Дана Стар
Предатель
Тест на отцовство

Глава 1

– Лер, держи ещё шарики, – протягиваю сестре красный, синий, жёлтый шар с надписью: “С днем рождения малыш!”.

– А не много ли всего?

– У нас праздник, а на празднике шаров много не бывает, – улыбаюсь.

– Потом всё это убирать…

– Ничего страшного! Движение – это жизнь!

– Ах да, Каримчик может себе это позволить, – вздыхает томно, – и без затрат на персонал, так сказать. Какой же он находчивый! Я всегда восхищалась им, его семьёй и его корнями.

Я отложила в сторону украшения и обернулась, с подозрением глянув на сестру.

– Каримчик? Слушай, с каких это пор ты позволяешь себе использовать ласковые прозвища в отношении моего мужа?

– Ой! – сестрица раскраснелась. – Да вырвалось, случайно… забей. Шутка такая!

– Времени мало, – смахиваю пот со лба, глядя на настенные часы, – надо поторопиться.

– Правильно! Всякие глупые разговоры лучше оставить на потом. Ещё лучше – научиться себя контролировать и воспринимать юмор как юмор!

Я закатываю глаза и возвращаюсь к работе. Весь праздник сегодня полностью на мне.

Украшение дома, готовка, развлекательная программа – нужно сосредоточиться на этом, чтобы потом не испытывать стыд, если я где-то оступлюсь.

Сегодня важный день для нашей семьи – Тимурке исполняется три месяца. Отметить рождение сына мы смогли только сейчас из-за занятости мужа, отъезда его родителей в Абхазию и моего неважного самочувствия после родов.

Роды дались тяжело и случились стремительно. Врачи приняли решение провести кесарево сечение. Из-за особенностей моего организма и конституции тела я долго восстанавливалась, но сейчас уже всё хорошо.

Продолжаем украшать дом в предвкушении праздника. Лера помогает развесить гирлянды, а я выкладываю яркие подушки на диване.

Я пропускаю мимо ушей странные намеки Леры и думаю, что она, возможно, просто устала или встала не с той ноги. Может у неё женские дни. Что ж, бывает!

Но что-то всё равно меня беспокоит.

– Надеюсь, ты успела всё приготовить, – говорит Лера, и её голос звучит несколько насмешливо. – Ведь у твоего Карима такие традиции – всё должно быть идеально.

– Да, я готовила всё сама, по традициям его семьи. Карим очень бережлив, он считает, что если есть жена, то зачем нужна няня или повар.

– Конечно, Карим мужчина мечты, – продолжает Лера, – но я бы не стала так усердно готовиться для его родни и свекрови. Ведь они всегда найдут к чему придраться.

Стараюсь не обращать внимание на придирки сестры, чтобы не поссориться в столь значимый день. Мне важно, чтобы встреча с семьей Карима прошла гладко, и я хочу, чтобы они оценили мои усилия, чтобы приняли меня в свою семью как родную и искренне полюбили.

Наконец, мы закончили с декорациями и приступили к приготовлению угощений.

Я готовлю изысканные восточные блюда, которые тщательно передают традиции семьи Карима. Его родители всегда ценили, когда жена умеет хорошо готовить, и я надеюсь, мои усилия не пройдут зря.

Ближе к вечеру начинают собираться гости. Я нервничаю, опасаясь, что что-то может пойти не так. Но, когда Карим приходит домой с букетом пионов и улыбается, я забываю о всех сомнениях. Он выглядит великолепно, и я чувствую гордость за то, что он мой муж.

Но из угощений пока не всё готово, а я суечусь как пчёлка, бегая туда-сюда по дому. Я так устала, а ещё нужно успеть привести себя в порядок. Ноги и руки отваливаются, поясницу разрывает на части. С шести утра на ногах!

– Лера, принеси пожалуйста ещё приборы, не хватает! – кричу сестре, как вдруг слышу плач, который раздаётся из портативной видео няни, которую я всегда ношу с собой в кармане фартука.

Бросаю дела, лечу к своему ненаглядному чуду!

Заглянув в детскую, вижу Тимура в кроватке. Он активно машет ручками и ножками, вопит как пожарная сирена, потому что просит кушать.

– Здравствуй, мой зайчик! Мама здесь, мама рядом… Сейчас я тебя покормлю.

Бережно беру на руки Тима, стянув с себя передник. Удобно устраиваюсь на диване и прикладываю сына к груди.

Малыш хватает сосок, начинает жадно его посасывать.

– Ну и богатырь! Богатырский у тебя аппетит, Тимур! – смеюсь, нежно похлопывая кроху по спинке. – Я рада, что ты быстро набираешь в весе.

Глядя на любимого сыночка, отмечаю, у меня открывается второе дыхание. Больше не замечаю усталости, меня наполняет любовь.

– Весь в отца…

Услышав голос мужа, я сначала вздрогнула, а затем заулыбалась. Он подошёл ко мне сзади, наклонился над диваном, чтобы посмотреть на то, как я заботливо кормлю сына грудью.

– Какая же ты красивая, Алиса, особенно с моим сыном на руках. Готов любоваться часами этим сокровенным таинством.

– Карим… – нежно стону, – я люблю тебя!

Муж целует меня в макушку, а я вся трепещу от его присутствия. Его восточный шарм окутывает меня особым магнетизмом, я чувствую, как наши сердца бьются в унисон.

Все сомнения и тревоги остаются позади, и в этот момент я полностью осознаю, что Карим – моя судьба, а наш маленький Тимур – наше общее счастье.

Думая об этом, невольно поворачиваю голову и вижу тень, мелькнувшую в проходе двери.

Кто-то подсматривал за нами?

Наверно показалось…

* * *

– Только вот не понимаю, почему у моего сына не карие, а голубые глаза? – хмурится муж, с подозрением всматриваясь в личико Тима.

– Что значит не карие? – чуть не возмутилась. – У меня глаза голубые, он взял мой цвет глаз!

– Знаешь, Алиса, все мужчины нашего рода наследуют исключительно карий цвет глаз, – хмыкает Карим и отстраняется от меня, щепетильно разглаживая складки на своём дорогом пиджаке. – Ясноглазых ещё не было ни разу. И цвет кожи у Тимура какой-то бледный.

– На что это ты намекаешь? – напрягаюсь я, крепче обнимая младенца.

– Мама так сказала.

С этими словами он развернулся и ушёл, оставляя меня в недоумении.

Похоже и Карим сегодня встал не с той ноги.

Мама? Какое отношение мама имеет к цвету глаз Тимура?

И что значит "все мужчины нашего рода"?

Это всё звучит как какие-то странные суеверия и предрассудки.

Осторожно кладу Тимура в кроватку, чтобы обойти комнату и успокоиться. Мои эмоции колеблются от недоумения до разочарования и обиды. Я не могу понять, почему Карим вдруг начал обсуждать наследуемость и цвет глаз нашего сына.

Мой взгляд падает на стол, где лежит альбом с нашими свадебными фотографиями.

Данные снимки напоминают о том, как счастливы мы были вместе. Но сейчас внутри меня бушует буря разных противоречивых мыслей и эмоций.

Взяв его в руки, заглядываю внутрь, вспоминая, как началась наша семейная жизнь и случилось наше знакомство.

Мой муж, Карим Разманов, был знакомым моего отца. Приёмного отца… Ведь нас с Лерой удочерила семья известного политика. А после, отец познакомил меня с Каримом, когда будущий муж однажды пришёл к нам в гости.

У них с отцом был какой-то общий проект, поэтому они регулярно встречались и общались, пока однажды Карим не признался, что ему понравились обе его приёмные дочки.

Состоявшийся банкир. Мужчина серьёзный и опытный. Симпатичный. Чем не идеальный кандидат в мужья? Разумеется, отец захотел породнится со столь важным человеком и предложил попробовать отношения со старшей дочерью – Лерой.

Однако, идея увенчалась провалом. Лера сбежала из дома. Уехала с одним рэпером-любителем покорять большой мир, оставив лишь крошечную записку.

Отец был в ярости, но долго не гневался, ведь он был мягким человеком, тем более, если Леркин порыв длился недолго. Она вернулась спустя три месяца и призналась, что совершила ошибку.

На тот момент я уже начала проводить время с Рамазановым и с каждой новой встречей прониклась к нему симпатией всё сильней и сильней.

Честно говоря, Карим мне понравился с первого взгляда. Ну ещё бы! Восточные мужчины умеют удивлять, а их внешность и жгучие чёрные глаза пленят любого. Особенно молоденьких, наивных девушек.

Я всегда мечтала о приключениях и романтике, и встреча с Каримом была как раз тем, что я искала. Он произвел на меня сильное впечатление – красивый, умный, уверенный в себе. Его восточный шарм и манера ухаживания заставляли моё сердце биться быстрее.

Ухаживания Карима были поистине великолепными – он умел приятно удивлять, был внимательным и заботливым. Каждый раз, когда он подъезжал на своей дорогой и мощной машине, я чувствовала себя особенной.

Карим был не просто красивым мужчиной – он обладал какой-то таинственной привлекательностью, которая манила и завораживала.

Его опыт и уверенность создавали впечатление, что он может решить любую проблему и защитить от всех невзгод. Он был мужчиной с большой буквы, и я не могла в него не влюбиться.

Мои подруги также не могли устоять перед его обаянием и манерами. Каждый раз, когда они видели его, они верещали от восторга.

Ну, кому не нравятся восточные мужчины? Они действительно умеют ухаживать за женщинами, они знают, как сделать каждый момент особенным и незабываемым.

Моя влюбленность в Карима была страстной и горячей, и я радовалась каждой минуте, проведенной с ним. Мы были такими разными, но нас объединяли общие чувства.

Но, как и у многих мужчин с горячей восточной кровью, у Карима был сложный характер. Во время наших встреч, я этого не замечала. Карим всегда был со мной сдержанным и галантным. Я даже подумать не могла, что когда-нибудь мне придётся столкнуться с его вспыльчивостью.

Но это уже случилось после замужества, после рождения Тимура…

* * *

Я отложила альбом в сторону, потому что вспомнила о делах. Тимурка опять уснул, поэтому я накрыла его одеяльцем, чмокнула в носик и побежала вниз на кухню, чтобы завершить последние приготовления, решив не заморачиваться по поводу намёков мужа, потому что это, действительно, какой-то бред.

У них и без того странная семейка – мания чистоты и древних традиций. Так что я уже привыкла и просто не обращаю ни их бзики внимание. Не мне с ними судьбу делить! Благо, они живут в другой стране, а в Россию приезжают временами. Видимся мы нечасто.

Гости уже практически все собрались в гостиной, где был накрыт большой праздничный стол. Даже родители мужа приехали – Артур и Ирада. Мы обменялись любезностями и приветствиями, затем я побежала в свою комнату, чтобы привести себя в порядок и разбудить именинника.

Я аккуратно собрала волосы в высокий хвост, подкрутив локоны плойкой, выбрала платье строгого фасона – с закрытыми плечами, длиной чуть ниже колен.

На ноги туфли на небольшом, устойчивом каблуке надела – всё элегантно, без излишеств. Карим не любит девушек, которые злоупотребляют косметикой или откровенной одеждой.

Переодев Тимура в нарядный бодик с бабочкой и жилеткой, я, наконец, спустилась вниз. Карим всё это время находился с друзьями в беседке, в саду. Они курили и о чём-то своём, мужском говорили.

Прошмыгнул мимо кухни, случайно заметила свёкра и свекровь. Родители мужа о чём-то шептались между собой, рассматривая мою кухню. Затем Ирада подошла к холодильнику, заглянула в него, внимательно изучив каждую полку, а Артур, тем временем, приподнял палас, проверив, что там под ним.

Что происходит?

Я качала на руках Тимурку, который жевал собственный кулачок, из-за угла наблюдая за ними.

Ирада направилась к плите, заглянула теперь туда, издав расстроенный вздох.

– М-да, чем дальше, тем хуже, – шепнула она мужу, – говорила я Кариму, чтобы нашу девушку в жёны брал. А эта – лентяйка. Мало того, что худосочная, так ещё хозяйка никакая! Засранка! Я у неё пыль под плитой увидела, а холодильник на половину пуст, представляешь? С такими узкими бёдрами много детишек Кариму не нарожает!

– Я тоже говорил, но он как баран упёрся. Русскую девушку, говорит, хочу! Светлые волосы, глаза как небо…

– Уххх, ведьма! Чем-то приворожила нашего мальчика! Боюсь за него, счастья с ней никакого не будет!

– Наверно из-за ребёнка всё. Беременность была нежелательной, Карим, как порядочный мужчина сразу жениться побежал.

– Да-да! Я тоже на это внимание обратила.

Тимурка вдруг закряхтел, родители мужа обернулись и заулыбались, как ни в чём не бывало.

– А вот и наш именинник! – хлопнув в ладоши, Ирада поспешила к Тимуру. – Дай-ка мне его сюда!

Передаю сына бабушке, она рассматривает его, изображая восторг, а у меня почему-то в голове без остановки вертятся слова Карима о цвете глаз: “Мама сказала”.

– Ах какой праздник, как всё красиво и вкусно! Приятная атмосфера и гости довольны. На славу постаралась, Алиса, – щебечет свекровь. – Ну, идёмте в зал, что ли? Отмечать!

– Алиса, а где Карим? – поинтересовался у меня Артур.

– В беседке с друзьями общается.

– Позовёшь его?

– Да.

Оставляю родителей мужа с внуком, сама выхожу в сад.

* * *

Ладно, неважно, что они думают обо мне, такие люди! Главное, что я себя считаю идеальной хозяйкой и мамой. У меня в доме полный порядок, Карим никогда не жаловался. Лера права, они специально себя так ведут, высасывая из пальца то, чего нет, просто потому, что хотели бы видеть на моём месте другую девушку.

Которая бы родила им кареглазого, смуглокожего мальчика… В год по одному мальчишке рожала, как плодовитая кошка!

Отбросив негативные мысли, подхожу к беседке. Сразу улавливаю запах кальяна и слышу хриплые голоса мужчин. Компания из пяти человек сидит ко мне спиной на свежем воздухе, что-то бурно обсуждают.

– Да я с тремя сразу переспал, я тебе отвечаю! – один из рослых мужиков бьёт себя в грудь, словно орангутанг, который самоутверждается. – Телефон сел, в следующий раз фото покажу!

– Ренат, а тебе та красотка официанточка Света…

– Виолетта!

– Дала?

– Дала. По полной обслужила в туалете клуба – комплекс “всё включено”. Не зря целую неделю обхаживал и даже на золотую цепочку раскошелился.

Мужчины рассмеялись.

Кажется я не вовремя. Тут у них такие откровенные, мужские темы. Я бы даже сказала похвастушки самцов.

– Что это мы за тему начали, а?

– Да ладно, интересно же. Карим, а ты что скажешь? Молчишь как рыба. Вы уже больше года с Алиской вместе, как ты её это…

– Жахнул в первый раз!

Я застыла как вкопанная, будто ноги в землю вросли.

Карим не такой, он не будет обсуждать столь интимные подробности нашей жизни. Это слишком личное! Сейчас возьмёт и пошлёт дружков своих недоделанных.

– В машине. Наш первый раз случился в моей машине на заднем сиденье. Вывез Алиску на природу, угостил коктейлем, и… она стала моей.

– А потом через месяц появился Тимур? – подколол один из компании.

– Я так сильно её хотел, что забыл о защите. Эта девчонка меня полгода на прочность проверяла, поверить не могу, что я столько терпел…

Я развернулась, не дослушав до конца, и быстрым шагом направилась прочь, сгорая от стыда.

* * *

Поверить не могу, что он растрепал языком такое!

Пьян что ли? Много выпил наверно. Это плохо! День рождения сына, трёхмесячного младенца, а они совсем за собой не следят. Это же детский праздник!

Когда мероприятие закончится, я обязательно поговорю по этому поводу с Каримом. Он меня расстроил. Не узнаю мужа, вот правда.

Я вернулась в детскую, потому что забыла взять любимые погремушки Тимура. Присела на кровать ненадолго, чтобы перевести дух.

Вот и как я теперь перед ними появлюсь? Будут смотреть на меня и обсуждать.

Хотя, с другой стороны, разве мне не плевать на чужое мнение? Так и должно быть. Кругом много завистников, всем не угодишь, а надо жить для себя. И, если что, таким гадким людям на зло.

Успокоившись, поднялась на ноги, собираясь уже выйти, как вдруг услышала знакомые голоса снаружи дома, в саду.

– Ну что, ты сделал тест ДНК?

Выглядываю в окно, вижу свою сестру и своего мужа, шушукающихся за углом.

– Жду результаты…

– И это правильно! Как бы я не обожала свою сестру, но она поступила мерзко и непростительно! Тимур совершенно на тебя не похож! Моя сестра наставила тебе рога, чтобы удачно выскочить замуж, а сына наблядовала на стороне!

Вижу, как рука Леры медленно опускается к ягодицам моего мужа, меня будто окунают в кипяток.

– Я не верю, что Алиса могла так со мной поступить.

– Неужели? А как тебе это?

Сестра прижимается к Кариму, что-то ему в телефоне показывает.

Муж вдруг выхватывает у неё телефон и через секунду разбивает о стену.

– Боже, Карим! – задыхается она, – прошу держи себя в руках!

– Где Алиса? Где она!!! Я её убью…

В ту же секунду раздаётся звонок в дверь и оклик свекрови:

– Карим, милый, курьер пришёл! Говорит, принёс важный конверт из клиники…

В глазах потемнело, а окружающий мир словно опрокинулся вверх дном.

Глава 2

Моё сердце бьется так быстро, что, кажется, оно может выскочить из груди.

Я торопливо спускаюсь по лестнице, глядя на Карима, который уже опережает меня и направляется к курьеру.

Что за конверт? Что там может быть такого важного?

В холле замечаю Ираду, которая с любопытством следит за происходящим. Она спрашивает Карима, что в пакете, но он молчит, будто намеренно тянет время. Моя тревога только усиливается.

Курьер молча передает посылку Кариму, муж расписывается, едва отрывая глаз от конверта. Мои руки дрожат, и я не могу удержаться, чтобы не спросить:

– Карим, что там? Что в этом пакете?

Он поворачивает голову на меня, и я вижу в его глазах смешанные эмоции – холод, смятение, решимость.

Мне не нравится, как он сейчас на меня смотрит. Мне вдруг резко холодно становится от его ледяного, какого-то чужого взгляда, невидимыми иглами врезающегося под кожу.

– Результаты теста ДНК, – говорит он наконец мрачно. – Результаты, которые могут изменить всё.

– Какие ещё результаты? Какой тест?

– Мои. Мои, Алиса, – продолжает со льдом в тоне, – и Тимура. Я решил сделать тест ДНК. Потому что Тимур на меня не похож.

Он повторил мне практически всё тоже самое, о чём они говорили с сестрой в саду три минуты назад.

Я не верю… Почему он решил сделать анализ тайно? Что за недоверие?

Теперь моё сердце замирает, я начинаю задыхаться. Все мои страхи и сомнения выплескиваются на поверхность.

Что, если тест покажет, что Тимур не мой сын? Что, если это подтвердит мои худшие опасения?

Но ведь это не так. Я была верна мужу. Я ему не изменяла! Значит мне не о чем волноваться.

– Карим, глупости какие, – я попыталась улыбнуться, подойдя к супругу ближе, – может это розыгрыш?

Ааа, я поняла! Карим, засранец! Решил меня разыграть? Ну и ну! Сейчас он откроет конверт, а там, вместо результатов теста ДНК, билеты на Ибицу – романтическое путешествие на двоих.

Рамзанов медленно вскрывает конверт. Я чувствую, что не могу больше ждать. Мои ноги словно приклеились к полу, и я не могу двигаться. Время, кажется, замедлилось.

Муж вытаскивает документы и начинает читать результаты вслух. Я смотрю на его лицо, пытаясь разглядеть какие-либо изменения в его выражении, но оно словно высечено из камня.

– Генетический анализ подтверждает, что Тимур не является вашим сыном…

С яростью сминает в руках листы, бросает мне их в лицо.

– Стерва!

Гости, все до единого, смолкают, все до единого устремляя на нас взор. Дом окутывает леденящая тишина. Я только слышу, как у меня звенит в ушах, чувствую, как ладони покрываются холодным потом, а комната начинает хаотично вращаться.

– Карим, это… – сглатываю, так тяжело говорить, – ошибка.

Он смотрит мне в глаза, в его глазах тьма и пустота. Я не узнаю своего мужа. Передо мной совершенно другой человек. Такой чужой, такой озлобленный. Зверь, готовый разорвать меня на части.

Абсолютно никакая, наклоняюсь, поднимая с пола бумаги. Дрожащими пальцами их разглаживаю, сама лично пытаюсь прочитать, но в голове абсолютная мешанина.

Однако, я вижу печати клиники, подписи врачей, понимаю, что они настоящие.

Всё это, весь этот театр абсурда, происходит на глазах у посторонних людей.

Друзья и знакомые, столпившись вокруг нас, молча за нами наблюдали.

Какой же стыд… Боже, так неловко.

– Мне нечего больше сказать, Алиса. Собирай вещи и проваливай!

– Ты что? Ты что такое говоришь?!

Я пошатнулась. Документы выпали из моих рук. Я подошла к Кариму и попробовала его обнять, но он оттолкнул меня. Очень грубо.

– Веселье закончилось, пошла вон! Забирай своё нагулянное отродье и чтобы я больше тебя здесь не видел.

* * *

Никто. Никто за меня не заступился.

Практически все смотрели на меня с отвращением.

Я пробежалась взглядом по присутствующим и увидела примкнувшую справа к толпе Леру, а с другой стороны – угрюмые, даже злобные лица родителей Карима.

– Карим, – голос охрип от происходящего ужаса, – это какое-то недоразумение, ну правда.

Я ещё раз попыталась облагоразумить мужа, но в него словно вселился демон.

– Недоразумение, это… ты. – С абсолютным холодом выплюнул Рамзанов. – Я что неясно выразился?

– Прекрати! Всё что указано там, в конверте, это ложь! Кто-то решил жестоко надругаться над нами в наш праздник!

Мои пререкания только злили его. Сильно раздражали. Наверно, лучше бы я молча сделала то, что он сказал, но несправедливость душила. Я не могла смириться с тем, чего не совершала!

Я знала, что с Каримом никогда нельзя спорить – он жёсткий человек, не терпящий неповиновения. Когда заводится – страшен в гневе. Все его инстинкты обостряются и закипают вместе с его горячей кровью.

Но, честно сказать, я не думала, что он способен поднять руку на женщину.

Карим двинулся на меня как бык на красную тряпку и грубо схватил, сжав запястье с такой силой, будто хотел сломать мне руку.

По залу поползли осуждающие шепотки и охи. Гости продолжали толпиться вокруг меня как будто я была ведьмой, меня раскрыли и требовали самой жёсткой инквизиции.

– Это я заказал это тест, ясно? Я сам решил его сделать, сам взял образцы слюны и передал в лабораторию! Ошибки быть не может.

– Вот значит как, – подала голос свекровь, – что ж, сынок, а я говорила…

Ирада, которая держала на руках Тимура, брезгливо отстранила его от себя, словно от него дурно запахло, а затем и вовсе положила в коляску.

– Ну и сюрприз, ничего не скажешь! – добавил Артур. – Какой позор! Тебе должно быть стыдно, Алиса, перед всеми нами. Никакие извинения не загладят вину.

– Ты словно плюнула нам в лицо. Оплевала те руки, которые тебя приняли в нашу семью, словно родную дочь.

– Наше счастье, что правда выяснилась сейчас, а не спустя годы.

– Да вы что! Вы издеваетесь? Вы все сговорились? – я обвела глазами родных и друзей. – Лера! Лера скажи ему, что я не такая! Ты же меня знаешь с раннего детства, мы выросли вместе, я всегда была честной и порядочной!

Но Лера будто язык проглотила. Выдавила на лице кислую физиономию, словно только и жаждала моего падения.

Я в шоке…

Тем временем, я уже не чувствовала свою руку – она онемела, болезненно пульсировала в месте яростной хватки мужа. Я была уверена, там останется синяк. Карим был жилистым мужчиной, под два метра ростом, и обладателем внушительной физической силы.

– С кем ты трахалась за моей спиной пока я тебя обеспечивал и этого… подкидыша! – внезапно заорал муж.

– Карим, я прошу тебя, давай успокоимся, без грубых выражений, тут же дети!

Он рывком оттолкнул меня от себя, я едва удержалась на ногах, если бы не стена. Ударилась плечом о дверной косяк, глотая крик боли и отчаяния.

Рамзанов, посмотрев на меня как на какое-то грязное, низшее существо, и прорычал:

– Пусть тебе будет стыдно.

– Нет тебе прощения, гадина лицемерная! – добавила Ирада. – Просто уйди. Уходи, пока я не вызвала полицию! И благодари сына, что он ещё мягко с тобой обошёлся.

– Карим добрый человек и терпеливый, в этом его вина, – выдохнул Артур, – дал слабину, вот, что из этого получилось. Нежный цветочек Алиса – оказалась бессовестной лгуньей и аферисткой.

– А мы говорили…

Глава 3

Семья Рамазановых накинулась на меня со всех сторон.

Мир вокруг вращался бешено, голова просто взрывалась, а слёзы текли по щекам.

Они давили жёстко, я поняла, что не могу здесь больше оставаться, нужно бежать.

Нужно дать Кариму время остыть, потом поехать в клинику вместе. Но уже, после всего случившегося, после синяков на моём теле и прилюдного позора, сомневаюсь, что я смогу его простить, когда повторный тест ДНК подтвердит, что Тимур – его ребёнок, а всё, что происходит сейчас – чьи-то гнусные проделки.

Карим отвернулся от меня. Он повернулся ко мне спиной. Открыл графин с виски, плеснул в стакан и выпил.

– Карим, ты правда выгоняешь нас из дома с ребёнком? Но куда мы пойдём?

– Вали туда, где нагуляла!

– За что ты так со мной, за что…

– Отличный спектакль, но меня не тронули твои слёзы, стерва! А ты за что ТАК со мной?!

Бесполезно. Рамзанов словно в танке.

– Всё, хватит, меня колотит от тебя! Тошно и мерзко от осознания, что ты перед другим мужиком ноги раздвигала. Я должен был ещё тогда задуматься, когда узнал, что ты мне не девственницей досталась.

– Что?! Карим, как это она не девственницей была? – возмутилась Ирада.

Пауза… Опять все с укором уставились на меня, отложив в сторону закуски и угощения.

– И ты молчал? Но по нашим обычаям…

Раздался оглушающий грохот – Рамзанов ударил кулаком по столу, теряя терпение окончательно:

– Разговор окончен. У тебя десять минут, Алиса! Время пошло… Не справишься – пеняй на себя.

* * *

Разворачиваюсь. Мчусь вверх по лестнице, дрожащими пальцами вытирая слёзы, думая, что я очутилась в кошмаре.

Пытаюсь собраться с мыслями, но как же это сложно. Только ради Тимура продолжаю отчаянно хвататься за любую надежду, чтобы добиться справедливости.

Душа рвётся на части. Как Карим мог? Ну как он мог со мной так поступить, не разобравшись как следует? Как мог унизить перед гостями и родителями, обзывая меня стервой и другими грязными выражениями?

А ещё он на публику заявил, что я досталась ему не девственницей – да Карим просто мужчина года!

Но хуже всего, ему хватило мужества вышвырнуть меня на улицу в ночь с младенцем.

Распахиваю шкаф в гардеробной, пытаюсь сосредоточиться. С чего начать, за что хвататься, куда идти? В голове каша, страх, неопределённость.

Ладно, Карим остынет, с ним бывает – такой характер. Да, бывали срывы, но не настолько. Если мы ругались, то он через два часа бежал ко мне с подарками мириться.

Но Карим никогда не поднимал на меня руку…

Из-за адреналина, я не сразу замечаю, насколько сильно ноет моё плечо и кисть. В район запястья кожа красная и уже начинает синеть. До сих пор чувствую, как она пульсирует.

Я пытаюсь дышать и внушаю себе, что всё наладится. Муж остынет, бросится меня искать, повезёт в клинику и будет бесконечно долго извиняться.

Но вот я подумаю, стоит ли его прощать?

Однозначно выдвину условие – больше никакой родни в нашем доме. Я не желаю видеть Ираду, Артура, остальных его родственников.

Насчёт сестры… будет отдельный разговор.

Мне непонятно, почему она прижималась к мужу и что-то нашёптывала ему втихаря, поглаживая его бёдра. Лера не заступилась за меня, хотя весь день твердила, как она не переваривает родню Карима!

Как в прострации начинаю доставать вещи – джинсы, футболка, кофточка с длинным рукавом, нижнее бельё, носки. В темпе хватаю с другой полки костюмчики для Тимура и памперсы – всё это складываю в чемодан, не забывая захватить одежду потеплее, гигиенические принадлежности, какие-то игрушки.

Сжимая ручку чемодана, выхожу из комнаты, и врезаюсь в мускулистую грудь мужа. Когда поднимаю голову, меня будто молнией пронзает – его яростный взгляд, пропитанный ненавистью и безразличием.

В руке Рамазанов уже держит люльку с Тимуром – малыш посасывает соску и своими большими, голубыми глазами смотрит на нас.

Муж выхватывает у меня чемодан. Не проронив ни слова, разворачивается, спускается вниз по лестнице, сворачивая влево, двигаясь к чёрному входу.

В ушах гудит, я до последнего отказываюсь верить в происходящее, но ситуация не меняется. Карим сошёл с ума! Он открывает дверь и выносит чемодан на улицу. Затем хладнокровно, без малейшей капли жалости, впихивает мне в руки люльку.

– Карим, ты совершаешь ошибку, – напоследок, безжизненным голосом шепчу, наблюдая за тем, как его грозное лицо расплывается перед глазами.

– Убирайся.

Звучит как пощёчина, а он пальцем указывает на ворота.

Тихо всхлипываю, глядя на притихшего сыночка. Внутри все дрожит. Мои руки дрожат, прижимая к себе переноску. На улице сгущаются сумерки. Холодает. Что делать? Куда нам идти?

Карим толкает меня в спину, я иду. Иду на автомате, ноги сами шагают по земле, но заплетаются.

– С праздником, дорогая! С рождением сына!

Выкрикнув в спину напоследок, он со всей яростью захлопнул дверь.

* * *

Выйдя за периметр дома, я оказалась на улице совсем одна.

С грудным ребёнком на руках. Без малейших представлений, что мне делать дальше.

От предательства любимого человека я не знаю, куда себя деть!

Страшно. Больно. Жутко… Внутренний мир рушится вдребезги.

Всё вокруг меня казалось размытым, словно я пребывала в кошмаре.

Мой муж, человек, которому я доверяла всё, в которого вложила свои мечты и надежды, выкинул меня как ненужную вещь. Он лишил меня дома, семьи и будущего. Моя беззащитность и безвинность казались бесполезными перед его холодным и жестоким решением.

Я смотрела на дверь, которую он закрыл за мной с такой силой, будто закрыл своё сердце. В тот момент я почувствовала, что уже не вернуться, уже ничего не изменить. Я осталась с маленьким сыном на руках в холоде и темноте.

Я чувствовала, что мир рухнул у меня под ногами, что всё, во что я верила, оказалось ложью. Человек, которого я любила, который обещал быть рядом всегда, бросил меня на произвол судьбы.

Мысль о том, что Тимур – не его сын, добавляла огня к этому пожару эмоций. Он считал, что я его предала, и такой обвиняющий взгляд от мужа был для меня невыносим.

Но моя большая ответственность – это сын на моих руках. Я посмотрела на него, и сердце моё сжалось ещё сильнее. Он был такой маленький и беззащитный, и я не могла позволить себе сломаться.

Я вдохнула глубоко, подняла голову и решила двигаться вперёд. Я не знала, куда идти, но я была решительна выжить, не только для себя, но и для него. Мне нужно было найти крышу над головой и попробовать начать новую жизнь.

С каждым шагом, моя внутренняя боль становилась все тяжелее, но я шла дальше. Я смотрела на мир снова, но теперь уже не глазами наивной девушки, а глазами женщины, которая прошла через трудности и познала предательство. Внутри меня осталась глубокая рана, которая, возможно, никогда не заживет, но я надеялась, что время поможет мне залечить хотя бы немного эту боль.

Я не знала, что меня ждет впереди, но я была решительна и сильна. Я была мамой, и это дало мне силы идти дальше, пока не найду свой путь в этом новом, непредсказуемом мире. Я хотела дать сыну лучшую жизнь, а для этого мне нужно было найти в себе силы пережить этот ад и вернуться к жизни, даже если это означало начать с чистого листа.

Дойдя до лавочки, я поставила на неё люльку, присела, вытащив из кармана телефон. Открыла телефонную книгу и начала писать знакомым с просьбой о помощи.

Первое, что мне нужно было сделать, найти, где пережить эту ночь…

* * *

Кому-то я писала сообщения, кому-то пробовала звонить, но трубку не брали. От этих мыслей морально становилось только хуже!

Раздалось детское кряхтение. Я наклонилась к сыну и покачала люльку:

– Шшшш, Тимочка, всё хорошо, всё хорошо…

Шептала это крохе, а по щекам слёзы. Больше себя успокаивала, чем его.

Малыш похныкал немного, после уснул.

Телефон завибрировал в руке, я встрепенулась с надеждой, глянув на экран. Пришли несколько ответов от подруг. Сначала читаю сообщение от Кристины:

“Алиса, это трындец! Сожалею, но мы с семьёй уехали на отдых, только через две недели вернёмся”.

Вздыхаю, открываю следующее, от Наташи:

“Ко мне нельзя, у меня дети ветрянкой болеют. Спроси у кого-нибудь ещё”.

Наконец, открываю сообщение от третьей подруги – Саиды. Вот от её ответа кровь в жилах стынет. Она единственная, кто отвечает прямолинейно:

“Не могу ничем помочь! Карим запретил… Сказал, если кто-то из наших тебе поможет – официально станет его врагом. Мне это не нужно. У моей семьи счёта в его банке”.

Я чуть не роняю телефон из рук, а моё состояние только ухудшается. Неужели мне придётся ночевать на улице? Но уже так холодно становится… Ежусь, обхватывая плечи руками. Какой же ты, Карим, урод!

Только один вариант на ум приходит – поискать какой-нибудь недорогой номер в гостинице.

Захожу в интернет, нахожу несколько вариантов. Связываюсь с администратором и мне дают добро в гостевом доме, ехать до него минут двадцать, примерно.

Вызываю такси, более-менее успокаиваюсь.

Ничего, Алиса, ничего! Не падай духом! Когда правда выяснится, Карим ещё пожалеет и локти будет кусать, но я его ближе на километр к себе и к ребёнку не подпущу.

Пока ожидаю машину, вдруг слышу опять телефон в руке вибрирует.

Приходит сообщение. От Карима…

Мороз бежит по коже. Задержав дыхание, я открываю его, и… лечу в бездну.

Это видео. Видеосообщение. Наверно то, что ему показала сестра, после чего он разбил её телефон об стену.

На видео два человека – мужчина и женщина. Они сидят в машине, а съёмка, похоже, ведётся с видеорегистратора. Качество записи не очень хорошее, в салоне темно, но меня парализует, когда я вижу лицо девушки.

Это я. Вылитая я. Моя копия!

Как такое вообще возможно? Монтаж?

Девушка садится в машину к этому мужику – я впервые его вижу, между ними завязывается короткий диалог, больше похожий на флирт, потом он… кивает, расстегивает ширинку на штанах и хватает “меня” за волосы.

– Нетушки! Оплата вперёд!

– Наглая сучка, – ехидничает мужик, но выдаёт купюры незамедлительно.

Девушка счастливо улыбается, жадно выхватывает деньги и засовывает к себе в лифчик. Одета она, кстати, как панельная шлюха – грудь почти напоказ и косметики не пожалела – максимально ярко и пошло разукрасила лицо.

Он хватает её за затылок и бесцеремонно окунает к своему паху.

Голова девушки начинает энергично двигаться у него между ног, салон наполняют чавкающие звуки и видео обрывается…

Глава 4

Карим

– Вечеринка окончена, все свободны!

Подхватываю бутылку со стола, разворачиваюсь и быстрым шагом направляюсь в свой кабинет.

Я в ахере.

Просто не знаю куда себя деть и как смириться со всем происходящим.

Эта девчонка… Грязная потаскуха, обвела меня вокруг пальца только так, наставив рогов как самому настоящему барану!

Друзья и близкие насмехаются надо мной. Я – посмешище!

Разумеется, насмехаются втихаря, по углам, ибо никто не рискнул бы это сделать при мне – знают каким я зверем бываю.

Курьер подгадал, принёс конверт именно в этот день, именно в этот время. Но так даже и лучше, наверно. Пусть лживая предательница сгорит от стыда! Я не чувствую к ней ни капли жалости и пусть только кто-то попробует руку помощи протянуть – пожалеет.

Пусть валит к тому, от кого нагуляла!

Алиса заслужила только такого обращения. Чёрт, как меня штырит, как ломает! Выпусти сейчас на ринг – вы увидите адскую машину смерти.

За мной следом семенит мой друг – Ренат.

– Карим, послушай, – заикается он, боясь подходить ко мне ближе, чем на пять метров. – Может это… поговорить хочешь?

– Нет, – грубо отрезал.

– Ты уверен, точно уверен, что поступил правильно? На улице похолодало, темно уже, она одна шарахается, ребёнок совсем маленький…

– Абсолютно! Шарахается? Ей не привыкать! А ты что? Неужели собрался пожалеть эту шлюху?

– Карим, – в шоке рот приоткрыл, – ну просто по-человечески…

– Я сейчас тебя вышвырну и официально внесу в чёрный список! Решил поиздеваться надо мной? Неужели ты не понимаешь, что Алиса меня использовала и держала за дурака? Все должны видеть, что бывает с теми, кто предаёт. И это я ещё мягко с ней обошёлся.

– Ах, ясно, это была показательная “казнь”…

– Раз уж ты здесь, – к нему лицом поворачиваюсь, – передай всем, если кто надумает помочь лгунье – накажу.

Ренат побледнел, в его глазах я увидел тень страха.

Когда я в таком состоянии, от меня и правда лучше держаться подальше. Малейший раздражитель, без раздумий могу втащить. Несколько недель на больничной койке обеспечены.

– Кстати, спасибо, что напомнил. Надо ещё карты заблокировать. Пусть теперь настоящий папаша её подкидыша обеспечивает!

Какой-нибудь урод, которому она сосала за деньги.

Ренат покачал головой, я хлопнул дверью перед его лицом, когда перед моими глазами ещё и кадры с того блядского видео промелькнули.

Не понимаю, чего ей не хватало?

Внимания? Денег? Острых ощущений?

Или она просто по натуре своей блядина, а строила из себя робкую целомудренницу, чтобы удачно выскочить замуж.

Муж для статуса, а любовники для развлечений и как подработка.

Трындец, я просто схожу с ума…

За голову хватаюсь и, кажется, понимаю главную истину.

Алиса не любила меня…

Я ей нужен был как солидный муж. Чтобы перед подружками похвастаться. А может её папаша так приказал – замуж выйдешь, потому что так надо.

С папашей, к слову, я ещё разберусь! Кто-то должен ответить, что я, вместо чистой, послушной жены, получит первоклассную блядь!

Выходит, всё это была игра?

Какой же я идиот. Повёлся на смазливую мордашку, а мать была права! Лучше бы нашу девушку выбрал. Она бы и наследников мне кареглазых нарожала и налево бы не ходила, таков менталитет.

Но я же повёлся на эти снежные локоны, этот невинный голубоглазый взгляд и белую кожу…

Меня очаровывали девушки с такими внешними данными. Это как какой-то эксклюзив! Моя слабость.

Зря повёлся. Зря рискнул.

Таких только можно трахать и всё. На большее не годятся.

Открыл бутылку, прямо с горла хлебнул пару раз, упав в кресло.

Ещё и ребёнка подкинула…

Я убью её. Убью, честное слово, попадись только ещё раз на глаза!

Как сдержался – не знаю.

Это стоило мне колоссальных сил…

Свидетелей было слишком много, наверно только это меня сдерживало, ну и остаток каких-никаких чувств.

Главное, в результатах теста я уверен, поскольку я сам весь процесс организовал. Надоумили меня на это родители, и пару раз сестра Алисы шепнула в шутку, что сын на меня не похож.

Это ещё в роддоме случилось, когда забирать Алису приехал. На руки сына взял, он вдруг глаза открыл, а у меня внутри всё сжалось.

Бледненький такой, глаза – словно чужие, не мои. И вообще я к нему ничего не почувствовал. Никакого отцовского инстинкта не было! Я лишь сделал вид, что всё хорошо, ссылаясь на усталость после работы. Потому что, бл**ть, верил Алисе! Любил её.

Думал, ну мало ли, дитю неделя от роду, ещё поменяется. Но три месяца пролетело, и я всё больше и больше отчуждённость начал к нему испытывать. Ни хрена он не менялся!

Потом тест заказал, на всякий случай, перестраховаться.

Тогда даже и представить не мог, какой меня писец ожидает…

* * *

Горький вкус спиртного разливается по языку, но это ничего не меняет. Внутри меня бушует торнадо чувств, и я не знаю, что делать, как поступить, как смириться с тем, что тебя предал самый близкий человек.

Её лицо всплывает перед глазами, я вижу её улыбку, слышу её голос, и это все кажется таким ложным, таким обманчивым.

Как я мог быть так слеп, чтобы не видеть её истинного лица? Как я не смог заметить, что она меня использует?

Сколько раз Алиса говорила мне о своей любви, обещала быть со мной во всем, а все это время играла со мной, водила меня за нос. Моя глупость кажется безграничной, и я не знаю, как мне с этим смириться, хотя я не привык чувствовать себя идиотом.

Это недопустимо для меня! Я завоевать по жизни, победитель и достигатор. На работе строжайшая дисциплина, подчинённые боятся меня, уважают. У меня слишком высокая планка, а тут из меня сделали дурака – это удар ниже пояса. В первую очередь, по моей самооценке. Потом ещё и сплетни пойдут, пусть те, кто их распускает, пеняют на себя. Сами выписали себе приговор, если это будет так!

Мне стыдно перед всеми, кто видел нашу идиллию, верил в нашу любовь. Теперь мне кажется, что всё это была всего лишь пустая оболочка, а внутри – жадность, желание идти на все ради своей выгоды.

Каждый раз, когда я вспоминаю слова лицемерной дряни, её обещания, чувствую, что меня пронзает уязвимость и боль. Я не хочу позволять ей унижать меня, не хочу испытывать слабость, но я не знаю, как противостоять этим чувствам.

Наверно единственный выход, просто вышвырнуть её вон.

Не видеть, не слышать.

Начать трахать других баб в отместку, чтобы быстрее забыть!

Неужели? Теперь я, получается, свободный человек. Что хочу, то и буду делать.

Завтра подам документы на развод. Мои адвокаты быстро с ней разберутся.

Я рву на себе волосы на голове, хватаю всё, что попадается под руку, чтобы хоть как-то выплеснуть свою злость. Но она не уходит, она остаётся внутри меня, медленно разъедая мою душу.

Курьер принес этот конверт, и я не мог не распознать его значения.

Тест ДНК. Подтверждение моих страхов, но в то же время это приговор моей семье. Моей семье, которую я так хотел иметь, но которую она разрушила своей жадностью.

И сейчас я не чувствую к ней ни капли жалости. Вся её ложь и предательство лишь усиливают мою решимость не иметь ничего общего с этим человеком, который спрятал за своей маской доброты и любви настоящее лицо змеи.

Я должен принять это, должен пережить и пойти дальше.

Хлебнул ещё коньяку, и ещё…

Начал погружаться в пьяное состояние, пытаясь выпивкой заглушить свою боль и разочарование. Вдруг шаги послышались, кто-то осторожно постучал в дверь и вошёл.

– Проваливай!

Зарычал, даже не оборачиваясь на вошедшего, мне было так хреново, что я не хотел никого видеть и слышать. Не нужно меня сейчас жалеть, сам виноват. Смотреть надо было внимательнее на ком женишься.

Кто осмелился войти? Кто такой бесстрашный?

– Карим… Можно?

Услышал тонкий женский голосок, ярость придержал.

Это была Лера.

Цокая каблучками, она подошла ко мне со спины и мягко коснулась плеча.

– Ну как ты? Хотя… не говори ничего, всё прекрасно понимаю.

– Гости ушли?

– Да, разошлись. Остались только твои родители и я. Они собираются остаться с ночёвкой. Переживают за тебя. Очень…

Хмыкаю.

– И я тоже, – мягко шелестит где-то рядом с ухом, – тоже за тебя переживаю. Можно и я останусь здесь на ночь? Мне ехать на другой конец города, что-то я устала очень, перепила. Ну и денёк!

– И что, ты не бросишься вслед за Алисой? Она же твоя сестра.

– Я в ней разочаровалась, – выдыхает с грустью, – с любимыми так не поступают. Я вообще не понимаю, как она могла предать такого… такого безупречного мужчину! Она дура, или как?

Внезапно я почувствовал, как на мои плечи легли её утончённые, ухоженные пальчики с ярко-красным маникюром.

Напрягся.

– Ой, Карим, как же ты напряжён…

* * *

– Ты что делаешь?

– Просто помну тебе плечи, помогу расслабиться. Я не говорила, что окончила курсы массажа? Так что я специалист и это моя работа, – весело добавила.

Её руки и правда были умелыми. Они уверенно заскользили по моим мускулам, старательно и тщательно разминая. Стало приятно.

– Вау! Какие у тебя сильные руки… Какие мускулы… – подбадривала она меня. – Сейчас тебе станет легче, вот увидишь. Я не поддерживаю свою сестру, я встала на твою сторону. Конечно то, что она сотворила – ужасно. Я её осуждаю и не собираюсь помогать, не хочу стать твоим врагом!

– Вот значит как?

Лера продолжила старательно работать руками, кровь в теле закипела от её прикосновений, особенно, когда она прижалась грудью к моей спине.

Сейчас Лера была без пиджака, в отражении стеклянной двери шкафа, я вдруг обнаружил, что её платье оказалось достаточно откровенным – с глубоким вырезом в районе декольте, тёмно-бордового цвета на тонких лямках, ниспадающее до самого пола шёлковым водопадом.

Я запрещал Алисе носить такие шмотки! Но сейчас мне почему-то хотелось смотреть на Леру без остановки. Когда она двигалась, её грудь аппетитно покачивалась и это вызывало внутри меня жар.

А грудь у неё было большая! Я раньше как-то не замечал. Наверно потому, что впервые увидел в столь откровенном наряде.

Сейчас, на эмоциях, я сильно перевозбудился и мне нужно было скинуть напряжение. Это мог бы быть быстрый бег, битьё груши, отжимания.

Или… бешеный секс.

Она прошлась вдоль лопаток, нажала на какую-то точку, я хрипло выдохнул, прикрыв глаза.

– Да… Хорошо… Очень хорошо… Продолжай…

Отставил стакан в сторону, ноги широко раскрыл – сознание унесло куда-то на край земли. Я обмякал в кресле, постепенно забывая о проблемах. Лера была права – я кайфанул от её массажа. Не думал, что мне это поможет и успокоит, видимо в ней что-то есть.

– Не знал, что ты так классно делаешь.

– А я ещё много чего умею! Хочешь покажу ещё одну классную технику?

– Давай.

– Только закрой глаза.

Закрываю.

Слышу возню какую-то, шорох, затем ощущение тяжести на бёдрах.

Распахиваю глаза, Лера уже сидит на мне сверху, оседлав мои бёдра, а её грудь теперь покачивается прямо перед моими глазами.

Смотрю на лямку, она вдруг рвётся и падает вниз, оголяя её тело до пупка…

Чувствую, как мои зрачки расширяются, на Лере нет лифчика.

Передо мной большая, сочная грудь с твёрдыми сосками.

Незамедлительно срабатывает инстинкт…

– Ой, прости! Боже мой, как неловко!

Собирается прикрыться, но я её запястья перехватываю, развожу руки в стороны, продолжая рассматривать её формы.

– Оставь. Да пусть будет так.

Лера муркнула, даже раскраснелась и продолжила.

– Итак, на чём мы остановились?

– Массаж, – хрипло выдохнул я, ощущая как между ног у меня давит адское напряжение.

– Ах да, массаж!

Пальчики Леры заскользили по моему пиджаку, легли на пуговицы и начали их расстёгивать.

– Ты не против что я всё это делаю?

– Нет. Это меня успокаивает…

– Я рада. Мне приятно.

– А мне-то как!

Лера распахнула на мне рубашку, её ладони легли на мою грудную клетку и плавно заскользили вверх, прощупывая пальцами мышцы и зарываясь небольшую поросль тёмных волос.

– Ого, вот это формы! Такие твёрдые мускулы у тебя, качаешься?

– Да, бывает.

– Значит, от природы такое роскошное тело?

– Что мать-природа дала, что сам вылепил в спортзале.

– Я в восторге!

Девушка начала исполнять страстные движения, скользя по мне то вперёд то назад, сексуально выгибая спину, словно игривая кошечка.

Её пышная грудь продолжала прыгать перед моими глазами, и я быстро возбудился.

Сам не ожидал.

Но мужское достоинство в штанах, полное энергии и жажды, тому доказательство.

Давно нормального секса не было. Алиса после кесарева, я терплю, мучаюсь. Мастурбирую в туалете, потому что врач ввел запрет на время. Не грех в таком состоянии и в положении не сорваться.

Поэтому я не удержался… Не удержался и всё!

Задрав её платье, шлёпнул по заднице и впился в губы поцелуем.

– К чёрту массаж, хочу большего!

– Какой же ты горячий и властный, Карим! Твоя грубость меня заводит.

Лера ответила на мой поцелуй, глубоко погрузив в меня язык.

Алиса мне изменила, ребёнок не мой!

Никогда ей этого не прощу!

Поэтому смело могу трахнуть её сестру в отместку…

Валерия пристраивается между моими бёдрами, в её глазах пляшет дикая страсть!

Покручивая попкой, словно танцуя, её пальчики теперь шаловливо бегут к ширинке моих брюк. Я не дышу! В голове дурман, а в штанах уже осиновый кол.

Лера расстёгивает ширинку и лезет пальцами мне в трусы.

Вцепившись руками в подлокотники кресла, за ней наблюдаю.

Её действия заводят меня с пол-оборота! Не знал, что она такая смелая и опытная. Наверно во всём виноват мой голод и трындец который сегодня произошел.

На эмоциях я срываюсь и получаю удовольствие.

Получаю долгожданную разрядку в объятиях сестры моей жены…

Глава 5

Алиса

Какая грязь! Какое отвратительно представление!

Меня затошнило, я практически вырвала, когда увидела, как девушка, как две капли воды похожая на меня, делает минет какому-то проходимцу в машине.

“Карим, ты просто идиот!!! – яростно начала набирать сообщение мужу. – Это видео монтаж! На лицо наложили фильтр! Неужели ты не додумался это проверить? Отослать видео специалистам!!!”

Лицо мокрое от слёз, но меня трясёт от злости.

Почему? Вот почему он верит всем, но не мне? Неужели правда нельзя было перепроверить?

Карим привык рубить с горяча – в этом его проблема. Скоро побежит выклянчивать извинения. Может мне стоит успокоиться? Так обычно бывало.

Но в это раз я его не собираюсь прощать.

Пусть мучается, бегает, страдает, добивается и унижается, пусть почувствует то, что сейчас чувствую я.

Настрочив ему целую оду разгневанных мыслей, я нажимаю на кнопку “отправить”, но… ничего не происходит.

Мигает оповещение – абонент добавил вас в чёрный список.

Злая, я чуть не бросаю телефон об асфальт. Хочется рыдать без остановки – какой же козёл!

Но это ещё было только начало…

Я даже представить себе не могла за кого вышла замуж.

Мою ярость прерывает шорох шин – к обочине подъехало такси. Взяв свои вещи, я подошла к нему, забралась внутрь. И вовремя. На улице начал накрапывать дождь.

– Куда едем, красавица? – бойко поинтересовался таксист.

Я назвала адрес отеля. И, когда мы проехали мимо дома Рамазанова, я взглянула на него в последний раз, словно попрощалась навсегда.

В дороге я не могу успокоить бурю в своих мыслях. Вспоминаю о сестре.

Откуда у неё это видео? Это она сделала? Вот ведьма!

Набираю яростное сообщение сестре. Ненавижу её. Просто ненавижу сейчас! Ответ приходит через пять минут.

“Не ори на меня! Не впутывай в ваш конфликт! Я это видео нашла в интернете!”

“Ты отвернулась от меня. Сделала вид, что не знаешь!”

“У меня был шок. Не смогла и слова выдавить. Лучше скажи, зачем ты так с ним поступила?!

“Лера, я ничего не замышляла против Карима! Меня кто-то подставил! Это ты??!”

“ ЭТО НЕ Я! Раз тебя подставили, то тебе нечего бояться. Попробую поговорить с Каримом, уговорю его сделать тест повторно…”.

“Спасибо!!! Пожалуйста, сделай это! И это видео… его тоже надо проверить на оригинальность”.

“Уж не знаю, может кто-то из родни Карима или твоих подруг распространил это видео? Мотив – зависть. Оно мне случайно вылезло в паблике. В каком, уже не помню”.

“Злодей может быть кто угодно… Может даже Ирада с Артуром”.

“Подозреваемые номер один”.

Лера вдруг отключилась и перестала отвечать на мои сообщения.

Я начала просить её, но не с той целью, чтобы восстановить отношения, я хотела публичных извинений от Карима, чтобы друзья и родственники не считали меня проституткой. Я хотела отмыть свою чистую душу от той грязи, в которую окунул меня муж.

* * *

– Девушка, приехали! – уже дважды окликнул меня таксист, я оторвалась от телефона и полезла за кошельком.

Заглянув туда, поняла, что у меня совсем немного налички. Карим не баловал меня деньгами, считая, что бережливость – это хороший тон человека и что не стоит тратить много денег на разную ерунду. Поэтому я всегда совершала покупки по необходимости.

Карим не любил давать наличку, требовал, чтобы я пользовалась картами. От налички остаётся сдача и она потом “теряется” в карманах. К тому же на картах скапливаются бонусы.

Поблагодарив таксиста, я вышла из машины и подошла к отелю, взглянув на него. Серое, мрачное здание… с выцветшей штукатуркой. На фото выглядело лучше. Это всё же лучше, чем ничего. Там я хотя бы смогу принять душ, покормить сыночка и забраться под тёплое одеяло, заказав горячий чай.

Подумав об этом, я не стала больше медлить, двинулась к ресепшену.

– Добрый вечер! – с натянутой улыбкой окликнула меня администратор. – Ваш номер тридцать три, третий этаж. Лифт не работает, швейцаров у нас нет.

– Понятно, – расстроено выдала я, держа в одной руке переноску, в другой чемодан.

– И да, – продолжила она, подпиливая ногти пилочкой прямо при мне на рабочем месте, – у вас наличка?

– Я бы хотела по карте.

– Тогда завтра утром расплатитесь, терминал тоже не работает.

– Ладно…

Девушка лениво плюхнула на стол ключи и продолжила заниматься своими делами. Когда я отошла, она громко заболтала со своей подругой по телефону.

Я с трудом дотащила вещи на этаж, стараясь не обращать внимание на облупленные стены в некоторых местах, ржавчину и паутину под потолком. Я так устала, что готова была в любую секунду рухнуть и отключиться…

Открыв дверь, вошла в номер, осмотревшись. Здесь было чисто, немного прохладно. Мебель не новая, но запахов неприятных не было. Я решила, что номер нам подойдёт. Морально настроилась на худшее.

Сил на душ не хватило, поэтому я, раздевшись, сразу легла в кровать, прижав к себе сына. Тимур ненадолго открыл глазки, я его покормила, рассказала сказку, а потом не помню, как мы уснули.

Утром разбудил звонок стационарного телефона. Точнее, уже было не совсем утро – десять часов, но мы долго валялись, набираясь сил после вчерашних ужасов.

– Доброе утро! – услышала голос администратора. – Можете спуститься на ресепшн? Я вам по поводу оплаты звоню. Терминал заработал, подходите.

– А, да, хорошо. Иду.

Взяв Тимурку и карту, я вышла из номера, спустившись на первый этаж. Подойдя к девушке, ещё раз поздоровалась. Она протянула мне терминал, нетерпеливо застучав ногтями по столу.

Приложив карту, ввела пин код. Девушка долго смотрела на экран, хмуря свои идеальные брови, после заявила:

– Оплата не прошла.

– Странно, давайте ещё раз.

Попробовала, и тоже самое.

– Тут указано, что карта заблокирована.

– Что? Заблокирована? Нет…

– Я не шучу, вот смотрите.

Мир закружился перед глазами, я горько всхлипнула, стараясь не подать виду при постороннем человеке, как мне сейчас плохо.

Что ж, этого и стоило ожидать.

Карим заблокировал мою карту. Наверно мечтает, чтобы я, вместе с маленьким ребенком, умерла с голоду или замёрзла на улице.

* * *

Я ощущала себя каким-то изгоем, перед которым закрылись сразу все двери. Мне было стыдно, горько и обидно, что меня просто выкинули за порог, особенно, когда после тяжёлых родов прошло три месяца.

Я словно опять стала сиротой, брошенной на произвол судьбы…

Но я стараюсь быть сильной, ведь у меня нет другого выхода.

– Простите, тогда я за наличкой схожу.

Возвращаюсь в номер, к сумке подхожу, а там… моя сумка открыта, там нет ничего!!! Кошелёк пуст.

В ужасе, я бегу обратно вниз к администратору и поднимаю панику:

– Меня обокрали! Кошелёк пуст, все мои деньги, все до копейки исчезли!

Я была выжата, так потрепана за эти сутки, что, наверно забыла взять с собой кошелёк и дверь на ключ запереть. Просто это было три минуты, ну что могло случиться за три минуты?

– Да-да, конечно! – захмыкала девица, сортируя прямо за стойкой полотенца по размерам. – Вот так сразу взяли и обворовали!

– Но я вам клянусь, давайте камеры посмотрим!

– На вашем этаже камера вчера…

– Дайте угадаю – сломалась!

Вопросительно смотрит на меня и пожимает плечами.

– У нас, кстати, висит предупреждение, – кивает в сторону листка формата А4, что висит над стойкой. – Администрация не несёт ответственность за ценные вещи!

– И что мне теперь делать?

– Вон, подсобка, – ткнула пальцем на какую-то дверь, – там ведро и тряпки.

– Что…

– Вымоешь везде полы, пыль протрёшь и можешь до завтрашнего утра остаться тут бесплатно!

– Везде, это где именно?

– На этажах и в номерах, из которых сегодня съехали.

– Это, получается, до вечера работы, минимум?

– Не поняла, ты что-то имеешь против? Или полицию вызвать? – потянулась за телефоном.

– Не надо полицию.

И так проблем хватает.

– Тебе на халяву пожить разрешили, а ты ещё и свои условия смеешь диктовать! Какая безкультурщина!

– Хорошо, простите, я всё сделаю.

Пытаясь сгладить конфликт, молча направляюсь к подсобке.

Я сделала из простыни слинг, положила туда Тимура, а сама принялась за дело. Мне хотя бы повезло, что Тим у меня не капризный ребенок, большую часть времени спит и не болеет.

Управилась к вечеру, как и думала… Конечно, я делала паузы, отдыхала, но меня постоянно волновал вопрос, а что будет завтра?

Ночь переживу, а завтра?

Без копейки, без крыши над головой? Что с нами будет?

Администратор оказалась не совсем стервой. Она угощала меня чаем с печеньем, даже свой сэндвич отдала и несколько шоколадных батончиков.

Закончив с уборкой, я вернулась к себе и приняла душ. Затем легла на кровать, включив телевизор. Кормила Тимура, покачивая его, отвлекалась на передачи, но всё равно очень хотелось плакать.

Неожиданно завибрировал телефон. Я бросилась к нему, думая, что это может быть что-то важное, а это был неизвестный номер.

– Алло, – с осторожностью ответила я.

– Алиса? – прозвучал голос с нерусским акцентом, наполненный хриплыми нотками. – Это Арслан. Узнала?

Арслан…

Кажется да, припоминаю. Один из друзей Карима. Он мне запомнился тем, что мы отгуляли на его пышной свадьбе, на которую он пригласил двести человек, а выкуп невесты устроил с настоящей стрельбой и погоней на джипах.

Вчера он тоже был среди гостей, но уехал раньше, ещё до начала всего треша.

– Ну как ты, малышка? Держишься? Честно говоря, Карим сукин сын! Как он мог с тобой поступить – не понимаю его. Он не знает, что я тебе звоню и собираюсь помочь.

– Правда, вы? – в груди затрепетала надежда. – Вы сможете мне помочь?

– Ну конечно смогу! Приедешь ко мне в заведение? По-дружески, готов предложить тебе жильё и работу. Я как раз ищу человека на эту должность! Вакансия пустует. Но это, разумеется, останется между нами. Карим не узнает.

– Да, я буду! Прямо сейчас могу приехать!

– Отлично, приезжай. Адрес скину смс-кой и такси тоже оплачу, если нужно.

– Спасибо, я буду очень благодарна…

Глава 6

Такси высадило меня напротив яркого, современного здания с мигающей неоновой вывеской. Я ещё раз уточнила у водителя адрес, а он дважды повторил, что привёз меня именно поэтому адресу, который мне указал Арслан в сообщении.

– Я должна вам что-то за поездку?

– Нет, всё автоматом списалось с номера телефона, с которого был совершён вызов машины.

Кивнув, я закрыла дверь. Испытывая волнение, направилась ко входу в здание. Мне казалось, это должен был быть бар или ресторан, но это напоминало нечто другое.

Возле дверей я увидела двух крупных мужчин в чёрных костюмах, напоминающих питбулей. Они о чём-то весело болтали, покуривая, потом заметили меня.

– Гляди… – один пихнул другого локтем, а тот заржал и присвистнул, оценивая меня с ног до головы.

Мужчины смотрели на меня как на какую-то инопланетянку, наверно потому, что одета я была скромно, а в руках держала переноску с ребёнком.

Тот, что был покрупнее, бросил окурок в урну и двинулся навстречу.

– Идём, ангелочек, Арс тебя ждёт.

Сказав это, он снял передо мной “пропускной трос”. Я последовала за ним, вошла внутрь здания и словно попала в другой мир.

Здесь пахло дымом и алкоголем, громыхала музыка, было темно, но темноту пронзали яркие неоновые огни. В основном свет давала сцена, на которой соблазнительно извивались девицы в блестящих бикини.

Недалеко от сцены находилась барная стойка, за которой сидели важные мужчины и выпивали, любуясь танцевальным шоу.

Я до последнего сомневалась – стоит ли туда идти? Но я, честно, не была в заведении Арслана никогда. Я не знала, каким он бизнесом занимается, знала только, что он всегда был приветлив и мил со мной. Он производил впечатление порядочного семьянина, потому что у него есть жена и трое детей.

Но, войдя в это заведение, я не ожидала, что оно окажется таким… таким пикантным.

– Проходи, тебе сюда, – машет рукой “питбуль”, распахивая какую-то дверь.

Уже было поздно давать заднюю, я оказалась перед кабинетом Арслана и сразу же увидела его. А он меня.

– Алиса, ну наконец-то, проходи!

Друг мужа сидел за столом перед открытым макбуком, но отложил все дела, и поспешил навстречу.

– Здравствуй.

Ощущая сильную неловкость, я с трудом переступила порог. Дверь за мной закрылась, заставляя вздрогнуть. Охранник ушёл, мы остались вдвоём.

– Проходи, не стесняйся, – указал на кожаный диван возле зашторенного окна, – голодная, пить хочешь?

– Нет, спасибо.

Я присела, поставив рядом с собой переноску. Осмотрелась.

Здесь тоже было мрачно, свет приглушён, но запахи такие же. Атмосфера мне не нравилась.

– О, ты с ребёнком пришла… – он заметил переноску, бросив на Тимура косой взгляд, после чего его лицо похолодело.

Данная фраза мне была непонятно.

– Да, потому что нам негде жить и оставить я его ни с кем не могу.

– А твои родные что же?

– Мамы с нами больше нет, а до отца я не смогла дозвониться – он в командировке, связь не ловит.

– Ясно. Бедняжка…

Арслан взял с барного столика бутылку с виски, плеснул немного янтарной жидкости в стакан, сделал несколько глотков, пока я изучала его внешность.

Он – среднего роста мужчина, тридцати пяти лет, с крепким телосложением и чёрными, как уголь, глазами.

Говорил с характерным акцентом, носил костюмы, иногда кожаные куртки, и любил ухаживать за своей густой, тёмной бородой.

Арслан Курбанов являлся успешным бизнесменом и много зарабатывал.

В кабинете повисла тишина, не считая тех ритмичных треков, которые доносились из зала. С каждой минутой нахождения здесь, мой дискомфорт, моя неловкость усиливались.

Курбанов пил виски и рассматривал меня с интересом, подперев задом столик. Взгляд его чёрных глаз словно проникал глубоко под кожу, заставляя её покрыться холодком.

Сколько ещё он будет молчать и таращиться на меня так неприлично?

– Вы что-то про помощь говорили, про работу? – напомнила я ему.

– Ах, да! – он словно вышел из-под гипноза и встрепенулся. – Да, есть одно интересное предложение…

Опять потянулся за бутылкой, а я наблюдала за этим с опаской. Арслан уже выпил достаточно.

– Я бы могла работать у вас на кухне, я хорошо готовлю и быстро учусь.

Хмыкнул. Покачал головой, снова стакан до дна осушил.

– Могу также заняться уборкой… Или мыть посуду на кухне.

Это временно. Временная мера, пока я не решу свои проблемы. Мне нужно немного прийти в себя, но деньги нужны уже сейчас.

– Алиса, дорогая, ну какая уборщица или мойщица посуды? – усмехнулся. – Зачем тебе такая грязная, позорная работа с твоими безупречными внешними данными?

Двигаясь манерно, он обошёл меня по кругу. Дотронулся пальцами до светлых локонов, перекинув их на левое плечо, и шумно выдохнул:

– Красавица! Карим идиот, что вышвырнул тебя на улицу.

Арс поправил в районе шее рубашку, будто ему там что-то давило, и плюхнулся обратно в кресло, широко расставив ноги, словно барин.

– Давай, мы подыщем тебе другую работу, – склонил голову на бок, продолжая рассматривать меня с ещё более сильным азартом, – грех пропадать такой красоте. Природа тебя не обделила, детка, нельзя этим не воспользоваться.

– Я вас не понимаю, – сжала кулаки на коленях, – вы хотите, чтобы я, как эти… в блестящих огрызках вертелась на шесте?

– Да нет, что ты! – рассмеялся. – Я хочу… хочу, чтобы ты стала моей любовницей.

* * *

– Что ты сказал?

Я нащупала телефон в сумочке, на всякий случай, сжала его в руке. Арслан был пьян, раз без стыда и совести предложил мне такое, и я не знала, что ещё от него можно ожидать.

– А что я такого сказал? – посмотрел на меня так, словно на дурочку, которой говорил об обыденных вещах. – Ты больше не собственность Карима, ваш брак почти распался, так что я смело могу получить тебя.

– Извини, Арслан, я совершила ошибку, не стоило мне приходить.

Подумать только, да он сошёл с ума!

Сильно напился, какой ужас! У него же жена и дети. Как не стыдно!

На ноги поднимаюсь, тянусь за переноской, как вдруг ощущаю толчок.

Падаю спиной на диван, а он на меня сверху наваливается, своим крупным телом придавливая к спинке.

– Какая идиотка! Ты не в том положении, чтобы вертеть передо мной хвостом, или ты просто цену набиваешь?

– Слезь с меня! Сейчас же слезь! – кричу, но голос охрип, не могу пошевелиться. Боже, как страшно!

Клацаю что-то в телефоне, надеясь набрать номер экстренной службы, но телефон выскальзывает из моих рук, падая на пол.

– Я видел то видео, где ты сосала в машине! Я тоже так хочу! Сделаешь?

– Перестань, пожалуйста! Я не могу дышать! Помогите!

– Хочу тебя! Ты мне всегда нравилась, конфетка, но Карим пометил тебя первым. Я завидовал ему. Долгое время о тебе мечтаю и слюни на твою красивую мордашку пускаю! А тут вот как вышло… Да Карим просто сукин сын! Соглашайся! Стань моей, будешь жить сыто и красиво, а Кариму мы не скажем. Мы никому не скажем…

– Нет! Да ты просто отвратительный! Козёл! Слезь с меня, немедленно!

– Ты будешь моей любовницей, Алиса, будешь, поняла? Будешь спать со мной за деньги и за дорогие цацки, может я даже в будущем захочу от тебя ребёнка.

– Ты очень пьян, просто проспись, ладно? Не трогай меня, Арслан, отпусти! У меня маленький ребёнок!

Я продолжала бороться изо всех сил, но он был слишком тяжёлым и слишком уродом, у которого явно поехала крыша.

Арслан накинулся на меня, зверски целуя в шею, попытался залезть под кофточку, порвать её прямо на мне, однако я продолжала сопротивляться.

Мне нечем дышать, он такой тяжёлый и противный! На меня словно упала бетонная плита. Его борода, пропахшая виски, неприятно колет и царапает кожу.

– Раздвигай ноги, Алиса, хочу узнать, какая ты там… Карим говорил – ураган!

Когда подонок отвлекается, чтобы расстегнуть ширинку, я нащупываю что-то рядом, стоявшее на столике, хватаю это и, не думая, бью его.

Раздался звон битого стекла. Арслан вздрогнул, широко распахнув глаза, потом издал надломленный стон и рухнул на меня бездыханной тушей.

Я толкнула его со всей силы, отскочив в сторону. Он свалился на пол без чувств, а меня колотило в кошмарной лихорадке. По лбу мерзавца потекла красная струйка, почти весь пол кабинета был усыпан осколками.

– Боже мой, боже… Я его убила?!

Тимурка закряхтел, его плачь выдернул меня из шокового состояния, намекая на то, что нужно как можно быстрее убираться отсюда.

Подобрав телефон с пола, вдруг заметила, что случайно открыла камеру и включила видео съёмку.

Схватив переноску и свою сумочку, бросилась к двери. Адреналин в моей крови зашкаливал. Я неслась по залу, старалась смешаться с толпой, затем выбежала на улицу и даже не заметила, как пробежала целую остановку без передышки.

Пришла в себя только тогда, когда поняла, что уже нахожусь достаточно далеко от того злачного места. Прошмыгнула под навес остановки и начала постепенно приходить в себя.

Вот ублюдок… Как он мог?!

Да почему мне так не везёт?

Что же делать? А вдруг я его убила?

Мои руки дрожали, когда я взяла телефон и включила то, что случайно удалось записать. Может это меня оправдает, в случае чего? Хотя я и без того твёрдо намерена обратиться в полицию и написать заявление на этого урода.

В кадр попала омерзительная рожа Арслана, его голос, который был хорошо узнаваем, с гадким предложением и угрозами.

Пересматривая видео, я убеждалась, что это словно была месть Карима. Подговорил своего вшивого дружка, чтобы тот меня изнасиловал…

Я, конечно, не знаю всей правды, но сейчас всё кажется именно так.

Теперь я понимала, как много ошибок совершила. Винила себя за свою мягкость и доверчивость.

Одна неприятность следует за другой. Света в конце тоннеля не видно от слова совсем. Теперь это будет мне уроком на всю жизнь.

Я закрыла лицо ладонями, уткнувшись лбом в колени, уже готова была сдаться, как вдруг раздалась мелодия входящего вызова.

* * *

Папа…

На экране мигал номер приёмного отца.

От горя и облегчения одновременно я разревелась прямо в трубку, когда ответила на звонок.

– Папочка! Папа!!!

– Алиса! Милая! Слава богу, дозвонился! Что такое? Ты плачешь? Я вернулся в Россию, еду из аэропорта домой.

– Папа, ты можешь забрать меня отсюда? Мне так плохо сейчас и страшно, пожалуйста!

– Проклятье, Алиса! Говори адрес, я буду незамедлительно!

Оглядываюсь по сторонам, но сориентироваться трудно после случившегося. Называю улицу, но заикаясь, от чего заставляю папу волноваться сильнее.

– Это недалеко, я уже мчусь, родная. Ты ранена? Тебя кто-то обидел?

– Я… – поправляю на себе кофточку, которая, как оказалась, немного порвана в районе плеча, – приезжай, я тебе по пути всё расскажу. Тимурка измотан, мы замерзать начинаем и мне очень страшно!

– Десять минут. Только никуда не уходи, жди на месте.

– Я сижу под навесом, на остановке.

Тимур внезапно проснулся и заплакал. Точнее, истошно закричал. Мне пришлось взять его на руки и покачать. Или памперс его беспокоит, или проголодался. Только бы не заболел! Хотя, он может чувствует моё настроение, мой страх и боль, которые передаются ему тоже.

– Это Тим плачет? Боже, Алиса, я сейчас сойду с ума… Как ты там оказалась в ночь, одна?

– Ты не в курсе всей ситуации? С Каримом…

– Милая, прости, у меня не было связи, я решал очень важный вопрос. А что случилось?

– Карим выгнал нас из дома! – со слезами и отчаянием выкрикиваю.

– В смысле? Как?! За что?

– Сказал, что Тимур на него не похож, поэтому тайно сделал тест ДНК, а он… показал отрицательный результат.

– Это абсурд какой-то! Ты серьёзно? Как он мог? Поверить не могу!

– Вот так, папа, вот так… И это правда. Он поступил очень жестоко с нами и ему нет оправданий.

– Алиса, я уже почти приехал, сейчас я заберу тебя, и ты мне всё подробно расскажешь. Уверен, это какое-то недоразумение.

– Ты веришь, что я никакая не гулящая стерва?

– Что? Это он так сказал?

– И он, и Артур с Ирадой… И всё это – скандал с оскорблением меня он устроил на глазах у гостей, когда мы отмечали день рождения Тима.

– Господи, какой ужас, – пытался держать себя в руках, – я верю, что ты не виновата, произошла ошибка.

– А я уже начинаю верить, что это он сам всё подстроил зачем-то, чтобы избавиться от меня.

Внезапно Тимур закричал ещё громче, мне было неудобно держать и его, и телефон. Я забеспокоилась не на шутку, а вдруг у него что-то болит?

– Извини, не могу больше говорить, неудобно.

Я отключилась и сосредоточила всё внимание на сыне. Потрогала лобик – вроде нормальный. Но он плакал не переставая, я качала его на руках и сходила с ума от отчаяния, не зная, что делать.

Наконец, впереди мелькнул свет фар, к остановке подъехала иномарка. Я бросилась к ней, а оттуда ко мне на встречу мой самый родной и близкий человек.

– Доченька!

Папа прижал меня к себе и долго успокаивал. Взял Тимура, быстро помог сесть нам в машину. В салоне было тепло и спокойно. Глядя на него, ощущая его присутствие я, наконец, почувствовала себя в безопасности.

– Так, хорошо, ты в порядке? – внимательно рассматривал моё лицо.

Я кивнула.

Но на самом деле нет, далеко всё было не в порядке, учитывая ко всему навалившемуся на меня, ещё и нападение этого подонка Арслана.

– Папа… Тимур плачет, я не знаю, что с ним!

Малыш так и не мог успокоиться, его личико уже было красным, кулачки сжаты, а глаза закрыты.

– Мне так страшно!

– Едем домой, немедленно! – дал приказ водителю. – Я сейчас вызову врача.

Глава 7

Карим

Шикарно облегчил душу, ничего не скажешь…

Раннее утро. Я стою на балконе с полотенцем на бёдрах, с сигаретой в зубах и чашкой крепкого кофе. Утренняя прохлада бодрит. Смотрю вдаль, как всходит солнце, принимаю новый день.

– Каааримчик…

Лерка просыпается. Она валяется в моей постели голая и сладко мурчит, словно похотливая кошка.

– Ну ты где? Ещё хочу…

Усмехаюсь. Вот уж ненасытная бестия. Всю ночь на мне скакала и подо мной, выжала мои яйца досуха. Начали мы в кабинете, а потом переместились в спальню.

– Хватит, Лера, мне на работу пора.

Ставлю чашку на столик, в комнату возвращаюсь и начинаю одеваться. А Лерка начинает соблазнительно извиваться на влажных и мятых, после нашей бурной ночи, простынях.

Руку между ног себе запускает и игриво себя там поглаживает. Опять, зараза такая, собирается меня возбудить.

– Охренеть, – ну я, честно, в шоке, – тебя как будто несколько лет никто не еб**л.

Хихикает.

– Ты такой классный, просто, я не могу тобой насытиться. Я очень счастлива, что мы провели эту ночь вместе!

Чёрт, а льстить она умеет.

Скидываю полотенце, к ней подхожу. Её голова находится практически на уровне моих бёдер.

– Боже ты мой, какой ты бооольшой! В темноте не сразу это заметила.

Хватаю её за волосы и занимаю её ротик очень важным делом.

Она быстро доводит меня до оргазма и поэтому я снова вынужден идти в душ.

Когда возвращаюсь, Лерка всё также валяется в постели, закинув ножку на ножку, только уже в халатике. Понимаю, что этот розовый халат принадлежит Алисе. Сложно поверить и принять, что её в моём доме, в моей кровати больше никогда не будет. Теперь у меня под боком другая женщина. Незаменимых людей нет.

Пока я выбираю какой костюм надеть сегодня для встречи в банке с важными клиентами, Лера затевает разговор.

– Связывался с Алисой?

– Нет. Зачем? Мне больше не нужно ничего от этой предательницы.

– А она мне писала, помощи просила. Неужели тебя вот прям совсем-совсем не волнует, где она сейчас?

– Ни капли. Меня не волнует, где ошивается сейчас Алиса. Уверен, кто-то из её любовников её приютил.

– Кстати, она просила сделать тест повторно. Мало ли, произошла ошибка… Сделаешь?

– Нет. Я уверен, что тест провели корректно, а результаты достоверные.

Лера продолжает чилится в моей постели как на каком-то курорте. Но что-то сожаления за сестру не вижу, за мой отказ и моё решение её просто взять и выкинуть.

И вообще, честно, не знаю, как так вышло, что я закрутил с Леркой. Пьян был, раздражён, подавлен. На эмоциях накинулся на неё, тем более выглядела она горячо и с таким кайфом мне делала массаж.

– А ты? – подхожу к ней и за шею хватаю. – Тебе-то не стыдно? Такое случилось с твоей сестрой и ты сразу в койку к её мужу, утешать.

Таращится на меня немного испуганно. У неё большие зелёные глаза и пухлые губы. Ничего такая. Кукла. Развлечься можно, пока не надоест.

Провожу пальцем по её губам грубо и опять хочу её трахнуть. Особенно, когда думаю об Алисе. Злость снова начинает закипать! Остудить её можно только так.

– Ну я тоже выпила. А вообще, мне за тебя обидно стало. И хочу признаться, Карим… Ты мне давно нравишься. Но, ты женат на Алисе, поэтому я не показывала свои чувства.

– Правда? – нахмурился.

– Угу… – она смотрела на меня таким преданным взглядом, как собачка на своего хозяина.

– Был женат. – Поправляю. – И что ты предлагаешь?

– Можно я у тебя поживу? Буду готовить, стирать, убирать! – воодушевлённо загорелась идеей она. – Ублажать тебя, конечно же.

Хихикнула.

Я её отпустил и накинул на себя пиджак. Лера слезла с кровати и села передо мной на колени. Потянулась к шнуркам на ботинках, бережно их завязала.

В этой позе она смотрится особенно хорошо.

– Ладно, оставайся. Будешь делать всё, что только что озвучила.

– Ура! Спасибо!

Кинулась на меня, чмокнув в висок, но я её рукой отстранил.

– Фу, только без всех вот этих нежностей.

– Окей! И что же моему жгучему красавчику приготовить сегодня на ужин? – захлопала длинными ресницами. – Свою киску?

– Само собой. А так, без разницы. Только, чтобы мяса побольше было.

– Оу, как скажешь? Может шашлык?

– Что? Даже не зарекайся об этом, женщина! Шашлык имеют право готовить только мужчины, а ты – шагай лучше на кухню и налепи мне самсы или борщ, – задумался, – тоже можно.

– Самсу я как бы не умею… Но буду учиться.

– Это правильно, маму попрошу, пусть научит.

– Как скажешь!

Смотрю на наручные часы и прощаюсь с девчонкой:

– Всё, опаздываю сильно. Хватит валяться! Приберись здесь и комнату тщательно проветри. Увидимся вечером.

* * *

Спускаюсь по лестнице, уже в холле меня встречают вкусные запахи только что приготовленной еды. Прохожу мимо кухни, там вижу суетящуюся у плиты маму, а отец сидит в гостиной, телевизор смотрит.

Приятно смотреть. Словно в детство вернулся на мгновение. Это очень приятно видеть, как о тебе беспокоятся родные люди. Родители переживают, вот и остались пока в моём доме, чтобы поддержать.

Мама заботливо раскладывает мои любимые блюда по контейнерам, чтобы положить мне их с собой на работу. Также на столе стоят горячие бутерброды, приготовленные к завтраку. Она наверно в пять утра встала, чтобы всё успеть к моему пробуждению. Алиса не всегда меня вот так вот баловала, как мать. Видите ли, не высыпалась из-за ребёнка.

Подхожу, с удовольствием стаскиваю один бутерброд из тарелки. Мама оборачивается, приветливо улыбаясь.

– О, сынок, доброе утро! Ну как ты? Как ночь прошла? Держишься?

– Нормально.

Наклоняюсь к ней и целую.

– А я так переживала за тебя! Думала, ты сопьёшься и тебе станет плохо.

– Нет, всё хорошо. Я не успел это сделать, Лера была рядом и отвлекла.

– Что? Лера? – чуть ложку не выронила из рук. Её лицо выдало эмоцию негодования. – Сестра этой?! Слов даже не могу подобрать, кто она такая! Не хочу материться при отце.

– Не переживай по этому поводу.

– Ну как не переживать? Только от лентяйки и лгуньи Алисы избавился, так уже завертел с её сестрой! Там же гены одни и те же! Лерка так вообще проститутка в чистом виде!

– Успокойся, о серьёзных отношениях не может быть и речи. Она в моей жизни временное звено. Просто развлечься и отплатить той же монетой Алисе.

– Ох, я поняла, – выдохнула она. – Тогда подыщем тебе годную невесту, а эта пусть убирает в твоём доме и куховарит.

Верно. Именно так. До тех пор, пока мать не найдёт мне претендентку из нашего круга. Сам я больше в жизни не женюсь на русской, чисто из-за милой мордашки и ангельского характера. Внешность так обманчива…

– Спасибо, мама, может со временем, – задумался, – пока не готов.

Хватит с меня семейной жизни, лучше ещё погуляю. Поспешишь, людей насмешишь.

– Каримчик, я всё понимаю, но ты не затягивай с этим вопросом, что друзья и родные скажут? Негоже такому видному и красивому мужчине налево ходить. Я внуков хочу!

– Мне плевать на чужое мнение. Буду жить для себя.

Подхожу к ней, целую. Пакет с едой подхватываю, собираясь уходить.

– Лера, когда спуститься, научи её всему. Пусть не слоняется от безделья.

– Ох, Карим… – качает головой.

– Что Карим? Пусть отрабатывает.

Удобная игрушка под рукой. И сосёт хорошо, и куховарит. И без обязательств, без штампа в паспорте.

Надела, захотел – вышвырнул. Без мороки и последствий.

Только главное, чтобы не залетела…

Я уже почти в машину сажусь, мать выбегает на крыльцо, окликивая:

– Так что там с Алисой? Где она?

– Похрен где. Я заблокировал её номер и карты тоже.

– Хорошо…

– На развод подам сегодня. Заеду к адвокату, всё разузнаю.

Но так, как у нас был заключён договор, развести должны быстро и Алисе не положено ни копейки.

Хоть в чём-то я не прогадал.

* * *

Трахать Леру мне понравилось…

Хороша сучка! Раскованная такая, чисто профессионалка. Отрывались всю ночь, всю ночь её жарил, а она готова была исполнить все мои самые неприличные фантазии.

Я еду в машине не спеша, расслабленный и спокойный. Если бы не Лера, подчинённым в банке бы точно не повезло. С порога бы каждого выпотрошил за любую мелочь, но сейчас, когда скинул напряжение и принял ситуацию, осознав, что передо мной теперь открылось больше возможностей, решил этим наслаждаться.

Из каждой проблемы нужно вытащить что-то хорошее и концентрироваться на этом. У меня теперь “статус свободен”, разве не здорово?

Поддаю газку, бэха рычит, девчонки, прогуливающиеся по тротуару, сразу оборачиваются.

М-да, как я соскучился по этому! По ощущениям, что ты есть одинокий волк, вышедший на охоту. Любая понравившееся цыпочка может стать моей!

Начинаю рассматривать девчонок за окном без угрызения совести и ограничений.

Уф… У этой сиськи класс, а у этой смачная жопа. Что-то я опять перевозбудился, но уже от своих мыслей. У меня будто век бабы не было. А сейчас, когда состоится развод, я себя словно изголодавшимся зверем почувствовал. Стал на женщин засматриваться и больше фантазировать.

Ну мне теперь можно! Я почти холостяк.

Внезапно мой взгляд упал на руки, которыми я сжимал руль, и, соответственно, на палец с обручальным кольцом.

Ах да, совсем забыл…

Снял кольцо с пальца, брезгливо забросил его в бардачок.

Теперь оно мне не понадобиться. Грязная вещица! В голове неустанно вертятся события вчерашнего дня, как я получил этот грёбаный конверт и мой позор на глазах у родственников и друзей.

Сдам его в ломбард, а на выручку куплю пятилетний запас презервативов.

Всё. Цепная реакция запущена, Карим Рамзанов уходит в отрыв. Уж лучше секс, чем напиваться, чтобы облегчить душу и справиться с отвратительным осадком.

Секс с другой бабой как-то отвлекает от этих мыслей. Избавляет не только от напряжения в штанах, но и приводит в порядок мозги.

Хочу вытрахать Алису из своей головы. В этом мне поможет её сестра, или какая-нибудь другая красотка, которая будет вне себя от радости, узнав, что Рамзанов теперь свободен.

Нет, всё-таки рано я женился, вот, что из этого вышло. Хотя, был залёт, я поступил как ответственный мужчина. Но, как говориться, не делай добро!

Притормозил возле светофора. Дорогу переходит расфуфыренная девица в мини юбке. Не удержался. Окно открыл и присвистнул ей вслед.

– Классная попка!

Девчонка притормозила, оглянулась по сторонам. Но, когда поняла, что этот жаркий комплимент был адресован ей, заулыбалась.

Особенно, когда увидела мою новенькую БМВ, и меня – широкоплечего брюнета с грубой щетиной, в солнцезащитных очках, в тёмном костюме и рубашкой, распахнутой на груди, с золотой цепочкой на шее.

– Номерок дашь?

Закусив пухлую губёшку, она немного помедлила, но затем, цокая каблучками, подбежала ко мне. И быстро села в машину…

Глава 8

Алиса

Наконец, мы прибыли к дому отца.

Вышли из машины, прошлись по дорожке через небольшой ухоженный сад, и вошли внутрь.

Слава богу, Тимур успокоился и тихо посапывал, посасывая пальчик. Я выдохнула, убедившись, что с малышом всё в порядке. Теперь, когда опасность миновала, я почувствовала убийственную слабость. Еле-еле стояла на ногах, была крайне морально истощена.

– Милая, проходи, – папа заботливо приобнял меня, проведя в гостиную, усадил на диван. – Тебе сделать сладкий согревающий чай?

– Да, конечно.

– Хорошо.

Кивнув, он поспешил на кухню. Я провела его взглядом, немного удивившись. Неужели он сам будет готовить мне чай? А как же домработница Галина?

Когда мы вошли в дом политика и бизнесмена Николая Бессонова – моего приёмного отца, я заметила, что нас никто не встретил из персонала. Да и в доме освещение было приглушенно.

Наверно это потому, что папа уезжал в командировку, дав отгул работникам. У него в подчинении всегда находились несколько охранников, водитель, повар, садовник и домработница.

Дом Бессоновых был большим, требовал к себе внимание и уход. Просто было непривычно наблюдать, что здесь стало как-то пусто. Даже кое-какие предметы декора, кстати, исчезли со своих законных мест. В последний раз я была здесь чуть больше месяца назад, когда проведывала отца перед его поездкой.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.