Наташа Рут
Светлая. Книга 2

1

От автора. ВАЖНО!

Спасибо, что добрались до продолжения цикла "Песни древа". Его продолжение, а именно эта книга и последующие, содержат триггерные сцены жестокости и насилия, которые могут сильно задеть ваши чувства. Эта история далека от лёгкого фэнтези. Она о боли. О сломанных границах. Это будет тяжёло, правда.

Из отзывов: "Сначала как сказка, затем как ад".

Учитывайте это при прочтении, пожалуйста.

Но помимо них вы найдёте и множество приключений и очень харизматичных героев, которые будут раскрываться с каждой новой книгой. Интересного чтения!

Мелкий дождь не утихал, пропитывая насквозь плащ, подаренный Мирой в доме леди Ви. Накинув капюшон, Тэлли всё равно чувствовала, как по лицу бегут мокрые дорожки. Но она не могла с уверенностью сказать, что их создателем был только дождь. Прошло несколько дней с тех пор, как они оставили позади Рокин с Тэмином, где она приходила в себя после похищения Линель. И всё ещё не всегда могла сдержать слёзы, словно они сами находили дорогу.

Она ощущала тепло руки Туррена, который держал её крепко, ни на миг не отпуская. И это было словно дополнительное напоминание, что её друзья, единственные близкие люди, предали её. И сделали это с пугающей жестокостью. «Но ведь они тоже стали жертвами чужих интриг», – уговаривала она себя, но это слабое оправдание мало помогало. Тэлли судорожно вздохнула, сдерживая всхлип, и мысленно поблагодарила Туррена за его молчаливую поддержку. Они говорили в таверне, в маленькой комнатке, где он лечил её почти две недели, но сейчас, когда рядом были Хейл и Крест, она не хотела откровенничать при них. Они оба шли чуть впереди, почти не оставляя их с Туром одних. Крест объяснил, что на территории пустынников лучше держаться вместе.

Погрузившись в воспоминания, Тэлли окунулась в дни, когда очнулась после нескольких дней забытья от побоев Линель.

– Тэлли, как ты, милая? – спросил Туррен, когда она попросила воды.

– Всё болит, – прохрипела она в ответ. – И… хочется умереть…

Туррен сидел рядом на кровати, поглаживая её руку. Она ощущала его заботу и беспокойство, но сейчас не хотела быть здесь. Казалось, весь мир рухнул, и она понятия не имела, что делать дальше.

– Не говори так, милая, – с тревогой проговорил он. – Ты ещё молода, у тебя всё впереди.

– Что?! Что у меня впереди, Туррен? – вскрикнула Тэлли, заливаясь слезами, остро осознавая свою полную отрешённость и одиночество, преданную теми, в ком никогда не сомневалась. – Что мне делать? Меня преследуют, хотят убить. И я не понимаю, за что и почему! Что я сделала такого, чтобы боги так жестоко меня наказали? – сквозь рыдания, с трудом пыталась донести она свою боль до Туррена. И она не верила, что он сможет её понять.

– Тэлли…, – Туррен сжал её холодную руку в своих горячих ладонях, и Тэлли ощутила, как её кожа сразу начала гореть. – Я не позволю им до тебя добраться, слышишь? Ты пойдёшь с нами, и мы защитим тебя, милая. Обещаю.

– Он тоже так говорил…

– Тэлли, слово бергмара – это нерушимая клятва, и если я пообещал, значит так и будет. Лишь смерть способна помешать мне выполнить данное слово, – сурово ответил он.

– Почему? Зачем я вам нужна?

– Когда Крест сказал, что ты стала для нас сестрой, он не солгал. Это действительно так, – его голос был спокойным, глубоким, но в нём прозвучали странные нотки, будто это была печаль. – И мы не дадим тебя в обиду, милая.

Тэлли замотала головой и выдернула свою руку, не в силах вынести тепло его прикосновения. Она отвернулась к стене, позволяя страданию целиком поглотить её. Его слова звучали как обманчивая надежда, иллюзия, которой она мечтала коснуться, но боялась, что это лишь наивный мираж семьи, о которой она так отчаянно мечтала.

Накрывшись одеялом с головой, она предалась безудержным рыданиям, открыв сердце той боли, что разрывала её изнутри с самого разговора с Токсом у моста. Она казалась невыносимой, и лишь слёзы давали возможность хоть немного ослабить её, словно заполняя солёной водой ту бездну, что осталась после предательства друзей. Воспоминания накатывали, словно тяжёлые волны, захлёстывая её и погружая в тёмную пучину страданий. Тэлли казалось, что она снова тонет, что ледяная вода накрывает её с головой, вытесняя воздух, лишая жизни, оставляя лишь мрак и отчаяние. Это всепоглощающее чувство было мучительно, и ни крики, ни рыдания не могли его унять.

Внезапно она ощутила, как Туррен обнял её, крепко прижимая к себе. В его шёпоте она распознала колыбельную, ту самую, что звучала уже не раз за последние дни, но к словам она прежде не прислушивалась. Теперь же, никуда не в силах деться от его голоса, она поддалась спокойному тембру, позволяя ему убаюкать её. Под звуки его тихой мелодии Тэлли погрузилась в сон, а в её голове отголоском звучали нежные ноты и слова его песни¹.

Закрывай глаза,

Тихо шепчет ветер,

Звёзды светят ярко,

Охраняя сон,

Скоро будешь в мире

Чудесном и родном.

Тэлли-Тэлли-динь-динь-динь,

Засыпай, любовь моя.

Тэлли-Тэлли-динь-динь-динь,

Слушай песенку ручья.

И лишь спустя пару дней, когда Тэлли наконец смогла прийти в себя и встать. Усевшись у окна, в которое безжалостно стучал осенний дождь, она напевала ту самую мелодию. Её тихий мотив словно укрощал боль, и она чувствовала, как песня Тура действительно приносит успокоение. Когда Туррен застал её за этим занятием, она сумела ему слабо улыбнуться, чтобы хоть немного развеять его тревогу, ведь все эти дни он выглядел обеспокоенным, и Тэлли хотелось как-то отблагодарить его за помощь.

– Туррен, спасибо тебе огромное за…, – не найдя нужных слов, она махнула рукой, охватывая взглядом всю комнату. – За всё.

– Не стоит, милая. Я и не мог иначе, – ответил он тихо.

– Почему? – этот вопрос мучил её все эти дни: почему он так добр к ней, почему они все заботятся о ней, спасают её? – Что во мне такого, что вы помогаете мне? – решилась она наконец.

Туррен улыбнулся, поставил миски с едой на стол и присел рядом у окна.

– Ты, Тэлли, – тихо засмеялся он. – Ты, такая, какая есть.

– Я не понимаю, – нахмурилась она, внимательно вглядываясь в его лицо, пока он, глядя на стремительно бегущие по стеклу капли дождя, перебирал тёмную бусину, вплетённую в бороду. Тэлли старалась запомнить его черты, чтобы, когда они оставят её, как это сделали все остальные, она могла вспомнить бергмара, который стал ей как брат. У него было доброе лицо, несмотря на суровые морщины между бровей, которые особенно выделялись, когда он о чём-то глубоко размышлял или волновался.

– Я не говорил тебе раньше, Тэлли. Но у меня была младшая сестра, её звали Гринния, – едва слышно начал он, так тихо, что Тэлли пришлось напрячь слух, чтобы расслышать. – Она умерла много лет назад, ещё совсем юной, – по его щеке скатилась одинокая слеза, затерявшись в густой бороде.

– Тур…, – Тэлли взяла его за руку, не зная, как утешить его.

– Нет-нет, не нужно, Тэлли, я в порядке, – он сразу прервал её, грустно улыбнувшись. – Ты не она, я понимаю. Но однажды я дал ей обещание, – он указал на бусину, – и мы скрепили его этой дурацкой бусиной, которую она вплела мне в бороду перед самой смертью. Я держу своё слово до сих пор. Поэтому, Тэлли, – он полез в карман, – я хочу, чтобы ты знала: я сдерживаю свои обещания, не нарушая их ни при каких условиях.

Достав руку из кармана, он сжал что-то в кулаке, протягивая его Тэлли.

– Я хочу, чтобы ты поверила мне. Не Хейлу, не Кресту, хотя и они будут тебя защищать, но именно мне. Я не оставлю тебя, милая, – когда он раскрыл ладонь, на ней лежала светлая перламутровая бусина. – Даю тебе слово и прошу, чтобы ты вплела это обещание так же, как сделала моя сестра много лет назад.

Чувствуя, как её охватывает волна благодарности, Тэлли, не сдержав слёз, бросилась ему на шею, крепко прижимаясь к нему. Она боялась поверить, что это правда, что он действительно не бросит её, как все остальные. В тот момент, когда тьма полностью поглотила её, Туррен стал для неё проводником, который освещал ей путь.

И сейчас, шагая рядом с ним, Тэлли вновь ощутила благодарность за тот день, когда он вытащил её из ямы отчаяния, которую она сама себе выкопала. Взглянув на его мокрую бороду под капюшоном плаща, Тэлли заметила на кончике две бусины – тёмную и светлую перламутровую, вплетённые одна за другой в его косицу. Это стало для неё напоминанием о том, что у неё ещё не всё потеряно. Перехватив его руку поудобнее, она крепче сжала его ладонь.

Туррен бросил взгляд на Тэлли, почувствовав её взгляд, и порадовался, что на её лице всё чаще стали мелькать лёгкие улыбки. За последние недели, с тех пор как она пришла в себя, она почти не прекращала плакать. Хотя он понимал, что её прежняя уверенность и вера рухнули, ему хотелось, чтобы она приняла их, его, в свой мир, позволив заботиться о себе. Ради этого он даже уговорил Хейла поговорить с ней по-доброму, чтобы дать ей стимул идти вперёд. Туррен давно знал, что он что-то скрывает от всех, но ждал, когда брат будет готов поделиться. Но когда в таверне Тэлли совсем стало худо и она была раздавлена горем, он попросил Хейла раскрыть ей хоть что-то, чтобы у неё появилась цель, её путеводная звезда, что не сводилась бы лишь к одной мысли: «выжить». «К тому же, его слова имели большее влияние на неё. Все его распоряжения она выполняла беспрекословно», – хмыкнул он, вспоминая, как Хейл заставлял её пить отвары для лечения, когда она пыталась отказаться.

Хейл согласился поговорить с ней о её будущем, но Туррен настоял на том, чтобы оставаться поблизости и контролировать разговор, опасаясь, что брат может нечаянно сказать что-то неуместное или, что хуже, усмехнуться в неподходящий момент. Однако Туррена удивило, что Хейл и без его напоминаний говорил с Тэлли мягко, словно прекрасно осознавая её состояние. Вернувшись мысленно в тот вечер, Туррен недоумённо покачал головой – Хейл вёл себя очень необычно.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил Хейл у Тэлли, когда они ужинали в тесной комнате.

– Нормально, – буркнула Тэлли, медленно ковыряясь в миске с рагу. Но Туррен видел, что ей было плохо – она не смеялась и не уплетала еду, как обычно. Всё было не так.

– Когда станет лучше, – продолжил Хейл, словно не слыша её ответа, – мы пойдём в Альдаран. – Голос его не смягчился, остался тем же властным, почти приказным. Туррена не задевал его тон, но он опасался, что Тэлли может воспротивиться такому обращению.

– Угу, – промычала она, даже не глядя на него. – Хорошей дороги.

– Сестрён, ты чего? – возмутился Крест, но тут же затих, когда Туррен толкнул его локтем в бок.

– Ты идёшь с нами, – уточнил Хейл, глядя на неё в упор.

– Угу, – безразлично ответила она, продолжая копаться в еде. Но вдруг, словно пробудившись, подняла голову и уставилась на них, переводя взгляд с одного на другого. – Что? Зачем?

– Ты уже согласилась, какая теперь разница? – хмыкнул Хейл с кривой ухмылкой.

– На вас будут нападать, зачем вам это нужно? – в её голосе слышались сомнения, но Туррен уловил едва заметный проблеск надежды в её взгляде. Он надеялся, что Хейл сумеет разжечь эту искру.

– Ты одна из нас, – бросил Хейл, словно между делом. Туррену это показалось неискренним: тон брата был холоден, и, даже хорошо зная его, Туррен сам ему не поверил.

– Угу, – Тэлли явно тоже не поверила, возвращаясь к прежнему занятию.

Туррен видел, как она снова погружается в апатию, но вдруг Хейл неожиданно мягко обратился к ней.

– Тэлли, если ты не пойдёшь с нами, тебя в конце концов убьют. Ты этого хочешь?

– А есть другие варианты? У меня и так не было будущего, а теперь и надежды нет, – глухо ответила она, и Туррен заметил, как по её щеке скатилась слезинка.

– И ты не хочешь узнать, почему на тебя нападают? – Хейл вскинул брови. Туррен знал, что брат не может спокойно жить, когда что-то остаётся для него тайной. Он всегда выяснял всю информацию об окружающих, что позволяло ему держать всё под контролем.

– Ну вы же всех убили, значит, больше никто не придёт, – хмыкнув, отозвалась она.

– Будут. На тебя у них бесконечный заказ, – проговорил Хейл, внимательно глядя на неё.

– И что это значит? – Туррен видел, как в её глазах мелькнул интерес. Тэлли всегда была любознательной, мучила их вопросами, и в этом она была чем-то похожа на Хейла. Но сейчас, утопая в апатии, она едва реагировала на происходящее, и Туру было особенно странно видеть её такой безучастной.

– Значит, что на нас с тобой будут нападать снова и снова, – улыбнулся Хейл. – Дело в тебе: они хотят поймать тебя из-за того, кем ты являешься, – неожиданно для Тура пояснил он.

– И кем же я являюсь? – с иронией спросила Тэлли.

– Ты и братья узнаете это, когда мы прибудем в Альдаран. Сейчас я не могу раскрыть вам эту информацию. Пойдёшь с нами – и всё узнаешь, – коварно усмехнулся Хейл.

Туррен наконец понял, что затеял брат: Хейл специально разжигал её любопытство, пытаясь пробудить в ней желание снова познавать новое. А её происхождение явно было тем самым секретом, который она захочет разгадать.

И вот они уже покинули Тэмин, несколько дней без устали продвигаясь по землям пустынников, и Тэлли, хотя и не такая весёлая, как прежде, послушно шла с ними, шаг за шагом возвращая себе силу духа.

2

Хейл вёл отряд, петляя, словно загнанная дичь. Ему не нравилось это чувство, но повсюду встречались свежие следы пустынников, и потому он выбирал путь с предельной осторожностью. Несколько раз он улавливал их приближение и тут же возвращался к своим, чтобы срочно отвести их подальше от патруля. Хотя Хейл был уверен, что пустынники искали не их, его всё же настораживало, почему их стало так много в этих краях. Обычно пустынники появлялись ближе к ночи у городов, а днём уходили в дальние земли для разведки. Но теперь они словно заполонили всю территорию между Тэмином и землями аури. Ковыряясь в памяти, Хейл не мог вспомнить случая, чтобы на этом пути они так часто сталкивались со свежими следами пустынников. А ведь вместе с братьями он проходил здесь множество раз.

Пустынники в одиночку не представляли серьёзной угрозы – сброд, с которым можно было справиться без особых усилий. Но они никогда не нападали поодиночке, действуя как свора бешеных псов, разрывая и уничтожая каждого, кто вставал на их пути. Чтобы перебить их всех, понадобилась бы целая армия, но ни один лорд не решался на это, понимая, что потери были бы чудовищными. Хейл знал, что вместе с братьями они могли бы выстоять против нескольких десятков пустынников, но сейчас с ними была Тэлли. Пока они отбивались бы от основной массы, её могли бы увести в логово, где врагов было бы ещё больше. Поэтому все, даже аури и бергмары, старались избегать земель пустынников – никто не хотел с ними связываться.

По прямой они пересекли бы земли пустынников за три дня, но из-за усиленного патрулирования им пришлось уже пятый день петлять, не добравшись и до границы с землями аури. Из-за постоянной угрозы Хейл не позволял устраивать полноценный лагерь – они даже не разводили костёр, а ночью он скрывал их магическим маревом, развешивая «птичек», в паре часах от места ночёвки, чтобы в случае появления врагов получить предупреждение. Постоянные разведки вокруг отряда, усиленное применение магии и бессонные ночи измотали его. Он с нетерпением ждал, когда они достигнут земель аури, чтобы укрыться в древнем аурийском мареве, через которое не могли пройти чужаки. Вдоль Великой тянулся проход, защищённый от незваных гостей, а встречали их отряды вооружённых воинов, охраняющих коридор от врагов и бандитов. Пустынники не решались туда соваться, опасаясь быть уничтоженными армией, против которой не могли бы устоять. Вся охрана форта находилась внутри марева, с лёгкостью расстреливая всех, кто мог представлять опасность.

Регулярно возвращаясь к своим после очередной разведки, Хейл бросал взгляды на Тэлли. Она выглядела бледной, сосредоточенной, и в ней не осталось ни следа того радостного света, что когда-то был до их прихода в Рокин. Шаг за шагом она твёрдо следовала за Турреном, но они почти не разговаривали; даже с бергмарами она стала непривычно молчаливой. «Но это неудивительно после всего, что произошло», – рассудил он, вспомнив её ужасное состояние и ощутив тяжесть на сердце. Он не мог представить, как можно переживать настолько сильную боль. Когда она, наконец, пришла в себя, её рыдания были настолько отчаянными, что даже у него сжималось сердце. Они с Крестом старались не мешать Туррену в её лечении, почти не заходили в их комнату, но это не спасало их от звуков, проникающих сквозь тонкие стены таверны. Они слышали, как Тэлли надрывалась в слезах. «Туру чудом удалось её успокоить, ума не приложу, как он это сделал», – подумал он снова. Сам Хейл чувствовал, что не смог бы её утешить, потому что не понимал, как можно испытывать настолько глубокие эмоции.

Когда городская стража начала их разыскивать после бойни в доме ларинов, Хейл с Крестом увели погоню по ложному следу, направив её за Рокин в сторону Соуджена, а сами стали чаще проводить время в борделе леди Ви. Это несказанно радовало её – Хейл проводил с ней столько ночей, чего не делал никогда прежде. Возвращаясь в таверну лишь для того, чтобы проверить состояние Тэлли, он ощущал странную тяжесть, глядя на её безучастный вид. Когда она, наконец, оправилась, и они смогли отправиться в путь, это гнетущее чувство постепенно отпустило его, хотя он так и не понял, что оно значило. Теперь, наблюдая за Тэлли, он пытался разобраться, что это могло быть.

Внезапный шорох позади привлёк его внимание. Хейл был в арьергарде, проверяя, чтобы их не настигла погоня, и уже хотел вернуться к остальным для короткого привала. Однако решив проверить подозрительный шум, он накинул марево и двинулся навстречу приближающемуся звуку. Вскоре он наткнулся на небольшой отряд пустынников, которые, хотя и были пешие, достаточно уверенно шли по их следу. «Проклятье!» – насчитав около двух десятков воинов, Хейл понял, что один не сможет их всех быстро уничтожить. К тому же, если хотя бы один из них сбежит, то приведёт на подмогу куда более крупный отряд, против которого они вряд ли смогут выстоять. Осознав, что без помощи Креста не обойтись, Хейл рванул обратно к братьям и Тэлли.

Крест, хоть и был настороже, оказался захвачен врасплох, когда сигнал Хейла возвестил о приближении врагов. Туррен тоже уловил звук и мгновенно среагировал: схватил Тэлли за руку и повернулся к ней спиной, заслоняя собой. Два щелчка языком, несмотря на дождь, были отчётливо слышны каждому бергмару.

– Скройтесь, – скомандовал Крест и помчался к Хейлу.

На ходу бросив взгляд на Тэлли, он заметил страх в её глазах, но знал, что Туррен её защитит. Его же задачей было отогнать пустынников настолько далеко, чтобы Тэлли никогда с ними не встретилась. Добравшись до Хейла, Крест затаился за широким стволом дерева, улавливая каждый шорох листвы под чужими шагами. Рукоять меча привычно легла в его ладонь, и клинок беззвучно скользнул из ножен.

Пустынники появились между деревьев. Первый отряд – восемь фигур в поношенных одеждах – прошёл мимо укрытия Хейла, так и не заметив его. Чуть позади, на расстоянии десятка шагов, двигалась вторая группа. Судя по их уверенной и даже вальяжной походке, они ещё не подозревали о засаде, словно пребывали в ложном чувстве безопасности. «Какой же мусорный сброд», – отметил про себя Крест, изучая их.

Хейл выждал момент, когда вторая группа поравнялась с поваленным деревом, и рванулся вперёд. Клинок со свистом рассёк воздух, снося голову ближайшего пустынника и обагрив землю густым потоком крови. Не теряя ни мгновения, Хейл ещё раз замахнулся мечом и, мгновенно развернувшись, встретил удар напавшего пустынника.

Крест выскочил из-за дерева, позволяя ледяной ярости разлиться по жилам. Двое противников проходили как раз рядом с его укрытием. Меч в его руках запел, описывая широкую дугу. Первый пустынник успел пригнуться, но второй рухнул, когда лезвие рассекло его шею – кровь хлынула яростной струёй, орошая листву и кору ближайшего дерева. Выживший бросился вперёд с колющим ударом в живот, но Крест был готов. Парирование, шаг в сторону, перехват клинка обратным хватом – движения, отточенные годами тренировок. Лезвие рассекло бедренную артерию, и враг рухнул с пронзительным воплем, отчаянно пытаясь зажать рваную рану, из которой бил кровавый фонтан.

Краем глаза Крест заметил, как Хейл использует деревья для укрытия, но сейчас ему было не до того – два новых противника надвигались с разных сторон. В их взгляде пылала дикая жестокость, подобная безумству бешеных псов. Крест позволил своему клинку двигаться по широким дугам, удерживая врагов на расстоянии. Один из них попытался зайти сбоку: «Глупец, я тебя вижу», – Крест усмехнулся в яростной ухмылке. Его захватила горячка боя, а каждый кровавый след только усиливал его внутренний жар, заставляя его двигаться всё более дерзко. Шаг вперёд, глубокий выпад – клинок вонзился противнику в горло и вышел с другой стороны, окропив тёплой кровью руку Креста и рукоять меча.

Но вдруг его руку пронзила острая боль – Крест не заметил, как ещё один пустынник зашёл со спины. Клинок рассёк мышцы от плеча до локтя, разрывая плоть. Алая кровь потекла по руке, капая с пальцев на мох, уже пропитанный чужой кровью. Меч едва не выпал из ослабевших пальцев, но годы тренировок дали о себе знать – тело действовало инстинктивно. Перехватив оружие в другую руку и развернувшись, он парировал следующий выпад, заставив клинок врага соскользнуть. Боль пульсировала в раненой руке, заволакивая взгляд кровавой пеленой, но ярость придавала сил. С рычанием, смешанным с болью, Крест единым текучим движением вогнал меч в горло противнику, и брызги крови окропили его лицо.

– Сзади! – крикнул он, заметив, как двое нападавших подкрадывались к Хейлу позади. Брат успел среагировать, уходя перекатом. Его клинок описал широкую дугу, сделав глубокий разрез поперёк живота одного из пустынников, и внутренности воина выплеснулись наружу. Второй попытался отступить, но Крест, превозмогая боль, настиг его, нанеся точный удар в сердце. Лезвие прошло меж рёбер, и кровь хлынула из раны, когда он выдернул клинок.

Неожиданно лес погрузился в мёртвую тишину, не было ни единого звука, словно даже птицы замерли, боясь попасть под удар. Вокруг них лежало два десятка тел, превращая зелёный ковёр в багровое месиво. Лужи крови медленно впитывались в землю, насыщая её запахом смерти. Крест с раздражением отметил, что его всё-таки смогли зацепить, тогда как Хейл справился с большей частью врагов: «Надо больше тренироваться, что-то я совсем расслабился», – укорил он себя. Теперь, когда боевой пыл схлынул, рана в руке пульсировала огнём, а кровь всё ещё сочилась сквозь разорванную ткань рукава.

Они стояли посреди леса, прислушиваясь к давящей тишине, готовые услышать любой шорох, но, казалось, лес вымер вместе с убитыми.

– Сильно задел? – спросил Хейл, убирая меч.

– Нет, больше обидно, что задел, – пробурчал Крест, ощутив стыд за свою рану. – Тур перевяжет, как доберёмся.

Хейл не проронил ни слова, лишь хлопнул Креста по здоровому плечу. Но тот не почувствовал облегчения – напротив, осознание того, что его ранили какие-то эмерины, разожгло в нём ещё большую ярость. Не сдержавшись, он глухо зарычал. Хейл усмехнулся, услышав его.

– Не волнуйся, в следующий раз я оставлю тебе больше врагов, чтобы было на ком отыграться. Пойдём, нужно уходить отсюда подальше – боюсь, второй отряд может быть где-то поблизости.

Когда они догнали Туррена и Тэлли, Крест заметил, как та с ужасом уставилась на его окровавленное плечо.

– Тебя ранили?! – Её голос дрогнул, и это было первое искреннее проявление эмоций за долгое время. Крест понял, что рана того стоила.

– Всё в порядке, сестрён, немного задело, – улыбнулся он, испытывая странную радость от её беспокойства. Тем временем Туррен уже вытащил из сумки бинт и горький чигарок, чтобы остановить кровь. Крест с благодарностью наблюдал, как брат сморщился, пережёвывая листья. Он знал, что привкус этого растения ещё долго останется у Туррена во рту. Крепко стиснув зубы, Крест терпел, пока друг туго затягивал повязку. Ткань быстро напиталась алой влагой, но кровотечение почти сразу прекратилось.

– Повезло тебе, что не до кости, – буркнул Туррен, явно недовольный. – На привале придётся зашить, но пока и так сойдёт.

Они двигались без остановки почти до самого утра, избегая опасных троп пустынников. Дождь всё так же неприятно моросил, но зато прекрасно скрывал их следы на мокром мху. Когда Хейл наконец скомандовал привал, Тэлли, выбившись из сил, буквально упала на месте, где остановилась. Хейл с Крестом сразу натянули свои плащи на нижние ветви деревьев, пытаясь хоть как-то защитить её от дождя, но сырость проникала повсюду, и вскоре Хейл заметил, как девушка начала дрожать от холода.

Использовать магию ларинов рядом с бергмарами было рискованно, и Хейл решил, что лучше сначала согреть её привычным способом. «А под этим предлогом можно и магию незаметно применить, чтобы высушить и согреть её как следует», – прикинул он.

– Крест, четыре часа, – негромко сказал Хейл, устраиваясь рядом с Тэлли.

– Договор, брат, – тихо отозвался Крест, протягивая руку Туррену для того, чтобы тот зашил рану.

Хейл с облегчением наблюдал за Турреном, который старательно накладывал швы на рану Креста, и был рад, что ранение оказалось несерьёзным. Пустынники были эмеринами, хотя в городе ходили слухи, что среди них иногда встречаются аури. Сам Хейл их никогда не замечал среди эмеринов; их стычки с пустынниками были крайне редки. Если бы в том отряде оказались аури, они бы не справились с ними так легко – каждый из его народа проходил отменную военную подготовку.

Когда Туррен закончил и улёгся рядом с Тэлли с другой стороны, Хейл внимательно прислушивался к его дыханию. Оно быстро стало ровным и глубоким – знак того, что брат погрузился в сон. Теперь можно было позаботиться о Тэлли, не опасаясь посторонних глаз. Хейл не волновался за Креста, зная, что тот вряд ли станет следить за Тэлли так пристально, как это делал Туррен.

Отбросив ненужные мысли, Хейл сконцентрировался на своей внутренней сфере – магия тут же отозвалась в сознании и заструилась по нитям, ожидая его воли. Как аури, он владел ментальной магией, что позволяло ему оказывать влияние на сознание других разумных существ. Но в нём также текла кровь ларинов, даровавшая ему доступ к физической магии, способной менять окружающий мир. Единственное, что его ограничивало – это нехватка знаний. Все его навыки были плодом личных экспериментов и случайных открытий, которые он с течением времени довёл до совершенства. Одним из таких умений было согревать предметы на расстоянии – способность, которую он обрёл после одного из самых рискованных приключений в своей жизни.

Это произошло, когда Хейл впервые отправился в путешествие, ещё будучи незнакомым с бергмарами. Он забрался высоко в горы, привлечённый их красотой и величием. Однако, Хейл не учёл, насколько суровым может быть мороз на такой высоте. Увлечённый видом, он слишком поздно осознал, что его тело окоченело, а руки были слишком скованы холодом, чтобы даже попытаться развести костёр. Сжавшись в комок среди камней и снежных заносов, он проклинал себя за то, что заранее не позаботился о безопасном укрытии. Его зубы стучали, тело сковывало ледяное оцепенение, и всё выглядело так, будто его первое приключение могло стать и последним. Но врождённое упорство не позволяло ему сдаться. Вцепившись в слабое, почти неуловимое ощущение тепла где-то глубоко внутри, он сосредоточился на нём, полагая, что просто обманывает себя, он пытался успокоить разум. Но тепло, сначала едва заметное, стало разгораться, распространяясь из его внутренней сферы, окружая его словно невидимый огонь.

Стремясь согреться как можно быстрее, Хейл неосторожно тянул из своей сферы всё больше и больше сил, распространяя жар не только на своё тело, но и на окружающее пространство. Его магическая мощь была настолько велика, что даже камни вокруг него начали нагреваться, а снег мгновенно растаял. Когда он пришёл в себя, Хейл понял, что его сфера сильно истощена, хотя благодаря этому ему удалось избежать сильного обморожения.

Тогда ему потребовалось много времени на восстановление. Но осознав в том путешествии свои возможности, он начал тщательно тренироваться, изучая и оттачивая новое умение. Постепенно он научился контролировать свою силу, начав с обогрева отдельных предметов, обволакивая их нитями, а спустя время уже смог применять это умение на расстоянии, без их участия. Это понимание пришло к нему после многочисленных тренировок и бесконечного изучения книг по магии аури. Хотя в этих книгах не было ни слова о магии ларинов и их способности использовать физическую силу сферы, Хейл выуживал крупицы информации между строк, совмещая теоретические знания с собственными практическими экспериментами.

Лёжа рядом с Тэлли, Хейл сосредоточился на её плаще и одежде, намереваясь создать внутри них тепло с помощью своей магии, а уже они согреют её. Закрыв глаза, он мысленно потянулся к своей внутренней сфере, осторожно вытягивая из неё силу, направляя на одежду. Процесс требовал концентрации и осторожности. Он медленно направлял тепло в плащ и одежду Тэлли, ощущая, как они начинают согреваться изнутри. Это было словно создавать невидимое пламя, которое, не обжигая, распространялось по ткани, согревая тело.

Хейл сосредоточенно прислушивался к звону своей магии, едва слышному, но знакомому и узнаваемому для него. Он порадовался, что вокруг нет ни одного аури, который мог бы услышать этот звук и заподозрить неладное. Звук магии ларинов отличался от магии аури, и Хейл, как обладатель обеих этих сил, знал это лучше, чем кто-либо. Магия аури звучала как лёгкий мелодичный треск или жужжание, а магия ларинов напоминала вибрацию натянутой струны или тетивы, звенящей от напряжения. Единственным аури, который видел, как Хейл использовал магию ларинов, была его мать. Однако её сила и знания были гораздо скромнее, чем у Хейла, и она не могла увидеть отличия в звуках двух видов магии. Хейл, будучи сильным магом, мог подавлять звуки магии, делая их практически неразличимыми, но даже при этом лёгкий звон оставался, как напоминание о его мощи.

Когда он заметил, что тело Тэлли расслабилось и она вытянулась под своим плащом, он понял, что его усилия принесли результат. Она начала согреваться, и Хейл уменьшил поток своей силы, позволяя теплу оставаться, но не усиливаться. Сейчас её собственное тело уже могло поддерживать тепло, и Хейл лишь помогал ей, создавая защитный кокон, чтобы тепло не рассеивалось.

Но проблема оставалась: дождь продолжал моросить, и вскоре плащи Хейла и Креста, которые они использовали как укрытие, начнут промокать, превращаясь в такую же бесполезную преграду, как листва деревьев. Хейл решил применить магию и для изменения структуры ткани плащей, чтобы усилить их водоотталкивающие свойства. Он знал, что ткани обрабатывались воском и маслами для защиты от влаги, но со временем пропитка вымывалась, и плащи теряли свою эффективность. Их плащи были приобретены недавно, поэтому изменение не должно было вызвать подозрений у Креста, который редко обращал внимание на такие мелочи, как состояние одежды. «Тем более, брат не станет разглядывать плащ в такую погоду», – ухмыльнулся Хейл, вновь потянувшись к внутренней силе.

Использование магии в нескольких направлениях одновременно было результатом бесконечных тренировок. С момента, когда Хейл узнал о своём происхождении, он осознал, что для выживания ему нужно стать сильнее любого представителя их народа. И это толкнуло его на тяжелейшие и упорные тренировки, которые позволили ему достичь мастерства в управлении магией. Сейчас Хейл был способен одновременно справляться с тремя физическими воздействиями или пятью ментальными, что делало его невероятно опасным противником. Попытка совместить физические и ментальные воздействия в прошлом оказалась для него неудачной, но Хейл решил, что это всего лишь вопрос времени и тренировок. Однако с тех пор, как он начал путешествовать с бергмарами, ему пришлось отложить эксперименты с магией на будущее.

Метод изменения внешнего вида и структуры ткани он изучил из книги, неожиданно найденной в королевской библиотеке бергмаров, что сильно его тогда удивило. Получив разрешение от короля бергмаров посетить библиотеку, Хейл не ожидал найти там труды по магии, и уж тем более было удивительно обнаружить там информацию о физической стороне магии ларинов. Для Хейла первоначально было поразительно обнаружить рукописи о магии в библиотеке короля бергмаров, но, поразмыслив, он осознал, что в этом есть своя логика. Несмотря на то, что бергмары и аури были добрыми соседями и поддерживали мирные отношения, они всё же принадлежали к разным расам, которые некогда воевали друг с другом. Поэтому со стороны короля бергмаров было мудро изучать способности и умения потенциального врага, чтобы быть готовым к любым неожиданностям.

С другой стороны, король аури не уделял такого внимания изучению бергмаров, поскольку те не обладали активной магией, которая могла бы непосредственно угрожать аури. Магия аури заключалась в ментальном подчинении и контроле разума, что делало их опасными в тактических и стратегических манёврах. Бергмары же полагались на свои военные навыки, численность и приверженность боевым тренировкам. Их сила заключалась в физической мощи и организованности, что делало их серьёзными противниками в любом сражении.

Особенность бергмаров заключалась ещё и в том, что они, как и аури, жили долго, но при этом не испытывали тех сложностей с зачатием, которые были характерны для аури и ларинов. Это значило, что в случае войны, численное превосходство могло оказаться на стороне бергмаров, что делало исход возможного конфликта непредсказуемым. В то время как аури могли подчинить врага разумом, бергмары могли бы взять числом и боевыми навыками. Среди аури было немного тех, кто, как Хейл, могли подчинять себе сразу нескольких людей, и это делало магов аури ценными, но они были редки, что ограничивало аури в случае масштабных конфликтов. Осознавая это, короли аури и бергмаров старались поддерживать мир между их народами, понимая, что война могла бы привести к взаимному уничтожению.

Хейл сосредоточился на нитях плаща, выделяя среди них компоненты пропитки, и с помощью энергии совершил слияние её элементов с тканью, создав совершенно новую сущность. Хотя внешне плащ остался прежним, его свойства значительно улучшились. Этот процесс требовал огромного сосредоточения и усилий, особенно учитывая, что Хейл давно не отдыхал и вынужден был постоянно использовать магию для защиты отряда.

На изменение двух их плащей у него ушёл почти час, но когда всё было готово, он удовлетворённо заметил, как капли дождя больше не впитываются в ткань, а медленно стекают по её поверхности, словно скатываясь с невидимого барьера. «Почему я не сделал этого раньше?» – вдруг мелькнула у него мысль, и он усмехнулся абсурдности ситуации. Возможность ходить под дождём сухим казалась такой простой и полезной, но она никогда не приходила ему в голову, потому что до этого не было необходимости уделять внимание таким мелочам. Раньше, когда он путешествовал в исключительно мужской компании, подобные вопросы не возникали. Даже несмотря на своё воспитание в высших кругах, Хейл не стремился к особому комфорту в пути. Жизнь в дороге и сражения сделали его практичным и закалённым человеком, для которого лишние удобства были скорее отвлечением, чем необходимостью.

Но теперь всё изменилось. Появление Тэлли в их жизни заставило всех, включая Хейла, пересмотреть свои приоритеты и привычки. Её присутствие пробудило в них стремление к защите и заботе, к тому, чтобы создать для неё хотя бы минимальный комфорт. Хейл снова усмехнулся, осознавая, как сильно изменилась его жизнь с её появлением. «А теперь с нами женщина, и все словно с ума посходили. Даже я», – подумал он, чувствуя лёгкое недоумение и одновременно волнение. Беззвучно засмеявшись, Хейл повернулся к Тэлли спиной, наконец позволив себе расслабиться и заснуть. Но даже во сне он продолжал поддерживать небольшой поток магии, который согревал её, защищая от всепроникающей сырости дождя.

3

Крест, неторопливо обходя лагерь, прислушивался к ночной тишине, которая окружала их. Местность была под властью аури, и мало кто из эмеринов осмеливался сюда сунуться. Их отпугивало древнее марево, охранявшее эти земли уже многие тысячелетия. Созерцая пустынные пейзажи, что навеивала ему аурийская магия, Крест задумался, каким был этот край в действительности. «Наверное, и здесь тоже простираются леса, как повсюду по ту сторону Великой», – решил он. Хейл вывел их к реке, в проход сквозь марево, и скоро они столкнутся с первыми патрулями аури, стерегущими эту территорию. Но, несмотря на это, они решили выставлять караул, сменяя друг друга.

Вернувшись к лагерю, Крест развёл костёр, чтобы согреть спящих товарищей. Холодный осенний дождь пробирался под одежду, вызывая лёгкий озноб. Наблюдая за огнём, Крест вспомнил Тэлли и с улыбкой подумал: «Надеюсь, её хандра скоро пройдёт, и она снова станет хохотушкой». Бросив взгляд на неё, он еле сдержал смех: Тэлли спала, свернувшись клубком в объятиях Хейла, который утонул носом в её волосах. Она, казалось, спала в кольце его рук и тела, словно это было самое естественное для них положение. Крест мысленно поздравил брата: «Ну, брат, наконец-то. Долго же до тебя доходило». Он вспомнил, как Хейл ложился в стороне, явно избегая близости. «Может, он ещё не осознал, а просто действует по наитию», – подумал Крест, продолжая тихо смеяться. Поддерживая огонь, он решил не будить брата, чтобы тот мог насладиться моментом, пусть даже не осознавая его значимости.

Хейл проснулся от жгучего жара. Первая мысль была, что он слишком близко к костру, но, пошевелившись, он осознал, что рядом кто-то лежит. Открыв глаза, он увидел Тэлли, свернувшуюся на его руке, а его левая рука покоилась на её талии. Жар исходил от неё, и это встревожило его. Хейл остановил поток магии, согревавшей её, но тело Тэлли буквально горело. Приподнявшись, чтобы не разбудить её, Хейл увидел испарину на её лбу и, коснувшись щеки, почувствовал, что кожа пылает – у неё началась лихорадка. Он тихо скрипнул зубами, осознав, что, несмотря на его магию, она всё же заболела. Осторожно отодвинувшись, он встал. День клонился к вечеру, и хотя дождь прекратился, небо оставалось затянутым тучами, наполняя воздух сумеречным светом.

– Хейл? Что случилось? – спросил Туррен, подняв голову.

– Тэлли горит, – проворчал Хейл, чувствуя злость на самого себя. Его способности, на которые он всегда полагался, не помогли уберечь девушку от холода, дождь оказался сильнее.

– Сейчас, – Туррен тут же подскочил и начал рыться в своих сумках, доставая необходимые травы.

– А где Крест? – Хейл огляделся, только сейчас осознав, что не видит брата.

– Тут я. Чего засуетились? – пробасил Крест, выходя из леса с охапкой дров. Он аккуратно опустил их у костра, явно стараясь не шуметь.

– Тэлли заболела, – коротко бросил Туррен, не глядя на брата, и продолжал судорожно перебирать свои мешочки с травами.

– Ох, ядрёна колотушка, – начал браниться Крест, ставя на огонь котелок с водой.

Хейл наблюдал за суетой братьев, чувствуя непривычную для себя беспомощность. Обычно лечением занимался Туррен, и Хейл полностью доверял ему в этом. Но, заметив, как Тэлли беспокойно ворочается, он ощущал тревогу.

– Хейл, смочи ткань водой и оботри её, нужно сбить жар, – скомандовал Туррен.

Хейл кивнул, чувствуя облегчение при появлении конкретной задачи. Порывшись в сумке и ничего подходящего не найдя, он оторвал рукав от своей запасной рубашки, зачерпнул воду из реки и слегка охладил её магией. Присев рядом с Тэлли, он осторожно начал протирать её лицо и шею влажной тканью. Девушка тихо застонала, и Хейл напрягся, не понимая, вызвано ли это облегчением или болью. Он продолжал обтирать её, вновь и вновь смачивая ткань.

Прошло около получаса, но жар не спадал, казалось, температура только росла. Туррен принёс кружку с отваром, и вдвоём они осторожно напоили почти бесчувственную девушку, но Хейл всё равно ощущал, как её тело продолжает дрожать.

– Протирай ещё ей подмышки, чтобы быстрее остудить, лихорадит её сильно, – обеспокоенно глядя на Тэлли, сказал Туррен. Он потрогал её лицо, которое мгновенно высыхало из-за жара.

Хейл бросил недоумённый взгляд на Тура, затем неловко посмотрел на Тэлли, смущаясь при мысли о том, что придётся её раздеть. «С каких пор я смущаюсь при мысли залезть женщине под рубашку?!» – мысленно возмутился он, понимая, что это необходимо для лечения, но всё же замешкался.

Крест, наблюдая за действиями братьев, едва сдерживал смех. Один, как курица-наседка, суетился вокруг Тэлли, а второй застыл в нерешительности, когда дело дошло до того, чтобы оголить девушку. Крест, конечно, сочувствовал Тэлли и переживал за её состояние, но был уверен, что Туррен справится и поставит её на ноги, как уже не раз делал это. Однако то, как они оба суетились вокруг девушки, было невероятно забавно, тем более что Хейла он вообще никогда не видел таким взволнованным.

– Братишка, тебе помочь? Научить, как рубашку женщинам расстёгивать? – с ехидной улыбкой поддел он Хейла за его заминку.

– Отвали, – зло прорычал Хейл, раздражаясь от насмешек Креста, которые явно попали в самую точку.

Туррен улыбнулся, копаясь в своих мешочках с травами, но предпочёл никак не комментировать ситуацию. Его тоже позабавила нерешительность Хейла. Крест уже не раз говорил ему, что брат проявляет интерес к Тэлли, но Туррен тогда не придал этим словам значения. Однако сейчас медлительность Хейла в таком простом деле ясно показала, что интерес всё же есть. Он знал брата: когда Хейлу не была интересна женщина, она могла хоть голой перед ним ходить – он бы и глазом не моргнул. Но теперь стало очевидно, что Тэлли пробудила в нём нечто большее, чем просто дружескую заботу.

Раздражённый абсурдностью ситуации и злясь на себя за непривычное смущение, Хейл уже потянулся к рубашке Тэлли, чтобы расстегнуть пуговицы. Но внезапно его осенило: почему бы не охладить её одежду так же, как он раньше её нагревал? «Это же чертовски просто, почему я раньше не додумался», – укорял себя Хейл. Он тут же потянул магию сферы к одежде девушки, но чтобы братья не заподозрили ничего странного, продолжил протирать её лицо и шею влажной тканью, одновременно аккуратно охлаждая всё её тело с помощью магии. «Крест, конечно, будет подкалывать меня ближайшие несколько лет, но это ерунда», – подумал он, довольный изящностью своего решения.

Вскоре температура у Тэлли заметно снизилась, хотя жар до конца не прошёл. Они продолжали поить её травяным отваром, но девушка всё ещё не приходила в себя. Крест заснул, Туррен продолжал приглядывать за ней, а Хейл, чувствуя, как его мысли путаются всё больше, решил пройтись вокруг лагеря, чтобы успокоиться. За последнее время произошло столько событий, на которые он реагировал совсем не так, как привык. Обычно Хейл был сосредоточен и чётко понимал свои мотивы, но теперь всё казалось запутанным.

Когда он проснулся и обнаружил, что обнимает Тэлли, его первым порывом было прижать её крепче. Это смутило его до глубины души. Он всегда контролировал свои действия, свои чувства, но в тот момент ему показалось, что контроль ускользает. А когда дошло до того, чтобы расстегнуть её рубашку, он и вовсе растерялся. Раньше, сколько бы он на неё ни смотрел, не чувствовал никакого влечения. Но теперь… Теперь он понимал, что не сможет просто безразлично наблюдать за её обнажённым телом. Она начала привлекать его, и это пугало его больше, чем всё, с чем он сталкивался раньше.

За свою жизнь у него было много женщин, и он всегда знал, какие именно ему нравятся. Тэлли явно не подходила под его обычные предпочтения, но несмотря на это, он всё чаще ловил себя на том, что не может отвести от неё глаз. И пока они шли до Рокина, он раз за разом возвращался в арьергард отряда, чтобы наблюдать за ней. Ему нравилось, как она общалась и веселилась с бергмарами, смеялась до слёз или подкалывала Креста. Даже её безудержная гонка с Турреном по рыночной площади вызывала в нём странное удовольствие, несмотря на его ворчание. Или тот момент, когда он подарил ей небольшую подвеску, и она, расплакавшись от благодарности, обняла его. Он припомнил прогулку по мосту, когда Тэлли, крепко держа его за руку, болтала о чём-то, а он, обычно не любящий лишние разговоры, слушал её с удивительным удовольствием и невольно наслаждался её голосом. Все эти воспоминания вызывали у него незнакомый радостный трепет внутри, нечто, чего он раньше не испытывал. Хейл не мог понять, что это за чувство, но знал одно: Тэлли каким-то образом разрушала его привычный мир, и это пугало его, но в то же время притягивало с небывалой силой.

Поражённый этим осознанием, Хейл внезапно замер. «Какого чёрта происходит?» – мысленно задался он вопросом, понимая, что его чувства к Тэлли выходят за рамки обычного интереса. Он вспоминал, как старался оградить её от леди Ви, как испугался, когда она с Туром пропала, и как его сердце едва не остановилось, когда она бросилась к ограждениям, и ему показалось, что она вот-вот упадёт. И когда не обнаружил её на мостовой, то им овладела такая сильная ярость, что он едва не потерял контроль. Лишь твердя мысль, что она могла уже умереть, он смог тогда начать спокойно действовать. Но сейчас, при одной мысли, что она действительно могла не выжить, сердце тут же защемило.

Взгляд Хейла отстранённо блуждал по деревьям, а сам он попытался разобраться в своих чувствах. Неожиданно на него нахлынули воспоминания о том, как Токс целовал Тэлли среди таких же деревьев. Он ясно помнил свои слова и действия в тот момент, когда решил проверить уединившуюся пару, но только сейчас понял, что тогда им управляло. Ему не понравилось, что Тэлли была с Токсом наедине, вне поля его зрения. «Это ревность?! – удивился Хейл, – Но как же…».

Не успел он закончить мысль, как перед его глазами возникла совсем иная картина. Он представил, как Тэлли стоит среди этих деревьев перед ним, а он, прижимая её к себе, нежно целует. Эта фантазия настолько поразила его, что сердце начало учащённо биться, нарушая привычный ритм. Он почувствовал, как его тело откликнулось на это видение, желая большего, чем просто поцелуи. Хейл нахмурился, пытаясь разобраться в своих чувствах. Было ли это просто влечение? Или нечто большее? Он не мог понять, что с ним происходит. Раньше его интерес к женщинам всегда был простым и понятным: краткое увлечение, физическая близость, и затем холодное расставание.

«Влюбился?» – эта мысль поразила Хейла, и он снова резко остановился, не пройдя и пары шагов. «Нет, не может быть, – начал убеждать себя он. – Это обычная девчонка, которая попала в беду. Не более того», – продолжал он размышлять, пытаясь списать свой интерес к Тэлли на то, что она такая же полукровка, как и он. «Мне просто интересна её бесконтрольная магия, вот и всё», – продолжал упорствовать Хейл, но с каждым повторением этих слов вера в них ослабевала. Ведь за всё время их путешествий Тэлли практически никак не проявила себя в магии. Единственное, что она делала – это нарушала его марево и очаровывала Токса и, возможно, бергмаров.

Мысли Хейла неожиданно приняли другое направление: «А что, если это влияние её магии?» Такой вариант он раньше не рассматривал, хотя несколько раз проверял, как её нити реагируют на него. И вспомнил, что они почти не касались его. Тэлли всю дорогу словно избегала его, и нити, отражая её внутренние желания, действовали так же. К своему удивлению, Хейл осознал, что его расстраивает мысль о том, что она его избегает. «Кажется, я ещё больше запутался», – подумал он с лёгким смешком. Теперь, когда они находились на безопасной территории, у него будет возможность понаблюдать за ней и своими собственными эмоциями, чтобы понять, что же его так сильно привлекает в этой женщине.

Вернувшись в лагерь, когда уже начинало светать, Хейл решил немного подремать до утра. Он улёгся рядом с Тэлли, но на некотором расстоянии, стараясь не поддаться соблазну обнять её. Когда она была рядом, на виду, ему становилось спокойнее, и, закрыв глаза, он старался отогнать образ Тэлли в лесу.

4

У Тэлли раскалывалась голова, и, с трудом открыв глаза, она не сразу поняла, где находится. Темнота окутала всё вокруг, небо было затянуто тучами. Перед ней кто-то спал, лёжа к ней спиной. Она попыталась приподнять голову, чтобы осмотреться, но увидела лишь тлеющие угли костра и ничего больше. Казалось, что темнота поглотила весь мир вокруг неё, оставив лишь слабое свечение углей. С огромным усилием Тэлли оперлась на руку, чтобы попытаться встать, но внезапное головокружение нарушило её равновесие, и она стала заваливаться на спину. Не удержавшись, она откинулась назад, и в тот же миг кто-то её поймал и прижал к себе.

– Ты как всех разбудишь, – прошептал ей Хейл, и она почувствовала его дыхание на своей коже.

От его неожиданной близости Тэлли замерла, боясь пошевелиться и чувствуя опоясывающий жар его руки на своей талии. Осознав, что затаила дыхание, Тэлли сделала глубокий вдох, в миг ощутив потрясающий аромат, который окутал её с головы до ног. Этот запах заполнил всё её существо, и она почувствовала, как теряет власть над собой. Вдыхая всё глубже, Тэлли понимала, что нужно остановиться, чтобы удержать контроль, но не могла заставить себя это сделать.

– О боги, – почти беззвучно прошептала она, но Хейл её услышал.

– Голова кружится? – вновь тихо произнёс он ей на ухо, едва касаясь кожи.

От его тёплого дыхания её холодная кожа покрылась мурашками, добавляя ещё больше смятения в её состояние.

– Подожди, – попросила Тэлли, надеясь, что он замрёт и даст ей время прийти в себя. Но, продолжая вдыхать его аромат, она поняла, что это не поможет. Ей нужно было отойти от него подальше, чтобы хоть как-то справиться с охватившими её чувствами. – Я хочу встать, – с трудом, стараясь не дышать, прошептала Тэлли.

– Я помогу, – отозвался Хейл.

Хейл начал медленно подниматься, крепко прижимая её к себе. Когда они наконец встали, Тэлли сильно качнуло в сторону, и она почувствовала, как Хейл сильнее прижал её к себе, поддерживая, чтобы она могла опереться на него всем телом. Тэлли прижала руку к глазам, пытаясь остановить головокружение, но мир перед её глазами продолжал вращаться, как волчок. Её начало подташнивать, и она боялась, что не сможет сдержаться и её стошнит прямо при нём. Тэлли старалась дышать небольшими частыми вдохами через рот, чтобы не ощущать запах Хейла, который всё ещё будоражил её чувства. Но чувствуя жар его тела, она осознала, что дело не только в его аромате.

– Мне надо… – Тэлли пыталась придумать причину, чтобы уйти от Хейла подальше и прийти в себя, но голова была настолько затуманена, что ни одна мысль не задерживалась надолго.

– По нужде? – шёпотом подсказал Хейл, крепче прижимая её к себе.

– Да, – тут же ухватилась за эту возможность Тэлли, тем более что ей действительно это было необходимо.

Тэлли попыталась отстраниться, чтобы отойти от Хейла, но его рука всё ещё крепко удерживала её за талию, а другая поддерживала за плечи. Она почувствовала себя словно в жарких оковах, неспособной освободиться. И в то же время, чувствовала себя такой измождённой, что едва держалась на ногах, боясь без его поддержки упасть из-за головокружения.

– Я помогу, – мягко сказал он.

Переместившись сбоку от неё и взяв почти весь её вес на себя, Хейл медленно повёл её в лес. Тэлли прикрыла глаза, всеми силами стараясь удержать равновесие и не упасть. Ей пришлось глубоко дышать через рот, чтобы не вдыхать его аромат, и в то же время сдержать тошноту. Как вдруг почувствовала его руку на щеке, ласково гладящей её кожу пальцами. Открыв глаза, она подумала, что это горячечный бред – все казалось таким нереальным. Хейл был так близко и всматривался в её лицо. «Нет, это точно сон и галлюцинация, – подумала с вымученной улыбкой, – Хейл бы себя так никогда не вёл».

– Как ты? – тихо спросил он.

– Уже лучше, – прошептала Тэлли. – Не мог бы ты…, – она неопределённо махнула рукой, показывая, что хочет остаться одна.

– Я останусь рядом, Тэлли. Ты в таком состоянии не доберёшься до лагеря одна.

– Просто покажи направление, и я дойду, – она попыталась уверенно это произнести, хотя сама слышала, как слабо звучит её голос. – Или позову тебя, – добавила она, предлагая компромисс, когда поняла, что не убедила его. «Но я точно не позову», – решила она, с ужасом осознав, что его присутствие и аромат заставляют её сердце сбиваться с ритма.

– Хорошо, – тихо согласился Хейл. – Лагерь там, – указал он рукой в сторону, откуда они пришли. Тэлли кивнула, показывая, что запомнила направление.

Когда Хейл скрылся в тени леса, Тэлли прижалась лбом к прохладному стволу дерева и вдохнула носом, стараясь заменить запах Хейла ароматом древесной коры. Но поняла, что сделала это слишком рано – его аромат всё ещё окутывал её, словно плащ, хотя и не был таким насыщенным. Шлейф держался ещё некоторое время, и Тэлли, смирившись с этим, медленно вдыхала его, наслаждаясь тем, как он проникает вглубь, словно касаясь её души. Представляя, что Хейл рядом, она почти физически ощутила, как его руки обнимают её и нежно гладят по спине, оставляя за собой горячие дорожки и вызывая волны мурашек по всему телу. Она дышала всё глубже, пока аромат Хейла постепенно не развеялся, оставив её в одиночестве.

Когда запах древесной коры начал заполнять её лёгкие, Тэлли почувствовала, как разум проясняется, а фантазии начинают рассеиваться. Медленно открыв глаза, она заметила, что головокружение прошло, и она чувствует себя значительно лучше. Справив нужду, она снова подошла к дереву и глубоко вдохнула его аромат, надеясь, что он задержится в её памяти и поможет ей сохранить рассудок, когда она вернётся в лагерь и вновь окажется в окружении запаха Хейла.

Тэлли некоторое время стояла, прижавшись к дереву, но страх, что Хейл может прийти за ней, заставил её оттолкнуться от ствола и двинуться в сторону лагеря. Сделав несколько шагов, она внезапно ощутила сильное головокружение – перед глазами всё поплыло, и её зрение начало расплываться. Тэлли едва успела опуститься на колени, чтобы не упасть. Обхватив голову руками, она закрыла глаза и старалась дышать глубоко и медленно, ожидая, когда приступ пройдёт. Когда головокружение утихло, она с трудом поднялась на ноги. Её всё ещё немного шатало, но она решила продолжить путь. Однако, сделав несколько шагов, она поняла, что не знает, куда идти. Растерянно замерев посреди леса, Тэлли огляделась, но не увидела ни огонька костра, ни каких-либо следов, которые могли бы подсказать ей направление. Паника начала захватывать её, и она уже была готова позвать Хейла на помощь, но вдруг снова уловила его знакомый восхитительный аромат. Повернувшись на запах, она двинулась в ту сторону, где, как ей казалось, пахло Хейлом.

Хейл всё больше беспокоился из-за того, что Тэлли слишком долго не возвращалась. Он не слышал от неё ни звука, что казалось ему странным. Даже будучи здоровой Тэлли не умела двигаться тихо, и уж в нынешнем состоянии и подавно не смогла бы. Он ожидал услышать хотя бы шорох шагов или даже звук падения, но вокруг царила тишина. Это его тревожило, Хейл уже несколько раз собирался пойти за ней, но удерживал себя, чтобы не поставить её в неловкое положение, если она занята чем-то личным. «Путешествия в чисто мужской компании всё же гораздо проще», – с усмешкой подумал он, пытаясь немного отвлечься от беспокойных мыслей.

Прошло уже почти полчаса, а Тэлли всё ещё не вернулась. Хейл больше не мог ждать и решил отправиться на её поиски. И там, где он оставил Тэлли, её уже не было. Осмотрев следы на земле, Хейл заметил, что она какое-то время кружила на одном месте, а затем двинулась в противоположном от лагеря направлении. «Видимо, у неё снова закружилась голова, и она потеряла ориентацию, – размышлял он, изучая её неуверенные шаги: они были неровными, то мелкими и осторожными, то слишком широкими, как будто она теряла равновесие и почти падала. – Она словно пьяная».

Следы были достаточно чёткими, и Хейл, следуя по ним почти бегом, вскоре нашёл девушку. Она лежала среди высокой травы. Хейл бросился к ней, подавляя ужас, охвативший его при мысли, что она могла умереть. Он перевернул её на спину и подтянул к себе на колени, сразу же проверив дыхание и пульс. «Жива», – с облегчением выдохнул он.

– Что же ты делаешь с нами… со мной, – тихо проворчал он, осторожно подняв её на руки и направляясь обратно в лагерь.

Туррен беспокойно ухаживал за Тэлли: обтирал её холодной водой, менял компрессы, но ничего не помогало. Прошло уже много часов, но Тэлли так и не приходила в себя, жар вернулся, а отвары не помогали. Тогда Хейл предложил погрузить её в реку, чтобы охладить тело целиком. Туррен, хоть и согласился, был обеспокоен поведением брата: когда Тэлли лежала в воде на его руках, Хейл не сводил с неё глаз, и это заставляло Туррена чувствовать смутную тревогу: «Он ведёт себя так же, как тот пацан». Он знал Хейла и его отношение к женщинам, а Тэлли была слишком неопытной, слишком доверчивой, и Туррен боялся, что его увлечение ею может стать в будущем серьёзной проблемой.

Яркий свет бил прям в глаза, и Тэлли с мучительным стоном ладонью прикрыла лицо от солнца, едва приходя в себя.

– Сестрён? – Крест тут же подскочил к ней. – Ты как?

– Не знаю, – язык едва её слушался, а голос был слабым и хриплым. – Что со мной?

– Ты заболела, сестрён. Перепугала нас всех до ужаса. Пить хочешь?

– Да, – убрав руку от лица, Тэлли увидела прямо перед собой его широкую улыбку и косички в его бороде.

Не удержавшись, она потянулась к одной из них. Сил у неё почти не было, и это было больше похоже на то, что она просто подержалась за неё, но Крест скривился словно от боли и громко закричал:

– Нет-нет, Тэлли, не отрывай её! Пожалуйста, сестрён, ты такая сильная, что я больше никогда не буду называть тебя слабачкой, – притворно завопил он с ужасом.

Тэлли слабо засмеялась. Это далось ей с трудом, но Крест был таким забавным, что она не смогла удержаться.

– Во-о-о-т, – протянул Крест, – так-то лучше. А то будто помирать собралась мне тут, – весело продолжил он, помогая ей подняться и присесть, прислонившись к стволу дерева.

Крест окинул её взглядом, Тэлли выглядела измождённой: бледная кожа, тёмные круги под глазами, впалые щёки, но глаза уже блестели живым светом. Крест облегчённо вздохнул – Туррен вытащил её. Когда она не приходила в сознание уже на третий день, он начал опасаться худшего, хоть и старался не допускать этих мыслей.

Тэлли ощущала себя ужасно слабой, её тело было словно ватным, но голова наконец-то прояснилась и не кружилась. Однако вдруг она вспомнила ночь, запах Хейла и свои фантазии, и тут же устыдилась своих мыслей. «Может быть, это был просто горячечный бред», – подумала она с надеждой.

– Крест, сколько я была без сознания? – слабо спросила Тэлли.

– Сейчас уже за полдень, так что считай почти четыре дня, – ответил Крест, задумчиво почёсывая бороду.

– И не приходила в себя? – с надеждой уточнила она.

– Да вроде нет, – Крест прищурился, глядя на неё подозрительно. – А что такое? Приснилось чего?

Тэлли смутилась, отвела взгляд и тут же встретилась глазами с Хейлом, который вышел из леса. В руках у него был кусок коры, на котором что-то лежало.

– Проснулась? – мягко спросил он.

Тэлли ошарашенно уставилась на него. Хейл смотрел на неё с доброй улыбкой. Ей показалось, что он действительно рад её видеть. Но тут она вспомнила свою недавнюю фантазию и поспешно закрыла глаза, скрывая своё смущение.

– Держи, ты давно не ела. Это поможет тебе быстрее восстановиться, – Тэлли почувствовала, как что-то мягко положили ей на колени. Открыв глаза, она увидела свёрток из коры, который нёс Хейл. Внутри лежали чёрные ягоды, размером с ноготь большого пальца.

– Что это? – спросила она, подняв взгляд на Хейла. Он стоял рядом и внимательно смотрел на неё.

– Ратилус, – ответил Хейл, внимательно смотря на неё, и тут же добавил, похоже уловив её непонимание. – Из этих ягод делают аурийское вино, они сладкие и придают сил. Попробуй.

Тэлли вновь поразилась тому, как дружелюбно вёл себя Хейл, и мелькнула мысль, что, возможно, она ещё не до конца отошла от горячечного бреда. Она решила снова закрыть глаза и досчитать до десяти, надеясь, что это поможет ей прийти в себя и наваждение наконец отпустит её.

– Тэлли, тебе плохо? – встревоженно спросил Крест.

– Нет… Да… – Тэлли запуталась, не зная, как объяснить свои ощущения. – В смысле, я странно себя чувствую, – она посмотрела на Креста и слабо улыбнулась.

– Поешь, тебя может мутить от голода, – посоветовал Хейл. И она послушно закинула пару ягод в рот.

Удовлетворившись тем, что она начала есть, Хейл уселся с противоположной стороны костра напротив неё, чтобы издали наблюдать за её состоянием. Он заметил, как она растерялась, когда увидела его, и решил не нервировать её своим присутствием, но и совсем уходить тоже не хотел. Пока было безопасно, и необходимости караулить лагерь не было, да и его «птичка» подскажет, если кто-то появится.

– А где Тур? – спросила Тэлли.

– На реке, пошёл помыться, – донёсся до неё голос Хейла. Тэлли удивилась его ответу: обычно он не реагировал на её вопросы и редко участвовал в разговорах. Открыто он говорил с ней лишь один раз, тогда в таверне. «Хотя и я всё время проводила с Туром».

– Брат не спал, пока у тебя был сильный жар, крутился тут вокруг тебя как курица-наседка, – засмеялся Крест. – А как тебе стало получше, сразу вырубился. Потом мы по очереди за тобой приглядывали.

– По очереди? – переспросила Тэлли. «И Хейл тоже?», – изумилась она неожиданному участию.

– Тэлли! – послышался радостный возглас Тура. Он подбежал к ней, весь мокрый, но с широкой улыбкой на лице. Не теряя времени, он тут же начал осматривать её. – Так, дай я тебя осмотрю, – сказал он уже более серьёзно, прикладывая руку к её лбу и осматривая её глаза. – А теперь покажи язык, как ты умеешь, – добавил он с лёгкой улыбкой.

Тэлли слабо засмеялась и высунула язык.

– Синий! Где ты уже успела ратилус найти? – удивился Тур, бросив взгляд на Хейла.

– Хейл принёс, они очень вкусные, – ответила Тэлли. Ягоды и правда словно вернули ей силы, и голос её стал заметно увереннее. – Спасибо вам, что заботились обо мне, – наигранно бодрым тоном добавила она, стараясь не встречаться взглядом с Хейлом. Её воспоминания о фантазии были ещё слишком яркими.

– Не за что, сестрён, ты же одна из нас, – мягко произнёс Крест, потрепав её по волосам. – А вот причёску тебе точно нужно подправить, лохматая совсем, – засмеялся он.

– Тогда я пойду умоюсь и приведу себя в порядок, – тут же подхватила Тэлли его предложение. Это давало ей возможность побыть наедине и справиться с мыслями.

– Пойдём, я тебя провожу, – сразу же предложил Хейл.

– Нет! – резко воскликнула Тэлли. Но, заметив три пары удивлённых глаз, быстро добавила уже более спокойно, – Я сама, не хочу никого беспокоить.

– Сестрён, какое же тут беспокойство? – возмутился Крест.

– Я…, – Тэлли лихорадочно подбирала причину, по которой они точно оставили бы её одну, – мне нужно кое-что сделать, в чём вы не сможете помочь, – отведя взгляд, пробормотала она.

– О, – протянул Крест, покраснев так, что даже борода не смогла скрыть.

– Конечно, твоя сумка тут, – перехватил разговор Туррен, протянув ей походный мешок. Тур всегда был самым понимающим, и это ей очень нравилось.

– Спасибо, – с облегчением улыбнулась Тэлли. Её уловка сработала.

Туррен провёл её до реки, и уже там неожиданно прижал Тэлли к себе:

– Я так рад, что тебе лучше, Тэлли. Ты так напугала меня, милая, – прошептал он ей.

Тэлли глубоко вздохнула, пытаясь удержать комок в горле, который так и норовил вырваться наружу вместе со слезами. Его забота и беспокойство о ней поднимало из глубин и словно усиливало её тупую боль, что принесли ей Токс и Линель. Она пыталась убедить себя, что они не виноваты, что они действовали так из-за других людей, но всё равно злилась на них и из-за этого чувствовала вину.

– Спасибо, Туррен, – тихо сказала Тэлли, посмотрев на бергмара. Его волосы и борода были взлохмачены, косичка в ужасном состоянии, а сам он выглядел уставшим. – И приведи бороду и волосы в порядок, а то меня выгонят из вашей компании, если узнают, что ты из-за меня за ними не следишь.

Это была слабая попытка пошутить, но Туррен всё равно засмеялся.

– Хорошо, милая. Прямо сейчас и займусь. А ты, как закончишь, позови меня, и я помогу вернуться. Ладно? – тепло улыбнулся он ей, и возле его глаз собрались мелкие морщинки.

– Ладно, – кивнула Тэлли, наблюдая, как он уходит обратно в лагерь, осторожно обходя деревья.

Когда Туррен пропал из виду, она присела на берегу и долго смотрела на бесконечную водную гладь Великой, не замечая, как по щекам ручьём льются слёзы.

Искренняя забота Тура стала будто вечным напоминанием предательства Токса, и дни дороги и болезни хоть и утихомирили немного боль, но она всё равно оставалась внутри, не давая дышать полной грудью. Тэлли позволила ей полностью поглотить себя, разрешив воспоминаниям о Токсе затопить её разум. Он был самым близким человеком, но вспоминая, что он поверил Линель с её больными фантазиями, а не ей, её сердце словно покрывалось трещинами. В её памяти всплывали моменты, когда он обнимал её, говорил, что любит, и как ласково касался её губ. Но все эти приятные воспоминания меркли перед тем, как они расстались. Все те гадости, что он наговорил ей вновь и вновь звучали в голове, заставляя пожалеть о проведённой с ним ночи. «Словно этим я подтвердила его слова», – грустно глядя на реку, думала она.

«И зачем только я это сделала?» – начала она себя корить, когда внезапно осознала возможные последствия той ночи. «У меня ведь давно не было лунного цикла. Что если…» Мысль была настолько шокирующей, что она не смогла её закончить, а лишь уставилась перед собой невидящим взглядом. Тэлли пыталась сосчитать, сколько времени они находились в дороге, но поняла, что уже давно перестала следить за днями. Стараясь прийти в себя, Тэлли опустилась на колени у воды и начала плескать лицо холодной водой, смывая слёзы, что лились без остановки. Мысль о том, что она может носить ребёнка Токса, ошеломила её до такой степени, что она застыла, глядя на своё отражение в воде. «Что я натворила?» – с ужасом подумала Тэлли. Подняв голову, она снова уставилась невидящим взглядом на водную гладь, пытаясь осмыслить произошедшее с новой, пугающей стороны.

Но тут за спиной раздался странный звук – резкий короткий щелчок, а следом протяжное, тихое шипение, будто от рассерженной кошки. Оглянувшись, она увидела, как время будто погрузилось в густой мёд – от тёмной фигуры у кромки леса к ней летела маленькая, стремительно вращающаяся точка. В ушах грохотало сердце, его гулкие удары казались редкими, словно сердце отказывалось работать.

«Стрела!» – молнией пронеслось в голове.

5

– Пойду проверю, как она там, – первым не выдержал Хейл, начиная подниматься.

– Погоди, она же только пришла, – остановил его Туррен. – Она ведь ещё совсем слаба, двигается медленно. Дай ей ещё немного времени.

Прошло чуть больше четверти часа, и все трое уже беспокойно поглядывали в сторону реки, где Тэлли была совсем одна. Когда она уходила, Хейл видел, что она что-то скрывает, и ему не давало это покоя. Ему было неспокойно, когда её не было рядом.

– Если мы потом найдём там её бездыханное тело, то виноват будешь ты, Тур, – проворчал Хейл, усаживаясь обратно, припомнив недавние ночные поиски.

– Уверен, что всё будет хорошо. Она выглядит гораздо лучше, Хейл. Да и правда, ей нужно время для себя. Мы в пути уже больше месяца, когда-то это должно было случиться, – с улыбкой проговорил Туррен, заметив, как Крест смущённо скривился при этих словах.

– Раньше у нас не было таких проблем, а, парни? – нервно хихикнул Крест, почесав бороду.

Хейл не выдержал и засмеялся, и парни тут же подхватили, явно осознав мысль, что одна женщина сумела так сильно изменить их образ жизни.

Тэлли с ужасом смотрела на приближающуюся тёмную точку. Казалось, мир замедлился, а вмести с ним дыхание и сердце, понимая, что через мгновение она умрёт. Тэлли вдруг ощутила внутри сильный толчок, что заставил рвануть в воду, скрывшись под тёмной гладью с головой. Течение подхватило её тело, увлекая в сторону. Едва успев осознать, что её окружает вода, Тэлли вынырнула на поверхность.

Над водой разлетался громкий звон металла, и, отдышавшись, она увидела на берегу Хейла и Креста, сражающихся с кем-то на мечах. Их противники были невероятно быстры, но братья не уступали им ни в чем. Удары наносились с такой скоростью, что звон металла не прекращался ни на мгновение. Тэлли смотрела на сражение, но не могла различить ни одного движения – всё будто сливалось в одно серое пятно, размываясь перед глазами.

– Оставайся там! – прокричал Хейл, парируя очередной удар и мгновенно контратакуя.

Наёмник, почти с него ростом, двигался с поразительной быстротой, но Хейл, едва отразив удар, тут же наносил два своих. Бой проходил словно в невидимом круге – противник пытался сместить Хейла в сторону или заставить его развернуться спиной к реке, но Хейл каждый раз возвращался в исходное положение. Он не хотел выпускать Тэлли из виду. Когда её голова показалась над водой, он ощутил облегчение, но не ослабил внимание. Подозревая, что поблизости могут быть ещё наёмники, он был готов отразить любую попытку нападения на девушку, пока они с Крестом сражались с этими двумя.

Хейл мельком взглянул на Креста – тот справлялся с противником, но было видно, что техника наёмников давалась ему тяжелее. Этот краткий миг отвлечения чуть не стоил Хейлу жизни: он чуть не пропустил мощный рубящий удар сверху. Противник, воспользовавшись моментом, сделал обманный замах, перенеся вес на другую ногу. Хейл сразу понял, что в следующий раз наёмник использует всю мощь своего тела, чтобы нанести решающий удар.

И не теряя времени, Хейл слегка отклонился в сторону, уходя от прямой атаки. Привычно коснувшись своей внутренней сферы, где находились его душа и магия, он потянулся своими серебристыми нитями к телу наёмника. Больше он не допустит ошибки, сразу убивая врагов. «Особенно ларинов», – подумал Хейл. Он должен получить ответы, что именно они знают о заказчике смерти Тэлли. И едва нити коснулись воина, как тот тут же получил мысленный приказ Хейла: «Замри». И прежде чем увидеть, как наёмник остановился, Хейл почувствовал, что его тело резко замерло.

Бросив взгляд на Креста, Хейл заметил, что тот уже завершал бой. Он ловко достал небольшой топорик, который обычно использовал для дров, и, нанеся удар мечом, вынудил противника отбить атаку. В тот же момент он направил топорик в голову наёмника. Попытавшись увернуться от второго удара, противник качнулся в сторону, но попал под новый, гораздо более точный удар меча бергмара. Лезвие легко прошло сквозь тело наёмника, распоров его от шеи до живота, обрызгав Креста с головы до ног. Не дожидаясь, пока тело противника упадёт, он тут же принял боевую стойку, ожидая ещё нападения.

– Мы одни. Их было трое, – тут же успокоил его Хейл, получив первый ответ наёмника на вопрос об их количестве.

И тут они услышали два коротких свиста – это был сигнал от Туррена, что он справился со своим противником.

– Тэлли, иди ко мне, – мягко позвал Хейл девушку, не сводя с неё глаз. Она была испугана, но послушно направилась к нему. Она шла как во сне, и Хейл, внимательно осмотрев её, убедился, что видимых ранений нет – похоже, стрелок промахнулся. Облегчённо вздохнув, он протянул ей руку, но она словно проигнорировала его, уставившись на наёмника. Не удержавшись, он подошёл к ней и обнял, чувствуя как страх за неё постепенно отступает. Она тяжело дышала, сердце учащённо билось и Хейл чувствовал дрожь её тела.

– Почему он замер? – услышал он её глухой голос.

– Он под моим контролем, не бойся, – Хейл отстранился и посмотрел на неё. – Как ты?

Но Тэлли словно не слышала его вопроса, продолжая изучать наёмника.

– Он скажет, почему они охотятся на меня? – наконец она взглянула на Хейла и он не увидел в них страха, как ожидал. Скорее это была злость.

– Я попробую выяснить, Тэлли, – погладив её по мокрым волосам, он неосознанно потянулся к сфере и, потянув силу магии, начал сушить её одежду, боясь, что она опять заболеет. Она отстранилась от Хейла и подошла к мужчине, что безразлично взирал на окружающих его людей. Обходя его по кругу, она внимательно изучала его, словно диковинку.

– Он сошёл с ума? – Тэлли явно не понимала, что с ним. – Почему он так стоит?

– На него действует магия, сестрён, – весело усмехнулся Крест. Хейл видел, что брат чему-то радуется и не мог понять, что так его развеселило.

– Магия? – Тэлли округлила глаза в удивлении, уставившись на Хейла. И ему показалось, что на её лице промелькнул страх перед ним.

Он кивнул, и, стараясь не напугать её сильнее, мягко произнёс:

– Тэлли, я тебе всё объясню чуть позже, но сейчас, пожалуйста, побудь с Крестом, я допрошу наёмника и присоединюсь к вам.

– Пойдём, сестрён, – с улыбкой позвал её Крест, протянув руку. Она в замешательстве переводила взгляд с Хейла на наёмника, о чем-то размышляя.

– Ты будешь его пытать? – после некоторого замешательства спросила она у Хейла, глядя ему прямо в глаза. Хейл не хотел ей врать, понимая, что она раскусит такую очевидную ложь.

– Я хочу узнать подробности, Тэлли, – начал он, не отводя взгляда, – Иногда других способов нет.

Коротко кивнув, она ещё раз бросила взгляд на наёмника и взяла Креста за руку.

– Ты же мне расскажешь? Всё? – повернувшись к нему, спросила она.

– То, что смогу рассказать, ты узнаешь как только остановимся в безопасном месте, – улыбнулся Хейл, понимая, что она почти припёрла его к стенке.

Когда они с Крестом ушли в лагерь, Хейл вернулся к наёмнику. Ему нужно быть сосредоточенным на допросе, чтобы не запустить возможную магическую ловушку в его сознании, которая тут же убивала носителя воспоминаний, когда в них начинали копаться.

– Назовись. Из какого ты братства? – решив начать с простых вопросов, Хейл старался отбросить мысли о Тэлли, которая едва не погибла. Снова.

– Дариу Лик, братство Фирлих, – в момент ответил тот.

– Какой у тебя был заказ?

– Кровавая печать на Тэлли Грин.

Хейл уже слышал это название. Бесконечный заказ, за который будут платить каждому взявшемуся за исполнение половину суммы до тех пор, пока кто-то не принесёт доказательства смерти.

– Кроме него ещё были заказы? – пока они были в таверне в Тэмине, Хейлу не раз приходили мысли в голову о том, что может быть родные Тэлли живы и кто-то из них её ищет. И, возможно, тоже разместили такой же заказ у братства.

– Да.

– Какие? — удивлённо скинув брови, спросил Хейл. Он не особо надеялся, но ответ Лика его поразил.

– Обучение.

– Обучение? Что это значит? — Хейлу ничего не приходило в голову, чему кто-то хотел научить Тэлли.

– Обучение женщин быть покорными.

– Что входит в обучение? — Хейл начал догадываться, о чём идёт речь, но решил всё же уточнить, желая ошибиться.

– Я не знаю. Это делают мастера, прошедшие обучение, – проговорил наёмник, глядя куда-то в пустоту.

– Как вы прошли марево болота? — Этот вопрос больше всего интересовал Хейла все дни с самой первой встречи с ларинами. Их земли окружены с одной стороны морем, а с другой – непроходимым смертельным маревом, которое заставляет видеть и ощущать болото, которое затащит на дно и убьёт любого, кто рискнёт пройти сквозь него. А по ту сторону предположительно жили ларины, но связи с ними не было уже много тысячелетий.

– Печать марева пропустила нас.

Хейл задавал ещё множество вопросов о ларинах, о братстве и о заказе, едва сдерживая желание изучить его воспоминания и стараясь не нарваться на опасный вопрос, который мог запустить магию ментальной ловушки. Но только он начал расспрашивать о возможных заказчиках, как его разум заполонило резкой вспышкой боли, из-за которой он на миг потерял зрение. Магическая ловушка ставилась сложно, сами действия Хейлу были известны в общих чертах, но её последствия он уже не в первый раз испытал на себе. В прошлые разы он нарывался на неё, когда пытался считать воспоминания ларина в доме, где спрятали Тэлли, а до этого недалеко от Рокина, когда её похитили трое наёмников.

Отойдя от ослепляющей боли, Хейл начинал вновь злиться. Наёмники вновь подкрались незаметно, но он так и не смог узнать как. Хоть он и задал этот вопрос, но получил лишь в ответ: «Печать марева», и ларин не смог объяснить ему, что это значит. «Скорее всего, потому что не знал», – размышлял Хейл, направившись к лагерю. Но эту печать дал или ставил кто-то из представителей заказчика перед отправкой нового отряда.

«Но то, что я уже узнал, слишком опасно, – подумал он. – И братьев пока лучше не посвещать, любая информация о ларинах карается смертью, особенно в землях аури». Хейл всё сильнее переживал, что скрывает от братьев такую важную информацию, но если кто-то узнает, что за Тэлли гоняются ларины, то быстро доберутся и до него, узнав что они с Тэлли полукровки. С тяжёлым сердцем Хейл решил пока оставить информацию при себе, ограничившись лишь общими словами о том, что узнал от наёмника.

6

Они шли уже почти два дня, и Хейл едва сдерживал злость, занимаясь разведкой. Его «птичка», даже настроенная на физическую магию, не смогла предупредить его об опасности. «Эта печать марева явно очень сильный артефакт», – яростно думал он, проверяя пути и позади, и впереди своего отряда, но не находя вокруг ничьих следов. И больше всего он злился на себя – на то, что позволил себе расслабиться и снизил бдительность. Тэлли чуть не погибла, и Хейл не мог избавиться от мысли, что это его вина. Пробираясь мимо своих спутников, он украдкой поглядывал на девушку. Она выглядела изнурённой, шли они медленно, так как после болезни она ещё не восстановилась. Туррен поддерживал её, помогая идти, а Крест время от времени шутил, пытаясь поднять ей настроение. Но усталость забирала все силы, и Тэлли едва реагировала на его слова. Решив, что ей надо время, чтобы восстановиться, он повёл их к «карману» в мареве, чтобы там переждать несколько дней и с новыми силами двинуться дальше к Альдарану.

– Что значит в кармане марева? – переспросила Тэлли у Туррена, пока они ждали на берегу Великой возвращения Хейла, который куда-то повёл Креста. Рядом с ними Тэлли ничего похожего на «карман» не видела. Всё казалось обычным, ничего странного или примечательного не было.

– В мареве есть такие зоны, где его влияние не действует – это и есть карман, – объяснил Туррен, но понятнее ей не стало.

– Но тут же нет марева, – с удивлением сказала она.

– Тэлли, а что ты видишь вокруг? – вскинув удивлённо брови, спросил он.

– Реку, лес, деревья. Всё одинаковое, вот уже несколько дней, – ответила Тэлли, вновь оглядываясь по сторонам. – Пейзаж вообще не меняется, – добавила она с улыбкой.

– Интересно, – задумчиво протянул бергмар, поглаживая бороду.

– Что тут интересного? Разве ты не видишь того же самого? – удивилась Тэлли, не понимая, о чём он говорит.

– Нет, Тэлли. Я не вижу здесь леса, – задумчиво ответил Туррен. – И, кажется, я начинаю понимать…

Он не успел закончить свою мысль, как из леса вышел Хейл, один, без Креста.

– Пошли, – Хейл жестом подозвал Тура, ожидая, когда тот подойдёт.

– А как же Тэлли? – спросил Туррен.

– Сама справится, – усмехнулся Хейл. – Вперёд.

Тэлли всё ещё удивлённо смотрела на них обоих и не понимала, что происходит. Но помня слова Хейла, что он всё расскажет на безопасном привале, покорно пошла следом. Все эти дни она прокручивала последнее нападение на неё. Осознание произошедшего нахлынуло на неё несколько позже. И Тур, успокаивая её внезапную истерику, объяснил, что из-за такой явной близости к смерти она была в шоке и потому реакция была запоздалой. Она вновь вспомнила странное поведение наёмника, и из-за шока от того, что смогла увернуться от стрелы и от отрешённой покорности её убийцы она даже не поняла, что Хейл обнимал её. Сейчас сильно жалея, что не ощутила этого сразу, она пыталась вспомнить его объятья, но в голове были лишь призрачные образы. Тяжело вздохнув, она бросила взгляд на него – он был без капюшона, и она видела его сосредоточенное идеальное лицо. «Он слишком красив», – со вздохом подумала она.

И вновь вернулась мыслями к наёмнику, который был тогда во власти Хейла. Ей было интересно, как он его контролировал, хоть Крест объяснил, что дело в магии, но Тэлли решила, что он как обычно шутит. Уже после того, как она пришла в себя после нахлынувших слёз, Тэлли замучила бергмаров вопросами, но те не отвечали, лишь успокаивая её, чтобы она пришла в себя. «Наверно, они и сами не в курсе», – вдруг осознала она. Иначе бы Туррен точно ей всё объяснил.

Оставив Хейла наедине с наёмником, они ждали его почти три часа, и Тэлли было безумно интересно, что узнал Хейл. Понимая, что Хейл пытал его, Тэлли не могла понять, как относится к этому. Линель, когда держала её прикованной, тоже пытала её, избивая, и это было ужасно, но наёмник пытался убить её саму, и потому Тэлли не могла определить черту, за которую можно заходить, чтобы узнать правду. Понимая, что сама бы она никогда не узнала ничего, она была благодарна Хейлу за это, но сама мысль, что он мог быть жестоким пугала её. Но тем не менее, он что-то узнал, хотя за эти дни из-за его постоянной разведки Тэлли так и не смогла задать ему ни одного вопроса, с досадой ожидая, когда они наконец придут в то самое место, о котором говорили бергмары.

Пока они шли по мареву, всё внимание Хейла было сосредоточено на Туре и на нитях магии, что обвили брата с головы до ног, снижая воздействие марева на него. Хейл беспокоился, что магия Тэлли может нарушить это, и потому он поглядывал на неё и её нити. Она держалась за Туррена, но явно не осознавала манипуляций, которые проводил Хейл. Будто ничего не происходило – её магические нити оставались такими же беспечными, словно не замечали вмешательства. Когда нити Хейла касались их, они тут же исчезали, словно прячась от него. У Хейла возникло непреодолимое желание применить магию непосредственно на Тэлли, но он подозревал, что это будет слишком легко. Защита девушки была слабо развита: «После того как она узнает правду о себе, надо будет научить её хотя бы основам».

– Хейл, а что ты делаешь? – вдруг спросила Тэлли, внимательно глядя на руку Туррена.

Хейл на мгновение застыл, затем пристально посмотрел на неё.

– А что ты видишь? – задал он встречный вопрос.

– Да ничего особенного. Просто интересно, что это за марево и почему Туру и Кресту нужна твоя помощь, чтобы тут идти, – пожала плечами Тэлли.

Хейл сузил глаза, подозревая, что она что-то скрывает. Он вновь сосредоточился на её нитях, наблюдая за их поведением, но не заметил ничего необычного. Решив, что пока не время вдаваться в подробности, он ответил:

– Я помогаю им пройти. Ты не видишь марева, но им оно мешает двигаться по этой земле.

Хейл ускорил шаг, желая поскорее добраться до места. Чем быстрее они дойдут, тем раньше Тэлли восстановится, и они смогут добраться до Альдарана, где она будет в безопасности.

– Туррен, а что ты всё-таки видишь? – не отставала Тэлли, повторяя свой вопрос.

– Пустыню, Тэлли, – с трудом ответил Тур.

Тэлли резко остановилась и уставилась на него.

– Как это? Почему я её не вижу? – Для неё ничего не изменилось, всё тот же лес и река. Вдруг вспомнив, что так же было и когда они бежали из Соуджена, тогда Токс видел что-то иное, а она нет. Но заметив, что Туррен начал замедляться и стал тяжело дышать, Тэлли отбросила все мысли, и крепче схватилась за его руку, боясь его потерять.

– Тур, ты в порядке? – взволнованно спросила она.

– Тэлли, с Туром всё будет в порядке, – ответил Хейл вместо него. – Нам осталось совсем немного, не отвлекай его, пожалуйста. Как только дойдём, всё расскажем.

Тэлли с сомнением посмотрела на Хейла, но, осознав, что сопротивление лишь замедлит их, отпустила руку Туррена и пошла рядом с ним.

– Держись, Тур, мы уже близко, – тихо проговорил Хейл.

Туррен лишь молча кивнул, сосредоточив все свои силы на том, чтобы преодолеть марево. Жар пустыни казался невыносимым, словно солнце палило прямо на него, прожигая насквозь. Воздух был настолько сухим и горячим, что казалось, будто он обжигает внутренности, дышать становилось всё труднее, воздух словно был раскалён. «Что бы со мной было, если бы Хейл не использовал магию?» – с ужасом подумал Тур, чувствуя как сердце бухает в груди, с усилием качая кровь по горящему телу. С каждым шагом на территории аури воздействие марева усиливалось, и Туррен чувствовал это каждой клеточкой своего тела.

– Пришли, – наконец сказал Хейл.

Туррен видел перед собой всё ту же пустыню и не понимал, где её граница. Но как только Туррен сделал следующий шаг, переступив границу марева, сразу же вдохнул прохладный, почти холодный лесной воздух. Почувствовав облечение, Туррен стал дышать глубоко и медленно, наслаждаясь свежестью, так приятно охлаждавшей его тело. Почувствовав, что сердце начало замедляться, Тур продолжал глубоко дышать, восстанавливая ритм.

Тэлли, всё это время беспокойно наблюдавшая за Туром, заметила, как его лицо смягчилось от облегчения, и сама немного расслабилась. Для неё окружающий пейзаж остался неизменным – тот же лес, те же деревья. Недалеко от них Крест уже развёл костёр и уложил рядом несколько толстых брёвен, на одном из которых и сидел. Заметив их, Крест вскочил и поспешил к ним навстречу.

– Тур, братишка, ты как? Живой? – хлопнув его по спине, с улыбкой спросил Крест.

– Да, живой. Ну и пекло, – проворчал Тур, смахивая пот со лба.

– Простите, парни, но другого варианта я не нашёл, – развёл руками Хейл. – Тэлли нужно восстановиться после болезни, а если мы останемся в проходе, то есть большая вероятность, что на нас опять могут напасть. Здесь безопаснее.

– Да ладно, переживём, – махнул рукой Крест, провожая Тура к костру.

Хейл не стал делиться с остальными тем, что уже поставил вокруг несколько различных «птичек» – магических ловушек, каждая из которых была настроена на определённый тип угрозы. Теперь у него были «птички» для ментального воздействия, физического присутствия и даже для простого касания. Даже если мимо пройдёт обычное животное, он должен об этом узнать. «Если и это не сработает, значит, за Тэлли охотится кто-то настолько могущественный, что способен направить на нас отряд наёмников с сильным магом или артефактами», – размышлял Хейл, стараясь не упустить ни одной детали.

Он долго обдумывал, почему в прошлый раз его «птичка» не сработала, и пришёл к двум возможным выводам: либо два разных типа магии, наложенные друг на друга, ослабили их действие, либо «печать марева» настолько сильна, что подавляет вообще любую магию. «Но по крайней мере древнее марево аури должно их хотя бы задержать», – подумал Хейл, но тут же его взгляд упал на Тэлли, которая шла, словно для неё марева и вовсе не существовало. «Проклятье! – покачал головой Хейл, – Надо быть настороже, даже здесь».

– Ну вот мы и пришли. Теперь расскажите мне всё, – потребовала Тэлли, усаживаясь на поваленное дерево и пристально глядя на троицу. Ей уже порядком надоело ожидание ответов на свои вопросы.

– Что именно ты хочешь узнать? – спросил Хейл, усаживаясь напротив. Тур, тяжело дыша после трудного пути, опустился рядом с Тэлли, а Крест остался стоять, скрестив руки на груди.

– Что ты узнал от наёмника? Почему они хотят меня убить? Кто я такая? Почему здесь марево? Что это такое? И почему я его не вижу? – быстро выпалила Тэлли, не желая терять времени.

Хейл усмехнулся, понимая, что Тэлли не успокоится, пока не получит объяснений.

– Начну с марева. Оно охраняет земли аури от чужаков. Выглядит оно как пустыня, и убивает своим жаром любого, кто войдёт в него, – начал он. – Почему ты его не видишь, я пока не могу объяснить. У меня есть только догадки, но точных ответов нет, – осторожно ответил он, подбирая слова.

– Тогда расскажи мне свои догадки, – настойчиво попросила Тэлли, явно не собираясь сдаваться. – И что ты узнал от наёмника? Почему они хотят меня убить? Что ты знаешь обо мне?

– Я не могу тебе ответить на эти вопросы, – Хейл покачал головой. – Это связано с тайной, которую я пока не имею права раскрывать. И это очень опасное знание. Вы с братьями узнаете всё, когда мы доберёмся до Альдарана, – с тяжёлым вздохом объяснил Хейл. Ему не нравилось скрывать что-то от своих друзей, но у него не было другого выбора. Эта тайна принадлежала его матери, и только она могла решать, когда и что раскрывать. И рассказать сейчас всё было чревато для их безопасности, если они проболтаются, то все они окажутся в большой беде – просто за знакомство с ларинами аурийцы сразу отправляли на казнь. – Скажу только одно, нападения будут продолжаться, и, подозреваю, что наёмники с каждым разом будут всё сильнее и опаснее. Поэтому нам нужно как можно скорее добраться до Альдарана, там ты будешь в относительной безопасности. И я, наконец, смогу рассказать все подробности вам.

– Подожди, – вдруг резко остановила Тэлли, взмахнув рукой и пристально уставившись на него. – Ты сказал, что мы на землях аури?

– Да, – спокойно подтвердил Хейл, слегка нахмурившись.

Он не понимал, что именно её так удивило, и ждал продолжения. В конце концов, он ожидал совсем других вопросов после того, что она услышала.

– То есть мы на самом деле находимся на землях аури? – её глаза широко распахнулись от удивления.

– Всё верно, сестрён, – со смехом ответил Крест. Хейл видел, что тому было весело наблюдать, как упёрто Тэлли начала допрос. «Наверно, он в недоумении, почему я ещё и отвечаю», – усмехнулся Хейл.

– Значит, аури действительно существуют?! – воскликнула Тэлли, вскочив с места и уставившись на всех троих.

Трое мужчин на мгновение замерли, и тишина опустилась на лес, словно покрывало. Но почти сразу же была разорвана громогласным смехом, который эхом разнёсся по округе. Тэлли показалось, что их гогот был настолько оглушительным, что его могли услышать даже в далёком Тэмине. Крест буквально сложился пополам от смеха, безудержно хохоча и переходя на протяжный громкий вой, пока не упал на колени и не начал стучать кулаками по земле, не в силах успокоиться. Даже измотанный переходом в мареве Туррен смеялся не менее громко. Он спрятал лицо в ладонях, плечи его тряслись, и изредка он даже похрюкивал, безуспешно пытаясь сдержать смех.

Тэлли в недоумении переводила взгляд с одного бергмара на другого, не понимая, что вызвало такую бурную реакцию. Она посмотрела на Хейла, надеясь, что он разделит её непонимание. Но тут же оторопело уставилась на него – Хейл тоже громко смеялся. Его смех был мягким, ровным, совсем не похожим на гогот бергмаров, и Тэлли не могла поверить в то, что видит. Широкая улыбка смягчила его лицо, сделав его совершенно другим человеком: мелкие морщинки собрались у глаз, а на щеках появились едва заметные ямочки. В его взгляде не было прежней холодности или скрытого сарказма – он смеялся искренне и явно по-доброму.

– Тэлли… милая… пожалуйста… не шути… так больше, – чуть не задыхаясь, проговорил Туррен сквозь смех, стараясь связать слова.

Крест всё ещё лежал на земле, его смех уже не был слышен, но успокоиться у него не получалось. Сил на смех почти не осталось, живот сводило от напряжения, и ему не хватало воздуха. Но мысль о том, что Тэлли не замечала самого очевидного, не переставала смешить его, вызывая всё новые приступы смеха, с которым он никак не мог справиться. Он издал громкий протяжный стон – все попытки остановиться были безуспешны. Тэлли всегда его веселила своими комментариями и шутками, но сегодня превзошла саму себя.

– Что я такого сказала?! – возмущённо воскликнула Тэлли, не понимая причин их смеха и уже начиная злиться, осознав, что они смеются над ней. – Объясните мне!

Хейл закрыл лицо рукой, продолжая заливисто смеяться и не в силах усмирить смех. Он давно не смеялся так от души и даже не мог вспомнить, когда в последний раз испытывал схожее чувство. Но Тэлли умудрилась вызвать у него неподдельный смех своей наивностью. Её невнимательность не была для него новостью, но чтобы не заметить столь очевидное – это превзошло все его ожидания. Он понимал, что её недоумение искреннее, но даже не знал, как объяснить ей ситуацию. «Скорее всего, она мне даже не поверит», – подумал он. Её недоверие и осторожность в общении с ним были слишком очевидны.

– Я больше не могу, – смеясь и утирая выступившие слёзы, наконец сказал Хейл, вставая. – Тэлли, когда Туррен успокоится, он тебе всё расскажет. Мне ты, скорее всего, не поверишь, – с трудом сдерживая смех, проговорил он и направился к реке за водой, решив оставить объяснение на брата. «Пусть Туррен ей скажет, – подумал Хейл, – Ему она доверяет больше».

Тэлли нахмурилась и сложила руки на груди, чувствуя обиду. Её раздражало, что Хейл просто ушёл, оставив её без ответов, и при этом ещё и смеялся над ней. И видеть его таким ей было совсем непривычно.

– Хватит ржать, – недовольно буркнула она, глядя на бергмаров, которые всё ещё тряслись от смеха, издавая странные звуки.

– Ох, Тэлли, – наконец выдохнул Тур, вытирая слёзы, которые стекали по его щекам от смеха. – Тэлли, а что ты знаешь об аури? – спросил он, явно стараясь вернуться к серьёзному тону, каким обычно обучал её травничеству.

Тэлли задумалась, вспоминая всё, что знала об аури. Её знания были довольно скудными, в основном из детских сказок и слухов, которые она слышала в разное время в приюте или в тавернах.

– Ну, – протянула Тэлли, – говорят, что они очень красивые, бессмертные и могут очаровать кого угодно своей магией. Ещё слышала, что у них чёрные глаза, острые уши, серебристые волосы, и что они могут исчезать незаметно для всех, буквально растворяясь в воздухе. – Она замолчала, пытаясь вспомнить что-то ещё, но на этом её знания заканчивались.

– Ты права… отчасти, – мягко улыбнулся Тур, кивнув.

Но Тэлли услышала, как Крест громко фыркнул, пытаясь скрыть новый приступ смеха. Он уже поднялся на ноги, но всё ещё тихо посмеивался, вытирая поток слёз руками, иногда сопровождая свои действия громким протяжным стоном, похожим на рёв. Тэлли почувствовала, что Тур, скорее всего, смягчил свой ответ. Крест, в отличие от брата, никогда не церемонился и говорил всё прямо. Если она говорила что-то смешное или несуразное, он сразу же её поправлял, не задумываясь. Туррен же всегда старался быть более тактичным.

– Но? – Тэлли вскинула брови, ожидая продолжения.

– Ну, они не бессмертны, но живут долго, это правда, – начал Тур, задумчиво кивая. – Как и бергмары. Что касается красоты – тут дело вкуса, но ладно, допустим. Цвет глаз и волос у аури бывает разный, тут как повезёт. Острые уши – это сказки, – добавил он, улыбнувшись. – А вот насчёт магии, это ты в точку попала. Они действительно умеют так запудрить голову, что потом сам не понимаешь, что происходит.

Тур усмехнулся и продолжил:

– Насчёт умения исчезать… Думаю, тут скорее про скорость речь. Для эмеринского глаза скорость аури и бергмаров действительно может показаться такой высокой, что порой кажется, будто мы просто растворяемся в воздухе.

Крест, не выдержав, снова громко рассмеялся.

– Проклятье, сестрён, неужели тебе это никого не напоминает? – сквозь безудержный смех с трудом проговорил он.

Тэлли недовольно смотрела на Креста, злясь на него за то, что он снова смеётся над ней. Но когда она перевела взгляд на Тура, её вдруг осенило.

Хейл!

– О нет, – протянула она, осознав, что вся эта характеристика аури идеально подходит Хейлу. Осознав свою глупость, Тэлли почувствовала, как её щеки начали пылать от стыда за свою невнимательность. Она закрыла лицо руками и уткнулась в колени, пытаясь спрятаться от их взглядов.

– О да, сестрён, – громко хохотнул Крест, явно наслаждаясь моментом.

Тэлли продолжала корить себя, чувствуя, как стыд и неловкость сжимают её сердце. Она едва удерживалась от того, чтобы не начать вслух ругать себя за свою невнимательность. Вспомнив слова Хейла: «Мне ты скорее всего не поверишь», она поняла, что он был прав – она бы и правда не поверила. Это осознание накрыло её волной ещё большего смущения, и она даже не знала, как теперь смотреть ему в глаза. От бессилия и стыда она в сердцах заколотила что есть сил ногами по земле, пытаясь погасить неприятные ощущения.

Услышав голос Туррена, она ощутила, как он стал гладить её по волосам, пытаясь успокоить:

– Тэлли, милая, не бери в голову. Это всего лишь недоразумение, и ничего страшного в этом нет.

– Я такая глупая, Тур, – прошептала она, не поднимая головы, её голос звучал тихо и глухо.

– Сестрён, ну не переживай ты так, – Крест попытался её подбодрить, хотя и не мог полностью избавиться от своей шутливой манеры. – Хейл просто не похож на обычного аури, вот ты и не догадалась. Он же страшный, как демон, да и с магией у него, похоже, туговато. Я думал, что к праотцам отправлюсь, пока он проведёт меня через марево – чуть не испарился под этим палящим солнцем.

– Крест, может, сделаешь Тэлли новую причёску? Она ведь уже несколько дней ходит лохматая. А я пока займусь готовкой, – предложил Туррен, всё ещё поглаживая Тэлли в попытке успокоить.

– О, с удовольствием! – живо отозвался Крест и, усевшись позади Тэлли, начал расплетать остатки её причёски.

Вернувшись с полными фляжками воды, Хейл всё ещё улыбался, вспоминая выражение лица Тэлли, когда до неё дошло, что аури действительно существуют. Мысль о том, как она отреагирует, когда узнает правду о себе самой, не давала ему покоя. Подойдя к лагерю, он заметил, что там царила неожиданная тишина, что его немного удивило. Окинув взглядом всех присутствующих, Хейл пытался понять, рассказал ли Туррен Тэлли о его истинной сущности или нет.

Туррен готовил, а Крест, высунув язык от усердия, аккуратно заплетал Тэлли косички, а сама она сидела, опустив локти на колени и закрыв лицо руками, будто пытаясь скрыться от окружающего мира.

– Ну что, вопросы закончились? – спросил Хейл, усаживаясь неподалёку от них с Крестом.

При звуке его голоса Тэлли сильно дёрнулась, чем подпортила плетение Креста, и тут же вскрикнула от боли.

– Не дёргайся, а то косички кривыми будут, – грозно буркнул бергмар, потянув её за прядки, чтобы вернуть их в нужное положение.

Хейл с интересом наблюдал за Тэлли, даже когда она убрала руки от лица, она упорно смотрела в сторону, избегая его взгляда. Он заметил лёгкий румянец на её щеках и едва сдержал улыбку. «Ну надо же, покраснела», – подумал он, не сводя с неё глаз.

– Что сказал наёмник? – спросила она, уставившись на спину Туррена, словно ожидая ответа именно от него.

– Прости, пока не могу сказать. Важно, что я это знаю, и ты теперь в большей безопасности. Вы с братьями, как я и сказал, узнаете чуть позже, – покачал он головой.

– Почему не сейчас?

– Не люблю повторяться, Тэлли. Это опасное знание. Придёт время, ты всё узнаешь.

– Ладно. Откуда появилось это марево?

Хейл усмехнулся и, вытянув ноги, устроился поудобнее, понимая, что впереди пару часов спокойного отдыха. В округе было тихо, и он решил, что можно немного расслабиться.

– Его создали много тысяч лет назад самые сильные аури, – спокойно ответил Хейл, внимательно наблюдая за Тэлли.

– Что это за карман? Почему здесь нет марева? – Тэлли продолжала следить за действиями Туррена, стараясь не встречаться взглядом с Хейлом, хотя она явно ощущала его пристальный взгляд.

– Никто не знает, как именно они появляются. Но за последние тысячелетия возникло несколько таких карманов. В этих местах магия словно истончается и со временем исчезает вовсе, – Хейл говорил спокойно, как на уроке, хотя внутри ощущал лёгкое волнение, причину которого он не мог до конца понять.

– Альдаран – это город аури? – спросила Тэлли, вынужденно повернув голову в сторону Хейла, когда Крест начал заплетать ей косы с правой стороны. Но даже тогда она сосредоточила внимание на ногах Хейла, лишь бы не смотреть ему в глаза.

– Это столица, – отозвался Тур. – Очень красивый город, тебе понравится, – добавил он с улыбкой, явно пытаясь немного разрядить обстановку.

Хейл не смог удержать смешка, когда увидел как Тэлли сидит, стараясь не смотреть на него. Крест заставил её откинуть голову назад и вбок, чтобы удобнее было заплетать косы, и ей пришлось практически в упор глядеть на Хейла. Но она так сильно скосила глаза, чтобы не встречаться с ним взглядом, что вместо зрачков были видны только белки.

– Крест, поосторожнее, а то ты Тэлли голову свернёшь, – поддразнил Туррен брата, тоже заметив её неудобную позу.

– Так и задумано, чтобы не вертелась. Как стрекоза – ни минуты спокойно не сидит, – пробурчал Крест в ответ, старательно собирая её косичку в одну. Потом, уже громче, добавил. – А вообще, Гроттенбуд красивее Альдарана.

– Гроттенбуд? – переспросила Тэлли.

– Это столица бергмаров. Город прямо в скале, замок и многие дома вырезаны в камне, – гордо ответил Крест. – Как-нибудь побываем там, сестрён. Ты должна это увидеть. А из королевского замка открывается потрясающий вид на излучину Великой среди гор.

– Ты был в замке бергмаров? – с удивлением спросила Тэлли. Ей всегда казалось, что бергмары – простые наёмники, которым и дела нет до королевских дел.

– Было бы странно, если бы не был, сестрён, – хихикнул Крест.

– Почему? – Тэлли наконец смогла опустить голову, чувствуя, как мышцы расслабляются, когда Крест, наконец, перестал вертеть её в разные стороны.

– Потому что дети короля обычно живут в замке, – с усмешкой вставил Хейл.

– Что?! – громко воскликнула Тэлли, резко поворачиваясь к Кресту. – Твой отец – король бергмаров? Ты принц?!

Вся работа Креста моментально пошла насмарку: косички выскользнули из его рук и тут же расплелись, рассыпавшись по её плечам. И он, раздражённый её внезапным движением, громко гаркнул на неё:

– Демон тебя раздери, Тэлли! Что ты дёргаешься, как коза на привязи? – И тяжело вздохнув, уже тише проворчал он, – Только ведь всё собрал, – печально глядя на расплетённые косички и снова взявшись за дело, он рукой развернул её голову обратно к костру. – Сиди спокойно, а то мы никогда не закончим.

Туррен и Хейл громко засмеялись, наблюдая за ними.

– Как я могу сидеть спокойно, когда узнаю такое? – воскликнула Тэлли. – Ты же принц!

– И что с того? Не наследный же, – недовольно буркнул Крест, продолжая плести косички.

– В смысле?

– В смысле, что я не буду королём, а значит, от этого титула толку мало. Одни проблемы, – ответил Крест, аккуратно поправляя её волосы.

– Какие могут быть проблемы от того, что ты принц? – забыв, что нужно сидеть ровно, она вновь попыталась повернуться к Кресту, но он тут же обхватил её голову руками и заставил смотреть вперёд.

– Брат, я смотрю, ты уже даже не справляешься с девчонками. Совсем размяк, – с наигранным укором покачал головой Хейл, громко цокая языком.

– Справишься тут с ней, – проворчал Крест себе под нос, – я бы на тебя посмотрел.

Тэлли устремила взгляд на огонь, осознавая, что прямо сейчас она сидит в лесу на землях аури, а её волосы заплетает принц бергмаров. «Это просто невероятно. Такого не может быть», – думала она, всё ещё не веря в услышанное.

– Как же вас занесло в Соуджен? И почему вы путешествуете втроём, без охраны? – удивлённо спросила Тэлли, пытаясь понять, как всё это связано.

– Охрану не люблю. Они только мешаются, – буркнул Крест, услышав её вопросы. – А в Соуджен мы отправились из-за брата, он…

– Не стоит, Крест, – резко прервал его Хейл. – Всё объясним потом. Сейчас это неважно.

– Что? – Тэлли не выдержала и бросила взгляд на Хейла, забыв на мгновение свою неловкость. Она ждала ответа, но Хейл просто смотрел на неё, не отводя глаз. И по его виду стало ясно, что он не собирается ничего рассказывать. – Вы не скажете? – с упрёком спросила она.

– Узнаешь, когда придёт время, – загадочно ответил Хейл, прикрыв глаза, наслаждаясь её недовольным выражением лица. Она выглядела весьма забавно, особенно учитывая, что её волосы сейчас находились в руках у Креста. Он словно держал её на поводке. «Кстати, неплохая мысль. Когда будем на рынке в Альдаране, стоит попробовать», – подумал Хейл с лёгкой ухмылкой, представляя себе это.

– Крест, ты точно сын короля? Ты не подшучиваешь надо мной? – не выдержала Тэлли, решив озвучить свои сомнения. Всё это звучало уж слишком невероятно.

– А что, не веришь? – с усмешкой ответил Крест.

– Ты больше похож на солдата, чем на принца. Принцы они…другие, – задумчиво сказала Тэлли, пытаясь подобрать слова.

– И какие? – подхватил Хейл, с интересом посмотрев на неё.

– Даже не знаю, – Тэлли задумалась, глядя на танцующее пламя костра и пытаясь представить, как должен выглядеть принц. – Они, наверное, носят роскошные наряды, сверкают драгоценностями, у них всегда множество придворных и слуг, которые выполняют все их желания, – начала перечислять она. – Они живут в великолепных дворцах и постоянно бывают на балах…

– Всё, готово! – перебил её Крест. – Теперь можешь смело отправляться на бал с принцами.

Тэлли повернулась к нему и увидела, как он широко улыбается. Она не удержалась и показала ему язык, но тут же получила от него лёгкий щелчок по носу.

– Я тут стараюсь, заплетаю, а она мне рожицы строит! Ну, как тебе не стыдно, сестрён? – со смехом упрекнул её Крест, а затем, не дав ей шанса ответить, схватил её в охапку и начал щекотать.

Тэлли разразилась громким, заливистым смехом.

– Хватит, хватит! – умоляла она, не переставая смеяться. – Крест, остановись, пожалуйста!

Тэлли, смеясь и пытаясь вырваться из его цепких рук, безостановочно умоляла его прекратить, но он был непреклонен, лишь усиливая щекотку. Крест наслаждался её смехом, ему очень не хватало этого весёлого звука, в последние недели она была такой грустной и молчаливой, что он уже успел по-настоящему соскучиться по её радостному настроению. Поэтому сейчас он хотел наверстать упущенное.

– Ну что, будешь ещё строить мне рожицы? – продолжал он с довольной улыбкой, не прекращая щекотать девушку.

Хейл улыбался, глядя, как девушка извивается на коленях Креста, пытаясь вырваться из-под его шуточной пытки. Её смех притягивал его, словно магнит. И в конце концов, не выдержав, он тоже засмеялся, услышав, что и Туррен тоже поддержал всеобщее веселье.

7

Хейл, обходя лагерь и внимательно прислушиваясь к звукам вокруг, вдруг уловил разговор у костра, который вели Тэлли и бергмары. Он остановился, скрываясь в тени деревьев, и прислушался, стараясь не выдать своего присутствия.

– Тур, а сколько вообще живут аури и бергмары? – спросила Тэлли, сидя у костра и с аппетитом грызя корешок бончака. Хейл не мог не усмехнуться: «Сколько же она может есть этих кореньев? Тур готовит их каждый день, а ей всё мало».

– В среднем, где-то пятьсот-семьсот лет, – ответил Туррен, задумчиво глядя на девушку. По выражению его лица Хейл понял, что брат что-то начал подозревать. Слишком много странностей происходило вокруг неё, чтобы это было просто совпадением.

– Что?! – Тэлли поперхнулась, глаза расширились от удивления.

– Ну наконец-то этот бончак встал тебе поперёк горла. Я уж думал, это никогда не случится, – засмеялся Крест, натачивая очередной нож из своей внушительной коллекции.

Откашлявшись, Тэлли фыркнула и показала Кресту язык, прежде чем снова откусить кусочек бончака, словно демонстрируя, что её аппетит ничто не остановит.

Тур, не отвлекаясь от своих размышлений, продолжил разговор, словно ничего не произошло:

– Самому старшему бергмару, если я не ошибаюсь, уже больше шестисот лет. – Он говорил это как бы между делом, но его мысли явно были далеко отсюда. Хейл предположил, что Тур задумался о том, кем на самом деле является Тэлли. Видимо, предположив, что она аурийка, друг внимательно изучал Тэлли, и Хейл решил, что он сомневается из-за её внешности. Тэлли действительно не была похожа на типичную аурийку, что смущало и самого Хейла.

– А самому старому аури недавно стукнуло больше семисот, – подхватил Крест, тоже заметив задумчивость Тура. Но Хейл был уверен, что Крест не предаёт этому значения. В этом они с Туром были по разные стороны. Там где Тур мог часами рассуждать, Крест мгновенно принимал решение и начинал действовать, считая излишними долгие размышления.

Переведя взгляд на Тэлли, Хейл заметил, что она явно ошарашена услышанным.

– И сколько же вам лет? – услышал он её осторожный вопрос. Она даже перестала жевать свой бончак, что для неё было редкостью.

– Мне 147, а Туру – 153, – совершенно будничным тоном ответил Крест.

Тэлли широко раскрыла глаза и уставилась на него, будто он только что рассказал нечто невероятное.

– Ты шутишь?

– Зачем мне шутить, сестрён? – хихикнул Крест. – Не веришь, можешь у Тура спросить. – Он мотнул головой в сторону брата, и Туррен утвердительно кивнул, подтверждая его слова.

Тэлли не могла поверить, что рядом с ней находятся люди, прожившие более века. «А мне всего лишь… Для них я, наверно, просто ребёнок», – подумала она с лёгкой досадой.

– А Хейлу сколько? – осторожно спросила Тэлли, стараясь не выдать своё волнение. Ей казалось, что он гораздо старше бергмаров, судя по его поведению, и мысль о том, сколько лет может быть Хейлу, её пугала.

– Что тебе это даст? – проворчал Хейл, появляясь из-за деревьев и присоединяясь к ним у костра.

– Ничего, просто интересно, – смущённо ответила девушка, пряча взгляд. Чтобы не пришлось отвечать на его возможные вопросы, она тут же засунула в рот оставшийся кусочек бончака, надеясь, что это отвлечёт внимание.

Хейл, усмехнувшись, заметил, как её щёки раздулись, и она стала похожа на хомяка, старательно пережёвывая корешки, будто ничего не произошло. Он видел, как она избегала встречаться с ним взглядом, что забавляло его ещё больше.

– А мы долго здесь будем? – спросила Тэлли, наконец прожёвывая бончак и глядя на Тура, надеясь перевести разговор.

– Пару-тройку дней, зависит от тебя, – ответил за брата Хейл, всё ещё усмехаясь.

– От меня? Почему от меня? – удивлённо спросила Тэлли, бросив быстрый взгляд на Хейла.

– Ты ж болела, сестрён. Надо восстановиться, – вмешался Крест. – Вот, как наберёшься сил и сможешь вернуться к тренировкам, так сразу и двинем дальше.

Вскоре Хейл ушёл снова на обход, когда Туррен улёгся спать, а Крест до ночи рассказывал Тэлли истории о своей коллекции оружия. У каждого предмета была своя уникальная история, и она с интересом слушала его, пока её глаза не начали слипаться. Наконец, они улеглись, и Тэлли, чувствуя себя в безопасности, прижалась к горячему боку Креста, не переставая удивляться, как круто изменилась её жизнь, которая совсем недавно казалась беспросветной.

Тем временем Хейл всю ночь не спал, охраняя лагерь и обходя его каждые два-три часа. «Птички» оставались нетронутыми, и в округе не было видно никаких свежих следов, даже возле прохода у реки. Возвращаясь к лагерю, он не переставал наблюдать за девушкой. Она спала, свернувшись под боком у Креста, а её магические нити, словно живые, оплетали их обоих. Хейла всё больше поражала самостоятельность этих нитей. Они будто бы сами по себе привязывали к ней окружающих, без её ведома и участия.

Не удержавшись, Хейл решил проверить, что произойдёт, если применить магию к Кресту, когда он так плотно укутан нитями Тэлли. Он сосредоточился на энергии своей сферы и протянул одну из своих нитей к голове Креста, намереваясь разбудить брата с помощью магии. Это было бы похоже на лёгкий толчок, словно быстрое прикосновение пальцем. Но как только серебристая нить Хейла приблизилась к волосам брата, золотые нити Тэлли внезапно вспыхнули и ещё плотнее обвили бергмара. Хейл остановился, поражённо уставившись на девушку, которая, казалось, крепко спала. «Как она почувствовала моё приближение?», – удивился он, продолжая эксперимент. Он попытался одновременно коснуться нитями Креста в нескольких местах, но где бы он ни попытался дотронуться, магия Тэлли тут же усиливалась, защищая брата. Крест так и не проснулся. «Это невероятно!» – опешил Хейл.

Тогда он сменил тактику и направил свои нити к самой Тэлли, ожидая того же результата. Однако, когда он осторожно коснулся нескольких мест на её руке, золотые нити девушки словно испугались и исчезли, едва коснувшись магии Хейла. Почувствовав прикосновение, Тэлли слегка дёрнула рукой, словно отгоняя назойливых мух, но не проснулась. Она повернулась лицом к Кресту и уткнулась носом в его плечо. «Как это возможно?» – удивился Хейл. «Её магия защищает других, но не её саму. Или это потому, что она не обучена?» Недовольно покачав головой из-за раздражения, что не может разгадать странное поведение её магии, он решил ещё раз обойти лагерь.

Пробуждение Тэлли было резким и неожиданным. Сон, что ей снился, оставил в душе такую глубокую грусть, что на глазах выступили слёзы. Она попыталась моргнуть, чтобы удержать их, но слёзы всё же предательски скатились по щеке. Тэлли тяжело вздохнула и перевернулась на спину, уставившись на светлеющее небо. Солнце только-только начинало подниматься, утро было самым ранним, ещё тихим и прохладным. Она прислушивалась к спокойному храпу Тура и негромкому сопению Креста рядом, надеясь, что их умиротворённое дыхание поможет ей успокоиться и прогнать странное, тревожное чувство, оставшееся после сна.

Ей снилось, что она гуляла с Токсом по одному из торговых переулков Соуджена. Он обнимал её, что-то рассказывал, и они смеялись. Всё казалось таким спокойным и правильным, она чувствовала себя защищённой рядом с ним. Токс нежно провёл рукой по её волосам и положил ладонь на щеку, ласково поглаживая большим пальцем. Тэлли наклонила голову к его руке, закрыла глаза и наслаждалась этим моментом. Улыбнувшись, она потянулась к нему, чтобы поцеловать, но, когда открыла глаза, застыла от удивления. Её взгляд встретился с серыми глазами Хейла, в которых горело неприкрытое желание. Он обхватил её лицо руками и жадно прижался к её губам. В тот момент, когда Тэлли ощутила его аромат, её разум словно затуманился. Она обвила его шею руками, зарываясь пальцами в волосы и ещё сильнее прижимаясь к нему, чувствуя жар его желания. Она нежно провела языком по его губам, проскальзывая вглубь, провоцируя его присоединиться к её игре.

В порыве страсти она стянула с него рубашку, жадно желая почувствовать вкус не только его губ, но и всего его тела. Проведя языком по его шее и постепенно спускаясь к груди, Тэлли ощутила, как он крепко обхватил её за бёдра и прижал к стене переулка. Хейл нежно посмотрел на неё и медленно осыпал её лицо лёгкими, но настойчивыми поцелуями.

– Тэлли, девочка моя любимая, – прошептал он ей на ухо, ласково прикусывая мочку.

Когда кто-то неожиданно дёрнул её за руку, Тэлли резко обернулась, но никого не увидела. Но снова посмотрев вперёд, она с ужасом осознала, что Хейл исчез. Она осталась одна в переулке, и внутри неё начала расти невероятная пустота. Однако испугалась она не одиночества, а того, что потеряла Хейла. Это чувство утраты было таким всепоглощающим, что ей казалось, будто огромная часть её самой была безвозвратно утрачена.

Проснувшись, Тэлли ещё ощущала его аромат на своей коже и губах, а тоска поедала её изнутри. Осознав, что это был всего лишь сон, она испытала волну злости на себя. Почему она думает о Хейле, когда ещё совсем недавно была с Токсом, и когда провела с ним ночь? Но мысли быстро вернулись к тому, что произошло с Токсом и Линель. Эта боль вновь захлестнула её, смешавшись с новыми, непонятными чувствами к Хейлу. Водоворот эмоций закружил её, не давая сосредоточиться. Время потеряло для неё всякий смысл. Тэлли лежала, глядя сквозь пелену слёз на розовеющее небо невидящим взглядом, и не могла справиться с тем, что происходило в её сердце.

Когда Хейл вернулся с обхода, он сразу заметил, что Тэлли не спит. В его мыслях мелькнула идея подшутить над ней, но он тут же заметил блеск слёз на её лице. Это заставило его замереть на месте. Он вдруг почувствовал нерешительность, которая была ему не свойственна. «С каких пор я стал таким?», – подумал он, раздражённо. Решив отогнать сомнения, он твёрдо сделал шаг к костру, но внутреннее смятение сделало его невнимательным, и он случайно наступил на сухую ветку. Хруст разнёсся по всему лагерю. «Проклятье!» – выругался он, досадуя на свою оплошность, и продолжил путь, осторожно выбирая каждый шаг.

Когда он бросил взгляд на Тэлли, то заметил, что она, услышав хруст, повернулась к Кресту и замерла. «Даже дышать перестала», – отметил он с усмешкой. Но вскоре услышал её резкий, срывающийся вдох, тот самый звук, который предшествовал её рыданиям в таверне, которые за время её лечения стали для него почти привычными. И это заставило его действовать, он двинулся к ней, стараясь не разбудить братьев, которые, хоть и спали крепко, могли мгновенно проснуться от любого подозрительного звука – жизнь в дороге научила их быть начеку даже во сне. Присев рядом с Тэлли, Хейл осторожно коснулся её волос. Он почувствовал, как она вновь задержала дыхание от неожиданности, когда его ладонь скользнула по её голове. Чтобы успокоить её, он начал мягко и медленно гладить её волосы, наполняя своё прикосновение теплом магии, так же как он делал, когда согревал её одежду. Постепенно он почувствовал, как её дыхание выровнялось, стало глубоким и спокойным. Тэлли снова погрузилась в сон.

Окинув взглядом начало рассвета, Хейл понял, что у него есть ещё несколько часов до того, как проснутся братья. Решив, что может позволить себе немного отдохнуть позже, он тихо поднялся и снова отправился на обход лагеря, размышляя над возможными причинами утренних слёз.

Тэлли проснулась от лёгкого щекотания на щеке. Смахнув рукой, она поняла, что это было какое-то насекомое. Её передёрнуло от неприятного ощущения, и она открыла глаза. Увиденное заставило её резко зажмуриться. Сделав несколько глубоких вдохов, чтобы успокоить бешено бьющееся сердце, Тэлли снова приоткрыла веки и убедилась, что ей не почудилось. Совсем рядом с ней, почти вплотную, лежал Хейл. Он лежал на боку, подперев голову на импровизированную подушку из сумки. Его лицо находилось так близко, что она чувствовала его тёплое дыхание на своей коже.

Она внимательно разглядывала его черты, сопоставляя их с образом из сна, который все ещё был жив в её памяти. Тэлли глубоко вдыхала его аромат, от которого её мысли моментально смешались. Она пыталась уловить, чем именно он пахнет, но не могла выделить ни одного определённого запаха. Её взгляд скользнул на его губы, и она начала вспоминать их вкус из своего сна, пытаясь представить, какими они могли бы быть на самом деле. Не осознавая, что делает, она медленно протянула руку, чтобы провести пальцами по его губам.

– Ух, хороша водичка с утра, – услышала Тэлли голос Креста вдалеке.

Испугавшись, что он или Тур могут застать её в таком положении рядом с Хейлом, Тэлли поспешно вскочила. От резкого подъёма у неё закружилась голова, и она, едва не потеряв равновесие, оперлась на руки. Её качнуло в сторону, и она вдруг ощутила на спине тёплую ладонь. Ошарашенная, она замерла.

– Ты можешь хотя бы просыпаться спокойно, чтобы мне не приходилось тебя постоянно ловить? – сонно проворчал Хейл, не открывая глаз.

Тэлли оглянулась на него, видя, что он поддерживает её спину левой рукой, даже не взглянув на неё.

– Прости, – едва слышно прошептала она, чувствуя себя ужасно неловко, особенно после того, как недавно представляла их поцелуй.

– Помучай пока братьев, дай мне поспать ещё пару часов. Я лёг полчаса назад, – пробормотал Хейл, убирая руку с её спины и вновь погружаясь в сон.

Она медленно, почти не дыша, поднялась и, стараясь не издать ни звука, тихонько отошла подальше от спящего Хейла. Лишь у кромки деревьев, на противоположной стороне от места, где они лежали, Тэлли позволила себе наконец глубоко вздохнуть, стараясь успокоить сердцебиение. Всё ещё не веря в то, что произошло, она отчаянно надеялась, что Хейл не заметил, как она его разглядывала и даже хотела прикоснуться. «Какая же я дура, – пронеслось у неё в голове, когда перед глазами вновь всплыло воспоминание из сна. – Надо держаться от него подальше. Если даже Токсу я не нужна, то Хейлу и подавно». Неожиданно вспомнив, как выглядела леди Ви, Тэлли глубоко вздохнула и вытерла внезапно навернувшиеся слёзы.

Надеясь прийти в себя, Тэлли углубилась в лес, стараясь сосредоточиться на запахах трав и древесной коры, чтобы забыть о навязчивых мыслях и аромате Хейла. Пройдя немного, она почувствовала, что постепенно обретает спокойствие. Но внезапно её скрутила резкая боль внизу живота. Тянущие ощущения, появившиеся вслед за этим, дали понять, что начался лунный цикл. «Спасибо, святая Миирта», – с облегчением подумала Тэлли, прислонившись к ближайшему дереву. Мысль о том, что она могла забеременеть от Токса, до сих пор пугала её до дрожи.

Отругав себя за то, что не взяла с собой сумку, где лежал подарок от Миры, Тэлли решила не возвращаться, боясь наткнуться на проснувшегося Хейла. Отправившись побродить вокруг лагеря, она собралась дождаться, когда Хейл уйдёт на обход, чтобы вернуться за сумкой, чтобы позже привести себя в порядок. Прогуливаясь среди деревьев, Тэлли пыталась представить, как же выглядит это марево, которое видят бергмары. Она касалась листвы и коры, и никак не могла понять, как на этом месте можно увидеть пустыню и пески. Всё вокруг казалось ей таким обычным, лесным и живым, что мысль о пустыне казалась чем-то нереальным. Тэлли шла по лесу, наслаждаясь окружающей её зеленью. В кронах деревьев пели птицы, а иногда на пути попадались небольшие полянки, усыпанные разноцветными цветами. Пройдя одну из таких полянок, она решила нарвать несколько цветов, чтобы сплести венок. Её взгляд привлекли маленькие синие шарики, свисающие с тонких веточек, напоминающие грозди ягод. Тэлли пыталась вспомнить их название, Тур когда-то рассказывал о них как о лекарственном растении, но подробности ускользали из её памяти. Этих синих шариков в её венке становилось всё больше, и Тэлли решила разбавить их белыми колосками, которые хоть и были бесполезны в целительстве, но выглядели настолько нежными и изящными, что идеально дополняли композицию.

– Хейл, проснись, – Крест легко тряхнул его за плечо, заставив его резко сесть. В его голосе звучало напряжение. – Где Тэлли?

– Она же была с вами, – Хейл, ещё не до конца проснувшись, пытался понять, что происходит.

– Мы купались в озере, – рассмеялся Крест, бросая на брата хитрый взгляд. – Её нежная натура точно не вынесла бы такого зрелища.

Хейл с силой растёр лицо, пытаясь стряхнуть остатки сна, словно паутину, опутавшую его сознание. Он посмотрел на солнце, осознав, что проспал всего около часа, и тяжело вздохнул: «Эта неугомонная девчонка даже не дала мне толком поспать».

– Вы давно вернулись? – зевая, спросил он, всё ещё чувствуя сонливость.

Туррен беспокойно бродил у кромки марева, где исчезали следы Тэлли.

– Только что, сразу тебя разбудили, – встревоженно ответил Тур. – Где она может быть?

– Вот ты мне скажи, куда её опять понесло, – раздражённо заворчал Хейл. – Почему нельзя просто посидеть у костра, пока взрослые заняты? – Он потёр лоб, стараясь собраться с мыслями. – Найду, посажу на поводок, чтоб больше не убегала.

Крест наблюдал, как Хейл пересекает грань марева, исчезая в густом тумане, который обозначал границу их безопасного кармана, и тихо смеялся над тем, как брат швыряет проклятья в сторону Тэлли.

– Надеюсь, с ней всё в порядке, – Туррен нервно подёргивал бороду, его глаза блуждали по линии марева.

– Да не переживай ты так, – усмехнулся Крест, подмигнув брату. – Наверное, она просто пошла по нужде и случайно пересекла границу марева. Она же его не видит, вот и проскользнула мимо.

Крест посмотрел на Туррена с хитрой улыбкой:

– Кстати, ты тоже об этом думаешь?

Туррен бросил на него тяжёлый, задумчивый взгляд, затем снова отвернулся к мареву, где только что исчез Хейл.

– Сейчас меня больше беспокоит другое, – тихо сказал он, не поворачивая головы, – но да, думаю, Тэлли – аури.

– Ты считаешь, Хейл это скрывает от нас? – задумчиво протянул Крест, нахмурив брови.

– Это не единственная его тайна. Хейл что-то скрывает уже давно, – ответил Туррен, нахмурившись ещё сильнее. – Но Тэлли, похоже, стала катализатором, который вынуждает его наконец-то раскрыть карты.

– Ты думаешь, они как-то связаны? – Крест не был уверен в этом, но решил озвучить свои сомнения. – Хейл слишком уж смягчился к сестрёне. Это подозрительно.

Туррен неожиданно рассмеялся и повернулся к брату, его глаза блестели весёлым огоньком.

– Не ты ли радовался, что каменное сердце брата треснуло? – с улыбкой поддел его Туррен, но затем, посерьёзнев, добавил, – Хотя я не думаю, что они как-то связаны. Скорее, как ты сам заметил, Хейл проявил к ней интерес. И, признаться, это меня беспокоит.

Туррен тяжело вздохнул и сел у костра, взглянув на границу марева, где ничего не было видно.

– Почему это тебя пугает? Хейл-то уж точно лучше, чем тот мальчишка, – проворчал Крест, сплюнув на землю. Злость всё ещё кипела в его крови, несмотря на то, что Хейл и рассказал о магических причинах поведения Токса на мосту, Крест всё равно жутко злился на него.

– А чем Хейл лучше для Тэлли, Крест? – Туррен вскинул глаза на брата. – Сколько женщин, с которыми он долго встречался, ты знаешь? И сколько были с ним лишь одну ночь? Токс поступил с ней подло. И, если я не ошибаюсь, для Тэлли это был первый опыт.

Слова брата заставили Туррена вспомнить старые, болезненные моменты, которые он старался забыть. Присутствие Тэлли постоянно напоминало ему о младшей сестре, и схожесть ситуаций тревожила его.

– Извини, брат. Давай сменим тему, – Крест понял, что затронул болезненную тему, и упрекнул себя за это. Пытаясь разрядить атмосферу, он усмехнулся. – А что там Хейл сказал про поводок?

– Думаю, Тэлли не оценит такой заботы, – Туррен тоже улыбнулся, благодарный брату за смену темы.

Хейл шёл по следам Тэлли, в голове перебирая все известные ему ругательства. Он сразу понял, что её никто не похитил, и с ней всё в порядке – вокруг были только её следы, ровные и глубокие, как если бы она просто шла в обычном состоянии.

– Только петляет, как кошка на валерьяне, – проворчал он, хмурясь от очередного поворота. Когда следы вдруг начали перекрываться друг с другом, образуя круги, Хейл остановился, озадаченно оглядываясь.

– Она что, кругами ходит? – пробормотал он, пытаясь понять, что происходит. Марево, хоть и не влияло на него напрямую, всё равно искажало видимость. Вокруг простиралась та же бескрайняя пустыня, что и для бергмаров, но жару и палящее солнце Хейл не ощущал – для него это был просто иллюзорный мир, который можно было развеять магией. Он знал, что лес рядом, чувствовал его прохладу, но без применения сил не мог увидеть его воочию.

– Точно посажу на поводок, будет вокруг костра бродить, – вновь пробурчал Хейл, осознавая, что без магии ему не удастся найти её. Однако он понимал, что снятие влияния столь древнего марева потребует от него огромных усилий, которых и так почти не осталось. Недосып и многократная установка магических защитных «птичек» истощали его энергию, делая задачу ещё более трудной. Успокоив своё сознание и стараясь не думать о том, что сделает с Тэлли, когда найдёт её, Хейл сосредоточился на своей внутренней сфере. Ему нужно было пропитать сознание магией настолько, чтобы развеять иллюзию марева и увидеть сквозь него, словно оно никогда и не существовало. «Как это видит она», – промелькнула у него ухмылка.

Он медленно тянул магию из своей сферы, накапливая её внутри разума. Это было утомительно, и Хейл чувствовал, как постепенно усталость подкрадывается к нему, но для снятия шор требовалось ещё больше. Стиснув зубы, он глубоко выдохнул, ощущая, как магия начинает искриться внутри его сознания, наполняя его странным ощущением лёгкости, граничащей с опьянением. Хейл не любил это состояние – оно было похоже на утрату контроля, когда каждое действие становилось непредсказуемым и рискованным. Но в то же время, с этой магической силой он мог управлять всем вокруг, чувствовать каждую деталь. Это было опасное искусство, которое ларины, по мнению Хейла, слишком часто использовали в прошлом, теряя себя и порождая разрушительные войны. Слишком большая концентрация магии в разуме даровала неограниченную власть, но лишала здравого смысла.

Когда Хейл открыл глаза, перед ним предстало море зелени и цветов, резко контрастирующее с мрачной пустотой марева. От ослепительных красок у него в миг заболели глаза, и ему пришлось на мгновение прикрыть веки, чтобы привыкнуть к столь неожиданному яркому зрелищу. Теперь он видел не только следы Тэлли, но и окружающий мир таким, каким он был на самом деле. Пойдя по второму слою следов, Хейл предполагал, что вскоре обнаружит её, идущую по кругу среди зелёных деревьев. Он продолжал идти, но по прошествии четверти часа, Тэлли всё ещё не появлялась на горизонте. Второй слой следов неожиданно свернул в сторону, уходя от предполагаемой петли, на которую он надеялся. Сдерживая раздражение и бросая мысленные проклятия, Хейл направился по новому маршруту.

Хейл был на грани истощения, но отпускать магию не решался. Если ему снова понадобится видеть без магических шор, он уже не сможет собрать её в таком объёме. Лоб покрылся испариной, дыхание стало тяжелее, но он продолжал двигаться с прежней скоростью, хотя всё внутри кричало о необходимости замедлиться. Он сосредоточился на следах, опуская взгляд к своим ногам, и шёл, не отвлекаясь на окружающее. Поэтому, когда следы Тэлли внезапно исчезли, удивление всколыхнуло его настолько сильно, что он остановился и с недоверием потёр глаза, решив, что усталость затуманила зрение. Но дорожка следов так и не появилась, будто растворилась в воздухе, оставляя Хейла в растерянности.

Подняв взгляд, Хейл увидел перед собой небольшую поляну, покрытую ковром из разноцветных цветов, которые качались на лёгком ветру среди высокой травы. Следы Тэлли обрывались прямо у её края, словно растворяясь в зелени. Хейл внимательно осмотрел землю вокруг, но не нашёл других следов, которые могли бы указать на иной путь. Он решил, что девушка пошла через поляну напрямую, и, не колеблясь, вступил в высокую траву.

Тут же его нос уловил знакомый аромат шинника – растения, которое могло усыпить даже самого бдительного воина. «Проклятье», – пробормотал Хейл сквозь зубы, осознавая, что нужно как можно быстрее покинуть эту поляну, иначе он рискует уснуть прямо на месте. Воспоминания о детском происшествии всплыли в его сознании: как однажды он нарвал шинника в букет для матери, и, не донеся его до дома, уснул прямо посреди дороги. Его тогда нашли слуги и отнесли домой. После этого мать настояла на том, чтобы он изучил основы травничества, и хотя до уровня Туррена ему было далеко, кое-какие знания о травах и их воздействии он всё же приобрёл.

Обходя поляну, Хейл удивлённо отметил, что ни одного цветка шинника в траве он так и не нашёл, несмотря на отчётливый запах. Подозрения закрались в его душу, и он двинулся туда, где аромат был наиболее насыщенным. Вскоре он наткнулся на источник проблемы – мирно спящую Тэлли, свернувшуюся калачиком в высокой траве. Она сопела, лёжа на боку и подложив ладони под щёку, словно ребёнок, а на её голове криво сидел венок, почти полностью сплетённый из шинника. Хейл не сдержался и засмеялся в голос, хотя вначале собирался её разбудить и отчитать за побег. Она выглядела настолько трогательно и беззащитно среди полевых цветов, что все его намерения испарились, а злость мгновенно сменилась нежностью. «И венок ещё этот…», – усмехнулся он про себя, осознавая, что этот обворожительный и наивный образ Тэлли останется в его памяти надолго.

Сняв рубашку, он аккуратно обмотал её вокруг носа и рта, чтобы не надышаться ароматом шинника, пока будет снимать венок с головы Тэлли, а то заснёт рядом с ней. Отбросив его как можно дальше, Хейл наконец позволил накопленной магии рассеяться, и тут же яркая поляна с цветами исчезла вместе с венком. Теперь перед ним снова лежала спящая девушка, но уже на голом песке среди пустыни. Хейл, смеясь про себя, покачал головой, поражаясь абсурдности всей этой ситуации. И, обратно надев рубашку, он медленно наклонился к ней. Хейл внимательно смотрел, как она спит, убеждая себя, что просто ждёт, когда ветер развеет остатки опасного запаха. Но его внимание привлекли соцветия шинника, запутавшиеся в волосах. Неторопливо и с осторожностью он начал вытаскивать их из косичек, которые Крест заплёл с таким усердием. И только сейчас Хейл заметил, насколько красива её причёска. Пара прядей выбилась из общей композиции и падала на лицо, создавая прелестный беспорядок. Хейл не удержался и осторожно провёл пальцами по этим выбившимся прядкам, убирая их за ухо. Но, почувствовав под пальцами её нежную, слегка обветренную кожу, он не смог остановиться. Его пальцы скользнули по контуру её лица, легко касаясь щёк и подбородка, и медленно проводя кончиками пальцев по её губам, он наслаждался охватившими его ощущениями.

Хейл, затаив дыхание, изучал её лицо, которое уже давно было запечатлено в его памяти, но сейчас оно казалось совсем иным. Он никогда не замечал, насколько мягкими были её черты, и как гармонично они сочетались с её непокорными прядями волос. В какой-то момент он понял, что его тянет к ней с невыносимой силой. Желание поцеловать Тэлли стало почти непреодолимым, и он ощутил, как это чувство начинает поглощать его, затуманивая сознание. Хейл пытался успокоиться, дыша глубже и медленнее, но это только усиливало его влечение. Каждый вдох приносил с собой ощущение близости, которое не давало ему покоя. Он уже был на грани того, чтобы поддаться искушению и прижаться к её губам, когда внезапно понял, что с ним происходит.

«Нити!» – осознал он.

Накопление магии в сознании всегда грозило потерей контроля, и Хейл прекрасно знал это. Когда он заполнил себя энергией сферы, его ментальные барьеры в миг рухнули, но освободившись от накопленной силы, из-за усталости забыл их восстановить. Сосредоточившись, Хейл быстро исправил свою ошибку, возвращая привычную защиту, а вместе с ней и контроль. И тут он увидел нечто, что заставило его замереть – магические нити Тэлли облепили его всего, будто охватывая каждый его жест и мысль. Но стоило ему восстановить защиту, как нити начали медленно отступать, плавно отцепляясь, словно почувствовали возвращение его контроля. Некоторые исчезали, а другие оставались рядом, слегка колыхаясь, словно под воздействием лёгкого ветерка. «Они как будто ощутили мой барьер», – усмехнулся он, наблюдая за тем, как её магия, такая живая и свободная, действовала с удивительной лёгкостью и непринуждённостью, что вновь восхитило его.

Когда все магические нити Тэлли отступили, Хейл перевёл взгляд на лицо девушки. Теперь, когда его разум был под контролем, он решил проверить свои чувства. Она всё ещё казалась ему очаровательной, но то непреодолимое желание поцеловать её испарилось. Вздохнув с облегчением и чувствуя уверенность в том, что рядом с ним ей ничего не угрожает, он аккуратно поднял её на руки. Тэлли, даже не шелохнувшись, доверчиво прильнула к его плечу, погружённая в глубокий, непробудный сон, вызванный действием шинника, который продлится ещё много часов. В то время, как у Хейла на сон уже почти не оставалось времени.

Хейл направился в лагерь, держа девушку так, будто она была его самым ценным сокровищем. Ехидная улыбка тронула его губы при мысли о том, как он привяжет её к себе, чтобы она больше никуда не сбежала, пока они не доберутся до Альдарана. «А может и там тоже», – злорадно хмыкнул он.

8

– Тур, а тебе не кажется, что для человека, который с женщинами проводит только одну ночь, Хейл слишком часто обнимает Тэлли? – Крест пытался сохранить серьёзное выражение лица, но вновь прыснул от смеха, вспомнив как Хейл принёс Тэлли на руках в лагерь. И судя по выражению его лица, когда он появился, он всю дорогу ругался на чём свет стоит, обещая ей разные наказания за то, что она не дала ему поспать и заставила гоняться по мареву, пока сама спала самым наглым образом.

Туррен, глядя на мирно спящих, не смог сдержать улыбки, вспомнив, как Хейл потерял контроль над собой и начал буквально бушевать, когда тот уточнил, что случилось:

– Что случилось?! Венок, Тур, представляешь?! Венок из чёртова шинника! – Хейл выкрикивал каждое слово, его голос дрожал от сарказма и раздражения. – Из чего ещё можно сделать венок, брат, как не из шинника?! Не из обычных цветов, нет! Конечно, давай выберем самое сильное снотворное растение, чтобы устроить себе королевский сон, пока я, чуть не падая от усталости, прочёсываю это проклятое марево в её поисках! Вокруг море других цветов, но не-е-е-т, мы выберем шинник, ведь это самый лучший цветок для венка!

И грозно пообещав спящей девушке, что её ждёт самое суровое наказание в мире, как только она откроет глаза, Хейл неспешно и аккуратно уложил её у костра. Накрыв плащом и улёгшись рядом, он нежно обхватил её мёртвой хваткой: «Чтоб больше никуда не сбежала», – проворчал он и мгновенно уснул.

– Ты знаешь, – задумчиво начал Тур, – а я ведь никогда его таким не видел. Он же вечно скрывает все эмоции, даже смеяться начал не так давно, и то после нескольких десятилетий в нашей компании. А тут, – он засмеялся, – даже не знаю, что и думать.

– Да что тут думать, брат, – захихикал Крест, – влюбился он. Как пить дать, влюбился. Поэтому я очень надеюсь, что Тэлли окажется аури. Иначе это будет очень короткая история, – мрачно закончил он. Ему не хотелось представлять, что будет с Хейлом, случись что с Тэлли. А разница в сроках жизни между эмеринами и аури просто колоссальна. Там, где время для аури или бергмаров проходит словно один день, для эмеринов пролетает десятилетие.

– Тэлли точно аури, Крест. Я уже даже не сомневаюсь, – серьёзно продолжил Туррен. – Ты же видел, каким уставшим он вернулся из марева. А Хейл – один из самых сильных аури…

– Если не самый сильный, – перебил его Крест, усмехаясь.

– Или так, да. А Тэлли венки в мареве плетёт, – не удержавшись, громко засмеялся Тур, и Крест его тут же подхватил.

– Ой, не могу, – утирая слёзы от смеха, прохрипел Крест. – Ну что за девчонка, ходячая неприятность. С ней точно не соскучишься – на ровном месте находит себе приключения на одно место.

Они хохотали до ночи, совершенно не переживая, что кого-то разбудят. Тэлли под действием шинника проспит до следующего утра, а Хейл так устал, что его сейчас ничто не поднимет. «Хотя, если Тэлли вдруг проснётся раньше и попытается вырваться из его тисков, то он тут же вскочит и точно воплотит все свои угрозы», – с новой силой засмеялся Крест.

Тэлли тихонько пошевелилась, чувствуя, что её тело словно прижато к земле, мышцы затекли, и ей захотелось лечь на спину и вытянуться. Но она почувствовала, как тяжесть на её теле усилилась и ещё сильнее придавила её, не давая двигаться. Мысли путались, и она никак не могла понять, что же ей мешает перевернуться. И решив, что мешать ей ничего не должно, она с усилием повернулась на спину и вытянула руки вверх, застонав от удовольствия, что при смене позы мышцы наконец расслабились. Но тяжесть никуда не делась, она будто перевернулась вместе с ней и теперь давила на живот.

Открыв глаза, Тэлли первым делом увидела голубое небо, на котором не было ни облачка. День обещал быть солнечным, и, порадовавшись этой мысли, она томно улыбнулась, вновь с удовольствием потягиваясь и не сдержав тихий стон.

– Сначала я хотел отругать тебя за то, что ты снова меня разбудила. Но после такого жаркого приветствия я просто не смогу этого сделать, – на ухо прошептал ей Хейл, слегка касаясь её кожи губами и сильнее прижимая руку к её телу. Он медленно поглаживал ладонью ей живот, от чего её сердце учащённо забилось, а сама она замерла, резко втянув воздух.

«Я что, всё ещё сплю?!», – в голове Тэлли стремительно носились всевозможные мысли и одна была страннее другой. Его жаркое дыхание разнесло мурашки по всему её телу, напоминая недавний сон. Она зажмурилась, надеясь, что это тоже сон, и что сейчас она откроет глаза и всё будет нормально – она будет лежать одна, и Хейл не будет её обнимать. Но и с закрытыми глазами ничего не менялось. Она всё также ощущала, как его рука нежно проходилась по её животу и талии, и чувствовала тепло его тела, лежащего рядом с ней.

И, вновь открывая глаза, она понимала, что если повернётся, то встретится с ним взглядом, чего она сейчас точно не сможет вынести. Осознав, что единственный способ избежать этого – это быстро встать и уйти, Тэлли резко дёрнулась, намереваясь для начала сесть. Но рука Хейла тут же напряглась, не позволяя ей ни на сантиметр сдвинуться, намертво пригвождая её к земле.

– Куда собралась? – наигранно строго спросил он.

Он растерялся, когда проснулся от её стона, ощущая, как медленно двигалось её тело рядом с ним. Но вспомнив, что она сделала, он не удержался от того, чтобы хоть как-то проучить её. Хейл видел, как она смутилась от его прикосновений и шёпота, и довольно улыбнулся.

– Хочу умыться, – едва слышно произнесла Тэлли, старательно отводя глаза.

– Одна не пойдёшь, – отрезал Хейл. – Я не хочу потом из воды тебя вылавливать полдня.

Она не шевелилась, не зная, как поступить, а Хейл продолжал удерживать её, неожиданно поймав себя на мысли, что ему нравится вот так лежать рядом с ней.

– Хейл, отпусти уже сестрёну, а то она напрудит рядом с тобой, что будешь потом делать? – загоготал Крест.

– Вставай, – Хейл убрал руку, и Тэлли мгновенно вскочила на ноги, – но одна всё равно не пойдёшь, – усмехнулся он, увидев, с какой скоростью она поднялась.

– Почему это? – словно набравшись храбрости вдали от Хейла, спросила Тэлли.

– Потому что искать тебя потом не хочу, – потянувшись, ответил Хейл. Только сейчас он понял, что его тело затекло за ночь. – Крест, сколько я спал?

Крест хихикнул, глядя на сонного Хейла, и с хитрым взглядом, тут же ответил ему, делая упор на «вы»:

– Вы проспали весь вчерашний день, ночь и сегодня всё утро. Уже почти полдень.

Хейл тут же напрягся, он думал, что был ещё тот же день, когда сбежала Тэлли.

– Было тихо? – резко спросил он, быстро вставая. Нужно было срочно обойти лагерь, проверить нет ли кого поблизости.

– Да, мы с Туром дежурили по очереди, – ответил Крест.

Хейл кивнул и рукой указал Тэлли на место рядом с бергмаром.

– Если я вернусь, и тебя здесь не будет, то поверь мне ты очень сильно пожалеешь об этом, – пригрозил он девушке. – Я не шучу, – добавил он, увидев, что она собирается начать спорить с ним. – Садись и жди меня.

Тэлли возмущённо посмотрела на Креста, явно ожидая от него поддержки и защиты, но даже не успела рта раскрыть, как Хейл тут же продолжил:

– И братья тебя не спасут. В твоих же интересах сейчас же сесть рядом с Крестом и дождаться меня.

И он умчался на обход лагеря, будучи полностью уверенным, что она не сдвинется с места.

– Крест, что это значит? – наконец подала голос Тэлли, когда Хейл исчез в лесу. Её так возмутил его приказ сидеть у костра, что она даже на мгновение забыла о недавних необычных пробуждениях, и даже о своём сне.

– Сестрён, серьёзно, сейчас лучше послушаться, – миролюбиво ответил ей бергмар. – Ты когда вчера сбежала, знаешь, как все переживали?

– Но я же не сбежала! – воскликнула она, усаживаясь рядом с ним.

– Ну ушла, какая разница, – улыбнулся Крест.

– Я пошла прогуляться. Просто, когда я вчера проснулась…, – Тэлли замялась, она не хотела объяснять, почему решила гулять вокруг лагеря, пока не проснётся Хейл. Да и сейчас ей очень надо было помыться, уже прошли почти сутки, как у неё начался лунный цикл. А рядом с мужчинами опозориться грязной одеждой было ещё ужаснее. «И как я буду мыться, если не буду одна?», – в отчаянии Тэлли уткнулась головой в сложенные на коленях руки.

– Не грусти, сестрён, – начал Крест, и Тэлли почувствовала, как он погладил её по волосам, – сейчас Тур придёт будем завтракать, а там глядишь и Хейл вернётся, пойдёшь умываться.

– Но мне сейчас надо! – нетерпеливо воскликнула она.

Крест смотрел на неё и взвешивал все за и против. С одной стороны, ему было очень трудно смотреть на страдающую Тэлли, но с другой – брат дал конкретные указания, а в дороге, особенно когда за ней охотятся наёмники, нарушать их было опасно. Хотя Туррен сейчас и был на озере, до него буквально пара минут ходу, и он же сможет последить за девушкой, чтобы не случилось чего. «В конце концов, какая разница, кто сторожит её?», – принял решение Крест.

– Ладно, давай я провожу тебя к озеру, там Туррен сейчас, он побудет с тобой. А я так уж и быть приму на себя удар, когда Хейл вернётся, – заговорщически подмигнув, улыбнулся бергмар.

Услышав это, Тэлли так обрадовалась, что бросилась Кресту на шею и поцеловала в щеку.

– Крест, ты самый-самый лучший брат! – со смехом воскликнула Тэлли.

Бергмар зарделся, и быстро встал, чтобы скрыть своё смущение.

– Пойдём уже, чего время терять.

Тэлли подхватила свою сумку, и взяла Креста за протянутую руку. У озера они нашли Тура, который начищал посуду.

– Проснулась, наконец, гулёна, – с улыбкой посмотрел он на неё. – Ну и заставила ты меня вчера поволноваться, Тэлли. Больше не делай так, пожалуйста.

– Прости, Тур. Я не думала, что так получится. Просто решила пройтись вокруг, а потом меня так спать потянуло, что я улеглась на очень красивой полянке. Там было столько цветов, Тур!

– Да мы уж наслышаны, – сквозь смех сказал Крест, и Тур тут же подхватил его. – Как ты додумалась венок из шинника сплести-то?

Тэлли удивлённо посмотрела на Креста.

– Точно, шинник! А я всё вспоминала, как же он называется, – широко улыбнулась Тэлли.

– Ты что, все мои уроки забыла? – сурово посмотрел на неё Туррен. – Неужели не помнишь, что это сильнейшее снотворное?

– Ой, – Тэлли округлила глаза и только тут поняла, что натворила.

– Вот тебе и «ой», – засмеялся Крест. – Поэтому не удивляйся, что Хейл так себя ведёт. Нам разбудить его пришлось, чтобы он нашёл тебя. Мы-то по мареву не можем гулять, как некоторые, – легко толкнув её плечом, хихикнул он.

– Ой, – Тэлли только сейчас осознала серьёзность ситуации. «Если бы Хейл не пошёл за мной, то я бы так и не проснулась никогда. Шинник очень сильный сам по себе, а от того количества в венке вообще можно было умереть». – Теперь понятно, почему Хейл так злится на меня, – виновато проговорила Тэлли.

– Не переживай, поворчит и успокоится. Он отходчивый, – весело сказал Крест. – Ты не забыла, зачем пришла-то? А то стоишь всё болтаешь, а я, между прочим, шкурой своей рискую, – притворно накинулся на неё бергмар.

– В смысле? – не понял Туррен.

– В прямом, Хейл наказал ей сидеть у костра и никуда не ходить. – проворчал Крест. – Но Тэлли очень нужно помыться и всё такое. – И под конец фразы он смутился и отвёл взгляд в сторону, – В общем, я привёл её к тебе, чтобы ты с ней побыл, пока она это…ну в общем, сделает что нужно.

Туррен деловито кивнул и протянул брату посуду:

– Тогда иди, и на вот отнеси к костру, пожалуйста.

Крест явно был рад быстро ретироваться, чтобы не участвовать в столь неловком обсуждении женских дел.

– Тэлли, тут озеро тёплое и неглубокое, но помыться можно. Вот, держи мыло и иди к тем зарослям, – Тур указал рукой на растущие неподалёку от них островки камышовых зарослей. – Там песчаное дно, будет удобно заходить в воду. А я тут тебя подожду, если что – кричи, – улыбнулся он. Тэлли быстро-быстро закивала с широкой улыбкой на лице, и бросив набегу «Спасибо!», умчалась к кустам.

Когда Хейл вернулся после обхода, то у костра увидел одного Креста, который сразу же доложил, что Тэлли на озере с Туром и у них всё в порядке. Но его взбесило не то, что она не выполнила его наказ, а то, что брат пошёл ему наперекор.

– Я что непонятно объяснил, Крест? – тихим голосом спросил Хейл, сверля его взглядом. – Ладно девчонка ни черта не понимает, но ты-то должен.

– Ну прости, братишка, – виновато ответил Крест. – Не подумал я как-то. Казалось, что безопасно кругом, вот я и решил, что ничего плохого не случится.

Хейл тяжело вздохнул, ничего плохого и правда не случилось – вокруг ни единого чужого следа, они были одни, даже по проходу в мареве никто не ходил, но Хейл не исключал возможности, что наёмники могут пройти каким-то другим путём. И когда сходил на озеро, то увидел плескавшуюся в воде девчонку и Тура, который, как курица-наседка, сидел неподалёку от неё. Вроде всё было нормально, но тревожное чувство не покидало его.

– Скорей бы уже добраться до Альдарана, – сдавшись, проворчал Хейл и уселся у костра, придумывая хоть какое-то наказание для этой несносной девчонки. – Тренируй её сегодня. Да так, чтобы сил не было с места сдвинуться.

– Не вопрос, брат. Как раз хотел размяться сегодня, – со смешком ответил Крест.

За завтраком Тэлли старательно смотрела куда угодно, лишь бы не смотреть на Хейла. Он сидел напротив и не сводил с неё сурового взгляда. Бергмары шутили, но Хейл будто не слышал их, и Тэлли казалось, что он мысленно ругает её за непослушание. Его грозный вид отбил все её воспоминания о сне и утреннем происшествии, и Тэлли мечтала, чтобы он побыстрее снова ушёл в обход, чтобы не чувствовать на себе его сердитого взора.

– За вчерашний побег, сегодня вы с Крестом будете до ночи заниматься, – вдруг тихо произнёс Хейл с лёгкой улыбкой, от которой у Тэлли волосы встали дыбом, несмотря на многочисленные косички, которые заново заплёл ей Крест после купания.

Не рискнув разозлить его ещё больше, Тэлли послушно кивнула и понадеялась, что тренировка не будет сильно тяжёлой. Из-за лунного цикла у неё побаливал живот и была небольшая слабость. Но её надеждам было не суждено осуществиться. Тренировка действительно была жёсткой, если не сказать жестокой. На этот раз Крест отдал ей настоящий меч, а сам всё также использовал палку. И он совсем не щадил её, каждый его удар становился всё сильнее и мощнее. Однако Тэлли уже худо-бедно научилась держаться на ногах, и теперь, падая, быстро поднималась без видимых признаков боли. Длительные дорожные испытания укрепили её тело, и физическая нагрузка казалась ей теперь не столь обременительной, хотя удары Креста были неумолимы. Она отчаянно старалась парировать их мечом, но несмотря на несколько часов упорной тренировки, ей так и не удалось точно попасть по его «оружию». Это вызывало в ней гнев, который, в свою очередь, помогал ей сконцентрироваться исключительно на движениях – своих и Креста. Тэлли пыталась угадать направление его следующего удара, предугадывая его шаги и манёвры.

– Остановись, – внезапная команда Креста застала девушку врасплох, и она, продолжая движение меча по инерции, чуть не упала, но успела ухватиться за Креста, удержав равновесие. – Не пытайся угадать мои действия. Каждый думает и действует по-своему, и ты не сможешь предсказать каждый шаг противника. Искусство боя многообразно, и каждый воин уникален в своих движениях. Стань как воин, что перед тобой – почувствуй его ритм, понаблюдай, как он наносит удар. Так ты поймёшь последовательность его движений. Посмотри на меня внимательно, что видишь?

Крест встал прямо, руки на поясе, ноги широко расставлены. Её взгляд скользнул по его фигуре. Он был среднего роста, и необычайно крепким мужчиной, кожа была бронзовая, как и у всех бергмаров, тёмные волосы аккуратно заплетены в косички и собраны в пучок на затылке. Борода разделена на две косы, кончики которых были связаны вместе шнурком. Крест носил потускневшую белую рубаху и коричневые кожаные штаны, и обычно сверху надевал кожаную куртку с металлическими заклёпками, но сейчас снял её перед тренировкой.

– Вижу, тебе жарко, Крест. Видимо, я всё же заставила тебя вспотеть! – шутливо заметила Тэлли, хотя на самом деле она взмокла гораздо сильнее, и дыхание сбилось уже довольно давно.

– Наблюдательно, – саркастически бросил Хейл, который всё это время пристально следил за их тренировкой, изредка бросая колкие замечания о её неуклюжих падениях или подбадривая Креста, чтобы тот не жалел её.

Не найдя подходящего ответа, она скорчила гримасу и показала Хейлу язык, набравшись храбрости за время длительной тренировки. В ответ ей прилетел маленький камушек, который метко попал ей в голову.

– Ой! – воскликнула она, потирая место удара. – За что? – возмутилась Тэлли.

– Чтобы не отвлекалась, – хмыкнул Хейл.

Отвернувшись от него и вновь скорчив гримасу, Тэлли направила свой взгляд на Креста, который внимательно наблюдал за ней. Она пыталась разобраться, как Крест может действовать во время боя исходя из его внешности. Он выглядел очень мужественно: лицо было грубым, густые брови слегка смягчались плавными линиями, а многократно сломанный нос дополнял образ вместе с широкой бородой и полными губами. Он казался скульптурой, высеченной из грубого камня.

– А ты красивый, – задумчиво промолвила она.

Туррен и Хейл разразились громким смехом. Не растерявшись, Крест с неглубоким поклоном в её сторону ответил:

– Отлично, наконец-то ты это заметила, – улыбнулся он, но тут же стал серьёзнее. – Но давай сконцентрируемся на главном. Смотри на меня как на воина. Обрати внимание на моё тело, на то, как я стою, на мои руки и ноги.

– Только не увлекайся фантазиями, Тэлли, – всё ещё смеясь, вставил Хейл.

Тэлли решила игнорировать его замечания, вглядываясь в Креста. Её взгляд был прикован к его боевой стойке.

– Ты достаточно высокий и крепкий…

– Верно, и я выше и сильнее тебя, правда?

– Намного сильнее, – подтвердила она.

– Итак, как я буду атаковать?

– Ты атакуешь всем телом, – она, наконец, поняла, к чему клонил Крест. – Ты будешь использовать всю силу своего корпуса, чтобы нанести поражение одним ударом или сбить меня с ног, так как я гораздо слабее.

– Правильно. И как ты должна защититься от этих ударов? – Крест изменил свою стойку, направил палку перед собой, как бы готовясь к удару. Он медленно поднял её и, замахнувшись, начал опускать её под углом.

Понимая, что он демонстрирует движение медленно, чтобы Тэлли могла разобраться, она перенесла вес на опорную ногу, готовясь встретить его «меч». Она предположила, что удар будет сверху и очень сильным, потому что бергмар перенёс вес на одну ногу, чтобы использовать силу всего тела.

– Если бы все противники двигались, как сонные мухи, ты бы их всех победила, Тэлли, – с иронией вновь прокомментировал Хейл.

Она фыркнула в его сторону, сигнализируя, чтобы он не отвлекал. Её внимание было полностью поглощено разгадкой следующего хода Креста. В это время он уже почти выпрямил руку с палкой перед собой, и тут она поняла: он уведёт оружие вниз и направит удар, используя всю мощь своего тела. Тэлли внимательно следила за каждым его движением, пытаясь уловить момент для контратаки. Когда Крест резко увёл свою палку в сторону, планируя выполнить мощный удар, она уже была готова. Сохраняя концентрацию, она отпрыгнула в сторону, избегая нападения, пытаясь покрыть разницу в их силе за счёт скорости.

– Так, это уже лучше, Тэлли. Теперь давай посмотрим, как ты будешь атаковать, – сказал Крест, снова занимая оборонительную позицию, приготовившись к её атаке.

Они продолжили тренировку, медленно переходя от одной атаки к другой, Крест научил её читать движения противника и использовать собственные преимущества. С каждым движением, с каждым ударом она становилась всё увереннее в своих силах. Когда Крест в очередной раз замахнулся, Тэлли увидела движения словно в замедленном режиме – она знала, каким будет его следующий шаг. В промежутке между замахом оружия Креста и моментом, когда он начал переносить вес на опорную ногу, она решительно нанесла свой удар. Её меч легко скользнул по воздуху, нацелившись прямо на его плечо. Но в последний момент Крест схватил её лезвие голой рукой, останавливая удар. Поражённая его трюком, Тэлли на мгновение остановилась, и тут же почувствовала толчок в корпус слева. Шок от неожиданного удара нарушил её баланс, и она чуть не упала, едва удержавшись на ногах.

– На этом всё, – заявил Крест, выкинув использованную для тренировки палку в костёр и оттолкнув меч Тэлли. Он уселся рядом с Туром. – Следующая тренировка будет уже с настоящим оружием. Молодец, Тэлли, – подмигнув, он взял кусок мяса, который Тур недавно приготовил на камнях.

Тэлли счастливо улыбнулась – ей наконец-то удалось достичь результата на тренировке. Она ужасно устала, всё тело ломило, но боль была уже не такой сильной, как это было в самом начале. Упав недалеко от костра, она с облегчением вытянула ноги, чувствуя, как каждая её мышца расслабляется.

– Тэлли, ты действительно молодец, впечатляющий удар, – Тур подал ей миску с едой. – Держи, поешь. Вы так долго тренировались, что всё почти остыло. – Хейл, скажи же, Тэлли отлично справилась?

Хейл сидел, поклёвывая ягоды, и с некоторым сомнением посмотрел на неё.

– Хорошо, что ты освоила технику, но тебе не хватает силы. В следующий раз, когда Крест возьмёт настоящее оружие, отбить его удар будет уже не так просто.

«Так просто?», – возмутилась Тэлли, ведь на самом деле потребовались все её силы, чтобы нанести этот удар.

– Крест, как ты смог схватить меч руками и даже не порезаться? – этот вопрос больше всего её волновал.

– Как и сказал Хейл, тебе не хватает силы. Твой удар был техничен, но недостаточно силён. Поэтому мне не составило труда перехватить твой меч в полёте. Был бы это кто-то из братьев, я бы точно остался без руки, – Крест увлёкся похлёбкой, которую передал ему Тур.

– Как можно усилить удар? – размышляя над его словами, спросила она, не сумев скрыть беспокойства. Её тело изначально было слабее мужского, что вызывало вопросы о способах ведения боя.

– Только упорные тренировки, других вариантов нет, – вставил Тур.

– И какие тренировки помогут? – настаивала Тэлли.

– Тренируй руки и ноги. Тебе не хватает веса для ударов корпусом, как это делаем мы. Поэтому твои руки и ноги должны быть сильными и быстрыми, чтобы ловко парировать удар или убежать, если потребуется, – объяснил Хейл.

– Руки можно тренировать, работая с мечом. И важно тренировать обе руки, не только ведущую, – сказал Крест, говоря с полным ртом, так что его слова звучали невнятно.

Тэлли улыбнулась, наблюдая за ним – он выглядел очень мило. Совсем не похож на того грозного воина, который совсем недавно стоял перед ней. Негромко хихикнув, она принялась за свою еду, с удовольствием вспоминая свои успехи на тренировке.

Они закончили ужин под песню Тура, к которой Крест присоединился, как только закончил есть. Песни бергмаров всегда были наполнены необычными историями – о несчастной любви, о подвигах или о пьяных приключениях, когда всё в конце концов заканчивалось за кружкой эля. После душевных песен и сытного ужина все разомлели и разговаривать не хотелось. Тэлли решила, что после столь длительной тренировки пора освежиться, и собрав грязные миски, направилась к озеру.

– Ты куда? – голос Хейла разорвал тишину, которая накрыла их лагерь.

До этого момента ей казалось, что он дремал, оперевшись на поваленное дерево, его глаза были закрыты, а лицо было расслабленным, Тэлли решила, что он чувствует себя в безопасности, обойдя несколько раз их лагерь.

– Помыть посуду и себя. После тренировки я выгляжу ужасно, – отозвалась Тэлли, продолжая двигаться к озеру, но слегка замедлив шаги при его вопросе.

– И то правда, – ухмыльнулся он, не открывая глаз.

«Вот негодяй!», – Тэлли скривилась, гримасничая, и вновь показала ему язык, пользуясь моментом, пока он не видит.

– Я могу бросить камень и с закрытыми глазами, – угрожающе произнёс он. – Тур, сходи с ней, пожалуйста, – обратился он к брату.

– Не надо, я справлюсь, – воспротивилась Тэлли. – Я хочу побыть одна.

Хейл открыл глаза и посмотрел на неё в упор. Его раздражение за день отступило, и вокруг было относительно безопасно, но из-за непонятного чувства тревоги он всё равно не хотел отпускать её одну, чтобы всё проконтролировать.

– Ладно, у тебя полчаса, – и закрыл глаза, стараясь не думать о том, чтобы пойти вслед за ней.

У воды Тэлли быстро ополоснула миски, и затем сама залезла в воду. Смывая с себя пот и пыль после тренировки, Тэлли радовалась, что осталась одна, можно было никого не стесняться. Солнце уже садилось и верхушки деревьев окрасились в яркий золотой цвет, из-за чего сам лес казался гораздо мрачнее.

Сполоснув волосы, ей показалось, что она слышала какой-то звук среди деревьев, но оглянувшись ничего не увидела. Когда она закончила с мытьём, то решила сполоснуть и одежду от пыли. «Хотя провести ночь в мокрой одежде приятного мало», – с сожалением подумала она, но смирившись и мечтательно представляя, как наденет чистую одежду на чистое тело, принялась за стирку.

Из-за монотонности действий во время стирки мысли Тэлли всегда разлетались в разные стороны. За несколько дней опять столько всего произошло, что голова шла кругом. Вспомнив Хейла, она не удержалась и начала вслух проклинать его, его аромат, свой сон и свои мысли о нём. Тэлли редко ругалась и знала не так много бранных слов, и потому часто повторяла одни и те же ругательства, усиленно затирая пятна на одежде. Но даже так ей становилось чуточку легче. Она не понимала, почему так реагирует на Хейла, чаще всего он её пугал и смущал своим внешним видом и колкостями. «И сам он как самая настоящая колючка, не то, что Токс», – раздражённо подумала Тэлли.

Но вдруг вновь вспомнив, что сделал Токс, она ощутила в ногах непривычную слабость и резко осела в воду, словно подкошенная ударом на тренировке. Её накрыла не только боль, но и злость за случившееся. Позволив себе несколько раз надрывно всхлипнуть, с глубоким вздохом она подняла глаза на потемневшее небо и поняла, что больше нельзя позволять себе страдать из-за Токса. Ей будет больно, очень больно, но нельзя разрешать переживаниям поглощать себя без остатка. Иначе не останется ничего – ни боли, ни её самой. Утерев предательски льющиеся слёзы, Тэлли продолжила стирать и старалась не думать о человеке, который был её единственной семьёй столько лет.

«Теперь у меня есть новая семья», – успокаивала себя Тэлли. Она была уверена, что Тур не оставит её и поможет устроиться на новом месте. «Да и Крест скорее всего тоже. Может, они смогут меня пристроить в какой-нибудь дом прислугой». На Хейла она не возлагала надежд, даже несмотря на то, что он обещал ей что-то рассказать, Тэлли не сомневалась в том, что он спит и видит, как бы поскорее от неё избавиться. «Я доставляю ему много хлопот», – вздохнула она. Тэлли не хотелось его злить, но он раздражался совершенно по любому поводу. «Но сейчас он стал улыбаться и даже смеяться», – с улыбкой вспомнила она его громкий смех из-за её глупости про существование аури. Таким он ей нравился гораздо больше. И вновь вспомнив своё пробуждение рядом с ним, Тэлли засмущалась. Встряхнув головой, она старалась отогнать представшую перед её взором картину, но её воображение всё ярче рисовало её, добавляя деталей и ощущений. Ей нестерпимо захотелось, чтобы прямо сейчас он был рядом, как тогда на мосту. Она вспомнила то чувство безопасности, которое окружило её, когда он стоял позади неё, держась за ограждения. Тогда она чуть ли не впервые увидела близко его лицо и ощутила его аромат, который так сильно поразил её. И тут мысли вновь перенесли её в сон, в котором Хейл её целовал.

– Проклятье! Чтоб тебя демоны разорвали! – громко выругалась Тэлли, резко бросив в сердцах рубашку в воду, отчего во все стороны разлетелись брызги, и заколотила ладонями по воде. – Бесит!

Глубоко вздохнув и немного успокоившись, она продолжила стирку, стараясь не думать о мужчине, который был невероятно красив и умопомрачительно недосягаем.

Ещё не прошло и трети отведённого девушке времени, когда Хейл выругался и пошёл следом. Беспокойство не давало ему расслабиться и то, что девчонка осталась одна, сильно напоминало ему прошлое нападение на неё. Тогда она также была у воды в одиночестве, когда в неё полетела стрела. Хейл не хотел второй раз проверять её удачу. Услышав за спиной насмешливый смех братьев, он только отмахнулся. Сами же спасибо скажут, если он будет рядом, когда что-то случится. «Когда она сбежала, и минуты не прошло, как засуетились», – ворчал он по пути к озеру. Девушка была на том же месте, что и утром. Уже барахталась в воде, вокруг никого не было, и Хейл тут же расслабился. Он стоял в тени деревьев, и она вряд ли его заметит. Но всё равно не хотел нарушать её уединение, поэтому отошёл глубже в лес и присел, облокотившись на ствол старого хвойного дерева. Отсюда видно почти целиком озеро и девушку, но при этом было достаточно далеко, чтобы он не считал себя юным подростком, который подглядывает за голыми девицами.

Хейл наблюдал за окрестностями, когда вдруг услышал громкую ругань, доносящуюся со стороны Тэлли. Поднявшись на ноги, он недоумённо огляделся, вокруг никого не было, а девчонка стирала вещи. «Неужели из-за стирки?», – удивился он и вновь уселся на прежнее место, прислушиваясь к звукам со стороны озера. А когда она вдруг начала всхлипывать, он растерялся. «Опять рыдает, – недовольно подумал он, качая головой, – Надо было прибить этого придурка прежде, чем её похитили». Он не привык видеть плачущих женщин, у аури не приветствовалось проявление каких-либо эмоций прилюдно. А уж лить слёзы вообще было незнакомо для Хейла, и потому он не знал, что делать в этом случае. Понимая, что ей больно или грустно, он хотел бы её успокоить, но не знал как. В прошлый раз он гладил её, пока она не уснула. Но сейчас у озера это было явно неуместно.

И пока он размышлял над тем, что ему сделать, она снова начала громко ругаться. «Это какой-то кошмар», – подумал Хейл, обхватывая голову руками и закрывая глаза. В его голове не укладывалось, как можно так быстро переходить от одной эмоции к другой. Хейл вновь пожалел, что Крест вытащил её тогда из-под телеги.

Покончив со стиркой, Тэлли вышла из воды и, натянув на себя мокрую одежду, направилась к лагерю, зябко потирая руки, стараясь их разогреть. Солнце уже село и едва заметный ветерок на мокрой одежде казался ледяным ураганом.

– Почему так долго? – услышав ворчливый голос в темноте, Тэлли вскрикнула от испуга и схватилась за грудь, стараясь успокоить бешено скачущее сердце.

– Ты смерти моей хочешь?! – воскликнула она, старясь сдержать дрожь в голосе. Появившийся будто из неоткуда Хейл ворвался в её мысли, когда она в очередной раз прокручивала в голове свой сон. Она не знала, чего испугалась больше: его неожиданного появления или что он может узнать её мысли.

– Если бы хотел, ты бы осталась в Соуджене, – буркнул он и медленно пошёл вперёд, давая ей время догнать его.

Покачав головой и всё ещё держась за сердце, Тэлли последовала за ним в медленном темпе, чтобы не сравняться с ним по пути. До лагеря они дошли в молчании, Тэлли чувствовала неловкость от своих мыслей о нём и не хотела говорить, чтобы не сморозить ещё какую-нибудь глупость.

– Тэлли, ты чего вся мокрая? – удивился Туррен, увидев её в свете костра. – Одежду постирала?

– Или это Хейл тебя пытался утопить? – громко засмеялся Крест. – Что, брат, надоело спасать, решил сам прикончить? – продолжал издеваться он.

– Постирала, да, – трясясь, ответила Тэлли, усаживаясь поближе к костру, чтобы согреться.

– Иди сюда, – Туррен протянул к ней руку, приглашая сесть рядом с собой. Тэлли тут же пересела, и прижалась к его боку.

– Спасибо, Тур, – улыбнулась Тэлли, чувствуя, как тепло бергмара и костра передаётся и ей.

– Возьми плащ, накройся. А то опять заболеешь, – проворчал Хейл, протянув ей свой плащ.

– Братишка, неужели ты стал заботиться о сестрёне? – со смехом подколол его Крест.

– Даже и не думал. Если она заболеет, то мы застрянем тут на несколько дней. А я уже сплю и вижу, как мы наконец-то доберёмся до Альдарана и это путешествие наконец-то закончится.

Хейл проследил, чтобы Тэлли натянула его плащ, а затем скрылся в тени деревьев. Оттуда он собирался использовать свои магические способности, чтобы высушить её одежду, прежде чем отправиться на обход лагеря.

Когда Хейл исчез из виду, Тэлли почувствовала, как напряжение покидает её тело. Туррен уложил её рядом с собой у костра, и лишь тогда она осознала, как сильно устала. Однако, несмотря на утомление, Тэлли не могла отвести взгляд от пляшущего пламени костра. Лепестки огня танцевали затейливыми узорами, создавая гибкие тени, которые завораживали. Тэлли с интересом наблюдала за изменениями цветов в пламени, и вдруг почувствовала, как быстро начинает согреваться. Казалось, будто сам огонь передавал ей свой жар через танец, наполняя её усталое тело теплом и уютом.

9

Наутро они выдвинулись в путь, и когда Хейл помог бергмарам пройти марево, то сразу умчался на разведку, изредка возвращаясь к ним. Так они шли уже больше трёх дней, двигаясь медленно, хотя Тэлли уже восстановилась после болезни. Тэлли радовалась путешествию, стараясь не думать о его причинах. Крест каждую остановку продолжал с ней тренировки, и она расстраивалась, что у неё больше не получилось отбить его удары.

Рассматривая в дороге окружающий пейзаж, Тэлли решила провести эксперименты с маревом, она повела Креста вглубь марева до ближайшего дерева, которое он воспринимал как камень, и взяв его за руку, заставила потрогать его. Крест утверждал, что ощущает холодный камень, хотя дерево было с шершавой корой и покрыто мхом. Затем она подвела его к другому дереву, которого он не видел, и взяв его за руку, попыталась провести сквозь это место, но Крест неосознанно отступал в сторону, обходя препятствие. После она решила проверить Тура, показывая ему различные травы, которые собирала по пути. Пока они росли, он их не видел или видел, как сушняк, но как только она их срывала, то они сразу проявлялись для него. С деревьями происходило точно так же: оторванный кусок коры или мох сразу становились для бергмаров видимыми.

Они провели несколько таких экспериментов, пока Тэлли не убедилась, что их реакции на марево похожи и не меняются. Это было очень странно и волнительно для Тэлли. Она не понимала, как это работает, но не решалась спросить у Хейла. Когда он сопровождал их и наблюдал за её экспериментами, он только ухмылялся, ничего не говоря. Хейл был настороже, постоянно проводя разведку дороги вокруг них. А когда возвращался, либо обсуждал с братьями дальнейшие планы, либо спал.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Полную версию песни можно прослушать на моём канале по ссылке: https://t.me/nata_rut/27

Вернуться