Sanador Sergey
Город без отражений

Пролог

«Они думали, что бегут… но на самом деле их вели.»

В тишине. Где-то капала вода, один и тот же звук, словно метроном. Лампы мигали, роняя холодный свет на облупленные стены. В узком коридоре пахло сыростью и железом, воздух был тяжёлый, вязкий.

Каждый шаг отдавался эхом. Казалось, стены слушают и запоминают. Любая мелочь могла выдать – вдох, скрип обуви, тень, скользнувшая по полу.

Снаружи город тоже не спал. Машины проносились по пустым проспектам, неон бил в глаза, дворы дышали тьмой. За дверями что-то происходило – разговоры, звон стекла, глухие удары. Жизнь кипела, но ни одно лицо не внушало доверия.

Здесь не было случайностей. Любая встреча могла закончиться кровью. Любое молчание – стоить дороже, чем слова.

Ночь давила, заставляла держать руку ближе к оружию. И пока лампы гудели, а коридоры тянулись всё дальше, становилось ясно: это место не прощает ошибок.

Глава Первая

Я услышал её дыхание раньше, чем увидел. Тихое, нервное, будто она пыталась сдержать крик. Коридор был залит тусклым светом, лампы гудели, отдавая холодным электричеством в стены. Я остановился у двери, пальцы сами легли на рукоять пистолета.

– Алекс… – её голос сорвался, словно – она произнесла это имя впервые.

Я толкнул дверь. Вера стояла у окна, спиной ко мне, платье чуть сползло с плеча. Сигарета тлела в её пальцах, дым стелился к потолку, мешаясь с запахом дешёвого виски.

– Ты выбрала плохое время для игр, – сказал я.

Она обернулась. В глазах – смесь страха и вызова. И что-то ещё. Что-то, от чего внутри у меня всё сжалось, хотя я тысячу раз клялся себе держать дистанцию.

– А сколько времени у наc осталось? До того, как… – сказала она томным голосом и сделала шаг.

Я видел, как её руки дрожат. Видел, как тонкая ткань прилипла к ее соблазнительному телу. Она была опасна – не меньше, чем те, кто охотился на нас. Может быть, даже больше.

– Тебе стоит держаться подальше от меня, – сказал я, но голос предал меня.

– Поздно, – ответила она.

И в тот момент, когда её губы коснулись моих, я понял, что все планы, все сука правила, летят к херам.

За дверью послышались шаги. Тяжёлые, быстрые. Они нашли нас.

Я оторвался от неё, сжал пистолет крепче. Её пальцы всё ещё держали мою шею. Она шепнула так близко, что я почувствовал жар её дыхания:

– Если умрём – то умрём вместе.

Я прижал её к стене, поднял ствол и ждал, когда дверь сорвут с петель.

Дверь треснула с первого удара. Я едва успел шагнуть в сторону, потянув её за собой и мы грохнулись на пол.

Вера глухо вскрикнула, когда я прижал её к полу. Второй удар – деревянная дверь пошла трещинами.

– Алекс… – снова сказала она. Только теперь в нём не было ни вызова, ни страха. Только доверие. Абсолютное.

Третий удар. Замок сломался, дверь распахнулась. Влетели двое. Чёрные куртки, маски, автоматы. Всё как в кино про ограбление.

Я выстрелил первым. Слишком близко, чтобы промахнуться. Гулкий хлопок, тело ударилось о стену и сползло вниз. Второй рванулся вперёд, но Вера уже была на ногах. Не знаю, где она взяла нож – будто всегда держала его в руке. Лезвие вошло под подбородок, и он замер, выронив автомат.

Вера стояла, тяжело дыша, кровь капала на пол. Смотрела на меня так, словно я был единственный, кто держит её в этом мире.

– Ты сумасшедшая, – выдохнул я.

– А ты что, только узнал?

Я взял её за руку, выдернул из комнаты и со скорость пули выбежали в подъезд, потом по лестнице вниз – всё в темноте, лампы мигают, где-то кричат люди. Запах пороха смешался с женским парфюмом, и это сводило с ума еще сильнее, чем сама перестрелка.

Мы выскочили на улицу. Ночной воздух ударил в лицо. Машина стояла там, где я её оставил. Я втолкнул её на пассажирское сиденье, сам сел за руль. Двигатель завёлся с первого раза.

– Куда? – спросила она.

– Подальше отсюда.

Я выжал газ в пол. Колёса сорвались в скрежет, и город поплыл в свете фар.

Она молчала. Только держала руку на моём бедре, словно боялась, что если отпустит – я исчезну.

Но я знал одно: теперь мы связаны. Слишком крепко. И пути назад нет.

Асфальт мелькал под фарами, город оставался позади. Чем дальше мы ехали, тем больше чувствовалось – впереди пустота. Ни одного фонаря, только чёрное поле по обе стороны.

Вера всё ещё держала ладонь на моём бедре. Движение машины делало её прикосновение ещё более ощутимым. Я чувствовал, как её пальцы дрожат – не… не от страха. Далеко не от страха.

– Ты всегда так водишь? – спросила она, не отрывая взгляда от дороги.

– А ты всегда так убиваешь?

Она усмехнулась. Коротко, почти беззвучно.

– Я умею защищаться.

– Защищаться? – я бросил на неё испуганный взгляд. – Ты воткнула ему нож, прямо подбородок, как будто делала это не в первый раз.

Её плечо чуть вздрогнуло. Но она, не чего не ответила.

Мы ехали молча. Только ветер бил по боковым зеркалам. Я пытался сосредоточиться на дороге, но её рука всё сильнее тянулась туда, где разум перестаёт работать.

Вера наклонилась ближе, почти коснулась губами моего уха.

– Теперь ты понимаешь, что я могу тоже самое сделать и с тобой?

Я покосился на нее. Она смотрела прямо, но уголком губ улыбалась.

– Понимаю, – ответил я.

– И всё равно сидишь рядом.

– А у меня есть выбор?

– Есть, Алекс. Всегда есть.

Я чувствовал её дыхание на коже. Запах табака и чего-то сладкого, едва уловимого. Она не отстранялась. И я тоже.

Машина неслась по пустой трассе, стрелка приближалась к ста. Но всё происходящее внутри салона било сильнее, чем нарастающая скорость.

Вера положила голову мне на плечо, будто это самое важное место в мире. Её пальцы скользнули по моей руке, остановились на запястье.

– Если мы не доживём до утра, – сказала она почти шёпотом, – я хочу, чтобы эта ночь, была нашей.

Я сжал руль так сильно, что костяшки побелели.

И понял, что эта женщина – не просто напарник в бегстве. Она моя слабость. Самая опасная из всех.

От её слов внутри всё оборвалось. Руки сами отпустили руль на миг – хватило, чтобы машину повело, но я выровнял. Она наклонилась ближе, её губы уже почти касались моих. Всё это напряжение, накопленное с первых секунд – рвалось наружу.

Вера развернулась ко мне, ее бедра почти легли на мои. Пальцы вцепились в ворот рубашки. Я почувствовал её горячее дыхание и…

– Удар. Сзади.

Нас подкинуло, я едва не врезался в руль лбом. Шины взвизгнули, машину качнуло вбок.

– Твою ж мать а! Какого хера! – выругался я, резко взглянув в зеркало.

Фары. Огромные, слепящие. Чёрный внедорожник шёл прямо в нас. Ещё один удар – и нас почти развернуло.

Вера вцепилась в сиденье, но глаза её были холодными, собранными. Никакой паники.

– Они нашли нас.

– Замолкни и держись.

Я рванул руль, вжал газ в пол. Асфальт визжал под колёсами. Но не успели мы оторваться, как слева вынырнула вторая машина. Чёрная, тонированная. Она прижалась к нам, сверкнув металлом бампера.

Удар сбоку. Стекло задрожало. Я дернул руль вправо, но навстречу уже выходила третья. Словно нас вели, загоняли, как дичь.

– Алекс! – она схватила меня за руку. – Нас не выпустят.

Я сжал её пальцы на секунду, чтобы она знала – я слышу. Потом резко отпустил и выдернул пистолет из-под сиденья.

– Пристегнись.

– А ты?

– Я не собираюсь умирать сегодня.

Второй удар. Вся машина завибрировала, металл скрипнул. В зеркале – три пары фар, и каждая светила прямо нам в спину.

Я сжал руль, и внутри будто щёлкнуло. Не страх. Не злость. Чистый адреналин.

– Тогда держись крепче, – сказал я. – Сейчас будет больно.

Я вжал газ до упора. Двигатель взвыл, стрелка тахометра полезла в красную зону. Внедорожник сзади навалился ещё раз, машина едва не вильнула в кювет.

– Алекс! – закричала она, вцепившись в панель.

– Держись! – сказал я и рванул ручник, и нас развернуло боком.

Первые секунды – чистый хаос: фары, визг шин, дым. Машина пронеслась впритирку к нам, задела бампер, искры полетели в темноту. Я отпустил ручник, выровнял – и сразу дал очередь из пистолета в боковую дверь второго внедорожника. Металл зазвенел, стекло лопнуло и разлетелось на мелкие кусочки.

Ответ последовал мгновенно. Очередь автоматов – пули прошили воздух, заднее стекло разлетелось мелкими осколками. Вера пригнулась, прикрыла голову руками. Я ударил по тормозам, и третий внедорожник, что шёл навстречу, не успел затормозить – он врезался прямо во вторую машину, которая стояла боком. Хруст металла, глухой удар, искры разлетались в разные стороны.

Мы проскочили между ними в облаке дыма.

– Ты с ума сошёл! – выкрикнула она.

– Зато живы.

Сзади снова засверкали фары – те, что остались целы, уже догоняли. Я свернул с трассы – на просёлок, по чёрной грязи, по кочкам. Машину трясло так, что зубы стучали, но это был единственный шанс.

Она вдруг схватила руль вместе со мной, наклонилась ближе, почти кричала:

– Вон туда, видишь? – указала на тёмный силуэт заброшенного ангара.

Я едва успел повернуть, колёса подпрыгнули на выбоине, но мы вылетели на пустырь. Двигатель захлебнулся, но я дожал. Машина влетела внутрь сквозь ржавые ворота и заглохла.

И тишина. Только собственное дыхание. И ее сердце, которое колотится с бешенной скоростью.

Я поднял пистолет, проверил патроны. Она сидела рядом, прижавшись ко мне. На её лице кровь – мелкий осколок рассёк щёку, но глаза горели так, что я едва не забыл, где мы.

– Нам нужно выбираться от сюда, – сказал я.

Она посмотрела прямо в упор, близко, слишком близко.

– А что, если они уже близко?

– Ели мы не уйдем сейчас, тогда здесь же и погибнем.

Вера коснулась моих губ – резко, как будто боялась, что это последняя секунда, наше жизни. И я ответил. Не думая. Не считая. Всё напряжение прорвалось в поцелуе, жёстком, жадном, полном страсти, злости и страха.

И именно в этот момент я услышал звук. Моторы. Несколько.

Фары выхватили нас из темноты ангара.

Мы были окружены.

Глав

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.