусов, и, конечно, гравитация в шесть раз меньше земной.

Доктор Андрей Волков, новый член команды – астрофизик и специалист по космическим технологиям, добавил: – Не забывайте о психологических факторах. Люди будут жить в полной изоляции от Земли минимум два года. Дизайн пространства должен компенсировать эту изоляцию.

Алина внимательно изучала голографическую модель, представляя, как люди будут жить и работать в этих пространствах. Каждая комната, каждый коридор должны были не просто выполнять функциональные задачи, но и поддерживать психологическое здоровье колонистов.

– Наша философия всегда строилась на создании пространств, которые вдохновляют и поддерживают людей, – сказала она. – На Луне это становится не просто эстетическим принципом, а вопросом выживания.

Молодой дизайнер Максим Орлов поднял руку: – А что, если мы попробуем воссоздать земные природные пространства? Искусственные парки, водные элементы, имитация смены времён года?

– Интересная идея, – откликнулся Алексей. – Но нужно учитывать ограничения по ресурсам. Каждый килограмм материала на Луне стоит десятки тысяч долларов.

Виктория включила новую проекцию: – Я подготовила предварительные расчёты. Если мы используем местные лунные материалы – реголит для строительства, лёд из полярных кратеров для воды – мы можем существенно снизить стоимость.

Следующие три часа команда обсуждала технические детали, бюджетные ограничения и творческие возможности. Постепенно вырисовывалась концепция города, который был бы не просто функциональным убежищем, но настоящим домом для людей вдали от Земли.

– Есть ещё один аспект, – тихо сказала София Лебедева, психолог команды. – Колонисты будут первопроходцами новой эры человечества. Дизайн должен отражать историческую важность их миссии, вдохновлять их на свершения.

Алина почувствовала, как внутри неё что-то откликается на эти слова. Это был не просто проект – это была возможность заложить основы будущей межпланетной цивилизации.

– Принимаем проект, – решительно заявила она. – Но с одним условием – мы делаем это по нашим стандартам качества, даже если это займёт больше времени.

Алексей улыбнулся, узнавая в этих словах ту решительность, которая привлекла его к Алине с самого начала. Он знал: впереди их ждут месяцы напряжённой работы, но результат может превзойти все их предыдущие достижения.

Глава 3. Команда мечты

Работа над лунным проектом потребовала кардинального расширения команды. В течение месяца к студии присоединились специалисты со всего мира: японский эксперт по замкнутым экосистемам, американский инженер жизнеобеспечения, скандинавский специалист по устойчивой архитектуре и даже бывший космонавт, проведший год на орбитальной станции.

– Познакомьтесь с Эльзой Йохансон, – представил Алексей новую сотрудницу. – Она спроектировала системы жизнеобеспечения для арктических исследовательских станций. Её опыт работы в экстремальных условиях будет неоценим.

Эльза была женщиной лет сорока, с проницательным взглядом и спокойной уверенностью человека, привыкшего работать в сложных условиях. – Рада присоединиться к команде, – сказала она с лёгким скандинавским акцентом. – Я изучила ваши предыдущие проекты. Впечатляющее сочетание эстетики и функциональности.

Алина почувствовала искреннее уважение в её голосе – совсем не то, что было с Викторией в первые месяцы их знакомства. Возможно, успехи последних лет изменили восприятие их студии в профессиональном сообществе.

Новым техническим директором проекта стал Дмитрий Козлов – инженер-ракетостроитель, который участвовал в создании современных космических кораблей. Его присутствие в команде было гарантией того, что все их дизайнерские решения будут технически реализуемы.

– Основная проблема лунной архитектуры, – объяснял он на одном из брифингов, – это необходимость создания абсолютно герметичных пространств. Малейшая разгерметизация может стать катастрофой. Поэтому каждый элемент дизайна должен быть не только красивым, но и безопасным.

Команда работала в режиме мозгового штурма. Алина впервые за годы почувствовала тот же творческий подъём, что и в начале карьеры, когда каждая новая идея открывала неизведанные возможности.

– А что, если мы создадим центральную площадь под огромным куполом? – предложила она на одном из совещаний. – Место, где колонисты смогут собираться, чувствуя связь с небом, даже если это искусственное небо.

– Технически сложно, но возможно, – отозвался Дмитрий. – Нужно будет использовать специальные композитные материалы, способные выдерживать перепады давления.

Эльза добавила: – Психологически это будет невероятно важно. Открытые пространства снижают уровень стресса и клаустрофобии. Я видела подобные эффекты в арктических экспедициях.

Постепенно вырисовывалась концепция лунного города, который объединял бы передовые технологии с глубоким пониманием человеческих потребностей. Каждая деталь – от цветовых решений до планировки комнат – продумывалась с учётом уникальных условий Луны.

Алексей наблюдал за работой команды с гордостью и некоторым изумлением. Пять лет назад они боролись за признание в международном проекте, а теперь собрали команду мирового уровня для решения задач, которые ещё недавно казались научной фантастикой.

– Знаешь, что меня больше всего поражает? – сказала Алина вечером, когда они остались вдвоём в опустевшем офисе. – Не масштаб проекта, не сложность технических решений. А то, как легко люди из разных стран и культур объединились вокруг общей мечты.

– Возможно, именно в этом и заключается будущее человечества, – ответил Алексей. – В способности работать вместе ради целей, которые больше любых национальных или корпоративных интересов.

Глава 4. Первые испытания

Первые месяцы работы над лунным проектом показали, что даже самые опытные специалисты сталкиваются с задачами, для решения которых не существует готовых ответов. Каждый день приносил новые вопросы: как обеспечить приватность в условиях ограниченного пространства? Как создать ощущение дома в месте, где нет природы? Как сбалансировать эффективность и красоту в условиях, где каждый квадратный метр на счету?

– Мы столкнулись с фундаментальной проблемой, – сказала Алина на очередном совещании, указывая на трёхмерную модель жилого модуля. – Наши привычные принципы дизайна не работают в условиях пониженной гравитации. Люди будут двигаться по-другому, использовать пространство по-другому.

Дмитрий Козлов кивнул: – В невесомости или при низкой гравитации люди естественным образом используют все поверхности помещения – стены становятся полом, а потолок – рабочей зоной. Традиционное деление на верх и низ теряет смысл.

Эльза добавила с энтузиазмом: – Это же открывает невероятные возможности! Представьте комнаты, где мебель может крепиться к любой поверхности, где люди могут работать в трёхмерном пространстве.

Но новые возможности принесли и новые проблемы. Команда провела месяц, пытаясь создать дизайн спальни, где человек мог бы полноценно отдыхать в условиях низкой гравитации. Обычная кровать становилась бесполезной – люди в космосе спят в спальных мешках, прикреплённых к стене.

– Нам нужно переосмыслить саму концепцию комфорта, – размышляла Алина вслух. – На Земле комфорт связан с мягкостью, теплом, ощущением стабильности. А что означает комфорт в космосе?

Ответ пришёл неожиданно. Во время видеоконференции с командой Международной космической станции астронавт Мария Петрова поделилась своим опытом: – Знаете, что я больше всего ценю здесь, на орбите? Возможность парить у иллюминатора и смотреть на Землю. Это даёт ощущение связи с домом и одновременно – понимание величия космоса.

Эти слова стали откровением для команды. Алина поняла: лунный город должен предоставлять колонистам возможность созерцания – и Земли в небе, и лунных пейзажей, и звёзд, видимых с невероятной чёткостью в отсутствие атмосферы.

– Мы создаём не просто жилые пространства, – сказала она с новым пониманием. – Мы создаём места для размышлений о месте человека во Вселенной.

Глава 5. Технологические прорывы

Работа над лунным проектом привела к неожиданным инновациям в области земного дизайна. Необходимость максимально эффективно использовать каждый сантиметр пространства заставила команду разработать новые принципы многофункциональной мебели и трансформируемых интерьеров.

Максим Орлов, который за месяцы работы стал ведущим специалистом по адаптивным пространствам, представил команде свою последнюю разработку: – Смотрите, эта стена может за пять минут превратиться в рабочее место, зону отдыха или спортивный уголок. Всё управляется простыми сенсорными командами.

Алексей изучал голографическую демонстрацию с растущим восхищением: – Это революция не только для космоса, но и для земного жилья. Представь, как это изменит жизнь людей в мегаполисах, где каждый метр стоит целое состояние.

Виктория, которая руководила техническим отделом, добавила: – Мы уже получили несколько запросов от земных застройщиков. Наши разработки для Луны оказались востребованными для компактного жилья на Земле.

Но главным прорывом стала система психологической поддержки, разработанная совместно с Софией Лебедевой. Искусственный интеллект анализировал поведение и эмоциональное состояние колонистов, автоматически адаптируя освещение, цветовую гамму и даже планировку помещений для поддержания психологического благополучия.

– Представьте, – объясняла София во время презентации, – система замечает, что человек находится в состоянии стресса или депрессии. Она может изменить цвет стен на более тёплые тона, включить мягкую музыку, создать иллюзию окна с видом на земной пейзаж.

Эта технология произвела фурор в научном сообществе. Статьи о «эмпатических интерьерах» появились в ведущих архитектурных журналах мира. Алина и Алексей неожиданно обнаружили себя в центре внимания не только как дизайнеры, но и как пионеры новой области – космической психоархитектуры.

– Мы создали что-то большее, чем просто дизайн, – размышляла Алина во время одного из вечерних разговоров с Алексеем. – Мы разработали новый способ взаимодействия человека с жилым пространством.

– И самое удивительное, что всё началось с необходимости решить практические проблемы лунной колонии, – ответил Алексей. – Ограничения породили инновации, которые мы никогда бы не придумали в комфортных земных условиях.

Глава 6. Неожиданные союзники

Слава об инновационных решениях студии «Сквоз» распространилась далеко за пределы архитектурного сообщества. Однажды утром Алина получила звонок, который изменил весь ход проекта. Звонил представитель корпорации «SpaceX», предлагая сотрудничество в области дизайна марсианских баз.

– Мы следили за вашей работой над лунным проектом, – сказал Джеймс Харрисон, директор по развитию колонизационных программ. – Ваш подход к созданию жилых пространств в экстремальных условиях именно то, что нужно для Марса.

Предложение было ошеломляющим. Работа одновременно над лунным и марсианским проектами означала выход на совершенно новый уровень сложности и ответственности. Но это также открывало перспективы, которые ещё недавно казались немыслимыми.

– Основное отличие Марса от Луны, – объяснял Харрисон во время видеоконференции, – это наличие атмосферы, хоть и тонкой, сезонные изменения и гораздо большее расстояние от Земли. Колонисты будут полностью изолированы минимум на два года.

Дмитрий Козлов тут же включился в обсуждение технических аспектов: – Марсианские пылевые бури могут длиться месяцами. Нужны герметичные системы, способные функционировать автономно длительное время.

Эльза добавила: – Психологический аспект ещё сложнее. На Луне колонисты всегда видят Землю в небе – это связь с домом. На Марсе Земля – просто яркая звезда среди других.

Алина почувствовала, как в ней пробуждается знакомое волнение первопроходца. Каждый новый проект открывал горизонты, о которых они не могли даже мечтать в начале карьеры.

Но настоящим сюрпризом стало предложение от Европейского космического агентства. Они хотели, чтобы команда «Сквоз» разработала дизайн орбитальной станции нового поколения – межпланетного транспортного хаба, который стал бы перевалочным пунктом между Землёй, Луной и Марсом.

– Мы предлагаем создать первый настоящий космический город, – сказала доктор Анна Шмидт из ЕКА. – Место, где люди не просто выживают в космосе, но по-настоящему живут.

Алексей понимал: принятие всех этих проектов означало качественное изменение их студии. Они превращались из архитектурного бюро в центр разработки будущей космической цивилизации.

– Мы стоим на пороге новой эры, – сказал он команде на экстренном совещании. – Через десять лет человечество начнёт активную колонизацию Солнечной системы. И мы можем стать теми, кто определит, как будут выглядеть первые города среди звёзд.

Глава 7. Испытание масштабом

Работа одновременно над тремя космическими проектами потребовала кардинальной реорганизации студии. Команда выросла до трёхсот человек, а офис расширился на три этажа небоскрёба. Алина и Алексей впервые столкнулись с проблемами, которые раньше казались им далёкими – управлением большой корпорацией, координацией международных команд, балансированием между творческим видением и бизнес-задачами.

– Иногда мне кажется, что мы теряем то, что делало нас особенными, – призналась Алина во время одного из редких вечеров, которые они проводили дома, а не в офисе. – Помнишь, как мы могли часами обсуждать дизайн одной комнаты? А теперь мне приходится принимать решения о целых городах за несколько минут.

Алексей понимал её беспокойство. Масштаб ответственности иногда был пугающим. Их решения теперь влияли не только на комфорт отдельных людей, но на будущее человеческой цивилизации в космосе.

– Но посмотри, что мы создали, – ответил он, указывая на стену, увешанную наградами и сертификатами признания от космических агентств всего мира. – Мы дали возможность сотням талантливых людей работать над самыми амбициозными проектами в истории человечества.

Действительно, студия «Сквоз» стала магнитом для молодых талантов со всего мира. Молодые архитекторы, инженеры, психологи мечтали попасть в команду, которая проектировала будущее человечества среди звёзд.

Одним из таких талантов была Ли Вэй – китайский специалист по биоархитектуре, которая предложила революционную концепцию живых зданий для Марса. Её идея заключалась в использовании генетически модифицированных растений, которые одновременно служили бы строительным материалом, системой очистки воздуха и источником пищи для колонистов.

– Представьте стены, которые дышат, очищают воздух и растут сами по себе, – объясняла она на презентации. – Марсианская колония могла бы стать самоподдерживающейся экосистемой.

Эта идея настолько поразила научное сообщество, что ведущие биологические институты мира предложили совместные исследования. Студия «Сквоз» неожиданно оказалась в центре междисциплинарной революции, объединяющей архитектуру, биологию, психологию и космические технологии.

– Мы больше не просто дизайнеры, – размышляла Алина, наблюдая за работой объединённых команд специалистов. – Мы стали катализатором для целой новой области науки.

Алексей кивнул, чувствуя ту же смесь гордости и ответственности: – И самое удивительное, что всё это выросло из нашего желания создавать красивые и функциональные пространства для людей.

Глава 8. Личные потери и находки

Успех всегда имеет свою цену. За два года интенсивной работы над космическими проектами Алина и Алексей практически не выходили из офиса. Их отношения, когда-то наполненные романтикой и спонтанностью, стали почти исключительно профессиональными. Они общались о технических характеристиках, бюджетах, дедлайнах, но почти перестали говорить о том, что чувствовали.

– Когда ты в последний раз смотрела на закат не через окно офиса? – спросил Алексей однажды вечером, заставая Алину за работой над чертежами марсианской оранжереи.

Алина подняла голова, и он увидел усталость в её глазах – не физическую, а душевную. – Честно? Не помню. Кажется, месяца три назад, когда мы летели в Хьюстон на презентацию.

– Мы создаём дома для людей в космосе, но потеряли собственный дом, – тихо сказал он, садясь рядом с ней.

Эти слова задели за живое. Алина поняла: в погоне за звёздами они забыли о земле под ногами. Их квартира превратилась в место для сна между рабочими сменами, а отношения – в деловое партнёрство.

– Может, нам стоит взять отпуск? – предложила она. – Настоящий отпуск, без планшетов, звонков и совещаний.

Алексей улыбнулся впервые за долгое время: – Знаешь, где я хочу побывать? В обычном парке. Походить по траве, покормить уток, посидеть на скамейке и просто поговорить о чём-то, не связанном с работой.

Они взяли неделю отпуска – первую за два года. Уехали в небольшой городок на берегу озера, сняли деревянный домик и провели семь дней, переосмысливая свою жизнь. Алина рисовала акварелью пейзажи – не архитектурные проекты, а просто красоту природы. Алексей читал художественную литературу, готовил простую еду и наслаждался тишиной.

– Знаешь, о чём я думаю? – сказала Алина в последний вечер отпуска, когда они сидели у камина. – Мы проектируем дома для колонистов на Марсе, думаем о том, как им будет комфортно за миллионы километров от Земли. Но забыли создать уют в собственной жизни.

– Возможно, это и есть самый важный урок, – ответил Алексей. – Технологии и амбиции не имеют смысла, если мы теряем то, что делает нас людьми.

Вернувшись в Москву, они внесли изменения не только в рабочий график, но и в саму философию студии. Был введён принцип обязательных выходных, создано пространство для отдыха и размышлений, а в каждый проект стали закладывать элементы, напоминающие о важности человеческих связей.

Глава 9. Первый запуск

Весной 2029 года произошло событие, которое изменило восприятие космической архитектуры во всём мире. На орбиту была выведена первая экспериментальная станция, спроектированная студией «Сквоз» – «Гармония-1». Это был прототип будущей межпланетной станции, рассчитанный на экипаж из двенадцати человек.

Алина и Алексей наблюдали запуск из центра управления полётами в Байконуре. Видеть, как их идеи превращаются в реальные модули, поднимающиеся в космос, было одновременно волнующим и пугающим.

– Представляешь, – шептала Алина, следя за телеметрией на мониторах, – через несколько часов люди будут жить в пространстве, которое мы создали. Каждая деталь интерьера, каждый элемент планировки – результат наших решений.

Первые отчёты экипажа превзошли все ожидания. Адаптивная система освещения, которая имитировала земной день и ночь, значительно улучшила качество сна астронавтов. Многофункциональные пространства позволили эффективно использовать каждый кубический метр. Но самым важным открытием стало влияние «зон созерцания» – специально спроектированных иллюминаторов с удобными местами для наблюдения за Землёй и космосом.

– Эти пятнадцать минут ежедневного созерцания Земли стали важнейшей частью нашего распорядка, – сообщал командир экипажа Майкл Чен. – Это не просто красиво – это возвращает понимание того, ради чего мы здесь.

Психологические отчёты показали значительное снижение уровня стресса и улучшение командной работы по сравнению с экипажами на традиционных станциях. Научные журналы писали о революции в космической архитектуре, а заказы на проекты пошли не только от космических агентств, но и от частных компаний.

Успех «Гармонии-1» открыл дорогу к более амбициозным проектам. Японское космическое агентство заказало дизайн орбитального отеля на сто человек. Индийская программа освоения Луны запросила проект научной базы. Частная корпорация «Blue Origin» предложила сотрудничество в создании космического города на десять тысяч жителей.

– Мы перестали быть экспериментаторами, – сказал Алексей во время празднования успеха. – Теперь мы архитекторы новой реальности.

Но с признанием пришли и новые вызовы. Каждый проект требовал уникальных решений, каждая ошибка могла стоить человеческих жизней. Ответственность становилась всё более тяжёлой, но и более вдохновляющей.

Глава 10. Конкуренция и сотрудничество

Успех студии «Сквоз» не остался незамеченным. По всему миру стали появляться конкурирующие организации, предлагающие альтернативные подходы к космической архитектуре. Некоторые делали ставку на чисто функциональные решения, другие – на футуристические концепции, третьи – на адаптацию земных архитектурных стилей к космическим условиям.

Особенно серьёзным конкурентом стала американская корпорация «Stellar Habitats», возглавляемая Ричардом Стоуном – бывшим архитектором NASA, который критиковал подход «Сквоз» как «слишком эмоциональный» для суровых реалий космоса.

– Космос не место для романтики, – заявлял он в интервью. – Каждый элемент должен служить выживанию. Эстетика – роскошь, которую мы не можем себе позволить.

Эти слова задели Алину за живое. В них она услышала отголосок старых споров с Викторией, только на новом, космическом уровне. Но опыт научил её: лучший ответ на критику – не слова, а результаты.

Противостояние двух подходов вылилось в настоящую битву за контракт на проектирование первой лунной базы постоянного пребывания. Это был проект века – город на тысячу жителей, который должен был стать отправной точкой для дальнейшей колонизации Солнечной системы.

Презентации двух команд проходили в Женеве перед комиссией из представителей ведущих космических держав. «Stellar Habitats» представили проект максимально функциональной базы – эффективной, надёжной, но лишённой всего «лишнего». Их модули напоминали промышленные цеха или научные лаборатории.

Команда «Сквоз» предложила нечто совершенно иное. Их лунный город включал не только жилые и рабочие зоны, но и общественные пространства, парки под куполами, культурные центры и даже небольшие храмы разных конфессий.

– Мы создаём не просто базу выживания, – говорила Алина перед комиссией. – Мы закладываем основы новой ветви человеческой цивилизации. Колонисты будут не только работать и выживать – они будут жить, любить, рождать детей, создавать искусство, молиться, праздновать. Наш город должен поддерживать все аспекты человеческого существования.

Решение комиссии было единогласным. Проект «Сквоз» получил одобрение не только из-за технических достоинств, но и благодаря целостному видению будущего человечества в космосе.

Неожиданно Ричард Стоун обратился к Алине после объявления результатов: – Возможно, я был неправ. Возможно, без романтики и мечты технологии действительно превращаются в пустые железки.

Этот разговор положил начало неожиданному сотрудничеству. «Stellar Habitats» присоединились к проекту, отвечая за инженерные системы, а «Сквоз» сосредоточились на создании жилой среды. Конкуренция трансформировалась в партнёрство, объединяющее лучшие качества обеих команд.

Глава 11. Семейные узы

В разгар работы над лунным проектом произошло событие, которое кардинально изменило личную жизнь Алины и Алексея. Алина узнала, что беременна. Новость была неожиданной – в последние годы они настолько погрузились в работу, что почти не думали о детях.

– Ребёнок, – повторяла Алина, глядя на результаты анализов. – У нас будет ребёнок.

Первой реакцией был страх. Как совместить воспитание малыша с управлением международной корпорацией? Как быть родителями, когда каждый день приносит вызовы глобального масштаба?

Но постепенно страх сменился особым чувством ответственности. Они создавали будущее для человечества – и теперь это будущее получило очень личное, конкретное лицо.

– Знаешь, что это значит? – сказал Алексей, обнимая Алину. – Наш ребёнок вырастет в мире, где космические путешествия будут обычным делом. Возможно, он станет первым поколением, для которого другие планеты будут такими же доступными, как другие континенты для нас.

Беременность заставила их по-новому взглянуть на проекты. Детские пространства в космических городах перестали быть абстрактной задачей – теперь они думали о том, где будут играть их собственные дети, если семья когда-нибудь переселится на Луну или Марс.

Команда студии встретила новость с энтузиазмом. София Лебедева предложила создать специальный отдел детской космической психологии. Ли Вэй начала разрабатывать игровые пространства с использованием живых растений. Максим Орлов спроектировал адаптивную детскую мебель для условий пониженной гравитации.

– Мы проектируем не просто города, – сказала Виктория на одном из совещаний. – Мы создаём место, где человеческий род будет продолжаться среди звёзд.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.