Скандалы 2025: Коррупция в Pertamina, Отставка Шиндзо Исиба, Отставка Ангелы Рейнер, JP Morgan и Джеффри Эпштейн, Взятки в администрации Майлеи.

Коррупция в Pertamina

In early 2025, Indonesia was rocked by a corporate scandal so massive it dwarfed anything the country had seen before.

В начале 2025 года Индонезию потряс корпоративный скандал, столь масштабный, что он затмил всё, что страна видела раньше.

At the heart of the storm was Pertamina, the state-owned oil and gas giant, a behemoth that has long dominated Indonesia’s energy sector.

В эпицентре бури оказалась Pertamina – государственный нефтегазовый гигант, давно доминирующий в энергетическом секторе Индонезии.

The accusations were staggering: executives, including the CEO of a Pertamina subsidiary, were detained for allegedly orchestrating a scheme involving fuel adulteration and theft that bled the state of up to $12 billion between 2018 and 2023.

Обвинения были ошеломляющими: топ-менеджеры, включая генерального директора дочерней компании Pertamina, были задержаны за якобы организованную схему с фальсификацией топлива и хищениями, которые обошлись государству в 12 миллиардов долларов в период с 2018 по 2023 год.

The revelations, dripping with intrigue and betrayal, exposed a web of corruption that snaked through the highest ranks of one of Indonesia’s most powerful institutions, captivating the nation and sending shockwaves through its political and economic landscape.

Эти разоблачения, полные интриг и предательства, вскрыли сеть коррупции, проникшую в самые верхние эшелоны одной из самых могущественных институций Индонезии, захватив внимание нации и потрясая её политический и экономический ландшафт.

Pertamina is no ordinary company.

Pertamina – это не обычная компания.

Established in 1968, it has been the backbone of Indonesia’s energy industry, controlling everything from oil exploration to the pumps at gas stations where millions of Indonesians fill their tanks.

Основанная в 1968 году, она стала опорой энергетической индустрии Индонезии, контролируя всё – от разведки нефти до колонок на заправках, где миллионы индонезийцев заправляют свои автомобили.

In a country where fuel is heavily subsidized to keep costs low for consumers, Pertamina’s near-monopoly on retail gasoline makes it a linchpin of daily life.

В стране, где топливо щедро субсидируется, чтобы удерживать низкие цены для потребителей, почти монопольное положение Pertamina на рынке розничного бензина делает её ключевым элементом повседневной жизни.

But this power has come with a dark side.

Но эта власть имеет и тёмную сторону.

The company’s history is littered with whispers of corruption, dating back to the 1970s when its first director, Ibnu Sutowo, was accused of siphoning profits for personal gain and political schemes.

История компании изобилует слухами о коррупции, начиная с 1970-х годов, когда её первый директор, Ибну Сутово, был обвинён в присвоении прибыли для личной выгоды и политических проектов.

Though Sutowo was never charged, the precedent was set: Pertamina was a place where power and profit could blur dangerously.

Хотя Сутово так и не был привлечён к ответственности, был создан прецедент: Pertamina стала местом, где власть и прибыль опасно переплетались.

The 2025 scandal, dubbed “PertaminaGate” by some, erupted on February 24 when the Indonesian Attorney General’s Office announced the arrests of seven executives, with two more detained the following day.

Скандал 2025 года, получивший у некоторых название «Пертаминагейт», разразился 24 февраля, когда Генеральная прокуратура Индонезии объявила о задержании семи топ-менеджеров, а на следующий день были задержаны ещё двое.

Among them were heavyweights: Riva Siahaan, CEO of Pertamina Patra Niaga, the subsidiary handling retail sales and fuel imports; Yoki Firnandi, CEO of Pertamina International Shipping; and Sani Dinar Saifuddin, a director at Kilang Pertamina Internasional.

Среди них были влиятельные фигуры: Рива Сиахаан, генеральный директор Pertamina Patra Niaga, отвечающей за розничные продажи и импорт топлива; Йоки Фирнанди, генеральный директор Pertamina International Shipping; и Сани Динар Саифуддин, директор Kilang Pertamina Internasional.

Private-sector players were also swept up, including Muhammad Kerry Andrianto Riza, the son of notorious oil baron Mohammad Riza Chalid, whose South Jakarta home was raided as part of the investigation.

В дело оказались втянуты и представители частного сектора, включая Мухаммада Керри Андрианто Ризу, сына печально известного нефтяного магната Мохаммада Риза Чалида, чей дом в Южной Джакарте был обыскан в рамках расследования.

The charges were explosive: the suspects had allegedly manipulated fuel imports, adulterated subsidized gasoline, and inflated costs, costing the state an estimated 193.7 trillion rupiah – roughly $11.9 billion.

Обвинения были взрывными: подозреваемые якобы манипулировали импортом топлива, фальсифицировали субсидированный бензин и завышали расходы, что обошлось государству примерно в 193,7 триллиона рупий – около 11,9 миллиарда долларов.

The scheme was as audacious as it was intricate.

Схема была столь же дерзкой, сколь и запутанной.

Indonesian law mandates that Pertamina prioritize domestically produced oil before resorting to imports, a policy meant to bolster energy security in a nation that has shifted from an oil-rich exporter to a net importer over decades.

Закон Индонезии обязывает Pertamina в первую очередь использовать нефть отечественного производства, прежде чем прибегать к импорту, – это политика, направленная на укрепление энергетической безопасности страны, которая за десятилетия превратилась из экспортёра нефти в её импортёра.

But the accused executives, investigators allege, found a way to game the system.

Но, как утверждают следователи, обвиняемые топ-менеджеры нашли способ обойти систему.

They falsely claimed that domestic crude didn’t meet refinery specifications, exporting it instead and forcing Pertamina to import fuel at higher spot-market prices.

Они ложно утверждали, что местная нефть не соответствует требованиям переработки, вместо этого экспортировали её и вынуждали Pertamina импортировать топливо по более высоким спотовым ценам.

This wasn’t just a bureaucratic oversight; it was a deliberate ploy.

Это было не просто бюрократическое упущение; это был преднамеренный ход.

The imported fuel, often of lower quality, was blended with higher-grade gasoline in storage tanks, then sold to consumers at premium prices.

Импортное топливо, часто низкого качества, смешивалось с более дорогим бензином в резервуарах, а затем продавалось потребителям по завышенным ценам.

The most shocking accusation was that subsidized RON 90 Pertalite, meant to be an affordable lifeline for ordinary Indonesians, was being mixed with RON 92 Pertamax and sold at a markup, deceiving millions of drivers.

Самым шокирующим обвинением стало то, что субсидируемый бензин RON 90 Pertalite, предназначенный как доступное средство для простых индонезийцев, смешивался с RON 92 Pertamax и продавался с наценкой, обманывая миллионы водителей.

The financial toll was staggering, but the human cost hit harder.

Финансовый ущерб был огромным, но человеческие последствия оказались ещё болезненнее.

Indonesians, especially the working class, rely on subsidized fuel to keep motorcycles and cars running – vehicles that are often their only means of getting to work or market.

Индонезийцы, особенно рабочий класс, зависят от субсидируемого топлива, чтобы мотоциклы и автомобили оставались на ходу – а они часто являются их единственным средством добраться до работы или на рынок.

The adulterated fuel, investigators claim, didn’t just burn wallets; it damaged engines, leading to costly repairs and shortened vehicle lifespans.

Фальсифицированное топливо, по утверждениям следователей, вредило не только кошельку; оно повреждало двигатели, приводя к дорогостоящему ремонту и сокращая срок службы транспортных средств.

Social media platforms like X lit up with outrage, with users sharing stories of breakdowns and skyrocketing maintenance bills.

Социальные сети, такие как X, вспыхнули возмущением: пользователи делились историями поломок и взлетевших до небес счетов за ремонт.

One post, from a Jakarta motorbike courier, described spending half his monthly earnings on repairs after using what he thought was reliable Pertalite.

В одном посте мотоциклетный курьер из Джакарты описал, как потратил половину своего месячного заработка на ремонт после использования того, что он считал надёжным Pertalite.

The scandal wasn’t just about numbers; it was personal, cutting into the lives of everyday people.

Скандал касался не только цифр; он затронул лично жизнь простых людей.

The plot thickened with the involvement of Pertamina International Shipping.

История усложнилась с участием Pertamina International Shipping.

Prosecutors alleged that Yoki Firnandi and his team inflated shipping fees by 13 to 15 percent, pocketing the difference through illicit contracts.

Прокуроры утверждали, что Йоки Фирнанди и его команда завышали расходы на перевозку на 13–15 процентов, присваивая разницу через нелегальные контракты.

This wasn’t a one-off; the scheme ran for at least five years, from 2018 to 2023, and involved a network of insiders and private companies.

Это не был разовый случай; схема действовала как минимум пять лет – с 2018 по 2023 год – и включала сеть инсайдеров и частных компаний.

The Attorney General’s Office, after launching its investigation in October 2024, interviewed 96 witnesses and pored over mountains of documents to unravel the conspiracy.

Генеральная прокуратура, начав расследование в октябре 2024 года, допросила 96 свидетелей и изучила горы документов, чтобы распутать заговор.

What they found was a systematic effort to undermine domestic refineries, reject local oil, and orchestrate imports that enriched a select few while draining public coffers.

Они обнаружили систематические усилия по подрыву работы местных НПЗ, отказу от местной нефти и организации импорта, который обогащал избранных и опустошал государственную казну.

The arrests sent ripples through Indonesia’s elite.

Аресты вызвали волну потрясений среди индонезийской элиты.

Mohammad Riza Chalid, the so-called “oil king,” emerged as a shadowy figure in the scandal.

Мохаммад Риза Чалид, так называемый «нефтяной король», всплыл как тёмная фигура в этом скандале.

Though not named a suspect, his son’s arrest and the raid on his home fueled speculation about his role.

Хотя его самого не назвали подозреваемым, арест сына и обыск в его доме подогрели слухи о его причастности.

Chalid, a longtime player in Indonesia’s oil trade, was no stranger to controversy, having been linked to shady deals in the past.

Чалид, давний игрок на нефтяном рынке Индонезии, был не чужд скандалам, поскольку ранее связывался с сомнительными сделками.

The raid on his mansion, where prosecutors claimed three suspect companies operated, painted a picture of a man whose influence reached deep into Pertamina’s operations.

Обыск в его особняке, где, как утверждали прокуроры, действовали три подозрительные компании, нарисовал картину человека, чьё влияние глубоко проникало в деятельность Pertamina.

Posts on X buzzed with theories, some calling Chalid the mastermind, others suggesting he was a scapegoat for even bigger players.

Посты в X гудели от теорий: одни называли Чалида главным организатором, другие предполагали, что он лишь козёл отпущения для более влиятельных фигур.

Pertamina’s response was measured but unconvincing to many.

Ответ Pertamina был сдержанным, но неубедительным для многих.

The company issued a statement pledging cooperation with authorities and emphasizing the “presumption of innocence.”

Компания выпустила заявление, пообещав сотрудничать с властями и подчеркнув «презумпцию невиновности».

Heppy Wulansari, corporate secretary of Pertamina Patra Niaga, denied claims of fuel adulteration, insisting that Pertamax met the energy ministry’s standards.

Хеппи Вулансари, корпоративный секретарь Pertamina Patra Niaga, опровергла обвинения в фальсификации топлива, заявив, что Pertamax соответствует стандартам министерства энергетики.

But the public wasn’t buying it.

Но общественность этому не поверила.

Years of smaller scandals had eroded trust in Pertamina, from a 2019 bribery conviction against a subsidiary head to a 2024 corruption case involving former CEO Karen Agustiawan.

Годы мелких скандалов подорвали доверие к Pertamina – от осуждения главы дочерней компании за взяточничество в 2019 году до дела о коррупции 2024 года, в которое был вовлечён бывший CEO Карен Агуссиауан.

The 2025 revelations felt like the culmination of a long-simmering problem, one that no corporate press release could whitewash.

Разоблачения 2025 года ощущались как кульминация давней проблемы, которую невозможно было скрыть корпоративными пресс-релизами.

The investigation revealed a culture of impunity at Pertamina.

Расследование выявило культуру безнаказанности в Pertamina.

Executives allegedly exploited the company’s monopoly power, knowing that Indonesians had few alternatives for fuel.

Менеджеры, как утверждается, эксплуатировали монопольную власть компании, зная, что у индонезийцев мало альтернативных источников топлива.

Spot contracts, which carried higher prices than long-term agreements, were used to import fuel, further inflating costs.

Для импорта топлива использовались спотовые контракты, которые обходились дороже, чем долгосрочные соглашения, ещё больше раздувая расходы.

The blending of low-grade RON 88 Premium with Pertamax was another layer of deception, allowing the conspirators to charge premium prices for substandard product.

Смешивание низкосортного RON 88 Premium с Pertamax было ещё одним уровнем обмана, позволявшим заговорщикам брать премиальные цены за некачественный продукт.

Each step of the supply chain, from import to retail, was marked up, with profits allegedly funneled to private accounts.

На каждом этапе цепочки поставок – от импорта до розницы – делалась наценка, а прибыль, как утверждается, направлялась на частные счета.

The sheer scale of the operation – $12 billion in losses – left even seasoned observers stunned.

Масштаб операции – 12 миллиардов долларов убытков – ошеломил даже опытных наблюдателей.

As the scandal unfolded, it sparked a firestorm of public anger.

По мере того как скандал развивался, он вызвал бурю общественного гнева.

Energy economist Fahmy Radhi, speaking to the South China Morning Post, described an “oil and gas mafia” embedded in Pertamina, colluding with private traders and possibly even government officials.

Экономист в сфере энергетики Фахми Радхи, выступая в South China Morning Post, назвал происходящее «нефтегазовой мафией» в Pertamina, сотрудничающей с частными трейдерами и, возможно, даже с государственными чиновниками.

The term struck a chord, trending on X alongside hashtags like #PertaminaGate and #KorupsiBBM.

Этот термин нашёл отклик, став трендом в X вместе с хэштегами #PertaminaGate и #KorupsiBBM.

Protesters gathered outside Pertamina’s Jakarta headquarters, demanding accountability.

Протестующие собрались у штаб-квартиры Pertamina в Джакарте, требуя ответственности.

The arrests, while a start, felt insufficient to many who saw the scandal as a symptom of deeper rot in Indonesia’s state-owned enterprises.

Аресты, хотя и стали началом, показались недостаточными многим, кто видел в скандале симптом более глубокого разложения в государственных предприятиях Индонезии.

The story of Pertamina’s 2025 scandal is a gripping saga of greed and deception, played out on a stage where billions of dollars and the trust of a nation were at stake.

История скандала с Pertamina в 2025 году – это захватывающая сага о жадности и обмане, разыгравшаяся на сцене, где на кону стояли миллиарды долларов и доверие нации.

The detained executives, the shadowy oil baron, the manipulated fuel, the raided mansion – all pieces of a puzzle that exposed how far some would go for profit.

Арестованные топ-менеджеры, тёмный нефтяной барон, фальсифицированное топливо, обысканный особняк – всё это части мозаики, показавшей, как далеко некоторые готовы зайти ради прибыли.

As investigators dig deeper, the nation watches, hungry for answers and justice in a scandal that has already changed the way Indonesians see their energy giant.

Пока следователи копают глубже, страна наблюдает, жаждая ответов и справедливости в скандале, который уже изменил представление индонезийцев об их энергетическом гиганте.

Отставка Шиндзо Исиба

In the autumn of 2025, Japan’s political landscape was thrown into chaos as Prime Minister Shigeru Ishiba announced his resignation on September 7, barely a year after taking office.

Осенью 2025 года политическая сцена Японии была охвачена хаосом, когда премьер-министр Сигэру Исиба объявил о своей отставке 7 сентября, всего через год после вступления в должность.

The move came amid a firestorm of scandal that had engulfed the ruling Liberal Democratic Party (LDP), a political juggernaut that had dominated Japan for decades.

Этот шаг произошел на фоне шквала скандалов, охвативших правящую Либерально-демократическую партию (ЛДП), политического гиганта, доминировавшего в Японии десятилетиями.

At the heart of the crisis were explosive revelations about unaccounted funds from ticket sales and hidden slush funds, which shattered public trust and left the LDP reeling from historic election losses.

В центре кризиса оказались сенсационные разоблачения о неучтенных средствах от продажи билетов и скрытых фондах, которые подорвали доверие общественности и оставили ЛДП в состоянии шока после исторических поражений на выборах.

The story of Ishiba’s downfall is a gripping tale of power, betrayal, and a nation grappling with the unraveling of its political order.

История падения Исиба – это захватывающий рассказ о власти, предательстве и стране, сталкивающейся с распадом своей политической системы.

Shigeru Ishiba was no stranger to the LDP’s inner workings.

Сигэру Исиба хорошо знал внутренние механизмы ЛДП.

A seasoned politician with a reputation as a maverick, he had long been a vocal critic of the party’s old guard, even as he climbed its ranks.

Опытный политик с репутацией независимого, он долгое время был ярым критиком старой гвардии партии, даже поднимаясь по ее лестнице.

When he won the LDP leadership in September 2024, following the resignation of his predecessor Fumio Kishida, it was seen as a chance for renewal.

Когда он выиграл лидерство ЛДП в сентябре 2024 года после отставки своего предшественника Фумио Кисида, это рассматривалось как шанс на обновление.

Kishida’s exit had been driven by a string of controversies, including ties to the controversial Unification Church and a slush-fund scandal that exposed systemic corruption within the LDP.

Уход Кисида был вызван чередой скандалов, включая связи с противоречивой Церковью объединения и скандалом со скрытыми фондами, который выявил системную коррупцию в ЛДП.

Ishiba, with his reformist rhetoric and promises of accountability, seemed poised to steer the party back to stability.

Исиба с его реформаторской риторикой и обещаниями ответственности казался готовым вернуть партию к стабильности.

But the weight of inherited scandals and mounting public anger would prove too much.

Но бремя унаследованных скандалов и растущее общественное недовольство оказалось слишком тяжким.

The trouble began to surface in late 2023, when whispers of financial irregularities within the LDP grew louder.

Проблемы начали проявляться в конце 2023 года, когда слухи о финансовых нарушениях в ЛДП стали усиливаться.

By early 2024, Japanese media outlets, including the Asahi Shimbun, reported on a scheme involving unreported income from ticket sales for party fundraising events.

К началу 2024 года японские СМИ, включая Asahi Shimbun, сообщили о схеме с неучтенными доходами от продажи билетов на благотворительные мероприятия партии.

These events, often lavish affairs attended by business tycoons and political insiders, were a staple of LDP fundraising.

Эти мероприятия, часто роскошные и посещаемые бизнес-магнатами и политическими инсайдерами, были основой сбора средств ЛДП.

But investigations revealed that millions of yen in ticket revenue had vanished into hidden accounts, allegedly used to bankroll campaigns and curry favor with party loyalists.

Но расследования показали, что миллионы иен от продажи билетов исчезли на скрытых счетах, якобы использовавшихся для финансирования кампаний и завоевания расположения сторонников партии.

The sums were staggering – some estimates pegged the unaccounted funds at over ¥600 million ($4.2 million) across multiple LDP factions.

Суммы были потрясающими – по некоторым оценкам, неучтенные средства превышали 600 миллионов иен (4,2 миллиона долларов) в различных фракциях ЛДП.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.