Роза Высоцкая
Ордер на чувства

Глава 1

– Там кто-то душит человека!

– Где?!

– Там!

Марк рванул за испуганным официантом вглубь зала. Кафе располагалось под стеклянной крышей местного торгового центра. Посреди зала разыгрывалась странная сцена: невысокая девушка удерживала в жёстком захвате мужчину средних лет. Обычный наблюдатель подумал бы, что она хрупкая и не представляет никакой опасности, однако намётанный глаз Марка подметил эту стойку: шутка, что полицейских легко увидеть в толпе, для Марка шуткой не являлась. Мужчина в захвате отчаянно дёргал ногами, бледнел на глазах и явно задыхался. Марк начал чуть сильнее нервничать и ускорился.

Официант метался рядом, пытаясь вмешаться. Подскочив ближе, он протянул руку, но девушка, не ослабляя хватку, легко подставила ему подножку. Официант грохнулся на пол, едва не подмяв под себя поднос с грязными чашками.

Марк кинулся вперёд. Схватил девушку за запястья, стараясь разжать её руки. Она резко обернулась, и свирепое выражение на её лице заставило Марка опешить. Вдруг она сама оттолкнула мужчину. Тот потерял равновесие и врезался в ближайший столик, с грохотом опрокинув его. Послышался звон ломающейся посуды, и редкие посетители кафе стали оборачиваться. Хорошо хоть за столиком никого не было, подумал Марк.

Девушка подняла руку, будто собиралась ударить и Марка, но не решилась (а может ей было лень в восемь утра бить ещё одного? Кто ж знает). Медленно опустила ладонь и отступила на шаг назад. Глаза сверкали, лицо пылало, её выглаженная, судя по всему, рубашка была безбожно помята. Она осмотрела себя, злобно пыхнула и поправила рукава. Марк неотрывно следил. Да, рубашка точно была выглажена с утра впопыхах, наверное, поэтому она так злилась. Вопреки инстинкту самосохранения, который твердил срочно смыться отсюда, он уже хотел произнести тупейший подкат. Эта девушка настолько впечатлила его, что он тут же решил во что бы то ни стало пойти с ней на свидание. Ну посудите сами: во-первых, она рано встала и пришла за кофе, что говорит о дисциплине. Во-вторых, она скорее всего живёт рядом, а так как Марк теперь будет работать в местном Департаменте спецбезопасности, он сможет её часто видеть. В-третьих, она была красива и сильна, особенно для утра понедельника: каштановые волосы, чуть вьющиеся, были заплетены в простую косу, хотя она уже успела распушиться. Ну конечно, уложила амбала, что ещё оставалось делать этой косе? Марк был бы рад заново её заплести…

Глаза были темными и прямо горели, но Марк не мог пока понять, это от гнева они почернели или просто цвет такой. Он уже хотел было открыть род чтобы спросить про это, как послышался голос со спины и выдернул Марка из блаженных мыслей.

– Здравствуйте. Я администратор данного заведения.

Оба вздрогнули.

Мужчина, всё ещё лежавший на полу, едва не задушенный, застонал особенно жалобно. Администратор дрогнувшим голосом продолжил:

– Не могли бы вы пройти со мной?

Девушка сложила руки на груди и повернулась к администратору. Марк только что осознал, что они добрых секунд тридцать смотрели друг другу в глаза. Ноги чуть подкосились.

– Нет.

– Мисс, я не думаю, что вам и вашему… другу—

– Он мне не друг.

– Тем не менее, я настоятельно прошу вас пройти со мной, дабы избежать—

Девушка медленно подошла к администратору. Голос её стал спокойным, в нём не дрогнуло ни одной ноты.

– Слушай, как тебя зовут? – Она прищурилась, склонившись ближе к бейджику, прикрепленному на груди администратора. Стиви, как выяснилось, даже не дёрнулся. Уважение. Марк бы уже на его месте свалил подальше.

– Стиви, да? Так вот, Стиви. Этот ублюдок приставал ко мне минут пятнадцать. Мои просьбы увести его куда подальше ваш официант благополучно игнорировал, – официант за её спиной(уже успевший встать и собрать осколки бедной чашки) втянул голову в плечи, – а когда я отвернулась, этот "дружок", – она сделала кавычки в воздухе, – подсыпал мне клофелин в капучино. В понедельник! Ещё даже девяти утра нет!

Слова прозвучали почти как плевок. Она стояла так близко к администратору, а соответственно и к Марку сбоку, что ему тоже стало стыдно, что этот мужчина посмел побеспокоить её.

– Так что мы поступаем так: я не жалуюсь на халатность ваших сотрудников, а вы делаете мне флэт уайт с солёной карамелью за счёт заведения. И забываете об этом инциденте. А парня я забираю.

Стиви стушевался.

– К-куда?..

– Куда надо. Всё ясно?

– Да, мисс. Приношу глубочайшие извинения.

Марк смотрел, как она спокойно отступает. Он был в шоке. Чтобы уладить такое – ему самому потребовалось бы минимум пару раз показать удостоверение. А она просто сказала. И всё сработало.

Сила была не только в теле. Больше – в голосе, во взгляде, в том, как она не оставляла сомнений. Даа, у Марка не было шансов не влюбиться прямо сейчас. Осталось только не стушевать и пригласить её…

– Чего уставился? – Её голос выдернул его из мыслей. Он протянул руку.

– Я Марк.

Она уставилась на него, как на полного идиота, и повернулась к опрокинутому столику – видимо, собиралась забрать того самого мужчину. Удивительно, но мужчины там не было. Девушка раздражённо топнула ногой.

– Вот же ублюдок!

Марк снова решил попытать удачу.

– Может, помочь?

– Обойдусь.

– Как вас зовут?

Она подняла кожанку с пола, накинула на плечи. Когда не напрягалась – казалась удивительно мягкой, даже спокойной. Но Марк уже знал: под кожей у неё прячется железо.

– Если не отстанешь, тебя ждёт та же участь, что и того ублюдка. Я понятно выразилась?

– Я понимаю, тот мужик испортил вам утро. Вот же пошли ублюдки, среди бела дня такое вытворяют! Я мог бы составить фоторобота и найти его для вас. Ой, что-то меня не туда занесло. Я всего лишь хотел—

Она громкой цокнула и закатила глаза.

– Я непонятно выразилась?! Вон с моего пути, мальчик.

Марк хотел ещё что-то добавить, но прикусил губу и сделал шаг назад. Вот вечно он не с того начинает. Какой ещё фоторобот?!

– Ладно, ладно. Простите.

Она снова закатила глаза и направилась к барной стойке за своим заслуженным кофе.

Марк крикнул ей вслед:

– Счастливой жизни!

В ответ – средний палец. Даже не обернулась. Марк усмехнулся. Он уже видел их свадьбу, жаль, что не срослось.

Глава 2

Айрин допила свой кофе на ходу, успев только мельком взглянуть на небо сквозь стеклянную крышу местного торгового центра. Он уже был достаточно старенький, и работал, наверное, только за счёт её и её коллег, которые выживали на кофе отсюда и энергетиках из гипермаркета на цокольном этаже. Всё утро она ощущала себя, как чайник, оставленный на плите: вскипел, выпарил всю воду, свистит что есть мочи, а дома всё равно никого нет, кто услышит то? Остаток пути до работы только одна мысль вертелась в голове: зачем вообще она вышла из дома. Нужно было просто остаться в департаменте на выходных и всё. Мотание туда-сюда убивало хуже, чем работа по выходным. Да и зачем возвращаться в город? В Департаменте, вопреки всем слухам про всяких приведений, был отличный жилой комплекс. И до работы идти минут десять.

Здание Департамента выглядело, как офис любого крупного IT-холдинга – стекло, бетон, электронные турникеты. Ремонт закончился лет пять назад, поэтому всё ещё сверкало, лифты не ломались, компьютеры были новые, в целом, мечта, а не работа. Среди своих называли просто – Департамент. Хотя название гордо висело прям на входе здания: "Агентство взаимодействия региональных подразделений по вопросам безопасности и внутреннего контроля". Серьёзно? Если Айрин когда-нибудь возьмут в плен и будут допытываться, откуда она и где работает, то она умрёт в первый же час, просто потому что не помнит названия! Неофициально Департамент считался частной структурой, но выполнял функции по обеспечению внутренней безопасности – от киберугроз до зачисток. В общем, делали всё, до чего доходили руки, а главное – быстро, так как они не были обременены наличием гигантской иерархии и бумажной волокиты.

Айрин зашла, махнула пропуском и услышала за спиной привычный голос:

– Доброе утро, пропащая!

Охранник радостно ей помахал.

– Генри, хочешь, я тебе мышку в чай опущу? – ответила, не оборачиваясь.

– Вообще то это вода. Мне зубы вчера чистили, сказали ничего красящего не пить, – сказал он грустно. Да, это реально было обидно, но Айрин лишь пожала плечами.

– Будто мне не плевать.

В коридоре показался Ноа – в очках, вечно с зажатым планшетом и выглядел так, будто только что вышел из допросной. Вид у него был отрешённый. За ним шёл Питер с коробкой… чего-то? и подозрительно выспавшимся лицом. Обычно Питер страдал от бессонницы, как и большинство работающих здесь больше трёх лет. Айрин мысленно похвалила его.

– Айрин! Мы уже ставили, во сколько ты зайдёшь, – Питер переместил коробку в левую руку, чтобы поздороваться. Айрин не переставала удивляться его силе. Или может коробка лёгкая? Она встала на цыпочки, чтобы посмотреть, но Питер поднял её ещё выше, – ты даже зайти не успела, а уже суёшь нос не в свои дела.

Ноа протянул ей планшет, отвлекая.

– Собрание через полчаса. Вот все данные, которые ты просила.

– Спасибо, Ноа, ты – как всегда душка.

Питер наклонился, чтобы посмотреть на планшет, но Айрин приложила его к груди.

– Кто там говорил про любопытство?

Питер закатил глаза, но не стал допытываться. Айрин кивнула им на прощание и направилась к лифту. Вся аналитика находилась на четвёртом этаже, вместе с лабораториями. Хотя никто не знал, зачем лаборатории ставить так далеко от медблока. На втором этаже находились актовый зал, для масштабных мероприятий и инструктажей, а также кабинет Меньшикова, руководителя Департамента, и конференц зал для понедельничных совещаний. На третьем этаже находились кабинеты оперативных групп и технических специалистов. Опять же, абсолютно нелогичное расположение по её нескромному мнению, потому что эти отделы стабильно два раза в неделю ругались по поводу методов решения проблем и проведения операций. Айрин вынырнула из мыслей и вышла из лифта, который оповестил о прибытии на четвёртый этаж.

– Эй! – воскликнула Лизи, выглядывая из-за стойки с лабораторным оборудованием. Коридор четвертого этажа был достаточно длинный. По одну сторону от лифта была одна стойка, где обычно дежурил кто-то из лаборантов и аналитиков. В целом лаборанты и аналитики уживались лучше, чем их коллеги с третьего этажа, – Айрин, как выходные прошли? Хорошо отдохнула? А я нет! Например, позавчера Гвенни чуть не взорвала нашу лабораторию. Теперь там красуется яркое жёлтое пятно на потолке, смахивает на солнце. Если смотреть очень-очень внимательно.

– Ну теперь вам нужно, наверное, солнцезащитным кремом пользоваться? – спросила Айрин. Даа, спасибо что лабораторная осталась на месте. Пару месяцев назад её парень Ленни (тогда ещё ухажёр) решил ей на последние дни подготовки к экзамену сварить лекарство от синдрома постоянной усталости. Им вдвоём пришлось оттирать стены от ярко голубой маслянистой смеси, Ленни так и не понял, какое вещество дало такой эффект. Но Гвенни всё же впечатлилась. Коридор вонял серой ещё пару дней. Айрин сморщилась от фантомного запаха.

– Ха-ха, очень смешно – пропищала Лизи с улыбкой.

Из первой лаборантской вышли Ленни и Гвенни. Он нёс ноутбук, она – чашку с каким-то подозрительно зелёным напитком. Всего было 4 лаборантских, не считая гигантской лабораторной в подвале второго корпуса, который стоял прямо под медблоком. Гвенни и Ленни в прошлом месяце пытались туда проскользнуть, но Лизи быстро их нашла, за что ей Айрин была безмерно благодарна. Никогда не знаешь, что могут выкинуть инициативные молодые коллеги.

– Мы решили, что, если бы зомби напали, Лизи выжила бы первой, – сказал Ленни.

– Потому что она вас спасла от взрыва? – предположила Айрин.

– Нет, потому что она чуть не вцепилась нам глотку, – хором ответили Ленни и Гвенни.

Айрин скривилась и пошла к себе. Кабинет был тесный, с мониторами, бумагами и любимой кружкой "Лучшей подруге на свете." Надо бы её уже выбросить, у нее даже ручка уже шаталась, правда руки не доходили(да кому она врёт вообще, эта кружка – единственное, что она унесёт с собой в гроб, только тсс). Здесь она обитала с тех пор, как год назад получила травму на операции. Спина до сих пор иногда болела, особенно перед дождём, но главной причиной конечно же был приказ Меньшикова переселиться с третьего на четвёртый этаж. Она сжалась, когда услышала это впервые. Но потом научилась сидеть. Смотреть. Анализировать. Но как же это было скучно! Вот и приходилось всё время что-то вытворять. Благо начальник в ней души не чаял, и всё сходило с рук.

Совещание проходило всегда по понедельникам и всегда в конференц зале. Обычно на нём присутствовали два аналитика, два оперативника, кто то из тех безопасности и медики. Редко, но можно было увидеть молодую кровь, которая только закончила обучение, как Гвенни и Ленни. Но в основном это был уже утвердившийся состав, который разносил приказ по своим отделам. Все уже сидели на месте. Один большой овальный стол, гигантский сенсорный телевизор, последний писк технологий, но в целом строгая атмосфера, которую редко кто нарушал. Вошёл Меньшиков – седой, среднего роста, гладко выбритый, с лицом человека, который всегда знает, что делает. Никогда не кричал, даже в самых страшных ситуациях, а они, даже за те три года, что Айрин здесь работала, были. В целом это был человек старой закалки, который уже смирился с тем, что мир не изменить, поэтому просто старался хорошо делать свою работу.

– Коллеги, доброе утро, – Он обвёл глазами всех, видимо пересчитывая, все ли на месте, – На повестке две новости. Начну с плохой. Завод по производству пластика на Южной взорвался полгода назад, как вы помните, и по прогнозам его должны были восстановить только через три года, – Нова пару раз провел пальцем по планшету, и на экране телевизора появились кадры с места происшествия, – однако мы получили информацию, что он снова начал поставлять продукцию, объёмы товара увеличились в несколько раз. Хотя по накладным, которые находятся на складах, товары поступают еженедельно, из складов они не выезжают. Я так думаю, что это достаточно крупная организация, поэтому дело у нас стоит на первом месте ближайший месяц точно. Техотдел должен найти и отсмотреть все камеры слежения у складов, где, когда и куда всё отвозят, и, самое главное, куда пропадает. Боюсь, возят они далеко не пластик. Задача аналитического отдела, собрать информацию про все склады в регионе, куда поставляются товары из завода. Я уже передал Лизи контакты одной организации, куда поступают товары по накладным одного типа, но пропадают. До конца дня все должны быть ознакомлены. – Лизи что-то черкнула в своём ежедневнике и кивнула. – Лора и Оливер ещё не пришли?

Коллеги начали переглядываться, Гвенни подала голос.

– У одного оперативника пневмония, они остались в медблоке, я им всё передам.

В дверь постучали.

Меньшиков кивнул и продолжил.

– Вторая новость, – продолжил Меньшиков. – У нас пополнение. В отдел оперативной группы назначен новый сотрудник, на замену. Входите!

Дверь открылась, в конференц вошёл мужчина, можно даже сказать молодой парень, может чуть старше Ленни, но точно младше Айрин, насколько она могла судить. Он кивнул, чуть неловко махнул рукой и подошёл ближе к сенсорному экрану, давая всем себя осмотреть. Одет он был непримечательно, да и внешность тоже была абсолютно обычная. Айрин одобрительно взглянула на Меньшикова. Он оглядел всех, и встал рядом с новобранцем.

– Марк Дэрни. До этого учился в школе Нацбезопасности, год работал там же. Ноа, ты выдаёшь ему разрешения и аккаунты до конца недели. Питер будет наставником. Познакомишь с остальными оперативниками, покажешь корпуса.

Ноа с Питером кивнули. Все начали представляться новобранцу, и Айрин продолжила своё «анализирование». Язык тела парня по мере знакомства чуть расслабился, хотя в начале она прямо кожей чувствовала, как он нервничает. Впрочем, неудивительно, о Департаменте ходило достаточно много слухов, и не самых приятных. Парень чуть криво улыбался, ерошил свои волосы, прямо как совсем молодой пацан. Стойте-ка…

– Меня зовут Лизи Берсон, я заместитель руководителя оперативной группы, также наставник наших лаборантов Гвенни и Ленни. Настоятельно прошу не коверкать моё имя.

– Я Питер Роджерс, руководитель оперативной группы. По всем вопросом можешь обращаться ко мне.

– Я Ноа. Руководитель отдела Технической безопасности. Если тебе нужен доступ к файлам, можешь обращаться ко мне. Но лучше делать это в письменном виде.

Айрин чуть нахмурилась. Он был в тёмных джинсах, в тёмно-синей футболке… Айрин снова посмотрела на его непримечательное лицо, но на этот раз внимательнее. Эти брови она точно где-то видела…

– Ты сейчас дырку прожжёшь в нём, – прошептал Питер, который сидел справа от неё. Она злобно зыркнула. Питер толкнул её ногу.

– Да что! – Айрин толкнула Питера в ответ.

– Представиться не хочешь? – подал голос Меньшиков.

– А. Да, точно. Меня зовут Айрин, я руководитель аналитического отдела, нахожусь в 406 кабинете. Если возникнут какие-то вопросы, настоятельно прошу меня не беспокоить.

Марк кивнул раз, два. Резко поднял голову и округлил глаза. Точно! Айрин вспомнила эти брови! Это же тот чудик из кафе, из-за которого тот маньяк убежал!

– О! Снова здравствуйте, – сказал Марк, глядя прямо на Айрин. – Я думал, больше никогда вас не увижу.

В конференц зале на мгновение повисла гробовая тишина. Питер корпусом повернулся к Айрин и поднял брови, требуя ответы на незаданные вопросы, на что она закатила глаза.

– Мы утром пересеклись в Эвересте.

Так называли кафе на последнем этаже торгового центра среди коллег. Зимой там было невозможно находиться дольше пятнадцати минут, вот и название приклеилось.

– Да, она уделала мужика одного, – подал голос Марк.

– Даа? – Меньшиков удивлённо посмотрел сначала на Марка, потом на Айрин. Марк понял, что ляпнул лишнего ещё до того, как Айрин на него свирепо глянула.

– Обещаю, что никто не будет писать на меня заявление, – Айрин подняла руку.

– Не хочу знать подробностей. Все вон. – Меньшиков стёр со своего лица абсолютно все эмоции и встал. Гвенни и Ленни, видимо опасаясь за свои жизни, первыми вылетели из зала. Питер пригрозил пальцем Айрин и вышел вместе с Ноа и Марком. Айрин выдохнула и поднялась. Надо будет поменять номера кабинетов, чтобы её не нашли. Вдруг Лизи взяла её под руку.

– Кого ты там успела избить?

– Это было абсолютно заслужено!

Они вышли из зала и направились к лифту. Гвенни и Ленни всё ещё стояли там, видимо ждали их. Все вчетвером зашли в лифт. Айрин продолжала гордо молчать, как вдруг Ленни тихо спросил.

– А кого он заменит? Наш оперативник не настолько плох, у него просто температура поднялась, неужели вы его отстраните?

Лизи и Айрин сначала переглянулись, не понимая, о ком он говорит.

– Так что ли Департамент дорожит своими сотрудниками? Джордж болел всего неделю, неужели его из-за этого нужно увольнять? Я практически уверен, что так делать незаконно!

Джордж – один из штатных оперативников. На прошлом задании он был в горах, слег с пневмонией, и сейчас Лора, главный врач медблока, ухаживала за ним. Лизи посмотрела на Ленни как на идиота.

– Сколько должно быть оперативников всего, Ленни?

Лифт открылся, и они вышли на четвертом этаже, но остановились у стойки. Гвенни спряталась за Ленни. Айрин поняла, что теорию они выучили в ночь перед экзаменом и тут же забыли. Ну что за люди! Айрин закатила глаза и начала успокаивать их.

– В оперативной группе в полном составе, считая тех, кто находится в запасе, должно быть восемь человек. Сейчас их, считая Джорджа, семь. Меньшиков заменил меня, а не Джорджа. У вас мозги вытекли из-за ваших опытов или что?

– Ааа… я забыл просто… что ты оперативником числилась. – Ленни виновато опустил голову. Лизи обеспокоенно посмотрела на Айрин.

Да, разговоры будут всегда, этого не избежать. Айрин уже было плевать на это. Она закатила глаза и пошла к своему кабинету.

***

Марк валялся на кожаном диване в зоне отдыха – один ботинок снят, нога на столе, на груди папка с делом, которую он открыл для ознакомления. Как оказалось, без допуска он даже в кабинет свой зайти не может, поэтому первый день пройдёт налегке. Питер показал ему все корпуса и свалил раздавать приказы в главный корпус. Зона отдыха находилась во втором корпусе. Всего их было три: главный, или первый – там были отделы, разбросанные по этажам, архив, который находился в подвале и склад оборудования, которые занимал аж четыре этажа, с пятого по девятый. Второй корпус стоял внутри мини-городка, в нём находился медблок, который занимал первые три этажа, и кабинеты и спортивные залы для обучения с четвертого по седьмой этажи. На восьмом этаже были раздевалки и душевые, а на девятом этаже расположилась огромная зона отдыха, где модно было делать буквально что угодно. Тут тебе и печка, и микроволновка, и плита, и полка с настольными играми, и диваны, столики.

Марку здесь понравилось. Третий корпус он увидел мельком, потому что это был обычный жилой комплекс, где жили работники, которым далеко добираться домой. В целом, Департамент был построен достаточно удобно. Это было его главное отличие от школы нацбезопасности. Ноа обещал ему принести пропуск в жилой комплекс, чтобы Марк перенёс свои вещи в новую «квартиру», поэтому ему оставалось только ждать. Близился обед. У Марка уже урчало в животе, хотя поел он в кафе плотно. Видимо это из-за стресса. Он бы пошёл в столовую, но она тоже находилась в жилом корпусе, а он туда без пропуска зайти не мог. Да что за наказание то! Он решил отвлечься от еды. Пойти к той девушке, которая чуть не задушила утром урода. Как она сказала? Айрин, 406 кабинет, ни за что не подходить? Звучало почти как предложение. Марк спешно надел второй ботинок и направился в главный корпус.

Марк зашел в лифт и вспомнил, что он тоже не поедет без пропуска. Зачем столько уровней безопасности?!

– Погодите! – к лифту бежал очень высокий мужчина в белом халате, махая Марку руками. Вблизи он оказался ещё выше, и Марк чуть опешил. Не меньше двух метров, это точно. Марк не считал себя низким, но на фоне Этого он показался себе карликом. Кроме роста и белого халата в глаза бросилась ароматная чашка горячей лапши. Чем дольше Марк смотрел на парня, тем больше вопросов у него возникало. Он решил отступить вглубь лифта, давая незнакомцу больше места. Тот быстро приложил пропуск к картридеру и нажал на второй этаж. Улыбнулся Марку и тут же нахмурился. – Я вас здесь не видел.

В целом это было неудивительно, но Марку казалось, что здесь работает достаточно много людей, чтобы смочь всех запомнить. Тем не менее, он протянул руку и представился.

Высоченный парень назвался Оливером, тем самым, который не присутствовал на совещании. Парень оказался заместителем главного врача Департамента и по совместительству её мужем. Собственно, именно ей он и нёс лапшу, жалуясь на то, что она уже несколько дней плохо питалась. Марк мысленно позавидовал паре. Лифт остановился на втором этаже, и только тогда Марк вспомнил, куда собирался.

– Слушай, а можешь нажать на цокольный? Мне просто в главный корпус надо, а пропусков ещё нет.

– Да без проблем, бро. Можешь, кстати, подойти к Лизи, у неё всегда есть снэки. – Оливер подмигнул ему. Марк смутился. Неужели урчание желудка было настолько громким?

– Спасибо.

Оливер нажал нужную кнопку, подмигнул и ушёл вглубь коридора. Даа, тут все оставляют неизгладимые впечатления. Марку начало казаться, что на работу принимают исключительно харизматичных и обаятельных.

На этот раз он решил найти Лизи с помощью лестницы, а не лифта. По пути он иногда с кем-то сталкивался, но все были так увлечены разговорами или свечением экрана планшета, что не обращали внимания на заблудшего новобранца. Методом проб и ошибок он всё же нашел нужный коридор. Марк нагнулся к стойке, но там никого не оказалось. Пока он стоял и думал, стоит ли ему идти в 406 кабинет, по другую сторону стойки послышались голоса, среди которых он выявил Лизи.

Через приоткрытую дверь 410 кабинета кто-то говорил – глухо, но разборчиво. Он бы проигнорировал, но услышал знакомое имя.

– …Айрин опять осталась за компьютером, – прозвучал голос Лизи,– может мы сами обед занесём?

– В прошлый раз ты пролила суп на ее клавиатуру, – отозвался Питер.

– Это она виновата! Так наорала, что у меня руки дрогнули, – обиженно произнесла Лизи.

– Не делай добра, не получишь зла— сказал Ноа, причмокивая чем-то явно слишком горячим.

– Не трогайте её, ладно? Это её способ проживать… жизнь. Некоторые из вас наверное бы вообще не выходили из дома, – задумчиво произнёс Питер.

– Жуть просто, – произнёс Ноа, теперь он хрустел чем‐то. Чёрт, Марк тоже голоден, а Ноа вместо того, чтобы заниматься его пропуском, сидит здесь?

– Он был не просто другом? – спросил Ленни после паузы.

– Был, – ответил Питер коротко.

Наступила тишина. Долгая.

– Прекрати, – снова Гвенни. – Мы обещали.

– Я и не начинаю, – буркнул Ленни, но голос его стал глухим.

Марк нахмурился. Он успел пропустить

часть диалога пока думал о жрачке?

– Это было до вас, – тихо добавила Лизи. – До всего. И до той Айрин, которую ты видишь.

– Тогда она была совсем другой, – подтвердил Ноа. – постоянно таскала с собой кофе для двоих и слушала какой-то совершенно отвратительный плейлист.

– До сих пор слушает, – выдохнул Питер. – Только в наушниках.

– Короче, – сказал Ленни, – не лезть к ней с допросами. Особенно не спрашивать про… ну, я понял.

– Лично я ничего не понял, – ответил Марк в полголоса сам себе.

Звуки из кабинета резко затихли. Блин.

Дверь открылась настежь, и из неё высунулась голова Гвенни. Марк собрал все свои силы в кулак и улыбнулся самой ослепительной улыбкой, которая у него только была в арсенале. Следом за ней вышла Лизи, сложив руки на груди.

– Как ты вообще здесь оказался?

Марк положил локоть на стойку и облокотил на руку голову. Да, максимально небрежная поза, конечно.

– Ребят, я понимаю, что вторгаюсь и всё такое, но я очень голодный, а столовая непонятно где.

Из кабинета донёсся скулёж. Марк надеялся, что это Ноа.

– Так вот что я забыл!

Лизи закатила глаза.

Глава 3

– Кто жрет на собрании – тот и докладывает, – сухо заметил Меньшиков, проходя мимо Ленни, у которого за пазухой явно что-то хрустело.

– Это у меня… документы помялись, – натянуто улыбнулся тот. Гвенни закатила глаза.

– Угомонись, у тебя крошки на губах, – прошептала она.

Айрин молча сидела у стены, заложив руки за спину и почти сливаясь с интерьером. Марк, конечно, заметил её и не смог удержаться.

– Айрин, а тебе не жарко в этом углу? Может, к нам, в зону с кислородом?

– Марк, а ты знаешь, как долго человек может говорить без мозга? – холодно поинтересовалась она.

– Видимо, я в процессе эксперимента, – весело ответил он, откинувшись на спинку стула. Питер хмыкнул.

Первая неделя работы прошла непродуктивно. Всё, что делал Марк, это ходил из одного отдела в другой за тем или иным допуском, пропуском, разрешением… Он начал понимать, почему люди здесь не обращают внимания друг на друга. Не было абсолютно никаких шансов, что злоумышленник сюда попадёт. Это наводило на мысли о прецеденте, но Марк не стал развивать эту мысль. Оперативная группа приняла его по большей части, показала тренировочную и «штаб» на третьем этаже. Питер, как оказалось был отцовской фигурой почти для всех, включая даже начальников других департаментов, поэтому Марку было легко спрашивать у него обо всём. Лизи относилась к нему более холодно, но это было логично: они пересеклись за всё время лишь пару раз, она в основном была на четвертом этаже с Гвенни и Ленни. Ноа Марку показался очень отрешённым, и он решил для себя стать его лучшим другом. Гвенни и Ленни же почему-то стали его хвостиком, хотя Марк не понимал больше половины того, что они говорят. Питер успокоил его тем, что никто в Департаменте, кроме Лоры и её мужа Оливера, их не понимает.

Айрин же… Что ж, это было сложно. Каждый раз, когда он её видел, а это происходило лишь три раза после совещания (да, он считает их встречи), он начинал нести абсолютную ахинею. Благо, чувство стыда у него почти отсутствует, поэтому он решительно продолжал это дело.

Меньшиков тем временем встал у проектора и включил схему – на экране замигала карта города, несколько синих точек загорелись в районе складов за чертой промышленной зоны. Вообще, город у них был достаточно крупный, и заводы находились только на юге региона, за чертой города, мало кто туда совался. В первые месяцы стажировки Айрин и её… сокурсники перепутали остановки автобуса и случайно забрели туда. Место буквально пропитано машинным маслом, пылью и отходами. Когда они вышли на поиски остановки, которую уже успели потерять, прошло часов пять по ощущениям. Лора их заставила писать трёхлистовые рапорты. В общем, не самые тёплые воспоминания.

– Приступаем. Первое задание в рамках "Южный полюс", как мы его назвали между собой, – начал он. – Объект интереса: неофициальный логистический узел, замаскированный под мелкую упаковочную фирму, блок 14 центра южной промзоны. По нашим данным, через него проходят посылки с нелегальными компонентами для устройств слежения и взлома. Возможна связь с организованной группировкой, работающей на территории региона. Последняя доставка была особенно крупной, что наводит на мысль о снабжении в другие города. Наши координаты совпали с международным следом.

– Конкретнее? – переспросил Ноа, уже щёлкая на планшете.

Международный след? Айрин, конечно, знала, что этот регион не захолустье, но не настолько же. Тут даже маньяки не водились. В основном.

– Проверим трёх сотрудников. Один из них – внешне не причастен, но числится по фальшивому паспорту. Второй связан с доставками, третий – технический специалист. Цель – наблюдение, анализ, возможно, внедрение.

– Под прикрытием? – уточнил Питер.

– Пока нет. Слишком рано, но возможно на следующем этапе. Сейчас выезжают двое – Марк и Айрин. Остальные – отслеживание, координация, анализ данных.

С одной стороны, задание простое. Это же и есть анализ, она не будет скучать в душном кабинете! Она мысленно скривилась. Убрать табличку не помогло, Марк нашёл её кабинет во второй день и по каждому тупому вопросу стучал, а к четвергу уже начал заходить без стука, на что Айрин отреагировала единственным возможным способом: в Марка летало всё, что можно было брать в руки. Это немного поумерило пыл парня. Айрин чуть повернула голову. Медленно. Её взгляд пересёкся с Меньшиковым, и тот в ответ лишь слабо кивнул. Спорить не имело смысла, но она попыталась.

– Мы с ним? – уточнила она.

– Ты с ним, – подтвердил Меньшиков. – Питер и Лизи останутся на связи, базу развернём на третьем этаже в отделе тех безопасности. Ноа, собираешь информацию по доставке, ищешь пункты назначения и логистов. Ленни, Гвенни – помогаете Лоре с Оливером. Если вдруг нужна медицинская помощь, будьте на связи. С включённым телефоном. Ленни покраснел.

– А можно я просто понаблюдаю за ними из машины с биноклем и шаурмой? – вставил Марк. – Мне кажется, это максимально продуктивно.

– А можно я тебя случайно забуду в багажнике? – отрезала Айрин.

– Ну вот, налаживается командная работа, – с фальшивой радостью отметил Меньшиков. Он хлопнул в ладони, завершая совещание. Команда начала вставать. Документы, планшеты, наушники, быстрые взгляды – всё за секунду вошло в привычный ритм. Прежде чем разойтись, Меньшиков остановил Айрин жестом. Дверь закрылась, и Айрин сложила руки на груди.

– Ты же сама просила.

Она кивнула, не глядя на него. Да, просила, но не прямо так сразу! Она же не думала, что её просьбы всерьёз воспримут. Первые два месяца после реабилитации вообще было тяжко, Айрин даже кажется, что она посадила зрение из-за резкой смены деятельности. Как же муторно целыми днями просто сидеть. Ладно бы это была тяжёлая умственная работа, требующая полного сосредоточения, но нет. Айрин просто сидела пять дней в неделю с восьми утра до шести вечера и делала сводки отчётов, анализов, просматривала записи нужных видеокамер, которые могли идти по восемь(!) часов. И это параллельно шло с непрерывным потоком мыслей. Так она вытерпела ровно два месяца, а дальше пошло по накатанной: стаскивает дело у Ноа, советуется с Питером, сваливает с радаров и возвращается в департамент с новым преступником и улыбкой во все 29 зубов (остальные ей выбили). Дальше конечно следовало двухдневное маринование, но так как Меньшиков души в ней не чаял, всё повторялось. Видимо, до него всё-таки дошла фраза 'не можешь победить – возглавь'.

– Я знаю, – сказала она.

– Ты в деле, – отозвался он, как будто она должны прыгать от счастья. Вообще-то, должна была.

– Это разные вещи.

Грех было жаловаться, так что Айрин смирилась, кивнула, и вышла. Марк, проходя мимо, наклонился чуть ближе:

– Ну что, напарница, едем покорять складские джунгли?

Она показательно скривилась. Будущие напарники направились к отделу информационного обеспечения, где уже должно быть сидел Ноа. Марк был достаточно выше Айрин, но со стороны всё равно казалось, что это она идёт размеренным шагом, а он бежит за ней, будто щенок.

– Держись от меня на два метра, Марк.

– Буду следовать по следу твоего очарования.

– Лучше по следу GPS, если не хочешь потеряться.

Ноа нацепил на них все необходимое оборудования и отправил на седьмой этаж за табельным оружием. Кирилл, работник отдела техбезопасности и помощник Ноа, выдал два глока с полными патронами. Марк привычно разобрал, проверил на исправность и положил в кобуру. Айрин чуть замешкалась, тяжесть оружия показалась давно забытой, ведь она на официальные миссии не выезжала уже… сколько, год? Полтора? Она не помнит. По большей части табель являлся красивым приложением к оперативнику, потому что проблему нужно было всегда решать с минимальными жертвами, а за каждой пулей следовал рапорт. Поэтому Меньшиков считал, что главным качеством опера должен быть холодный разум, а не физическая сила. Марк пока не показывал ни того, ни другого, поэтому Айрин всё время подозрительно оглядывалась на него. Но парень видимо считал это за хороший знак и лыбился. Вот же наивный придурок.

Она послала его к Генри за патрульной машиной, а сама вернулась к Ноа.

***

– Садись справа. Я за рулём, – бросила Айрин, не оборачиваясь, когда увидела Марка, стоявшего у машины. Девушка реально была спринтером. Она успела забрать документы у Ноа, взять карту и рации у их технического специалиста Кирилла, пока Марк выпрашивал служебную машину.

– Я вообще-то тоже с правами, – заметил он, покручивая ключи на пальце.

– А я вообще-то не в настроении слушать твои уморительный шуточки.

Она резко выдернула ключи из его рук, кольцо ключа вылетело из указательного пальца Марка, отчего он ойкнул.

– Так ты считаешь мои шуточки смешными и боишься умереть от смеха? Как мило, – Марк слащаво улыбнулся, на лице проступила ямочка. Айрин скривила лицо, толкнула его в сторону, и прошла к водительскому сидению.

Машина резко рванула с места. Марк едва успел захлопнуть дверь и пристегнуться.

– Ты всегда такая милая по утрам? – усмехнулся он, устроившись поудобнее.

Марк был удостоен абсолютно убийственным взглядом из-под ресниц. Какие красивые, пушистые ресницы…

– Хватит пялиться.

Марк поднял руки, будто сдаваясь.

– Ладно.

Путь до промзоны занял без малого полтора часа. Всё это время они ехали молча – Марк украдкой поглядывал на профиль Айрин. Нос был мягкий, чуть широкий, но отсюда этого не было видно. Он заметил легкий тон и тушь на ресницах, но губы не были накрашены, может кофе пила? Волосы, как и всегда чуть кудрявые, даже казались мягкими, что никак не вязалось с жёстким характером. Вообще она создавала впечатление абсолютно мягкой беспомощной женщины в беде, если не смотреть на выражение лица, когда она ловит его пристальный взгляд и вжимает педаль газа. Именно к такой ты подойдёшь, чтобы спросить дорогу. Это было бы очень полезно в работе оперативника, Марк знал по себе. Его лицо не было таким мягким, черты лица в основном острые, особенно нос, но

широко распахнутые глаза и густые ресницы никогда не оставляли никого равнодушным. Вообще он никогда не жаловался на свою внешность, но почему-то с девушками у него никогда не складывалось. Все как на один повторяли, что он слишком дружелюбный.

Машина свернула на грязную подъездную дорогу. Старые ангары, редкие фонари, следы фур. Айрин припарковалась чуть в стороне от блока 14, откуда открывался хороший обзор на зону разгрузки. Для понедельника было очень пусто, либо склады были заброшены.

– Мы не приближаемся, пока не дадут отмашку, – чётко сказала она, доставая бинокль.

– Отличный план. Да, а пока мы ждём, можем поиграть в «угадай слово» или просто…

– У тебя нет выключателя? Голова уже начинает болеть, а сейчас только обед.

– Признай, тебе со мной весело. На самом деле ты мечтаешь рассказать мне, как прошли твои выходные. Кстати, как они прошли? Я тебя после пятницы вообще не видел.

Она не ответила. Только слегка поджала губы и продолжила наблюдать. Через пару минут передала бинокль Марку. У 14 блока были хоть какие-то люди, в отличие от всей округи. Это показалось Марку хорошим знаком. Или плохим? Смотря для чего.

– Тот, с красной кепкой. Он передал коробку без маркировки. Заметил?

– Да. И ещё двое смотрят по сторонам как школьники с петардами. Нервы ни к чёрту.

– Питер, вы наблюдаете за объектом “Кепка”? – спросила Айрин по рации.

– Уже, – отозвался Питер. – И да, он нервничает. Ноа проверяет по камерам груз.

– Что мы делаем, если груз покинет склад? – спросил Марк. Айрин забрала бинокль и направила на длинный грузовик темно-серого цвета, в который загружали коробки. Марк успел насчитать четыре палеты, а ведь они следили тут минут двадцать максимум. За этим грузовиком в очереди стояли ещё три такие же, и у всех номера машин были с разными регионами.

– Следим. Не вмешиваемся.

– Даже если это, допустим, ядерная бомба?

– Если ты будешь вести себя тихо – возможно, её не придётся взрывать у нас в машине.

– Оптимистка.

Несколько минут они сидели в тишине. Где-то сзади гавкнула собака, грохнуло ведро. По ту сторону стекла всё оставалось привычно серым, а внутри машины царила невысказанная напряжённость. Первый грузовик заполнили и приступили ко второму. Для него палеты были почти такие же, насколько Марк мог судить с такого расстояния. Высота где-то метр, полностью черная пленка, непонятно что внутри, может молоко, может порох. По ту сторону рации пока было тихо.

– Тебе правда не интересно, почему я пошёл работать сюда? – вдруг сказал Марк, не глядя на неё.

– Я не любопытная.

– Жаль. Я бы рассказал.

– Значит, расскажешь кому-нибудь другому.

Он усмехнулся.

– А тебе всё равно интересно.

– Ты ведёшь себя как подросток, который пытается докопаться до своей первой учительницы.

– Может, у меня такой типаж – строгие, красивые, с холодным взглядом.

Она повернулась, медленно.

– Ты хоть на секунду можешь быть нормальным? И нет у меня холодного взгляда, – она произнесла почти обиженно.

– Я пытаюсь, честно. Но ты отвлекаешь, что поделать.

– Ты что, меня ещё и виноватой сделал?! Я тебе щас-

На рации щёлкнул голос Ноа:

– Груз ушёл. Серый грузовик, второй едет в другой регион, пока не трогаем. Айрин, отслеживай до развилки, дальше приму я.

– Принято, – коротко ответила она и включила зажигание.

Машина тронулась с места. Марк крепко вцепился в ручку двери. Он увидел, как стрелка спидометра поднялась до семидесяти километров в час за пять секунд! Он, конечно, понимает, машина не личная и можно не жалеть, но их же сейчас увидят!

– Мы можем ехать медленно? Я не хочу умирать во вторую неделю.

– Тогда не раздражай меня, Марк.

Он поджал губы. Она же вроде в аналитическом отделе, вряд ли у неё есть такой большой опыт, чтобы прямо быть на миссиях, тем более с новобранцем. Или Меньшиков решил, что это задания пустяковое? Он взглянул на девушку. Глаза нездорово блестели, она уже давно забыла о том, что здесь есть кто-то, кроме неё, и просто следовала за грузовиком на почтительном расстоянии. Марк прищурился. Вопросов становилось всё больше. А загадки он любил.

…

Айрин кинула папку на стол, села в кресло Кирилла (оно стоило как её почка, грех было не воспользоваться) и потянулась за резинкой – волосы после уличного холода стали чуть вьющимися и лезли в глаза. Марк, вошедший следом, беззастенчиво уставился на неё.

– Ты всегда так эффектно снимаешь резинку? Или это спецтехника?

– Не хочешь пойти попить кофе, пока взрослые обсуждают дело?

– Я с вами. Хочу знать, сколько баллов я сегодня набрал по шкале "достать наставника".

Она усмехнулась краем губ.

– Девять из десяти. Прямо горжусь тобой. Хотя я не наставник. – Айрин выпрямилась в кресле. – Почему я вообще пошла на миссию? Это должен был сделать Питер!

– Стоп, только девять?

В 403 кабинет вошли остальные. Питер первым – с планшетом под мышкой и фирменной мягкой улыбкой.

– Потому что на мне еще пять оперативников, и ты тоже хорошо тренируешь.

Айрин состроила гримасу, но ничего не успела сказать. Следом вошла Лизи, попивая смузи из бутылочки, на ней был огромный пиджак, доходящий почти до колен. Гвенни и Ленни спорили о чём-то медицинском на полголоса. Ноа сразу уселся у монитора, перебирая кадры с камер наблюдения. Меньшиков появился последним. Айрин услышала запах сигарет и сморщилась. Он всегда курит в своем кабинете, хотя в здании давно был введён запрет на курение и включена сигнализация. Он встал у доски, которая висела слева от входной двери и включил проектор, за его спиной на экране завис снимок фургона.

– Значит так. Первый груз отправился в другой регион, второй с промзоны не выехал. Ноа, координаты?

– Склад Б11, там же. У них липовая лицензия на импорт стройматериалов, но поставок не было последние три месяца.

– Отлично. Значит, нам есть чем заняться. Ноа установил метку на первый грузовик, нам нужно отследить, когда и куда он прибудет, сколько остановок сделает и будет ли выгружаться. Отдел Аналитики должен предоставить отчёт в четверг.

Айрин листала свои записи, делая пометки на полях. Марк, сидящий через стол, пытался поймать её взгляд.

– Эй, наставник, ты теперь за умную часть отвечаешь?

– В отличие от тебя, я умею складывать больше двух фактов. И я не наставник.

– О, колется! Начинается лёд таять.

– Марк, – спокойно вставил Питер, не поднимая головы, – если ты хочешь поболтать, у нас есть колл-центр на первом этаже.

– Спасибо, Питер. Прямо чувствую, как вы все тут обо мне заботитесь.

– Цирк прекратите, – подал голос Меньшиков. – У нас новая задача. Марк с Питером отправятся завтра за вторым грузовиком.

– Почему не с ней? – Марк кивнул в сторону Айрин.

– Потому что ей нужна передышка от твоего лица, – отрезал Меньшиков.

Коллектив хихикнул.

Айрин, опершись подбородком на кулак, всё же глянула на Марка.

– Разочарован?

– Очень. Я уже почти приручил тебя.

– Ещё одна тупая шутка, и я отпинаю тебя.

Раздался смешок от Лизи.

– Я как будто смотрю теннис, – прошептала она в сторону Ноа.

Тот только покачал головой.

– Больше похоже на драку двух кошек.

Меньшиков снова постучал ручкой по монитору.

– Значит так: через сутки начинается операция “Бетон”. Марк и Питер должны перехватить грузовик, если он собирается уезжать. Если стоит, нужно взять образцы товаров и задокументировать. У нас есть 48 часов, чтобы понять, что за “товар” они собираются увозить. Лизи готовит план, Гвенни и Ленни помогают. Вам нужно хорошенько всё запомнить, потому что именно вы будете разбирать товары, если они приедут. Ноа также обеспечивает вас завтра оборудованием. Всё ясно?

– Так точно, – разом откликнулась команда.

– Тогда все идут писать отчёты и доделывать работу.

Когда все начали расходиться, Марк догнал Айрин у стойки.

– А если бы меня всё-таки поставили с тобой в пару – ты бы сильно расстроилась?

– Я бы справилась. Пожалела бы Питера, конечно, но справилась.

– Значит, есть шанс?

– Шанс на что?

– На то, что однажды ты сама предложишь ехать с тобой.

– Куда?

– Ну не обязательно на задание, можно просто в парк. В этом городе есть же парк?

– Слушай, Марк. Я правда не понимаю, чего тебе от меня надо. Во-первых, никаких поездок у нас с тобой не будет. Это была разовая акция. Во-вторых, мы с тобой не друзья, и вряд ли ими станем. Так что, просто занимайся своей работой, и не лезь ко мне.

Айрин развернулась и направилась к себе в кабинет. Дверь тихо открылась и громко захлопнулась. Ну, наличие реакции – тоже реакция, верно?

Марк театрально ойкнул, схватившись за сердце, но никто этого не увидел. Да, больновато. Нужно сбавить обороты, она права.

Глава 4

– …Ну а потом я просто залез в канализационный люк, потому что мне показалось, что это короткий путь. Оказалось, там было семейство енотов. Один из них, кажется, до сих пор снится мне в кошмарах.

– Ты в каждой операции как в анекдоте живёшь? – Питер усмехнулся, поправляя наушник. Он сидел на водительском кресле фургончика, глаза прикованы к планшету, на котором шли камеры скрытого наблюдения со склада.

– Я просто уважаю своё эмоциональное здоровье, Пит. Без шуток и лёгкого саморазрушения тут никак. Кстати, а Айрин всегда такая… колючка? Питер краем глаза глянул на него.

– Сколько ты с нами? Три дня?

– Две недели почти! Ну, полторы.

Питер хмыкнул.

– Молодец.

– Ну серьёзно. Она интересная. С виду как будто весь мир ненавидит, а внутри… чувствуется, что человек глубже. Ты её давно знаешь?

Марк мысленно стукнул себя пол лбу. Он же решил, что сбавит обороты! Питер не ответил сразу. Его пальцы ещё несколько секунд стучали по экрану планшета. Потом он убрал его на приборную панель и развернулся к Марку.

– Я её знаю достаточно, чтобы сказать: не лезь. Особенно не сейчас.

– Я просто спрашиваю, Пит. Она человек, а не мина с таймером.

– Ты ошибаешься.

Марк усмехнулся, хотел было ещё что-то сказать – но увидел выражение лица Питера. И замолчал.

– Ты весёлый, Марк. И видно, что ты не дурак. Но здесь, в этом департаменте, мы уважаем чужую боль. То, что было до тебя, тебя не касается, пока она сама тебе не расскажет. А она, скорее всего не расскажет, так что просто не доставай, и живи в своё удовольствие.

– Я просто подружиться хотел, неужели на работе нельзя дружить? Мы же с тобой нормально общаемся. А Ленни вообще от меня не отходит! Это даже нервирует. – Марк съёжился.

– Неважно. Я – не Айрин. И Гвенни, тем более. Не расспрашивай о ней. Она либо сама откроется, либо узнает о том, что ты под неё копаешь и напишет жалобу.

Наступила тишина. Питер снова стал смотреть в планшет. В голосе больше не было той добродушной теплоты. Лишь чёткий, ровный тон.

– Движение у задних ворот. Серый форд. Камера пять. Пора.

– Принято. – Марк собрался за секунду, ловко накинул капюшон и проверил гарнитуру. – А ты бывал таким суровым раньше? Мне кажется,

даже Айрин звучит мягче.

– На задании мы все другие. Ты тоже. Я это вижу.

***

Они сидели на крыше старого здания напротив склада, где загружали старенький форд. Марк держал бинокль, диктуя коды упаковок, Питер – сверял номера с базой данных, одновременно сообщая в штаб. Всё шло гладко.

– Стоп. Ещё один ящик. Метка "KH-11B". Это наш?

– Наш, – спокойно ответил Питер. – Фиксируй. Фото, видео, координаты. Угол съёмки не забудь.

Все товары, поступающие в госучреждения, да и в Департамент, должны фиксироваться специальными кодами. Эти коды записаны в базе данных, где зарегистрированы все компании, поставляющие техническое оборудование, патроны, мебель, даже еду, которая поставляется военным. Сама по себе разгрузка товаров и продажа не являлась чем-то странным. Проблема была в том, что на Южной промзоне не разгружают товары для полицейской академии, а первые две буквы «KH» говорили именно это. В этом городе даже не было полицейской академии.

– Ты вообще не волнуешься, да?

– Я знал, что всё под контролем. У тебя глаз точный.

Марк замер.

– Это что, комплимент?

– Не привыкай.

– А вдруг я тебя разочарую?

Питер усмехнулся.

– Уже поздно. Я тебя уже записал в список "нормальных".

Марк тихо рассмеялся, продолжая делать снимки. Хоть в голове и крутилось: что же там за история у Айрин, если даже такой, как Питер, превращается в лёд при её имени? Но он больше не спрашивал. Понял: здесь разговаривать – значит, лезть в туман с ножом.

Пока Питер оставался недвижим, спокойным и безэмоциональным, как автомат слежения, Марк всё так же без умолку говорил, фотографировал, комментировал, шутил, но уже понимал: тут, в этой системе, каждый носит маску. И, похоже, Айрин – не единственная, у кого за ней дремучий лес.

***

Серые коридоры Департамента встречали их привычной тишиной. Сквозь стены доносились приглушённые голоса из переговоров и редкие щелчки клавиатур. Марк шёл следом за Питером, отстукивая ботинками по линолеуму в такт сердцу, которое до сих пор стучало после операции. Айрин сидела за компьютером. Волосы собраны в небрежный хвост, брови сведены – вчитывалась в какой-то отчёт на мониторе. Питер первым вошёл и молча положил планшет ей на стол.

– Всё по плану. Фото и видео прилагаются, – спокойно сказал он и добавил тише, – Вроде, без косяков.

Айрин только кивнула, не отрывая взгляда от экрана.

– Оценю, дам обратную связь.

Марк заглянул ей за плечо.

– А если поставишь пятёрку, нам выдадут мороженое?

– Тебе – разве что градусник. Проверить, не перегрелся ли, – отрезала она, не поворачивая головы.

Питер тихо хмыкнул, отходя к чайнику, чтобы сделать абсолютно горький отвратительный кофе три в одном. Вообще, это было полной ложью, что в госструктурах плохой кофе. Да, у них в Департаменте ужасный кофе, но это же не госучреждение. Питер мысленно пожал плечами и добавил три ложки сахара.

Марк опёрся локтем о край стола, чуть наклонившись к Айрин.

– Вообще-то, я спас твоего напарника от табуретки с шатающейся ножкой. Если это не героизм, то что?

– Без тебя, глядишь, и сам бы догадался, – холодно сказала Айрин, наконец взглянув на него. Зрачки сузились на свету и немного блеснули. Крылья носа встрепенулись, будто она учуяла запах пота. Марк вспомнил, что он только что с задания вернулся и абсолютно грязный. Он почувствовал, как краснеют его уши и тут же отстранился. Он услышал, как Питер громко отхлебнул из чашки. Он вспомнил, что хочет есть и у него вот-вот заурчит в животе. Ситуация становилась почти безвыходной.

– Ну, дай хотя бы намёк, что я тебе не совсем противен. Можешь ударить, и я сочту это знаком.

– Между сотрудниками по регламенту не должно быть физического насилия. К сожалению.

– А если я попрошу?

– Тогда тем более.

– Прелесть, а не девушка, – ухмыльнулся он. – Питер, ты точно уверен, что это не терминатор?

Питер только покачал головой.

– Я даже не уверен, что ты хочешь дожить до следующего задания. – Питер залпом допил остатки бурды под названием кофе и положил руку на плечо Марка, – давай, новобранец. Дай тёте сделать свою работу. А тебе надо в душ и отчёт за меня и за себя ещё написать. – Марк, как и ожидалось, дернулся под его руками. Точнее, он попытался. Питер просто был очень сильным.

– В смысле, и за тебя? Я на такое не подписывался!

Марка уже наполовину вытащили из кабинета, когда Айрин помахала ему пальчиками и лучезарно улыбнулась, будто она знала, что его ждёт. Марк понял, что он сегодня не выйдет из своего кабинета. Вот чёрт…