Параллели
Мир фэнтези
Светлана Ушакова

© Светлана Ушакова, 2025

ISBN 978-5-0067-9104-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Книга фэнтези. Писалась книга в разное время, это с 2012 по 2025г.,подход автора к взаимоотношениям героев нестандартный, но читатель без сомнений заинтересуется сюжетными линиями. Читайте и наслаждайтесь происходящим вместе с героями рассказов.

Сквозь стены пленного видения

Сквозь стены пленного видения, я, – странная,

Мне приходилось пробиваться как – то, мысленно,

Иду я, – с эры вдохновенной, словно пьяная,

Вдруг в шар я попадаю, в грезы, он бледно синий..

А шар тот гильзою крутился, затем искрами,

Не ускользал он из – под сознания, видимо,

Мне путь показывал как света луч, вдаль времени,

Чтоб двигалась за ним с препятствием нечаянно.

Что было это, сон такой, скажите, реальность?

Я погружалась в шар этот уже всем своим телом,

И сомкнутые мои вместе пальцы, фатальность,

Но не пугалась его я, не в этом уж дело;

Из шара струйно выходила бликом – полосой

Картина жизни всей, странствующего зала,

В ней же и события шкалы жизни непростой,

И я там нахожусь, в центре сказочного бала.

Бежала я, и краски цвета в высь поднимались,

Не испугалась, но, страшно мне просто стало,

И вверх вновь, необычайно, молнии иль стрелы,

И плохо мне уж совсем дышать, воздуха мало.

Сколько прошло минут в сюжете том, я не знаю,

Но в небе закружились и с тем шаром птицы,

Я умоляла, то кричала, что не играю,

Словно и не слышал меня этот шар – убийца.

Недолго искры – молнии сверкали блеском.

Но не ждала я, не жила уже в той картине,

В конце видения осталась шляпка на стене,

То царство бледно – синее, и скатерти в вине.

Шар улетел, и видение то сказочное,

Не рассталась с ним та, оставшаяся жизнь моя,

А месяц новый, ноябрьский пускай отпразднует,

Ту неба власть, и, дивное пение соловья!

ЧТО Я ЛЮБЛЮ

Мир детства манит воспоминаниями, но если он связан с поглощением всего мистического, какой же может быть выход из сложившегося? Есть ли ответ медицинской точки зрения или сточки зрения мистики?

Что я люблю В детстве я очень любила тайно рыться в чужих вещах, чужими вещами это могли быть и отцовские вещи, и мамины, и других детей, – к кому меня приглашали в гости. Меня очаровывал сам процесс тихо, чтобы не попасся на глаза обладателей вещей, которые я просматривала искать что – либо для себя новое. Но что удивительное во всем этом было, что я вещи никакие себе не забирала, а долго рассматривала, делая для себя выводы для чего та или иная вещица, если мне попадалась парфюмерия, я обязательно открывала флакон, душилась, пробовала запах. И если обладатель духов или одеколона оказывался близко, что я могла услышать по шуму шагов или прочим звуковым эффектам, мне хватало ловкости и скорости быстро уйти с места преступления. И каждый раз я находила что – то новое для себя, это интриговало с оглушительной силой, мне всегда удавалось незаметно скрыться. Но однажды случилось непредвиденное обстоятельство моих малых и больших приключений в поиске нового в различных предметах и вещах… Мой отец был красивым, обаятельным, но немного болтливым порой, как мне казалось, для мужчины, иногда это качество его портило, то есть мнение других людей о нем, но не так уж и сильно, так как он мог руками делать много интересных вещей, да и не умаляло это его достоинств. Маму он любил безумно. Меня тем более. Я росла в любви. И из за этой самой любви ко мне родители совершенно не замечали то, – что я так любила. И однажды, когда отец оставил нас с мамой отдыхать в санатории, я, пока мама ходила собирать траву зверобой, остановила свой взгляд на двери к соседям в нашем домике. Дом был рассчитан на две семьи отдыхающих. Меня понесло, как – будто вихрь прошелся над моей головой. Я словно в тумане быстро открыла скрипучую дверь к соседям, и нырнула внутрь комнаты. Моему обозрению представились вещи совершенно не похожие на наши с мамой, так это и ясно почему, – там ведь жили два парня. Я тонко почувствовала запахи, исходящие от вещей пацанов. Может, тогда уже я начала понимать то, что мы разные, мальчики и девочки, это как две планеты. На мгновение я задумалась над разящей разницей. По – взрослому задумалась. Я стала изучать названия и запахи мужских одеколонов, и вдруг в окошке мне померещилась ощетинившаяся волчья пасть. Она смотрела на меня с такой неистовой силой, словно пытаясь клыками наброситься на мое лицо, но мешало стекло. Это была какая – то сотая часть минуты. Но мне этого хватило, чтобы я бросила просмотр вещей ребят и кинулась обратно к двери. Подойдя к двери, я судорожно стала дергать ручку, но дверь не открывалась. Караул, – прокричала я сама себе. – Дернула ручку двери еще раз и провалилась в пустоту. – По крайней мере, мне так показалось. – Пустоты не было. Перед моим взором развернулась картина другой реальности. Я в ужасе поняла, что я попала в совершенно мне незнакомую действительность. И чем больше я ощущала себя в этой действительности, тем больше я стала понимать, какая пропасть теперь пролегла между мной и мамой. – Мне становилось страшно, я стала ощущать себя совершенно одинокой перед открытой мне новой реальностью. От этой реальности исходил, на мой взгляд, один только ужас. Какие – то рваные дороги, вдоль них проходили, как бы в моем сознании, как мне показалось, со скоростью света дикие кустарники без листьев. Сначала кругом не было ни души, потом резко началась неразбериха. – Автомобили не походили на те, что были в моем времени. Передо мной развернулась картина ужасающей сутолоки. Люди, или похожие на людей какие – то длинные существа сновали, рычали, гадили, бесились, выкрикивали бранные слова, будто бы наслаждаясь своей грязной низменностью. Разглядев их поближе, в своем сознании, я для себя отметила, что они вроде были то ли бесполыми, то ли одного пола только какого, – мне было непонятно. Я ежилась, будто на улице было холодно, те же существа сновали почти без верхней одежды, на них ее не было, или она была под цвет земной коры. В моем сознании крутилась одна мысль, что может это сон, я уснула под действием каких – то запахов в комнате наших соседей, там, как мне показалось уже давно, где мы отдыхали с мамой. Время поменяло свои границы. Возможно ли такое, и где я? Что будет со мной в дальнейшем, если я совершенно не знаю, где я нахожусь. Если я совершенно не понимаю, как я так могла переместиться во времени и неизвестно куда. – Мне стало тяжело дышать. Я не понимала что со мной. Это сон или реальность, мне вспомнилась волчья пасть. Она все ближе и ближе подходила ко мне в моем сознании, все сильнее щетинясь, и когда эта волчья пасть поравнялась с моим лицом, я вскрикнула и упала, уже не в пустоту, а во что – то твердое. – Я очутилась снова в домике, где мы отдыхали с мамой, возле дверей соседей. Надо мной склонил голову соседский парень и судорожно спрашивал, – Что я делала около дверей их комнаты, и почему у меня глаза полны ужаса, затем подбежала моя мама, и была очень удивлена происходящему. – Мне ничего не оставалось, как сослаться на сильнейшую головную боль, поэтому – то, я, мол, и упала здесь. – Все стали ухаживать за мной, мама строго сказала, чтобы я лежала весь день в кровати, а соседский парень сказал, что придет и покажет мне свое хобби. – Меня же мучила мысль, почему то, что произошло, при моем выходе из комнаты соседей было очень похоже на происходящую действительность, и почему это все привиделось мне, – на это я не могла найти ответа.

СОН В ЛЕТНЮЮ НОЧЬ

ГЛАВА 1

Меня зовут Агния. Это имя дало мне с детства возможность делать всё быстрее других. Я быстрее многих моих ровесниц научилась читать, шить, вязать, танцевать и прочее. Имя сравнивалось с огнем. – Не девчонка, а огонь! – говорили воспиталки в детском саду. Мне раньше других родители доверяли работу по дому. И так, разбираясь в вещах, я часто находила старые записи мамины по медицине. Мама моя работает психологом в одной из брачных фирм, а училась она на терапевта, или хирурга. Точно не знаю. Может это и не столь важно. Важно другое, мне стало нравится заглядывать в ее записи, и изучать человека, то есть его анатомию и физиологию. И по счастливой случайности или нет, но я как – то один из прекрасных летних вечеров очутилась совсем в неизвестной мне местности. Я брела долго по тайным тропам, совершенно мне незнакомым, пройдя даже небольшой перелесок, будто я красная шапочка, и иду к своей бабушке, прячась от волков. Шла я, наверное долго, потому что мне очень захотелось пить. Но идти обратно я не хотела, меня заинтриговал сам процесс исследования незнакомой мне местности. И уже когда я изрядно проголодалась, я неожиданно для себя, среди большой зеленой поляны увидела здание большого детского пансионата. Здание было стареньким, но довольно – таки милым. Меня очень удивило, что среди леса оно неожиданно возникло. Естественно, я захотела туда пройти. – Скажу, что ищу двоюродную сестру, и очень проголодалась, а вдруг мне посчастливится, здесь остановится ненадолго, – подумала я. И решилась позвонить в здание пансионата. Звонок был старинный, он зашумел, как будто война началась. Мне стало страшно. Наконец, послышались шаги с другой стороны, в двери загремел открывающийся навесной замок, и через некоторое время я увидела старушку. Она была довольно таки неприятной наружности, Нос ее вытянулся вперед, как крючок, губы повисли ниже подбородка, а лицо было сплошь в морщинах. – Что Вам надо девица? – спросила старуха. Я в свою очередь не растерялась и рассказала ей, что я ищу сестру, и очень хочу есть…

Старуха посмотрела на меня устрашающим колючим взглядом и ответила мне, что до главного врача она не может дать информацию по сестре. – Пройди. Завтра придет главный. Спросишь у него, а сегодня остановишься в комнате для гостей. Оттуда никуда не выходи, нам карантины не нужны, – После этого старуха пропустила меня в пансионат. Он, оказывается, был для детей с различными дефектами развития и психики. Мне становилось страшно, но обратно идти, пасовать, я не захотела. Старуха мне показала комнату, где туалет, принесла перекусить, и велела сидеть тихо до главного. Я стала осматриваться. Ничего особенного здесь я не находила. Обычная палата, как и в других больницах. Чистотой, правда, не отличалась, и уютом то же. кровать моя находилась сразу возле окна, и если что, то я могла свободно убежать через окно. так как этаж был первый. Мне предстояла возможность побыть одной целый вечер и ночь. И я решила провести его с пользой для себя. Я взяла книгу почитать и погрузилась в приключения вместе с героями. Так незаметно подошло время ужина. За всё это время ко мне никто не подходил. Только мне показалось, ветер завывал за окном, говоря мне, – Не упади, не упади, – так мне послышалось в завывании ветра. Я не верила в мистику и продолжала читать. Суровые эти люди, работающие с такими больными, они, я думала, сами тоже заболевали. Я читала про это у мамы в записях. Перед тем, как чуть было совсем не стемнело, старуха принесла мне ужин, сказав мне, чтобы я ни кому не мешала, а то здесь, если не станешь своей, могут случиться невероятные события. – Какие? – спросила я старуху. – Много будешь знать, скоро состаришься! – завопила старуха, и ушла с недовольной физиономией… Поужинав, я стала смелее смотреть вокруг. И неожиданно для себя я отметила, что если, это пансионат для детей, где же их шум, голоса и прочее. Здесь же парила невыразимая тишина вокруг, до устрашения было тихо. Мне стало казаться, что в пансионате находились только я и эта страшная старуха. Что же такое, – клиника для нарушений развития? Ведь должен же быть здесь доктор, медсестры и прочий персонал? А не только главврач и старуха – кастелянша:( или горничная, – кто она? Мне стало жутковато. Я вспомнила, она велела мне никуда не выходить. Странно всё это. Вдруг в промежутке входной двери я увидела шедшую старуху. Ее направление было ко мне, она шаркала своими ногами, при этом губа ее шевелилась в такт ее каждому движению, и если смотреть в отверстие двери долго на нее, то, казалось, старуха ехидно смеялась. Да! Ее лицо становилось похожим на смеющуюся маску. Я чуть не вскрикнула от догадки, что, может быть, я в обычной западне. И здесь занимаются опытами над людьми!? А старуха здесь для устрашения, и наведения порядка? У меня даже капельки пота выступили на лбу. Минута, и старуха всплыла перед моим взором. Она вошла ко мне в комнату. – Как тебя звать девица? – Я ей сказала своё имя. – Агния, а можно я выйду на улицу, мне стало душно? – Старуха скривила и без того кривое своё лицо, и сказала, что я могу, вообще, уйти, что, мол, это мне нужно найти сестру, а не ей. Я замолчала. Я подумала, что бесполезно спрашивать эту старуху. Одного я понять не могла, – почему нет криков детей!? С наступлением вечера краски стали сгущаться. Чтение не приносило результатов. Но я была девочка, – огонь, и бояться неожиданностей мне не пристало. Слава богу, через тишину, наконец, я услышала детские голоса. Значит, старуха не обманывала, и мне нечего боятся? Но почему же, мне не могла померещиться злорадная улыбка на её лице. Я решила насторожиться. Голоса за дверью усиливались. Мне захотелось посмотреть, что же там происходит. Я не выдержала, и открыла дверь. И в тот же миг около меня закружился вихрь. С этим вихрем летало всё, и ложки, и стаканы, всякая утварь, какая была в пансионате. А на лестничных площадках и в воздухе между этажами я увидела маленьких детей уродов, вернее карликов с физическими дефектами. У кого не было носа, у кого шесть пальцев, у одной девочки было лицо, напоминающее физиономию бегемота. Но самое страшное, что я заметила, то в центре вихревого потока была улыбка самой старухи. И неожиданно для меня она стала говорить, что я сейчас открыла дверь, и сама виновата, теперь дорога к главному. Карлики начали приближаться ко мне вкруговую, кольцом. И один из них, что был с огромным носом, схватил меня и понес по ветру, прямо к выходу. Старуха вслед закричала мне, – не упади по дороге! Карлик с носом, свисающим до подбородка нес меня через деревья, по облакам, и нес так быстро, что прямо над озером я чуть было не свалилась с его плеч, но успела удержатся, тут то я и поняла, что имела в виду старуха, сказав мне, – не упади. Даль, простилающаяся перед нами была безбрежной, уводящей в розовое или алое полотно в небе, там, за горизонтом я увидела большой, мне неведомый замок. Он напоминал чем – то здание Администрации своего городка. Где я прожила уже пятнадцать лет. Море было полно рыб, их движение виделось сверху. Нес карлик меня со всей силой. и я раза два могла бы упасть. через полчаса мы уже были внутри того белого здания. и там, меня ждал какой то мужчина в костюме и при галстуке, но на лице его отобразилась улыбка старухи. Я чуть было не упала в обморок. Мне показалось. Карлик на одном дыхании донес меня до ног к главному. Перед моим лицом возникала картина преображения, лицо старухи, появившееся на мгновение, вместо лица главного исчезло, и я увидела настоящее его лицо. Оно мило улыбалось, напоминая Оле – Лкойе из сказок великого сказочника. На голове появился колпак, вместо пиджака белый халат такой белизны, что даже первый снег по сравнению с белизной халата не показался бы таким уж чистым. Пара рядом стоящих карликов в разных одеждах, напоминающих поваров, представили мне его. – Главного зовут Хрусталев Гром Михайлович – Имя мне его показалось очень необычным. Но я старалась не открывать рта, я была так напугана происходящим, что мне ничего не оставалось, как молчать. – Милая леди, начал говорить Гром Михайлович, – вы, пожалуйста, ни чему не удивляйтесь. Ни Вас давно знаем, вы интересовались анатомией человек, бесспорно, это очень увлекательное занятие. Вас привело сюда само провидение. Мы вас выбрали в качестве ученицы. Я буду учить Вас всему, мы знали, что у вас нет сестры, и это всё придумано нами. Но, поверьте, придуманное нами, или сотворенное, – Вам не даст теперь покоя. Проходите в мои залы, и кабинеты. Они необычайно разнообразны, полны тайн, различий, и того, чему вы должны научиться у нас. Да здравствует, ваш приход на стезю врачевания!

Врачевания неординарного, это стоит изучить и принять. Мы, – команда практикующихся на изучении различных уродств и их лечение. Но мы, да, мы научились, и перевоплощаться в другой образ, какой захотим. Да, это может быть уже и волшебство. Одним словом, приветствуем Вас в институте познания красоты духа и силы разумного и неразумного. Пойдемте! – с этими словами Гром Михайлович повел меня в один из своих кабинетов, напоминающих небольшой выставочный зал. Чего там только я не увидела. Это было путешествие в мир познаний карликовых тел. Я видела отдельно пальцы карликов, их руки, ноги, головы разных размеров, они плавали в жидкости, не имеющей запаха. Они словно летали по воздуху, полки были невидимыми. Ходили мы так по залу, где по воздуху летали части карликовых тел с главным почти, как мне показалось, пол дня. Всё бы ничего, но эти части тел висели над головой, или они словно оживали. Лица карликов превращались в самые незамысловатые формы чего либо. То это были куклы, то животные. То сами выражали гнев, либо ужас, гримасы были настолько ужасными по сути, что мне стало не по себе. Гром же Михайлович мне объяснял, что это их программы. Мы учимся преобразовывать их структуры тел во что угодно. Космос, изучен, а вариации преобразований, нет, – почти крикнул он мне в лицо, и в то же мгновение оно превратилось снова в лицо старухи. Я испугалась настолько, что не могла открыть рта. А я хотела поспорить с ним, что космос не изучен. Он или вернее она подошла ко мне совсем близко к лицу. И снова этот шлепающий рот старухи раскрылся в грубой насмешке. Я хотела вскрикнуть, но в тот же самый момент части карликовых тел закружились по залу, подняли меня, и понесли в другой зал. Я плавно опустилась в зал, где в стенах были аквариумы, но они были наполнены не рыбами, а снова плавающими карликами, они были живыми, подмигивали, улыбались, или дразнились. Лицо Грома Михайловича стало своим, старухино исчезло.

Глава 2

Он мило улыбался. – Не нужно, дорогая, переживать. Я не хотел пугать. Она, – это я. Просто мой второй образ для новичков, мне нужно самому всем управлять. Иначе, нас не будет. Перед тобой карлики – рыбы, у них жабры вместо легких. Сейчас у них уроки плавания. Они нужны для того, чтобы показать всем, что может мир быть разнообразным, – Повернув голову в другую сторону, я увидела собственное отражение в зеркальной стене и рядом танцующих карликов с музыкальными инструментами. Я вскрикнула, а отражение засмеялось. От увиденного у меня закружилась голова. Я шла, как будто по велению неизвестной мне силы за главным или старухой, мне уже было все равно. Меня окутывал страх и интерес одновременно. Меня очаровала атмосфера красочности и необычности происходящего, но меня отпугивало то, что старуха и главный оказались одним лицом, то есть это превращение их друг в друга в самый неподходящий момент очень пугало. Я словно ждала чего – то более ужасного, более страшного. Но когда это наступит, этого я не могла даже предположить, я была во власти всего происходящего. Я хотела увидеть всё, и понять это, но подсознательно я понимала, что это нереально. Я, находясь в чуде, пусть и устрашающем, как ни странно, ждала нового чуда. Чудо есть! Оно в нас самих! Оно заложено природой. На мгновение мне показалось, что я сама часть происходящего. Лица и движения карликов не пугали, а, наоборот, притягивали своей непосредственностью и необычностью. – Стоп! – скомандовал Гром Михайлович, и карлики прекратили движение. Он скомандовал мне идти за ним. Это было столь увлекательно плавать в бездне собственной фантазии, я пыталась догадываться, что же меня ожидает в других залах необычного здания главного по карликам, – так я про себя охарактеризовала Грома Михайловича. В следующем зале громко играла музыка, но музыка необычная. Это было, какое – то буйство стихий. Слышался вой ветра, переходящий в голоса различных животных, шум плескания волн, шум водопада. И сквозь эти звуки природы Гром Михайлович прокричал мне, – А сейчас, дорогая, ты должна отключить свое зрительное восприятие действительности, и должна настроиться на слух, сейчас, среди различных звуков природы, ты должна услышать самый главный звук в мире, – звук зарождения жизни вообще.

Если ты его услышишь, ты пройдешь успешнопервый экзамен, он состоит в сущности восприятия жизненного начала, если ты поймешь это, дальше свершиться чудо, ты сможешь понять и анатомию с физиологией наших карликов, и сможешь участвовать в лечении. Слушай и говори о своих впечатлениях, – буквально закричал мне в уши Гром Михайлович. Дальше я начала прослушивать все. Почти все явления природы, существующие в жизни, и те мелодии, которые походили на зарождение жизни. Я должна давать была знак Грому Михайловичу, глаза мои были закрыты. На мой взгляд, звук похожий на зарождение жизни напоминал мелкое шлепанье или бульканье какой – то невидимой массы. И когда были звуки, походившие на это, я вскидывала свою руку вверх. Мне это удалось сделать. Я достойно прошла этот экзамен, и карлики меня понесли в следующий зал. В следующем зале началась моя карьера пловчихи. Но пловчихи необычной, – я плыла не сама, меня словно водили карлики по бассейну. Летающие карлики в разноцветных, обтягивающих нарядах подхватили меня и подкатили по воздуху к огромному бассейну. Вода в бассейне была нежной, как парное молоко. Я не умела плавать, и думала, что утону. Мне поднесли на прутьях – ручках купальник, сотканный из водорослей. Я стала походить на русалку, только без хвоста. Я кричала, что я не умею плавать, но меня никто не слышал. Неожиданно закружил ветер, волна. ветра понесла. меня по бассейну, временами, вынося мое неслушавшееся тело над бассейном с брызгами. Тело мое в точности повторяло движения карликов, уже плавающих. И во время нашего синхронного движения возникало свечение.

Свечение сначала походило на цветение в море, затем зеленый цвет сменился на розовый, переходящий в бирюзовый. Свечение приобретало вид ливневого яркого потока лучей сверху вниз и обратно. Это настолько было завораживающим, что я стала забывать, что я не умела плавать, а неведомые силы меня заставляли. двигаться. Временами у меня замирало. дыхание, я летала и плыла между цветными лучами почти бездыханно. Я плыла за карликами, я летела с ними над бассейном, я мчалась во временное пространство, я уже не ощущала ничего, кроме охватившего меня ужаса, скрепленного восторгом, я не чувствовала свое тело. Неожиданно, яркие краски с бассейном сменилась на мрак. Я будто бы провалилась в какие – то глубины, меня несло в тьму, и это совершенно не походило на увиденное мной раньше. По – видимому, это был другой зал. Здесь я, наоборот, вся напряглась. Я, как мне показалось, находилась в какой – то сфере, напоминающей капсулу. Я стала различать в этой капсуле лестничные клетки, на них я сумела различить под тусклым свечением анатомические части карликовых тел. Рядом с ними в беспорядке лежали колбы, пробирки, различные инструменты, по ходящие и на хирургические, и на слесарные.

А на следующей площадке находились части уже вращающиеся, и превращающиеся друг в друга. Гром Михайлович появился на самой последней лестничной клетке, снова в халате. И пафосно объяснил: – Если, Вы, Агния, сможете уловить сущность превращений частей тел карликов, их названия, а я, со своей стороны, покажу и расскажу о них. Вы будете мастером – волшебником, преобразователем карликовых конструкций тел, и всех мини – организмов.. Но если это Вам не понравится, либо вы устаете, то тогда будет всем нам несдобровать. Виват! К новым свершениям! – При этих словах Гром Михайлович взмахнул своей иллюзорной указкой, и части карликовых тел исчезли.

– Уфф, – вырвалось у меня после выхода моего из зала – лестничной клетки, находящейся в колбе. Мне представлялись части тел карликов, их превращения друг в друга, и чередования различных модуляций превращений. У меня в глазах мелькал сам Гром Михайлович с указкой у руке, то уменьшаясь, то увеличиваясь в размере. – Легендарно. Посмотри, Агния, сюда, – скомандовал Гром Михайлович, – Видишь, если я, помахав указкой, верну прежнее местонахождение части тела карлика, потом взмахну указкой вращательно, то появиться другая часть тела, и так я могу превращать предметы и части существ живых, и неживых одно в другое, – до бесконечности! Берегись, Агния, если ты откроешь для себя чудо превращений одного в другое, то тебе наскучит это быстро, и ты не сможешь увлечься чем – либо по – настоящему. Процесс выращивания тел карликов, их превращения, – это довольно – таки интересное дело. Но владею им только я! Знакомьтесь, Агния, еще раз со мной. Перед Вами достопочтенный Маг – Преобразователь карликовых тел, дорогая. Я сумел воплотить мечту жизни, я добился того, что карлики у меня могут все. А именно, ты уже смела наблюдать, что они летают, и хорошо плавают, и… А об этом после. Сейчас ты должна увидеть, как зародилась моя идея работать с карликами. С этими словами Гром Михайлович исчез. Меня вихрем унесло в другое место. Передо мной возникла следующая картина. Поле яркое, над ним возвышался, прямо по направлению к горизонту пласт из цветов радужных оттенков, цвет же видимого поля был серебристым.

Спускавшиеся от него горизонтальные лучи – блики, как солнце. Все переливалось. Зрелище было настолько сказочно – непредсказуемым, то есть переливы цветов различных оттенков, у меня дух перехватило. Грома Михайловича рядом не было. Неожиданно меня понесло в один из цветных проемов, он мне показался привлекательнее. В этом проеме, лазурно – васильковом, я понеслась быстрее ветра. Меня вынесло к белой скатерти, висящей в воздухе. А на ней я заметила ребенка карлика. Он был несмышленый, и необычайно красивый. Я даже испугалась его необыкновенности, словно передо мной была кукла, а не живой ребенок. Напротив возник Гром Михайлович, вернее его голова. Он заговорил: – Не бойся, ты вошла в мое прошлое. Это собственно, я сам.…Только очень мал. Видишь, сейчас меня мать подойдет кормить. Ты, Агния, не бойся. Нас не увидит она. Это наш приход в прошлое. Вот почему я решил заняться превращениями. Врачеванием. Видишь мою маму, она – карлик. Она мне дала все. И искусство быть волшебником сама же была обычным карликом. Когда ее не стало, я создал свой пансионат и все прочее, что ты сумела увидеть в нашем волшебном мире. Да. Он иллюзорный, – этот мир. – Так почему я могу перемещаться вместе с Вами? Я же не волшебница? – спросила я. Гром Михайлович мне ничего не ответил. Он взмахнул указкой, и мы снова очутились у него, то есть в здании, где он меня встретил, когда я прилетела на карлике. Мне уже казалось, что различные перемещения и превращения будут всегда. Может чудо или волшебство, – это сама необычность положения именно здесь, у Грома. Сейчас я находилась в чуде из чудес, подумалось мне. Ощущение не прекращающейся сказочности с сопереживаниями карликам. Почему Гром Михайлович меня решил учить лечить их? От чего? От их же волшебных и необычных состояний? Странно все это. Или лечить саму сущность поведения человека в карликовом теле? О, Боже, подумала я. – Может слово лечить синоним выражению психологически принимать и понимать? Может это имел в виду Гром Михайлович? Да, ситуация неординарная. И как же выбраться из всего этого? На это у меня не было ответа. Я решила, что только можно было соучаствовать во всем происходящем и сопереживать. Я не находила определение всему этому волшебству, но если я уже и прошлое могла увидеть главного, то кто, вообще – я? Может это мне все только чудится? Я являлась частью моего иллюзорного мира?

Так жива ли я? Ход моих мыслей прервал сам Гром Михайлович; – Милая, не пытайтесь вникать в сущность происходящего. Тебе это вряд ли удастся – И с этими словами закружился вихрь ослепительной силы. Сначала он кружил вокруг оси самого Грома Михайловича вместе с указкой, потом пронесся по всему залу, где находились я и Гром. Потом вихрем закружилась я сама, тело меня совершенно не слушалось. Подсознательно я понимала, что это неизвестные мне силы кружили меня. Мгновенье, и мы с Громом упали или провалились в глубинное пространство, где слышались чудовищные крики и вопли. Они раздавались с разной силой. Прямо в воздухе передо мной Возник фейерверк. Он состоял из частей различных величин и окраски. Размеры были от кувалды до сверкания золотого зуба. Мелькали морды вурдалаков, бабы – яги, лешего, и других отрицательных сказочных героев. И, без сомнения, – карликов. Вихрь этот кружился под музыку грубых звуков, слышалась даже и барабанная дробь. И снова, в середине кружащихся гримас появляется центральная гримаса лица старухи. Она мигает мне, хохочет. Пролетев над моим лицом, и увеличившись в размере, гримаса старухи настолько стала страшной, что я подумала, сердце мое должно было остановиться. Лицо старухи в грубой усмешке прокричало мне: – За мной, милая, в остров чудес! Там ты увидишь, что может волшебник! – С этим криком старухи вихрь утих, я же медленно спустилась ногами на зеленую поляну. А на ней уже, с указкой в руке стоял и мило улыбался сам Гром Михайлович. Блаженство. Теперь я испытывала блаженство. Пение птиц. Голубое небо без облаков, вдаль простилающаяся зеленая поляна. Что это? Где я? Гром Михайлович тронул меня за плечо и сказал: – Это твой переворот в жизни. Ты получишь ощущение покоя и блаженства, если поймешь, что ты являешься частью природы. Ты должна стремиться к ясной цели, к цели благородной, – целительство. Ты должна постигать, что не постигнуто другими. А именно, – Почему нужны карлики. Их особенный мир. Этот мир настолько совершенен по сути, что ты сама поймешь, что я был прав. Карлик, это не уродство. Это часть Вселенной. Вперед! Ты увидишь, что они могут и любить. Но любовь их, это такой же, выдуманный мир для них самих. Они купаются в своих грезах, поглощая нити прекрасного на пути. Любовь их так же рушится о скалы непонимания. Но душа карлика настолько широка, они готовы отдать свою жизнь ради любви. Мы с Громом Михайловичем медленно передвигались по зеленой поляне, шаг наш казался, был настолько воздушным, что я не ощущала своих ног. Неожиданно перед моим взором возник небольшой, уютный замок. Вкруг его, пышным кольцом росли экзотические цветы. Между цветными насаждениями я заметила маленьких детей карликов. Они мило играли и веселились, издалека их наряды походили на кукольные. Они были яркими и разноцветными. Гром Михайлович мне дал знак, чтобы я не боялась, что нас они не могут увидеть. Мы словно шли параллельно карликам, наблюдая за происходящим. Откуда – то сверху послышалась мелодичная песенка со следующими словами:

– Простор зеленый, дай мне веру, Жить в острове любви, Лучом прекрасным коснись неба, От сердца, что стучит в груди! Простор зеленый и блаженство, Мы вместе всей семьей, У карликов светлей дорога, Но, а душа к добру сильней!

Простор зеленый – дар от Бога, В семье счастливой мы живем, Поем про славу, ждем погоды, Что познакомит вновь с весной! – Какая восхитительная песенка, – сказала я. Гром Михайлович улыбнулся, взял меня за руку, и мы полетели в другое пространство. Нас унесло, по всей вероятности, к речке. Напротив, виднелись зеленые насаждения. Гром Михайлович приставил указательный палец к губам и произнес: – Смотри, там дальше парочка влюбленных карликов. Детей мы их видели. Нам надо перебраться к ним на плоту, и ты сможешь наблюдать настоящую любовь – Так она разве может отличаться чем – то от нашей любви, обычного роста людей? – заволновалась я. – Нет, – это почти та же любовь, – ответил Гром, – но она разве что более чувственна, более романтична, словом, мне не описать. С этими словами он указкой подогнал плот. Мы тихо поплыли к лодке с влюбленными карликами. Волн почти не было. Речка отличалась, мне показалось, более тихим течением. Состояние полного блаженства не покидало меня. Но внутри меня бушевали страсти. Мне немного было обидно за людей обычного роста, почему же мы не можем долго и трепетно любить друг друга, как карлики? Наконец, плот приплыл совсем близко к лодке с карликами. Карлик – мужчина был отлично сложен, только голова его была большой по сравнению с туловищем. Карлик – женщина была милой принцессой из сказки с белокурыми, вьющимися слегка волосами. Я расслышала, что мужчина – карлик пел ей сонет. Наверное, он был о любви. Она ему улыбалась нежно и кокетливо. Мелодия голоса мужчины – карлика очаровывала слух настолько, что я погрузилась в негу сладострастия. Мне захотелось, чтобы мелодия длилась долго – долго. Мужчина – карлик, пропев сонет, потянул руки к лилиям, что были напротив лодки, сорвал их и нежно преподнес их своей принцессе. Затем он поцеловал ее. Я не могла смотреть на их поцелуй. Сердце мое останавливалось, временами выпрыгивало изнутри. Картина поцелуя влюбленных карликов притягивала своим магнетизмом. А магнетизм этот состоял из шлейфа ощущения их полной влюбленности друг в друга. То есть растворения друг в друге. Гром Михайлович разбудил меня». Он велел уплывать, дальше смотреть было необязательно. Это была история их личных отношений, что являлось тайной для других. Я послушалась. Мы в мгновенье ока очутились снова на зеленой поляне. Стало темнеть небо, оно спускалось над головами. Я испугалась. А вдруг небо соединиться с землей, и нам с Громом будет не пройти? Затем дождь, полил дождь мелкими каплями, потом стал более сильным. И Гром Михайлович взял меня на руки и унес к замку карликов. Мы остановились в саду, в беседке. Гром Михайлович молчал. Мне тоже не хотелось говорить. Я была в состоянии, какого – то экстаза, в сочетании с ощущением безмятежности. Понаблюдав за любовью карликов, появилось чувство очарования происходящего здесь волшебства. Но среди этого очарования, повернув голову к Грому Михайловичу, я увидела не его лицо, а лицо старухи в грубой усмешке. – Пойдем, здесь тебе уже нечего делать! Размечталась. Я покажу тебе, где раки зимуют… – С этими словами меня понесло в пространство между темнотой спускающегося неба и землей, По моему лицу хлестал сильный дождь, я несколько раз ударялась о что – то твердое в воздухе. Затем бросок вверх всего моего тела, и я с криком падаю вниз, а, там, в глубине я ничего не вижу…

Конец…

НА ПЛАНЕТЕ ГРЕЗ

Жизнь усложнилась, – то, что подходило вчера, уже, увы, – не играет никакой роли сегодня. Немолодая женщина, часто забывающая даже, что было вчера, она всё же с невероятной пронырливостью хотела, во что бы то ни стало выйти замуж. Что она только для этого не делала, – ходила на танцы раз в неделю, – «для тех, кому за «… Давала различного содержания объявления в газету в рубрике знакомств, обобщим, где только она не была, – с одой целью: выйти замуж. Но неожиданным образом ее жизнь изменилась, – она стала заниматься собой, – откладывала деньги на поездки, путешествия и на свое лечение. Почему, – вы можете спросить произошли в ней такие крутые перемены? А ответ очень банальный, – она в корне разочаровалась в мужчинах. И в какой то из июльских жарких дней она в очередной раз отправилась на рынок, чтобы прикупить еды. Героиня, которая очень хотела замуж любила скрывать своё настоящее имя, поэтому назовем её Аннет. Просто красиво и всё. Наша дорогая Аннет пошла в магазин за продуктами. Она всегда имела привычку писать сначала на бумаге, что ей нужно прикупить, так было проще потом, чтобы ничего не забыть. День удался на славу очень теплым и солнечным, не смотря на осень на дворе. Люди сновали шустро каждый по своим делам, не замечая вокруг себя ближнего. Аннет знала, что она одинока в этом бесконечно льющемся потоке людей, что ни кому до её одиночества и дела нет. Но настроение было отличное, она решила чаще улыбаться, чтобы нравиться мужчинам. Магазин располагался недалеко от ее дома, но носил довольно – таки банальное название, – «Солнышко». Аннет быстро зашла в него, выбрала продукты по списку, и уже было собиралась идти домой, как на витрине с газетами и журналами она увидела красивую картинку, на синем фоне возвышался пурпурный замок, – а неподалеку от него, – был изображен бескрайний простор с зелеными насаждениями и белыми цветами. У самого замка расположилось фото красивого мужчины с милой улыбкой на лице: " Возьму журнал!», – подумала Аннет, и побежала к дому. Дома ее ждал мило кот Мурлыка, и молчаливая комната. Убранство комнаты Аннет было недорогим, но каждой вещи водилось отнесено своё место, Аннет дорожила очень своими вещами, принадлежавшими ей с детства, это небольшой статуэткой, альбомом с фотографиями с детского сада, музыкальной шкатулкой и браслетом, который ей подарила бабушка на 18 – летие. Мебель не была современной, но добротной и милой. Особенно Аннет любила свой диванчик и старинный клетчатый плед. На нем она хорошо засыпала, и погружалась в мечтания. Сделав все свои дела по хозяйству, Аннет вспомнила про журнал, и решила его почитать. Открыв страницу, где было изображение замка Аннет умиротворенно, залпом прочитала рассказ про незнакомца. Рассказ потряс её красочностью описания сексуальных моментов жизни героев. Она провела в волнении оставшуюся часть вечера. Ей беспрестанно всё, что напоминало о рассказе, казалось проникновением какой – то божественной силы в происходящее. Она, выпив чашку чая с мелиссой, и уютно расположившись на своем любимом диванчике, – погрузилась в сон… Сон Аннет был настолько красочным, что она погрузилась в него, как в явь. Одна картина сменяла другую, как на какой – то живой кинопленке. Образы были очень красочны, – сначала она побывала в старинном замке, как бы была участницей бала, где дамы и кавалеры кружились в танце в одежде конце 19 века. Потом картина сна быстро унесла Аннет в летний экзотический сад, где деревья были настолько пышными и зелеными, что пугали своей таинственностью, наконец, она становится наблюдателем картины любовных приключений девушки и юноши. Они находились в почти развалившейся убогой избушке посреди леса, но именно, где располагались они, было столько света, как будто горела тысяча огней. Девушка была безумно красива, идеальное тело, белокурые, слегка вьющиеся волосы спускались до плеч, она была очень завораживающе притягательна и сексуальна, Юноша было под стать ей, хорошо сложен, тело его под светом огней сверкало, оно звало, – любить. Аннет долго и с упоением наблюдала за их любовным наслаждением друг другом. Торс юноши был полон эротической энергии, он излучал движение жизни, орган его был совершенен до исключительной изысканной красоты, девушка была просто очаровательна, она воплощала в себе необузданную энергию жизни, – красотой этой картины Аннет не могла насытиться, она хотела быть в этом вечно… Но вечного, как вы понимаете, ничего нет, – и Аннет пришлось после сна вернуться в реальность. Проснувшись, она ощутила прилив энергии, жизнь ей казалась невыразимо сказочной, кот нежно перебирал лапками в такт убаюкивающего тиканья часов. Время пролетело незаметно, нужно было что – то делать, чтобы не напрягало ощущение своего одиночества. И Аннет решилась, – она захотела пойти в ночной клуб, где проводили тусовки молодые люди. Вечер благоухал жизненной силой, воздух был теплым и нежным, как свой, оставшийся дома кот. Аннет ещё хорошо выглядела для своих лет, и решила притворяться моложе. Клуб находился недалеко от дома. Всматриваясь в тротуары, Аннет решила, что если ей не понравиться там, то можно быстро пробежать светлой дорогой, благодаря уличному освещению идти будет не страшно. Клуб можно было отличить от других заведений по количеству машин, стоявших около, и по освещению, которое играло огнями, словно праздник Деда Мороза продолжался вечно. У клуба, Аннет встает в очередь, в кассу за двумя, модно одетыми девицами. Музыка грохотала. Лавина безумного веселья, казалось, выбиралась наружу. Аннет стало немного не по себе. «Ладно», – подумала она, – " Если не понравиться сразу обратно домой, к коту. «И вот он, долгожданный час, – Аннет уже на танцхолле. Музыка призывала своим звучанием к танцу, Аннет решила потанцевать. Грохот музыки приглушал ее ритм, он у Аннет неплохо получалось, она фантастически владела своим телом, музыка несла куда – то вдаль, туда, где нет одиночества, где есть она, – любовь! Наконец, звуки прекратились, и Аннет пришлось временно уйти с танцхолла. «Как же я всё – таки ещё хороша», – подумала Аннет, – и пошла купить себе что – ни будь выпить. Аннет знала, что в незнакомом обществе одной пить возбуждающие напитки нельзя. И она заказала себе легкий джин, чтобы не так печально смотреть на мир. Молодежь ликовала, ей вдруг на миг показалось, что от необрезанного веселья у них снесло крыши. Но ей это было не самое главное наблюдать, главное просто убить время, чтобы не напоминать о том себе, что есть оно, – это стойкое одиночество. С напитка у Аннет закружилась голова, и она поняла, что, наверное, перепутала градусы. Зайдя, чуть позднее в уборную она заметила, что каким – то необъяснимым образом у нее изменилась верхняя часть одежды, она была одного цвета, а сейчас, стоя перед зеркалом, она заметила, что цвет верхней части костюма совершенно другой. Ей стало жутковато, как так, она же не может забыть, во что была одета!? Аннет долго не могла прийти в себя, пронеслись даже мысли, что может ей, что подсыпали в джин, или она потеряла власть над происходящим, – время несло ей иллюзию неожиданности. Но, когда Аннет подняла снова голову к зеркалу, – она увидела тень ускользающего облика незнакомого мужчины… Что это? Неужели я так пьяна, что мне мерещиться черт знает что! «Надо уходить отсюда прочь», – подумала Аннет, и быстрым шагом помчалась из уборной. Она летела, что есть силы мимо подвыпивших лиц молодых людей, мимо стойки с барменом, ее нес на крыльях охвативший ужас происходящего, она не понимала, что ей ещё ждать от этого вечера в клубе, – “ Домой!», – кричал внутренний ее голос. Неожиданно произошла осечка, ей пришлось остановить свой бег, так как музыка прекратилась, и на мини – сцену вышел мужчина, и объявил, что сейчас будет звучать музыка для.… Для кого бы, Вы, подумали, – для нее, Аннет! Ей стало страшно, она подошла поближе к сцене, и её охватил неимоверный ужас, этот мужчина был точной копией того, – кто ей померещился в уборной. А дальше началось невероятное, зал ликовал, все кричали, что будут её поздравлять с тем, что она есть! Потом неизвестная сила понесла Аннет по залу выше всей публики, несколько вихревых потоков её прямо водили в крыше здания, – и затем плавно отпустили в руки незнакомца! Аннет от испуга чуть не потеряла дар речи, но вобрала в себя силы, и ударила со всего размаху мужчину по лицу, ей хотелось понять наяву ли это, или это сон!? И правильно сделала, – удар по лицу незнакомому мужчине не получился, – это был всего на всего сон, – Аннет, оказывается, просто уснула, неожиданно для себя второй раз на своем любимом диванчике, – но почему сон получился таким натуральным!? На это у бедняжки Аннет не было ответа. И, слава богу, – жизнь продолжается своим чередом, рядом любимый кот, и ни какого клуба и незнакомца нет и в помине…

конец…

МЕНЯЮ ЧУВСТВО ЮМОРА НА…

Весна несет с собой кучу впечатлений, а порой, и разочарований, но это не про наших героинь. Их было трое, обычных девчонок сокурсниц, они учились на врачей общей практики. Одну звали Олесей, она выбрала хобби учиться на курсах по психологии, вторую звали Жанной. Жанна хорошо танцевала, и нередко побеждала в конкурсах по умению владеть своим телом. Третью звали Валентиной, она была девушкой домашней, и просто любила вышивать крючком в свободное время от лекций и практики. И в один из весенних деньков, когда учеба в очередном учебном году подходила уже к закату, Олеся пришла в общежитие к девочкам восторженная и заявила; «Я хочу воплотить в жизни свои навыки по психологии, а именно, по теме, как уметь влиять на людей. вам ничего сложного не предстоит делать, просто нужно будет бывать в течении месяца в разных людных местах, кафе и прочее, выглядеть по разному, но привлекательно. Может для этого нужно будет и менять чувство юмора на…» – " На что? " – выпалили одновременно обе подруги. – " Это я к слову, я бы чувство юмора ни на что не поменяла, но к примеру хотя бы на секс у моря с приятным молодым человеком…» – » Ладно, мы согласны, только особо не заигрывайся…» – в большом замешательстве ответили подруги. На следующий вечер, после практики, они уже ехали в машине на первое исполнение фантазий Олеси… Машина с троицей подруг припарковала у кафе под названием» Cтарый город.» Подруги вышли, лениво заплатив таксисту за проезд, – они стали входить в роль обеспеченных дам, а не студенток 3 курса, проживающих в общежитии. Кафе славилось по городу тем, что там приглашали к столику на усмотрение работников кафе, то есть по фэйс контролю. Олеся первой пошла к гардеробу, и стала снимать верхнюю одежду, и под светом электрических лампочек служащие кафе увидели восхитительную фигурку Олеси в превосходном вечернем платье черного цвета, сверху был накручен платок из нежного, белого цвета шифона. Девочки открыли рты, они никогда еще не видели Олесю такой привлекательной. Жанна нарисовала на своем лице выражение восхищения внешним видом подруги. Она в след за ней то же показала свою непревзойденность, на Жанне был брючный костюм из нежно – синей ткани, переливающийся под светом ламп. Валентина выглядела скромнее, но то же не уступала подругам в привлекательности. – " И так, начали», – тихо сказала Олеся подругам, чтобы они приготовились ко всему, что могло их ожидать в этом задуманном, – ее плане. В кафе их встретила девушка – официантка, и с кем то перемигнувшись, отвела их в интимный уголок, где струился свет от «дискотечного» шара на столик, и от тускло горевших ламп. Посидев немного в уютной обстановке, глядя друг на дружку, и делая вид, что они обсуждают что – то, девушки стали постепенно разглядывать окружающих их людей за соседними столиками. Каково же было изумление Олеси, когда она приметила за соседним столом своего куратора группы Сергея Павловича в уединении с таинственной незнакомкой, потрясающе выглядевшей девушке лет тридцати… Она тут же сказала подругам, – " Это очень меняет дело, я проведу совершенно другой эксперимент, на своем кураторе. Я спровоцирую его согласиться отдать свое чувство юмора на неделю за то, что мы не скажем его жене и студентам на курсе, о его милых похождениях. И мы будем наблюдать, что из этого получится,» – " Но это же жестоко, дорогая, – ответила ей Жанна. «Ничего! А не жестоко изменять своей жене?» – ответила с сарказмом в голосе Олеся. И пошла медленно к столику, где сидели куратор и его дама, при этом показывая походкой, как она гордиться своим телом. Куратор не сразу заметил, кто движется по направлению к нему, а, случайно повернув голову, и увидев свою подопечную, он, было, чуть не открыл рот от удивления, но сдержался, и стал ждать, что несет с собой эта встреча в кафе. Олеся, собрав весь свой шарм, подойдя к столику, выпалила нежно и многообещающе: – » Здравствуйте, Сергей Павлович! Не ожидала Вас здесь увидеть, мне нравиться, что вы такой современный, и умеете хорошо проводить время " – Сергей Павлович, с некоторым замешательством ответил Олесе, что он то – же рад, и желает им хорошо провести вечер. Потом Олеся неожиданно пожала руку его спутнице, и сказала ей, что она неотразима. Та засмущалась, и ничего не ответила, а только мило улыбнулась. Потом Олеся сказала, что не будет им мешать и побежала обратно за свой столик. Подруги смотрели, не отрываясь на все происходящее, и когда Олеся вернулась к ним, то сказали ей, что это надо было видеть, что она потрясающая актриса, он, мол, ничего не заподозрит. Вскоре к кафе стало подходить больше людей, молодые парни, лет двадцати, подсели к нашим героиням. И зазвучала современная музыка, а девушки на время забыли о плане Олеси. Они поравнялись с весельем, парящим в воздухе, и не стали думать и о кураторе. Между тем, Олеся же в свою очередь не забыла об этом, и она дождалась, когда дама куратора уйдет в уборную, – она решила подойти к Сергею Павловичу, и начать разговор издалека. Сергей Павлович не испугался, и решительно спросил Олесю, – что он должен сделать за их молчание. Олеся в ответ предложила ему необычное задание, а именно, он будто бы должен на неделю – другую побыть не самим собой, то есть потерять чувство юмора, коим он обладал с лихвой. Она, мол, хочет защитить диссертацию по какой – то навороченной теме. Сергей Павлович был очень удивлен происходящему, и сказал, что он не променял бы чувство юмора ни на какие награды в жизни, но ради любви, он вынужден, – согласится на это. – «Ладно, неделю побуду мрачным Пьеро из сказки Буратино», – сказал он. Олеся захлопала в ладоши, и побежала к девчонкам, так как уже стала виднеться фигура дамы куратора. Девушек за столиком она не обнаружила… А дело было так…. Когда Олеся подошла в тот вечер к куратору, и долго с ним договаривалась о чем, Вам, должно быть известно, девочки начали скучать. Вдруг неожиданно к ним за столик подсаживаются те парни, что пришли в кафе позднее всех. Одного звали Димой, он был одет во все кожаное, чем – то напоминая музыканта, увлекающегося рок музыкой, другой представился девушкам Славой, а третьего звали по кличке Скрипичным ключом. И тут ясно стало девушкам, что к ним подсели музыканты, либо любители, либо уже профессионалы. Жанне очень понравился Слава, она засмотрелась на него во время знакомства, совсем не отрывала глаз, забыв о предосторожности. Скрипичный ключ был как – то сам по себе, он, казалось, был постоянно на своей волне, и чего – то напевал про себя. Когда их разговор дошел до самого острого момента, то есть ребята начали представляться, кем они являются на самом деле, то Слава с Димой вместе чуть не крикнули девушкам в уши, что они сидят с настоящим композитором, сочиняющим произведения в стиле тяжелого рока. Жанна завизжала, она сказала, что очень любит это направление музыки. Ребята предложили потанцевать с ними, и когда объявили медленный танец, то Жанна ушла в паре со Славой, а Дима пригласил на танец Валю. Скрипичный ключ согласился посидеть за столиком, и когда они ушли на танце – холл, то он посидел немного, а потом решил взять всем шампанского. Когда музыка начала подходить к завершающему моменту, Скрипичный ключ вдруг увидел другую рок – группу, с которой они враждовали, так как они всячески препятствовали их выступлению на заключительном этапе отбора в конкурсе рок групп со всех городов. Он быстро оценил ситуацию, что лучше не портить всем настроение, и быстро подошел к парам и сказал; – " Девушки, вы очень милые создания, и нам очень хотелось бы с вами продолжить встречу, но нам надо срочно удаляться отсюда!» – «А что случилось? " – в свою очередь обеспокоились происходящим Жанна и Валентина. – " Объяснять некогда, парни оставьте им номера своих телефонов, и сматываемся!» – уже занервничал Скрипичный ключ. Ребята посмотрели с виноватыми лицами на девушек, но тут —то, неожиданно для всех Жанна как закричит, что она не хочет, чтобы все так быстро закончилось, и требует объяснения, или пусть они их забирают с собой. Слава перемигнулись с Димой, а Скрипичный ключ покрутил им у виска, мол, – «совсем таво!?» Но, прошла минута, другая замешательства, и вот уже девушки вихрем побежали вслед за новыми знакомыми, в их автомобиль…. А о дальнейшем, что стало с Олесей, когда она подошла за столик, и не увидела подруг, нам уже известно. Машина с подругами и тремя музыкантами ехала на полной скорости. На спидометре показывало 200 км в час… Что же происходило в те дни, когда декан решил искать пропавших студенток. Олеся пришла домой в тот день, и долго за столом вспоминала разговор с деканом, затем с куратором, и стала про себя соображать, есть ли какая то связь между этими двумя событиями, – пропажей подруг, и тем, что куратора выгоняет его пассия. Странно, почему все тогда произошло так быстро, и она не успела ни куратора застать, ни подруг остановить!? Потом она долго копалась в самой себе, вспоминала их разговор по поводу ее эксперимента, и поняла, что события в тот день и в последующие дни совершенно не связаны, это просто случайности… Эксперимент ее совершенно тут не причем! Она успокоила себя этим, и решила надеяться только на новый случай, который должен вернуть ей подруг, или хотя бы разъяснить происходящее. Декан начал активно заниматься не на шутку пропавшими студентками. У него были связи в частных детективных агентствах, и не малые, поэтому он собрал все возможные связи. Частного детектива звали Рузвельтом. Он, естественно, судя по имени, не являлся русским человеком. Но жил в России достаточно давно. Он не проигрывал еще ни одного дела, докапываться Рузвельт привык всегда до самой сути. Сначала он опросил всех, кто в тот злополучный день исчезновения был с девочками в кафе, затем он опросил и самого куратора, Олесю, но, ни какой зацепки за что – нибудь стоящее не нашлось. По описанию, трое молодых людей были музыкантами, пришлось детективу опросить всех, кто имел с ними какую – нибудь связь, или мог знать хотя бы в каком из кругов они могли вращаться. Пошли недели безуспешных поисков этих парней, пока детектив не вышел на тех ребят, из – за них – то и убежали музыканты с девочками. Те в свою очередь были очень испуганы допросом, видимо у них рыльце – то было в пушку, подумал про себя детектив. Эта группа ребят призналась, что часто соревновались они с ними в разных конкурсах, и на последнем из конкурсов, они почувствовали, что те ребята их все – таки сделали, им самим очень понравилось их новая композиция на тему о потерпевшей крах идее стать первым во всем. Песня так поразила своей глубокомысленностью, и красивым сопровождением, в том самом стиле музыки, чем они и занимаются, что ребят сначала охватил ужас от красоты услышанной музыки, а потом ими завладела, как они сами рассказали детективу, черная зависть. Детектив попросил их немедленно рассказать в подробностях о том вечере. Ребята пожали плечами, что, мол, ничего особенного и не было, они просто там их увидели, а те убежали от них и все, – они даже не успели их попробовать догнать, так быстро все произошло. А что девочки пропали, то они не знали их вообще. Тогда детектив спросил, – " А куда могли они все – таки подеваться, ведь уже почти три недели, как девочки не объявляются в институте?» – На что в корне испугавшиеся горе – музыканты ответили, что они знать не могут этого. Детектив настойчиво искал какую – нибудь зацепку… Но пока он ничего не мог сказать декану института, где учились девушки. Время шло, а подруги Олеси не объявлялись…. Декан был зол. Почему нет никаких зацепок у столь популярного частного детектива, где нить, по которой можно было выйти на место расположения девочек? Что будет с ним, он этого не выдержит, – позор на весь мир, в институте пропадают люди. Декана чуть подташнивало, он решил сходить в медпункт, и там, может, в обществе молодого доктора, душа его потеплеет, и он хоть на мгновение сможет забыть об этой неудаче с делом поиска студенток…. На следующее утро детектива Рузвельта как осенило, а, что если они просто прячутся где – нибудь у родственников парней, либо девушек, либо есть какая – то хата, где могут они находиться все вместе, банально, но вдруг… Рузвельт даже присвистнул. Он попросил своих сослуживцев прозондировать все связи этих парней, их родственников, адреса, и начать поиски пропавших по возможным адресам. – Не пропустить ни одного адреса! – почти выкрикнул свое поручение детектив Алене, его помощнице, начинающему частному детективу. Прошли три дня поисков. Каждый раз, сослуживцы докладывали об очередной неудаче, но однажды… Зазвонил тихо телефон… Время как – будто остановилось, для Жанны, оно просто остановилось, после того момента, когда Слава ей выкрикнул, – Уйди, ты мне мешаешь творить! – Жанне не хотелось жить, она с большим усилием встала под звонок телефона, и начала вспоминать все дни, что безвозвратно пролетели. – " Что, что она сделала не так, ведь она влюбилась в него с первого взгляда, и что теперь с ними обеими будет, стыдно возвращаться в институт… очень стыдно», – это не давало Жанне покоя Она взяла трубку, на том конце связи едва различимо, звучал голос ее бабушки, она причитала, почему Жанна выключала телефон на две недели, и почему ее ищет какой – то частный детектив, и он ей сообщил, что ее и Валентины нет в институте уже три недели! Жанна тихо ответила, что ничего страшного не происходит, просто они живут не в общежитии, а в институт не захотели идти, вот и все. Завтра же она позвонит, – почему, и скинула трубку. Телефон еще раза – два гремел, но Жанна не замечала его звука, она не знала, как выйти из создавшейся ситуации, не желать видеть Славу, быть с ним, она не хотела, но и вместе быть невозможно, он запретил ей появляться на глазах, так как она мешает развитию его творческим идеям. Обратно с Валей идти в институт, там им зададут жару, никто и не захочет понять их, почему они так поступили. Сознание Жанны опять возвращало ее в те дни, когда они решили с ребятами вместе убежать от их соперников… … Машина ехала тогда так быстро, что у них перехватило с Валей дыхание. Жанна выкрикнула Славе, что они бояться такой скорости, но было поздно, машина ударилась носом о какое – то препятствие, ребята видимо не заметили проезжающего мотоцикла. Славик выбежал первый, и увидел окровавленное тело пацана лет восемнадцати, он подбежал, посмотрел ему в глаза, как будто всю жизнь этим и занимался, что констатировал смерть, пацан еще был жив. – " Скорая, у нас травма», – быстро осмотрев окрестность, он сообщил скорой место нахождения. Но про себя решил, что они вряд ли успеют спасти парня, тогда он решил первую помощь оказать сам. Слава побежал к ребятам, сказал, чтобы они ему принесли аптечку из их машины, стал держать салфеткой рану, из которой шла кровь. Парень уже впадал в шок от боли, Слава сделал ему инъекцию, и закричал ребятам, чтобы они ехали в направлении навстречу скорой. Через полчаса они увидели машину скорой помощи, ребята быстро вышли и стали голосовать машине, машина скорой помощи остановилась, и врачи быстро подбежали к раненому парню, посмотрев на него, они начали вызывать машину реанимационной бригады, и стали ставить ему капельницу. Парень не открывал уже глаз, лицо его стало бледнеть. Жизнь его была на волоске. Врачи стали спрашивать обстоятельства травмы, ребята, конечно, испугались сказать правду. Они сказали, что они ехали, и по своему направлению увидели его посреди дороги, а дальше решили вызвать, мол, Вас. Потом ребята перемигнулись, и сказали врачам, что им нужно срочно ехать по назначению, врачи попросили только их вызвать полицию, и отпустили ребят. А ребята вместе с девушками решили быстрее смыться с этого злополучного места, девушки в страхе всю дорогу молчали, они же знали, что полиция найдет место, где столкнулись друзья с этим молодым парнем. И тогда им будет несдобровать… Да, девушки не зря переживали, когда полиция подъехала к машине скорой помощи вместе с машиной реанимационной бригады, парня увезли в клинику. Полицейские решили осмотреть ближайшую окрестность, и, конечно, ими не было упущено, а именно, бросившийся в глаза мотоцикл парня посреди дороги, и окровавленная лужа около него, сомнений не было, кто вызвал скорую помощь, тот и врезался в мотоцикл парня. Полицейские стали узнавать у бригады скорой помощи, как выглядели ребята, и поругали их за неосмотрительность, зачем, мол, их отпустили. В полиции были сделаны фотографии ребят по описанию врачей, и их начали искать… Славик предложил ребятам и девушкам остановиться у него на даче, где он любил в одиночестве заниматься сочинительством. Дело сделано, полиция по – любому их будет искать. Надо было скрываться на время, а то несдобровать, садиться в тюрьму им не хотелось, так как у них были другие планы в жизни. А девушкам сначала они предложили ехать домой, так как они могла отговориться, что их с ними не было, или они встретили их случайно, но Жанна с Валей не хотела оставлять ребят в неизвестности одних, они чувствовали небольшую и свою вину в происшедшем. «Ладно», – с небольшим недовольством в голосе сказал Слава, надеясь, что это ненадолго. Так, волею случая, девушки стали делить свое время с ребятами, у них на даче, звонить домой подруге они побоялись, так как она и без того злая на них, и решили просто скрываться. Чувства между Жанной и Славой как – то начались сразу, бурно. Это походило на какую – то стихию, или полностью растворение в атмосфере, их словно приворожило друг другу какое – то провидение или стрела Амура. Слава сказал в тот вечер всем располагаться, чтобы они чувствовали себя, как дома, родители, мол, здесь почти не бывают, а, если и бывают, то всегда звонят ему, так как они знают, что здесь он предоставлен сам себе, и может заниматься любимым делом, а, именно, сочинять музыку. Жанна ходила по комнатам дачи и стала замечать, что у них со Славиком много общего. Она то – же не любила комнатные цветы, как и Слава, их практически не было, зато он любил расклеивать по стенам свои работы, а так же он еще занимался и рисованием, там были картинки из прошлой его жизни. Это были рисунки, видимо, своей школы, поездок в другие города, походы на пляж, в лес, и другое. Везде, где бывал Слава, он, видимо, рисовал, – отметила про себя Жанна. Скрипичный ключ проголодался, он стал заниматься приготовлением ужина, а Валентина, устав от такого приключения, решила заняться тем, что приготовить всем место для отдыха. Здесь стал возникать вопрос, где они будут все располагаться. Славик сказал, что он пойдет на второй этаж, где родителей комната, девушки могут располагаться здесь, в гостиной, а ребятам он отведет место в другой, второй комнате. Все остались довольны, и Валя приготовила кровати. За ужином все шутили, и даже и не вспоминали о происшедшем событии, не вспомнили даже, жив ли остался тот парень или нет. Ребята заинтриговали девушек своим творчеством, их несло, они так увлеченно говорили о своих песнях, что не заметили, как Скрипичный ключ уснул. Остались в разговоре Валентина, Жанна, Слава и Дима. Над ними плыл шлейф прекрасного времени, времени поглощения друг другом, незаметно для себя они почувствовали третьим каким – то своим чувством, что образовались две пары. Славик увлекся Жанной, а Валентина с Димой не отводили глаз друг от друга. Славик спросил Жанну, – " А была ли, ты, когда – нибудь влюблена?» – Жанна, немного поразмыслив, ответила, – «Ты бы хотел услышать, что у меня была первая любовь, и я страдала, как это часто бывает, поверь мне, нет, у меня ничего не было, влюблялись в меня, я как – то не смогла ни к кому прикипеть душой или телом " – Славик потом долго молчал, он вспомнил юность ненадолго, но тут – же туман прошлого развеялся, он не мог оторвать глаз от Жанны. Тело ее звало, она шикарно выглядела, и при этом, он уже узнал, хорошо танцевала. К Славе пришла идея, он решил пригласить Жанну в их группу танцовщицей, – так будет лучше, у нее будет возможность весело проводить с ними время, и даже, может быть, зарабатывать. Он не задумываясь, тут же предложил ей это. Жанна обрадовалась, но тут – же загрустила, – " А как мы выйдем на сцену, тебя же могут узнать по описанию врачей, наверняка, они уже рассказали полиции о нас " – Славик стал мрачнеть, он теперь только вспомнил, что положение у них не завидное, но не показал Жанне виду, что испугался. – " Ладно, что – нибудь придумаем, давайте тогда ложиться спать,» – ответил Слава. Ребята устроились по своим местам спать, вечер им понравился, они думали, что это судьба свела их всех. Все быстро уснули. Только Славе не удалось уснуть, к нему снова пришла муза, он включил систему, наушники, и стал сочинять продолжение песни. Когда остался последний завершающий такт произведения, – на улице стало совсем темно. Слава решился выйти ненадолго на улицу. Посмотрев на небо, он заметил, что звезд на нем было много. Слава заметил про себя, что давно не смотрел на звезды, а как же это красиво, когда небо усыпано звездами, и, там, на небе, может, где – то есть неизвестная звезда, он бы очень хотел назвать ее именем Жанна. Он был влюблен. Жанна покорила его своей непосредственностью, необычностью, она была не похожа на всех, как будто какая – то загадочная дива спустилась с небес, и дала ему стимул творить. В нем еще больше зазвучали различные мелодии, ему хотелось писать и писать музыку, душа его пела. Слава простоял так минуть десять, поглядывая на небо и звезды, а потом глубоко вздохнул, и решил, что он Жанну ни кому не отдаст, и, что надо выруливать из сложившейся ситуации с парнем. Слава подумал про себя, – если звонить в больницы и узнавать про него, так могут выйти на их след, нужно время, надо скрываться по – любому, – сказал он см себе. Куратор, узнав о пропаже своих подопечных, то же принялся участвовать в раскрытии пропажи девочек, в кафе правда ему ничего не сказали, а закричали, что ходят тут всякие, потом пропадает все. И, что их и так недавно допрашивал какой то частный детектив. Тогда куратор пошел в общежитие к Олесе посмотреть, как они там живут, и что может быть, она ему прояснит еще раз сложившуюся ситуацию. Олеся только что вышла из душевой общежития, как неожиданно увидела, – по лестнице шел куратор. – " Сергей Павлович, это куда, вы, направляетесь?» – «К Вам " – ответил куратор. Олеся была очень удивлена приходу куратора, но пропустила его в их комнату, где она еще недавно проводила свое время вместе с подругами. Комната была небольшая, но довольна уютная, – три девушки, без сомнения, держали чистоту под контролем. Куратор не стал разглядывать их пристанище, а начал разговор сразу о главном, – почему он появился у Олеси, собственно. Олеся стала рассказывать все по порядку, а, что, – мы это упустим, так как дальнейшие события нам уже известны. После разговора куратору пришла мысль, – сходить в полицию, а, вдруг, они, что натворили в тот день, и их разыскивают. Несомненно, такая мысль понравилась Олесе, и она удивилась, почему другие об этом не подумали. Но другие, а, именно, частный детектив Рузвельт об этом давно подумал, дело в поисках пропащих девушек стремительно продвигалось вперед. Он уже узнал о происшествии на дороге в полиции, увидел фотографии ребят, и картина того вечера стала проясняться у него в голове. И, Рузвельт с его подчиненными знал многое о семьях ребят. Жанна встречала Славу после встреч и концертов во всем параде, она старалась всегда хорошо выглядеть, их роман был похож на прекрасные песни самого Славы, он испытывал к Жанне нежные чувства, а она отвечала ему взаимностью. Временами Жанну охватывало беспокойство, она боялась потерять Славу, и, порой, часто приставала к Славе с вопросами, – любит ли он ее, и когда они будут вместе навсегда. Славе по – началу это нравилось, он шутил, отвечал ей с юмором, – " Мол, держись, детка, все будет, как в лучших домах Лондона» – На дальнейшие вопросы он так же отвечал шутками. И они мило проводили совместные вечера. Но такой юмор, свойственный Славе, куда – то улетучился, где – то недели через две их знакомства. Нет, это не то, что можно подумать, – любить он ее не перестал, но он заметил, что Жанна стала раздражать его с приставаниями различного рода, когда ему нужно было сосредоточиться на творчестве, его несло сочинять все больше и больше, а тут она, вечно со своими глупостями. И в один из таких дней, когда ему нужно было срочно закончить песню, Жанна подошла к нему с вопросом, может ли он съесть сразу весь лимон. Славик не сдержался, он накричал на нее, что он не может пока продолжать отношения, и она. Вообщем, она мешает его творческому процессу. Жанна удивилась, почему он так сорвался, ведь все шло по плану, она тоже стала принимать участие в их концертах, она танцевала. Жанна заплакала. Она сказала, что больше не будет к нему приставать, и ушла в другую комнату. Отношения же Димы и Валентины быстро пошли в гору, Дима сделал предложение Вале стать его женой. И они стали обдумывать, как им накопить денег на свадьбу, и потом они будут сообщать обо всем родителям. Но Дима продолжать играть в группе вместе со Славой. Группу ребята назвали по имени песни рок – группы «Черный кофе», – группа Светлый образ. Потому что песни в основном писал Слава про любовь, или про отношения между людьми, о смысле жизни современного молодого человека, то есть в них отражались все проблемы и желания молодежи. А группа» Черный кофе» им очень нравилась, так как родители еще начинали их знакомить с миром музыки по песням этой группы. Просто и красиво, – Светлый образ, но на английском языке. Ребята, занимаясь любимым делом, и погружаясь в личные отношения, забыли о том, что их ищет полиция. Рузвельт докопался до истины, он представил картину происходящего в тот вечер с ребятами, и почти, как наяву увидел то, что они совершили потом, после кафе. Но он чего – то выжидал, то ли думал, что они сами объявятся в институте и расскажут о происшествии декану, или в общежитии, или ему просто было жаль ребят, он не знал, – почему… Жанна, окончательно поссорившись со Славой, заявила ему, что она уходит в общежитие и в очередном концерте не участвует. Слава ее не стал останавливать, на него накатило состояние безысходности, он чувствовал приближение чего – то страшного в его и Жанниной жизни, а что, – он этому не знал объяснения. Слава тоже решил выжидать, почему – то он, теряя уверенность в завтрашнем дне, был невыразимо уверен в своем успехе на музыкальном поприще. Он все больше поглощал в себе звуки, вершиной его творческой мысли была последняя песня – баллада, посвященная влюбленным. Звуки в голове, ложились в какую – то, необычайно красивую композицию, он едва успевал записывать все в свой компьютер. Настало время очередного выступления их группы на сцене перед молодежью. Слава и Скрипичный ключ немного волновались, ведь сегодня, им предстояло представить перед публикой новую песню, но Жанна уже с ними не выступает. Минутное объявление их группы, шторы распахиваются и перед публикой возникают ребята, но без своей утонченной танцовщицы. Минута молчания в зале, сменилась каким – то гулом, молодежь возмущалась, почему ребята не в полном составе, они отказываются слушать песню, без участия Жанны. В зале постепенно увеличивается недовольство, гул нарастает, и Слава с ребятами уже теряют контроль над происходящим, начинают играть, но их не желают зрители слушать, а начинают кричать. И, наконец, в самый пик недовольства, на сцене появляется Жанна. Ее платье усыпано нежными цветами. Жанна была в каком – то невыразимо воздушном одеянии. Публика замолкает, опять возникает минута молчания, и во время нее начинает звучать новая песня Славы, ритм музыки нарастает с каждой секундой, движения импровизированного танца Жанны нарастают в такт музыки с такой же силой, все происходящее на сцене напоминает картину какой – то волшебной сказки, или чего – то неподвластного сознанию человека. На одном дыхании ребята проигрывают свою песню, зал кричит от восторга. А Слава про себя не может понять, – это окончательный успех, или что? Чему радоваться, – тому, что Жанна не бросила их, или тому, что они были на высоте?! Рузвельт пришел к декану с тем, чтобы рассказать об окончательном раскрытии дела, он знал уже, что ребята участвуют в конкурсах, и побеждают. Он решился сказать об это первый декану. После их разговора, декан сначала обрадовался, что частный детектив, а то есть его друг все раскрыл. Но его лицо оставалось задумчивым, ему стало, жаль ребят. – «Что делать то будем? " – спросил он друга. Тот пожал плечами, – " Если полиция выйдет на их след, то им грозить лет пять, если не больше лишения свободы» – Декан, расставшись с частным детективом, стал усиленно решать про себя, как быть, как сделать так, чтобы репутация института и девушек никак не пострадала. Он начал вспоминать свои связи, и вспомнил про адвоката, который никогда почти не проигрывал свои дела. – » Ура, я вспомнил, что юноша, которого они сбили, остался жив, надо поговорить с ним, и выяснить подробнее обстоятельства несчастного столкновения, и, затем, может быть, парню разъяснить невиновность ребят. А там, может, с помощью знакомого адвоката, сделать так, чтобы им дали срок за то, что они совершили тогда по случайности, но, естественно не без нарушений, но условно» – Желание декана сделать так, чтобы ребятам дали срок за содеянное, но условно, не оправдалось. Наступил день суда. По решению судьи всем ребятам, кто был в тот вечер с водителем автомобиля, то есть студенткам, Диме, и Скрипичному ключу дали срок условно. Славе же дали четыре года лишения свободы. Вина его была явной, не смотря на то, что юноша, которого сбил Слава был жив. Жанна плакала, еще вчера они снова решили быть вместе, а тут такое. Славик не унывал, всячески пытался ее развеселить, он ей сказал, что четыре года пролетят быстро и все наладится. Дима с Валей грустили, они очень хотели видеть Славу вместе с Жанной на их свадьбе, но, увы, этого не получилось. Декан ждал девушек в институте для разговора. Частный детектив уже занят был новым делом, он знал, что Слава окажется за решеткой. Жизнь шла своим чередом. Молодежь слушала песни группы Светлый образ, а композитор куда – то исчез, и не появлялся на публике. Славик знал, что он из тюрьмы выйдет раньше срока, в его голове уже рождалась мелодия новой песни…

конец

ЖИЗНЬ БЕЛОЙ ВОРОНЫ

Подошли мы к новым веяниям, нового века, и от женщин стали требовать совсем иных качеств. Не знаю как их и назвать – мужеподобный что ли, агрессия женского пола стала неудержимой. Вот если все вернуть назад, и всю жизнь свою пережить по другому, не смогла бы я, – на мне везде крест белой вороны. Но не в самом уж плохом и прямом смысле, а в смысле, – не современности, сочетания с новым временем, в своей какой – то невыразимой постоянной доверчивой натуре. жалобность, нет, наивность, то же вроде нет не такая, но просто белая ворона и всё! нет сочувствия мне не надо, жизнь как шла так и идет, но переходя рубеж уже зрелого возраста, я скажу, таких женщин наверное единицы. в чем же эта моя беловоронная исключительность, да в женственности натуры. мне совершенно не хочется быть похожей на женщин вамп. внутри да, я дипломат. но своего осознания ситуаций. Хотелось однажды увидеть даль, побеждающую своё в этом мире равновесие. я влюбилась. но вы подумаете, в кого? В принца на белом коне, нет! В летчика налетчика, – опять, нет! в телефонного героя! вы представляете до чего может дойти женская фантазия, я выдумала, что он, это фото обычного парня, мой идеал. и что!?Он мне обещал только воздушные замки. Я ими жила, – не то слово, я ими грезила… Не подумайте ничего такого, я со всеми грезами видела всю наготу и не правоту его действий, Но все равно идеал, значит будто не вижу! В дальнейших событиях, которые со мной происходили виновата только сама, – вот эта идеализированная психология белой вороны. Нет, плохого ничего не происходило, Но этот телефонный герой меня окончательно напрягал в плане жизненном, – Он мне не давал гулять, дышать, смеяться и, конечно, любить, прежде всего любить себя. А к чему, вы скажете, писать это, – сама мол виновата, – я пишу к тому, чтобы прояснить тем, кто встал уже на путь идеализации мужчины, не вставайте! Я пошла к подруге, – он сразу звонит, не сиди, – домой, Я пошла на улицу, – домой, а то украдут тебя мол. ну до чего же дурна эта беловороньина психология, – выдумать, – что это он так любит! Я не стала общаться с миром, – только с ним, и при этом ещё как то ходила на работу, выполняя различные функции, а, вы говорите, женщинам свойственно изменять. Нет, я теперь верю, – женщины, дуры! Одна моя соседка второй год держит не русского мужчину с сыном у себя, за свой счет! Да, эти случаи в жизни были и будут. Так вот забыла о чем писала, – Этот телефонный герой терроризировал мою жизнь, – И без всяких объяснений вдруг неожиданно исчез… Что дальше!? Так дальше то, что и следовало бы ожидать, – мои слезы по героизму. Да! не учит жизнь, – дальше я плыла в тумане разного настроения и разных течении жизни. Меня бросало то в холод, то в жар, а именно, – я сначала пострадала, потом начала действовать… Ещё продолжение следует. Действовать, действовать и действовать! Кричало во мне, начала я действовать с того, что я поменяла в себе всё, – манеру одеваться, говорить, сменила работу, решила попробовать себя на новом поприще, – а именно я стала мужчин рассматривать как некую мишень для головоломки! И что же, вершилось чудо, – я полюбила себя сильнее. Я любила в себе всё, – красивый стан, пусть не идеальной формы, но довольно таки привлекательный, голосом своим я владела на все сто! Стоило мне ответить мужчине любому по телефону чуть приглушеннее, – он уже просто сходил с ума! Я любила себя! Я любила в себе даже давнюю белую ворону, – я просто поглощалась любовью к себе! И вот однажды, а это свершилось очень быстро я сидела над новым своим изобретением, – как заполучить мужчину и… И стук в дверь. он был этот стук всё равно, что нашествие инопланетян. сначала тихий, потом громче, потом нарастал, как уже будто от того, открою я дверь или не открою, будет зависеть моя дальнейшая жизнь.. Дверь я конечно, открыла… И что вы думаете, передо мной стояло какое то чудико, а не мужчина, – худое лицо обрамляли очки старинной оправы, цвет глаз из под них не был виден, – как будто это пес верный, а не человек. И этот чудико посмело зайти ко мне и стучаться!? Я уже чуть было не подралась, еле сдерживала себя в этом, и вдруг… И вдруг …И вдруг случилось самое невероятное, – никакого чудика передо мной не стояло, а возник откуда ни возьмись мужчина спортивного телосложения и затаенным голосом стал меня спрашивать:" Вас зовут не Каролина? А хотел бы представиться, – меня зовут Артур. «Сразу же передо мной промчались картины из школьного детства, – репетиции, прогулы уроков и прочее. И на мгновение я замерла, – так кто он, этот пришелец, откуда он знает мой школьный сценический псевдоним!?И вообще откуда он знает, где и зачем нахожусь здесь, я? Мужчина тем временем мило улыбался. пока я эти все вопросы решала про себя… Тишина и раздумье между мной и пришельцем длилась недолго, ее нарушил ответ самого мужчины на мои вопросы в моей голове, он сказал тихим голосом: «Не пытайтесь, пожалуйста, ничего понимать, – вам это не удастся в ближайшее время, а пропустите лучше меня в ваши апартаменты…» Я на секунду задержала свой взгляд на с виду молодом и улыбчивом лице незнакомца, и решила, глядя на его галантность и таинственность пропустить в комнату, где я всегда занималась творческими занятиями по психологии привлечения мужчин… Наше безмолвие длилось недолго, оно нарушилось его голосом, он сказал с каким то непонятным присвистыванием мне: «Ничего, не пытайтесь понимать, Вы, все равно меня не можете знать или видеть когда – нибудь, или просто не помните меня, я Ваш тайный воздыхатель из далекой юности..Не подумайте ничего плохого о моем теперешнем визите, – я не убийца и не маньяк, я просто Вам хочу обо многом рассказать, до толе Вам неизвестном… Вообщем набирайтесь духу и выслушайте меня, пожалуйста!«Я же со своей стороны, чуть ли не потеряла дар речи и почти на одном дыхании выпалила: «Так зачем я Вам понадобилась спустя столько лет, и почему до Вас передо мной стоял совершенно другой молодой человек и каким то странным образом он исчез, и появились, Вы?«На его бы месте и глухой бы услышал этот мой вопль на фоне тишины, но мужчина – пришелец стоял совершенно спокоен внешне, и его глаза мне молча сказали, – он вроде знает обо мне все! Боже, откуда свалилось такое на мою голову, пробежала быстро мысль у меня… И почему это случается со мной, я ни кому не мешаю, вроде белой вороной была… «Каролина, выслушайте меня, наконец, я к Вам стремился не для того, чтобы обидеть Вас, послушайте меня. пожалуйста..», – вымолвил он. Мне ничего не пришлось делать, как мило его выслушивать… И вот какую чудную историю он мне рассказал в тот незабываемый и странный день, связанный с его появлением… …Я родился в том же городе, что и вы… Я и жил в Вашем доме детства, я и вы школу ходил в ту же, только на три года позднее, Вы, без сомнения, меня не запомнили, в то время это была большая разница в возрасте… Но это все к слову, перейду сейчас к главному. А именно, – я хотел бы поблагодарить Вас о том, что Вы сыграли очень большую роль в формировании моей судьбы, или как хотите, – дальнейшей жизни… Вы, надеюсь, помните, что тогда Вы посещали различные кружки в школе, и именно самый интересный бал это кружок театральный, – Вы, там играли разных героинь, и это, Вам, по тем годам не плохо удавалось… Так вот к чему я навел Вас на воспоминания о том давнем прошлом, – я всегда ходил на ваши спектакли и постоянно решал для себя задачу, почему такая обаятельная девушка и не со мной… Знаете, сказал он, – я Вас просто боготворил тогда, но Вы ни кому не отвечали взаимностью, и у Вас вообще было прозвище по школе белой вороны, не знаю почему Вас так обозвали, наверное за Вашу неординарность… К тому времени, как уже приближаться стало для Вас окончание школы, а мне было далеко еще, я стал изучать разные направления человеческой психологии, вплоть до изучения даже различных состояний, а именно, – гипноз и вхождение в транс, я читал и про учение Пифагора, он хотел изменить общество еще тогда в глубокой древности, он умел, как Вы, наверное, знаете лечить людей с помощью изменения их цветовых видений и прочее… Я стал работать то же над собой, занимался йогой, аутотренингом, стал вести более или менее аскетический образ жизни, и занимался даже мистикой, почему я это делал, – я теперь не могу объяснить, я хотел стать каким то отличающимся от других сверстников человеком, и в частности для Вас, дорогая Каролина… И то, что когда Вы открыли дверь, и увидели перед собой не меня, а другого человека, – это ваше гипнотическое состояние под моим влиянием, – я научился воздействовать на подсознание человека с помощью гипноза… Вы можете верить этому или не верить, – это ваше на то право, я ни к чему Вас не обязываю, я просто хочу Вам сказать, что Вы по прежнему мечта моя, всей моей жизни!..Я молчала… Передо мной стоял какой то незнакомый мужчина, и говорил, как мне казалось полный бред, я не знала, что и делать, и поэтому в нерешительности мне пришлось ему сказать, что я совершенно его не готова выслушивать сегодня, так как мне надо обдумать вечер с посетителями, а именно, что я решила начать свой бизнес, – это частный клуб знакомств, под названием, «Как стать счастливой!«То есть я попросила его подойти завтра, и поговорить в непринужденной обстановке, где – нибудь в кафе, часов в восемь вечера, – он любезно согласился, и мы распрощались до завтра… …Я пошла на хитрость, как вы поняли, – мне нужно было время для обдумывания происходящего… Я ничего не понимала, какой то школьный тайный воздыхатель, гипноз, состояние транса, я поддалась может в лапы аферисту, – что ему нужно от меня? Денег у меня пока еще нет, я только начала свое дело, красота с годами проходит, и как можно любить женщину, не видя ее рядом, и не общаясь практически… странный он… Подумалось мне. Ладно, оставлю эти умственные злоключения до завтра… Уже смеркалось, и у меня заболела сильно голова от всего этого, я расположилась на мягкой кровати, и стала уходить куда то далеко, далеко, в неизвестность… …Мне снилось, что я в какой то старой заброшенной избушке, где то в неизвестном мне месте, среди леса, избушка эта напоминала героиню из детских сказок про бабу ягу, я видела сквозь щели в стенах и в крыше солнечные блики, они то терялись в синеве неба, то появлялись вновь… Я ощущала какое то тайное напряжение всего тела, переходящее временами в тепло, начинающееся с самых кончиков пальцев моих ног, и заканчивающихся в промежности… Что это было? Неудачное положение тела, или желание любви? этим вопросом я почему то задавалась во сне… Потом начали происходить довольно таки странные события… Лес куда то ушел вместе с избушкой, и я очутилась около какого то многоэтажного комплекса, напоминающего современные здания Москвы. Здание устрашало своей мощностью, оно было огромным по сравнению даже с самыми высокими деревьями, мне становилось жутко, я чувствовала приближение чего то необъяснимого… Что это? Явь или сон, возникало, как клином вопрос этот… Понеслось вдруг снова движение сверху небывалой силы, дверь здания распахнулась, и я очутилась перед большими стального обрамления дверями, за которыми полыхала, самая настоящая бездна, я стала сопротивляться и проснулась… проснувшись, я ничего не поняла, что со мной происходит, где я,я совсем забыла, что я не выходила из кабинета, я не знала продолжался этот сон, – или вокруг меня та же устрашающая реальность!?Какой – то Артур – пришелец… Надо собраться с духом, подумалось мне так можно и узнать, – где раки зимуют. сумеречно! нет придется остаться здесь, идти мне уже ни куда не хотелось. Вдруг, как удар молнией, мне же надо встречаться завтра с пришельцем, вернее сегодня. Нет так больше нельзя, так можно и память потерять, думаю о всяких проходимцах! И я снова погрузилась в сон. На этот раз мне снились обычные картины из жизни, какие то безлюдные переулки, недостроенные дома, жизнь кипела вокруг, но я её не замечала, она проходила куда то далеко, в открытое пространство, – передо мной вдруг мелькнули страницы из детства, как мама меня ждала с оценками из школы, потом замужество, – и вдруг одну картину за другой стали заменять новые видения, – перед моим взором распахнулась целая лавина сказочных небесных сводов, – которые влекли меня куда то вдаль, прижимая меня то одним, то другим крылом этих сводов, что я чувствовала какое то напряжение как будто я в тисках собственного организма, – и мне становится не чем дышать… и только, как я это почувствовала, – вдруг предстала другая совершенно картина, – острый нож вонзался в спину девушке, и какой то огромный верзила понес ее на свод небесный, – рукоять же того ножа почему то находилась около меня. мне стало ещё душнее и я снова проснулась… Что то произошло со мной, пока приходили эти различные видения, – я как будто помолодела, или я стала другой, – всё, что окружало меня мне казалось то же иным. Что это!?Я жива или нет!?Уже такие вопросы леденящим эхом отдавались в моей голове. рассветало. Я решила всё – таки взять себя в руки и заняться делами. Просмотрев папку, другую вчерашних набросок, я вдруг пришла к выводу, – что это никуда не годится! Ладно, начну сначала. у меня в кабинете собираются женщины разных сословий, и будут мне рассказывать случаи из личного опыта жизни по очарованию мужчин. и сделав один из самых главных выводов, какие ситуации самые удачные, мы и будем начинать работать в этом плане… Но что – то не клеилось, всё меня раздражало, – я решила пойти прогуляться. Сомнении не было, я решила всё это проделки того типа, – мне нужно срочно встретится с ним! Настал час свидания. Я ждала и нервно перебирала своими пальцами пуговицу у блузки. Вдруг вокруг меня закружило вихревое кольцо, – ветра не было, – и через несколько секунд появляется пришелец. дамочка, не кажется ли Вам, – что я очень долго шел навстречу!? Нет, уже довольно сухо, отвечаю ему я. Прошу Вас, не обижайтесь. я вам принес новости интересные. Какие же? спрашивала я. Пойдемте через дорогу, – я вам всё объясню. Мы перешли дорогу, и пришелец начал. Я, мадам, готов вам помочь, то есть я готов стать гидом вашим подопечным в знакомстве с мужчинами. Все будет как нельзя лучше, не переживайте! возложите всю работу на меня, – и вы не пожалеете. не переживайте, так почему я должна доверять первому встречному, подумалось мне, но ему ответила по другому, как хотите, но, наверное, не зря вы же появились у меня на пути! делайте, что хотите, зарплату я гарантирую. после этого он мне говорил, что денег ему не надо, он довольно таки обеспеченный человек, это ему нужно для осознания истины! да, странный, еще раз я сделала для себя этот вывод. И что же дальше!? А дальше было следующее, все клиентки, какие ко мне приходил были всегда довольны, уже на третьи и даже вторые сутки после обращения в мой клуб знакомств, они уже выходили оттуда с мужчинами. дело шло в гору молниеносным ходом, я уже могла себе позволить ездить по миру. Но куда же делся пришелец!? и как ему это удавалось!? эти вопросы меня стали мучить всё больше и больше… Я не выдержала. Я позвонила ему, и пошла сама к нему, узнать, как ему это всё удается. лил дождь. была непреходящая сырость, нехарактерная для бабьего лета. Но я шла так быстро, что не чувствовала погоды. вот он, дом пришельца. Я позвонила, и мигом ко мне прилетела горничная и проводила меня к нему. вечерело, но пришелец сидел без света, – я подошла к нему, и вдруг, о, боги передо мной опять был тот чудико в очках! это уже было на грани мистики какой то! Я закричала, и сказала, вы перестанете меня пугать, кто вы на самом деле, – и зачем, вам, моя жизнь!? в ответ, тишина и легкие поскрипывания дверей. Вдруг пришелец встает, и ко мне снова поворачивается тот, – спортивного телосложения мужчина пришелец. Каролина! Я хотел вам сказать, чтобы больше вас не мучить, – я, ученик Пифагора. я пробыл в состоянии транса много лет, и остался жив, – о современном мире мне никто не рассказывал, – я его познал с помощью личных медитации и в прошлом, и в настоящем, – я могу передвигаться в пространстве, влиять на психику людей и прочее! полюбите меня, – и я вас научу всему этому! Я задыхалась. как это, мне полюбить двойное чучело!?то он в очках, то он пришелец!? нет, такой роскоши я не могла себе позволить. и чему учиться, входить в транс!? я молчала. Мое оцепенение мог нарушить только, если разрыв молнии. но всё само собой разрешилось… Вдруг он закричал, вон отсюда! Я не буду вам больше помогать, – что тогда случилось я до сих пор не понимаю. он взметнул своими руками, и всё куда то исчезло, и дом, и он, – я же стояла одна на улице и поглощала собой острые капли осеннего дождя…

ГЛАВА 2

Минуло лет пять после того случая с пришельцем. Каролина уже вышла давно замуж во второй раз, сын уже ходил в садик, и всё, в общем, было хорошо, обычная жизнь человека среднего достатка. Муж был хороший, В том плане, что половину обязанностей по дому, если не львиную долю брал на себя. Каролина уже давно и не вспоминала о пришельце по имени Артур, как будто его и не было никогда. Но всё бы было хорошо, если бы однажды одна из ее клиенток не рассказала бы историю, что приключилась с ней, – в точности напоминающую историю Каролины. И это гнетущее состояние, что было тогда у белой вороны, стало возвращаться снова……Когда Инна, – одна из моих клиенток мне поведала свою историю, меня охватила паника и ужас! Что это, – проделки всевышнего, игра воображения или знак!? эти вопросы меня уже мучили почти вторую неделю, мужу обо всем я боялась рассказать, да и он не поймет, – подумает, что я переутомилась на службе, и мерещится всё плохое. Я решила ничего не предпринимать, – пусть жизнь идет своим чередом. «Да! Пусть всё идет своим чередом», подумала я, успокоив себя этим. Понеслись дни быстрые, дел и дома, и на работе было достаточно, чтобы не вспоминать о пришельце. Но всё бы хорошо, если бы однажды я не пришла на работу, и пока я снимала верхнюю одежду, – я неожиданно для себя почувствовала присутствие ещё кого то в моем рабочем кабинете, и это чувство не покидало меня дня три. Потом потянулись мгновения, дающие мне положительный заряд, и я опять перестала ощущать на себе неизвестно откуда то несущийся пронизывающий взгляд. Муж мне сказал, что его дело пошло в гору, сын победил на соревнованиях по мотокроссу, у меня на работе нескольким клиенткам предложили работу в модельном бизнесе, то есть всё шло своим чередом, и я на время забыла о пришельце. Я чего то ждала, Артур не торопился с ответом, вместо этого, – он буквально пожирал меня своим взглядом, разглядывая все подробности моего не молодого, но и не совсем старого обаятельного лица, потом осмотрел всю мою фигуру, нагло, долго всматриваясь в очертания каждой ее части. Мне стало не по себе. Артур повернулся ко мне своей спиной и начал говорить следующее: «Я теперь объявился в вашей кипучей жизни не просто так, деньги мне от Вас не нужны, – я хотел бы заполучить Вас, – помните, я говорил, Вам, о своих чувствах к Вам. Так вот, дорогая, я придумал план, – Вы получаете спокойную жизнь, я больше не появляюсь в ней взамен на ночь нашей обоюдной страсти. Как, Вам, – мой план по душе!?», – после этого последовал жуткий хохот и опять превращение в очкарика, а потом обратно в пришельца. Я, конечно, лаконично ответила ему: " нет! «Лицо Артура после моего ответа приняло багровый оттенок, затем синий, переходящий в черный цвет, и линии, где проходили жилы стали черными. Затем, словно это была елка в зимний праздник, – лицо пришельца светилось, потом теряло свой свет до тусклых оттенков, снова становилось багровым, – и так где то минут пять я это всё наблюдала… Артур встал, покрутился вокруг себя и выкрикнул, – нет, у нас будет ночь любви, я буду обладать твоим телом, в обмен на душу! В обмен на душу, – крутилось теперь в моей голове, – сопутствуя понижению моего и так испорченного настроения. Артур, опять исчез каким – то невероятным образом. Мне ничего не оставалось делать, как идти в таком состоянии домой. минуло дней семь прежде чем я забыла о происшедшем, за это время произошло много разных невероятных событий, – муж пришел с новостью, что его бизнес пошел резко в гору, и мы можем переехать в новый дом, где то на берегу моря или океана, сын сообщил о своей победе на соревнованиях по мотокроссу. А я успешно продвинула своих клиенток в модельный бизнес. Но меня не покидало какое – то тоскливое состояние, а именно предчувствие что, что то должно произойти неподвластное описанию человека. Я долго думала и решила рассказать всё мужу. Он пришел вечером в один из дней в хорошем расположении духа, и я подумала или сегодня расскажу или никогда. «Дорогой», – начала я издалека, – " Можно я тебе сообщу что то очень важное?» «Хорошо, Каролина», – я готов тебя выслушать. «И после недолгого замешательства я поведала ему с самого начала всё о случае с пришельцем. Муж сидел в глубокой задумчивости, – он сказал, что не знает, что думать на этот счет. И что может это плод моего воображения. Но если я это, правда, не сочиняю, – то он решил нанять ко мне охрану. Хотя бы для личного успокоения. И на этом разговор наш закончился, мы приступили к домашним обязанностям. На следующий день я сделала нам всем завтрак, и пошла на работу. День был очень удачным, я всегда находилась в центре внимания сослуживцев, и вечером уже настолько устала, что не могла поднять и головы. Вдруг ко мне в дверь опять постучались. Я вздрогнула от неожиданности, дверь распахнулась с ещё большим размахом, что даже зазвенели жалюзи. Передо мной возник снова Артур. Я чуть было не открыла рот от его изменений во внешнем виде, нет он и до этого был спортивным и подтянутым, надевая черный цвет одежды, а теперь, – это был просто обворожительного вида какой то даже слишком роскошной красоты мужчина. Он горящим взглядом посмотрел на меня и бросил следующие слова: «Пойдемте, со мной, – я поведу Вас в своё королевство, – шучу, апартаменты.» Я почти выкрикнула в ответ: «У меня, в вообще – то есть муж, – Вы, надеюсь, не забыли об этом?» На что Артур засмеялся и сказал, что я не посмею устоять пере его обаянием, и второе, муж ничего не узнает, а если я буду всячески сопротивляться, то я потеряю всё, – и мужа, и карьеру, и ребенка. Мне пришлось согласиться, просто составить ему компанию похода в ресторан, а потом, я сказала, – будь, что будет. Он кинул на меня обжигающий взгляд, сказав, что мне надо переодеться. Это всё он обдумал заранее, и бросил к моим ногам коробку с одеждой и туфлями. Я попросила его отвернуться, – и надевала платье, потом туфли. Платье было необычайно красивой отделки, с бриллиантами на плечах и на рукавах, цвет его переливался при вечернем свете от лилового до небесной лазури, что придавало настроение праздника, и я на мгновение забыла для чего я его надевала… Артур повернулся, и громко воскликнул: «Как долго я об этом мечтал!» Своим криком он протрезвил меня, – и я вспомнила с кем я, и для чего. Я то же ему в ответ закричала, что может, хватит меня мучить, пойдемте в ресторан, а то муж меня будет искать! На что Артур ответил, что и об этом он позаботился, и я могу ни о чем не думать… … Ни о чем не думать, – что он задумал, крутилось в моей башке. И я поддалась воле случая, и мы удалились из кабинета. Ресторан был выбран самый шикарный, и как можно ближе к моему дому, – это уже меня настораживало. В этом наряде мужчины не сводили с меня глаз, все служащие ресторана суетились, начиная с охранника. Наконец нас любезно подвели к столику, – ресторан был шикарный, столы накрыты чудесной скатертью, как будто из расписного кружева. На столе стояли фужеры из цветного хрусталя, над столом так же висели красивые люстры, напоминающие прошлый век, всё было слишком изысканно, такой поход в ресторан мог позволить себе не каждый. Между тем, я хотела отлучиться, чтобы обдумать ситуацию, – как мне себя вести, и о чем говорить, я сказала пришельцу, что мне нужно выйти ненадолго, – он согласился, только напыщенно сказал: " Мужу можете не звонить, – он не ответит!» Меня уже всё это стало раздражать, – позвал с собой, сам каждый шаг мой решил прогнозировать. Чудище, – подумалось мне. Я вышла, и стала думать, – если звонить мужу или охране, – это бесполезно, он сказал, хуже себе сделаю, убежать, он всё равно появляется из ниоткуда, – да, ситуация неординарная.» Ладно, будь, что будет», подумала я, и, оправившись, пошла к столу. За столом сидел опять очкарик! «Может, хватит! " – уже завопила я! Артур улыбнулся, и стал собой. Время шло быстро, я была голодна, и кушанья мне все нравились, вино было одной из лучших германских фирм, я в них плохо разбиралась, и не стала уточнять. Он, Артур в середине вечера решил меня пригласить на танец. Мне ничего не оставалось, как согласится, – ведь мы с ним сюда пришли. Музыканты играли какую – то волшебную музыку. С ней можно было плавно кружиться, или медленно передвигаться, в общем, он очень прекрасно двигался. Я забыла на мгновенье где я, с кем, – меня куда – то понесло воображение далеко к морю, к югу, я как – будто терялась в теплых волнах, меня слегка качало, как на волнах, потом поднимало вверх к небу будто бы, словно я сама невесомость или умею летать… Музыка закончилась, с ней и видения, я не даже не заметила, как я очутилась опять за столом, на своем месте… Весь вечер мы практически не разговаривали, любовались обстановкой, ужинали, и он постоянно мне говорил, что я очень обворожительна, что я, неземной красоты. Скоро музыка вообще перестала играть, повеяло холодом, и Артур сказал, что он скоро придет. Я осталась за столиком совершенно одна, что мне только не лезло в мою голову, что мне надо отравиться, или кричать, не смотря на своё обаяние, он мне напоминал какого то монстра, да ещё эти превращения в очкарика! Что делать, – крутилось в моей башке. Что же делать? За мыслями я не заметила, как появился он. «Пойдемте со мной. Пробил час!» Я в истерике сказала, что я никуда не пойду, мне срочно нужно домой! «Милая, так ни какого дома и нет, это, Вам, привиделось…» " Ну, это уже слишком», – подумала я, что он себе позволяет, он уже просто паясничает. Вдруг он выводит меня на улицу, и там я вижу совершенно другой город, мой дом куда то исчез. Мне ничего не пришлось, как только поддаться воле судьбы, и пойти с пришельцем в незнакомый город. Небо с каждой минутой становилось светлее и светлее, перед нами простилалась безлюдная местность, в которой почему то чувствовалось остаточные явления прошедшего супер праздника или нашествия кого – то. Мы шли молча. Говорить не хотелось, вспоминался прошедший вечер в ресторане, волшебная музыка. Но я решила нарушить тишину – молчание, спросив пришельца: «Вот теперь, когда я всё и всех потеряла, Вы, что собираетесь со мной делать? И скажите, как долго будут длиться эти мои необычайности?», – почти ревел мой голос. Артур продолжал молчать, глядя мечтательно перед собой. И снова он нарушил паузу своим проникновенным голосом: " А, Вы, любите горы или чертово колесо!?» Я ему ответила, что да, но зачем сейчас об этом спрашивать… Артур молчал, секунда, и он сказал, что отведет меня в чудное место, где нет ни кого, ни города, ни людей, ни зданий, – только ты и я… Я сначала испугалась, но потом, увидев его сверкающие глаза, не смогла отказать. До места мы добирались недолго, прошли сначала улицы, где ничего не было, кроме разбросанных от праздника банок и бутылок, да всяких цветных бумаг и одежд, потом прошли мимо аллеи, напоминающей крылья птицы в своих двух ответвлениях, и очутились около оврага, уводящего прямо к горам, цвета изумруда. Горы переливались, надо ними простилалась высь с лиловым, переходящим в цвета хаки оттенком, даль была безграничной. Моему восхищению не было конца, я просто наслаждалась музыкой природы, царящей возле гор, я опьянела, меня немного качало. Артур сказал, что я в этом платье на фоне гор выгляжу просто фантастически. Я опять вернулась в реальность, вспомнив, что он хочет обладать мной. Я задрожала. Тогда Артур скинул свою куртку, и бросил мне на плечи, сказав, что пока мы будем подниматься по дальше в горы, может начаться ливень или сильный ветер, и, что надо успевать. Мы побежали. Я бегала довольно – таки быстро, а Артур, словно летел, – и мы мигом.. И мы мигом очутились на месте, куда Артур собирался меня отвести. Это было чудное место, вокруг все сияло, какой – то невыносимо проникновенной красотой. Строгость очертания горизонта, небо, уводящее вдаль синевы, переходящую почти в фиолетовый оттенок. Кругом росли розы, от их благоухания у меня ещё сильнее закружилась голова, и я незаметно для себя погрузилась в какую – то утонченную негу, несущую с собой поток ощущения безмятежного счастья, я уже настолько прониклась происходящим, что уже не верила, – я ли это, и всё, что происходит со мной реально ли!? Я не смогла остановить нахлынувший на меня поток очарования, и сказала пришельцу, – что я согласна на ночь страсти. Под наркотическим действием природы гор я поцеловала сама Артура. Он мне ответил взаимностью. Наш поцелуй был чем – то незабываемо – космическим. Аллегорией бесконечного потока нежности и страстности, мы прижались к друг другу и ощутили, что нас несет в бесконечное временное блаженство, состояние напоминало невесомость. и над нами тянулся какой – то шлейф необычайного проникновения вечности в состояние сладостной истомы, она не прекращалась, поцелуй был настолько сладок и приятен, что напоминал детское ощущение сказочности. Я и Артур, – мы утопали в нежности и сладострастности. Артур сказал мне спускаться ниже под горы, там находилась мягкая россыпь роз и трав, – созданная природой для нас постель. небо раскинулось прямо над нашими головами, словно мы были под его куполом. Вечерело. Наша страсть накалялась. Артур повел меня к морю. Сказочность вечерних волн таила в себе ещё большую негу страстности. Он буквально сорвал с меня одежду. Я поддалась этой необузданной страсти. Она раскалялась под куполом неба, как уголь в печке. Он рвал на меня красивое платье, я срывала с него одежду. В этот момент мы не думали ни о настоящем, ни о будущем, ни чем, мы были увлечены какой – то неземной игрой, словно горы нам взывали, любите! Я почувствовала напряжение своего тела и его органа страсти. Тело мое ликовало, оно как – будто играло на арфе всеми струнами, он меня целовал страстно и нежно, спускаясь всё ниже и ниже, где у женщины находится центр жизни. Я немного постанывала, как нежная, шустрая пантера, вышедшая на волю из клетки. Артур был неотразим. Его тело настолько звенело мускулами и всеми частями тела, что мне казалось, – я умру от страсти, от желания соединиться в одно целое. Артур оттягивал проникновение в меня. Я уже настолько изнемогала от страсти, что совсем потеряла контроль над своим телом. И вот когда страсть моя накалилась до наивысшей точки, он плавно проник в меня, и начал движения. Это был самый пылкий и огненный акт проникновения в мое женское начало. Мое тело ликовало, оно двигалось в такт действиям пришельца всё с большей и большей силой! Я еле сдерживала крик над воздушным пространством окружающего нас моря и света гор. Его движения были с каждой минутой все сильнее и сильнее, – я была на грани реальности и нереальности происходящего. И вот, совсем неожиданно движения стали усиливаться, подготавливая мое тело к кульминационной точке. Я вскрикнула, – и мы оба упали в легкой изнеможенности, и расслаблении наших тел. Да, – я расслабилась. И лежала с закрытыми глазами, – и о, – боги, когда я их открыла, ничего подобного, то есть гор и пришельца Артура рядом не было, он как будто растворился в тумане. Да, точно, – жизнь, – это плывучий океан мистических проявлений, – подумалось мне. Артур ведь говорил ночь страсти в обмен за душу, – значит, он никогда больше не вернется! Но, – где же тогда нахожусь я? Я огляделась, – передо мной стоял мой личный кабинет! Так что это было, – плод моей фантазии!? А где мой муж? И тут раздался звонок, мой муж звал меня на обед к друзьям…