Дмитрий Вектор
Любовь в форме 47-Б

Глава 1. Первичное обращение по романтическим проклятиям.

Эмилия Вернер прикрыла глаза и медленно досчитала до десяти, прежде чем открыть их и снова взглянуть на стопку документов на своем столе. Надпись "СРОЧНО" красными чернилами украшала добрую половину папок, а остальные помечались более скромными, но не менее тревожными штампами: "КРИТИЧНО", "ПРОСРОЧЕНО" и самым зловещим из всех – "МИНИСТР ИНТЕРЕСУЕТСЯ".

Королевство Аурелия славилось многими вещами: альпийскими лугами, превосходным сыром, часовыми механизмами и, конечно же, самой эффективной в Европе системой бюрократизации магии. То, что в других странах решалось парой заклинаний и щепоткой волшебной пыли, в Аурелии требовало заполнения как минимум трех форм, двух справок и одного заверенного нотариусом заявления.

– Эми, у тебя клиент! – прокричала Изабелла из соседнего кабинета, даже не удосужившись поднять голову от своих форм 23-В по снятию проклятий бесплодия с домашнего скота. – И похоже, важный!

Эмилия взглянула на часы. 8:47 утра. Даже по меркам Департамента Магических Недоразумений это было слишком рано для клиентов категории "А" – тех самых, что требовали личного внимания старших менеджеров по романтическим проклятиям.

Она поправила значок на лацкане строгого серого пиджака – "Э.К. Вернер, Старший специалист по любовным чарам и сердечным привязанностям, лицензия № 4421-РП" – и направилась к двери приемной. Путь до нее лежал через лабиринт кабинок младших сотрудников, каждая из которых специализировалась на своем узком участке магической деятельности.

– Доброе утро, Макс, как дела с проклятием облысения у торговца Шмидта? – поинтересовалась Эмилия у паренька в очках, склонившегося над формой 15-Г.

– Да все никак справку из налоговой не принесет, – вздохнул Максимилиан Кауфман, младший специалист по косметическим чарам. – А без подтверждения доходов мы не можем определить категорию проклятия. Вдруг у него не простое облысение, а элитное, магически усиленное? Тогда форма совсем другая нужна.

За матовым стеклом приемной маячила внушительная фигура. Эмилия мысленно прикинула: рост около двух метров, широкие плечи, явно аристократическая выправка. Либо военный в отставке, либо представитель высшей знати. В любом случае, дело обещало быть непростым.

– Проходите, пожалуйста, – произнесла она, открывая дверь.

То, что предстало перед ее глазами, заставило Эмилию на мгновение забыть о профессиональной выдержке. Мужчина был ну, если быть точной, безупречен. Темные волосы идеально уложены, глаза цвета штормового неба, скулы, которые могли бы служить эталоном для скульпторов. Дорогой темно-синий костюм, белоснежная рубашка, запонки с фамильным гербом. И при этом – что-то неуловимо печальное в выражении лица, словно на нем лежала тень невидимого бремени.

– Меня зовут Александр фон Штейнберг, – представился мужчина, слегка склонив голову. Даже в этом простом жесте чувствовались аристократические манеры, отточенные поколениями придворного этикета. – Мне сказали, что вы лучший специалист по деликатным вопросам.

Эмилия быстро взяла себя в руки. За семь лет работы в Департаменте она повидала всякое: от влюбленных драконов до проклятых на вечную икоту принцесс. Красивое лицо клиента не должно было сбивать ее с толку.

– Садитесь, господин фон Штейнберг. Расскажите о своей проблеме, – она указала на кресло напротив своего стола и достала стандартный набор форм. – Но сначала мне потребуется заполнить форму 12-А "Первичное обращение по романтическим проклятиям". Ваше полное имя, возраст, социальный статус.

– Александр Максимилиан фон Штейнберг, наследный принц Аурелии, – мужчина немного помедлил. – Двадцать восемь лет. Холост. И именно в этом проблема.

Эмилия машинально записывала данные, но при словах "наследный принц" ручка замерла в ее руке. Она подняла взгляд на клиента, мысленно сопоставляя лицо с официальными портретами, которые периодически появлялись в газетах.

– Простите, но вы действительно принц Александр? Тот самый, который.

– Который уже пять лет не появляется на официальных мероприятиях и избегает любых попыток познакомить его с подходящими невестами? – с горькой усмешкой закончил Александр. – Да, это я.

Эмилия почувствовала, как учащается сердцебиение. Дело принца королевской крови – это была карьера. Или полный провал, если что-то пойдет не так.

– Хорошо, продолжим с анкетой, – она постаралась сохранить профессиональный тон. – Опишите, пожалуйста, суть проблемы одним предложением для предварительной классификации.

Александр провел рукой по волосам, нарушив их идеальную укладку.

– Каждая женщина, которая которая полюбит меня по-настоящему, на закате превращается в лебедя.

В кабинете повисла тишина. Эмилия медленно отложила ручку.

– Простите, можете повторить?

– В лебедя, – терпеливо повторил принц. – Белого. С черным клювом. Они сохраняют человеческий разум, но не могут говорить и не возвращаются к человеческому облику.

Эмилия быстро перелистала справочник кодов проблем.

– Это будет категория Р-17 "Зооморфическая трансформация вследствие эмоциональной привязанности". Очень редкая категория. – Она подняла глаза на Александра. – Сколько женщин пострадало?

– Трое, – тихо ответил принц. – Первая была была моей первой любовью. Баронесса Кристина фон Вальдек. Мне было двадцать два, ей – девятнадцать. Мы планировали пожениться. А потом однажды вечером она призналась, что любит меня, и на закате – он не закончил фразу.

– Понятно. А остальные две?

– Маркиза Элеонора де Монкальм, год назад. И графиня Изабелла фон Лихтенштейн, полгода назад. – Александр сжал кулаки. – Я пытался предупреждать их, но они не верили. Считали, что это просто отговорка, чтобы избежать серьезных отношений.

Эмилия быстро делала записи, попутно прикидывая масштаб проблемы. Трое представительниц высшей аристократии, превращенных в лебедей – это был международный скандал, тщательно скрываемый дипломатическими каналами.

– А где сейчас эти лебеди? – осторожно спросила она.

– В специальном заповеднике при королевском замке. У них есть озеро, лучшие ветеринары, все необходимые условия – голос Александра дрожал от едва сдерживаемых эмоций. – Но они по-прежнему люди в птичьих телах, мисс Вернер. И я не знаю, как их вернуть.

Эмилия отложила ручку и внимательно посмотрела на принца. В его глазах она увидела боль, отчаяние и что-то еще – глубокое одиночество человека, который не может позволить себе любить.

– Ваше Высочество, – начала она осторожно, – а что именно вы хотели бы получить от нашего департамента?

– Снять проклятие, – без колебаний ответил Александр. – Вернуть женщин к нормальной жизни. И сделать так, чтобы больше никто не пострадал.

– Это потребует заполнения формы 47-Б "Заявление на комплексное снятие проклятия с множественными жертвами", – Эмилия достала из ящика толстую папку. – Плюс форма 23-К "Согласие на экспериментальные методы лечения", форма 34-Д "Обязательство о конфиденциальности" и.

– Сколько угодно форм, – перебил ее Александр. – Деньги не проблема. Время время тоже. Я готов на все.

Что-то в его тоне заставило Эмилию поднять взгляд от документов. Принц смотрел на нее с такой надеждой, что у нее защемило сердце.

– Хорошо, – сказала она твердо. – Тогда мы начнем с полного анамнеза. Мне нужно знать все о вашей семье, возможных врагах, любых магических инцидентах в прошлом – она запнулась, заметив, как изменилось лицо принца при слове "враги". – Что-то не так?

– Не совсем враги – Александр помедлил. – Но есть одна история. Примерно десять лет назад мой отец уволил из королевского двора придворную волшебницу. Ее звали Моргана фон Штормберг. Увольнение было скандальным.

– В каком смысле скандальным?

– Ее обвинили в незаконном использовании магии для личного обогащения. Дело дошло до суда, ее лишили лицензии, а потом и вовсе изгнали из страны. – Принц потер виски. – Помню, она кричала что-то о мести королевской семье, но тогда все сочли это пустыми угрозами.

Эмилия почувствовала, как у нее по спине побежали мурашки. Месть опальной волшебницы – это уже совсем другой уровень сложности дела.

– Ваше Высочество, а когда именно началось ваше проклятие?

– Первый случай произошел шесть лет назад.

– То есть примерно через четыре года после изгнания Морганы?

Александр кивнул, и Эмилия поняла, что дело будет еще сложнее, чем она думала.

– Хорошо, – сказала она, доставая еще одну форму. – Тогда нам понадобится также форма 56-М "Расследование злонамеренного магического воздействия". А пока расскажите мне подробнее о каждом случае трансформации. Время, обстоятельства, точные слова, которые произносили женщины перед превращением.

Следующий час прошел в тщательном заполнении документов. Александр отвечал на вопросы терпеливо и подробно, хотя Эмилия видела, как тяжело ему дается каждое воспоминание. К концу беседы у нее накопилось достаточно информации для предварительного анализа случая.

– Итак, – подвела она итог, – у нас есть классическое проклятие мести с элементами любовной магии и зооморфической трансформации. Редкая, но не уникальная комбинация. В нашей базе данных есть семнадцать похожих случаев за последние пятьдесят лет.

– И сколько из них были успешно разрешены? – с надеждой спросил принц.

Эмилия заколебалась. Из семнадцати случаев полное снятие проклятия удалось в четырех. Частичное – еще в пяти. Остальные восемь так и остались нерешенными.

– Достаточно, чтобы дать вам надежду, – дипломатично ответила она. – Но процесс будет долгим и сложным. Стандартная процедура требует от трех до шести месяцев работы, при условии полного сотрудничества с нашей стороны.

– Что вам нужно от меня?

– Доступ к месту предполагаемого наложения проклятия, любые артефакты или документы, связанные с волшебницей Морганой, возможность провести магическую диагностику – Эмилия составляла список на ходу. – И, конечно, ваше согласие на экспериментальные методы лечения, если стандартные не сработают.

– Все, что угодно.

– Тогда вот что мы сделаем, – Эмилия встала и протянула принцу стопку форм. – Заполните эти документы дома, в спокойной обстановке. Завтра в десять утра встретимся здесь же, и я представлю вам предварительный план работы. А пока я изучу архивы и попробую найти больше информации о методах, которые применялись в похожих случаях.

Александр поднялся, принимая документы. На мгновение их пальцы соприкоснулись, и Эмилия почувствовала легкое покалывание – то ли от статического электричества, то ли от чего-то еще.

– Мисс Вернер, – сказал принц, останавливаясь в дверях. – Спасибо. Впервые за долгие годы я чувствую, что не один в этой проблеме.

Когда дверь за ним закрылась, Эмилия опустилась в кресло и попыталась привести в порядок мысли. Дело принца было не просто сложным – оно было потенциально опасным. Если Моргана фон Штормберг действительно стояла за проклятием, то она не остановится перед попытками помешать его снятию.

– Ну что, как новый клиент? – заглянула Изабелла, держа в руках кружку дымящегося кофе.

– Сложно, – коротко ответила Эмилия. – Очень сложно.

– А симпатичный?

Эмилия метнула в подругу предупреждающий взгляд.

– Иза, это клиент. Служебная этика, параграф 15 трудового договора.

– Ага, значит, симпатичный, – рассмеялась Изабелла. – Ну давай, колись. Кто он?

Эмилия колебалась. С одной стороны, дело принца требовало конфиденциальности. С другой стороны, Изабелла была не только ее лучшей подругой, но и опытным специалистом по проклятиям. Ее совет мог пригодиться.

– Скажем так, – осторожно произнесла Эмилия, – если мне удастся решить эту проблему, я получу повышение. А если не удастся – могу лишиться работы.

– О, значит, кто-то очень важный, – протянула Изабелла. – Ну что ж, тогда за работу. А то у меня тут корова министра внутренних дел никак доиться не хочет. Говорит, что это ниже ее достоинства.

Эмилия рассмеялась, впервые за весь день почувствовав облегчение. Что бы ни ждало ее впереди, по крайней мере, она была не одна. У нее были коллеги, друзья, и целый департамент, который поможет справиться даже с самым сложным случаем.

А то, что принц Александр оказался не просто красивым, но и удивительно привлекательным мужчиной ну, это просто досадная профессиональная сложность. Ничего больше.

По крайней мере, так она пыталась себя убедить, разбирая папки с документами и готовясь к долгой ночи изучения архивов по проклятиям мести. Где-то в глубине души маленький голосок шептал ей, что этот случай изменит всю ее жизнь.

Но профессионализм требовал сосредоточиться на деле, а не на том, как принц улыбнулся ей на прощание и как от этой улыбки у нее перехватило дыхание.

Глава 2. Диагностика случая номер 4421-РП.

Эмилия проснулась от звука собственного будильника в половине седьмого утра, хотя спала всего четыре часа. Большую часть ночи она провела в архивах департамента, изучая прецеденты по проклятиям мести и зооморфическим трансформациям. Результаты были обнадеживающими лишь отчасти.

Из найденных семнадцати случаев только четыре завершились полным успехом. Еще пять – частичным, когда жертвы проклятия возвращали человеческий облик, но сохраняли некоторые особенности поведения или внешности. И восемь случаев остались нерешенными, а их файлы были помечены зловещим красным штампом "Дело закрыто. Безрезультатно".

Хуже того, во всех успешных случаях ключевым фактором было либо добровольное сотрудничество автора проклятия, либо его смерть. А Моргана фон Штормберг была, судя по последним разведданным, жива, здорова и проживала где-то в Северной Италии под вымышленным именем.

– Чудесно, – пробормотала Эмилия, натягивая строгий черный костюм и проверяя содержимое рабочей сумки. Формы, ручки, портативный детектор магических аномалий, стандартный набор противопроклятий экстренного применения, и – Черт, где же справочник по международному праву колдовства?

Справочник нашелся под кипой документов на кухонном столе. Эмилия схватила его и помчалась к двери, на ходу пытаясь привести в порядок волосы и одновременно проверить, не забыла ли она что-нибудь важное.

Департамент Магических Недоразумений располагался в массивном здании из серого камня в самом центре столицы Аурелии. Построенное еще в XVIII веке как резиденция одного из герцогов, оно идеально подходило для размещения государственного учреждения: высокие потолки создавали ощущение важности происходящего, а толстые стены надежно скрывали от посторонних глаз и ушей деликатные магические процедуры.

Эмилия добралась до своего кабинета ровно в восемь утра, за два часа до назначенной встречи с принцем. Этого времени должно было хватить, чтобы подготовить предварительный план работы и разложить все необходимые документы.

– Раньше птичек встаешь, – заметила Изабелла, заглядывая к ней с кружкой кофе в руке. – Не спала всю ночь?

– Почти, – Эмилия разложила на столе папки с архивными делами. – Изучала похожие случаи. Картина не самая радужная.

– А конкретно?

– Из семнадцати полных аналогов успешно разрешены только четыре. – Эмилия открыла самую толстую папку. – И во всех четырех случаях ключом к успеху было либо раскаяние автора проклятия, либо его устранение.

– Ты хочешь сказать.

– Я хочу сказать, что если моя теория о Моргане фон Штормберг верна, то нам предстоит либо найти способ ее переубедить, либо – Эмилия не закончила фразу.

– Либо обратиться в отдел силового воздействия, – мрачно закончила Изабелла. – Эми, ты понимаешь, что это значит? Международный скандал, дипломатические осложнения.

– Понимаю. Поэтому сначала попробуем все мирные способы. – Эмилия достала из ящика стола несколько бланков. – А пока помоги мне разобраться с документооборотом. Какую форму нужно заполнить для запроса информации из международной базы данных магических преступников?

– Форму 78-И, "Запрос сведений о лицах, проходивших по делам о магических правонарушениях". – Изабелла присела на край стола. – Но тебе понадобится разрешение от начальника отдела. А Герр Шульц вечно придирается к формулировкам.

– Тогда составлю запрос максимально обтекаемо, – решила Эмилия. – "В связи с расследованием дела о множественной зооморфической трансформации просим предоставить сведения о магических практиках, применявшихся гражданкой"

Стук в дверь прервал ее размышления. На часах было только девять сорок, но Эмилия сразу поняла, кто это.

– Входите, Ваше Высочество.

Принц Александр выглядел еще более измученным, чем вчера. Темные круги под глазами, слегка небритые щеки, костюм, хоть и безупречно отглаженный, но явно надетый в спешке – все это говорило о бессонной ночи.

– Простите за ранний приход, – сказал он, садясь в кресло. – Не мог спать. Все думал о наших вчерашних разговорах.

– Это понятно, – Эмилия отложила недописанную форму и придвинула к себе папку с его делом. – Надеюсь, вы успели заполнить документы?

– Да, все здесь. – Александр протянул ей аккуратную стопку бланков. – Правда, некоторые вопросы показались мне специфическими.

Эмилия быстро пролистала формы. Принц заполнил их на удивление подробно и аккуратно. Особенно впечатлила форма 34-Р "Подробная родословная для выявления наследственных магических склонностей" – обычно клиенты отделывались парой поколений, а здесь была расписана вся генеалогия рода фон Штейнберг до XV века.

– Великолепно, – одобрила она. – Теперь я могу провести предварительную диагностику. Но сначала расскажите мне более подробно о каждом случае трансформации. Вчера мы говорили в общих чертах, а сейчас мне нужны детали.

Александр вздохнул и откинулся в кресле.

– С чего начать?

– С первого случая. Баронесса фон Вальдек.

– Кристина – голос принца потеплел. – Мы познакомились на рождественском балу шесть лет назад. Она была особенной. Умной, доброй, с прекрасным чувством юмора. Не то что большинство придворных дам, которые видят в принце только титул и деньги.

Эмилия почувствовала легкий укол ревности и тут же одернула себя. Профессионализм, только профессионализм.

– Как развивались ваши отношения?

– Мы встречались полгода. Все было идеально. Кристина была единственной, кто относился ко мне как к обычному человеку, а не как к принцу. Мы много разговаривали, гуляли по садам замка, планировали будущее.

– И когда произошла трансформация?

– В июне. Мы сидели в беседке в розовом саду, смотрели закат. Кристина сказала – Александр помедлил. – Она сказала: "Александр, я люблю тебя больше жизни. Хочу быть с тобой всегда, до самой смерти и после нее". И в тот же момент солнце коснулось горизонта, и она начала меняться.

– Опишите процесс трансформации как можно подробнее.

– Это заняло около минуты. Сначала ее кожа стала покрываться белым пухом, потом руки превратились в крылья, лицо вытянулось в клюв – Александр сжал кулаки. – А я просто стоял и смотрел, не понимая, что происходит. Думал, что схожу с ума.

Эмилия делала подробные записи, попутно сверяясь со справочником магических трансформаций.

– А что было после? Лебедь пытался с вами общаться?

– Да. Кристина подплывала ко мне, когда я приходил к озеру. Кивала головой, когда я говорил с ней. Было видно, что она все понимает, но ответить не может. – Принц потер виски. – Через неделю я обратился к придворным магам. Они ничего не смогли сделать. Более того, один из них сказал, что это может быть проклятие, и посоветовал не рассказывать никому.

– Мудрый совет. – Эмилия перелистнула страницу. – Теперь расскажите о втором случае.

– Элеонора де Монкальм. Мы познакомились год назад на дипломатическом приеме. Она была атташе французского посольства. – Александр говорил более сдержанно, чем о Кристине. – Элеонора знала о проблеме с Кристиной. Я предупредил ее с самого начала.

– И как она отреагировала?

– Не поверила. Сказала, что это средневековые предрассудки, и что настоящая любовь преодолеет любые препятствия. – Принц горько усмехнулся. – Она была очень современной женщиной. Образованной, независимой.

– И что случилось?

– То же самое. Мы встречались три месяца. Элеонора постоянно пыталась доказать, что никакого проклятия не существует. А потом однажды вечером сказала: "Александр, я люблю тебя, и никакие глупые суеверия не помешают нам быть вместе". Закат, трансформация, еще один лебедь в королевском пруду.

Эмилия записывала, отмечая схожие черты в обоих случаях. Декларация любви на закате, практически мгновенная трансформация, сохранение человеческого сознания в птичьем теле.

– А третий случай?

– Изабелла фон Лихтенштейн. Полгода назад. – Александр говорил еще тише. – Она была дочерью моего крестного. Мы знали друг друга с детства. После истории с Элеонорой я поклялся себе больше ни с кем не встречаться. Но Изабелла.

– Что?

– Она сказала, что готова рискнуть. Что лучше прожить месяц, любя по-настоящему, чем всю жизнь в одиночестве. – Принц закрыл глаза. – И я поверил ей. Подумал, что если она знает о риске и все равно готова Но результат был тот же.

Эмилия отложила ручку и внимательно посмотрела на принца.

– Александр, – сказала она мягко, – а вы сами? Вы любили этих женщин?

Он поднял на нее взгляд, полный боли.

– Кристину – да, очень сильно. Элеонору я пытался себя убедить, что люблю. А Изабеллу – он помедлил. – Изабеллу я любил как сестру, как близкого друга. Но не как мужчина любит женщину.

– И тем не менее проклятие сработало?

– Да. Значит, важны не мои чувства, а чувства женщины.

Эмилия кивнула, делая пометки. Это была важная информация – проклятие активировалось односторонней любовью к принцу, независимо от взаимности.

– Хорошо, теперь поговорим о возможных методах решения проблемы, – она достала из папки несколько бланков. – Согласно регламенту, я должна предложить вам три варианта: стандартный, экспериментальный и альтернативный.

– Слушаю.

– Стандартный метод – форма 23-К "Снятие проклятия поцелуем истинной любви". Эффективность составляет примерно 30% для проклятий подобного типа. Процедура простая: нужно найти женщину, которая полюбит вас бескорыстно и поцелует, не боясь последствий.

– А если она превратится в лебедя?

– Тогда переходим к экспериментальному методу. – Эмилия перелистнула страницу. – Форма 41-Э "Контрпроклятие через жертву равной ценности". Вы должны будете пожертвовать чем-то очень важным для себя – властью, богатством, даже жизнью – ради спасения трансформированных женщин.

– А альтернативный?

– Форма 56-А "Прямые переговоры с автором проклятия". Мы находим Моргану фон Штормберг и пытаемся договориться. Либо убеждаем ее снять проклятие добровольно, либо принуждаем к этому.

Александр молчал, обдумывая варианты.

– А какой метод вы рекомендуете?

– Честно? – Эмилия отложила документы. – Я бы попробовала комбинированный подход. Сначала найти Моргану и выяснить точные условия проклятия. Возможно, есть какие-то лазейки, которые мы пока не видим. А параллельно подготовить экспериментальный метод как запасной вариант.

– Это разумно. – Принц наклонился вперед. – А сколько времени займет поиск Морганы?

– При наличии международного запроса – от двух недель до месяца. – Эмилия достала еще один бланк. – Но для этого мне понадобится ваше письменное разрешение на раскрытие деталей дела перед иностранными ведомствами.

– Конечно. Что нужно подписать?

В этот момент в дверь постучали.

– Входите, – разрешила Эмилия.

В кабинет заглянул Максимилиан, младший специалист по косметическим чарам.

– Эми, извини, что отвлекаю, но к тебе пришла срочная телеграмма из Министерства. – Он протянул ей конверт с красной печатью. – Сказали, очень важная.

Эмилия вскрыла конверт и пробежала глазами текст. С каждой строчкой ее лицо становилось все бледнее.

– Что-то не так? – обеспокоенно спросил Александр.

– Не совсем – Эмилия перечитала телеграмму еще раз. – Ваше Высочество, а ваш отец знает, что вы обратились к нам?

– Конечно. Я получил его благословение на любые действия для решения этой проблемы. А что?

Эмилия протянула ему телеграмму.

– Король отзывает свое согласие на расследование. Дело закрывается по политическим соображениям. Мне предписано прекратить любые действия и передать все материалы в архив.

Александр прочитал текст, и его лицо потемнело.

– Этого не может быть. Отец не стал бы.

– Ваше Высочество, – осторожно начала Эмилия, – а не могли ли на короля оказать давление? Политическое или магическое?

Принц резко поднял голову.

– Вы думаете, Моргана?

– Возможно. Если она узнала о нашем расследовании – Эмилия встала и начала ходить по кабинету. – Это меняет все. Если она действительно может влиять на политические решения, значит, ее возможности гораздо шире, чем мы предполагали.

– Что вы предлагаете?

Эмилия остановилась и решительно посмотрела на принца.

– Неофициальное расследование. Я продолжу работу над вашим делом в свободное время, без использования служебных ресурсов. Это будет нарушением инструкций, но.

– Но это единственный способ помочь Кристине, Элеоноре и Изабелле, – закончил Александр. – Мисс Вернер, я не могу просить вас рисковать карьерой ради.

– Вы не просите. Я сама принимаю это решение. – Эмилия села за стол и начала складывать документы в личную папку. – Встретимся завтра вечером в кафе "Голубая роза" на Рыночной площади. В семь часов.

– А если вас поймают?

– Тогда нам обоим придется искать другую работу, – с сухим юмором ответила Эмилия. – Но по крайней мере мы будем знать, что пытались.

Александр встал и протянул ей руку.

– Спасибо, – сказал он просто. – Я не забуду этого.

Когда их руки соприкоснулись, Эмилия снова почувствовала то странное покалывание. На этот раз оно было сильнее, и она заметила, что принц тоже это почувствовал – он слегка дернулся и внимательно посмотрел на нее.

– До завтра, – сказала она, быстро отдергивая руку.

– До завтра, мисс Вернер.

Когда принц ушел, Эмилия опустилась в кресло и попыталась разобраться в своих мыслях. За одно утро ее жизнь перевернулась с ног на голову. Она лишилась официального дела, которое могло сделать ее карьеру, зато приобрела тайное расследование, которое могло эту карьеру погубить.

И еще она приобрела что? Личную заинтересованность в судьбе красивого принца? Эмилия покачала головой. Это было глупо и непрофессионально.

– Эми, что случилось? – Изабелла заглянула в кабинет. – Я видела, как твой принц выходил с очень мрачным лицом.

– Дело закрывают, – коротко ответила Эмилия. – Политические соображения.

– Ой, как жаль – Изабелла присела на край стола. – А ты что будешь делать?

Эмилия посмотрела на подругу. Можно ли ей доверять? С одной стороны, Изабелла была ее лучшей подругой уже пять лет. С другой стороны, то, что она планировала, было серьезным нарушением служебной дисциплины.

– Иза, – сказала она осторожно, – а если бы ты знала способ помочь невинным людям, но для этого пришлось бы нарушить инструкции что бы ты сделала?

Изабелла внимательно посмотрела на нее.

– Помогла бы, – ответила она без колебаний. – А потом разбиралась бы с последствиями. – Она помедлила. – Эми, тебе нужна помощь?

– Возможно. Но это может быть опасно.

– Тогда точно нужна, – рассмеялась Изабелла. – Рассказывай, что задумала.

И Эмилия рассказала. О проклятии принца, о трех женщинах-лебедях, о загадочной Моргане фон Штормберг и о внезапном закрытии дела. Изабелла слушала внимательно, изредка задавая уточняющие вопросы.

– Понятно, – сказала она, когда Эмилия закончила. – Значит, нам нужно найти опальную волшебницу, выяснить условия проклятия и найти способ его снять. Все это неофициально и желательно не привлекая внимания начальства.

– Нам?

– А ты думала, я дам тебе одной играть в детектива? – Изабелла встала. – К тому же, у меня есть связи в архиве уголовных дел. Может быть полезно.

Эмилия почувствовала, как у нее отлегло от сердца. Она была не одна в этом деле.

– Спасибо, Иза. Не знаю, что бы я без тебя делала.

– Вляпалась бы в неприятности без надежной поддержки, – со смехом ответила Изабелла. – Ладно, за работу. Что будем делать сначала?

– Сначала нужно найти все материалы по делу Морганы фон Штормберг. Судебные отчеты, свидетельские показания, экспертные заключения – Эмилия составляла план на ходу. – А потом попытаться восстановить ее след после изгнания.

– Это займет время.

– У нас есть до завтра вечера. Встречаюсь с принцем в "Голубой розе".

– О, романтично, – подмигнула Изабелла.

– Это рабочая встреча, – строго ответила Эмилия.

– Конечно, конечно. Рабочая встреча с красивым принцем в уютном кафе при свечах. Самая что ни на есть деловая обстановка.

Эмилия бросила в подругу скомканным листом бумаги, но та ловко увернулась.

– За работу, мисс Вернер, – сказала Изабелла, направляясь к двери. – Нас ждут приключения.

Когда она ушла, Эмилия еще раз перечитала королевскую телеграмму. Что-то в ней ее беспокоило, но она не могла понять, что именно. Формулировки были слишком официальными даже для королевской канцелярии. "По политическим соображениям", "в интересах государственной безопасности", "немедленное прекращение всех действий"

А что если это действительно была не воля короля, а чье-то постороннее вмешательство? Магическое принуждение или подмена документов?

Эмилия достала увеличительное стекло и внимательно изучила печать на телеграмме. Воск, герб, оттиск – все выглядело подлинным. Но ведь опытная волшебница вполне могла подделать официальный документ.

– Интересно, – пробормотала она. – Очень интересно.

Впереди ее ждала долгая ночь в архивах и еще более долгое и опасное расследование. Но впервые за много лет Эмилия чувствовала, что занимается действительно важным делом. Не просто заполняет формы и штампует справки, а пытается изменить чью-то судьбу к лучшему.

А то, что при этом ей предстоит регулярно встречаться с принцем Александром ну, это просто приятный побочный эффект профессиональной деятельности. Ничего больше.

Во всяком случае, она пыталась себя в этом убедить, собирая документы и готовясь к очередному ночному походу в архивы. Где-то в глубине души маленький голосок шептал ей, что с принцем связано гораздо больше, чем просто профессиональный интерес.

Но признаться себе в этом Эмилия пока была не готова.

Глава 3. Профсоюзные разборки и кофе-брейки.

Следующее утро началось с неприятного сюрприза. Эмилия, которая провела половину ночи в архивах департамента, изучая дело Морганы фон Штормберг, была разбужена громким стуком в дверь своей квартиры.

– Мисс Вернер! Откройте немедленно! Чрезвычайная ситуация!

Эмилия, натягивая халат, открыла дверь и обнаружила на пороге запыхавшегося Максимилиана с красным лицом и растрепанными волосами.

– Макс? Что случилось? Который час?

– Половина седьмого, – отдышался молодой человек. – Эми, в департаменте полный хаос. Профсоюз магов-практиков объявил всеобщую забастовку!

– Что?! – Эмилия окончательно проснулась. – С чего бы это?

– Требуют повышения зарплаты, сокращения рабочего дня и – Макс заглянул в блокнот, – дополнительных выходных во время полнолуний для восстановления магической энергии.

Эмилия ахнула. Забастовка магов-практиков означала полный паралич всей системы. Без них нельзя было провести ни одной серьезной магической процедуры, включая диагностику проклятий.

– А что говорит начальство?

– Герр Шульц бегает по коридорам и кричит что-то про саботаж государственной деятельности. А министр требует немедленного решения. – Макс почесал затылок. – Говорят, забастовщики заперлись в восточном крыле и не пускают туда никого без пропуска профсоюза.

– Великолепно, – пробормотала Эмилия. – Как раз когда мне нужна магическая диагностика для дела принца.

– Кстати, о принце, – Макс протянул ей конверт. – Он просил передать вам это лично в руки. Сказал, очень срочно.

Эмилия вскрыла конверт. Записка была краткой:

Мисс Вернер, произошли новые осложнения. Сегодня утром обнаружили четвертый случай. Прошу встретиться в кафе "Голубая роза" как можно скорее. А. фон Ш.

У Эмилии екнуло сердце. Четвертый случай означал, что еще одна женщина превратилась в лебедя. Но кто? И когда?

– Макс, передай в офисе, что у меня срочное дело вне департамента, – сказала она, уже направляясь к шкафу. – И постарайся выяснить, сколько продлится забастовка.

– А если Герр Шульц будет спрашивать?

– Скажи, что я работаю над делом особой государственной важности. Технически это даже правда.

Через полчаса Эмилия уже сидела в уютном кафе "Голубая роза", нервно помешивая кофе и ожидая принца. Заведение было идеальным местом для конфиденциальных встреч: небольшие столики в отдельных нишах, приглушенное освещение, и главное – магическое поле тишины, которое не позволяло подслушивать разговоры.

Александр появился ровно в восемь утра, но выглядел еще хуже, чем вчера. Костюм помят, галстук криво завязан, а в глазах – смесь отчаяния и ярости.

– Что случилось? – спросила Эмилия, как только он сел за стол.

– Моя кузина, – глухо ответил принц. – Принцесса Анна фон Гольштейн. Вчера вечером приехала из Вены, чтобы чтобы поддержать меня в трудную минуту. Она знала о проклятии, но думала, что сможет помочь.

– И что она сделала?

– Сказала, что любит меня как брата и готова на все, чтобы разрушить проклятие. – Александр сжал кулаки. – А потом обняла меня и произнесла: "Я люблю тебя всем сердцем, Алекс, и никогда тебя не оставлю".

– На закате?

– На закате. – Принц кивнул. – Теперь в королевском пруду плавает четыре лебедя вместо трех.

Эмилия молчала, обдумывая новую информацию. Четвертый случай подтверждал, что проклятие работает даже с родственной любовью. Это значительно усложняло ситуацию.

– А ваши родители знают?

– Отец в ярости. Мать мать не разговаривает со мной с прошлого вечера. – Александр потер виски. – И самое худшее – теперь король требует, чтобы я немедленно женился на любой подходящей невесте, не дожидаясь снятия проклятия.

– Но это же безумие! Она тоже превратится.

– Именно это я и пытаюсь ему объяснить. Но отец считает, что династические интересы важнее личных трагедий. – Александр с горечью усмехнулся. – Уже назначена встреча с принцессой Луизой Баварской на следующей неделе.

В этот момент к их столику подошла официантка – пожилая женщина с добрым лицом и острыми глазами.

– Что желаете заказать? – спросила она, но потом внимательно посмотрела на Александра и ахнула. – Боже мой, да это же принц Александр! Ваше Высочество, какая честь!

– Пожалуйста, – тихо попросил Александр, – никому не говорите, что видели меня здесь.

– Конечно, конечно, – закивала официантка. – У нас все клиенты могут рассчитывать на дискретность. А вы случайно не по поводу того проклятия? Весь город только об этом и говорит.

Эмилия и Александр переглянулись.

– О каком проклятии? – осторожно спросила Эмилия.

– Ну как же, дорогая, – официантка присела на стул рядом с ними. – Все знают, что принц проклят. Говорят, любая девушка, что в него влюбится, превращается в птицу. Уже трое было, а теперь и четвертая.

– Откуда люди это знают? – изумился Александр. – Это должно было быть государственной тайной!

– А, милый мой, – рассмеялась женщина, – да разве что-нибудь можно скрыть от народа? У моей соседки племянник работает садовником в королевском дворце. Он и рассказал про лебедей в пруду, которые ведут себя как люди. А два плюс два всегда равно четырем.

Эмилия почувствовала, как ситуация выходит из-под контроля. Если слухи о проклятии распространились по всему городу, то скоро о них узнают и в других странах. Международный скандал был уже не за горами.

– А что еще говорят? – спросила она.

– Разное, – официантка понизила голос до заговорщицкого шепота. – Одни считают, что это месть какой-то ведьмы. Другие думают, что сам принц в чем-то виноват. А третьи предполагают, что это все политический заговор, чтобы не дать ему жениться и родить наследника.

– А что думаете вы? – поинтересовался Александр.

Женщина внимательно посмотрела на него.

– А я думаю, Ваше Высочество, что вы хороший человек, который попал в беду не по своей вине. И что найдется кто-то достаточно умный и храбрый, чтобы вам помочь. – Она подмигнула Эмилии. – Например, эта красивая девушка.

После того как официантка ушла, принеся им кофе и круассаны, Эмилия и Александр сидели в молчании, каждый думая о своем.

– Значит, секретность уже не вариант, – наконец сказала Эмилия.

– Видимо, нет. – Александр рассеянно помешивал кофе. – А что вы выяснили в архивах?

– Довольно много, – Эмилия достала из сумки блокнот с записями. – Дело Морганы фон Штормберг оказалось более сложным, чем мы думали.

– В каком смысле?

– Она была не просто придворной волшебницей. Моргана была одной из самых талантливых магов своего поколения, специалист по трансформационной магии и проклятиям. – Эмилия перелистнула страницу. – Ее обвинили в том, что она использовала свое положение для создания нелегального бизнеса по наложению проклятий на заказ.

– То есть?

– Богатые клиенты платили ей за то, чтобы она проклинала их врагов, соперников в бизнесе, неверных супругов – Эмилия показала ему копию судебного протокола. – За три года она заработала на этом целое состояние.

– И как ее поймали?

– Одна из жертв – торговец Мюллер – сумел доказать связь между своим внезапным банкротством и визитом Морганы к его конкуренту. Начали расследование, и все вскрылось.

Александр внимательно изучал документы.

– А что случилось после приговора?

– Ее лишили магической лицензии, конфисковали имущество и выслали из страны. – Эмилия достала еще одну папку. – Но вот что интересно: в протоколе записаны ее последние слова в суде.

– И что она сказала?

– "Дом Штейнберг заплатит за свое лицемерие. Ваши сыновья не узнают счастья в любви, пока не искупят грехи отцов".

Александр побледнел.

– Значит, проклятие действительно наложила она.

– Похоже на то. Но есть нюанс. – Эмилия указала на дату приговора. – Моргану судили семь лет назад, а первый случай с баронессой фон Вальдек произошел шесть лет назад. Между ними целый год.

– И что это значит?

– Либо проклятие было наложено не сразу после изгнания, либо – Эмилия помедлила. – Либо для его активации требовалось какое-то особое условие, которое исполнилось только через год.

В этот момент в кафе ворвался запыхавшийся Максимилиан.

– Эми! – закричал он, не обращая внимания на магическое поле тишины. – Катастрофа! Забастовка распространяется!

Эмилия вздрогнула. В суете утренних событий она совсем забыла про профсоюзные проблемы в департаменте.

– Что еще случилось?

– К забастовке присоединились архивариусы, секретари и даже уборщики! – Макс рухнул на свободный стул. – Говорят, если магам-практикам не повысят зарплату, то и они будут требовать того же.

– А начальство что делает?

– Герр Шульц заперся в кабинете и требует немедленно найти способ заставить всех вернуться к работе. А министр грозится призвать армейских магов на замену.

Александр нахмурился.

– Армейские маги? Это плохая идея.

– Почему? – спросила Эмилия.

– Они специализируются на боевой магии, а не на тонкой работе с проклятиями. – Принц покачал головой. – Если армейский маг попытается снять сложное проклятие, он может только усугубить ситуацию.

– Или превратить лебедей во что-нибудь еще более неприятное, – мрачно добавил Максимилиан. – Помню случай, когда армейский маг пытался вылечить принцессу от проклятия сна. Вместо этого она стала спать только днем, а по ночам превращалась в вампира.

Эмилия массировала виски, чувствуя приближение головной боли. Ситуация становилась все сложнее: проклятие принца, четыре женщины-лебедя, забастовка в департаменте, слухи по всему городу, и теперь еще угроза вмешательства армейских магов.

– Ладно, – сказала она решительно. – Раз официальные каналы заблокированы, будем действовать неофициально.

– То есть? – спросил Александр.

– Найдем Моргану сами. Без помощи департамента, без международных запросов, без бюрократических процедур. – Эмилия встала. – У меня есть несколько идей, с чего начать.

– Это может быть опасно, – предупредил принц.

– Опаснее, чем допустить вмешательство армейских магов в дело с проклятием мести? – Эмилия покачала головой. – Нет уж, лучше рискнуть.

– А я могу помочь? – неожиданно спросил Максимилиан.

– Макс, это не твое дело.

– Да ну тебя, Эми, – перебил он. – Думаешь, мне нравится целыми днями заполнять формы по облысению? Хочу заниматься настоящей магией, а не бюрократией.

Эмилия посмотрела на молодого коллегу. В его глазах горел энтузиазм, которого ей так не хватало в последнее время в департаменте.

– Хорошо, – согласилась она. – Но если нас поймают, я беру всю ответственность на себя.

– Договорились.

– Тогда вот что мы сделаем, – Эмилия достала блокнот и начала составлять план. – Макс, ты возвращаешься в департамент и стараешься выяснить, есть ли в архивах еще какие-нибудь документы по делу Морганы. Может быть, что-то упущенное или засекреченное.

– Понял.

– Александр, мне нужен доступ к королевским архивам. Возможно, там сохранились какие-то документы о Моргане из времен ее службы при дворе.

– Это можно устроить.

– А сама я займусь поиском Морганы по неофициальным каналам. – Эмилия закрыла блокнот. – Встречаемся здесь же завтра в это же время и делимся результатами.

Максимилиан встал, собираясь уходить, но вдруг остановился.

– А что, если забастовка не закончится завтра?

– Тогда у нас будет больше времени на поиски, – сухо ответила Эмилия. – Иногда препятствия превращаются в возможности.

Когда Максимилиан ушел, Эмилия и Александр остались вдвоем. Впервые за все время их знакомства между ними повисла неловкая тишина.

– Мисс Вернер, – наконец сказал принц, – я хочу, чтобы вы знали: что бы ни случилось, я безмерно благодарен вам за помощь.

– Это моя работа, – ответила Эмилия, не поднимая глаз от кофе.

– Нет, – тихо возразил Александр. – Ваша работа – заполнять формы и штамповать справки. А то, что вы делаете это намного больше.

Эмилия подняла взгляд и встретилась глазами с принцем. В его взгляде было что-то такое, что заставило ее сердце забиться быстрее.

– Александр – начала она и осеклась, поняв, что назвала его по имени.

– Мне нравится, как вы это произносите, – улыбнулся он. – Эмилия.

От того, как он произнес ее имя, у нее перехватило дыхание. Это было неправильно, непрофессионально, и очень опасно. Но в этот момент ей было все равно.

– Мне нужно идти, – сказала она, резко вставая. – Дела.

– Конечно, – Александр тоже поднялся. – До завтра.

– До завтра.

Эмилия быстро вышла из кафе, чувствуя на себе его взгляд. На улице она остановилась и попыталась привести мысли в порядок. То, что происходило между ней и принцем, было недопустимо. Она помогала ему по профессиональным соображениям, потому что верила в справедливость, а не потому что.

А не потому что что?

Эмилия покачала головой и направилась к трамвайной остановке. У нее было слишком много дел, чтобы размышлять о личных чувствах. Нужно было найти Моргану фон Штормберг, и на это у нее была всего пара дней, пока забастовка не закончится и департамент не возобновит работу.

Но даже занимаясь делом, она не могла выкинуть из головы то, как Александр произнес ее имя, и то тепло, которое разлилось в ее груди от этого звука.

Профессионализм, напомнила она себе. Только профессионализм. И никаких личных чувств к клиентам, даже если клиент – принц с печальными глазами и обаятельной улыбкой.

Глава 4. Неофициальные методы расследования.

Эмилия провела остаток дня в самых неожиданных местах. Сначала она отправилась в "Серебряный котел" – маленький магазинчик зелий в старой части города, который формально торговал травяными чаями, а неформально служил местом встреч для магов, работавших вне официальной системы.

Хозяйкой лавки была Агата Циммер – пожилая женщина с острыми глазами и репутацией человека, который знает все обо всех в магическом сообществе. Говорили, что в молодости она сама была довольно скандальной волшебницей, но с возрастом предпочла стать источником информации, а не неприятностей.

– Моргана фон Штормберг, – протянула Агата, услышав имя. – Давненько это имя не произносили вслух. Чай будете?

– Пожалуйста, – Эмилия села на шаткий стул перед прилавком, заставленным загадочными склянками. – Что вы о ней знаете?

– Знаю, что она была одной из лучших учениц Академии Трансформационных Искусств. Талантливая, амбициозная, и – Агата помедлила, разливая ароматный чай, – слишком гордая для собственного же блага.

– А что случилось после суда?

– После суда? – Агата усмехнулась. – Дорогая моя, а вы уверены, что знаете всю правду об этом суде?

Эмилия насторожилась.

– А разве есть что-то еще?

– Есть то, что не попало в официальные протоколы, – Агата понизила голос. – Моргана не просто торговала проклятиями. Она расследовала коррупцию среди высших чиновников и придворных магов. А ее "незаконная деятельность" была попыткой собрать доказательства.

– То есть ее подставили?

– Скажем так, – Агата хитро прищурилась, – кому-то очень не понравилось, что молодая волшебница слишком близко подобралась к неудобным тайнам. И суд над ней был очень удобным способом от нее избавиться.

Эмилия делала записи, чувствуя, как дело становится еще более запутанным.

– А где она сейчас?

– Последний раз ее видели в Венеции, около года назад. Работала под именем Марта Грациани, занималась реставрацией старинных артефактов. – Агата допила чай. – Но это не значит, что она там осталась.

– А вы случайно не знаете, есть ли способ с ней связаться?

Агата долго изучала лицо Эмилии.

– А зачем вам Моргана, дорогая? Если не секрет.

Эмилия колебалась. Сколько можно рассказать, не нарушив конфиденциальность?

– Скажем так, нужно обсудить некоторые последствия ее прошлой деятельности.

– А, понятно, – кивнула Агата. – Проклятие принца. Весь город об этом говорит.

Эмилия чуть не поперхнулась чаем.

– Откуда вы.

– Милая, в нашем сообществе новости распространяются быстрее лесного пожара. Особенно такие сочные. – Агата рассмеялась. – Принц Александр, четыре женщины-лебедя, проклятие мести это же лучше любого романа!

– И что люди думают?

– Разное. Кто-то сочувствует принцу, кто-то считает, что Моргана права, мстя за несправедливость. А кто-то – Агата помедлила, – кто-то думает, что вся эта история – часть более сложной игры.

– Какой игры?

– Политической. Принц без возможности жениться – это принц без наследников. А принц без наследников – это возможность для других претендентов на трон.

Эмилия почувствовала, как у нее мурашки побежали по спине. Если проклятие было не просто местью обиженной женщины, а частью политического заговора.

– Но это только слухи, – поспешно добавила Агата. – А вот что не слухи – так это то, что Моргана не исчезла бесследно. У нее есть сеть союзников среди тех, кого несправедливо преследовали власти.

– И где их можно найти?

– А вы попробуйте обратиться к Обществу Справедливого Возмездия.

– К чему?

– Неофициальная организация магов, которые считают, что существующая система несправедлива и нуждается в реформах. Собираются каждую вторую среду в подвале книжного магазина "Мудрая сова" на улице Гёте. – Агата подмигнула. – Скажите, что от Агаты. Они вас выслушают.

Эмилия поблагодарила хозяйку лавки и отправилась к следующему пункту своего неофициального расследования.

Книжный магазин "Мудрая сова" оказался тесным, заставленным полками до потолка местом, где в воздухе витал запах старой бумаги и чего-то еще – едва уловимый аромат магии. За прилавком сидел худощавый мужчина средних лет с внимательными серыми глазами.

– Добрый день, – сказала Эмилия. – Меня прислала Агата. Говорила, что по средам здесь собираются интересные люди.

Мужчина внимательно ее изучил.

– Агата, значит – он встал и повесил на дверь табличку "Закрыто на инвентаризацию". – Проходите в подсобку. И да, меня зовут Бернард Кох.

Подсобное помещение оказалось больше, чем казалось снаружи – очевидно, здесь применялись заклинания расширения пространства. За длинным столом сидело человек десять, преимущественно среднего возраста, и все выглядели как люди, у которых есть что скрывать от властей.

– Друзья, – объявил Бернард, – к нам пришла представительница официальных структур. Но Агата рекомендует ее как союзника.

– Из какого ведомства? – спросила женщина с короткими седыми волосами.

– Департамент Магических Недоразумений. Специалист по романтическим проклятиям, – честно ответила Эмилия.

В помещении воцарилась тишина.

– Романтические проклятия – протянул кто-то. – А не занимаетесь ли вы случайно делом принца Александра?

– Занималась, – осторожно ответила Эмилия. – До тех пор, пока дело не закрыли по политическим соображениям.

– А, вот как – в голосе седовласой женщины послышалось сочувствие. – Значит, вы тоже столкнулись с тем, как система защищает сама себя в ущерб справедливости.

– Можно и так сказать, – согласилась Эмилия. – А теперь я пытаюсь найти Моргану фон Штормберг, чтобы решить проблему неофициально.

– И что вы собираетесь с ней делать? – подозрительно спросил молодой человек в очках. – Арестовать? Принудить снять проклятие?

– Поговорить, – просто ответила Эмилия. – Выяснить, чего она хочет, и найти способ решить ситуацию, который устроил бы всех.

Члены общества переглянулись.

– А вы знаете, что Моргана была не просто придворной волшебницей? – спросил Бернард.

– Агата намекнула, что она расследовала коррупцию.

– Она пыталась разоблачить целую сеть чиновников, которые использовали свое положение для личного обогащения, – сказала седовласая женщина, представившаяся как Ингрид Мейер. – И среди них были очень влиятельные люди.

– Включая кого-то из королевского окружения?

– Включая главного королевского казначея, двух министров и – Ингрид помедлила, – нескольких членов королевской семьи.

Эмилия почувствовала, как кусочки головоломки начинают складываться в целостную картину.

– И именно поэтому ее обвинили в незаконной деятельности?

– Именно. Проще всего было представить ее расследование как вымогательство, а собранные ею доказательства – как шантаж.

– А где эти доказательства сейчас?

– У нее, – ответил молодой человек в очках. – И именно поэтому некоторые люди очень заинтересованы в том, чтобы она никогда не вернулась в Аурелию.

– Но если проклятие принца – это месть за несправедливый суд, то почему она выбрала именно такую форму мести? – задала вопрос Эмилия. – Почему не попыталась просто обнародовать свои доказательства?

– А кто бы ей поверил? – грустно усмехнулась Ингрид. – Изгнанной волшебнице, лишенной лицензии? Ее слова не имели бы никакого веса.

– Зато проклятие принца парализует династию и привлекает внимание к несправедливости, – добавил Бернард. – Очень умный ход, если подумать.

– И как с ней можно связаться?

Члены общества снова переглянулись.

– Это возможно, – медленно сказала Ингрид. – Но не бесплатно.

– Что вы хотите?

– Гарантии, что если удастся решить проблему с проклятием, то дело о коррупции будет пересмотрено. И виновные понесут наказание.

Эмилия задумалась. Обещать такое означало взять на себя обязательства, которые она могла не выполнить.

– Я не могу гарантировать решение политических вопросов, – честно сказала она. – Но обещаю сделать все возможное, чтобы справедливость восторжествовала.

– Этого достаточно, – кивнул Бернард. – Дайте нам день. Завтра в это же время приходите сюда. Мы постараемся организовать встречу.

Эмилия поблагодарила членов общества и покинула книжный магазин с чувством, что приближается к разгадке. Но одновременно она понимала, что дело становится гораздо сложнее, чем простое снятие проклятия мести.

Если Моргана действительно обладала доказательствами коррупции высших чиновников, то ее возвращение в Аурелию могло привести к серьезному политическому кризису. А это означало, что против них будут не только магические силы, но и очень влиятельные люди, заинтересованные в сохранении статус-кво.

Размышляя об этом, Эмилия почти не заметила, как дошла до своего дома. У подъезда ее ждал неожиданный сюрприз – принц Александр, облокотившийся на элегантную черную карету.

– Добрый вечер, – сказал он, слегка поклонившись. – Прошу прощения за вторжение, но мне нужно было с вами поговорить.

– Что случилось? – обеспокоилась Эмилия.

– Новости из дворца. И не очень хорошие. – Александр открыл дверцу кареты. – Позволите подвезти вас? Лучше поговорим в пути.

Эмилия колебалась. Ехать с принцем в карете наедине это было еще более неформально, чем встречи в кафе.

– Это важно? – спросила она.

– Очень.

Она села в карету, и Александр дал знак кучеру ехать медленно по центральным улицам города.

– Что произошло?

– Сегодня ко двору прибыли представители Международного Магического Совета, – сообщил принц. – Они заявили, что дело о проклятии принца королевской крови касается международной безопасности и требует их вмешательства.

– Это плохо?

– Очень плохо. Международный Совет имеет репутацию организации, которая решает проблемы радикальными методами. – Александр мрачно посмотрел в окно. – Если они возьмут дело в свои руки, то скорее всего попытаются либо физически устранить Моргану, либо заключить меня в магическую тюрьму до выяснения обстоятельств.

– А ваш отец что говорит?

– Отец согласился дать им неделю на решение проблемы. После этого они получат полные полномочия действовать по своему усмотрению.

Эмилия почувствовала, как время ускользает из рук.

– Значит, у нас есть неделя, чтобы найти Моргану и договориться с ней.

– Именно. – Александр повернулся к ней. – Эмилия, я понимаю, что прошу вас о многом. Это опасно, и вы рискуете карьерой, репутацией, возможно, даже жизнью.

– Александр, – перебила его Эмилия, – а что вы чувствуете? К этим женщинам, к ситуации, ко всему происходящему?

Принц удивился неожиданной смене темы.

– Я чувствую вину. За то, что не смог их защитить. За то, что мое проклятие разрушило их жизни.

– А страх?

– Конечно. Страх, что это повторится. Что еще кто-то пострадает из-за меня.

– А одиночество?

Александр долго молчал.

– Да, – тихо признался он. – Страшное одиночество. Понимание того, что я никогда не смогу любить и быть любимым, не причиняя при этом страданий.

Эмилия почувствовала, как что-то сжалось у нее в груди. В голосе принца была такая боль, что ей захотелось обнять его и сказать, что все будет хорошо.

Но вместо этого она произнесла:

– Тогда у нас есть еще одна причина найти Моргану и решить эту проблему.

– Какая?

– Вы заслуживаете счастья, – просто сказала Эмилия. – Все люди его заслуживают.

Александр посмотрел на нее так, что у нее перехватило дыхание.

– А вы, Эмилия? Вы счастливы?

Вопрос застал ее врасплох. Она открыла рот, чтобы дать формальный ответ, но слова не шли.

Счастлива ли она? До встречи с принцем Александром она считала, что да. У нее была работа, которая ей нравилась, друзья, спокойная размеренная жизнь Но сейчас, глядя в его серые глаза, она понимала, что чего-то очень важного в ее жизни недоставало.

– Я – начала она и осеклась.

– Простите, – тихо сказал Александр. – Не стоило спрашивать. Это слишком личный вопрос.

– Нет, все в порядке, – Эмилия взяла себя в руки. – Просто я никогда об этом серьезно не думала.

Карета остановилась у ее дома.

– Спасибо, что подвезли, – сказала Эмилия, готовясь выйти.

– Эмилия, – окликнул ее Александр. – Что бы ни случилось дальше, я хочу, чтобы вы знали: встреча с вами стала лучшим, что происходило со мной за последние годы.

Она обернулась, и их взгляды встретились. В этот момент между ними словно проскочила искра, и Эмилия поняла, что балансирует на краю пропасти. Еще шаг, и она безвозвратно влюбится в человека, любовь к которому может стоить ей жизни.

– До завтра, – сказала она и быстро вышла из кареты.

Поднимаясь по лестнице к своей квартире, Эмилия пыталась не думать о том, как Александр произнес ее имя, и о том тепле, которое разлилось в ее груди от его слов. Но мысли все равно возвращались к принцу – к его грустным глазам, обаятельной улыбке и тому одиночеству, которое она чувствовала в нем.

"Профессионализм, – напомнила она себе, открывая дверь квартиры. – Только профессионализм."

Глава 5. Полевые исследования и аристократические неудобства.

Эмилия проснулась от настойчивого стука в дверь в половине седьмого утра. За окном еще царил серый предрассветный полумрак, а она чувствовала себя так, словно не спала вовсе. Сны всю ночь крутились вокруг серых глаз принца Александра и его слов о том, что встреча с ней стала лучшим в его жизни.

– Мисс Вернер! – раздался знакомый голос Максимилиана. – Срочные новости!

Эмилия, набросив халат, открыла дверь. Макс стоял на пороге с двумя кружками кофе и стопкой документов под мышкой.

– Макс, какого черта – начала она и осеклась, увидев его взволнованное лицо. – Что случилось?

– Забастовка закончилась! – выпалил он, протягивая ей кофе. – Ночью министр пошел на уступки профсоюзу. Зарплаты повысили на пятнадцать процентов, добавили дополнительный выходной во время полнолуний, и еще кучу всего.

– Это хорошо, – осторожно сказала Эмилия. – А что с делами?

– Вот тут начинается интересное, – Макс развернул один из документов. – Герр Шульц издал приказ о немедленном возобновлении работы по всем приоритетным делам. И угадай, какое дело внезапно снова стало приоритетным?

Эмилия взглянула на документ и ахнула. Дело принца Александра не просто восстановили – его перевели в категорию "Особой государственной важности" с пометкой "Решить любой ценой".

– Но вчера его закрыли по политическим соображениям.

– А сегодня политические соображения изменились, – Макс присел на край кухонного стола. – Говорят, вчера вечером во дворец приезжали какие-то важные иностранные гости, и после их визита король лично распорядился возобновить расследование.

Эмилия вспомнила слова Александра о представителях Международного Магического Совета. Видимо, их угрозы подействовали, и король решил, что лучше решить проблему силами собственного департамента, чем допустить иностранное вмешательство.

– И что теперь?

– А теперь тебе нужно срочно ехать в королевский замок для проведения "комплексной магической экспертизы места предполагаемого наложения проклятия", – Макс зачитал с официального бланка. – Сегодня же. К десяти утра.

Эмилия взглянула на часы. До десяти оставался час.

– Макс, а ты случайно не знаешь, кто именно инициировал возобновление дела?

– Сам принц Александр. Подал повторное заявление с просьбой о назначении тебя ответственным исполнителем. – Максимилиан хитро улыбнулся. – Видимо, произвел на него впечатление.

Эмилия почувствовала, как щеки заливает румянец.

– Это чисто профессиональное решение, – пробормотала она.

– Конечно, конечно, – Макс даже не пытался скрыть ухмылку. – Кстати, вот тебе служебный набор для полевых исследований и официальная бумага на право беспрепятственного доступа к любым помещениям замка.

Эмилия быстро пробежалась по списку оборудования: портативный детектор магических аномалий, набор реагентов для анализа следов проклятий, формы для описания места происшествия, и форма 89-К "Протокол осмотра места наложения проклятия с участием пострадавшей стороны".

– А что это за форма?

– А, это новая разработка бюрократического отдела, – Макс покачал головой. – Теперь при расследовании проклятий обязательно должен присутствовать представитель пострадавшей стороны для дачи подробных показаний на месте событий.

– То есть принц будет со мной весь день?

– Весь день. А может, и не один день – смотря сколько времени займет экспертиза.

Эмилия попыталась сообразить, хорошо это или плохо. С одной стороны, присутствие Александра поможет восстановить детали каждого инцидента. С другой стороны, целый день наедине с принцем в его замке это было опасно для ее душевного равновесия.

– Ладно, – решила она. – Тогда за работу.

Через час Эмилия уже ехала в департаментской карете по дороге, ведущей к королевскому замку. Массивное здание из серого камня возвышалось на холме в пяти километрах от столицы, окруженное живописными садами и парками. В ясную погоду с башен замка открывался вид на всю страну.

У главных ворот ее встретил Александр в сопровождении пожилого мужчины в строгом черном костюме.

– Эмилия, – принц слегка поклонился, – позвольте представить вам Герберта фон Меттерниха, главного управляющего замка. Он поможет нам с организационными вопросами.

Управляющий оказался воплощением старинной придворной учтивости: безупречные манеры, идеально выбритое лицо, и способность говорить о самых обыденных вещах так, словно обсуждаются дела государственной важности.

– Мисс Вернер, – сказал он торжественно, – для нас большая честь принимать в замке представителя Департамента Магических Недоразумений. Позвольте заверить вас, что мы окажем любое содействие в вашем расследовании.

– Спасибо, – Эмилия достала блокнот. – Мне понадобится осмотреть все места, где происходили трансформации, а также любые помещения, которые могли посещать Моргана фон Штормберг во время службы при дворе.

– Конечно, – кивнул управляющий. – Я составил полный план замка с отмеченными локациями. А также подготовил досье на все происшествия.

– Начнем с первого случая, – решила Эмилия. – Где находится розовый сад?

Розовый сад оказался настоящим произведением ландшафтного искусства. Аккуратные клумбы, мраморные статуи, изящные беседки – все было устроено так, чтобы создавать атмосферу романтичности и уединения.

– Вот здесь, – Александр остановился у белой беседки, увитой плетистыми розами. – Мы с Кристиной сидели в этой беседке, когда это случилось.

Эмилия достала детектор магических аномалий – прибор, похожий на карманные часы с множеством стрелок и циферблатов. Как только она включила его, стрелки начали беспорядочно дергаться.

– Интересно, – пробормотала она. – Здесь определенно есть остаточная магическая активность.

– И что это значит? – спросил Александр.

– Это значит, что проклятие оставило след. – Эмилия делала записи в блокноте. – Причем довольно сильный. Обычно магические следы рассеиваются за год-два, но этот держится уже шесть лет.

– Почему?

– Либо проклятие было очень мощным, либо – она помедлила, – либо его регулярно подкрепляют.

Александр побледнел.

– Вы хотите сказать, что Моргана до сих пор активно поддерживает проклятие?

– Возможно. Это объяснило бы, почему оно не слабеет со временем. – Эмилия обошла беседку, снимая показания с разных точек. – А теперь расскажите мне точно, что происходило в тот вечер.

Александр сел на скамейку в беседке и закрыл глаза.

– Это было в июне, в день летнего солнцестояния. Мы пришли сюда после ужина, около восьми вечера. Кристина была в белом платье, на ней были жемчужные серьги.

– Подождите, – перебила Эмилия. – День летнего солнцестояния? Это очень важная дата для магии.

– Да, но тогда я об этом не думал. – Александр открыл глаза. – Мы просто хотели встретить закат в красивом месте.

Эмилия записывала детали, понимая, что проклятие было гораздо более продуманным, чем казалось. Летнее солнцестояние – время, когда магические силы достигают пика. Если Моргана планировала именно этот день для активации проклятия.

– Продолжайте, – попросила она.

– Кристина говорила о наших планах на будущее. О свадьбе, о детях, о том, как мы будем счастливы вместе. А потом солнце начало садиться, и она сказала: "Александр, я люблю тебя больше жизни. Хочу быть с тобой всегда, до самой смерти и после нее".

– Точно эти слова?

– Точно. Я их никогда не забуду. – Голос принца дрожал. – И в тот же момент солнце коснулось горизонта, и она начала меняться. Сначала белый пух на коже, потом лицо стало вытягиваться.

– А что вы чувствовали в этот момент?

Александр удивился вопросу.

– Ужас. Непонимание. Я думал, что схожу с ума.

– А физически? Боль, слабость, что-то еще?

– Теперь, когда вы спрашиваете – принц нахмурился. – Да, была странная слабость. И ощущение, словно что-то вытягивает из меня силы.

Эмилия кивнула, делая пометки. Это подтверждало ее догадку о механизме проклятия.

– Ваше Высочество, а во время трех других инцидентов вы чувствовали то же самое?

– Да, каждый раз. Но я думал, это от эмоционального шока.

– Нет, это важная деталь. – Эмилия убрала блокнот. – Теперь покажите мне место второго случая.

Вторая локация находилась в дворцовом парке, у небольшого озера с мостиком. Здесь детектор показал примерно такие же аномалии, как и в беседке.

– Элеонора хотела доказать, что никакого проклятия не существует, – рассказывал Александр. – Она стояла вот здесь, на мостике, и говорила, что настоящая любовь сильнее любых суеверий.

Пока принц описывал событие, Эмилия заметила кое-что интересное. На перилах мостика, почти незаметные глазу, были вырезаны небольшие символы.

– Александр, посмотрите сюда, – она указала на резьбу. – Вы видели эти знаки раньше?

Принц присмотрелся.

– Нет, никогда. А что это?

– Магические символы. Очень старые. – Эмилия достала увеличительное стекло. – Это руны связывания и трансформации. Кто-то вырезал их здесь задолго до того инцидента с маркизой.

– То есть место было заранее подготовлено?

– Похоже на то. – Эмилия фотографировала руны специальным аппаратом. – Моргана не просто прокляла вас. Она создала целую систему магических ловушек в местах, где вы могли бы проводить романтические встречи.

Они обследовали еще два места – музыкальную комнату, где принцесса Изабелла призналась в любви принцу, и зимний сад, где это произошло с принцессой Анной. Везде детектор показывал аномалии, везде находились скрытые магические символы.

– Это дьявольски умно, – признала Эмилия, когда они закончили обход. – Моргана изучила ваши привычки, определила места, где вы предпочитаете проводить время с женщинами, и заранее подготовила их. Проклятие активируется не случайно, а только в этих специально заряженных локациях.

– И что это означает для возможности снятия проклятия?

– С одной стороны, это усложняет задачу – проклятие более продуманное, чем мы думали. С другой стороны, если мы найдем все заряженные места и нейтрализуем их.

– То проклятие перестанет действовать?

– Возможно. Но это только теория. – Эмилия убрала оборудование в сумку. – Мне нужно изучить символы и понять принцип их работы.

В этот момент к ним подошел управляющий.

– Прошу прощения за беспокойство, – сказал он церемонно, – но уже половина седьмого, а повара спрашивают, будете ли вы ужинать в замке?

Эмилия взглянула на часы и ахнула. Они провели в обследовании почти девять часов!

– Я должна вернуться в город.

– Эмилия, – мягко сказал Александр, – уже темно, дорога не очень безопасна, к тому же завтра нам нужно продолжить работу. Может быть, останетесь на ночь? У нас есть прекрасные гостевые комнаты.

Остаться в замке на ночь? Эмилия понимала, что это разумное предложение с практической точки зрения, но.

– Я не взяла с собой вещей для ночевки, – слабо возразила она.

– Это не проблема, – вмешался управляющий. – У нас есть все необходимое для гостей. А завтрак подадут в любое время, когда вам будет удобно.

Эмилия колебалась. С одной стороны, действительно было поздно и неразумно ехать в темноте. С другой стороны, ночь в замке с принцем это было слишком интимно, слишком опасно для ее душевного равновесия.

– Хорошо, – наконец согласилась она. – Но завтра с утра мне нужно будет вернуться в департамент для анализа собранных данных.

– Конечно, – кивнул Александр, и в его глазах мелькнуло что-то, что заставило сердце Эмилии забиться быстрее.

Гостевая комната оказалась настоящим произведением искусства: антикварная мебель, камин, огромная кровать с балдахином, и окна с видом на весь замковый парк. На кровати уже лежал комплект ночного белья из тончайшего батиста, а в ванной были приготовлены всевозможные туалетные принадлежности.

– Ужин подадут через час в малой столовой, – сообщил управляющий. – Если что-то понадобится, звоните в колокольчик.

Оставшись одна, Эмилия попыталась привести мысли в порядок. День дал ей много новой информации о проклятии, но одновременно поставил перед фактом, что ее чувства к принцу становятся все более серьезными.

Каждый раз, когда Александр смотрел на нее, каждый раз, когда их руки случайно соприкасались, каждый раз, когда он произносил ее имя этим особенным тоном – она чувствовала, как теряет профессиональную дистанцию.

Глава 6. Ужин при свечах и семейные тайны.

Малая столовая замка оказалась "малой" только по меркам королевской резиденции. Для обычного человека это была роскошная комната с массивным дубовым столом, способным вместить человек двадцать, хрустальными люстрами и портретами предков, взиравших со стен строгими глазами.

Эмилия, переодевшаяся в найденное в гостевой комнате темно-синее платье (управляющий каким-то чудом угадал размер), чувствовала себя немного не в своей тарелке среди всего этого великолепия. Александр уже ждал ее, стоя у камина в повседневном костюме, который, тем не менее, стоил, вероятно, больше ее месячного жалованья.

– Вы выглядите прекрасно, – сказал он, когда она вошла. – Этот цвет вам идет.

– Спасибо, – Эмилия почувствовала, как краснеет. – А стол вы всегда так ужинаете?

Александр рассмеялся, впервые за все время их знакомства по-настоящему весело.

– Нет, обычно я ем в своих покоях за маленьким столиком. Но Герберт считает, что принимать гостей следует с полным соблюдением этикета. – Он указал на стулья, расставленные не по разные стороны стола, а рядом, в углу. – Хотя я попросил его не переусердствовать с формальностями.

Ужин оказался удивительно простым и вкусным, несмотря на изысканную подачу. Тыквенный суп с трюфелями, запеченная форель с травами, салат из дичи, и восхитительный десерт из груш в вине. Но главное – за едой они разговаривали как обычные люди, а не как принц и государственный служащий.

– Расскажите о себе, – попросил Александр, наливая вино в бокалы. – Как вы попали в Департамент Магических Недоразумений?

– Довольно банально, – Эмилия улыбнулась. – Училась в Магической Академии на факультете Прикладных Чар, специализировалась на эмоциональной магии. После выпуска хотела стать целительницей, но свободных мест в больницах не было, зато в департаменте требовался специалист по романтическим проклятиям.

– И как вам работа?

– Раньше нравилась, – честно ответила Эмилия. – Помогать людям решать проблемы, связанные с любовными чарами, находить способы снять неудачные проклятия Но в последнее время все больше бюрократии и все меньше настоящей магии.

– А что изменилось?

– Новые правила, новые формы, новые процедуры – Эмилия вздохнула. – Раньше, если к тебе приходил человек с проблемой, ты просто помогал ему. Сейчас сначала нужно заполнить семь форм, получить три разрешения и дождаться одобрения комиссии.

– Звучит удручающе.

– Именно поэтому я согласилась заниматься вашим делом неофициально, – призналась Эмилия. – Хотелось вспомнить, зачем я вообще выбрала эту профессию.

Александр внимательно посмотрел на нее.

– А вне работы? Семья, друзья, увлечения?

– Семьи нет. Родители умерли, когда я училась в академии. Друзья в основном коллеги по департаменту. – Эмилия покрутила в руках бокал. – Увлечения читаю, иногда хожу в театр, летом выбираюсь на природу.

– Звучит довольно одиноко.

– А ваша жизнь не одинока? – парировала Эмилия.

Александр усмехнулся.

– Тоже не назовешь насыщенной социальной активностью. Официальные приемы, деловые встречи, церемонии – Он помедлил. – После первого случая с проклятием я практически перестал появляться на публике. Боялся, что еще кто-то пострадает.

– Должно быть, тяжело.

– Знаете, что самое странное? – Александр посмотрел в огонь камина. – Я всю жизнь мечтал о том, чтобы меня любили не за титул и богатство, а за меня самого. А когда это наконец случилось с Кристиной проклятие превратило мою мечту в кошмар.

В его голосе была такая боль, что Эмилии захотелось взять его за руку и сказать что-то утешительное. Но она удержалась.

– А что вы знаете о своих предках? – спросила она вместо этого. – Может быть, кто-то из них тоже сталкивался с подобными проклятиями?

– Странно, что вы спрашиваете, – Александр нахмурился. – Сегодня днем, пока вы исследовали магические символы, я разговаривал с Гербертом. Он служит в нашей семье уже сорок лет и помнит многие истории.

– И что он рассказал?

– Что мой дед, принц Фридрих, в молодости тоже имел проблемы с женщинами. Правда, не проклятия, а скорее противоположное – женщины влюблялись в него с первого взгляда, но любовь эта была неестественной, навязчивой.

Эмилия насторожилась.

– Расскажите подробнее.

– По словам Герберта, принц Фридрих был невероятно харизматичным мужчиной. Любая женщина, с которой он разговаривал больше пяти минут, немедленно в него влюблялась. Причем влюблялась настолько сильно, что теряла рассудок.

– И что с этим делали?

– Обратились к самому талантливому специалисту по любовной магии в королевстве. – Александр сделал паузу. – К молодой волшебнице по имени Моргана фон Штормберг.

Эмилия чуть не подавилась вином.

– Моргана помогала вашему деду?

– Не просто помогала. По словам Герберта, она влюбилась в моего деда с первого взгляда. – Александр мрачно усмехнулся. – Но принц Фридрих был уже помолвлен с принцессой Шарлоттой, моей будущей бабушкой. Политический брак, союз двух королевских домов.

– И что произошло?

– Моргана сняла с деда проклятие принуждающей любви. Но взамен попросила его разорвать помолвку и жениться на ней.

– И он согласился?

– Нет. Принц Фридрих поблагодарил ее за помощь, щедро заплатил, и женился на принцессе Шарлотте, как и планировалось. – Александр потер виски. – А Моргана исчезла из дворца на несколько лет.

Эмилия быстро складывала кусочки головоломки в уме.

– А когда она вернулась?

– Через пять лет. Уже как признанный специалист по магии трансформации. Мой дед дал ей должность придворной волшебницы, вероятно, из чувства вины. – Александр посмотрел на Эмилию. – Видите связь?

– Вижу, – тихо ответила она. – Моргана была влюблена в вашего деда, он ее отверг, и теперь она мстит его внуку.

– Именно. Классическая месть через поколение.

– Но это было так давно Морганы тогда было, что, двадцать лет?

– Двадцать три. Сейчас ей должно быть около семидесяти. – Александр встал и подошел к одному из портретов на стене. – А это мой дед, принц Фридрих.

Эмилия поднялась и подошла к портрету. На нее смотрел мужчина лет тридцати с поразительным сходством с Александром. Те же серые глаза, те же благородные черты лица, та же легкая печаль во взгляде.

– Похожи, – заметила она.

– Все мужчины в нашей семье похожи друг на друга, – согласился Александр. – Возможно, именно это и привлекло Моргану. Во мне она видит его.

– Значит, проклятие – это не просто месть за несправедливый суд.

– Нет, это нечто гораздо более личное и болезненное. – Александр вернулся к столу. – Женщина, которая полвека носила в сердце неразделенную любовь и боль отвержения.

Эмилия задумалась. Если мотивы Морганы были настолько глубоко личными, то переговоры с ней могли быть еще сложнее, чем она предполагала. Как убедить человека отказаться от мести, которую он планировал полвека?

– А что, если – начала она и осеклась.

– Что?

– А что, если мы попытаемся найти другой подход? Не переговоры, не принуждение, а удовлетворение ее потребности в справедливости?

– Как это?

Эмилия подошла к окну, за которым мерцали огни в окнах замка.

– Моргана чувствует себя обиженной и отвергнутой. Ваш дед воспользовался ее помощью, а потом отверг ее любовь. Потом ее же обвинили в коррупции, лишили лицензии и выгнали из страны. – Она повернулась к Александру. – А что, если мы дадим ей то, чего она действительно хочет?

– То есть?

– Признание. Реабилитацию. Справедливость. – Эмилия говорила все быстрее, развивая мысль. – Пересмотр дела о коррупции, восстановление репутации, возможно, даже извинения от королевской семьи.

– Вы думаете, это сработает?

– Не знаю, но стоит попробовать. Человек, который потратил полвека на планирование мести, не откажется от нее просто так. Но если предложить ему что-то более ценное.

Александр долго молчал, обдумывая ее слова.

– Это будет трудно организовать. Пересмотр дела, извинения мой отец не любит признавать ошибки.

– Зато любит избегать международных скандалов, – напомнила Эмилия. – А если представители Международного Совета начнут действовать, скандал будет гарантирован.

– Справедливо.

В этот момент в столовую вошел управляющий с серебряным подносом.

– Прошу прощения за беспокойство, Ваше Высочество, – сказал он церемонно, – но для мисс Вернер пришла срочная депеша из департамента.

Эмилия вскрыла конверт и пробежала глазами короткое сообщение. Лицо ее изменилось.

– Что случилось? – обеспокоился Александр.

– Изабелла пишет, что Общество Справедливого Возмездия организовало встречу с Морганой, – сказала Эмилия, перечитывая депешу. – Завтра в полдень, в книжном магазине "Мудрая сова".

– Это же прекрасно!

– Да, но есть проблема. – Эмилия показала ему письмо. – Моргана согласилась на встречу только при условии, что на ней будет присутствовать представитель королевской семьи. И не кто-нибудь, а именно вы.

– Я? Но почему.

– Она хочет посмотреть вам в глаза, когда будет говорить о том, что чувствовала к вашему деду. – Эмилия сложила письмо. – Александр, это может быть опасно. Если она до сих пор ненавидит вашу семью.

– Тем не менее, я пойду, – твердо сказал принц. – Это наш единственный шанс решить проблему мирным путем.

– А если это ловушка?

– Тогда по крайней мере мы будем знать, что попытались, – Александр встал. – Эмилия, я не могу больше жить в страхе. Не могу обрекать на превращение каждую женщину, которая осмелится меня полюбить.

Что-то в его тоне заставило Эмилию внимательнее посмотреть на него.

– Александр, а вы – она замялась. – А вы сами когда-нибудь были влюблены? По-настоящему?

Принц долго молчал, глядя в огонь камина.

– Знаете, – сказал он наконец, – до недавнего времени я думал, что нет. Кристину я любил, но это была скорее нежная привязанность, чем страсть. Элеонору и Изабеллу их я полюбить даже не успел.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.