Наталья Франсси
Центр бытия

Глава 1. Синие джинсы

Максим стоял у книжной полки, разглядывая корешки религиозных текстов. "Библия", "Коран", "Бхагавад-гита" – каждая обещала ответы на главные вопросы. Он протянул руку к одной из книг, но вдруг остановился.

– Что ты делаешь? – услышал он голос за спиной.

Обернувшись, Максим увидел пожилого мужчину с проницательными глазами. Тот сидел в кресле у окна, словно появившись из ниоткуда.

– Ищу ответы, – честно ответил Максим. – Пытаюсь понять, кто такой Бог. Аллах, Кришна, Христос… Все эти имена сбивают с толку.

Старик усмехнулся.

– Представь, что ты вышел на улицу в синих джинсах, и кто-то решил назвать тебя "Сине-джинсовым". Но ведь это не ты, правда? А завтра ты наденешь зеленые штаны, и имя вообще перестанет подходить.

Максим нахмурился, пытаясь понять аналогию.

– Эти имена – просто одежда, – продолжил незнакомец. – Куски того, что не может быть названо. А ты ищешь портного вместо того, кто носит одежду.

Глава 2. Испорченный телефон

Максим опустился в соседнее кресло, чувствуя, как его привычные представления начинают рассыпаться.

– Но эти тексты же священные, – возразил он. – В них мудрость веков.

– Откуда ты знаешь эти имена? – спросил старик, не отвечая на возражение. – Ты их слышал от третьего переводчика второго текста, излагавшего историю, услышанную от четвертого лица.

Максим задумался. Действительно, все его знания о религии пришли через других людей – священников, учителей, книги, написанные столетия назад.

– Это как игра в испорченный телефон, – медленно произнес он.

– Именно. И с Богом так поступать не стоит. Представь, что твой лучший друг живет за стеной, но ты изучаешь его только по рассказам соседей, которые видели его прадедушку.

Старик встал и подошел к окну. За стеклом моросил дождь, капли стекали по стеклу, искажая мир снаружи.

– Как зовут того, кто смотрит через твои глаза прямо сейчас? – неожиданно спросил он.

Глава 3. Живее всех живых

Максим попытался ответить, но слова застряли в горле. Он знал свое имя, профессию, историю жизни, но то, что смотрело изнутри…

– Бог не тот мужик, который жил когда-то в каком-то году, – сказал старик, не дожидаясь ответа. – Не тот, по следам которого написана книга, и по которой теперь все должны жить. Бог прямо СЕЙЧАС живее всех живых.

Слово "СЕЙЧАС" прозвучало так отчетливо, что Максим почувствовал, как что-то внутри него дрогнуло.

– Он настолько живее всех живых, – продолжал старик, – что все остальные в сравнении с ним уже давно протухли.

Максим огляделся. Комната была та же самая, но что-то в ней изменилось. Свет стал ярче, звуки отчетливее. Даже воздух казался плотнее, насыщеннее жизнью.

– Чувствуешь? – спросил старик. – Этот центр Жизни тебе СЕЙЧАС доступен так ярко, так ясно, так безупречно, как ничто иное не доступно даже на тысячную долю.

Максим закрыл глаза и попытался ухватить это ощущение. Да, что-то было. Что-то невероятно живое, пульсирующее в самом центре его существования.

Глава 4. То, что видит

– Кто видит твои мысли? – тихо спросил старик.

Максим открыл глаза.

– Я… – начал он, но осекся.

– Кто это "я"? Твое тело? Но ты чувствуешь его как объект. Твои эмоции? Но ты наблюдаешь их. Твои мысли? Но ты можешь видеть, как они приходят и уходят.

С каждым словом Максим чувствовал, как отпадают слои того, что он считал собой. Имя, профессия, воспоминания – все это оказалось просто содержанием сознания, а не самим сознанием.

– Этот центр ты можешь осознать сам, – сказал старик. – И это не имя, не фамилия, не профессия, не образ, не пол. Это не сын-отец-дочь-мачеха-двоюродный дядя.

Максим рассмеялся несмотря на серьезность момента. Странный список родственников прозвучал так абсурдно.

– Это ЦЕНТР БЫТИЯ, – произнес старик торжественно. – Посмотри на него, не определяя ЕГО.

Глава 5. Без слов и форм

Максим попытался "посмотреть" на то, что смотрит. Это было похоже на попытку увидеть собственные глаза без зеркала. Каждый раз, когда он пытался ухватить сознание мыслью, он понимал, что мысль – это объект в сознании, а не само сознание.

Минуты текли незаметно. Дождь за окном усилился, в комнате стемнело, но старик не включал свет. В полумраке его фигура казалась призрачной.

– Видишь? – прошептал он. – Когда ты не пытаешься определить ЕГО словами, ЕГО природа становится очевидной.

И действительно, Максим начал различать что-то невыразимое. Не мысль, не чувство, не образ, а саму основу, на которой все это возникает и исчезает. Это было интимнее его собственных мыслей, ближе его собственного дыхания.

– Это… пустота? – неуверенно спросил он.

– Ты опять пытаешься назвать, – засмеялся старик. – Пустота – это тоже слово, – засмеялся старик. – А ЭТО за пределами слов. ЭТО то, что делает возможными и полноту, и пустоту.

Максим кивнул, чувствуя истинность этих слов всем своим существом. В тишине комнаты он ощущал присутствие чего-то безграничного и в то же время невероятно близкого.

Глава 6. Открытие

Часы пробили полночь. Максим будто очнулся от глубокого сна.

– Но как же традиции? – спросил он. – Миллионы людей находят утешение в религии, в именах Бога…

– А кто сказал, что это плохо? – старик пожал плечами. – Синие джинсы могут быть очень красивыми. Имена могут указывать направление, как дорожные знаки. Проблема начинается, когда ты влюбляешься в указательный столб и забываешь о пути.

Максим представил толпы паломников, молящихся перед изображениями, споры о том, чье имя Бога правильнее, религиозные войны…

– Они поклоняются джинсам вместо того, кто их носит, – медленно проговорил он.

– Но и осуждать их не стоит, – мягко добавил старик. – У каждого свой путь домой. Кому-то нужны карты и компасы, кому-то – попутчики и проводники. А кто-то в одиночку идет через лес, ориентируясь по звездам.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.