Айгуль Малахова
Иччи. Злой дух

“Работа вахтовым методом в ЯНАО”, – гласил текст объявления. Максим Дуров зачем-то глубоко вздохнул, отправляя отклик. Перед глазами маячила заманчивая сумма. Зарплата, которую сулили, решила бы все их с Лизой проблемы: закрыла кредит на машину, да и для малыша сколько денег необходимо!

Парень горько усмехнулся. Надо же, сын только полтора года как родился, а съел почти все накопления! Да что говорить, подгузники, смеси, коляски и прочая сверхнеобходимая детям лабуда стоит немалых средств. А тут за вахту обещают столько, сколько он на своём заводе заработает за несколько месяцев! Да и с женой отношения наладятся.

В последнее время они с Лизой часто ссорились. Нехватка денег, болячки Вовки, да и жизнь в одной квартире с постоянно зудящей как осенняя муха тёщей – кого угодно заставят собачиться.

Нет, Максим тещу любил. Но жить в одной квартире с ней было тяжеловато. А ехать к нему в деревню жена категорически отказалась. Да и где он там будет трудиться? И вот ему пришло в голову – а не устроиться ли работать вахтовым методом? За несколько поездок он сможет заработать на первоначальный взнос за ипотеку! И будут они с Лизой жить в собственной квартире!

Скандалы прекратятся и вместо вечно усталой женщины с недовольным лицом рядом с ним окажется прежняя Лизка, Лисёнок – смешливая и ласковая.

Макс так замечтался, что не услышал слов жены. Очнулся лишь от грозного окрика:

– Вовка в окно сейчас вывалится, я же просила смотреть за ним!

Как коршун, она бросилась к сыну, который шустро вскарабкался на окно и норовил теперь зацепиться за москитную сетку. Дуров облегченно вздохнул, вытирая мгновенно вспотевший лоб. Чуть не случилась беда.

Бормоча под нос что-то не слишком ласковое в адрес мужа, Лиза с Вовкой на руках гордо прошествовала на кухню. Как раз в этот момент тренькнул телефон, явив письмо от работодателя: «Рады сообщить, что Ваша кандидатура нам подходит. Позвоните в рабочее время по номеру…»

*******************************************************************

… Поезд ехал третьи сутки.

Максим успел выспаться на полжизни вперёд, разлюбить все игры в которые можно было рубиться офлайн в телефоне и вообще его уже начинало подташнивать от бесконечного перестука колёс. Пейзаж за окном тоже давно перестал радовать взгляд. Оставалось одно развлечение – выходить на вокзалах тех городов, которые состав проезжал транзитом. Хоть какая-то смена обстановки.

В Сургут они прибыли днем. Максим не спал, с унылым лицом сидя на своей нижней полке, которую повезло урвать. Услышав об остановке, парень радостно бросился к тамбуру. Небольшой перекур на свежем воздухе не помешает, да на вокзал посмотреть хотелось, как на сам город, хоть на кусочек, пусть издалека. Просто для того, чтобы убедиться: он ещё в этой реальности, а не вывалился из неё, оказавшись в бесконечном путешествии на поезде.

Максим неспешно докуривал вторую сигарету, когда перед ним появилась женщина. Он даже вздрогнул от неожиданности. Откуда тётка взялась? Вот только что никого не было, моргнул – и рядом она: средних лет, с длинными чёрными волосами, выбивающимися из-под яркого платка и цепким взглядом темно-карих глаз. Подол колоритной цветастой юбки трепал прохладный ветер.

Женщина смотрела на Дурова так, словно перед ней было привидение. На всякий случай он моргнул ещё раз. Может быть, исчезнет? Но тётка никуда не пропала, продолжая сверлить его глазами.

– Здравствуй, дорогой, – вкрадчиво произнесла она и улыбнулась, показав ряд золотых зубов.

– Здрасьте, – Макс, кажется, начал понимать, кто это и тоскливо оглянулся на поезд. Решил расставить все сразу по местам и с ходу брякнул, – пустой я. Только на вахту еду.

Он развёл в стороны руки, давая понять, что взять с него нечего, но женщина не ушла, продолжая неотрывно смотреть.

– Скоро твоя жизнь изменится, – её глаза загадочно заблестели.

Макс усмехнулся. Стандартный крючок всех гадалок.

– Нет у меня ничего, – чуть грубее чем собирался, ответил он.

– А не надо. Так скажу. Чёрное рядом с тобой. Заберёт тебя. Бойся женщины с родинкой в виде змеи, тогда спасешься, – не отводя цепкого взгляда, пропела она.

Потом развернулась и неспешно пошла по платформе. Парень ошалело смотрел ей вслед. Сумасшедшая? Или просто решила настроение испортить за то, что денег не дал?

За спиной лязгнуло и, оглянувшись на звук, Макс понял, что состав отъезжает. Он побежал к нему, чертыхаясь и кляня цыганку, заморочившую ему голову. Запрыгнув на подножку, парень оглянулся. Гадалки нигде не было видно. То ли спряталась, то ли успела так быстро уйти…

Поезд стремительно набирал скорость, мерно покачивался вагон, неся его к пункту назначения. И странная тетка в цветастой юбке вскоре осталась далеко позади. Исчезла, испарилась из головы, словно её никогда не было.

А потом был приезд в далёкий Ямало-Ненецкий Автономный Округ, оформление и обустройство на новом месте, и этот крохотный эпизод окончательно стёрся из памяти.

Поселили Максима в общежитии. Комната (к радости парня – вполне уютная) была на двоих, чем и понравилась. Сосед – ровесник Дурова, Снегирев Лёша – оказался в меру общительным и весёлым, а потому Макс был доволен. Первым делом, после заселения, Дуров позвонил Лизе. К его удивлению, вместо сухого тона, к которому в последнее время он успел привыкнуть, голос у жены был обеспокоенным, даже расстроенным:

– Что же ты не звонил? Трое суток ни слуху, ни духу! Я уже места себе не нахожу! – Упрекнула она.

– Так связи не было, интернета тоже. Плюс под конец зарядка села совсем, – неловко оправдался Макс.

Это была почти правда, за исключением того, что он сознательно оттягивал момент разговора с женой. Расставались они прохладно, если сказать мягко. Вовка голосил полночи, а выходить из дома парню надо было в четыре утра. Он даже не хотел будить Лизу, которая уснула совсем недавно, но жена вскочила сама. Хмурая и не выспавшаяся, криво улыбнулась ему:

– Звони обязательно!

И даже не обняла на прощание, не говоря уж о формальном поцелуе. И это «звони обязательно!» больше походило на приказ, отданный деспотичным хозяином своему верному слуге. Вот Максим и тянул со звонком, в глубине души лелея мстительную радость от того, что Лиза не сделала его подкаблучником.

Но теперь он испытывал чувство вины, потому что воочию представил, как мечется из угла в угол Лиза, с надеждой глядя на телефон, как рисует перед внутренним взором разные жуткие сцены, которые могли бы произойти с ним. Что он взъелся на жену, на самом деле? У неё наверняка послеродовая депрессия не прошла, да бесконечно болеющий ребёнок, а тут ещё муж со своим характером.

Из глубины души поднималась нежность к жене и сыну, щекотала нёбо. Поэтому Максим сам не заметил, как проговорил с Лизой почти полчаса, хотя намеревался сказать несколько формальных фраз. И прощались они совсем по другому, с искренней теплотой, как раньше, когда он ласково говорил: «Лю…»,  а она подхватывала: «… блю».

…Работа оказалась довольно тяжёлой, но душу Макса грела сумма с несколькими нулями на конце, и он старательно вкалывал, невзирая на шею, которую к завершению смены начинало сводить, на поясницу, которая отзывалась ноющей болью. Терпел. Ради их с Лисёнком и Вовкой будущего.

Вечерами, возвращаясь в общагу, в прямом смысле валился с ног, торопливо набив желудок «дошираком». Изредка, впрочем, позволял себе овощи и даже фрукты, цены на которые в местных супермаркетах не удивляли – с непривычки ошарашивали. Что поделать, суровый Северный край диктовал свои правила. …

…– Наконец завтра выходной, – с облегчением растягиваясь на кровати, сказал Лёша.

– Да, – Макс устало прикрыл глаза.

Под тяжелыми веками надоедливо вспыхивали и гасли искры сварки. Целых два выходных! Их дали как поощрение за перевыполненный план. Дуров решил, что будет спать весь сегодняшний вечер и завтрашний день. А послезавтра… Так далеко он не заглядывал.

– Ты что, спать собрался?! – В дрёму ворвался возмущенный голос соседа.

– Ну да. Устал, – Дуров открыл и тут же снова смежил слипающиеся веки.

– Нет, бро! Тебе сколько лет?! Шестьдесят? – Лехин голос загремел возле уха, раздражая.

– Двадцать пять, – автоматически ответил Максим и окончательно проснулся. Сон исчез, как не бывало.

– Вот и я о том же, – довольно улыбнулся сосед, – завтра выспишься. А сегодня идём в бар.

– Не, я не… – начал отнекиваться Дуров, но Лёша перебил его:

– Знаю, знаю, ты человек семейный, поэтому угощаю! Давай, вставай. Побрейся, надень чё-нить цивильное и на выход. Возражения не принимаются.

Максим пытался протестовать, но неуёмная энергия Алексея вдруг словно передалась ему. Что он теряется, в самом деле? Максим резко ощутил, что сейчас ему нужна разрядка, смена обстановки. На самом деле, что он, не может позволить один раз за вахту сходить в бар? Так Дуров уговаривал себя, торопливо приводя внешность в порядок.

Выйдя из общежития, которое находилось в небольшом посёлке, они тут же попали в бодрящую прохладу вечера – сентябрь вступал в свои права. Редкие фонари освещали обезлюдевшие улицы. Максим поёжился, но не от холода. Как-то бесприютно, тоскливо стало вдруг на душе. Он вспомнил, что в суматохе не позвонил Лизе, достал телефон и торопливо отправил сообщение, что лёг спать пораньше.

Иначе в самый неподходящий момент семейная жизнь ворвётся в настоящее, испортит удовольствие. Нет, конечно, парень не собирался делать ничего плохого. Но услышать голос жены, когда, к примеру, он будет играть в бильярд или травить байки за столом с Лёхой – будет неправильно, так он рассудил.

Однако, вопреки предвкушению, вечер проходил довольно уныло. В баре, кроме них двоих и ещё пары местных выпивох никого не было, а Леха, кажется, надеялся, что его ждёт настоящий праздник и теперь был немногословным и хмурым. Почти не глядя на друга, он глушил алкоголь стопку за стопкой, так, что удивлённый Макс перестал за ним поспевать.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.