Тиана Этерналис
Белое перо

Глава 1

Кроны деревьев монотонно качались, повинуясь периодическим порывам ветра. Казалось бы идеальная картина маслом на свежем холсте: ясная погода, середина весны и негромкий шум ручейка сонно пробирающегося по камням. Только птиц не было. Вообще.

Все представители крылатых животных разлетелись по-дальше от ломающегося раз за разом дерева и непонятных слов на черт знает каком языке. Вероятнее даже на сборе неизвестных и изместных языков мира.

– Дьявол! – в очередной раз сорвавшись, девушка лет шестнадцати швырнула остатки деревянного меча в сторону.

Щепки разлетевшегося во все стороны дерева стали слетаться друг к другу, срастаясь снова между собой под её эмоциональный шепот и взмахи уставших рук с мозолями.

Снова она взяла его и крепко сжала, уставившись на чучело с десятками рун так, будто перед ней самый злобный враг в мире вырезавший самых близких и дорогий ей существ. Она не пыталась его сбить, сломать или уничтожить, нет, девушка просто раз за разом отскакивала на одно и тоже расстояние после каждого удара.

Держа импровизированный двуручный меч двумя руками, она будто бы пытались разрубить чучело: колющие удары таким оружием будут сложными. Сейчас она оттачивает одно движение до автоматизма.

Первый удар.

Второй.

Пятый.

Седьмой.

Она снова отскочила от чучела на полтора метра и в очередной раз упала после седьмого удара, поскользнувшись на сочной весенней траве. Попытавшись не упасть, она сделала шаг назад в воздухе, но упала на ту самую же ногу. У нормального человека уже вероятно случился бы вывих колена или вылет чашечки в таком положении.

Немного поругавшись смотря в ясное небо, она положила грязную руку на лицо вытирая выступившие от боли и разочарования в себе слезы, размазывая грязь по лбу и щекам.

-Но ты ведь понимаешь что это очень даже хороший результат спустя трое суток фактически без отдыха, да, Эви?

Вместо ответа девушка нервно засмеялась и замолчала, всё ещё не убирая руку с лица и содрагаясь от беззвучного смеха. Женщина лет двадцати трех подошла к ней фактически беззвучно, и взяла в руки подол длинной рубахи, присев на корточки рядом.

– У тебя кровь, дай вытру, – ответила она когда Эвилисма дернулась не отойдя ешё от азарта этого импровизированного поединка. – Пошли домой, пока можешь ходить.

–Нет. Я хочу закончить, – охрипший голос полукровки прозвучал весьма бодро после трех часов беспрерывного истязания весенней травы своими прыжками и падениями.

– Тебе не нужен отдых? Отец скоро вернется, хоть бы "привет" сказала бы ему.

–Когда? – уставившись на чучело она чела рядом с матерью опустив голову на её плечо.

– Ближе к полуночи.

– Вот тогда и прий…

– Ты мне всех бесов и призраков распугаешь, из чего прикажешь потом доставать информацию и ингредиенты для снадобий? – более сурово, но шутя спросила Асейна, щелкнув по лбу дочь.

Немного посмеявшийсь, девушка блеснула своими тускло-голубыми глазами глянув на лицо матери.

– Ты же потом сама будешь обвинять меня в том, что я слабая, разве нет?

– Ну ты же понимаешь что на наших занятиях я становлюсь твоим наставником, а не матерью, – протянула женщина и смущенно дернула головой переводя взгляд обратно на поле имитированного боя.

Черная земля с периодическими клочками бедной истоптонной зеленой травы и худо-бедное пугало усиленное и укрепленное десятками рун, слабо переливающихся фиолетовым, бардовым и золотыми цветами.

– Тем более даже тебе нужно иногда упасть где-то и не шевелиться, пока здесь не завелся призрак сильно похожий на тебя, – она потрепала волосы дочери на макушке и встала. – Сама пойдешь сейчас, или как?

– Дай угадаю, если не пойду на своих ногах, опять перекинешь как мешок картошки и потащишь насильно?

– Абсолютно верно.

Закатив глаза, Эвилисма встала, отряхнула немного свою одежду и гордо проигнорировала ладонь матери. Та отвела взгялд, подумав что доченька уже подросла и не хочет держаться за её руку, как вдруг услышала очередной треск деревянного меча.

– Маленькая настырная шиншилла! – не столько разозлившись, сколько удивившись и немного насмешливо воскликнула Асейна. – Домой живо!

– Не-а, меня наставница завтра размажет по ближайшему камушку, – нанеся ещё один удар, девушка отскочила и замерла, посмотрев на мать, – как яйцо без скорлупы.

–В кого же ты такая настырная? – угрожающе выступив вперед, Асейна требовательно протянула руку.

– Угадай с трех раз, матушка, – ехидно усмехнулась она и кинула матери второй деревянный меч. – Подаришь мне танец?

***

–Мошенничество! – крикнула матери в спину, буквально в спину, так как она была перекинула через плечо, в сто пятый раз.

– Да, – ответила она в семдесят третий раз. После тридцать второго повторения одного и того же слова ей надоело что-либо говорить, поэтому она просто соглашалась.

Асейна, как мать, была необычайно заботлива. Даже несмотря на возраст Эвилисмы давно переступивший шестой десяток, она любила ей читать книги перед сном. Единственное, с возрастом их содержание несколько стало более подробным и часто похожим на набор слов от психически больного человека, чем на сказки. Начиная с простого рецепта приготовления супа, точнее заготовка их ингридиентов, начиная с "аккуратно положите курицу головой на пенек", заканчивая тем, от чего у приличного человека поседеют волосы.

Как некромант она же была весьма… специфична. Не любила марать руки, но каждый раз интеллигентно натянув черные кожаные перчатки на руки, поправив прядь волос, безжалостно отправляла в гости к праотцам и остальным предкам любого ей неугодного. Вампир, маг, ведьмак, эльф – всех ждала быстрая безболезненная, но страшная смерть с последующим порабощением силы и сил души. И в большинстве своем она пыталась сделать эти крупицы душ материальными, а после эти физические оболочки с толикой мысли своих бывших хозяев просто протирали пыль и убирали паутину, наводя красоту в их доме. Исчезали же они резко, как только силы остатка души исчезали.

–А можно поаккуратнее-е-е?! – чувствуя себя мешком картошки на плече спросила Эвилисма.

–Заю-юш, когда сама идти захочешь, тогда и будь аккуратнее, – в тон ей ответила мать.

–Издевательство… А!

Резкий и тонкий удар по мягкому месту заставил её пересилить гордость пораженного в нечестном бою и попроситься слезть, чтобы выдрать перьями этим маленьким пернатым низшим феям из их ушей и хвоста. Хоть они и походили внешне на гибрида недоростка-карлика-морской свинки и попугая, были мстительными и хоть что-то да соображали.

–Засранки! Чтоб вас вороны сожрали! – не желая тратить на них больше времени чем несколько секунд, она отвернулась от улетающих смеющихся двух феечек и недовольно посмотрела на хитрое лицо матери.

–Эви, кто ж тебя так учи-ил? – пока она протягивала эти слова, шевелила пальцами, заставляя ветки деревьев сплестись в некое подобие клетки вокруг них.

После щелчка пальцев Асейны феечки простонал и упали на ветки.

–Они мертвы? – посмотрев на бездыханных пташек-хомячков Эви наклонила голову, но не отвернулась он них.

–Ещё чего, они ж не меня по попе били, это ты решай, жить им или нет…

Пошевелив губами, словно пережевывая идею о том, чтобы повыдергивать из них все их перышки до единого, девушка ещё раз посмотрела на эти спящие тушки и после гордо отвернулась.

–Ещё чего, марать об них руки еще, – максимально пафосно и без зазрения совести гордо сказала она.

Слегка усмехнувшись из-за этого, Асейна одобрительно потрепала дочь по голове.

***

Лес, до которого люди и спустя сотни тысяч лет не доберутся, был весьма редок. Не было непролазных буреломов, крутых оврагов или остальных лесных причуд, из-за которых можно сначала сломать ногу, а потом свернуть шею через полторы секунды. Деревья здесь были грациозно тонкими и не любили соприкостаься друг с другом, находясь на приличном расстоянии друг от друга. В некоторых местах они может и стояли вплотную, но это было уже за пару тройку километров от места, где жили две некромантки и темный эльф. И то, это был уже другой вид деревьев, которые всё так же были грациозны и тонки, но уже с более темной корой.

Пробираясь сквозь этот самый микро-бурелом в паре-тройке километров от дома, темный эльф случайно придавил хвост одной пернатой рогатой фее-чертёнку, после чего услышал несколько сотен непереводимых слов из-за цензуры. Зыркнув на неё своими темно-зелеными глазами из-под капюшона, он щелкнул её двумя пальцами по лбу и она улетела, врезавшись в соседнее дерево.

Фактически беззвучно он спрыгнул со сломанного дерева на землю, перед этим скинув на землю сумку с чем-то тоже беззвучно упавшим.

Мусэйли, как его называла жена, или же Мусэй’ай Обир Сарэ, как его назвала больше двух веков назад мать, был темным эльфом с белоснежной кожей и черными волосами как и полагается всем темным эльфам. Из-за своей любви к книгам и заклинаниям, а ещё своего полуэльфийской полуведьмачей сущности, доставшейся от покойных родителей, его после совершеннолетия выставили за барьер родной деревни. Уж такими были обычаи – если течет эльфийская кровь в венах одного из жителей деревни, то нужно до совершеннолетия отпрыску позволять жить бок о бок с другими.

После такого переломного момента он был вынужден уйти далеко и как-то выжить, не напоровшись на кого-то из знавших его, ибо после этого он стал фактически чудовищем, не заслуживающим жить и существовать учитывая ещё тот факт, что его мать умерла при родах. Нет, сейчас такие глупые обычаи стали мало-помалу выходить из моды, но на тот момент его считали убийцей собственной матери-эльфийки.

Но это было чуть больше двух сотен лет назад. Сейчас он прикрывал лицо от солнечного света под темным капюшоном и прятался в тени. Нет, как вампиров его не обжигал свет, просто было дико неприятно это яркое солнце для уставших глаз не спавшего больше суток эльфа.

Да черт вас побери! Расплодились! – случайно наступив на хвост спящей феечки, Мусэйли от испуга отпрыгнул и был готов сровнять с корой дерева эту пернатую визгливую дамочку.

Вот из-за таких как ты и гибнут леса! Из-за таких как ты и вымерли динозавры! – не прекращая ни на секунду свой словесный поток брани, ругательств и бесконечных обвинений, она вильнула своим пушистым тельцем, подошла к месту нападения и забрала своё перо. Демонстративно взлетев и стукнув, уже успокоившегося от испуга, темного эльфа по носу коленом, она через 5 метров завизжала и камнем полетела вниз.

Проводив феечку взглядом, он уловил её признаки жизни в виде чистого отборного мата и попытках встать. Но после парализующего заклинания в такой микро-порции она должна бы проваляться как минимум часов 7. Стряхнув невидимую пыль с перчаток и плеч, он накинул спавший капюшон и пошел дальше, пытаясь сообразить сколько ему идти до дома.

Час, два или не раньше грядущей полуночи или утра? Или он вообще заблудился, как часто это бывает из-за этих чертовых мороков на деревьях, которые ради развлечения накладывают эти пернатые бестии. И сама их забава разносить пыльцу и семена дурманящих цветов была весьма удивительной, ведь дурманила она исключительно только самих фей, а других заставляла либо бороться с позывами тошноты, либо пытаться не заснуть на пару дней. И то, в таком случае путник проснется от сильного желания есть или в каком-то озере, куда его утащили переселенные утопленники.

-Алкаши, – недовольно пробурчал он переложил упавшую фею со своего плеча на ближайший сук.

–Эй, эльф… – слишком невнятно и мутно стала бормотать фея сквозь пьяный бред, чуть не упав с этой широкой ветки.

– Кошек на вас не хватает, – сердито буркнул он когда эта маленькая бестия кинула в него лист, заговорив его заклинанием, которое утяжеляет его в раз 120.

Небрежно махнув рукой, будто отгоняя комара, он повернулся проверить как маленькая опьяненная феечка будет летать. Никак. Она взвизгнула и плашмя упала на куст папоротника. Её хвост так живописно торчал из листьев папоротника, что до Мусэйли резко дошел смысл человеческой легенды о цветущем папоротнике, что заставило его лукаво улыбнуться. Однозначно где-то он слышал что-то по типу того, что тот счастливчик, которому доведется понюхать цветок папоротника, обретет нечеловеческие знания и станет самой лучшей версией себя.

***

Одной из самых горьких ошибок Мусэйли за прошедшие сутки было то, что он не снял капюшон подойдя к дому. Двухэтажное каменное строение охранялось кучкой выкупленных должников гоблинов, ярых защитников территории. Не смотря на их не высокий рост, они обладали недюжинной силой и низким интеллектом.

Купили гоблинов при весьма интересных обстоятельствах. До рождения дочери, супруги постоянно путешествовали вместе, в это время дом пустовал от слова совсем: из-за энергетики в нем не заводились даже тараканы и пауки. Вернувшись домой, некромантка и эльф первым делом увидели как на пороге кучка утопленников сидят и слушают молодую русалку. Своим сладким голоском она лепетала убеждающие речи о том, что леший с феечками обнаглел, раз занял “хату” больше, чем на неделю и не хочет даже выходить.

После этого Асейна залилась истерическим смехом. Сам же эльф с интересом слушал и думал, что будет в следующий раз. в прошлых раз сам леший напился и решил скрыться от дождя со своими собутыльниками феечками в этом доме. В итоге они стали обсуждать правильность действий при правлении русских царей, их политику и рассорились вдребезги, так как мнения древнего лешего и молоденьких феечек отличались кардинально. При ссоре пострадала стена и подземная “комната развлечений” Асейны с орудиями для пыток. Попытка лешего вразумить малолетних пьяниц окончилась весьма успешно для феечек. Развлечения и урока ради Асейна оставила лешего привязанным еще на сутки не смотря на все угрозы и крики.

Каждая их вылазками из дома была длительной. В итоге Асейна нашла кучку низкорослых гоблинов и выкупила их. Наказом было “Охранять дом во время их отсутствия”. Но либо память охранников оказалась кратковременной и они смогли примерно запомнить слово “охранять”, либо они откровенно решили делать по своему и угождать хозяевам с охраной всего, либо им было скучно и они предпочитали бить всех и вся за каждый шорох на ближайших пятиста метрах.

Пока пятерка проснувшихся не вовремя гоблинов просили прощения на своем языке, Асейна с Эвилисмой протирали кровь на лице и плечах Мусэйли. Несколько минут назад с грацией кентавра на него с дерева “упали” пять гоблинов. Уставший эльф не почувствовал и без того слабую энергетику низкорослых гладиаторов и поздно начал отбиваться.

-Как прошло твое собрание, любовь моя? – убедившись, что все глубокие раны на теле супруга заросли благодаря магии,она смягчилась и поцеловала его в лоб.

–Ммм… Печально… Будет война, мы не пришли к общему выводу, – эльф ударил подушечкам по столу.

Хоть его давно и изгнали из родного селения, но радушно приютили в другом за полтора десятка лет до встречи с будущей супругой. Благодаря его способностям в магии, уму, умениям и навыкам, в скором времени его включили в круг старейшин. И хоть он теперь там и не живет, всё равно обязан являться на добрую половину собраний.

-В смысле война? – в унисон произнесли мать с дочкой, но с разными интонациями. Юная некромантка зажглась этой идеей не представляя эту картину, а ее матушка со страхом и беспокойством посмотрела на дочь, боясь во что та может влезть по своей юной глупости.

-В прямом… Вампиры взяли на себя слишком многое, когда решили сначала подчинять на том острове людей и взять над ними господство, а теперь пытаются ещё и выследить селения эльфов. Чёрт бы их побрал, но вряд ли они решили испить рудниковой воды.

Речь эльфа становилась менее сявзанной. как никак он уже довольно продолжительное время не спал, к тому же его недавно побили гоблины и закидали грязью и разными травами.

Дамы замерли. Эвилисма ещё не выходила за территорию дома за свой не долгий век. В ней зажегся огонь азарта и предвкушения испробовать свои навыки. Асейна наоборот, сначала насторожилась, прислушалась к окружающей среде, внимательно посмотрела на дочь и утихомирила ее взглядом:

-Тебя там не будет.

–Но!..

–Я сказала всё. Будешь пререкаться? Поле битвы не песочница и тебе ещё есть чему поучиться, – её лёгкость в голосе исчезла. Асейна говорила кратко, сухо и по делу. – Мы с девочками попытаемся что-то сделать, переубедить их, повлиять, – она снова посмотрела на эльфа, погладила его по голове и щелкнула по уху, – на крайний случай устроим геноцид.

Заливистый смех, последовавший из уст Асейны после подобной шутки, уже не пугал эльфа, а скорее заставил смутиться. Нужно ему сейчас посмеяться и поддержать её, или наоборот, сказать, что нельзя шутить на подобные темы? Мельком эльф глянул на дочь и увидел её довольную улыбку сквозь гримасу обиды.

***

Тот день пролетел незаметно. Трое некроманток и двое некромантов во главе с тройкой эльфов явились на новые переговоры с полутора десятками вампиров. Споры, сдержанные крики и попытки не разорвать аппонента раньше времени выводили каждого из себя. Лишь более бывалые фактически не реагировали и оставались спокойными. И то, прокручивая в голове фразу “на больных не обижаются”.

-Мы не придем ни к чему, – седовласый вампир вскочил из-за круглого стола опрокинул стул в приступе ледяного гнева. – Люди лишь расходный материал, вы и мы должны править!..

– Ну-ну, зубастик, – из-под мантии сверкнули ядовито-зеленые глаза. Девушка встала из-за стола, обошла его и села напротив стоящего вампира, скрестив ноги. Полушепотом и нежно она продолжила мурчать ничуть не стесняясь в своих жестах и действиях. – Я уверена… Мы договоримся, – двумя пальцами она провела по его подбородку, закрывая от ярости открывшийся рот седовласого.

– В общем так, сосунки, либо мы свершем вам шеи, – все некроманты встали, давая знак эльфам уйти назад, пока говорил юный некромант, – либо вы все дружно исчезаете с этой территории, – слишком опрометчивая речь для юнца, но каждый из клана был не за красивые глаза принят и каждого было за что уважать.

Тройка вампиров залилась смехом. Эльфы отошли за спины некромантов, доставая из-неоткуда луки и кочлан со стрелами. Сам колчан за полсекунды каждый накинул на плечи не закрепляя и не затягивая ремни, а в руках уже у каждого скрипнула натянутая тетива. Все синхронно переглянулись с той самодовольной некроманткой, которая всё ещё сидела на дубовом столе.

Она разочарованно закатила глаза, как это обычно делают родители, которые после очередной дублирующейся пакости чада слышат фразу “глянь как классно”.

Мы даем вам последний шанс передумать, – зеленоглазая игриво провела сначала по носу вампира, а после по его выпирающим клыкам. – После ваша раса начнет мельчать, – конец фразы она договорила мурчаще-оптимистично, будто предлагала всем выпить чай с пирогом или напиться старым друзьям в щепки в честь годовщины дружбы. Несмотря на тон, она натягивала черные перчатки из кожи, а вампиры благоразумно отступили от нее на шаг.

А мы пытались убедить вас открыть глаза на реальность, вы сами пошли на это, – вампиры встали из-за стола. Троим хватило доли секунды перебраться через или вокруг стола.

Некромантка цокнула языком вывернув вампира и долбанув его голову об стол. Второй появился за спиной и разорвал предплечье одним укусом. После оба кровососа замерли на доли секунд и бросились на своих же. Мгновенно разрывая плоть и шеи своих собратьев, эти двое вампиров продолжали нападать на них с ранами, несопоставимые с жизнью даже для вампиров.

Зеленоглазая бестия поспешно оторвала край мантии и перевязывала с помощью зубов район выше раны. Не смотря на то, что вампиры были меньше, чем в двух метрах от нее, она не боялась, что на нее нападут.

Её не тронут.

Не успеют.

–Покойтесь с миром, олени, – шипя бросила она и демонстративно залезла на стол за секунду до удара.

–У вас ещё есть время подумать, вампиры! – наблюдая за этим шоу, Асейна упустила из виду двоих. Сзади послышался вопль эльфа, роняющего случайно выпущенную к её ногам вторую стрелу. Следом упала его быстро теряющая силы туша.

–Остолопы решили мучительно сдохнуть, – холодно и безэмоционально улыбнувшись, некромантка с зелеными глазами клинком прошлась по шее, не до конца отсекая голову вампира. Ногой она спихнула его, чтобы клинок не застрял на те необходимые доли секунд.

– Твою мать, Грэйя! – Ассейна с отвращением вытерла кровь со своего лица и глаз, когда у второго самоубийцы зеленоглазая отсекла голову и тот упал навзничь, обливая и пачкая её.

Третья некромантка стала зачитывать заклинание, переводя его в песню. К ней присоединились два женских голоса и пара мужских. Выжившие шестеро вампиров остановились, будто только что проснувшись от долгого сна и заозирались вокруг, точно не понимая откуда исходит эта прекрасная мелодия на неизвестном языке. Примерно десять секунд им понадобилось чтобы отойти от гипнотизирующего эффекта их голосов. Следом последовали их тщетные попытки сдвинуться с места. Их держали за ноги полусгнившие, вылезшие из-под земли, руки.

Пятнадцать секунд – заклинание было завершено, вампиров пронзили корни деревьев.

-Ужас… – третья молодая некромантка закрыла рот от зрелища и отвернулась из-за рвотного позыва.

–Отвратительная сцена. Символ нашей власти и нашего поддержания баланса в мире живых, – Грэйя повернулась наблюдая за лицами остальных.

Асейна как и двое парней, как одни из бывалых, были равнодушны и даже с малым интересом рассматривали эти мертвые тела. Двое выживших эльфов зачитывали исцеляющее заклинание над телом своего собрата.

-Он мертв, – равнодушно и холодно бросила она.

–Но вы же можете вселить в него искру жизни. Мы не поскупимся вас отблагодарить.

– Для этого нужен кто-то живой, кто отдаст эту вашу “искру” жизни, а мы благотворительностью не занимаемся.

–Мы отдадим своему брату… – начали двое в унисон.

–Раз так, то расходитесь, – прогоняя жестом, Асейна, поманив двоих некромантов, принялись поспешно зачитывать заклинание, отнимая у обоих эльфов небольшой кусок их жизни.