Татьяна Фадеева
Как я бросил пить. Рассказ от первого лица

Из прошлого

Много лет я стоял на учете у нарколога. Доктор, который меня курировал, двадцать пять лет работал с алкозависимыми. В кабинете у него плакатик висел: «Каждый алкоголик рано или поздно все равно бросит пить. Но самым упорным это удастся сделать еще при жизни».

Он своих клиентов насквозь видел. Бывало, приходя к нему, я, насколько мог, убедительно пытался «вешать лапшу» про то, что уже давно не пью, что серьезно завязал, что все у меня хорошо. А он посмотрит так, и с ехидной улыбочкой скажет:

– Может, все же, закодируемся?

Но когда больше десяти лет назад я в последний раз был у него и рассказал, как у меня дела, он руку мою пожал и напутствовал:

– Я в вас верю. Раньше не верил, а теперь верю.

Уже и кодироваться даже не предлагал, как обычно. Я и сам тогда поверил, что кошмар моей жизни остался позади.

Пьедестал и рюмка

Подросток – существо, превосходно осведомлённое

обо всем том, чему его не учили в школе.

Марсилин Кокс

Мой отец – человек военный, строгий, дисциплинированный, придерживающийся принципов здорового образа жизни, выпивающий редко и очень умеренно. Под его влиянием в детстве я очень активно занимался спортом, сначала гимнастикой, потом легкой атлетикой. Сил было много и очень нравилось прыгать выше всех, бегать быстрее всех, подтягиваться на брусьях четче всех. В общем, быть круче всех. В возрасте 9-12 лет успехи в спорте у меня были приличные, участвовал в республиканских соревнованиях и занимал призовые места постоянно.

Когда по громкоговорителю называют твою фамилию, а ты идешь с гордо поднятой головой, поднимаешься на высшую ступеньку пьедестала – это такой кайф!!! Внутри восторг, легкость, уверенность и просто распирающая грудь гордость. Я – победитель.

Тренер мой говорил:

– У тебя очень большой потенциал. И перспективы шикарные. Трудись. Будешь работать, будешь побеждать. Побеждать мне нравилось, а вот изнурительные тренировки постепенно стали утомлять. Да и в возрасте 14-15 лет появились другие интересы. Как и большинство моих сверстников, стал интересоваться девочками. А как с этими, на первый взгляд, неприступными существами, завязать отношения, если слова в горле застревают, стесняешься и боишься сказать что-то не так, показаться смешным? Есть одно средство, верное: опрокинул рюмку, и все страхи как рукой сняло. Тогда казалось, что спиртное – это напиток для самостоятельных людей, а хотелось казаться взрослее.

Еще выпивка была необходимым допингом для совершения «подвигов» и снятия барьеров, мешающих самовыражению. Выпивши, я не только смело заговаривал с девочками, но мог высказать свое недовольство старшим и более сильным ребятам, чего на трезвую голову никогда бы себе не позволил. Здоровье дороже. Хотя дрался я часто и успешно. На районе меня побаивались, сильный был.

Как-то сделал для себя открытие, что выпивши, чувствую себя примерно таким же крутым и недостижимым, как когда стою на пьедестале. И до открытия второго дыхания при этом тренироваться не нужно. Поэтому серьезный спорт довольно быстро отошел на второй план. Не то чтобы я совсем забросил занятия, просто стал ходить в спортивную секцию по кикбоксингу для удовольствия, поддержания формы, и чтобы драться научиться получше.

Подрастал я на закате советских времен. Тогда не было ни компьютеров, ни каких-то интересных развлечений, заняться особо было нечем. Дети были отданы в руки самим себе. Чаще всего мы собирались в компании, сидели по лавкам, болтали. Обычное времяпровождение подростков. Потом становилось скучновато, и кому-то обязательно приходила в голову «светлая» мысль:

– А не выпить ли нам пива?

Все поддерживали:

– Да! Надо пивка.

Поначалу баловались пивком за компанию, для веселья. Пивка для рывка. А со временем пошла и водочка для заводочки.

Сам процесс выпивания у молодежи – это коллективное действие. И время проходит веселее. И море по колено. Мы все – пупы земли. Летали в облаках. В таком состоянии никого не боишься, тебе все пофиг. Сам веселый и веселишь всех остальных. И «снимать телок» (так у нас тогда называлось знакомство с девушками) было элементарно.

Естественно, на рассказы родителей и учителей о вреде алкоголя в таком возрасте никто не обращал внимания. Все они уже «достали» своим учением куда идти, что делать и как жить. Мы считали, что уже достаточно знаем о жизни, и что делать, разберемся сами.

Родители давали мне небольшие суммы денег на карманные расходы, я тратил их на выпивку. Кроме того, у нас в компании было несколько ребят из очень состоятельных семей. Они при возможности таскали деньги у своих родителей, которые пропаж даже приличных сумм обычно не замечали. А нам этого вполне хватало, чтобы повыпендриваться – такси, спиртное, крутые сигареты. Это казалось престижным: подъезжаешь к школе на такси, слегка выпивший, раскрепощенный, выходишь из машины, дорогую сигарету закуриваешь… Девочки видели в нас авторитетов, а мы чувствовали свою власть, влияние среди сверстников и хотелось повторять это чуть ли не ежедневно.

Допинг засасывал как пылесос. Школу я закончил со скрипом, потом пошел в училище. Получил специальность мастера отделочных работ, вздохнул с облегчением и стал работать. Жизнь пошла по схеме: встретились – замутили – догнались – уснул – проснулся, самочувствие хреновое – похмелились – поработали – встретились…

Рядовая вечеринка

Женщины любят ушами.

Народная мудрость

У меня был закадычный дружок, его родители по выходным уезжали на дачу, а свободная квартира пустовать не должна! Мы тогда еще были в той стадии выпивох, когда больше интересовались девочками, нежели алкоголем. Чтобы вечеринка была полноценной, непременно нужны были девочки. И выпивка нужна обязательно – это залог согласия между партнерами. С алкоголем девушки становились доступнее и … красивее. Однажды, когда родители уехали, мой приятель пригласил на нашу вечеринку каких-то мимолетных знакомых, с которыми «тусовался» на многолюдной вечеринке в прошлые выходные, и они не отказались.

Приехали две девушки – Рита и Настя. Сели за стол. Все такие незнакомые, трезвые, скованные, поговорить особо не о чем. И тут я достаю из шкафчика бутылку шампанского, бутылку водки и замечаю неподдельный интерес и яркий блеск в глазах девчонок. Это лояльное отношение к происходящему мне понравилось. Не надо быть психологом, чтобы понять, что я достал именно то, что необходимо в данной обстановке.

Мой друг был зажатым и скованным человеком, ему нужна была большая порция алкоголя, чтобы «расковаться» и вести более-менее нормальные диалоги с девушками. Поэтому, налив всем по фужеру шампанского, я взял инициативу в свои руки и выразительно сказал первый тост:

– У одного падишаха служил звездочет. И все годы службы, больше 20 лет, этот человек приносил господину только хорошие предсказания и вести. Падишах решил отблагодарить любимого слугу, подарив ему одну из своих трех жен. Звездочет радостно согласился, но попросил:

– Позвольте мне задать каждой по одному вопросу.

Падишах разрешил. Звездочет подошел к первой и спросил:

– Сколько будет два плюс два?

– Пять, – ответила первая жена падишаха.

«Щедрая», – подумал звездочет. Спросил у второй:

– Сколько будет два плюс два?

– Три, – ответила та. «Экономная», – подумал звездочет.

Спрашивает у третьей:

– Сколько будет два плюс два?

– Четыре, – был ответ третьей. «Умная», – подумал звездочёт.

И как вы думаете, какую жену выбрал звездочёт? В воздухе повисла пауза. Девушки морщили лобики. Одна сказала:

– Экономную.

Другая:

– Умную.

Я с пафосом сказал:

– Нет.

И повысив голос на три октавы, включив самый свой бархатный баритон, продолжил:

– Он выбрал самую красивую! Так выпьем же за наших самых красивых присутствующих здесь дам!!!

Это выступление произвело сильное впечатление, и понравившаяся мне девушка, Рита, стала заинтересованно поглядывать в мою сторону.

С каждой выпитой рюмкой мы становились все ближе и ближе друг другу. Появлялись новые темы для разговора, находились общие интересы и какие-то дальние общие знакомые. Атмосфера всеобщей любви и взаимопонимания. Не сравнить с тем, что было пару часов назад, до начала мероприятия. Включили музыку. Пригласили дам на медленный танец. Это очень хорошая штука – медленный танец. Имеешь полное право потрогать и оценить своего партнера или как бы невзначай, или даже «взначай».

Так хорошо сидели, так хорошо выпивали, что не заметили, как у нас закончился алкоголь. И все при этом чувствовали состояние «недозаправки». Тестостероны и адреналин, определенно, рубят градус. Мы с другом вышли в коридор, посчитали свои финансы и задумались: денег не хватало. Но тут в коридор вышла Рита, а за ней Настя. Рита мгновенно оценила обстановку, что-то шепнула подружке, и они стали спасать ситуацию – достали кошельки и скинулись на очередную порцию.

Исправив положение, мы вернулись в свою эйфорию. Девочки рядом, стол накрыт, хата пустая, что еще надо для полного счастья?

После очередного перекура мы с товарищем договорились, в какую комнату кто пойдет со своей девочкой для логического завершения банкета.

Настя мне сразу не понравилась. Она была полноватая, а я любил фигурных барышень, поэтому «пышка» досталась слабохарактерному другу. А Рита, по моему пониманию, была очень даже приемлема. Жгучая брюнетка с волосами ниже плеч, с тонковато точёными губами, интересным зажигательным смехом и какой-то загадкой внутри.

Тем более, за столом было понятно, что я приглянулся Рите и она отдает предпочтение мне, а не моему товарищу. Девушки тоже вышли покурить, и, видимо, у них там был совет. Вернувшись, они уже четко сидели возле определенных ими симпатий.

Приблизительно в таком ключе проходили все наши вечеринки с девушками. Где-то было больше пар, где-то меньше. Но все четко понимали, зачем они собрались и для чего. Поэтому, когда спиртное закончилось, образовавшиеся на этот вечер пары разошлись по разным комнатам.

Утром, после изрядного количества выпитого и бурно проведенной ночи, организм протестовал, внутренности просились наружу. Было отвращение ко всему, и даже к присутствующим. Но, оставаясь галантными кавалерами, мы нашли в себе силы и проводили девушек до остановки общественного транспорта, искренне считая, что эта связь без обязательств, как обычно, оставит какие—то приятные впечатления и не более того. Даже думали, что больше, может быть, с этими барышнями никогда и не встретимся.

Пожалел на свою голову

Жалость – это имитация любви.

Максим Горький

Жизнь продолжалась. Я работал, подрабатывал, выпивал периодически, то по мелочи, то по-крупному. Потом как-то, в очередной раз, родители моего товарища уехали на дачу, не предупреждая, неожиданно. Мы были не готовы к обломившемуся счастью, ни с кем заранее не договорились о встрече, пустая квартира пропадала. Времени искать свежую партию девушек не было, и мы решили позвонить старой партии, Рите и Насте.

Как мы думали тогда, на счастье, у девушек тоже оказался свободный вечерок. Они, как и мы, сидели и решали, куда пойти. Выяснив, что наши интересы совпадают, мы с обоюдной радостью договорились о встрече. Причем на этот раз подружки даже предложили финансовую помощь в организации банкета, что нас очень порадовало. Девочки тоже были любительницы выпить и погулять, несмотря на юный возраст. Им было по восемнадцать лет, а нам – по двадцать.

Они приехали в точно назначенное время. Рита была блистательна. Идеальный макияж, хорошо выкрашенные в жгучую брюнетку волосы, стильное платьице, дурманящий парфюм. Естественно, мы уже после предыдущего раза были друг другу не чужими. А тут они уже приехали как родные. С самого начала задалась беседа, девчонки чувствовали себя как дома, начали накрывать на стол. Пока нарезали колбаску, рассказали все последние новости, произошедшие за время разлуки. Мы с другом не напрягались, сидели расслабленные, заранее зная о концовке мероприятия. Именно это нам, молодым, и надо было от наших подружек.

Банкет шел весело и ровно. В процессе наливания очередной рюмки Рита спросила меня:

– А у тебя девушка есть?

– Да нет… Как-то все некогда… А у тебя есть парень?

– Давно порвала со своим бывшим.

– Чего так?

– Обидел сильно.

Чем он ее обидел, мне было неинтересно, поэтому я перевел разговор в другое русло. И сразу понял, в какую сторону дует ветер. Моя независимость в опасности – подумал я. Причем Настя такие вопросы другу не задавала в принципе. Ее, судя по всему, устраивал минимум: лишь бы в тепле, лишь бы хоть кто-нибудь. О Рите этого сказать было нельзя. Чувствовался интеллект и хватка. Сказывалась работа в торговле. Цену товару она знала.

Потихоньку уничтожая запасы спиртного, мы продолжали веселиться и идти к желанной цели, для которой, собственно, и собрались. Но после определенного количества выпитого тянет на сантименты. Мы с Ритой разоткровенничались, стали говорить друг другу о каких-то глубоко личных вещах. В тот момент мне показалось, что я ее давно знаю, что она такая хорошая, ласковая, добрая. Вспомнилось, ведь она говорила, что у нее нет парня, что она разошлась с ним по-плохому, захотелось ее пожалеть.

Лет мне было уже двадцать, гулял с четырнадцати во все тяжкие. Алкоголя выпито море. Девушек пройдено немало. Сколько можно бегать, искать каждый раз новую партнершу? Пора бы остепениться. Так думал я тогда. Даже закрадывались шальные мысли о женитьбе. Семейные мужики казались мне статусными. Это серьезно, сказать о себе: «О, я женатый!» Но для начала все же решил получше узнать Риту, присмотреться к ней и предложил:

– А чего ты без парня? Давай вместе будем.

– Хорошо, давай! – согласилась она без колебаний.

Даже было ощущение, что именно за этим она и приехала. Видимо, с прошлого раза не могла успокоиться. Мое красноречие и благообразный вид внушали доверие. Я тогда еще был красавчик.

Уже в другом статусе, как пара, мы отправились в опочивальню. Там и была совершена моя первая серьезная в жизни ошибка. Расставались мы утром в надежде на светлое будущее.

С этого дня мы постоянно выпивали вместе с Ритой. Она познакомила меня со своими родителями. Папа был любитель приложиться к спиртному. Мама тоже, но в пределах разумного. В общем, праздники ту семью мимо не обходили.

Я периодически приезжал к ней и оставался на ночь. Она иногда ночевала у меня. Рита работала в торговле, я тогда трудился в коммерческой строительной фирме, где очень хорошо платили. Поэтому в деньгах и выпивке недостатка не было. Маленькие капризы Риты я всегда удовлетворял с лихвой. Мои приоритеты в жизни немного поменялись, выпивка была уже не ради секса. Хотя выпить и покурить мы оба любили. Рита обожала пиво, и каждый день ей нужно было выпить хотя бы бутылочку.

– Пиво для меня – это живительная влага. Без пива жить не могу, – кокетливо говорила она, прикладываясь к баночке с любимым напитком.

Я в ответ шутил, что не могу без бутылочки винца для поднятия конца. Мы смеялись, веселились, наслаждались беззаботной жизнью. Утром расходились на работу, вечером собирались и продолжали банкет. Никто из нас не думал о способности организма привыкать к алкоголю. Мысль о том, что впоследствии алкоголь нужен будет мне просто для того, чтобы не сдохнуть, даже не приходила в голову.

Конец идиллии

Природа щедро одарила ее красотой.

На этом подарки закончились.

Неизвестный автор

Такая идиллия продолжалась примерно два месяца. Не так долго, как хотелось бы. В связи с сокращением сотрудников на фирме я остался без работы. Но сложности только начались. Буквально на следующий день Рита заявила, что беременна. По ее подсчетам, это все получилось в ту ночь, когда я ее пожалел и стал ее парнем. Мой мыльный пузырек иллюзий лопнул и начались реалии.

Изначально я предлагал сделать аборт, думал, что в сложившейся экономической ситуации так будет лучше. В стране была гиперинфляция, утром хлеб был по одной цене, вечером – по другой, в несколько раз большей. С работы вышвыривали всех подряд, заводы стояли.

Но Рита отказалась, сказала, что если сделает аборт, то у нее больше не будет детей. Я ее опять пожалел и женился. Хотя она говорила:

– Ты как хочешь, можешь не жениться на мне. Я выращу этого ребенка одна, дело твое. Мне ничего от тебя не надо.

Хотя, изображая такое благородство, она прекрасно понимала, что я не сволочь и не буду противиться появлению моего ребенка на свет. Сыграли свадьбу, и началась семейная жизнь.

Какое-то время идиллия продолжалась. Статус семейного человека был новым и приятным. Слова «муж» и «жена» звучали гордо и непривычно. А подаренные на свадьбу деньги и небольшой капитал, который я скопил за время работы на хорошей фирме, позволяли ни в чем себя не ограничивать примерно месяца три.

Я устроился в другую фирму, где платили в 10 раз меньше, чем в предыдущей, но все равно это было в 2 раза больше, чем зарплата на заводе у специалиста. Тогда были такие времена.

Когда родился ребенок, меня распирало от гордости. Это был мой ребенок, дочка: красавица, черненькая, вся в папу. В роддом я приехал с огромным букетом роз и шампанским, выбрал самую крутую по тем временам машину такси. Дома нас ждали теща с тестем и большущий накрытый стол. Рождение моей дочки и их внучки было поводом для серьезной гулянки.

Но тратить деньги направо и налево было уже нельзя. Нужно было учиться экономить и разумно вести семейный бюджет.

И тут со стороны Риты начались жесткие и регулярные упреки в моей финансовой несостоятельности. Рита кормила грудью, ей алкоголь был противопоказан, а выпить она хотела, но ради ребенка держалась. Из нее постоянно лезла какая—то немыслимая злоба, которую она выпаривала на окружающих, в том числе и на меня, на мать, на отца.

Причем эта злоба каким-то образом даже присутствовала в ссобойках с обжаренной до черноты колбасой, которые она мне готовила на работу. Я не мог их есть. Кусок Ритиной злобы не лез в горло.

Домой после работы мне идти уже не хотелось. А какой выход? Слинять к своим пацанам и набухаться. Просто набухаться. Чтобы снять напряжение, расслабиться, сменить обстановку. Отдохнуть, в конце концов. Другого выхода я не знал.

Когда появлялся дома пьяный, сказать, что у нас были скандалы, это не сказать ничего. Рита бросалась на меня с кулаками, мое лицо было постоянно в шрамах от ее ногтей. В ответ она тоже получала. Была такая ненависть, что, если бы мы в тот момент убили друг друга, это было бы правильно, как нам казалось. Теперь я понимаю, что это ее алкогольная зависимость, подавленная ради ребенка, вызывала такую агрессию.

На фирме, где я работал, стали недоплачивать, заработок упал, и я уволился.

Думал, как хороший специалист быстро найду работу получше. Но поиски затянулись. Везде работодатели старались не платить, а работать за копейки не хотелось.

Дома обстановка накалялась. К Рите стала подключаться теща, а ее моральные атаки по поводу моего тунеядства были и вовсе невыносимы. Я собрал вещи и вернулся к родителям.

Пожив у родителей неделю, нашел приработок с расчетом по окончанию работы. Так как на предприятиях ничего не платили, я решил попробовать себя на вольных хлебах. И у меня получилось. Заказчики передавали друг другу мой телефон и заказы были. Начала позванивать Рита. Остывшая, добрая, ласковая.

У меня появились деньги, нервы успокоились, скандалы подзабылись. Рита предложила мне вернуться, и я вернулся. Но деньги имеют свойство заканчиваться, а вольные хлеба – это вольные хлеба. Сегодня густо, а завтра может быть и пусто. В межсезонье заказы прекратились. Вся злобная круговерть понеслась с новой силой. Конечно, я понимаю Риту, она привыкла к подаркам и хотела, чтобы так было всегда. Но у нее быстро закончилось молоко, нужно было покупать дорогущие смеси, памперсы тогда стоили немыслимых денег. Ползарплаты уходило на памперсы, стирать пеленки даже в стиральной машине моя жена считала для себя оскорбительным. Подобрать смеси было сложно, малышка была очень беспокойная, постоянно плакала. А Рита орала на меня, как на виновника несчастной жизни, которую я ей устроил.

Причем пока я вкалывал на работе, она кутила со своими подружками. Ей нужно было самое дорогое пиво и очень дорогие сигареты. Дешевые «понты» перед подругами: я такая крутая, несмотря на то, что у меня ребенок. В какой-то момент стало ясно, что ей нужен не я, а бабло и тряпки, приправленные алкоголем. Когда заработанные деньги в очередной раз растворились, а точка кипения ее злобы выросла до невыносимого градуса, пришлось собрать свои вещи и вернуться к родителям. Через пару месяцев, когда я отдохнул и прилично заработал, Рита снова вернула меня к себе.

Я всегда был лидером, а она пыталась сделать из меня покорного носителя денег в дом, постоянно указывала, что надо делать и куда идти. Причем мое мнение никого и никаким образом не волновало. Делай, что говорят, и молчи в тряпочку! Я этот матриархат никогда не признавал и не признаю. В семье моих родителей главой был отец. В семье моей матери главой семьи был дедушка. А Рита пыталась слепить из меня подкаблучника. Мне все это очень не нравилось. Семейная жизнь представлялась мне совсем в другом свете. Но деньги утекали как вода, сколько их не приноси, а постоянные скандалы и упреки стали формой общения. Причем все вокруг были хорошие, один я – плохой. Видеть, что к чужим людям твоя жена относится лучше, чем к тебе, было обидно. Таких оскорблений и унижений, которые неслись в мой адрес из безупречно накрашенного модной помадой рта Риты, я не слышал никогда и ни от кого, ни до жизни с ней, ни после. И ненавидел ее так сильно, как никогда и никого, ни до, ни после.

Ни в коем случае не хочу сказать, что я чудо-человек. Я тоже не подарок. Прежде чем жениться, надо было пять миллионов раз подумать. Я свободолюбивый лидер-собственник. И такого паскудного отношения, которое развивалось в нашей семье, больше выносить не мог. В третий раз решил уйти окончательно. Собрал свои вещи и написал записку:

Рита!

Я так больше жить не могу. Меня доконали твои и тещины упреки. Если тебе повезет в жизни больше, чем мне, то препятствовать не буду.

Твой нелюбимый муж.

Жалко только было расставаться с дочкой. Она-то уж точно была ни в чем не виновата. Но так обычно и случается – когда в жизни встречаются два идиота, страдает невинное дитя. Уходя, подумал, что лучше буду платить алименты, чем спущу в унитаз свою жизнь. Все, что мы купили вместе, и то, что нам подарили на свадьбу, оставил Рите. Забрал только свои вещи и снова вернулся к родителям.

Зализывание ран

Любовь слепа, зато семейная

жизнь – гениальный окулист!

Оноре де Бальзак

После того, как я вернулся в отчий дом, в свою комнату, Боже мой! Как мне стало хорошо! Слава Богу! – подумал я, – Кошмар закончился!

Хотя переживал очень сильно. И всем рассказывал, что разошелся со своей. Мужики мне сочувствовали. Приглашали выпить:

– О, у тебя горе! Понимаем! Пошли с нами!

Этот повод растянулся на пару месяцев черного запоя. Я не работал, но в народе принято жалеть потерпевших, поэтому легко можно было выпросить у мамы пару копеек, у друзей одолжить. Много денег было и не нужно, алкоголь доставался сам собой. Люди знали, как я легко вхожу в контакт с девчонками, и меня часто приглашали в компанию в качестве «живца». Я кадрил девчонок и передавал менее активным ребятам. Благодаря этим способностям один мой друг даже женился на закадренной мной девчонке, которую я ему передал.

Через пару месяцев позвонила Рита. А до меня уже дошли слухи о ее похождениях. Доброжелатели доложили, что она оставляет дочку с мамой, а сама куролесит по дискотекам со всеми вытекающими, отнюдь не храня супружескую верность. Рита мило ворковала в трубку:

– Почему ты не приезжаешь? Неужели не хочется посмотреть, как дочка подрастает? Она уже такая большая стала, топает так смешно. Хочешь погулять с ней? Приезжай!

Но я прекрасно знал, что ребенок занимает в сознании бывшей жены далеко не первое место, а все эти «нежности» нужны для достижения совсем других целей. Поэтому воркование не вызвало у меня никаких чувств, кроме отвращения и злости. Я высказал все, что думаю, в самой грубой форме. Сказал, что больше жить с ней не буду, а лучше буду платить алименты. И чтобы она в моей жизни не появлялась больше НИКОГДА. Не то что видеться, а даже разговаривать с ней я не желаю до сих пор, хоть прошло уже очень много лет. Настолько она мне выела мозг со своей мамой вместе.

Но этот звонок как-то протрезвил. Да к тому же росло недовольство родителей моим поведением. Поэтому я прекратил пить, устроился на фирму и стал работать. Был на хорошем счету и как специалист, и как заводила. Собирались компанией после работы и понемногу выпивали. Умудрялись и перед работой чуток похмелиться.

Как хорошего специалиста меня ценили, но я стал замечать, что алкоголь начинает негативно влиять на мою жизнь. Иногда после сильных возлияний, особенно после паленой водки или самогонки, не было сил встать и ехать на работу. Накапливались прогулы, и начальник меня предупредил, что уволит.

В то время спиртное стало присутствовать в моей жизни постоянно. Это уже были не выпивки по праздникам, а обязательные встречи друзей после работы «по пять капель», «чисто символически», «ну что от 100 грамм будет?». Хотя все прекрасно знали, что где 100 грамм, там и 200, но это никого не останавливало. Алкоголь стал потихоньку забирать мою жизнь, но тогда я этого еще не понимал, искренне считая, что в любой момент могу легко остановиться и перестать пить. Стоит только захотеть. А пока мне просто не хотелось.

Поиски любви

Надежды не столько питают юношей,

сколько ими питаются.

Ара Багдасарян

После развода с Ритой отношение к женщинам изменилось. Раньше я с удовольствием щеголял перед своими дружками – каждую неделю новая девушка. Меня это очень заводило и радовало, потому что по натуре я лидер, и никто мои рекорды перещеголять не мог ни в количестве выпитого, ни в количестве девочек. И отношение к девочкам и к спиртному было, как к спорту – новые достижения, новые рекорды.

Девушки на меня клевали охотно, я был физически развит, мой портрет висел в школе на доске почета «Лучшие спортсмены школы». Меня все знали, уважали и боялись. А девочки в юном возрасте тянутся к доминантным самцам, с которыми им не страшно, которые могут и за себя постоять, и за подружку. Кроме этого, я знал много историй, анекдотов и мог развлечь приятной беседой. Как учили нас старшие товарищи по закадровке дам:

– Главное, качественно навешать лапши. Красивый заход – и она твоя.

После развода с Ритой на душе было больно, неприятно, жалко было ребенка, но все эти чувства перекрывала ненависть к бывшей жене. Боль, гнев и ненависть были моими главными чувствами, и чтобы их заглушить, я стал завсегдатаем во всех компаниях. Искал, где кто выпивает и присоединялся, чтобы как-то отвлечься от тяжелых мыслей. Навеселе знакомился с новыми девушками, так как считал, что клин клином вышибают. Но хотелось уже не чего-то мимолетного, а серьезных и постоянных отношений. С одной барышней даже продержался два месяца. Больше не смог, потому что ей надоели мои пьянки. Она меня ждет, зовет, а я встречаю друзей и сразу готова отговорка:

– Извини, не приду, не могу. Сегодня надо решать вопросы с работой.

А сам гуляю с компанией до поросячьего визга. Мне было все равно, так как ничего она для меня не значила – очередное увлечение, призванное растворить печаль.

Все продолжалось в такой манере. Прошел год. Боль никак не утихала, и я решил познакомиться с девушкой, которая бы действительно меня заинтересовала, затронула чувства.

Как раз был день рождения у жены моего знакомого. Меня пригласили, а я попросил позвать для меня хорошую, приличную подружку. И они выполнили мою просьбу. Пришла очень миловидная фигурная блондинка, пухлые губки, голубые красивые глаза. Увидев ее, я подумал: Какое милое солнышко. Очень захотелось произвести на красавицу благоприятное впечатление, и я старался, без умолку хохмил и произносил тосты, все ржали, было весело. В итоге я даже не помню, как оказался дома.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.