Лена Бутусова
Я буду твоими глазами. И слепой прозреет

Книга 1. "Слепое сердце, или Облачная академия"

Книга 2. "Огонёк для слепого"

Книга 3. "Я буду твоими глазами. И слепой прозреет"

Глава 1

Теплый солнечный луч скользнул по щеке Ланы, и девушка улыбнулась сквозь сон. Томно потянулась, зажмурилась покрепче, не желая расставаться с остатками дремоты, но почти сразу же распахнула глаза. Вздохнула: нахальный солнечный зайчик окончательно разбудил ее. Девушка повернула голову – на соседней подушке мирно посапывал Гор. На его губах блуждала счастливая улыбка, ресницы трепетали – дракону снилось что-то приятное.

Непроизвольно Лана тоже улыбнулась, протянула руку, чтобы убрать упавшую на лицо любимого прядь волос – единственный седой клочок среди его угольно-черной гривы. Но остановилась в нерешительности. Этой ночью Горгорон потратил немало сил на свою истинную, раз за разом поднимая ее на вершину, что была выше самой высокой горы Драконьего хребта. И теперь Лана не будет мешать ему, пусть поспит подольше.

Осторожно девушка вылезла из-под одеяла и, кутаясь в теплый плед, направилась к окну. В Облачной Академии окна не были забраны стеклом. Вместо него их затягивала невесомая магическая завеса, защищавшая внутренние помещения от ветра и холода. И при желании даже совсем слабенький маг, вроде Ланы, мог менять проницаемость этой завесы. Девушка прикрыла глаза, сосредотачиваясь на течениях магических Потоков, и с тяжелым вздохом отворила колдовское окно.

Внутрь сразу же ворвался ледяной высокогорный ветер, внеся с собой ворох снежинок. На дворе стояла зима, мороз тут же ухватил Лану за щеки, запустил колючие пальцы под плед, царапнул нос. Но она не стала закрывать окно. Так и стояла, кутаясь в одеяло, выдыхая облачка пара и любуясь на кружащиеся над горами снежные хлопья и на разноцветные сполохи в снеговых облаках. Души драконов вернулись в родной мир из небытия, и вот-вот должны были воплотиться… но что-то все задерживало их. И каждый день Лана с нетерпением вглядывалась в расцвеченные драконьими магическими Потоками небеса, надеясь, что сегодня уж точно свершится чудо. Волшебные крылатые звери вернуться, и Горгорон больше не будет единственным. Последним из них…

Но время шло, а драконы так и не появлялись, лишь только бередя воображение своей колдовской недосягаемостью.

А дома у Ланы, наверно, уже готовились к праздникам…

Девушка нахмурилась и собралась уже, было, отвернуться от идиллической картины зимнего горного пейзажа, когда за пеленой снега ей почудился массивный летящий силуэт. Она прищурилась, вглядываясь в видение. Нет, это был не дракон. В мире Истроса Горгорон все еще был единственным драконом из плоти и крови. Это была летающая машина. Громоздкий дирижабль с огромным баллоном, наполненным горючим газом. Его пилот не побоялся лететь через Облачную завесу Академии. И Лана знала только одного столь смелого человека.

Терзаемая неприятными предчувствиями, Лана поспешила разбудить ректора Облачной Академии.

***

– Гор, просыпайся, – Лана тронула мужчину за плечо.

Чуть помешкав, наклонилась к нему и нежно поцеловала в щеку, а затем в прикрытые глаза.

– М-м-м, – дракон сонно заворочался, но в следующее мгновение стремительным движением сгреб Лану в охапку и завалил к себе на постель. – Зачем? Сегодня нет занятий, можно не торопиться.

Лана попыталась вырваться, но Гор держал хоть и ласково, но очень крепко. Быстро сдавшись, она расслабилась и проговорила:

– К нам гости. Там дирижабль парит возле Академии.

– Вот как? – разом сбросив ленивую сонливость, Горгорон сел в кровати.

И сразу же прищурился, хоть в спальне царил полумрак. Ректор Облачной Академии так долго был слеп, что теперь даже неяркий свет вызывал у него дискомфорт.

– Пожалуй, стоит их встретить, – он поднялся и принялся одеваться – без спешки, но при этом быстро и четко. Не глядя. – Ты не обратила внимания, кто к нам прилетел?

Лана вытянулась на постели, уткнувшись лицом в подушку, с которой только что поднялся ее любимый, нежась оставленным им теплом и вдыхая его запах:

– Нет, прости. Ты же знаешь, у меня не очень получается…

– Ничего страшного, – Гор прервал ее на полуслове, вроде мягко, но безапелляционно. – Сам выясню.

Девушка только хмыкнула. Несмотря на все усилия ректора, у нее не получалось слышать магические Потоки так же хорошо, как у прочих адептов Академии. Сказывалось происхождение из закрытого мира, в котором магии нет как таковой. Но зато здесь пригодился ее врачебный опыт, и теперь Лана вместо Каи следила за академическим лазаретом.

Облачившись в стандартную преподавательскую форму и накинув поверх нее ректорскую мантию, Горгорон потянулся рукой к тумбочке. Заметив это движение, Лана перехватила его ладонь:

– Зачем она тебе? Ты же теперь видишь.

– Понимаешь, – Гор замялся. – Так я лучше чую магические Потоки. И потом… – он мягко высвободил ладонь из пальцев Ланы, – ни к чему незваным гостям знать, что ректор Облачной Академии прозрел.

С этими словами дракон вытащил из ящичка узкую ленточку черной ткани и ловко повязал на голову, закрыв ею глаза.

***

В руки Горгорон взял посох, с которым не расставался, пока был слеп. Впрочем, он и сейчас частенько расхаживал с ним – по привычке. Дробный перестук ректорского посоха прекрасно знали на слух все студенты и, едва заслышав его, приводили в порядок не только свои знания и внешний вид, но даже окружающую мебель и гуляющих по коридорам фениксов. Нет, Гор не был тираном для своих адептов, но он всегда был строг. И к другим, и, в особенности, к себе.

– Ты не получал уведомлений с Большой земли? – тревожно кусая губы, Лана торопливо шла за истинным, тщетно пытаясь не отставать. И если в обычные дни Горгорон приноравливал свой широкий стремительный шаг к поступи любимой, сейчас ему требовалась быстрота.

– Нет, – ответ был короток. Быстро сообразив, что подобная лаконичность может обидеть девушку, Горгорон добавил, – Они не с Большой земли. Кажется, это наш с тобой высокородный знакомый.

Лана недовольно нахмурилась, уже зная, кого именно имел в виду ректор:

– Ирлин?

– Не могу сказать, что буду рад его видеть, – дракон хмыкнул в ответ.

– Что он здесь забыл? – девушка фыркнула.

Еще свежи были воспоминания о том, как надменный красавчик-аристократ Ирлин Коннери издевался над ней самой и ее любимым. Да, потом, когда Лана и Горгорон с помощью дракона Антараса и оборотня Ларса смогли остановить Великую Пустоту, Ирлин признал свою ошибку, но вряд ли он изменился. Как был заносчивым засранцем, так и остался. Так что, Лана тоже не была рада его приезду.

– Вот, и узнаем, – Гор ободряюще улыбнулся истинной, но ее не обманула его внешняя беззаботность.

Гор всегда был сдержан в проявлении эмоций, и Лана хорошо научилась чувствовать его настроение без слов и даже без мимики. И сейчас ректор Облачной Академии был насторожен.

Они вышли из ворот Академии и замерли у края карниза, нависавшего над горной пропастью. Карниз был огорожен заговоренным заборчиком – внешне тоненьким и хлипким, но при этом способным выдержать внушительный удар и даже вес дракона при необходимости.

Снег продолжал неторопливо падать и даже как будто стал гуще, прикрыв рябым покрывалом величественную панораму окружающих гор. Цепеллин парил невдалеке, медленно приближаясь к причалу Облачной Академии. Техники-оборотни готовились встречать воздушное судно, и Лана наблюдала за их рабочей суетой.

– В этом году необычайно много снега в горах, – Горгорон решил нарушить затянувшееся молчание. – Придется лететь чистить склоны, чтобы не было сходов.

Ректор чуть повернул голову к истинной, словно ожидая от нее продолжения светской беседы. А Лана только вздохнула:

– Да, снег… Такой праздничный. Дома, наверно, уже к Новому году готовятся вовсю.

– Скучаешь? – Гор нахмурился, и девушка только кивнула. – Ну, ты же понимаешь, что в любое время можешь вернуться домой… – голос дракона звучал спокойно, но Лана почувствовала, как болезненно сжался его магический Поток.

– Понимаю, но… я все еще не могу решиться. Ну, как я тебя брошу? – Лана подняла на Горгорона ярко-зеленые, почти как у драконов, глаза, прижалась щекой к его плечу, и мужчина обнял ее в ответ. – А дома… меня уже потеряли, наверное…

– Ты зря так уж убиваешься, – дракон гладил любимую по спине. – В наших мирах течение времени отличается, так что у тебя дома вряд ли сильно хватились твоего отсутствия.

– Правда? – Лана резко отстранилась, недоверчиво глядя на Гора. – А почему ты мне раньше об этом не сказал?

– Ты не спрашивала, – он пожал плечами. – К тому же я думал, что ты это сама поняла после своего возращения.

– Да… действительно, – Лана свела брови к переносице. – Я как-то упустила этот момент. И… насколько отличается ход времени там и здесь?

– Сложно так сразу ответить, нужно посчитать, – Горгорон качнул головой. – Это не совсем линейная зависимость. – Но если тебе очень интересно, я посчитаю сегодня вечером.

– Конечно, интересно! – задумчивую меланхолию Ланы как ветром сдуло. – Может, дома всего-то пара часов прошла, а я тут себя накручиваю.

Ректор усмехнулся и ласково потрепал девушку по ярким рыжим волосам:

– Напомни мне только вечером. А сейчас идем встречать… хм… дорогого гостя.

***

Первыми по трапу цепеллина спустились двое мужчин в обмундировании охотников на драконов. Лана почувствовала, как еще сильнее напрягся Горгорон, с силой стиснув посох так, что сухое дерево заскрипело. Она ободряюще положила ладонь на плечо истинного:

– Там охотники, – решила пояснить ему, ведь глаза ректора закрывала повязка.

– Я знаю, – мужчина чуть наклонил голову, словно, прислушиваясь.

Следом за охотниками по сходням сбежал Ирлин Коннери и бодрым шагом направился в сторону встречающих, предоставив своим сопровождающим швартовать дирижабль.

Ирлин двигался уверенно и быстро с видом хозяина жизни, вскинув голову и с прищуром изучая обстановку. Он был хорош собой, статен, и Лана показательно отвела глаза в сторону, взяв Горгорона под руку, чтобы этот самовлюбленный хлыщ не решил вдруг, что она им любуется.

Приблизившись, Ирлин остановился от Горгорона на том расстоянии, с которого невозможно было пожать руку для приветствия. Улыбнулся чуть снисходительно:

– Приветствую вас, господин ректор Облачной Академии. Сердечно рад видеть вас и вашу истинную пару в добром здравии.

Ирлину и прежде доставляло извращенное удовольствие постоянно напоминать ректору о его слепоте, но на сей раз Гор лишь чуть скривил губы в сдержанной улыбке.

– Каким ветром занесло ваш винтокрыл на нашу гору, лорд Коннери? – Гор не стал рассыпаться в приветствиях, сразу перейдя к делу.

– Вы не очень-то гостеприимны, господин ректор, – Ирлин скривился и перевел взгляд на Лану. – Ну, а ты? Хоть ты рада видеть меня, красавица с волосами цвета красного золота?

Лана метнула на Ирлина сердитый взгляд, открыла, было, рот, чтобы возмутиться его фамильярности, но Горгорон ее опередил:

– Если вы по делу, лорд Коннери, то прошу вас перейти сразу к нему. Если же нет, – дракон стиснул зубы, поиграв желваками на скулах, – то такому гостю здесь не рады.

Лицо Ирлина на миг приняло злое выражение, но он довольно быстро справился с эмоциями:

– Вообще-то я прилетел сюда спасать твою хвостатую задницу, господин последний дракон. Да, я по делу, – он вперил в Горгорона неприязненный взгляд.

Сердце Ланы сжалось от недоброго предчувствия, Гор остался невозмутим:

– Ну, раз по делу, пройдемте внутрь. Здесь ветрено.

И, словно радушный хозяин, указал Ирлину на вход. Не дожидаясь ректора, аристократ первым направился к воротам. Следом за ним, ритмично постукивая посохом, двинулся Гор.

Растерянная, Лана обернулась на горную страну, раскинувшуюся перед Облачной Академией. Величественные седые горы глядели на нее с высоты своих вершин, безучастные к сиюминутным проблемам смертных людишек.

Радость после победы над Пустотой все сильнее блекла, застилаемая насущными проблемами. Проблемой выбора между семьей и любимым мужчиной. Проблемой затянувшегося воплощения драконов. А теперь еще и возможной угрозой Горгорону. Снова… Неужели всего того, что он сделал для людей, было недостаточно? Неужели их ненависть к крылатому племени была настолько глубока, что даже спасение от гибели во чреве Ничто не смогло ее изжить?

Вздохнув, Лана подняла глаза на облачное небо. Туда, где разноцветными всполохами уже которую неделю мельтешили магические сущности драконов. Их было так много в небесах, но ни один из них пока что не сумел воплотиться на земле. Даже самый могучий из них. Тот, о ком Горгорон всегда без исключения вспоминал с теплотой и восхищением. Тот, кто ни на миг не усомнился, отдав жизнь за своего сына.

Отвернувшись от окружающей красоты, Лана нехотя потащилась следом за Горгороном, предчувствуя неприятную беседу.

***

Ирлин направился прямиком в каминную залу, служившую в Академии для встречи гостей. Ту самую, где произошла роковая драка между ним и Гором. Сейчас в комнате ничто не напоминало о случившейся трагедии. В камине мирно потрескивали дрова, одаряя каменные своды сухим теплом. Возле огня, прямо на полу, на толстой звериной шкуре сидел Ларс и увлеченно что-то плел из ниточек, смотанных в многочисленные клубочки. И видимо, у него не очень получалось. Оборотень то и дело ругался сквозь зубы, бросал начатое, но сразу же брался за свое рукоделие вновь.

Увлеченный работой, Ларс не сразу заметил вновь прибывших:

– Вяжешь чепчик будущему младенчику? – Ирлин бросил оборотню в своей пренебрежительной манере. – Это правильно, в горах зимой холодно, не ровен час простынет.

Словно застигнутый с поличным, Ларс испуганно отложил рукоделие, но в следующий момент, увидев, кому именно принадлежали дерзкие слова, оказался на ногах и, набычившись, скривил губы. Казалось, еще мгновение, и покажутся медвежьи клыки:

– Какого демона ты сюда приперся? Проваливай, пока цел…

Ларс угрожающе стиснул огромные кулаки, шагнул в сторону чародея.

– Тише-тише, Ларс, – Гор поспешил встать между ним и Ирлином. – Лорд Коннери хоть и получил титул своего отца, но следить за языком все еще не научился. Он непременно научится. Прости его, он еще слишком юн и незрел для культурного диалога.

Лицо оборотня расслабилось, он ухмыльнулся ректорской шпильке, но в следующий момент недоуменно нахмурился, заметив черную повязку, закрывающую его глаза. Горгорон только коротко качнул головой, и Ларс подавился своим вопросом.

– Ах, незрел для диалога?!! – слова ректора ожидаемо задели Ирлина. – Сам-то ты созрел для диалога со мной, дракон?

– Я? – Гор, как ни в чем не бывало, повернулся к Ирлину, едва не выдав свою способность видеть, но быстро спохватился, и его лицо приняло отрешенное выражение. – Я готов выслушать вас, лорд Коннери. Быть может, хотите чаю?

– Не откажусь, – чародей выдавил сквозь зубы, с трудом беря эмоции под контроль.

– Лана, будь так добра, принеси нам чаю, – Горгорон улыбнулся девушке, но она в ответ только нахмурилась:

– Я тоже хочу знать, что происходит. И нет, у тебя не получится отослать меня прочь, ректор Горгорон.

– Я принесу чаю, – Ларс подобрал со шкуры свои клубочки и удалился в сторону столовой.

– Спасибо, Ларс, – Гор бросил ему вслед. – Присаживайтесь, широким жестом указал на стоявшие возле огня кресла.

Лана и Ирлин опустились в два соседних кресла, сам ректор остался стоять, и Лане стало неуютно. Словно бы от нее он тоже ждал какой-то информации, хотя ей точно нечего было сказать ему. Ничего нового.

– Пока Ларс готовит нам чай, расскажете, господин Коннери, чем мы обязаны вашему визиту? – Гор вскинул брови с показательной заинтересованностью. – Вы даже не побоялись лететь через Облачную завесу, наверняка новость серьезная.

– Я никогда не боялся твоей Облачной завесы! – Ирлин мгновенно снова вспыхнул. – И если разговор продолжится в том же тоне, я просто улечу обратно.

Он бросил на Лану затравленный взгляд, словно ища поддержки, и ей даже на миг стало жаль Ирлина – Гор решил все-таки выместить на нем свою обиду, хоть и делал это в весьма тактичной форме. Вот только не совсем вовремя он это делал. Уж кто-кто, а ректор Облачной Академии не мог не чувствовать, что аристократ прилетел не из праздного любопытства. Переломив свою гордость и неприязнь к последнему дракону.

– Погода портится, – Горгорон проговорил, как ни в чем не бывало, словно и не было этой пикировки между ним и заносчивым аристократом. – Я не советую вам сейчас покидать Облачную Академию, лорд Коннери. Даже столь умелому пилоту будет весьма непросто справиться со снежной бурей. Так что прошу вас быть моим гостем.

Посчитав эти слова сигналом к перемирию, Ирлин коротко качнул головой, соглашаясь, и без предисловий перешел к делу:

– Коллегия хочет прикрыть Облачную дверь.

Повисло молчание. Лана чувствовала, как колотится ее сердце, нагнетая кровь к голове, и не сразу поняла, что сидит, задержав дыхание. Она тихонько выдохнула, покосившись на дракона. Истинная пара, она, как никто другой, чувствовала, какая буря эмоций поднялась у него внутри от этих слов.

– И чем же она им помешала, на сей раз? – и хоть голос ректора был спокоен, Лана без труда услышала звенящую в нем сталь.

– Среди членов Коллегии есть те, кто считает, что через Облачную дверь Пустота может снова проникнуть в наш мир, – в отличие от Горгорона, Ирлин выглядел смущенным и отводил взгляд от ректора.

– Чушь, какая! – все-таки дракон не сдержал эмоции и повысил голос.

Лорд Коннери усмехнулся:

– Такая ли уж чушь? Облачная дверь – ветвистый туннель между мирами. Как знать, куда может привести один из них? Вдруг в Чертоги Пустоты?

– Ты тоже так считаешь? – Гор метнул на аристократа горящий взгляд из-под повязки, но вовремя спохватился и отвернул лицо в сторону. Ирлин не заметил этого жеста, поскольку сам на Гора не смотрел.

– Какая разница, что считаю я, – Ирлин пожал плечами и покосился на Лану. Краем глаза девушка замечала его внимание, но старательно делала вид, что не интересуется красавчиком-аристократом.

– А Сентинел? – Гор болезненно нахмурился.

– Сентинел сражался за тебя, как раненый барс, – Ирлин скривил красивые губы, – но он в меньшинстве.

– А ты сам? – Лана все-таки разлепила пересохшие от волнения губы. Чародей непонимающе посмотрел на нее, и она пояснила, – Ты сам поддержал Сентинела?

– Сомневаешься во мне, красавица с волосами цвета красного золота? – Ирлин скривил губы в усмешке, горькой и высокомерной одновременно. – Зря. Я поддержал Сентинела. Но даже моих связей здесь оказалось недостаточно.

– Что же так слАбо? – Лана скривилась в ответ. – Не ты ли хвастал таким количеством связей, что впору корону примерять?

– Я и не отказываюсь от своих слов, – аристократ огрызнулся в ответ. – Просто… – он запнулся, – все мои связи не того рода.

– Иными словами, твои друзья готовы ставить силки на дракона, но вот помогать ему им убеждения не позволяют? – Гор ухмыльнулся.

Вопрос был риторический, поэтому Ирлин просто опустил голову. Проговорил:

– Ты зря упражняешься в остроумии, дракон. Не со мной тебе нужно препираться. В Академию направляется специальная комиссия, у тебя в запасе всего несколько дней. Если они найдут здесь хоть что-то, вызывающее сомнения, они заставят тебя закрыть Облачную дверь.

– Хотел бы я посмотреть на то, как они попытаются меня что-то заставить, – в словах Горгорона прозвучала откровенная угроза, и даже у Ланы по затылку побежали мурашки.

– А я бы не хотела на это смотреть! Уже насмотрелась! – она вскинулась.

– Хочешь посмотреть? – Ирлин ухмыльнулся своей любимой шпильке, но Гор уже взял себя в руки:

– Я благодарен вам, лорд Коннери, за предупреждение. Со своей стороны я сделаю все, чтобы комиссия не нашла в Академии ничего сомнительного.

– Может, ты даже от моей помощи не откажешься? – эти слова дались Ирлину с трудом, он даже покраснел, произнося их.

– Это так звучит твоя просьба остаться в Облачной Академии? – Горгорон вскинул брови. – Если да, то оставайся. А насчет помощи… посмотрим.

В этот момент из столовой вернулся Ларс с пузатым чайником. По залу сразу же поплыл пряный запах горячего напитка, и перепалка разом стихла. Горгорон сам разлил чай по четырем чашкам. Лана с благодарностью приняла напиток из его рук, радуясь, что колючий разговор на время прервался, и есть возможность собраться с мыслями.

Однако Гор не дал ей насладиться минутами покоя. Дракон тронул девушку за локоть, призывая следовать за собой. Отвел ее в сторону, проговорил негромко и очень спокойно:

– Будь любезна, Лана, проводи нашего гостя в общежитие. Пусть его поселят в его прежнюю комнату.

– Он все-таки остается? – девушка недовольно скривилась. – А ты не боишься, что он будет шпионить за тобой?

– Так ты за ним и присмотришь, – ректор чуть скривил губы. Его лицо, частично скрытое черной повязкой, вновь казалось безучастным и неживым.

– Что? Я? Но я не хочу… – Лана так опешила, что повысила голос, но Горгорон тут же приложил палец к ее губам, призывая к молчанию:

– Я тебя прошу.

Поддавшись соблазну, Лана коротко поцеловала кончик пальца Гора:

– Он будет приставать ко мне, – проговорила едва слышно.

– Не будет. Я прослежу за этим, – дракон улыбнулся. На миг лицо его оживилось, но ректор быстро надел маску бесстрастности обратно. – Кому, как не тебе, я могу доверять?

Глава 2

– Эм, Ирлин, то есть, лорд Коннери, прошу вас следовать за мной, – Лана замялась в нерешительности у кресла аристократа, не зная, как правильно к нему обратиться.

Ирлин отреагировал мгновенно. Тут же вскочил на ноги, шагнул к Лане так близко, что ей пришлось отступить:

– Для тебя всегда просто Ирлин, красота моя.

Девушка вскинула голову, глядя на мужчину свысока:

– Держите себя в рамках приличий, лорд Коннери. Идемте, я провожу вас в вашу комнату.

И первой направилась прочь, лопатками чувствуя напряженное внимание Горгорона. Хоть дракон и храбрился, но в данный момент страдал от ревности. Особенно острой из-за того, что она сам попросил истинную сопровождать нежданного гостя.

Чародей быстро поравнялся с Ланой и шел теперь с ней плечом к плечу.

– При нашем прощании ты была более раскованна, – он усмехнулся, а Лана вспыхнула при напоминании о том мимолетном поцелуе.

Видя, что его слова попали в цель, Ирлин продолжал наступление:

– Неужели ты совсем-совсем по мне не скучала? Ну, вот хоть чуточку? – мужчина продемонстрировал средний палец на правой руке, большим пальцем отмерив расстояние в одну фалангу. Выглядел жест более чем двусмысленно и неприлично, и Лана только фыркнула, тряхнув гривой рыжих волос, которые по просьбе Горгорона носила распущенными.

Какое-то время шли молча, только Ирлин искоса поглядывал на спутницу. Наконец, не выдержал:

– Как у вас дела в Академии?

– Нормально, – Лана буркнула в ответ.

Аристократ недовольно поджал губы, но сдаваться не собираться:

– А как у Йены дела? Еще не родила?

– Нет еще. Но уже скоро, – девушка хмурилась. С Ирлином она чувствовала себя не в своей тарелке и не чаяла побыстрее оставить его в его комнате.

– Кто у нее будет, мальчик или девочка? Не знаешь?

– Мальчик, скорее всего, – и снова ответ был короток.

– Ясно, – Ирлин протянул разочарованно. – Да, уж, ты за словом в карман не полезешь.

Лана недоуменно покосилась на чародея, и тот, обрадованный тем, что она хотя бы посмотрела на него, поспешил добавить:

– Ты кстати так и не побывала у меня в гостях. Я обещал показать тебе свой фамильный лес…

– Так ты не приглашал, – почему-то Лана ответила совсем не то, что следовало, и смутилась. Вот уж чего, а гостить в имении Коннери она точно не собиралась.

– Ну, тогда приглашаю. Прямо сейчас, – Ирлин просиял.

– Сейчас у нас другие проблемы, – а Лана, наоборот, нахмурилась. – У нас проверка на носу.

– Вот, как снимем с носа эту проверку, так и приезжай. Нет, ну, правда, – лорд Коннери невинно захлопал ресницами, неприлично густыми для мужчины. – Хотите, хм, вдвоем приезжайте… прилетайте, – добавил с брезгливым видом кривя губы.

И эти слова возымели-таки действие:

– Я подумаю, – Лана коротко кивнула и остановилась перед дверью с чеканным медальоном в виде розы – фамильным гербом рода Коннери. – Мы пришли. Вот твоя комната, сейчас схожу за ключами, – и собралась уже уйти, оставив аристократа под дверью, но Ирлин удержал ее за руку.

Лана рванулась, но Ирлин держал крепко. Девушка принялась озираться в поисках того, кого можно было бы позвать на помощь, но коридор, как назло, был пуст.

– Погоди, я пару слов сказать всего, – Ирлин отпустил руку девушки, и она отступила от него, глядя исподлобья и показательно потирая запястье. – Я хотел сказать… – чародей вздохнул, нахмурился, словно собираясь с духом, – я же не из-за него сюда прилетел. Мне глубоко безразлично, что будет с Академией и ее ректором, – поднял на Лану темные глаза, и в очередной раз она увидела в них то, чего в них не должно было быть. – Я прилетел к тебе. Не могу забыть…

На мгновение их взгляды встретились. Лана почувствовала, что кровь прилила к щекам, и поспешила разорвать этот контакт. Коротко кивнула, прервав Ирлина на полуслове:

– Спасибо за заботу, – ляпнула первое, что пришло в голову. – Я за ключами и бельем. Жди здесь.

И заторопилась в сторону кастелянши.

***

Когда у Ланы на душе было неспокойно, ей всегда помогала работа – отвлечься, погрузиться в рабочие дела. И сейчас, после разговора с Ирлином она, пребывая в полном раздрае чувств, направилась в лазарет. Уж там точно некогда будет предаваться рефлексии и необоснованной тревоге. Впрочем, девушка вздохнула, ее тревога была более чем обоснована.

К ее несказанному разочарованию, лазарет оказался практически пуст – кроме нескольких скучающих медичек, в нем никого не было. В Академии болели редко, и в основном это были мелкие травмы после занятий по боевой магии или самовольных путешествий по горам и легкие отравления у излишне смелых экспериментаторов с магическими декоктами.

А еще в ее обязанности входило наблюдение за беременной Йеной.

Животик у девушки уже весьма заметно надулся, малыш активно толкал будущую мамочку изнутри и явно хотел поскорее наружу. Хотя чувствовала себя Дневная охотница великолепно и приходила в лазарет по большей части просто для того, чтобы посплетничать с подругой без лишних ушей.

После победы над Пустотой Лана и Йена сильно сдружились, позабыв старую неприязнь. Йена видела в Светлане более мудрую старшую подругу. Впрочем, Света и была ею, ведь, несмотря на помолодевшее личико, в душе она оставалась взрослой женщиной… с двумя детьми. И не проходило ни дня в Облачной Академии, чтобы она не вспоминала о них.

О детях, но не о муже.

Лана принялась наводить порядок в смотровом кабинете, хотя в нем и без того царила почти стерильная чистота.

– Привет, подруга! – Йена с порога махнула рукой, и Лана искренне улыбнулась ее появлению. Анимаг стала на редкость болтлива, она-то уж точно своим девичьим щебетанием не даст Лане грустить.

– Привет, – она ответила с делано спокойным видом. – Как ты себя сегодня чувствуешь? Ой, – Лана пригляделась к чародейке, – у тебя животик опустился.

– Хорошо. И что это значит? – Йена пожала плечами и присела на смотровую кушетку.

– А то, что ты скоро будешь рожать, – Лана принялась хлопотать около девушки. – Как ты себя чувствуешь? Может, пора уже на Большую землю перебираться?

– Говорю же, прекрасно, – Йена проворчала, отталкивая заботливые Ланины руки с инструментами. – Не нужно этого всего. Рожу сама без проблем. У нас в стае все легко рожают…

При воспоминании о родной стае, из которой анимаг была вынуждена уйти, она погрустнела.

Лана заметила ее хмарь и тоже нахмурилась: похоже, что сегодня Йена не сможет поднять ей настроение веселой болтовней – ее саму бы кто развеселил.

– Чаю хочешь? С шиповником, – Света отложила инструменты в сторону и взялась за чашки. – И с сухариками.

– Ну, если с сухариками, то давай, – девушка просияла. – Я в последнее время всегда голодная. А когда голодная, я очень злая. Даже стала понимать Ларса, он тоже, когда голоден, злится и свой звериный оборот не контролирует.

– Тебе сейчас не стоит перекидываться, – Лана озабоченно нахмурилась, разливая чай по чашкам. – Ребенок уже слишком большой. Вот родишь, и оборачивайся, сколько угодно…

– Да, знаю я, знаю, – Йена отмахнулась. – Что ты меня все опекаешь, как мамочка?

– Ну… – Лана замялась, – я же твоя подруга. И потом, я старше и опытнее, потому и подсказываю, как лучше.

– Ты? Старше и опытнее? – Йена прыснула. Она до сих пор не верила, что Лана была почти вдвое старше нее – девушки выглядели ровесницами.

– Не важно, – а Лана и не хотела ничего доказывать. Ей пришлась по вкусу роль девчонки-медсестрички, хоть она давно уже была взрослым врачом. Но чувствовать себя помолодевшей было очень приятно. Хоть в чем-то она была похожа на свою истинную пару – драконы тоже очень долго сохраняли молодость физического тела. Хотя в силе магии Лана не смогла даже приблизиться к Горгорону. Да, что там, ни к кому из адептов она приблизиться не смогла. Ее слабого волшебства хватало лишь на самую простую бытовую магию. Но Лана радовалась и этому. В своем родном мире, сером и обычном, она даже мечтать не могла ни о магии, ни об истинной паре.

Ни о настоящей чистой любви.

При воспоминании о Горгороне Лана невольно улыбнулась. Им так много пришлось пережить вдвоем, и впереди были еще испытания, но они непременно со всем справятся. Вместе.

– О драконе, о своем думаешь? – Йена хихикнула, моментально считав настроение собеседницы.

– С чего ты взяла? – Лана покраснела.

– Я такие вещи по запаху чую, – анимаг довольно кивнула. – У тебя лицо светлеет, когда ты о нем думаешь…

– Так, не важно, – Лана с показательной суровостью поджала губы. – У тебя вон тоже глаза светятся, когда ты о ребеночке говоришь. И… у Ларса кстати тоже, – рыжуля усмехнулась себе под нос.

– Ты это что такое имеешь в виду? – Йена захлопала ресницами.

– А то, – Лана ласково щелкнула подругу по носу, та сразу же насупилась, но любопытство взяло верх, и она вопросительно уставилась на подругу. – Он даже вязать научился, чтоб малышу вещичек приготовить. Так мило смотрится: здоровый неуклюжий оборотень, и вяжет крохотные детские вещи.

– Ларс не неуклюжий, – Йена принялась было защищать друга, но осеклась и покраснела.

– Ну вот, и я об этом же говорю, – Лана улыбнулась с понимающим видом.

– Ларс мне как старший брат, – оборотница принялась оправдываться, словно уличенная в чем-то нехорошем. – Он обо мне заботится… о нас, – положила руку на живот.

– Конечно, – Света кивнула. – У него даже глаза светятся, когда он на тебя смотрит.

– У Ларса есть истинная пара, – Йена проговорила со злостью, столь не свойственной ей в последние недели беременности.

– Она погибла. А жизнь идет дальше, – Лана пожала плечами и уткнулась в чашку с чаем.

Это была трудная тема – для всех. И для Йены, которую отец ее ребенка малодушно бросил беременную, и для Ларса, который эту самую беременную Йену великодушно поймал. Взял над ней шефство и… по мнению Ланы, его дружеская забота уже переросла в нечто большее, но никто из них двоих не желал этого признавать. Один из-за скорби о погибшей истинной паре, другой – было стыдно занимать ее место в его жизни.

Йена тоже отхлебнула из чашки и тут же зашипела:

– Уф-ф-ф! Горячо! – отставила чашку в сторону. – Давай-ка лучше сюда свои сухарики и пошли в Большой зал. Там Розендар с Санделом и Аэларом праздничное дерево ставят. Такое занятное!

И, легко соскочив с кушетки, девушка направилась к выходу.

– Что еще за дерево? – подхватив обе чашки с горячим чаем и пакетик с сухариками, Лана последовала за подругой.

– Увидишь, – анимаг хитро подмигнула и выскользнула за дверь.

***

Лана шла по коридору, стараясь не расплескать горячий чай, и вдруг ее накрыло едва уловимым ощущением праздника, почти как в детстве. Девушка принюхалась. Из Большого зала сочился запах, такой уютный, родной, домашний…

Рыжуля вошла в высокие двери и на миг остолбенела. По просторному холлу, в котором обычно проводили все академические праздники, струился запах хвои вперемешку с цитрусами и корицей. А прямо посреди зала стояла высоченная, под потолок, раскидистая голубая ель. Оба эльфа-полукровки сновали вокруг дерева, развешивая на него сияющие гирлянды и фонарики и раздавая тумаки студентам, которые больше мешались преподавателям, чем помогали им в украшении. Розендар с деловым видом контролировал процесс, и каждый из присутствующих был так увлечен, что в первый момент девушек никто не заметил.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.