Ксения Леонидовна Пашкова
Тыква с секретом

* * *

© Пашкова К. Л., 2025

© Оформление. ООО «Издательство „Эксмо“», 2025

Ее величество Тыква

Проведя три месяца в Гост-Харборе, я убедилась лишь в одном: моему маленькому бизнесу пришел конец. Весь многолетний труд насмарку. Как только мы с родителями пересекли границу этого небольшого городка, так хорошо знакомая мне жизнь осталась далеко позади.

– Лидия, тебе не кажется, что ты переборщила с количеством? – поинтересовалась мама, разглядывая противень с готовым оранжевым тыквенным печеньем.

– Привычка, – объяснила я, виновато поджав губы.

Жители Рейвеншира, моего родного города, знали меня как королеву выпечки, но для жителей Гост-Харбора я всего лишь чужачка, возомнившая себя кондитером.

– И куда нам столько? – продолжала сокрушаться мама.

Она пыталась сосчитать ароматные круглые печенюшки перед собой, но тщетно.

– Может, угостишь одноклассников?

– Насчет этого… – замялась я. – Ты же не против небольшой вечеринки в нашем доме? Через несколько дней как раз Хеллоуин…

– Если это поможет тебе завести друзей…

– Друзей? Я хочу найти клиентов.

– Детка, ты же знаешь, как местные любят кондитерскую на Ферн-вэй. Не думаю, что тебе удастся их переубедить.

– Уверена, что вкус моих десертов поможет им изменить свои предпочтения.

Моя чрезмерная самонадеянность была признаком отчаяния, и мне не стыдно в этом признаться. Не для того я упорно трудилась, чтобы так легко сдаться. Не позволю пропасть даром знаниям и навыкам, полученным за годы обучения кондитерскому ремеслу!

– Я не против вечеринки, – наконец ответила мама. – Да и гостиная в этом доме просто создана для подобных мероприятий.

Мы по-прежнему не называем «этот дом» нашим, хотя закончили его обустройство еще на прошлой неделе. Когда пару лет назад тетя Мэри попросила нас помочь ей с ремонтом, она невзначай бросила фразу, которую я никак не могу забыть: «Работайте на совесть, вам здесь еще жить». Тетя настояла, чтобы я сама выбрала цвет краски, которой покроют стены в крайней комнате на втором этаже, и теперь мне приходится спать в окружении воспоминаний о том дне.

Никто из нас не планировал сюда переезжать. И родителей, и меня полностью устраивала жизнь, которую мы вели в Рейвеншире. Но никто из тех, кому мама, будучи отличным риелтором, сдавала в аренду тетин дом, не согласился здесь остаться. Некоторые съезжали едва въехав, другие, продержавшись немногим дольше, задерживались на пару недель или месяц. Я отказывалась верить, что им могло не понравиться место, которое так важно для нашей семьи, и списывала все на таинственную пропажу тетиного соседа.

До того, как бесследно исчезнуть, мистер Фокс преподавал историю в старшей школе Гост-Харбора и считался всеобщим любимчиком. Его жена по сей день покрывала улицы города листовками с лучезарным лицом мужа. Проходя мимо портрета этого пышущего жизнью русоволосого мужчины, я всегда задавалась одним и тем же вопросом: что же с ним стало?

На следующий день после разговора с мамой я осознала, как сильно люблю интернет за возможность разослать всей школе приглашения на вечеринку в честь приближающегося Хеллоуина не выходя из дома. Благодаря соцсетям мне не пришлось выслушивать бессвязные отговорки одноклассников и испытывать при этом непреодолимое желание провалиться сквозь землю.

Спустя несколько минут после рассылки сообщений мне пришел ответ от единственного человека, с которым мне удалось подружиться за два месяца учебы в здешней старшей школе.

Фелисити: Помочь тебе с украшением дома? У нас в гараже полно всякой всячины.

Лидия: А ты умеешь вырезать тыквы? Я ничего не успеваю.

Фелисити: Умею, но уродливо.

Лидия: Это же Хеллоуин, они и должны быть страшными. Приходи.

Фелисити: Буду через десять минут.

Нас с Фел связала любовь к сладкому. Когда я впервые принесла выпечку в школу, она не скривилась, как остальные, а подошла и попробовала капкейк, покрытый розовым кремом и яркой посыпкой. Ее примеру последовали еще несколько одноклассников, так что в каком-то смысле она спасла меня из неловкого положения. С тех пор я снабжаю ее кексами на безвозмездной основе.

Едва Фелисити вошла в дом, как я протянула ей тыквенное печенье.

– Попробуй. Оно с апельсиновой цедрой. Чувствуется?

– Чуфствуефся, – подтвердила подруга с набитым ртом.

Ее очаровательное кукольное лицо с вечным румянцем расплылось в довольной улыбке.

– Как думаешь, кто-нибудь придет?

Я знала, что школьники не пропускают ни одной вечеринки и им без разницы, кто ее устраивает, но все равно боялась остаться не у дел.

– Я спросила нескольких знакомых, они подтвердили, что придут. Не переживай… Ой! – воскликнула Фелисити, заметив на столе пирожные из меренги в форме призраков. – Какие милые!

– Их тоже можешь попробовать, – разрешила я, возвращаясь к приготовлению праздничного торта.

– Если никто не придет, мы съедим это вместе, – пообещала подруга. – Я тебя в беде не брошу.

Рассмеявшись, я понадеялась, что эта шутка не станет пророческой. Столько сладкого мне точно не съесть.

Фел продемонстрировала мне несколько вырезанных тыкв.

– Вроде, неплохо выходит, да?

– Да, супер.

– Куда их поставить?

– Когда закончишь, расставим их на лестнице в дом и на крыльце.

– Заметано, – подмигнула подруга и продолжила орудовать острым ножом.

Ровно в восемь на пороге появились первые гости. Я была так рада их видеть, что забыла поздороваться и, молча кивнув в сторону гостиной, осталась стоять в коридоре.

– Чего застыла? – раздался мужской голос. – Привидение увидела?

За время жизни в Гост-Харборе я уяснила кое-что еще: Итан Блейк – настоящая заноза. Я сказала «заноза»? Надо же, а ведь я собиралась сказать «звезда».

– Добро пожаловать!

Как и полагается гостеприимной хозяйке, я выдавила из себя приветливую улыбку и пригласила его войти.

– Вот, возьми.

Только сейчас я заметила в его руках что-то квадратное, накрытое черной тканью.

– Что это?

– Подарок.

Не дожидаясь моего одобрения, он всучил мне неизвестный предмет, и как только тот оказался в моих руках, я поняла, что это клетка.

– Кто в ней?

– Крылан. Твоя тетя просила меня за ним присмотреть, пока ты не будешь готова его принять.

– Крылан? – Я подпрыгнула от завибрировавшей в руках клетки и быстро вернула ее обратно Итану. – Там летучая мышь? Ты с ума сошел? И при чем здесь моя тетя? У нее никогда не было животных, тем более таких!

– Ну, уверен, она не могла держать его у парадного входа. Но можешь не сомневаться, этот крылан принадлежал твоей тете.

Его взгляд скользнул по лестнице за моей спиной.

– Я поднимусь на чердак? Оставлю его там.

– Издеваешься?

Воспользовавшись моментом, когда в дом хлынула целая толпа старшеклассников, Итан проскользнул мимо меня и скрылся наверху вместе с клеткой.

– Чокнутый, – пробормотала я, быстро потеряв из виду его широкую спину. – Его что, не учили манерам? Он ведь в гостях!

Итан известен на весь Гост-Харбор тем, что дурит его жителей, выдавая себя за медиума, говорящего с мертвыми. К нему стекается вся округа, так нуждающаяся в весточке с того света. Я не могу поверить, что взрослые здравомыслящие люди обращаются за помощью к подростку с манией величия.

Кем он вообще себя возомнил? Заявился в дом моей покойной тети с клеткой в руках, да еще и без разрешения поднялся на чердак!

– Эй, Лидс! – Вышедшая из гостиной Фелисити протянула мне пустой поднос. – Тыквенное печенье зашло на ура! Ни одного не осталось.

– О, это… – Я продолжала смотреть в сторону лестницы и наполняться злостью. – Отличные новости.

– Еще кого-то ждешь? – Подруга выглянула на улицу и, убедившись, что там никого нет, закрыла дверь. – Идем, расскажешь всем, какой ты отличный кондитер.

– Сейчас подойду, – пообещала я, снимая с головы ведьминскую шляпу. – Только разберусь кое с чем.

А точнее, кое с кем. Буквально взлетев наверх, я остановилась у приоткрытой двери на чердак и прислушалась к голосу Итана. Он там что, с летучей мышью болтает?

– При всем уважении, я не думаю, что она позаботится о нем. Ее ничего, кроме сахарных изделий, не интересует.

У меня округлились глаза, и я подалась вперед, чтобы ничего не упустить.

– Да нет же! Вы не понимаете! Она не… Ладно-ладно. Поступим как договаривались.

– С кем ты говоришь? – поинтересовалась я, тихо подкравшись к нему со спины.

– С Мэри, – ответил Итан, даже не шелохнувшись. – Она верит, что ты позаботишься о Джеральде, но лично я считаю, что из-за тебя он погибнет.

На чердаке царил полумрак, и мне стало не по себе от установившейся в помещении атмосферы.

– Джеральд – это летучая мышь?

– Да.

– Тетя правда доверила тебе своего питомца?

Я все еще не верила в услышанное, но не могла вот так взять и отмахнуться от, возможно, последней воли родного человека.

– Правда. Она им очень дорожила. – Повернувшись ко мне лицом, Итан склонил голову набок. – Лидия, мы с Мэри можем на тебя положиться?

– Не смей говорить от ее лица! – прошипела я, сделав шаг ему навстречу.

Так и подмывало схватить его за слившиеся с темнотой черные волосы и вышвырнуть на улицу.

– Именно этим медиумы и занимаются – говорят от лица умерших.

– Хватит, я не хочу знать, чем занимаются шарлатаны вроде тебя!

Сделав глубокий вдох, я посмотрела на стоящую позади Итана клетку. Глаза сидящего внутри зверька блеснули, как две яркие вспышки на пасмурном небе.

– Чем его кормить?

– Я пришлю тебе подробную инструкцию.

– Ладно.

– Значит, договорились?

– Да, – согласилась я, не в силах оторвать взгляд от очертаний крыла Джеральда.

– Я все равно тебе не доверяю, – фыркнул Итан, развернувшись на носках в сторону выхода.

– Взаимно, – бросила я вслед.

Едва он подошел к двери, внизу раздался крик. Нет, целая какофония криков и голосов. Переглянувшись, мы бросились на лестницу. Спустившись за рекордные пару секунд, перепрыгивая через несколько ступеней сразу, я выбежала на улицу и стала свидетелем очередной драки между разбушевавшимися старшеклассниками. В такие моменты мне всегда удается держаться на расстоянии, подальше от эпицентра хаоса и кулаков, но в этот раз они были на моей территории и я не могла оставаться в стороне, когда сразу несколько придурков устроили петушиные бои на нашей лужайке.

– А ну, успокойтесь!

Закричав, я ринулась разнимать парней, которые были и выше, и сильнее меня, но я подпитывалась текущей по венам яростью. Кое-как утихомирив знакомых мне парней из футбольной команды, я направилась к сцепившимся в львиной схватке одноклассникам. Эзра стоял свесившись с перил, пока Дэнни пытался выбить из него всю дурь.

– Отпусти его, – попросила я, надеясь, что столь вежливый тон возымеет эффект, но не тут-то было.

Воспользовавшись тем, что его противник отвлекся на мой голос, Эзра грубо толкнул Дэнни, а тот, в свою очередь, задел меня. Пытаясь удержаться на месте и не упасть, я споткнулась о лежащую под ногами тыкву, ту самую, которую так старательно вырезала по моей просьбе Фелисити. Вовремя схватившись за перила, я сумела осесть на ступеньку, только слегка разбив колени, но все расставленные в ряд тыквы кубарем полетели вниз. Некоторые из них с треском раскололись, и я повернулась на характерный хруст, уже представляя, как много уборки мне предстоит этой ночью.

– Какого хрена?! – воскликнул кто-то из толпы.

Поднявшись, я пригляделась к разбросанным на земле оранжевым ошметкам и заметила среди них кое-что еще. Белоснежное, выделяющееся среди тыквенной массы. Раздался визг, и толпа вокруг меня хлынула в разные стороны. Я всем телом ощущала начавшийся вокруг хаос, но не могла оторвать взгляд от глазниц в черепе, смотрящих прямо на меня.

Допрос с пристрастием

– Лидия, я задам тебе несколько вопросов, хорошо? – сказал папа в присутствии коллег-полицейских, приехавших из-за жуткой находки в расколовшейся тыкве.

– Да, детектив, – отозвалась я, слегка смутившись.

Мне столько раз доводилось слышать истории о делах, которые ведет отец, но это не шло ни в какое сравнением с тем, что происходило теперь. Прямо сейчас меня допросят. Мои показания занесут в протокол. На сказанные мною слова будут опираться при расследовании преступления. Я как могла пыталась не нервничать, но руки дрожали не переставая с тех пор, как мы обнаружили череп.

Первые вопросы оказались настолько легкими, что я умудрилась расслабиться. И зря, потому что дальше папа пошел в словесную атаку.

– Как давно ты разослала приглашения на вечеринку?

– Сегодня.

– Точное время?

– Сейчас посмотрю. – Я потянулась за телефоном, чтобы проверить, во сколько были отправлены первые сообщения о празднике. – Пятнадцать часов двадцать три минуты.

– Говорила ли ты кому-то о вечеринке до сегодняшнего дня?

– Только Фелисити.

Мне стало жаль подругу, которая оказалась втянута в этот кошмар из-за общения со мной. Не будь детектив моим отцом, я бы сейчас испытывала жуткий стресс. Представляю, каково придется Фел.

– Думаешь, она могла кому-то рассказать?

– Вряд ли, но лучше спросить у нее.

Я не брала с подруги обещание молчать, но она точно не из болтливых.

– Мы допросим ее позже, – сказал папа. – Тебе известно, из-за чего началась потасовка между старшеклассниками?

– Понятия не имею. Они постоянно ссорятся и дерутся, как маленькие дети.

– Ты и раньше разнимала их?

– Нет. Я же не дура – лезть в самое пекло, – неловко улыбнулась я, взглянув на стоящих позади отца полицейских.

– Тогда почему подвергла себя опасности сегодня?

– Потому что это моя вечеринка и я должна была позаботиться о порядке.

Одобрительно хмыкнув, папа провел указательным пальцем по усам.

– Череп принадлежит нашему пропавшему соседу? – спросила я.

Это первое, что пришло мне в голову, когда царивший вокруг хаос поутих.

– Пока неизвестно, но мы это выясним. А почему ты считаешь, что это связано с исчезновением мистера Фокса?

Несмотря на то что в городе мы совсем недавно, отец уже успел вникнуть во все текущие дела полиции.

– Потому что сегодняшнее происшествие произошло так близко к его дому, – объяснила я ход своих мыслей.

– Понятно. – Он сделал несколько записей и снова вернулся к допросу. – Ты помнишь точное количество тыкв, расставленных на лестнице?

– Количество тыкв? – переспросила я, пытаясь понять, к чему он клонит.

Прошло несколько секунд, прежде чем я догадалась.

– А-а-а! Кто-то подбросил тыкву с черепом на наше крыльцо?

– Вероятно, – подтвердил отец. – Так сколько?

– У нас довольно широкая лестница, поэтому мы с Фелисити поставили по четыре тыквы на каждой ступеньке, по две с каждого края. Когда я пыталась разнять парней, их количество было тем же самым.

– Значит, произошла подмена. Во сколько вы украсили тыквами лестницу?

– В шесть вечера.

– Во сколько появились первые гости?

– Ровно в восемь.

– Во сколько началась драка на улице?

– Думаю, около девяти, – с трудом припомнила я.

– Где ты была в этот момент?

– В доме.

– А точнее? – нахмурился отец.

– У себя в комнате. Я забыла часть костюма и поднялась, чтобы взять ее.

Не могла же я рассказать о произошедшем на чердаке.

– Хорошо. Я обязан спросить, не появились ли у тебя за этот короткий срок враги. Может ли кто-то желать тебе зла?

– Нет, – уверенно ответила я.

– Точно? Кто-то использовал вечеринку, которую ты устроила, в своих интересах.

– Стечение обстоятельств. Просто наши тыквы подвернулись кому-то под руку, вот и все, – настаивала я на своем.

– Весь город в тыквах, Лидс, – тихо напомнил мне папа. – Ее могли оставить где угодно.

– Жена мистера Фокса не празднует Хеллоуин. Если бы кто-то подошел к ее дому с тыквой в руках, это бы бросилось в глаза всем соседям. Преступник не мог так рисковать.

– Ваша дочь – прирожденный коп, – расхохотался один из полицейских.

Папа проигнорировал его наблюдение.

– Почему ты продолжаешь настаивать, что это дело связано с исчезновением мистера Фокса? Тебе известно что-то еще?

– Только то, что известно всему городу: он пропал прошлой осенью, и с тех пор его никто не видел. Все, с кем я говорила, считают его погибшим.

– На каком основании они делают такой вывод?

С каждой минутой допроса отец все меньше походил на отца и все больше – на детектива.

– Говорят, у него была счастливая жизнь. Он бы не оставил любимую жену и работу, чтобы податься в бега. Это не имело смысла.

– Спасибо, что ответила на мои вопросы. Можешь идти.

Обернувшись к коллегам, папа попросил их привести следующего свидетеля, Фелисити. Услышав ее имя, я невольно вздрогнула.

Выйдя на задний двор, где разместили всех присутствующих на вечеринке (по крайней мере тех, кто не скрылся, когда запахло жареным), я попыталась разыскать хотя бы одного человека, к которому могла подойти, чтобы не чувствовать себя одиноко. Но я не преувеличиваю, говоря, что подружилась только с Фелисити. Никто из находящихся сейчас на лужайке не мог мне помочь.

– Неплохо держишься, – заметил кто-то сбоку от меня. – Не против компании?

Повернувшись, я увидела Итана. Он стоял держась за рукава повязанной вокруг бедер серой толстовки. Его еще недавно причесанные волосы растрепались и беспорядочно обрамляли вытянутое лицо с острыми скулами.

– Как будто у меня есть выбор, – огрызнулась я и сразу же отвернулась.

Я задумалась о том, что стало с моей собственной прической, и невольно провела пальцами по длинным каштановым волосам. От волн, которые мне сделала Фелисити, не осталось и следа.

– Это мистер Фокс, – безапелляционно заявил Итан. – Я видел его там, возле черепа.

– Уверена, полиции не терпится выслушать твои бредни.

Несмотря на сказанное, в глубине души я порадовалась, что он тоже придерживается этой версии.

– Вот увидишь, я прав.

– Раз ты медиум, почему бы тебе не пойти и не спросить у мистера Фокса, кто его убил? – спросила я, взглянув на Итана.

– Он не знает, – коротко ответил он, не глядя в мою сторону.

– Ну конечно. Как удобно. – Покачав головой, я достала телефон из кармана и увидела, что кто-то отметил меня на фото в BeatShot[1]. – Какого…

– Что там? – Подойдя ближе, Итан посмотрел на экран. – Похоже на постер к фильму ужасов.

Он был прав. Кому-то удался отличный кадр, на котором видны не только раскрытые в изумлении рты подростков, но и то, что вызвало такую бурную реакцию.

– Они разве не понимают, что делают? – возмутилась я. – Это же… Да как они вообще могли выложить это в сеть?!

– Пока не будет официального заявления от полиции, многие будут считать этот череп муляжом. Хеллоуин ведь.

– Уверена, что он настоящий, – фыркнула я, не оставляя места сомнениям.

– Почему? – поинтересовался Итан.

Его каре-зеленые глаза сверкнули неподдельным любопытством.

– Потому что это мои тыквы, а я точно ничего в них не прятала, – объяснила я. – Папа привез их с фермы за городом, а Фелисити вырезала каждую тыкву на моих глазах. Мы бы точно заметили, будь с одной из них что-то не так.

– Логично. Можно вычеркнуть тебя из списка подозреваемых.

– Да неужели? – закатила я глаза.

– Не только из-за этого, но и потому, что твоя семья здесь недавно.

– Кто еще есть в этом списке?

Злорадно ухмыльнувшись, он ответил:

– Только что занес в него имя твоей подруги.

– Фелисити? – нахмурилась я. – Из-за того, что она имела доступ к тыквам?

– Да. И она наверняка знала о вечеринке заранее. Я же прав?

– Прав, – не стала я отрицать очевидное.

Конечно, Фел была первой, с кем я поделилась своей идеей. Мы планировали этот Хеллоуин задолго до того, как я осмелилась спросить об этом маму.

– Но ребята, которые затеяли драку возле той самой тыквы, тоже выглядят подозрительно.

– Думаешь, полиция ими заинтересуется?

– Да. Если бы не драка Эзры и Дэнни, неизвестно, как скоро мы бы обнаружили череп.

– Я все же склоняюсь к версии, что это была нелепая случайность.

– Да неужели?

– Сама подумай. Ты ведь тоже участвовала в этой потасовке, и именно из-за тебя разбилась та тыква.

– Так ты меня подозреваешь? – ощетинилась я, невольно сжав руки в кулаки.

– Да нет, – отмахнулся он от меня. – Ты здесь точно ни при чем.

– Ну спасибо.

Только когда мы замолчали, до меня начало доходить, во что я влипла. С самого детства мне свойственна такая запоздалая реакция. Каким бы тяжелым ни было событие, в первые часы происшествия мой мозг ведет себя так, будто ничего не случилось. Теперь же, когда уровень адреналина в крови спал, я шаг за шагом начинала впадать в ужас из-за увиденного. Человеческий череп прямо перед нашим домом… Да, мне определенно нужно было время, чтобы по-настоящему это осмыслить.

– Твой отец – детектив полиции? – вдруг поинтересовался Итан.

– Да, – ответила я, тряхнув головой, чтобы отогнать непрошеные мысли.

– Это он всех опрашивает?

– Да, он. А что?

– Странно это, не находишь?

– О чем ты?

– Кто-то подбросил череп прямо под нос копу. Зачем убийце так поступать?

Я поежилась.

– Слушай, давай все же дождемся экспертизы и официального заключения. Может, это и правда муляж.

Несмотря на мою уверенность в обратном, мне отчаянно захотелось быть неправой.

– Он настоящий, даже не сомневайся, – сказал Итан, разглядывая толпу старшеклассников перед нами. – Один из них может быть как-то замешан в этом.

– Поумерь свои дедуктивные способности. Мой отец во всем разберется.

– Как разобрался с пропажей мистера Фокса прошлый детектив?

Недоверчивый и полный скептицизма голос Итана пробудил во мне еще больший интерес к исчезновению школьного учителя.

– Что ты имеешь в виду? Дело вели спустя рукава?

– Можно и так сказать. Мистера Фокса искали в основном сами жители города.

– Слышала, он был хорошим учителем.

– Ну да, – подтвердил Итан, – он умел пробудить в учениках интерес к своему предмету. Думаю, многие в нашей школе его любили.

– Многие, но не ты?

Мне показалось, что я поймала его с поличным.

– Я не возвожу в культ людей, которые всего-навсего выполняют свою работу. Учитель должен быть таким, каким был мистер Фокс. Но ничего выдающегося он не сделал.

– Надо же, сколько снобизма, – поморщилась я. – А может, ты на него обижен? В любимчиках ты у него явно не ходил.

– У меня были лучшие оценки в классе по его предмету. Но я их заслужил своим трудом, а не расположением мистера Фокса.

То, как именно он рассказывал о минувших школьных буднях, заставило меня усомниться в репутации учителя, о которой я слышала. Возможно, не таким уж и безукоризненным человеком он был.

– Итан Блейк? – раздался голос уже знакомого мне полицейского. – Проследуйте за мной в дом.

– Поговорим позже, – сказал мне на прощание Итан.

– Ага, – автоматически бросила я в ответ.

Три месяца в городе – и вот во что оказалась втянута моя семья. Как долго соседи, проходя мимо нашего дома, будут вспоминать, что именно на нашей лужайке обнаружили череп? Даже не представляю, через что придется пройти, если он и впрямь принадлежит мистеру Фоксу. И одно я знаю точно: друзей после такого у меня точно не прибавится.

– Лидия! – позвала меня бегущая ко мне Фелисити.

На скорости влетев в мои объятия, подруга расплакалась.

– Я так перенервничала, говоря с детективом! Он задавал просто кошмарные вопросы! Как будто в чем-то меня подозревает!

– Их вопросы всегда такие, не принимай на свой счет, – попыталась я успокоить ее. – Будем надеяться, что все позади.

– Детектив сказал, что меня могут пригласить на повторный допрос! Почему он так сказал? – всхлипнула Фел.

– Это стандартная фраза, не переживай, он ее всем говорит.

– Мне точно ничего не грозит?

– Если только тебе нечего скрывать.

Отстранившись от подруги, я заглянула в ее покрасневшие и полные влаги глаза. Если бы невиновность была человеком, то выглядела бы она именно так.

– Я им все-все рассказала, ничего не скрыла! – заверила меня Фелисити. – Честное слово!

– Тогда тебе точно не о чем волноваться.

– Почему ты так спокойна? Тоже думаешь, что это муляж?

– Нет, я почти уверена, что череп настоящий. Но я в таком сильном шоке, что пока ничего не осознала. Меня чуть позже накроет.

Когда мама сообщила мне о смерти тети, я в ответ только кивнула. Вообще ничего не сказала. Не проронила ни единой слезинки. Просто вернулась к своим делам, отбросив эту новость на задворки сознания. А пару часов спустя потянулась к телефону, чтобы написать Мэри, и вдруг поняла, что писать больше некому. Я больше никогда с ней не поговорю, не увижу ее улыбку, не услышу ее тихий родной голос. Тогда-то мой шок и прошел. В ту ночь я не сомкнула глаз, проревела без передышки почти восемь часов.

Оставалось только догадываться, что со мной будет после того, что случилось сегодня.

Внезапно мне в голову пришла одна мысль.

– Фел? – позвала я совсем поникшую подругу.

– Да?

– Можешь показать мне фото, которые мы сделали на крыльце?

– Конечно.

Она протянула мне уже разблокированный телефон. Открыв галерею, я пролистала несколько снимков, пока не добралась до того, который искала. Приблизив сделанный подругой кадр, я вгляделась в стоящие рядом две тыквы и, увидев очевидную разницу между ними, вздрогнула.

– Скоро вернусь, – сказала я и устремилась в дом.

– А телефон? – крикнула мне вслед подруга.

– Он мне нужен!

Папа все еще допрашивал Итана, когда я ворвалась в кухню. Они сидели за нашим обеденным столом, выглядя при этом чересчур напряженными. Похоже, коннекта у них не случилось, что совсем не удивительно, учитывая то, какое большое у Итана самомнение. Отец не терпит высокомерия. Сколько себя помню, он всегда считал, что все люди равны.

– Лидия, мы еще не закончили, – строго уведомил меня папа.

– Мне нужно дополнить показания, – объяснила я свое появление и, подойдя ближе, положила перед ним телефон. – Вот, взгляни на тыквы.

– На что конкретно я должен смотреть?

– Фелисити не сильна в вырезании тыкв, все они получились жутко уродливыми. Посмотри, какие кривые глаза и рты.

– Вижу.

– Но не у этой.

Я указала на тыкву, которая выделялась среди остальных. Тот, кто ее вырезал, сделал это филигранно и очень красиво.

– Когда была сделана эта фотография? – спросил он, быстро сообразив, к чему я клоню.

– До прихода гостей. Примерно в семь тридцать. Значит, это случилось в те полтора часа, когда…

– Лидия! – остановил меня папа.

Проследив за его взглядом, я поняла, что он не может обсуждать подробности дела в присутствии Итана.

– Спасибо, можешь идти.

– Да, хорошо.

Бодро кивнув, я поспешила ретироваться.

Вернувшись на задний двор, я решила не говорить Фелисити о своей находке. Нужно быть умнее и не распространяться о том, что в конечном счете может дойти до преступника.

Если бы тетя знала, что сейчас происходит в ее доме, она бы пришла в бешенство. Она любила гостей, но точно не по такому поводу. Мэри, прости! Я этого совсем не хотела!

Плохие новости

Как я и предполагала, переизбыток эмоций не позволил мне расслабиться и уснуть крепким сном.

Первую половину ночи я пребывала в тревожной дреме. Меня одолевали не только навязчивые мысли, но и безумные – одна хуже другой – теории о судьбе мистера Фокса.

В четыре утра я проснулась от громкого шума над головой и тут же подскочила с постели. Прислушалась, но дом ответил мне звенящей тишиной. Кажется, летучие мыши бодрствуют именно по ночам… Значит, это Джеральд разбушевался?

И почему, интересно мне знать, у него человеческое имя?

Когда зашкаливающий пульс перестал стучать в ушах, я снова забралась в кровать, накрылась с головой одеялом и закрыла глаза. Несмотря на мое частое и теплое дыхание, мне никак не удавалось согреться. Поджав ноги к груди, я зажмурилась и попыталась думать о чем-то хорошем. О том, что гостям, пришедшим на вечеринку, понравилась моя выпечка. О том, что уже в следующем году я отправлюсь в колледж и стану студенткой. О том, что у мамы наконец-то появились клиенты в этом городе и она больше не называет себя никому не нужным риелтором…

ЛИДИЯ!

Я поняла, что провалилась в сон, когда пробудилась от неожиданного женского крика. Убежденная, что это мамин голос, я, не раздумывая, бросилась в коридор. И только подойдя к родительской спальне, замерла в нерешительности.

Мне ведь могло это и присниться. Вдруг показалось?

Прислушавшись к звукам за дверью и ничего не услышав, я сделала два шага назад. Подождала еще несколько минут, пристально всматриваясь в господствующую в доме темноту, а затем тихими шагами вернулась к себе.

Снова оказавшись под одеялом, я попыталась воскресить в памяти услышанный крик. Он был громким, но в то же время приглушенным. Как если бы человек звал меня вполсилы. Такой голос был у тети. Она всегда говорила с легкой хрипотцой и редко повышала голос. Но Мэри здесь больше нет, а это значит, что мне просто послышалось. После всего, что случилось минувшим вечером, по-другому и быть не могло. Я с самого начала знала, что меня ждет ночь, полная кошмаров.

Утро наступило раньше, чем мне удалось снова уснуть. Сбросив с себя одеяло, я взглянула на посетившие мою комнату солнечные лучи и впервые за последние часы расслабилась. Свет прогнал сковавший мое тело страх, и мне стало легче дышать.

Когда я спустилась вниз, мама уже вовсю готовила завтрак. Папы дома не оказалось.

– Он ушел еще час назад, – сказала мама, нарезая томаты. – Как спалось?

– Не очень, – призналась я, готовя себе черный чай с лимоном.

– Что ж, это было ожидаемо… Милая?

– Что?

Я оторвалась от любимой кружки в виде котика и посмотрела на маму. Что-то в ее взгляде дало мне понять, что ничего хорошего сейчас не прозвучит.

– Твоему папе сообщили результаты предварительной экспертизы. Череп действительно принадлежит мужчине. Насколько мне известно, жену мистера Фокса уже вызвали в участок, и… думаю, скоро мы узнаем, чьи это останки.

– Наверняка это останки нашего пропавшего соседа.

Как только я произнесла эти слова, у меня закружилась голова. Так бывает, когда твое воображение пересекается с реальностью и все надуманное становится действительностью. Мама обошла длинный стол и подошла ко мне, чтобы приобнять за плечи.

– Ты как, Лидия?

– Не знаю. Я не удивлена, но все же не ожидала, что именно так все и будет.

– Уверена: Крис во всем разберется.

Меня тронула ее безоговорочная вера в мужа, но я сама так не умею. Мне куда привычнее во всем сомневаться. Если не теплишь в сердце напрасную надежду, то твой разум куда лучше справляется с неудачами. Именно такой девиз помог мне добиться успехов в кондитерском искусстве. Это не отсутствие веры, просто я взяла за правило не принимать за истину в последней инстанции собственное мнение.

– Ты же не звала меня этой ночью? – решила я уточнить на всякий случай.

– Что? – удивилась мама. – Зачем мне тебя звать? Да еще и ночью…

– Не знаю. Наверное, мне это приснилось.

– Бедняжка, нелегко тебе придется в эти дни, – сочувственно проговорила мама. – Но как только все разрешится, станет легче, и это все забудется, как страшный сон. Веришь мне?

– Конечно, – улыбнулась я, оставив при себе любые сомнения. – Так и будет.

Школу и до вчерашнего дня было трудно назвать приятной, но теперь она стала совсем уж мрачной. Ярко-оранжевые стены коридоров отныне и навсегда будут ассоциироваться у меня исключительно с тыквами, таящими в себе жуткие находки. Простояв несколько минут у открытого шкафчика с учебниками в руках, я так и не смогла справиться с дрожью во всем теле.

– Лидия! – раздался знакомый девичий голос слева от меня. – Думала, ты не придешь!

– Привет, Фел, – поздоровалась я с подругой, пытаясь говорить размеренно.

– Все только о вчерашнем и болтают. Кто-то видел, как за миссис Фокс заехала полицейская машина. Тебе папа ничего не говорил?

– Он ушел рано утром, мы не виделись.

– Облом. Значит, придется вместе с остальными ждать новостей.

– Да, – пробормотала я, – только это и остается.

– Ладно, увидимся позже.

– Ага.

Заметив мелькнувшего в толпе Итана, я быстро захлопнула дверцу шкафчика и бросилась вдогонку за ним. Чуть не сбив с ног добрую половину коридора, мне все же удалось вцепиться в его синий рюкзак.

– Что за… – Остановившись, он развернулся и, увидев меня, скорчил недовольное выражение лица. – Чего тебе?

– Обязательно грубить?

– Я чуть не упал из-за тебя!

– Какие мы нежные! – фыркнула я. – Ты так и не прислал инструкцию, а эта мышь не давала мне сегодня спать.

– Ну прости, вчера как-то не до этого было. Вечером пришлю.

– Может, придешь и сам ее покормишь? Я как-то не уверена…

– Боишься? – усмехнулся он.

– Да, боюсь. Не хочу, чтобы меня укусили.

– Укусили и выпили всю твою кровь… – поправил меня Итан, выглядя при этом невероятно довольным. – Этот вид таким не промышляет, можешь не волноваться. Но я все равно готов прийти и помочь.

– Правда? – усомнилась я. – Зачем тебе помогать мне?

– Ты же сама только что об этом попросила.

– Попросила, но была уверена, что ты откажешь.

– Я обещал твоей тете позаботиться о Джеральде и проследить за тем, чтобы вы поладили. Так что технически я делаю это вовсе не из желания помочь тебе.

– Спасибо, что объяснил. – Я сделала глубокий поклон. – Это и правда очень важное уточнение.

– Лидия…

– Да иди ты! Сама справлюсь!

Развернувшись на пятках, я направилась в сторону класса химии, где проходил первый урок.

Несмотря на мечту о грандиозной карьере кондитера и открытии собственного кафе, я рассматривала и другие варианты. В первую очередь профессию врача. В нашей семье нет никого, кто хотя бы мало-мальски разбирался бы в медицине, и я подумывала исправить это упущение. Мисс Осборн одобряла мой выбор и всячески подбадривала, когда я чего-то не понимала. С таким чутким учителем химия перестала казаться чем-то страшным и недосягаемым.

– Доброе утро! – поздоровалась я с ней, войдя в класс.

Понурый вид вечно позитивной мисс Осборн доказал, сколь многое переменилось за прошедшую ночь. Устроившись за своей партой, я огляделась. Почти у всех, кто присутствовал на вечеринке, был потрепанный вид. Под глазами подравшихся вчера Эзры и Дэнни красовались темные круги – похоже, не только у меня возникли проблемы со сном. Интересно, им тоже мерещилось всякое или только мне так повезло?

– Ты что, больной? – возмутилась сидящая позади меня Стефани Рассел. – Не пойду я ни за какими конфетами!

– Да брось, детка! – вздохнул Кит Фостер, ее парень. – Хеллоуин же! Ты всерьез собираешься нарушить традицию похода за сладостями из-за какого-то черепа?

– Какого-то черепа? – вклинился в их разговор Эштон Миллер, главный умник на всех занятиях. – Прояви уважение к мистеру Фоксу!

– Да с чего вы все взяли, что это его башка? – рассмеялся Кит.

И поднялся настоящий гвалт. Каждому нашлось, чем ему ответить.

– Класс! – громко прервала всех мисс Осборн. – Понимаю: вы все беспокоитесь из-за произошедшего. Я вместе с вами нахожусь в тревожном ожидании новостей. Но давайте надеяться на лучшее. Пока полиция не сделает официальное заявление, мы должны сохранять спокойствие и…

Раздавшийся из динамика гнусавый голос директора не дал закончить мисс Осборн ее поучительную речь.

– Внимание! Прошу всех немедленно явиться в спортивный зал! Повторяю: учащиеся в сопровождении учителей должны проследовать в спортивный зал!

Я сразу поняла, в чем дело.

– Полиция здесь, – объявил сидящий у окна Дэнни. – Сразу три машины.

– Пойдемте, – позвала нас мисс Осборн.

В ее глазах стоял невыразимый ужас. В этом мы все сейчас были похожи. Даже Кит заметно напрягся и виновато опустил еще недавно насмешливый взгляд.

Я увидела отца, как только просочилась вместе с толпой в недавно отремонтированное помещение. Здесь все еще пахло масляной краской, которой покрыли деревянный пол, но сегодня его перебивал отчетливый запах страха, исходящий от каждого входящего в спортивный зал. Папа стоял у противоположной стены, рядом с ним – коллеги-полицейские и микрофонная стойка. Он пришел сюда, чтобы сделать заявление, а мы – чтобы его выслушать.

Поднявшись повыше, я заняла место в окружении девчонок-чирлидерш. Они стояли взявшись за руки, как члены какого-то тайного общества. Одна из них, та, что всегда подвязывает светлые волосы голубым бантом, точно присутствовала на моей вчерашней вечеринке. Когда она предложила подругам помолиться, я вспомнила, что ее зовут Элис и что именно она проводила мне экскурсию по школе в мой первый день здесь.

Мои мысли прервал вкрадчивый голос отца. Пожалуй, из всех присутствующих в зале только я знала, что означает эта интонация. Сообщая мне о переезде в Гост-Харбор, он говорил точно так же. «Лидс, у меня для тебя плохие новости», – вот что таится за этим тоном. После короткого представления папа, тяжело вздохнув, перешел к делу.

– Я здесь, чтобы сообщить вам о том, что дело о пропаже Габриэля Фокса, преподававшего в этой школе историю, было официально переквалифицировано в дело об убийстве.

Словами не передать, какой после этих слов поднялся шум. Казалось, что все одновременно начали кричать и плакать. Я пыталась разобрать хоть что-то из потока чужих голосов, но это все походило на бессвязные вопли. Запах страха смешался с всеобщей паникой. Как бы давка не началась…

– Пожалуйста, успокойтесь! – призвал их к порядку отец.

Хотелось бы мне сейчас не стоять у этой дурацкой коричневой стены в окружении галдящих школьников, а быть рядом с папой.

Он смог продолжить свою речь только через несколько минут.

– Полученные сегодня результаты экспертизы помогли нам установить личность погибшего, чьи останки были обнаружены прошлым вечером во время вечеринки в доме учащейся старшей школы Гост-Харбора.

Все знали, что он говорит обо мне. Но хуже всего то, что речь шла и о маме с папой. О нашем доме. Доме, который принадлежал тете Мэри. Мы крепко увязли в этой истории, и неизвестно, сможем ли когда-нибудь из нее выбраться.

– Мы приносим соболезнования семье мистера Фокса и всем, кто прямо сейчас переживает эту утрату, – добавил отец. – Прошу всех присутствующих содействовать следствию. Мы пригласим на допрос или повторной допрос тех, кто, по нашему мнению, может обладать необходимыми сведениями. Если у вас есть информация о произошедшем, прошу добровольно явиться в участок для дачи показаний.

– Да что мы можем знать? – воскликнула стоящая рядом со мной темноволосая чирлидерша.

Я хотела поспорить с ней, потому что любая, даже самая незначительная крупица способна раскрыть дело, но решила промолчать. Она, как и все остальные, слишком напугана, чтобы мыслить здраво.

– Пожалуйста, возвращайтесь к занятиям, – велел директор.

После короткого замешательства вся собравшаяся в зале толпа хлынула наружу. Удивительно, но больше никто не шумел. Все вели себя настолько тихо, что стало не по себе.

– Лидия! – позвал меня кто-то справа. – Лидия Мур!

Отыскав взглядом Итана, я попыталась протиснуться к нему, но меня как волной смыло вперед. Мы разыскали друг друга уже в школьном коридоре, когда большая часть учеников разошлись по классам.

– Чего тебе? – спросила я, подойдя к нему.

– Можешь убедить отца поговорить со мной?

– Он же тебя только вчера допрашивал.

– Когда я попытался передать ему слова мистера Фокса, он отказался меня слушать, – пожаловался Итан, будто я и впрямь могла посочувствовать ему из-за этого.

– И правильно сделал. Его бы отстранили от дела, запиши он в протокол показания призрака.

– Лидия, ты хоть понимаешь, как глупо отказываться от моей помощи? У полиции есть реальный шанс раскрыть это дело, а они не хотят слушать меня!

– Они раскроют это дело благодаря уликам и свидетелям, а не благодаря школьнику, возомнившему себя медиумом.

Я не хотела обижать его, но произошло убийство. Сейчас точно было не время для игр в эзотерику.

– Ты вынуждаешь меня переступить через собственные принципы, – удрученно признался Итан.

– Какие еще принципы? – нахмурилась я.

– Я не говорю о том, что узнал от усопшего, если родственник не желает этого слышать. Но тебе скажу.

Я ощутила, как по спине пробегает волна холодных мурашек, и поежилась.

– Ты о чем?

– Твоя тетя ненавидела сладкое, но никогда не отказывалась от твоих пирожных и тортов. А перед смертью она вспоминала яблочный пирог, который ты сделала на ее последний день рождения.

– Неправда, – тихо возразила я. – Мэри всегда с удовольствием ела сладкое.

– Она притворялась ради тебя.

Затуманенный взгляд Итана скользнул мне за плечо.

– Говорит, можешь спросить у мамы. Она подтвердит.

Медленно повернув голову, я убедилась, что там никого нет.

– Что за спектакль ты устроил? – зашипела я, схватив Итана за руку.

Воспользовавшись этим, он притянул меня к себе и, заглянув в глаза, сказал:

– Когда тебе исполнилось пятнадцать, она сказала, что всегда мечтала о такой дочери, как ты.

– Откуда ты…

Я вдруг оказалась на грани того, чтобы расплакаться и забиться в угол, где меня никто не найдет. Мэри призналась в этом, когда укладывала меня спать. Я никому об этом не говорила. В ее словах было нечто сокровенное, очень личное. Настолько, что мне показалось неправильным делиться этим даже с родителями.

– Она была счастлива, когда ты появилась на свет. Настолько, что потратила целую зарплату на одежду и игрушки. Твои родители не знали, куда класть все эти вещи.

– Да, – подтвердила я, вспомнив эту историю, которую мне тоже рассказала Мэри. – Как ты это делаешь?

– Она стоит прямо за тобой, – прошептал Итан, крепче взяв меня за руку.

– Почему она здесь?

– Потому что хочет, чтобы ты мне поверила.

– Отпусти меня, – процедила я, попытавшись вырваться из его хватки.

– Сначала пообещай, что поговоришь с отцом.

– Шантажировать меня вздумал?

– Что еще мне остается? Какой толк в этих способностях, если я не могу никому помочь?

Ко мне вернулось логическое мышление, а вместе с ним – привычный скептицизм.

– Ты был знаком с моей тетей, она могла рассказать тебе обо всем этом при жизни.

– Я не общался с ней до ее смерти, – поправил меня Итан, наконец-то выпустив мою ладонь. – Она попросила позаботиться о крылане, будучи духом.

– Будучи духом? – переспросила я, борясь с желанием толкнуть его. – Что ты несешь?

– Ладно. Просто скажи: что мне сделать? Как доказать, что я не вру?

Я задумалась. Есть ли что-то такое, о чем известно только мне и тете? То, о чем она точно не стала бы никому рассказывать? Это должна быть незначительная деталь нашего прошлого, о которой не имеет смысла говорить кому-то еще.

– Я всегда добавляю в морковный торт один и тот же ингредиент. Однажды я закатила истерику, потому что мама отказалась ехать со мной в супермаркет, чтобы его купить. Тогда тетя взяла меня под руку и пообещала во всем разобраться. Мы сели в ее машину и…

– Вы ездили за грецкими орехами, – сказал Итан, не дав мне задать вопрос. – С тех пор Мэри всегда держала дома пару пакетиков орехов – так, на всякий случай. Вдруг ты приедешь и захочешь приготовить морковный торт?

Он по-прежнему смотрел сквозь меня, а его глаза были затянуты странной дымкой.

– Она правда здесь? – дрожащим голосом спросила я. – Мэри рядом?

– Да, но это ненадолго. Я не могу беспокоить ее так часто. Тебе нужно услышать что-то еще, или…

– Хватит, – остановила я его. – Отпусти ее. И не надо пользоваться моей тетей, чтобы что-то мне доказать.

– Она не возражала.

– Разве она не… не обрела покой? – начала я переживать.

– У нее все хорошо, не волнуйся, – заметно смягчившись, улыбнулся Итан. – Ты прости меня за это, но я был в отчаянии.

– Да уж, понятно. А чего с моим отцом этот трюк не провернул?

– Он не был близок с Мэри.

– А другие духи что, не хотят тебе помогать?

– Не хотят. Не все идут на контакт. Стоит мне их позвать, как они, не успев появиться, тут же растворяются в воздухе.

– Тяжело тебе, наверное, – усмехнулась я. – Честно говоря, на их месте я бы вела себя точно так же.

– Это нормально. Если у них нет незавершенных дел на земле, им незачем сюда являться.

– Тогда почему тетя здесь? – снова встревожилась я.

– Она переживает за тебя. Хочет убедиться, что ты освоилась на новом месте и что у тебя все хорошо.

– После вчерашнего…

– Да, ее это тоже встревожило. Мэри хотела бы помочь, но, кажется, ничего не знает. И с мистером Фоксом она была едва знакома.

– Кажется, я завидую тебе, – призналась я. – Ты можешь видеть ее, говорить с ней…

– Не так уж это и хорошо, – возразил Итан, но тут же, откашлявшись, сменил тему: – В общем, поговори с отцом.

– Ладно, но не думаю, что он станет слушать меня.

– Используй все свое упорство, чтобы убедить его.

– Я не…

– Лидия Мур и Итан Блейк! Почему вы не в классе? – пророкотал на весь коридор голос директора.

– Я напишу тебе вечером, – бросил на прощание Итан.

Когда он скрылся за углом, я направилась на занятие по химии, до конца которого оставались считаные минуты. По дороге в нужный кабинет я думала только об одном: как убедить еще большего скептика, чем я, поверить в то, что Итан – медиум?

Не Дракула

Пересечься с папой удалось только за ужином, после которого он собирался вернуться на работу. Он оказался настолько погружен в себя, что не сразу услышал, как я его зову.

– Ты, наверное, хочешь узнать подробности дела? – предположил он, наконец-то обратив на меня внимание. – Но я не могу ничего обсуждать с тобой. Для твоего же блага, Лидс, не лезь в это.

– Твой отец прав, – поддержала его мама, коснувшись моего плеча. – Хоть это и произошло рядом с нашим домом, нам следует держаться подальше от всего, что связано с этой историей.

– Да без проблем, только у меня одна просьба, – робко начала я заранее заготовленную речь.

– Какая? – спросил папа, оторвавшись от спагетти с митболами в томатном соусе.

– Не мог бы ты еще раз поговорить с Итаном Блейком, только на этот раз без предубеждения? – Заметив, как он изменился в лице, я подняла руку, тем самым попросив выслушать меня до конца. – Конечно, никакой он не медиум, но у него точно есть какая-то информация об этом деле. Может, он получил ее от кого-то, кого не хочет сдавать полиции, или, может, он добыл ее незаконным способом. Вдруг он увидел что-то, что не должен был видеть, и теперь опасается за собственную жизнь, поэтому и выдумал всю эту чушь про общение с духом мистера Фокса? В любом случае его нужно выслушать.

– Допустим. – Отец промокнул салфеткой испачканные соусом губы. – Но каким образом я зафиксирую его показания, если он не говорит, как получил эти сведения? Я не могу написать, что ему явился дух убитого. Показания Итана Блейка, какими бы ценными они ни оказались, нельзя прикрепить к делу. Что бы он ни сказал, это ничем не поможет следствию. К тому же ни один суд не станет слушать такого свидетеля.

– Тогда поговори с ним неофициально.

– Лидия… – вздохнул он. – Что самое главное в моей работе?

– Рационально распределять имеющиеся ресурсы, – отчеканила я.

– И какой же ресурс самый ценный?

– Время.

– Вот именно. Время. Я не могу тратить его на пустые разговоры.

– Я уверена, что разговор с Итаном не будет бессмысленным. Просто… поверь мне. Пожалуйста.

Я сама от себя обалдела, не говоря уже о реакции родителей.

– Ты знакома с этим мальчиком? – поинтересовалась мама. – Вы друзья?

Я уже собиралась дать отрицательный ответ, когда вспомнила о живущем на нашем чердаке Джеральде. Если Итан все же придет, чтобы помочь мне, я должна буду как-то представить его семье. Будет лучше, если они уже сейчас начнут считать его моим другом.

– Да, мы неплохо ладим.

Это не было ложью. Наш последний разговор прошел не так уж и плохо. Мы, кажется, пришли к взаимопониманию. И хотя я оставляла за собой право до последнего сомневаться в его способностях, отрицать осведомленность этого парня было бы глупо.

– Вы встречаетесь? – резко помрачнел отец.

– Нет! – чересчур эмоционально воскликнула я и уже тише добавила: – Ничего такого. Мы едва знакомы.

– Едва знакомы, но ты так уверена в том, что он будет полезен. Почему? – не унимался папа.

– Потому что он не какое-то там трепло. Если Итан говорит, что ему есть что сказать, значит, так и есть и мы должны выслушать его.

Ух ты! Нет, правда, ух ты. Я даже себя так яростно не защищаю. Мне с подобным рвением можно предвыборную кампанию проводить. «Голосуйте за Итана! Медиума Итана – в президенты!»

– Ну хорошо, – наконец сдался отец. – Пусть завтра зайдет к нам перед школой. Позавтракаем, познакомимся и заодно выясним, что ему известно. Только предупреди своего друга, что это неофициальная беседа. Мы просто поболтаем.

– Спасибо, пап. Сейчас же ему напишу.

– После ужина, – поправила меня мама.

– Да, точно, – сконфузилась я и убрала телефон обратно в карман.

Итан, не посвященный в мой план, был удивлен, что встреча с детективом состоится у нас дома, да еще и за завтраком.

Итан: Почему нельзя поговорить в участке? Мне скрывать нечего.

Лидия: Слушай, он ни за что не поверит, что ты медиум, поэтому я заставила его думать, что ты получил эту информацию не самым порядочным способом.

Итан: Как это? Каким еще непорядочным способом?

Лидия: Не знаю. Подслушал. Или шантажировал кого-то. Какая разница? Главное, что он готов поговорить с тобой.

Итан: Вообще-то, разница есть.

Лидия: Можешь на один день перестать быть таким гордецом? Это ведь для дела нужно.

Итан: Гордецом?

Итан: Ладно, ты права. Сейчас не время спорить.

Лидия: Что делать с крыланом?

Итан: Могу прийти через час и покормить его.

Лидия: Лучше бы оставил его у себя. Напиши, когда придешь, я тебе открою.

Итан: Ок. До встречи.

Осознав, что рано или поздно мне придется рассказать о новом члене семьи родителям, я решила не тянуть с этим и поговорить с мамой. Спустившись вниз, я обнаружила ее сидящей в гостиной перед телевизором – она смотрела новостной канал. К счастью, на экране показывали не криминальные хроники, а политические дебаты на тему экономического кризиса.

– Уже закончила с домашним заданием? – невзначай бросила мама, мельком взглянув на меня.

– Почти, – ответила я, устраиваясь в кресле. – Мне нужно кое-что обсудить с тобой.

– Я не согласна с твоим отцом, – сказала она, не отрываясь от телевизора, и я нахмурилась. – Если хочешь встречаться с этим… как его? Итаном, да? Так вот – я не против.

– Что? – опешила я, едва не подавившись воздухом. – Я не об этом хотела поговорить!

– Да? А о чем тогда?

– Помнишь, пару лет назад я просила вас завести собаку?

– Собаку? – переспросила мама, переведя взгляд с экрана на меня. – Я все еще против этой затеи.

– Может, заведем кого-то поменьше? – осторожно предложила я, не зная, как подступиться к разговору о живущем на чердаке крылане.

– Хомячка?

– Это довольно скучно. Хочется чего-то необычного, экзотического…

– К чему ты клонишь? Предлагаешь завести паука? Дочь миссис Картер с моей прошлой работы завела огромного птицееда. Синтия до сих пор боится на него смотреть, хотя прошло… кажется, уже пара лет.

– Э-э-э…

Трудно определить, насколько крылан хуже или лучше паука в мамином представлении. Уверена, что ни то, ни другое не придется ей по вкусу. Впрочем, стандартных домашних животных она тоже не хотела.

– Вообще-то…

– Что, Лидия? Не тяни, говори.

Это прозвучало как вежливое, но очень строгое требование, и я, шумно втянув воздух, выпалила:

– У нас на чердаке живет нильский крылан. Он похож на летучую мышь, но это египетская летучая собака.

– Что-о-о?! – Мама подскочила с дивана и, вскинув голову, взглянула на потолок, словно могла сквозь него увидеть, что происходит на чердаке. – Как он там оказался?

– Дело в том, что Джеральд… м-м-м, это его имя… так вот, Джеральд был питомцем нашей Мэри. Похоже, она держала его в доме.

– Впервые об этом слышу! Разве она о нем говорила?

– Вроде бы нет, – покачала я головой. – Он все это время жил у Итана. Тетя попросила его позаботиться о нем, пока мы не переедем и не обустроимся.

– А если бы мы не переехали?

Об этом я не подумала. Мы ведь и правда могли остаться в другом городе. Что бы тогда делал Итан?

– Наверное, он бы оставил его себе, – предположила я, не веря, что он бы выпустил его на улицу или еще чего похуже.

Мама приняла свою фирменную недовольную стойку – руки в боки.

– Значит, это Итан притащил эту мышь в наш дом?

– Он всего лишь выполнил просьбу Мэри.

– С ней он тоже говорит как медиум?

– Мам, – прошептала я, – не надо. Это не имеет значения.

– Конечно, имеет. Он мог подобрать эту мышь на улице. Она может быть чем-то больна, а он принес ее сюда!

– Давай отвезем ее к ветеринару, пусть проверит, здорова ли она.

– О, и как я не догадалась! Ты хоть слышишь, что говоришь? Кто вообще станет осматривать летучую мышь?

Нашу перепалку прервал звонок в дверь. Твою ж, совсем забыла про время!

– Это Итан, наверное, – объяснила я маме, направляясь в коридор. – Пришел, чтобы покормить Джеральда.

– Покормить? Да что же это такое творится?!

Она последовала за мной, продолжая пыхтеть и злиться.

Едва открыв дверь, я поспешила извиниться:

– Прости, пожалуйста, я потеряла счет времени.

– Я так и понял, – отозвался Итан, держащий в руках два пакета с фруктами.

Он перевел взгляд на стоящую позади меня маму и улыбнулся.

– Добрый вечер, миссис Мур. Извините, что так поздно. Вы, наверное, уже отдыхаете…

Надо же, какой подхалим!

– Мама знает, зачем ты здесь, – сообщила я ему. – И она не в восторге от этой новости. Говорит, Джеральд может быть болен и опасен.

– Я бы с радостью поспорил, но нам нужно срочно дать ему еды и воды, чтобы он не погиб.

Не на шутку встревожившись, я схватила его за руку и, затащив в дом, воскликнула:

– Тогда не стой столбом, идем!

Мама помчалась вслед за нами.

– Лидия! Осторожно, он может укусить тебя!

Итан первым вошел на чердак, чтобы убедиться, что все в порядке. Мы с мамой остались стоять на лестнице. Она несколько раз порывалась что-то сказать, но, видимо, решила не скандалить при посторонних.

– Все хорошо! – крикнул Итан, и я открыла дверь.

Джеральд сидел у него на руках. Маленький, с черными глазами-бусинками, со сложенными крыльями и цепкими лапками.

– Он совсем домашний, привязывается к человеку, который за ним ухаживает, а без него грустит.

– Тогда тебе точно нельзя было его приносить, – сказала я, испугавшись, что могла навредить ему за минувшие сутки.

– Не могу поверить, что Мэри завела себе ЭТО.

Мама подалась вперед, чтобы получше рассмотреть зверька. Тот в ответ на ее любопытство издал громкий «щелк», и она отстранилась.

– Не думала, что он будет таким.

– А ты чего ожидала? Дракулу? – усмехнулась я, борясь с желанием погладить Джеральда.

Он выглядел таким миленьким и печальным, что так и хотелось приласкать его.

– Не бойся, – сказал Итан, словно прочитав мои мысли. – Дотронься.

– Оу… ну…

Я подошла ближе и протянула ладонь.

– Кто-то сейчас останется без пальцев! – с искренним ужасом в голосе воскликнула мама, но с места почему-то не сдвинулась и останавливать меня тоже не стала.

– Да погладь ты его уже, он есть хочет, – пробормотал Итан.

– Тогда он точно примет твои руки за корм, – стояла на своем мама.

– Привет, дружок, – тихо поздоровалась я, коснувшись указательным пальцем короткой бурой шерстки на голове крылана.

Он тут же склонил ее набок, подаваясь навстречу моим ласкам. Джеральд смотрел на меня, прижав уши и впитывая мой запах забавным носом.

– Чем дольше смотрю, тем больше его мордочка напоминает собачью.

– Да, сходство есть, – согласился Итан. – Не зря их называют летучими собаками.

– Это что, коготь? – указала мама на изогнутый крючок на передних конечностях крылана.

– Чтобы висеть вниз головой, он цепляется когтями за потолок клетки, – объяснил Итан.

– Уверена, что на моих волосах он тоже с радостью повиснет, – поморщилась мама, поправляя прическу, аккуратный высокий пучок.

– Мы его достали, наверное, – сказала я, отходя от бедного Джеральда. – Разглядываем, словно он музейный экспонат.

– Ему только в радость общение с людьми, – успокоил меня Итан. – Но мне и правда пора выпустить его полетать, а потом наполнить миски в клетке.

– Почему нельзя сначала покормить? – не поняла мама.

– У него очень быстрый метаболизм. Если он будет летать после трапезы, то загадит вам весь чердак.

– ЗАГАДИТ?! – заорала мама, переводя на меня абсолютно безумный взгляд.

– Я знаю, что делаю, – сказал ей Итан. – Все будет в порядке.

– Слышала, мам? Идем, ладно?

Нервно улыбнувшись, я взяла маму под руку и повела к лестнице.

– Он не может жить здесь, Лидия, – не переставала она повторять, спускаясь вниз. – Даже если он правда принадлежал Мэри. Она, должно быть, сошла с ума, раз завела такого зверя.

– Мам…

– Прости, я не должна так говорить о родной сестре. Но чем она, черт возьми, думала?

– Уверена, у нее были причины.

Это и правда хороший вопрос. Почему именно нильский крылан? Как Мэри до этого додумалась?

Итан появился в гостиной через сорок минут и выложил нам подробный отчет о проделанной работе.

– Джеральд обожает авокадо и салат из банана, огурца, груши и винограда, так что я щедро наполнил его миски едой и водой. Если честно, крыланы не очень аккуратно едят, выпив весь сок из фруктов и овощей, они выплевывают мякоть. И это… ну… как бы летит во все стороны. Поэтому завтра я приду почистить клетку.

– Он ничего не испачкал? – поспешила осведомиться мама.

– Нет-нет. Он полетал без происшествий.

– Спасибо тебе, – тихо поблагодарила я его. – Из-за обещания, которое ты дал Мэри, тебе приходится возиться не только с Джеральдом, но и с нами.

– Прости? – возмутилась мама, легонько хлопнув меня по плечу.

– Ты знаешь, почему тетя завела себе крылана? – спросила я Итана.

– Она не заводила. Кто-то оставил его прямо перед ее дверью.

– Зачем кому-то подбрасывать ей эту мышь? – удивилась мама.

– Мэри так и не узнала, кто это сделал.

– Она хотя бы свозила его к ветеринару?

– Да, она тщательно следила за его здоровьем. – Итан поджал губы, словно сомневался, стоит ли продолжать разговор. – На самом деле… Мэри была уверена, что в теле Джеральда заключена душа ее покойного супруга Бена.

– Она действительно сошла с ума.

Спрятав лицо в ладонях, мама поспешила выйти из комнаты.

– Это правда? – спросила я, повернувшись к Итану. – Такое возможно?

– Перерождение душ существует, но я не могу сказать, права ли Мэри в своих догадках. Но дух Бена я не встречал.

– Ладно. В любом случае это не важно. Если тетя любила этого зверька, значит, я о нем позабочусь. Только сначала научусь всему, чтобы не навредить ему.

– Хорошо. Я помогу, не переживай.

– Спасибо.

Мое лицо расплылось в благодарной улыбке.

Итан неловко поправил густые темные волосы.

– Увидимся утром?

– Да. Ждем тебя к завтраку.

Невероятно, но мне удалось ненадолго забыть о том, что произошло прошлым вечером.

Проводив Итана, я отправилась на поиски мамы. Наткнувшись на нее в отведенной под домашнюю библиотеку комнате, я непроизвольно задержала дыхание. Мама держала в руках любимую книгу Мэри про приключения женщин-пиратов.

– Ей всегда нравились странные вещи, – сказала она, услышав мои робкие шаги. – Это самая непонятная история из всех, что мне доводилось читать. На этих страницах происходит какой-то хаос, но Мэри была в восторге. Говорила, что эти девчонки – покорительницы морей – ее кумиры. В глубине души она, наверное, хотела жить так же: свободно и без оглядки на других.

– Она бы могла путешествовать.

– Да. Перед ней были открыты все двери, но она всегда выбирала этот дом. – Горько усмехнувшись, мама вернула книгу на место. – Дом, где она была счастлива.

– Потому что здесь она жила с Беном?

Я смутно помню этого мужчину, но тетя всегда говорила о нем с большой любовью.

– Да. Находясь здесь, она чувствовала его присутствие. Словно он никуда не ушел и был где-то рядом. – Откашлявшись, мама пояснила: – Это ее слова, не мои.

– Жаль, что их обоих не стало, – дрожащим голосом произнесла я.

– Иди сюда, милая.

Крепко обнявшись, мы стояли в окружении книг, а я все гадала: «Сколько их здесь? Тысяча? Две? А тетя их все прочитала?»

– Мы оставим Джеральда? – жалобно спросила я, уткнувшись маме в плечо.

– Пока да.

– Как думаешь, он понравится папе?

– Уверена, он будет в ужасе, – рассмеялась мама, и на душе у меня воцарился покой.

Может, хотя бы сегодняшней ночью мне удастся поспать.

Тайное расследование

Стоило мне закрыть глаза, как все сдерживаемые в течение дня мысли хлынули единым потоком в мозг.

Прошлой осенью кто-то не просто убил Габриэля Фокса, но и надежно спрятал его останки. Разве это не говорит о том, что у обычного учителя истории был как минимум один злейший враг, желавший ему смерти? Какой силы должна быть ненависть, раз она подвигла убийцу лишить его жизни? А может, это была случайность? И теперь, осознав, что натворил, преступник хотел, чтобы его поймали, – вот и подбросил улики, способные вывести на его след.

Я была уверена, что первой подозреваемой станет жена учителя, Стелла Фокс. Процент дел, в которых один супруг убил другого, слишком высок, чтобы списывать ее со счетов, хотя горе Стеллы всегда казалось мне искренним. Я несколько раз встречала ее на улице с листовками в руках и никогда не подвергала сомнению степень ее страданий. Эта женщина выглядела как живой труп, передвигающийся за счет крупицы надежды, остающейся в сердце. Теперь она лишилась и этого.

Ума не приложу, кого еще можно было бы записать в подозреваемые. Разозлившегося из-за плохой оценки школьника? Звучит нелепо, но в жизни и не такое бывает.

А еще благодаря папе я знаю, что чаще всего дело в самом убитом. Сбросив с человека образ, который он носил при жизни, можно увидеть, каким он был на самом деле. Тайны, тайны, тайны… У всех они есть, и мистер Фокс точно не был исключением. Что же это может быть? Тайные отношения? Незаконная подпольная деятельность? Или роковые ошибки прошлого, которые нагнали его в настоящем?

Если срочно не перестану об этом думать, точно не усну.

Думая о том, что же такого мистер Фокс рассказал Итану, что это может помочь следствию, я почувствовала, как веки наливаются тяжестью и как меня уносит в далекий от реальности сон.

Пробудилась я, как и в прошлую ночь, от громкого зловещего крика. Прижав ладони к бешено стучащему сердцу, я привалилась к спинке кровати и зажмурилась. Меня настораживала окружающая тишина, потому что в любой момент ее мог разрезать совершенно нечеловеческий вопль. Даже сквозь сон прозвучавший голос снова показался мне знакомым, но это не могла быть Мэри. Она бы не стала пугать меня.

Я просидела не шевелясь не меньше часа. У меня затекли поджатые к груди ноги и руки, которыми я обхватила себя за плечи. Но это все равно было лучше, чем пытаться снова уснуть. Казалось, все повторится, и единственный способ избежать этого крика – больше никогда не закрывать глаза.

Только когда за окном начало светать, я поняла, как глупо и трусливо себя веду. Выбравшись из постели, я побрела вниз, прямиком в кухню, где могла избавиться от страха хорошо известным мне способом. Достав необходимые для приготовления кексов продукты, я потянулась в шкаф за формочками и едва сдержала крик, увидев висящего под потолком Джеральда. Он спал, завернувшись в свои крылья, и пока не замечал моего присутствия.

– Зацепился за вытяжку, – прошептала я, рассматривая когти на его лапах. – Как ты здесь оказался?

Итан мог не закрыть дверь на чердак, но неужели он оставил открытой клетку? Это совсем на него не похоже. Столько времени заботиться о Джеральде, чтобы сейчас так легко подвергнуть его опасности? Что-то здесь не вязалось.

Но все эти вопросы могли и подождать. Что меня сейчас волновало по-настоящему, так это как вернуть его назад.

– Кошмар.

Сокрушенно покачав головой, я подошла к окну и опустила жалюзи, чтобы на Джеральда не попадал свет. Хоть что-то мне удалось почерпнуть из статьи в интернете о содержании нильских крыланов.

Если посмотреть правде в глаза, то мне никак не снять его с потолка. Во-первых, он был слишком высоко и я бы не дотянулась до него даже со стула. Во-вторых, мне не хватало смелости прикоснуться к нему. И хотя я, в отличие от мамы, его не боялась, меня одолевал страх сделать что-то не так. Еще не хватало навредить ему!

– Лидия, ты чего не спишь? – поинтересовался папа, сонно почесывая голову.

На нем уже была полицейская форма, и о недавнем пробуждении говорили только его осоловелые карие глаза. Я старалась не смотреть наверх, чтобы не выдать Джеральда.

– Мама говорила тебе о… чердаке?

– Когда я пришел, она уже спала. А что не так с чердаком?

– Нам нужно сходить за мамой, – жалобно пропищала я.

– Еще рано, зачем ее будить? – не понял отец.

Не успела я придумать правдоподобное объяснение своего странного поведения, как это стало совершенно не нужно. Внезапно пробудившийся Джеральд издал громкий «щелк» и, расправив крылья, полетел прямо на нас.

– Лидия, в сторону! – закричал папа, загораживая меня собой.

– Только не убивай его! – только и успела я выпалить перед тем, как крылан оказался в отцовских руках.

– Что за шум? – воскликнула вбежавшая на кухню мама.

Увидев Джеральда, она наградила меня полным негодования взглядом.

– Лидия, почему он здесь? Разве он не должен сидеть в клетке?

– Должен, – пробормотала я. – Не знаю, как он оттуда выбрался.

– О какой клетке вы говорите? – спросил отец, продолжавший держать крылана. – Я собирался выпустить его на улицу.

– Он домашний, ему нельзя на улицу, – ответила мама, подойдя ближе. – Это египетская летучая собака по имени Джеральд, наш новый член семьи. Просим любить и жаловать.

– Член семьи? – переспросил папа, не скрывая своего удивления. – Меня всего пару дней толком не было дома, а вы уже завели какую-то странную зверюшку…

– Эта зверюшка принадлежала моей сестре, – продолжила объяснять мама, и я благодарно улыбнулась ей. – Итан, друг Лидии, по просьбе Мэри приглядывал за Джеральдом после ее смерти. Но пришло время нам с ним встретиться и принять как родного. Ты не против?

– Это так похоже на Мэри, – рассмеялся отец, неожиданно ласково прижав к груди крылана. – Чего уж, конечно, я не против, пусть живет с нами.

– Спасибо! – воскликнула я и на радостях бросилась обнимать родителей.

– А ты точно не встречаешься с этим Итаном? – уточнил папа, когда я положила голову ему на плечо.

– Па-а-ап!

– А что? Слишком уж часто я слышу его имя. Подозрительно это.

– Твоя дочь не преступница, а всего лишь подросток, – сказала мама. – Не нужно ее подозревать. И вообще, отнесите крылана на чердак. Мне нужно приготовить завтрак, который придется по вкусу нашему гостю.

– Ма-а-ам! – заверещала я, взбегая по лестнице.

Когда Итан появился на нашем пороге, он выглядел так, словно тоже тщательно готовился к этой встрече. Вместо привычных джинсов и футболки он вырядился в коричневые клетчатые брюки и белоснежную рубашку, расстегнутую на две верхние пуговицы. Было в его виде что-то пижонское, но в то же время стильное.

– Доброе утро, мистер и миссис Мур, – поздоровался он, когда родители открыли ему дверь. – Спасибо, что пригласили.

– Я ведь могу называть тебя Итаном? – спросил отец, протянув ему ладонь для рукопожатия.

– Конечно, именно так вам и следует называть меня, сэр.

Наблюдая за тем, как они жмут друг другу руки, я хотела провалиться сквозь наш деревянный пол.

– Пап, ты же помнишь, зачем он здесь? – поспешила я напомнить об истинной цели визита Итана, пока все окончательно не превратилось в бессмысленный фарс.

– Лидия! – одернула меня мама. – Будь повежливее! И пойдемте уже все за стол, пока еда не остыла.

Рассевшись по местам, мы молча приступили к завтраку. Мама расстаралась и приготовила сразу несколько блюд: яичницу с беконом, бейглы с ветчиной и сыром, панкейки с кленовым сиропом и черничным джемом на выбор. Я сидела напротив Итана, из-за чего наши ноги то и дело соприкасались под столом. Готова поспорить, он нервничал не меньше моего. В очередной раз поправив волосы, он откашлялся и наконец-то заговорил.

– Мистер Мур, – обратился он к отцу, – Лидия сказала, вы готовы выслушать меня.

– Да-да, – отозвался папа. – Тебе есть что сказать?

– Есть. Это касается Габриэля Фокса.

– Выкладывай.

– Нападение произошло на школьной парковке, когда мистер Фокс шел к своей машине. Кто-то ударил его сзади, поэтому он не видел, кто это был.

Блин. Блин! Блин!!! Разве он не понимает, как подставляет себя этими словами?! Знать о месте нападения может только убийца или свидетель, который по каким-то причинам не называет имени преступника!

– И ты узнал это от?.. – вежливо подтолкнул его к продолжению отец.

– …от мистера Фокса, – не задумываясь, ответил Итан.

Он это серьезно? Разве я не предупреждала, что нельзя называть себя медиумом, сидя за столом с моим папой, убежденным скептиком и бравым полицейским?

– Понятно, – кивнул отец. – Я наслышан о твоей репутации. Коллеги все уши прожужжали о том, на что ты способен. Говорят, ты местная знаменитость.

– Я помогаю людям не ради славы, – ответил резко выпрямившийся Итан.

– Это благородно, но наша семья в городе недавно, и лично мне о твоих способностях ничего не известно. Но это и не важно. Есть у тебя дар или нет, я привык руководствоваться фактами. Голословные заявления – это не то, на что я готов обращать внимание. Уверен: ты знаешь, как работает полиция, и не обидишься, если я сделаю вид, что нашего разговора не было.

– Но он был, – настаивал Итан. – Повторю еще раз: убийство произошло на школьной парковке. Мистер Фокс задержался допоздна, потому что проверял контрольные. Когда он вышел на улицу, было уже темно. Он не запомнил, были ли поблизости другие машины, но уверен, что убийца поджидал его там заранее.

– Насколько поздно это было? – вмешалась я.

– Около десяти сорока.

– А где в это время была жена мистера Фокса? – спросила я у отца.

Откинувшись на спинку стула, он округлил глаза.

– Что вы устроили? Убили человека, а вы решили поиграть в угадайку?

– Пап, это ведь очень полезные сведения, – попыталась я возразить, но он не дал мне договорить.

– Думаю, вам обоим пора в школу. Доедайте и отправляйтесь на занятия.

– Ты хотя бы проверишь то, что сказал Итан?

– Лидия, в школу! – повторил отец, наградив меня суровым, не терпящим возражения взглядом.

– Ладно, – сказала я, поднимаясь с места. – Посмотрим, как ты заговоришь, когда Итан окажется прав.

– Лидия! – обескураженно одернула меня мама.

– Пойдем, – позвала я Итана. – Ты сделал что мог.

– До свидания, – бросил он на прощание. – Спасибо за завтрак. Было очень вкусно.

Оказавшись на улице, мы переглянулись и молча направились в сторону школы.

– Жесть, – сказала я, когда мы прошли несколько метров по асфальту, припорошенному яркими осенними листьями. – Тебе известно примерное время смерти мистера Фокса.

– Да, но от этого нет никакой пользы.

– Польза есть. Не для полиции, так для нас.

– Для нас? – не понял Итан.

– Я дочь детектива и кое-что смыслю в полицейских расследованиях. А ты медиум, который говорит с погибшим. Мы и сами можем выяснить, кто убийца. Всего-то и нужно, что составить список подозреваемых, а затем благодаря имеющимся у тебя данным отмести лишних.

– Лидия, это не смешно, – недовольно пробурчал он. – Опасно даже говорить об этом. Особенно о том, что мне известно от мистера Фокса. А ты предлагаешь самим искать убийцу.

– Ты сказал все, что тебе известно? – поинтересовалась я, проигнорировав его монолог.

– Да, это все, что помнит мистер Фокс о том вечере.

– Вот и хорошо.

– Ты же ничего не задумала? – с тревогой в голосе уточнил Итан.

– Не могу же я просто проигнорировать то, что узнала.

– Именно это ты и должна сделать.

– Ты сам сказал, что в твоих способностях нет никакого смысла, если ты не можешь помочь людям, – напомнила я, остановившись и посмотрев ему в глаза. – Ни за что не поверю, что ты собираешься сдаться.

– Не собираюсь, – подтвердил он. – Но не хочу, чтобы мне кто-то мешал.

Да уж, этот выразительный взгляд сказал все за него.

– Это я-то тебе помешаю? – ощетинилась я. – Да я только пользу принесу!

– Зачем тебе это? Лучше не лезь!

– Не указывай мне, что делать!

– Ты не ответила, зачем тебе это.

– Не думаю, что могу просто взять и забыть о том, что случилось, – тихо призналась я. – Каждый раз, когда ложусь спать, у меня перед глазами стоит образ мистера Фокса и того, что от него осталось.

– Это пройдет. Вернись к своей привычной жизни и постарайся не думать об увиденном.

– А ты что будешь делать? Полиция с тобой сотрудничать не станет. Как собираешься узнать, кто убийца?

– Не знаю, – пробормотал он, – пока не решил.

– Зато я решила. В первую очередь нам нужно определиться с первыми подозреваемыми. Для этого нам нужно поговорить с теми, кто знал мистера Фокса.

– Его знала вся школа. Ты всех допрашивать собралась?

– Не будь такой язвой. – Поправив рюкзак на плече, я двинулась дальше. – Никаких допросов мы устраивать не станем, только поболтаем с народом.

– И это говоришь ты? – громко фыркнул Итан. – Новенькая с одной-единственной подругой, кто вообще станет с тобой болтать? Тем более об убитом учителе.

– Во-первых, ты пойдешь со мной, а тебя, насколько мне известно, в школе уважают.

– Тут не поспоришь, – согласился он, наградив меня самодовольной улыбкой.

– Во-вторых, у меня тоже есть козыри в рукаве. Мои десерты.

– Собираешься выбивать правду круассанами с заварным кремом?

– Может, и так.

Итан остановился у входа в школу и помахал проходящим мимо Эзре и Дэнни.

– Что ж, было весело. Надеюсь, больше мы к этому разговору не вернемся.

– Ты правда собираешься действовать в одиночку? – спросила я напрямик.

– Я никогда не бываю один, Лидия.

Его каре-зеленые глаза заволокло уже знакомой мне дымкой, и он огляделся по сторонам. Когда мускул на его левой щеке с ямочкой дрогнул, он скривился.

– Как… как много здесь духов? – поинтересовалась я, пытаясь представить, каково ему видеть всех этих умерших людей.

– Достаточно, чтобы ненавидеть школу и все подобные ей места, где собирается много народу.

Я видела, как его захлестнули эмоции. Он сказал то, в чем не собирался признаваться.

– Мне жаль, – произнесла я первое, о чем подумала.

– Что? – удивился Итан.

– Не представляю, как тебе удается быть известным в городе медиумом и обычным школьником одновременно.

– Я… – растерялся он, – у меня нет выбора. Мне нужно быть и тем и другим. По-другому никак.

– Печально, знаешь ли, когда у человека нет выбора.

– Наверное… Но лучше не будем об этом.

– Ладно. Давай о чем-нибудь другом, – воодушевленно улыбнулась я. – Например, о том, чтобы вместе заняться расследованием!

– Лидия, ты не…

Резко прервавшись, он ненадолго задумался.

– Я не… что?

– Ты правда готова так рисковать? – спросил Итан, с интересом разглядывая мое лицо. – Если убийца узнает, чем мы занимаемся…

– Он подбросит наши головы в чьи-то тыквы, – закончила я за ним. – Ничего такого не случится, потому что мы будем очень осторожны.

– Хорошо. Главное, чтобы наше расследование оставалось тайным.

– Без проблем, я умею хранить секреты. А ты?

– Я? – заметно опешил Итан. – Да, пожалуй, это мой талант.

– Как самоуверенно, – хмыкнула я и протянула ему ладонь. – Значит, партнеры?

– Лучше коллеги.

– Коллеги – тайные детективы?

– Именно так, – согласился Итан, отвечая на мое рукопожатие.

– Вот и договорились.

Первые подозреваемые

Идя по школьному коридору, я впервые за два месяца ощутила на себе столько взглядов. К счастью, никто не тыкал в меня пальцем, но всеобщее желание сделать это витало в воздухе.

Приблизившись к своему шкафчику, я заметила приклеенный к нему лист бумаги с рисунком черепа.

– Что это значит?! – заорала я, сорвав послание с дверцы.

– Лидс, не кричи, – поспешила успокоить меня откуда-то взявшаяся Фелисити. – Давай отойдем.

– Никуда я не пойду! Пусть объяснят, в чем дело! – Повернувшись к окружившей меня толпе, я спросила: – Чем я это заслужила?

– Нам всем интересно, – начал вышедший вперед Кит, – как голова нашего учителя оказалась в твоем доме.

– Думаешь, это я его убила?

Я сделала шаг ему навстречу, и он, видимо, расценив это как вызов, двинулся на меня, поигрывая мышцами.

– В прошлом году тебя здесь не было, но твоя тетка была.

– Моя тетя?

С меня мигом слетела вся спесь. Как он может говорить о ней таким тоном? Неужели всерьез подозревает?

– Она тут ни при чем.

– Именно так родственнице убийцы и полагается говорить.

– Кит, полегче! – остудила его Фелисити. – Не бросайся такими серьезными обвинениями. Для этого есть полиция.

– Ее папаша – детектив. Он сделает все, чтобы правда никогда не всплыла наружу. Но нас не проведешь.

– Эй, Лидс! – позвал меня кто-то из толпы. – А твоя тетя правда умерла или она инсценировала свою смерть, чтобы сбежать из страны?

Меня так сильно ранили их слова, что я не смогла ничего сказать. Мои ноги сами собой начали пятиться назад, желая как можно скорее сбежать от окружившей меня стаи нелюдей.

– Куда же ты уходишь? – недовольно проворчал Кит. – Мы еще не закончили.

Я продолжала отступать, пока не врубилась в кого-то спиной. Не оборачиваясь, опустила голову и постаралась привести в порядок сбившееся дыхание. Страх из-за ночных криков вдруг показался детским лепетом в сравнении с тем, какой ужас я ощущала теперь. Когда кто-то бережно обхватил мою ладонь, меня окутало холодом. Обернувшись, я увидела стоящего рядом Итана. Он смотрел на Кита и его друзей исподлобья, источая злобу такой силы, что мне стало не по себе.

– Я не ослышался? – прохрипел Итан непривычно низким голосом. Он сейчас выглядел как совсем другой человек. – Вы хорошо подумали, прежде чем затевать это?

– Да расслабься, чувак, – шутливо ответил ему Кит, но от меня не укрылось, как быстро он изменился в лице. – Мы с ребятами всего лишь хотим справедливости для нашего учителя. Ты же слышал: кто-то жестоко убил его.

Безумно хохотнув, Итан прищурился и, странно дернув головой, произнес:

– Мистер Фокс говорит, твой отец заплатил ему, чтобы он подправил твои оценки.

– Заткнись! – велел ему Кит, но его приказ заглушили заполнившие коридор перешептывания.

– Твоя семья частенько так делает, – продолжил Итан. – Тяжело, наверное, быть крутым спортсменом, но не иметь при этом мозгов.

– Что ты сказал?! – взревел Кит и рванул вперед, сжав кулаки.

В ответ на его нападение Итан лишь криво улыбнулся. Воспользовавшись тем, что он продолжает держать меня за руку, я попыталась сдвинуть его с места. Но он не собирался бежать. Итан продолжал стоять на месте, готовый ко всему, что сейчас произойдет.

Но правда в том, что Кит до него не добрался. Когда ему оставалось преодолеть всего пару метров, а его кулак уже завис в воздухе, он вдруг споткнулся и плашмя приземлился на землю, прямо у наших с Итаном ног.

– Черт, как больно! – простонал Кит, схватившись за разбитый нос, из которого уже вовсю сочилась кровь.

Его девушка Стефани выбежала из толпы и, сев рядом, протянула ему бумажную салфетку.

– Ушибся? – спросил усмехнувшийся Итан и, наклонившись, добавил: – Выставить тебя посмешищем – это меньшее, что я могу. Продолжишь в том же духе – и так легко ты не отделаешься, понял?

– Понял, – тихо отозвался Кит, судорожно прижимая салфетку к носу.

– Вот и молодец, – похвалил его Итан совершенно бесцветным, ничего не выражающим голосом.

– Никогда больше не говорите о моей тете, – обратилась я к остальным. – Она умерла мучительной смертью и не заслужила, чтобы ее в чем-то обвиняли.

– Идем, – сказал Итан, напоследок бросив предостерегающий взгляд на толпу старшеклассников. – Уверен, они осознали свою ошибку.

Неуверенно кивнув, я побрела следом за ним, прямиком к выходу из здания. С каждой секундой, что мы отдалялись от школы, его рука становилась теплее. Итан остановился, только дойдя до парка примерно в километре от места нашей учебы.

– Спасибо, – произнесла я, когда он выпустил мою ладонь.

– Я ожидал чего-то подобного, но не думал, что это будет так жестко. То, что они говорили… это ужасно по отношению к тебе и Мэри. Нужно было заставить их извиниться. Прости, я не подумал.

– Извиниться? – удивилась я. – Ты и так превзошел любые ожидания!.. Кстати, как ты это сделал? Как заставил Кита упасть?

– Все духи обладают телекинезом, – объяснил Итан. – Самые сильные из них способны перемещать не только предметы, но и воздействовать на людей.

– Значит, это был дух? – часто заморгала я. – Ты попросил его об этом?

– В школе есть один очень мстительный призрак. Его даже просить не надо, чтобы он совершил пакость. У нас с ним есть определенные договоренности, но тебе не нужно об этом знать.

– Как странно… Раз этот дух такой злой, может, это он убил мистера Фокса?

– Он бы мог, – не задумываясь, ответил Итан. – Но точно не стал бы этого скрывать. Ему ведь не грозит тюрьма.

– Точно, – неловко хихикнула я, оглянувшись на школу. – Знаешь, я искренне хочу поверить в то, что ты говоришь, но продолжаю сомневаться в каждом твоем слове.

– Я в курсе, что ты колеблешься. Ничего страшного. Главное, что ты продолжаешь общаться со мной.

Последние слова он произнес с неприкрытой тоской в голосе. Многие в городе обращаются к нему за помощью, и у Итана есть неоспоримый авторитет в школе, но я ни разу не видела его в компании друзей. Есть ли в его жизни хоть кто-то, кто говорит с ним как с обычным подростком и кто любит его не за сверхъестественные способности?

Решив не терзать его сердце бестактными вопросами, я поспешила сменить тему:

– То, что ты сказал про Кита, – правда?

– Я видел образ отца Кита в кабинете мистера Фокса. Он протягивал ему белоснежный конверт и просил все уладить.

– А речь точно шла об оценках?

– Они говорили о будущем Кита, – пожал плечами Итан.

– Разве это не делает Кита и его отца нашими первыми подозреваемыми?

– Я об этом не думал.

– У них был компромат друг на друга. Мистер Фокс брал взятки, а у Кита были фальшивые оценки.

– Все равно как-то не тянет на мотив для убийства, – засомневался Итан.

– В истории полно случаев, когда люди убивали друг друга из-за какой-нибудь ерунды. А информация, которой можно шантажировать, – точно не мелочь.

– Ты разбираешься в этом куда лучше меня, так что давай и правда запишем их в подозреваемые.

Обрадовавшись тому, что в нашем тайном расследовании появились первые подвижки, я опустилась на корточки и, открыв рюкзак, достала оттуда новенький блокнот с ручкой.

– А это не опасно – делать письменные записи? – спросил Итан, нависнув надо мной.

– О них будем знать только мы с тобой, – ответила я, выводя на бумаге имена первых подозреваемых. – Нужно выяснить, где были Кит и его отец в момент нападения на мистера Фокса.

– Это будет непросто.

– Придется поговорить с Китом.

– Он понимает только угрозы.

– Значит, ты снова посмотришь на него этим своим жутким взглядом – и он нам все выложит.

– Жутким взглядом? – нахмурился Итан.

– Ну да. Ты сам на себя не был похож.

– Так бывает, когда я вхожу в контакт с миром мертвых. Чем сильнее дух, тем глубже я погружаюсь в это состояние.

– А они… ну… не могут вселиться в тебя?

– Без моего разрешения? С опытными медиумами такое случается довольно редко.

– Но ты ведь не всегда был опытным, – заметила я.

– Это правда. Однажды… Впрочем, не важно. Главное, что сейчас все не так.

– Знаешь, со мной происходит кое-что очень странное…

– Ты о чем? – насторожился Итан.

– Мне мерещится голос тети. Я просыпаюсь от ее жуткого крика и не могу успокоиться.

– А что именно она кричит?

– Мое имя.

– И правда странно. Уверена, что это не сон?

– Надеюсь, что сон. Потому что меня пугает такая реальность.

– Понимаю. – Сочувственно улыбнувшись, Итан откашлялся. – Может, вернемся в школу? Мы и так пропустили первый урок.

– Да, пойдем, – согласилась я, убирая блокнот обратно в рюкзак. – Кстати, хотела спросить тебя о Джеральде…

– Что с ним?

– Все в порядке. Просто…

Мне вдруг захотелось оставить утреннее происшествие при себе.

– Мама интересуется, насколько надежный замок в его клетке.

– Он довольно тугой, так легко не открыть. Без посторонней помощи он из нее точно не выберется.

– Отлично.

Бодро кивнув, я рванула к школе.

– Когда поговорим с Китом? – спросил нагнавший меня Итан.

– Предлагаю поймать его после занятий.

– Вот он обрадуется…

В течение дня я продолжала ловить на себе любопытные взгляды, но никто не осмеливался со мной заговорить и уж тем более – в чем-то обвинить. Даже Фелисити не знала, как ко мне подступиться, и большую часть времени, что мы провели вместе, она молчала. А когда на перемене я достала из рюкзака приготовленные утром творожные кексы, она впервые отказалась от угощения, сославшись на плохое самочувствие.

Кит не только придурок и задира, но еще и член школьной команды по плаванию. Он гордится каждым выигранным соревнованием и своими натренированными за годы занятий спортом руками. Мы с Итаном поджидали его у выхода из бассейна. Когда он наконец-то вышел с тренировки, я придержала его за локоть.

– Что надо? – спросил он, даже не пытаясь вести себя вежливо, однако, заметив Итана, тут же смягчился. – Э-э-э… то есть… чем могу быть полезен?

– Как ты уже понял, нам кое-что известно о твоих махинациях с оценками, – начала я, наблюдая за его реакцией. – Но ни мне, ни Итану нет до этого дела.

– Да неужели?

Недоверчиво склонив голову, Кит провел рукой по влажным светлым волосам.

– Итан узнал от мистера Фокса гораздо больше, чем сказал сегодня в коридоре, – выдала я, надеясь, что он примет мой блеф за чистую монету. – Но мы не станем об этом распространяться, если ты ответишь на несколько вопросов.

– Кем ты себя возомнила, новенькая? – нервно рассмеялся он в ответ.

– Тем, кто может подпортить твою репутацию, – с вызовом сказала я, чем заслужила осуждающий взгляд Итана.

– Задавай свои тупые вопросы и проваливай, – злобно выплюнул Кит.

– Супер. Меня интересует вечер двадцатого сентября прошлого года. Сможешь вспомнить, где в этот момент были ты и твой отец?

– Издеваешься? Как я могу такое помнить?

– Это день исчезновения мистера Фокса. Вероятно, тогда же его и убили.

– И что с того?

– Неужели совсем ничего не помнишь?

– Дай подумать.

– Думай быстрее, – посоветовал ему приблизившийся к нам Итан.

Все это время он стоял прислонившись к стене и скрестив руки.

– За день до пропажи учителя у нас на тренировке был смотр новичков, – сказал Кит и, тут же вспомнив что-то еще, продолжил: – Моя семья – один из спонсоров нашей команды по плаванию, так что отец в тот вечер тоже был здесь.

– Во сколько закончился этот смотр? – спросила я, вооружившись ручкой и блокнотом.

– Около девяти.

– Вы с отцом вместе уехали?

– Да, – уверенно ответил Кит. – Отсюда мы сразу поехали домой.

– И больше никто из вас дом не покидал?

– Нет, – тихо отозвался он.

На мгновение мне показалось, что в его памяти всплыло что-то еще, но он намеренно не стал об этом говорить. Когда я уже собиралась узнать, в чем дело, Итан неожиданно взял меня за руку и отрицательно покачал головой. Я нахмурилась, но решила промолчать.

– Спасибо, что уделил нам время, – сказала я, неловко улыбнувшись Киту.

– Ага, не за что, – отмахнулся он от меня.

Поправив увесистую спортивную сумку на плече, он двинулся к выходу. Молча переглянувшись, мы с Итаном двинулись следом. Оказавшись на улице, Кит обернулся и, встретившись со мной взглядом, спросил:

– Пытаешься узнать, кто убил мистера Фокса?

– Возможно, – уклончиво ответила я.

– Зачем?

– Чтобы такие, как ты, не обвиняли мою тетю в его убийстве.

– И поэтому ты решила меня допросить?

– А тебя это удивляет?

– Вообще-то, да. Мистер Фокс никогда не доставлял мне неприятностей, он охотно шел на любые сделки, которые ему предлагали.

– Предлагали? – переспросила я. – То есть не ты один давал ему взятки?

– Скажем так, он был самым сговорчивым учителем в школе, поэтому никто из учеников не стал бы его убивать… Ну, разве что Эштон Миллер.

– Умник Эштон Миллер? – не поверила я своим ушам. – Зачем ему это?

– Ты правда не знаешь? – усмехнулся он.

– Я расскажу ей, – встрял в наш разговор Итан. – Можешь идти.

– Как скажешь, – пробормотал Кит.

Когда он дошел до своего автомобиля, стоящего на парковке, я обратилась к Итану:

– Почему ты не захотел, чтобы я спросила его про вечер двадцатого сентября? О том, что случилось, когда они вернулись домой?

– Здесь был дух его дедушки. Он показал мне ссору между отцом и матерью Кита.

– Из-за чего они ссорились?

– Не знаю, но в тот вечер Кит вмешался в их разборки и подрался с отцом. Я услышал, как кричит и плачет его мама.

– Это все, что ты увидел?

– Да, после этого меня вытолкнуло из видения.

– Ладно, – кивнула я. – Думаю, Кита и его отца можно вычеркнуть из подозреваемых.

– Так быстро?

– Интуиция говорит мне, что Кит был честен.

– Интуиция, значит? – ухмыльнулся Итан. – А может, в тебе проснулись экстрасенсорные способности?

– Может, и проснулись. Того гляди стану медиумом и подсижу тебя.

Не сдержавшись, я показала ему язык, что мне совсем не свойственно.

– С радостью отдам тебе пальму первенства.

– Лучше объясни, при чем тут Эштон Миллер.

– А, это… Дело в том, что история у мистера Фокса – единственный предмет, который не давался Эштону. Но он не собирался использовать методы Кита и ему подобных.

– Логично, таким умникам незачем давать взятки.

– Он тоже так думал, поэтому продолжал усердно учиться. Но как бы сильно Эштон ни старался, мистер Фокс все равно находил, к чему придраться.

– Зачем он это делал? – непонимающе нахмурилась я. – Так сильно хотел денег?

– Не знаю. Ни с кем другим он так не поступал.

– И чем закончилось их противостояние?

– Мистера Фокса убили, – ответил Итан, и я вздрогнула.

– И как долго это продолжалось?

– Весь позапрошлый год и начало прошлого.

– Значит, в новом учебном году ничего не изменилось?

– Нет. – Немного подумав, Итан добавил: – Может, даже стало хуже.

– А вдруг это Эштон? Понял, что не выдержит еще год этих мучений, и решил избавиться от затравившего его учителя…

– Не знаю, Лидия, мне трудно в это поверить.

– Почему?

– Потому что я давно знаком с Эштоном и не могу представить, что он способен на убийство.

– Любой способен, – заметила я.

– Хочется верить, что не любой.

Тяжело вздохнув, Итан двинулся вниз по улице. Я, естественно, за ним.

– Куда ты идешь?

– К тебе домой.

– О, как мило! Ты решил проводить меня! – обрадовалась я.

– Проводить? – хитро посмотрел он на меня. – Вообще-то, я собирался покормить Джеральда.

– А, точно. – Едва не стукнув себя по лбу, я поспешила отвернуться и стала смотреть куда угодно, только не на Итана. – Знаешь, нам нужно поговорить с Эштоном. У тебя есть какие-нибудь рычаги давления на него?

– За кого ты меня принимаешь?

– Из-за своих способностей тебе известно то, о чем люди предпочитают не говорить. Я убедилась в этом, когда ты использовал мою тетю.

– Этот случай – исключение, а не правило, – строго напомнил Итан. – Я же говорил, что был вынужден нарушить собственные принципы, только бы ты мне поверила.

– Если хочешь раскрыть дело, за которое мы взялись, придется идти на жертвы. И твои принципы – не самое важное, что можно потерять на этом пути.

– Звучит не очень. Может, прекратим, пока не поздно?

– Ну уж нет! Утром я еще колебалась, но после того, что они сказали о моей тете… Теперь я точно пойду до конца.

– Вот это настрой! – присвистнул Итан.

– А как иначе? Подбросив череп мистера Фокса на порог нашего дома, убийца бросил тень на всю мою семью. Но особенно – на Мэри. Она не заслужила, чтобы о ней говорили плохо. Ты же общался с ней, знаешь, каким замечательным человеком она была.

– Конечно, – тихо отозвался он. – Мне жаль.

– Жаль должно быть тому, кто осмелился посягнуть на честь моей семьи. – Осознав, что сказала, я неловко улыбнулась. – Прозвучало странно. Как-то по-рыцарски.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Выдуманная социальная сеть для размещения фотографий. (Прим. авт.)

Вернуться