Илья Бородин
Как я писал свой Манифест

Не жди разрешения. Никто не даст тебе грамоту на право творить. Ты либо берешь и делаешь, либо идешь пылиться на полку.

Правило первое из Манифеста Практики Одиночки

Глава 1. Пыль и кремний

Всё начинается с пыли. Тонкий, серый, равнодушный налет на всем, что меня окружало. Он был на моем старом столе, заваленном микросхемами и обрезками алюминия, на мониторе, который я воткнул в стену вместо окна, и даже на клавишах синтезатора, чьи черные и белые зубы всегда ждали прикосновения. Я провел пальцем по поверхности стола, оставив четкую, решительную полосу. Вот она, метафора. Стереть старую пыль и нанести свою. Пока только на маленьком клочке пространства.

Меня никуда не брали. Фраза звучала как приговор, отпечатанный на официальных бланках с водяными знаками или произнесенный усталым, избегающим взгляда голосом из телефонной трубки. «К сожалению, ваш опыт…», «В настоящий момент мы не можем…», «Перезвоним…». Не перезванивали. Война закончилась для мира, но не для тех, кто вернулся. Мы были сломанными шестеренками, которые не хотели вставлять в новый, налаженный механизм мирной жизни. Слишком сложные, слишком тихие, слишком много видевшие.

Я не был солдатом. Я был сапером. Инженером. Моей задачей было не разрушать, а обезвреживать, находить обходные пути, решать головоломки, где неверный ход – последний. Я разряжал мины, восстанавливал связь, чинил генераторы под аккомпанемент, от которого стыла кровь. Это была адская, но самая чистая форма творчества. Ты имеешь проблему: взрывное устройство, обрыв провода, мертвая зона. И ты должен ее решить. Идеально, эффективно, с минимальными ресурсами. Искусство выживания.

А теперь я сидел в своей комнате, в квартире, которую мне оставили родители, уехавшие перед самым началом всего этого кошмара, и смотрел на свои руки. Они помнили вес инструмента, упругое сопротивление материала, точность движений. Они скучали по делу.

Официальная работа требовала дипломов, которых у меня не было. Опыта работы в «мирной сфере» – тоже. Мой мозг, перестроенный на логику выживания, на простые и гениальные решения, был никому не нужен. Я был слишком стар для старта, слишком молод, чтобы сдаться, и слишком… другой.

И вот, в один из тех дней, когда пыль казалась особенно густой, а тишина давила, как бетонная плита, я включил свой ноутбук. Старый, потрепанный товарищ. Он прошел со мной через многое. На его жестком диске жили обрывки всего, чем я был до и во время.

Папка «Track_01_Blackout». Запись гитарного риффа, сделанная на телефон при свете коптилки. Суровый, ритмичный, полный ярости и тоски.

Папка «Дизайн_Мастерская». Эскизы мебели, которую я хотел сделать из поддонов и обрезков труб.

Папка «Фото_Рассвет_После». Одно-единственное фото: грязный ботинок на фоне прорезающегося сквозь тучи луча света. Символично до зубной боли.

Папка «Сайт_Ничто». Полузаконченный HTML-код личного блога, который я забросил три года назад.

Я кликал по этим папкам, и каждая была как крик в пустоте. Отдельные куски меня, не связанные в одно целое. И тут меня осенило. Это была не вспышка света, а скорее тихий, щелкающий звук, как при обезвреживании замка. Щелк. Проблема решена.

Меня не берут на работу. Значит, работа должна прийти ко мне. Но не просто работа. Моя работа. Мой мир, мои правила.

Я не просто умел делать сайты. Я умел чувствовать, что нужно человеку, и воплощать это в интерфейсе. Я не просто собирал мебель. Я создавал историю из куска дерева и металла. Я не просто писал музыку. Я вытягивал наружу звук тишины, которая стояла внутри.

Почему бы не предложить это все сразу? Не быть тем, кого ищут по шаблону «фронтенд-разработчик» или «дизайнер мебели». А быть… Решателем. Творческим инженером. Тем, кто может услышать проблему и создать ее решение – в коде, в дереве, в звуке, в кадре.

Идея была безумной. Наивной. Невыполнимой. Она пахла пылью и отчаянием. Но она также пахла свежей стружкой и озоном после грозы. Она была моей.

Я открыл чистый файл в текстовом редакторе. Не IDE для кода, а просто простой белый лист. И начал писать. Не бизнес-план. Не резюме. Я начал писать манифест.

«Правило первое, – вывел я на экране. – Не жди разрешения. Никто не даст тебе грамоту на право творить. Ты либо берешь и делаешь, либо идешь пылиться на полку».

«Правило второе. Ресурсы – это не деньги. Ресурсы – это время, упрямство и твои собственные две руки. Все остальное – оправдания».

«Правило третье. Если не знаешь как – научись. Интернет – это огромная библиотека в руинах. Найди нужные книги и собери их заново».

Я писал, и слова текли сами, как давно забытая мелодия. Это было мое заявление о намерениях. Вселенной. Самому себе.

Название для всего этого пришло само – «Практика Одиночки». Потому что я был один. Потому что я практиковался в выживании. Потому что это звучало круто и немного загадочно.

Я встал, подошел к синтезатору и нажал одну клавишу. Низкий, гулкий, басовый звук заполнил комнату. Он был как фундамент. Первый кирпич.

Затем я взял камеру – старую, зеркалку, купленную еще в беззаботные времена. Включил ее. Нацелил на стол, на ту самую протертую полосу в пыли. Снял крупным планом. Затем перевел объектив на свои руки.

«Вот они, мои основные активы, – пробормотал я себе под нос, как закадровый голос в документалке. – И мой главный продукт».

План был прост и сложен одновременно. Создать сайт «Практики Одиночки». Не просто визитку, а опыт. Место, где каждая страница, каждый элемент будет говорить о том, что я умею. Сайт, который сам по себе будет арт-объектом. На главной – это видео с пылью и руками. В разделе «Звук» – тот самый рифф «Blackout», который я сегодня же добью и сведю. В разделе «Дизайн» – фото тех эскизов, а лучше – готовых изделий, которые я сделаю.

Я буду делать все сам. Снимать, монтировать, верстать, программировать, писать музыку для саундтреков к своим же видео. Это будет тотальная творческая автономия. Мой личный фронт, где я и солдат, и генерал, и интендант, и сапер.

Меня не взяли на работу. И слава богу. Я бы никогда не ощутил этого пьянящего, пугающего чувства свободного падения, которое щекотало сейчас живот. Чувства, что ты живешь.

Я стер пыль со всего стола. Всю. До блеска.

Начиналась новая практика. Практика созидания.

Глава 2. Первый шов

Манифест – это хорошо. Он греет душу, как стопка дешевого виски – горло. Быстро, жгуче и с последующим похмельем. Похмелье наступило на следующее утро, когда я сел перед чистым экраном кода и понял, что понятия не имею, с чего начать сайт своей мечты.

Я же не просто хотел шаблон. Я хотел, чтобы сайт дышал. Чтобы фоном шептал тот самый мрачный эмбиент, чтобы фотографии появлялись не банальным fade-in'ом, а, скажем, проступали сквозь шум, как воспоминания. Чтобы шрифт был идеальным. Чтобы всё это было… безупречным.

А безупречность – это дитя бесконечного времени, которого у меня не было. Деньги таяли на глазах. Пачка купюр в ящике стола становилась тоньше с каждым походом в магазин. Это был мой единственный инвестор – я сам, и он был беспощаден.

Правило второе: Ресурсы – это время, упрямство и твои собственные две руки.

Я нарушал его уже на старте, мечтая о навороченных библиотеках JavaScript и мощном хостинге. Нет. Надо начинать с простого. С честного.

Я открыл чистый файл index.html. Назвал проект не «Практика Одиночки» – слишком пафосно для папки на растресканном SSD. Я назвал его «Project_Dust». Пыль. Ведь с нее всё началось.

Сначала – структура. Голая, как скелет. Без CSS, без скриптов. Просто черный текст на белом фоне.

<header>

<h1>Практика Одиночки</h1>

<nav>

<a href="#">Главная</a>

<a href="#">Звук</a>

<a href="#">Дизайн</a>

<a href="#">Слова</a>

<a href="#">Связь</a>

</nav>

</header>

<main>

<section id="hero">

<p>Здесь должно быть видео с пылью.</p>

</section>

</main>

<footer>

<p>Сделано вручную. Время от времени.</p>

</footer>

Выглядело убого. Как памятник собственному тщеславию. Но это был каркас. Первый шов, соединяющий идею с реальностью.

Следующие три дня я потратил не на дизайн, а на изучение того, как правильно сверстать сетку, чтобы она не разъезжалась на мобильных телефонах. Я сидел на форумах, смотрел старые уроки, спотыкался о собственное незнание. Мой мозг, привыкший к тактическим схемам и точным расчетам, взбунтовался против капризного CSS. «Почему этот чертов блок не становится по центру?» – рычал я в пустую комнату.

Это была первая стена. Первая серьезная трудность, не из разряда «где найти еду», а из разряда «хватит ли у меня сил стать тем, кем я решил стать». Я откинулся на стуле, закрыл глаза. В ушах зазвучал тот самый гитарный рифф, «Blackout». В нем была ясность. Сильная, простая нота, вокруг которой накручивалось всё остальное.

Вот оно. Мне нужна была своя «нота» для сайта. Не пытаться сделать всё и сразу, а найти один ключевой элемент и отталкиваться от него.

Я отложил код. Взял гитару. Два часа я не выпускал ее из рук, добивая тот самый рифф, добавляя к нему басовую линию, выстраивая простой, но мощный бит на драм-машине. Я записал это. Неидеально, с помехами, но… честно. Звучало как звук из подполья. Так оно и было.

Вернувшись к коду, я сделал простейший плеер на главной странице, который проигрывал этот трек. Теперь на убогой белой странице с черным текстом было что-то живое. Она звучала. Это был прорыв.

Вдохновленный, я взял камеру и наконец снял то самое видео. Крупный план. Моя рука проводит по пыльному столу. Резкость переходит на инструменты. На паяльник, на отвертку, на обрезки дерева. Монтаж занял всю ночь. Я учился на ходу: как накладывать цветокоррекцию, чтобы было мрачно и стильно, как резать планы, чтобы было динамично.

На рассвете я экспортировал видео и встроил его на главную, заглушив на время гитарный рифф. Теперь при заходе на сайт человек видел немое кино о творческом хаосе. Это было уже что-то.

Сайт все еще был уродцем. Но в нем был характер. Он был моим. Я обновил манифест в своем файле.

«Правило четвертое. Идеал – враг результата. Сначала сделай как получается. Потом, возможно, сделаешь идеально. Но сначала – просто сделай».

Я отправил ссылку на сайт самому себе на телефон и открыл ее. Грузилось медленно. Видео подтормаживало. Но это работало. Впервые мое творчество жило не только в моей комнате. Оно вырвалось в сеть. В никому не известный уголок интернета, который я отвоевал для себя.

Это была не победа. Это была первая, крошечная точка опоры. Я достал из холодильника банку дешевого энергетика, щелкнул и поднял ее.

– За Практику, – тихо сказал я пустой квартире.

Из соседней комнаты донесся скрежет. Кот, которого я подобрал полгода назад, точил когти о дверной косяк. Он пришел сюда сам, голодный и злой, и просто остался. Мы были похожи.

– И тебе зачот, Бункер, – добавил я, отливая ему в миску немного напитка. Он презрительно фыркнул, но подошел.

Мы были двумя одинокими практиками в этом мире. Но уже не совсем одинокими. У меня теперь был сайт. А у сайта – первый посетитель. Я сам.

Глава 3. Первый заказ. Или нет?

Прошел месяц. «Project_Dust» обрастал плотью. Я добавил раздел «Дизайн», загрузив туда фотографии табуретки, которую собрал из старого поддона и газовых труб. Получилось брутально и стильно. В раздел «Слова» выложил тот самый манифест. Сайт все еще был сыроват, но в нем уже угадывался дух.

Я зарегистрировал почту на домене и добавил на сайт скромную, почти стыдливую форму обратной связи: «Есть задача? Давайте обсудим решение».

Проверял почту каждые пятнадцать минут. Первые дни – с трепетом. Потом – с нарастающей иронией. Приходили только спам-рассылки о криптовалютах и скидках на стероиды.

Я понимал, что одного сайта мало. Надо идти туда, где люди. Я создал страницы в соцсетях. Назвал их так же – «Практика Одиночки». Аватарка – логотип, который я нарисовал: стилизованная буква «П» в виде паяльника и пера. Фон – то самое видео с пылью.

Я не стал ждать, а начал действовать по своему же плану. Я начал создавать контент. Не рекламный постик «я крутой дизайнер, нанимайте», а просто процесс.

Снял на телефон, как собираю ту самую табуретку. Без слов, просто руки, инструмент, материал. Смонтировал под тот самый трек «Blackout». Выложил в сеть.

Написал короткий пост о том, почему простота – это сложно. Процитировал свой же манифест.

Выложил фото своих старых эскизов мебели рядом с готовой табуреткой. Подписал: «От идеи до воплощения. Дистанция – три года и одна война».

Я не просил работы. Я просто показывал, что я есть. И что я делаю.

Прошел еще день. Два. Лайки от двух-трех случайных людей. Никакого взрыва.

И вот, вечером, разбирая старую клавиатуру, чтобы почистить контакты, я услышал на телефоне звук, которого не слышал никогда – звук входящего письма на мою профессиональную почту. Не спам.

Сердце заколотилось. Я едва не уронил пинцет.

Отправитель: Лена Семенова.

Тема: Вопрос по дизайну.

Текст был кратким и деловым: «Добрый вечер. Увидела ваш проект табуретки. Выглядит круто. У меня есть вопрос: вы принимаете заказы на мебель? Нужен небольшой стол в похожем стиле. Если да, то как обсудим?»

Я перечитал письмо раз десять. Лена Семенова. Незнакомое имя. Значит, сработала соцсеть. Кто-то увидел и откликнулся.

Эйфория длилась ровно три секунды. Потом накатила паника. А что, если я не смогу? Что, если я все испорчу? Сколько брать? Как обсуждать? У меня нет договоров, нет счета, нет опыта в общении с клиентами!

Я вскочил и начал ходить по комнате. Бункер, спавший на стуле, смерил меня укоряющим взглядом.

– Спокойно, – сказал я себе вслух. – Это не мина. Это стол.

Я сел обратно. Вспомнил правило первое: не жди разрешения. Я не ждал разрешения начать. Я не буду ждать и разрешения быть профессионалом. Я просто буду им.

Я написал ответ. Без восклицательных знаков, максимально спокойно и уверенно.

«Лена, добрый вечер. Спасибо за обращение. Да, принимаю заказы. Расскажите подробнее, какой стол вам нужен: размеры, назначение, особые пожелания. Приложите, если есть, фото или эскиз того, что вам нравится. Тогда я смогу понять задачу и озвучить варианты и стоимость».

Перечитал. Звучало солидно. По-деловому. Я отправил.

Ответ пришел почти сразу. «Супер! Скидываю ссылку на Pinterest, где я собирала идеи. И вот примерные размеры…»

Я открыл ссылку. Десятки столов. Разных. От лофтовых до скандинавских. Задача снова превратилась в головоломку. Нужно было найти общее в этом хаосе, понять, что именно нравится этому человеку, и предложить свое решение.

Я провел за этим весь вечер. Анализировал, делал скриншоты, выделял ключевые элементы: металлические ножки, толстая столешница, минимализм. Набросал от руки три варианта эскиза.

На следующий день я отправил ей свои наброски с пояснениями: «Исходя из вашей подборки, я вижу предпочтение в таком-то стиле. Предлагаю три варианта интерпретации. Как вам такая концепция?»

Она ответила: «Боже, да это именно то, что я хочу! Особенно вариант номер два! Как узнали?»

Я не узнал. Я проанализировал и решил задачу. Как сапер обезвреживает мину. Методично и точно.

Мы согласовали вариант. Настал самый страшный момент – назвать цену. Я посчитал стоимость материалов, прикинул время работы. Цифра показалась мне чудовищной. Кто заплатит такие деньги за стол от какого-то неизвестного мужика из интернета?

Я заколебался. Хотел убавить. Взять меньше, лишь бы взяли. Но это было бы предательством по отношению к самому себе, к своему времени и навыкам. Я выдохнул и написал цифру.

Прошло десять минут. Молчание. Двадцать. Час.

Я был уверен, что все провалилось. Она передумала. Нашла кого-то дешевле.

Но пришел ответ: «Окей. Договорились. Как и когда платить?»

Я сидел и смотрел на эти слова. В них не было восторга. Не было эмоций. Просто констатация факта. Деловая сделка.

У меня есть первый заказ.

Я не закричал от радости. Я просто облегченно выдохнул, и все мое тело вдруг ослабло, будто из него выпустили напряжение, копившееся месяцами.

Я ответил: «50% предоплатой на карту, остальное – по готовности. Срок изготовления – две недели».

Она перевела деньги в тот же вечер.

Я сидел и смотрел на уведомление из банковского приложения. «Зачисление: …» и сумма. Не огромная, но настоящая. Первые деньги, заработанные не по приказу, не по найму, а своим талантом и упрямством.

Я купил материалы на следующий день. Принес домой массив дуба и стальные трубы. Они пахли не пылью и отчаянием. Они пахли будущим.

Я взял в руки дрель. Звук ее работы был громче любой симфонии. Это был звук начала пути. Настоящего.

Бункер, недовольный шумом, ушел под кровать. А я остался в облаке древесной стружки, и это было самое счастливое облако в моей жизни.

Глава 4. Дуб и сталь

Дубовая доска, которую я купил для столешницы, была тяжелой, как грех. Я поставил ее на козлы, и она легла с тихим, властным стуком, будто говоря: «Ну что, творец? Докажи, что ты чего-то стоишь». Стальные трубы для ножек лежали рядом, холодные и безразличные.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.