Абсурд
Никита Пестиков

Фотограф Photo by Siobhan Flannery on Unsplash

© Никита Пестиков, 2025

© Photo by Siobhan Flannery on Unsplash, фотографии, 2025

ISBN 978-5-0067-9769-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Абсурд

Четыре ничем не примечательные плиты стоящие прямо посреди спального района. Грязные, неухоженные, повидавшие время сооружения, которые по каким-то неведомым мне причинам притягивают людей.

Каждый день я выглядываю из окна, дабы насладиться видом на горы. Однако каждый раз мой взор привлекает картина, на которой несколько молодых, или даже не очень, людей распивают, лежат, либо сидят на этих самых плитах. Я ничего не имел против, до тех пор, пока меня не вызвали в суд.

***

Не понимая, зачем и почему, я повиновался закону и пришёл по месту назначения. Меня встретил мой адвокат. Он сказал, что деятельность, осуществляемая во дворе многоквартирного дома, в котором я проживаю, отражается на благоустройстве города. И что именно я должен за это отвечать. Мне не хотелось в это верить, ведь что я мог иметь с этим общего? Я всего лишь сторонний наблюдатель.

***

Когда мы зашли в здание суда, мне пришлось заняться спортивной ходьбой. Мы бегали из одного кабинета в другой, собирая всё необходимое. Я еле поспевал за своим адвокатом, который, казалось, и не вспоминал о моём существовании в стенах этого здания. До тех пор, пока не наступил обед.

– Обед пропускать нельзя! Пойдёмте за мной, – сказал он, хлопнув меня по плечу.

Мы вышли на улицу и устремились в столовую, которая находилась прямо напротив здания суда. Заказывая обед, мы поняли, что все места внутри заняты, поэтому нам пришлось сесть на улице.

Когда мы устроились на лавочке под огромной елью, мой адвокат, не дожидаясь меня, начал уплетать свой обед, периодически мыча что-то себе под нос. В одно мгновение, чуть ли не давясь, он с полным ртом засмеялся и показал мне на мусорку.

– Видите?

– И что с того?

– Мусорят, гады! Хотя мусорка пустая, – сказал он, задержав на мне пристальный взгляд.

Я не понимал, к чему он клонит, поэтому решил не уточнять и продолжил есть. Однако так просто он эту мысль не оставил.

– Вот у вас тоже мусорят.

– Знаю. И что с того?

– Вы ведь каждый день с окна смотрите? Смотрите ведь?

– Даже если так, не понимаю, к чему вы это всё… – Не закончил я своё предложение и, чуть погодя, спросил. – Вы что, за мной наблюдали?

– Больно нужно, – отмахнулся он. – В наши дни культура отходит на задний план, молодой человек. Никто за собой не убирает…

– Вы на что намекаете? Хотите сказать, что это моя вина? Хотя чего уж там… повестка в суд уже обо всём говорит…

– Ваша. Конечно! Вы ведь видели мусор, но не убрали. Неужели это так сложно?

В тот момент я призадумался: почему это я должен убирать за кем-то их мусор? У меня была работа, я уставал, и мне не было до этого дела. У меня не было времени! Хотя в чём-то он всё-таки был прав… в чём-то. Когда обед подошёл к концу, нам пришлось возвращаться в здание суда – внутри нас уже ожидали.

– Быстрее! – закричал мужчина в рясе на весь коридор.

Мы поспешили. Оказалось, это был судья. У него горело лицо, он был взбешён и всё время сжимал эспандер в руке. Немного посмотрев на нас, он сказал:

– Вы что, на часы совсем не смотрите?

– Простите нас, мы были на обеде, – попытался я оправдаться.

– Замечательно! Замечательно! Вот только, – он пододвинулся ближе, – ваше время уже вышло.

– Неужели нельзя…

– Жду вас завтра! И не опаздывайте! – выкрикнул он на прощание, даже не дослушав.

Обернувшись к своему адвокату, я спросил:

– Неужто ещё и завтра сюда идти?

– Молодой человек, – протянул он каждую букву, – вы радоваться должны, что вам простили ваш огрех. Придёте завтра – ничего страшного.

Мне хотелось сказать ему пару ласковых, но я сдержал себя и ответил:

– Конечно…

Мы договорились встретиться завтра в восемь утра на том же месте. Пожали друг другу руки и разошлись.

***

Когда я вернулся домой, мне предстояла некоторая работа.

Пока я готовил, параллельно убираясь в квартире, думал, что бы такое сказать начальнику. Вытер пыль, помыл полы. Мой ужин чуть было не сгорел за то время, пока я витал в облаках, но, к счастью, я успел спасти ситуацию и вовремя отключить плиту.

День был ужасно муторным, поэтому хотелось как можно скорее лечь спать. Только я лёг на кровать, как услышал стук в дверь.

Ох, уж это мерзкое, неприятное ощущение, когда кто-то ночью пытается нарушить твой покой. Я долго не решался: открывать или нет. Однако полуночный гость оказался чрезмерно настойчив.

– Здравствуй, Коленька, – поприветствовала меня соседка с нижнего этажа.

– Вам чего, тёть Свет? Я уже спать собирался.

– Ой, Коленька. Ты ж меня, дуру, прости, что так к тебе заявилась. Горе у меня.

– Да ладно вам… – сказал я, не зная, что ответить.

– Ты знаешь, кто-то мне на кондиционер мусор выбросил! Совсем стыд потеряли! Я и подумала: пойду погляжу, кто там сверху живёт.

– Если вы на меня намекаете, я ничего не делал.

– Ой-ой-ой… Что же делать… Ты меня прости, но тут про тебя такие нехорошие слухи ходят, Коленька. Мол, тебя в суд вызвали за порчу имущества.

– Тёть Света, скажите честно, вы на что намекаете? Я уже сказал, что не причастен к вашему инциденту.

– Да на что же мне намекать? Я прямо говорю: ещё раз мусор кинешь мне на кондиционер – я на тебя пожалуюсь!

Меня злость пробрала. Я взял да и захлопнул дверь. С таким треском, что аж стыдно стало. А с другой стороны – что мне оставалось делать?

После такого стресса я не мог заснуть до самого утра.

***

На следующий день, ровно в то же время на том же самом месте. После не очень лёгкого разговора с начальником фирмы мне сунули новый бланк в руки.

– Что это ещё такое? Мы же только вчера всех обошли.

– Увы, что было вчера – сегодня не котируется.

– Чтоб тебя… – выругался я и посмотрел на адвоката.

В ответ он лишь пожал плечами, заверив, что в этот раз всё будет гораздо быстрее.

***

Когда время подходило к обеду, я боялся что мой компаньон опять может сбежать на перерыв.

– Ну что, пообедаем? – спросил он с воодушевлением в голосе.

Я сразу же встал перед ним, раскинул руки и запротестовал, показывая всю серьёзность своих намерений.

– Никуда мы не пойдём! Иначе, как вчера, всё пропустим.

Его это разочаровало. Он тут же стал злым и язвительным. Но всё же согласился со мной.

После небольшой перепалки на тему пользы обеда для человеческого организма, мы спустились на первый этаж и быстро зашли в зал заседаний. Людей внутри было полно и нам пришлось занимать очередь.

Хотя долго ждать не пришлось. Когда нас подозвали вперёд, судья какое-то время сидел молча и изучал детали моего дела. После чего он подозвал меня поближе. Началься допрос:

– Вы утверждаете, что мусор вы не бросали, так?

– Да, именно так.

– Тогда откуда он взялся?

– Да как это откуда?! Все кому не лень приходят к нам во двор: лежат на плитах, всю грязь собирают. Потом выкидывают всё что вздумается и уходят к себе домой, как ни в чём не бывало, – закричал я не сдерживаясь.

– Попрошу соблюдать регламент, подсудимый! Вы всё-таки не на рынке.

– Прошу меня простить, – сказал я склонив голову.

– Можете ли вы предоставить какое-либо доказательство?

– Нет, ваша честь. Есть лишь моё честное слово.

– В таком случае…

Пока я выкручивался как мог, обеляя моё имя, мой чёртов адвокат даже не удосужился встать с места, игнорируя все мои попытки призвать его на помощь.

– Вы обвиняетесь в незаконном выбросе мусора, за что вам присуждаются общественные работы. Две недели начиная со следующего дня!

Вот так я и оказался на общественных работах. Меня это сильно смущало. Даже больше – я был взбешён от подобного решения. Подумать только! Из-за какой-то свиньи! Да ещё и две недели! Никаких сил не хватит.

***

После недели ежедневных походов по району я понял кое-что очень важное: мы, люди, настоящие свиньи. Даже несмотря на то, что у нас нет для этого каких-либо причин. Люди как будто совсем обленились.

День за днём я сталкивался с одним и тем же. Наблюдал, как люди, от мала до велика, выкидывают свои бутылки и упаковки в неположенных местах. Пару раз я пытался спорить с подобными «личностями», но они лишь улыбались и, как ни в чём не бывало, покидали «место преступления».

***

Прошло две недели. Я отпахал свою смену на ура. Многие стали меня узнавать и даже нахваливать за выполненную работу. Приятно, ничего не скажешь.

В чём приятного мало, так это в моём никудышном адвокате, который спустя четырнадцать дней вспомнил обо мне, позвонив на телефон:

– Вы говорить можете?

– Я больше не нуждаюсь в ваших услугах. Всего хорошего!

– Подождите, подождите. У меня для вас хорошие новости.

– Да что вы… И какие же?

– Встретимся в кафе «Весёлый хряк». Адрес я вам пришлю!

***

Приняв душ, я надел чистую одежду и выдвинулся на встречу. Идти пришлось бы долго, поэтому я вызвал такси. Когда приехал по адресу, увидел своего адвоката: он сидел на террасе и, кто бы мог подумать, уплетал за обе щеки.

– Присаживайтесь, – сказал он, показывая на стул.

– А вы опять едите. Что же вы за человек такой.

– Даже не начинайте! Лучше закажите себе чего-нибудь тоже.

– Обойдусь. Давайте сразу к делу: зачем вы меня сюда позвали?

– Дело вот в чём…

Он рассказал мне всё, что смог откопать. Оказалось, те, на кого я постоянно срывал голос (в основном подростки, которые вечно кричали под окнами), подали на меня в суд. Именно те, за кем я убирал мусор в течение двух недель, и приговорили меня к этому наказанию. Две недели! Две недели я отработал за этих беспомощных людей, что даже не способны дойти до мусорного ведра!

– Вот паршивцы! Как вообще можно так поступать?!

– Да уж… попасть в такую ситуацию и врагу не пожелаешь, – сказал он, улыбаясь. – Но вы не переживайте. У меня есть план.

– И слушать не хочу. Лучше скажите: их накажут?

– Нет, нет. Это дети нашего мэра. Боюсь, в данной ситуации мы бессильны.

– Тогда какой у вас был план?

– О-о. Уже хотите послушать? Ладно… Мы можем их запугать. У меня есть хороший друг – Алексей Медалиев, не слышали? Замечательный актёр театра. Так вот, он может их припугнуть. Ну, знаете…

– Что за чушь?!

– Ну почему сразу чушь?

– Это всё?

– Да… – нехотя ответил он.

– Тогда я пойду.

***

Наутро следующего дня я вновь выглянул в окно. Моя каторга закончилась, я мог вдохнуть полной грудью… Ох, если бы это было так. Как только я посмотрел вниз, мусор опять лежал на тех же самых местах. Я так разозлился, что сразу же схватил ведро, щипцы с перчатками, позвонил начальнику (он меня уволил) и пошёл очищать этот мир от мусора.

Мой злейший враг

В главных ролях: Пестиков Никита

Режиссёр: Пестиков Никита

Монтаж: Пестиков Никита

Сценарий: Пестиков Никита

День был не из лёгких. Таких давно не было. В торговом центре «Выход есть» произошло увольнение. Пострадавший – Алексей Мельников. Мы встретились неслучайно. Он позвонил мне рано утром с просьбой помочь. Как можно быстрее я примчался в кафе, где он назначил мне встречу. Сидя за одним столом, я долго смотрел на его грустное лицо и постоянно думал, как утешить этого бедолагу. На улице было жарко. У меня разыгрался аппетит. Пришлось заказать плотный обед, чтобы не упасть в обморок. Алексей с завистью смотрел на мою тарелку и…

Алексей – Может, хватит уже?

Что ж, видно, Алексей ещё не до конца осознал своего положения. Но я могу его понять, всё-таки он стал жертвой увольнения.

Алексей – Я серьёзно – хватит. Отложи диктофон в сторону и веди себя нормально.

Александр – Ладно. Ты не в духе. Я понял. Просто хотел тебя позабавить.

Алексей – Ты мне лучше скажи, что делать? Я ведь за квартиру в этом месяце даже заплатить не смогу.

Александр – Может, тебе пока ко мне переехать? А там, глядишь, и работа найдётся.

Алексей – Нет, не хочу тебя смущать. Что на это Маша скажет?

Александр – Ой, да перестань. Что ей говорить? Она ведь знает, что ты мой брат.

Алексей – А я знаю, что она твоя жена. И что с того? Не надо. Забудь. Что, я не смогу другую работу что ли найти?

Александр – Ну или так.

Алексей – А ты мне свой диктофон не одолжишь?

Александр – Зачем это?

Алексей – Ну, мне нужно.

Александр – Не дам.

Алексей – Что ты, как маленький? Дай сюда!

Александр – Это мой диктофон! Отпусти!

Официантка – Извините, но вы пугаете наших клиентов. Вы бы не могли вести себя потише? Спасибо.

Александр – Извините…

Алексей – Видишь? Теперь все будут думать, что мы два идиота. Давай сюда диктофон. Он ещё пишет?

Александр – Пишет… Только аккуратнее, хорошо?

Алексей – Не переживай. Я всегда аккуратен.

***

Первая запись безработного. Итак… Работа нашлась достаточно быстро… И… бред какой-то… Зачем я этим занимаюсь? Ну ладно, раз уж одолжил.

Я нашёл вакансию уборщика в местном театре. В понедельник пойду туда и, надеюсь, меня возьмут. Всё. Конец записи.

***

Вторая запись безработного. Сегодня понедельник. Я отдохнул и приготовился. Нахожусь в туалете. Тут чисто, и меня это пугает. Вдруг я покажусь им профаном. Страшно, что могут отказать. Но что теперь? Не домой же идти? Сейчас остановлю запись и… продолжу уже на самом собеседовании.

– Вам кого?

Алексей – Я на собеседование. Алексей Мельников.

– Да, точно. Заходите, пожалуйста. Наталья Алексеевна вас уже ожидает.

Алексей – Тук-тук, можно?

Наталья Алексеевна – Вы же уже зашли. Садитесь.

Алексей – Спасибо.

Наталья Алексеевна – Алексей, значит? Красивое имя.

Алексей – Спасибо.

Наталья Алексеевна – Где ваше портфолио? Я просила вас его принести.

Алексей – Помню, но… У меня его нет. Я ведь уборщик.

Наталья Алексеевна – И что с того? Разве вам нечем похвастаться?

Алексей – Не понимаю. В каком плане?

Наталья Алексеевна – Примеры того, что вы убирали, Алексей. Я хочу видеть вашу работу.

Алексей – Не думаю, что фотографировать общественные туалеты прилично. Да и примеров не так много…

Наталья Алексеевна – Эх, Алексей, Алексей. И резюме у вас в одной строчке. Никуда не годится. Какой у вас стаж?

Алексей – Полгода… Может, чуть больше. Я в главном ТЦ города работал. Хорошо работал. Всегда вовремя приходил. Но в прошлую пятницу меня уволили.

Наталья Алексеевна – За что?

Алексей – Откуда же мне знать? Наверное, решили, что я им не подхожу.

Наталья Алексеевна – Хорошо… Скажите, пожалуйста, почему вы выбрали именно нас?

Алексей – Что значит «вас»? Мне нужны деньги.

Наталья Алексеевна – И всё? Ох… Это плохой ответ, Алексей. Я вынуждена поставить вам первый минус.

Алексей – Нет, не нужно, прошу вас! Скажите, что стоило ответить? Я впервые слышу такой вопрос на собеседовании и не знаю, что говорить…

Наталья Алексеевна – Нет, Алексей. Уже поздно. Давайте дальше. Кем вы видите себя через пять лет?

Алексей – Ну, как бы сказать… Я понял суть вопроса, но сомневаюсь, что вам понравится мой ответ.

Наталья Алексеевна – Алексей, не будите во мне зверя. Уж это вы должны знать.

Алексей – Через пять лет, да? Наверное, я стану лучшим уборщиком… И мне дадут стажёров. Я буду их обучать… А потом мне дадут премиальные за мои заслуги…

Наталья Алексеевна – Что за вздор? Каких ещё стажёров? Какие премиальные? Ох… Ужас, ужас.

Алексей – Я целеустремлённый молодой человек и у меня есть амбиции! Что ещё вам нужно?

Наталья Алексеевна – Достаточно, Алексей.

Алексей – Ну зачем вы ставите мне второй минус? Я же ответил на ваш вопрос.

Наталья Алексеевна – Тише. Как вы относитесь к переработкам? У нас бывают аншлаги.

Алексей – Ничего не имею против, если мне хорошо заплатят.

Наталья Алексеевна – А у вас всё только деньги на уме, Алексей. Совсем ни о чём другом не думаете, да?

Алексей – Но как иначе? Они мне необходимы.

Наталья Алексеевна – А как же желание помочь людям не утонуть в собственном мусоре? Это ведь ваше призвание! Ваша цель!

Алексей – Нет. Тут вы не угадали. Я всегда мечтал стать машинистом.

Наталья Алексеевна – Простите меня… Но я вынуждена поставить вам…

Алексей – Третий минус? И что это значит? Меня не возьмут?

Наталья Алексеевна – Алексей, прошу вас – сосредоточьтесь. Это очень важно. Кого вы больше любите: собак или кошек?

Алексей – Вообще, мне больше хомяки нравятся.

Наталья Алексеевна – Ясно. Мы вам перезвоним.

Алексей – Точно?

Наталья Алексеевна – До свидания, Алексей.

Алексей – До свидания…

***

Третья запись безработного. Я не знаю, что делать. Собеседование завалил, денег нет, из квартиры скоро попрут. Зато опыт теперь есть. Не знаю, поможет ли мне это в будущем или нет, но теперь я всегда буду фотографировать полы после уборки. Всё-таки портфолио в наше время важнее всего.

Так… Как теперь это удалить? А, вот оно…

Сумеречный великан

Кровать во тьме, во мраке вездесущем, возможно, это всё почудилось лишь мне во сне. Но были факты, были мысли о том, что видел это я вполне. Мне хочется спросить себя, не просто ли я грезил. Однако лишь тот факт, что я один лежал и никого вокруг… Все говорят: я странный, все говорят о том, что я и вовсе сбрендил.

***

Ночью было холодно, однако это мне не помешало выйти из своих покой. Я посмотрел в окно, увидев его вновь. Тот сумеречный великан, что из тени весь состоял.

– Костя, не подумай про меня ничего плохого. Но те фантазии, о которых ты рассказываешь, пугают твоих родителей. Ты ведь понимаешь, чем мы с тобой здесь занимаемся?

– Вы хотите промыть мне мозги. А мои родители только рады вам помочь.

– Ты не должен сердиться на них. Они заботятся о тебе.

– Ну да… Чего вы хотите?

– Скажи, как часто ты его видишь?

– Вы считаете меня сумасшедшим? Спрашиваете так, будто у меня не хватает. Мне так бабушка постоянно говорит: «Костик опять за своё! Совсем из ума выжил, мальчик».

– Тебя злят её слова?

– Нет.

– Тогда почему бы нам с тобой не посотрудничать? Ты расскажешь мне про свои секреты, а я расскажу про свои. Что скажешь?

– Вы же не отстанете…

– Нет. Давай вернёмся к нашему вопросу…

– Простите, но время, кажись, вышло.

– Как быстро… Ладно. На сегодня всё. Увидимся завтра.

И так всё было – тянулось без конца. Во мне кипела жизнь, но мне твердили без конца, что я придумал всё и ничего не понимаю. Хоть и пытался быть собой, меня не понимали.

– Костик? Ты меня слышишь?

– Да!

– Мы платим за эти сеансы, а ты всё время противишься. Что это вообще такое? Тебе хотят помочь, а ты…

– Мне? Разве я виновен в том, что вы не видите очевидного? Разве вам не нужна помощь?

– Послушайте, молодой человек! Такого тона я не желаю слышать, ясно?

– Ясно…

– Шучу, шучу. А то расскажешь ей ещё, что я какой-то тиран в юбке. Может, заглянем в магазин?

– Нет. Хочу домой.

– Тебе нужно чаще гулять. Пригласи к нам друзей.

– У меня нет друзей! А те, что есть, об этом не знают.

– Хм, вот мог бы об этом и рассказать доктору.

***

В комнате тень, в комнате мрак, в моей голове один лишь бардак.

Закинув вещи под кровать, я лёг и начал наблюдать. Окно открыто, на улице тьма. Я быстро отправился смотреть в никуда. Надеялся, что он уже там, но там никого. Лишь тонкий закат.

Одно мгновение – на небе всё в звёздах. И среди ночи, его грузный топот. Мой единственный друг – большой великан. Он увидел меня, ко мне прибежал.

– Привет, мой друг! Ну вот и ты!

Я закричал, что было сил. Он обернулся и спросил: «Неужто ждёшь меня, малец?» И тут же взгляд его меня пронзил. Я вылез из окна и, приготовившись, подпрыгнул. Хоть было это глупо – надеяться на остальных. Я начал падать быстро, уже прощаясь с этим миром. Я вообразил себе конец и жуткую кончину. Но тут тенистая конечность поймала меня в полуметре от конца, что наступил бы, если бы не его сильная рука.

– Ты что же это творишь? Нельзя быть таким опрометчивым. Мог бы и подождать, пока я не подойду ближе.

– Ждать было невыносимо! Я так рад тебя видеть!

– И я тебя, малец.

– Куда отправимся в этот раз?

– Боюсь, сегодня придётся посидеть дома.

– У тебя дела?..

– Не грусти. Не в последний раз видимся.

Я взмыл в небеса и начал парить. Мой друг-великан решил, что пора уходить. Отправил меня обратно в кровать. А я ничего – давай засыпать.

– Скажи мне, как тебя зовут? Столько дней мы с тобой, а я всё ещё не знаю.

– Привычного имени у меня нет.

– Я буду звать тебя Велик.

– Постой, что? Велик? Но…

– Звучит прекрасно!

– И всё же я не транспортное средство.

– Всё привально – ты великан. И имя теперь у тебя подходящее. Скажи, куда ты сегодня отправляешься?

– Ух, задание не из простых. Мне нужно обеспечить снами целую планету.

– Как и всегда? Тогда почему ты не хочешь брать меня с собой?

– Тебе ведь тоже спать необходимо. Поэтому закрывай свои глаза. А я пойду.

***

– Вставай, опоздаешь в школу! У тебя сегодня важный день.

– Значит, вчера он важным не был?

– Не ёрничай. Лучше иди умываться, а я пока приготовлю завтрак.

– Я поем в школе.

– Что?!

– Привет, пап!

– Как спалось, чемпион?

– Пап… Какой ещё чемпион?

– А засмущался-то как? Ха-ха. Ладно, ладно…

Недолго просидев, я вышел из квартиры. Решил пройтись до школы сам и без машины.

***

По дороге до школы я встретил его – не то чтобы друг, но всё же родной. Двоюродный брат – Васёк, вечно жрущий. Поведал ему я правду о «нём». Сказал, что ночью, Велик бродит в округе. Что каждому сны распределить он готов. Конечно же, Васька не поверил мне вовсе. Жевал свою булку и ржал, словно конь.

– Ты же всё выдумал!

– А вот и нет!

– Где доказательства?

– Будут тебе доказательства.

– Не смеши меня.

– Сегодня будешь ночевать у меня дома! Тогда ты и увидишь его – собственными глазами.

– Великана?..

– Велик.

– Не совсем понял. Велик или великана?

– Да. Ну, его так зовут.

– Уродец, наверное, какой-то.

– Сам ты уродец.

– А ну не смей! Ясно? Ты мне лучше скажи, у тебя домашка готова?

– А ты, как всегда, ничего не сделал, да?

– Тебе что, жалко с братом поделиться?

– Двоюродным…

Добрались мы до школы, уселись вновь за наши парты. Нам подали задание. Сказали – это очень важно. Нас попросили написать рассказ. Нам нужно было описать наш день и то, как мы его проводим.

– Напишешь о нём?

– Может быть. А что?

– Тебя же засмеют. Не стоит.

– Тебя забыл спросить.

– Ладно, как знаешь…

Звонок пронзил меня насквозь. Волнение выступило на лице в одно мгновение. Я встал, направившись в конец. К двери, что укрывала кабинет. Внутри она – ожидает больного. Зашёл я внутрь и сел перед ней.

– Привет, привет. Как у тебя дела сегодня? Выспался?

– Да, нормально.

– Что у тебя нового?

– Ничего.

– Виделся со своим другом?

– Да.

– Что вы делали?

– Ничего. Я хотел пойти с ним, но он сказал, что не может взять меня с собой в этот раз.

– Почему?

– Ну, он сказал, что мне нужно спать. И ушёл.

– А ты?

– Уснул.

– Вы разговариваете с ним словами или у вас есть язык символов?

– Словами…

– Конечно, конечно. Как же ещё.

– Ну да…

– Расскажи про своих друзей? Помимо великана.

– Васька, но… он ведь мне родственник… А так, больше никого.

– Ты не хочешь общаться?

– Хочу.

– Тогда, почему ты не знакомишься с другими ребятами?

– Они страшные и говорят всякие гадости обо мне.

– Как ты борешься с этим?

– Никак. Что я могу сделать? Их много, а я один. Правда на стороне большинства и не важно насколько легко доказать им обратное.

– Хм. Я это запишу, если ты не против.

– Неа, делайте, что хотите.

– Спасибо, что поделился. Это тебе.

– Что это? Тест на шизика?

– Нет, ты чего. Не говори так. Это обычный психологический тест.

– Ясно.

– Завтра, обсудим твои ответы, хорошо?

– Хорошо.

***

Поникшее лицо, грусть и тоска меня опять загнали в угол. Но я надеялся, что ночью я увижу его вновь. Я докажу всем тем, кто мне не верил, что существует тот, о ком я говорю! Что есть тот великан, что видится мне ночью.

– Ну вот, молодец. Начинаешь социализироваться.

– Это мой двоюродный брат, мам. Мы живём по соседству.

– Ну и что? Каждый с чего-то начинал. Вы готовы ехать?

– Да, тётя Настя.

– Ну тогда садитесь.

– Что бы вы, мальчики, хотели на ужин?

– Пирог!

– А ты, Кость?

– Ничего не хочу.

– Ну вот, как всегда. У тебя совершенно нет аппетита. Посмотри на Васю.

– И? Пузатый как колобок.

– Костя!

– А вот это было лишним, братец.

– Так, давайте мы с вами спокойно доедем до магазина и будем прилежно себя вести.

– Ура! Магазин! А можно мне конфет?

– Конечно, можно.

– Спасибо вам.

– Ой, как воспитанный мальчик.

Мы ехали то в тишине, то в полном ходе разговора. Заехали мы также в магазин, купили всяких мелочей. Ведь предстояло нам не спать всю ночь, увидеть то, о чём я грезил, и показать Ваську природу происхождения его снов.

– Ну, давай в компьютер поиграем!

– Писать домашку надо, а не в компьютер играть. Садись.

– Фу, какой ты скучный! Домашка для дураков.

– И что? Это не отменяет того, что нам необходимо её сделать.

– Короче, ты пока, делай, а я пойду поиграю. У тебя же игры тянет?

– Тянет, тянет, иди уже.

Мой братец ушёл в мир игр, забвений, пока я пытался написать свой рассказ. Он был прямо тут, сидел – веселился. А я выжидал. Не мог даже начать. Взглянул на часы – уже было пора. Ночь подходила, – всё ближе была.

– Ты чего тут сидишь? Там Васька вовсю играет, а ты… Что-то случилось?

– Я пишу рассказ, пап. Точнее, пытаюсь. Но никак не могу начать.

– Вот оно что. Значит, пока ты тут работаешь, он там развлекается.

– Как-то так.

– Может, я помогу?

– Не, спасибо. Нужно самому сделать, иначе в чём смысл?

– Ладно. Но ты не перегружай себя, хорошо?

– Ага.

– Через полчаса приходи ужинать.

Я встал, в голове у меня потемнело. Наверное, стоит чуть-чуть отдохнуть. Я слишком устал. Но нужно всё сделать. Иначе меня дураком назовут.

– Пожаловался на меня, да? Предатель.

– Больно надо. Просто так совпало.

– Ну-ну. Что у тебя тут? Без меня никак?

– Ты тут при чём? У меня вдохновения нет.

– Тогда смотри и учись. Сейчас я покажу тебе, как надо.

Писать он начал, словно знал, что и как. Ответы лились из него, как из крана. Он мне говорил, что стоит «вот так», затем всё стирал, говорил – «так не надо». Сидели мы с ним ещё полчаса, пока он пытался исправить работу. Вышло неважно, стало смешно. Грозно смотрел на моё он лицо. Весь покрасневший от стыда как томат.

Мой папа пришёл, позвал нас на кухню. Сказал нам двоим, мол: «Хватит сидеть». Мы оба кивнули – отправились есть.

***

Есть он любил – не мог допустить, чтоб на тарелке осталась хоть крошка. Но было пора, ведь был великан. Возможно, он ждал, стоя под окошком. Я ткнул Васю в брюхо, он на меня зыркнул. Тогда я сказал ему:

– Прекращай. Нам пора.

– О чём это ты?

– Великан… Великан. Понял?

– Уже ночь, что ли?

– Ну ты дурень. А часы тебе на что?

– Ладно. Пошли.

И вот опять пришла луна. Тот сладкий миг вновь наступает. Уже виднеется рука, лицо его и даже голос слышно. Однако брат мой был не здесь, он завалился на кровать. Не попросив, не дожидаясь чуда, он просто начал засыпать.

– Вот же гамадрила! Ещё и на моей кровати.

– Давай завтра… Я так устал…

– Эй? Как ты, малец?

– Велик! Это ты!

– Мне всё ещё не нравится эта кличка.

– Ты представляешь: я пригласил его, но он уснул и даже не дождался.

– Тебе бы тоже уже спать.

– Да ни за что! Сегодня мы отправимся в город.

– Неужели тебе так этого хочется?

– Очень!

– Ладно, залезай на мою руку.

Он показал мне город с высоты, я устремил свой взор на крыши. Он показал мне все дома, тогда познал я в этом городе свой дом. А эти звёзды словно знак мне свыше. Их будто видел только я. Всё было тёмным и безлюдным. Мы были с другом: он и я.

– Ну как тебе? Понравилась прогулка?

– А то!

– Тогда будь добр – засыпай. Мне уже пора.

– И каждый день одно и то же – засыпай, засыпай. Надоело!

– Сон важен.

– Но почему?

– Именно сон дарует свободу. Именно сон восстанавливает твои силы.

– Покажи мне свою работу. Прошу!

– Нет, нет. Это запрещено!

– Не будь занудой, Велик. Ну прошу!

– Пообещай, что будешь вовремя ложится спать.

– Обещаю!

– Ладно… Только быстро.

Вдруг вспышка света ударила мне прямиком в глаза, я попытался разглядеть хоть что-то. Но сколь бы не пытался я, лишь темнота вокруг – не видно ничего. В один момент я вновь стал видеть. С меня слетела пелена. Передо мной сидели тени: три великана, каждый ждал. Я поклонился. Затем они мне прошипели:

– Юный преступник! Зачем ты здесь?

– Я не преступник! Мне просто было любопытно.

– Любопытство ни к чему хорошему тебя не привело.

– Где я?

– В суде.

– Но почему?

– Человеку не место в нашем мире.

– Прошу, простите меня, это моя ошибка.

– Конечно, твоя. Твой приговор: неделя без сна!

– Велик? Что происходит?

– Я объясню тебе, юный преступник. Тебе предстоят исправительные работы. Ты не хотел спать. Что ж, ближайшую неделю у тебя и не получится.

– Велик, помоги!

Открыл глаза, прощупал пульс. Не мог понять, где нахожусь. Кровать, диван, мой шкаф и стол. Я снова дома, вот ведь сон.

– Мама! Папа!

– Что такое?

– Что-то я неважно себя чувствую.

– И что ты хочешь этим сказать?

– Можно, я сегодня не пойду в школу?

– Ты знаешь мой ответ.

– Ну, мама!

– Костик, пойми, если бы ты был болен, я бы поняла.

– Ты не врач. Откуда тебе знать?

– А ты хочешь к врачу? Можем сходить к тёте Лизе.

– Не надо…

– Что?

– Говорю, не надо!

– Тогда, марш умываться.

Неделя без сна. Вот ведь удача. Думал бы я, если бы не отдача. Ходил, как мертвец, об стены марался. Ноги сплетались, руки тряслись. В голове звон стоял. Васька надо мной насмехался.

– Что-то ты какой-то сонный.

– Может быть, потому что кое-кто завалился спать на мою кровать?

– Серьёзно? И кто же это?

– Я про тебя говорю!

– Ха-ха! Да я так и понял.

– Почему ты уснул? Я ведь… Он уже был там.

– Так ты не шутил?

– Нет. Зачем мне это?

– Ох, вот как…

– Ладно, неважно.

***

Опять уроки проскочили, и не заметил, как прошли они. Я в кабинет бежал как угорелый, мне нужно было рассказать про свои сны.

– Привет, Костя! Как ты…

– Прошу, выслушайте меня. Это срочно!

– Что случилось?

– Ко мне приходил великан. Но в этот раз всё было иначе.

– Он что-то тебе рассказывал?

– Нет. Он взял меня с собой. Но меня наказали.

– Кто? Постой, я не понимаю. За что тебя наказали?

– Другие великаны.

– Значит, их много?

– Ну вот, вы опять смотрите на меня, как на сумасшедшего.

– Конечно, нет. Просто ты не говорил, что великанов много.

– Я и сам не знал. Но оказалось, что у них своё государство.

– И что они тебе сказали?

– Что я нарушил закон. И теперь я не смогу спать. Целую неделю!

– Подожди. Неделя без сна – это опасно. Ты не можешь…

– Знаю! Но я не успел ничего им возразить.

– Кость…

– Вы мне не верите?

– Присядь.

***

Домой вернулся, в сон клонило. Поел по-быстрому и сразу же в кровать. Не дожидаясь времени привычного, я оказался в светлой комнате опять.

– Вы не можете меня мучить! Я ребёнок!

– Тебе уже двенадцать лет. Ты должен отвечать за свои поступки.

– Но ведь целая неделя без сна… Вы хотите меня убить?

– Пять дней. И нет, мы не хотим. С тобой всё будет хорошо.

– И что мне делать?..

– Ты будешь помогать своему другу.

– Велику?

– Какое глупое имя…

– Вовсе нет.

– Это не важно. Приступайте к работе.

Хоть что-то хорошее. Я и мой друг. Мы будем работать, не покладая рук.

– Злишься на меня, малец?

– Вовсе нет. Ты не виноват. Я сам напросился.

– Что есть, то есть.

– Эй! Не честно.

– Ладно, ладно. Прости.

– Что делать-то надо? М?

– Поможешь мне распределить сны.

– Это тяжело?

– Кто знает…

В огромную комнату мы с Великом вошли. Внутри всё в мониторах, был слышан гул машин. Всё в кнопках и клавиатурах. Повсюду были странные девайсы. Он посадил меня на кресло и начал объяснять процесс.

– Вот тут вбиваем координаты. Заходим в папку того или иного человека. Затем заходим в эту папку и берём оттуда…

– Эх, скукота!

– Костя, соберись. Так вот, эти файлы мы аккуратно переносим в программу и загружаем. Так до тех пор, пока не загрузим все сны.

– И что потом?

– Пойдём в обход. Возможно…

Какие-то схемы, диаграммы, всё было красочным, но скучным. Я слушал, даже что-то тыкнул, но оказалось, сделал всё не так.

– Нет, нет, нет. Ну ты чего? Сосредоточься!

– Может, ты за меня сделаешь? Я так устал…

– И не подумаю.

Велик хотел, чтобы я потрудился. Нажал на все кнопки, запустил механизмы. Вошёл в систему и сделал как надо. Но я лишь зевал и нажимал на пробел. Лица мелькали, что-то хотели. Я загружал на их сервер систему. Мозги проворачивали яркие сны. Показывали людям всё, что могли. Всё то, что успело за день накопиться. Все знания, память, все те небылицы, что перед глазами мелькали весь день.

– Отлично! Ты хорошо потрудился. Молодец!

– Ой, а похвалы-то сколько… Я толком ничего не понял. Неужели это работа?

– А ты как думаешь? Рассортировать фрагменты памяти так, чтобы из этого получился сон, нелегко.

– То-то, мне всегда одна гадость снится.

– Ха-ха. Скажешь тоже, малец.

– А зачем они вообще нужны? Сны такие бессмысленные.

– Они помогают справляться с трудностями, что подстерегают вас – людей изо дня в день. Воспринимай сны, как сеанс у психолога.

– А вам это зачем?

– Ну… На сегодня всё. До завтра!

– Постой…

***

Проснулся разбитым, синяки под глазами. Ноги не держат, руки трясёт. Встал с кровати, последовал дальше. Мне день показался короче, чем сон. Вот вроде бы утро, и солнце в глаз светит. Один раз моргнул – и уже снова ночь.

– Это твой второй день, юноша.

– Я готов, месье великан!

– Что ж, в таком случае, за дело!

Покинули зал, в коридоре светло. Искать кабинет долго нам не пришлось.

– Что у нас сегодня?

– Будем искать нарушителей.

– О-о. Звучит потрясно. Что это значит?

– Есть люди, которые пренебрегают сном.

– Прямо как мой папа.

– Вот видишь. Ты уже нашёл первого из них.

– И что вы с ними делаете?

– Чтобы проучить неспящего, нужно лишить его сил.

– Каким образом?

– Запустим некоторые биохимические процессы в мозгу. Если не поможет – покажем мультик на яву.

– Я не понимаю. Какой ещё мультик?

– Что ты слышал про галлюцинации?

– Ааа! Понял. Вот ты про что. Разве это не перебор?

– Зато эффективно!

Внутри кабинета было ужасно: пыльно и грязно, словом, отвратно. Мы взяли по тряпке, собрали все крошки. Велик устал – позабыл про работу.

– Это из отдела Б постарались. Вечно за ними убирать приходится.

– Ты их явно недолюбливаешь.

– Да… Не бери в голову.

– А дальше?

– Хм?

– Наказание… Забыл?

– Ах, да. Точно.

На мониторах всё та же система, мы собирали всех тех, кто не спит. Куча людей, у которых проблемы. Мы запускали процессы внутри. Я собрал базу: куча виновных. Всех, кто попался, нам пришлось наказать.

Утро настало, люди устали. Им на работу, но подумать заранее – было нельзя. Нет, невозможно. Эмоций полно: злость и печаль. Энергии нет, сколь ты не ешь, кофе уже тебе не товарищ. Выполнив квоту, я удалился. Проснулся в кровати – встречай меня, день.

***

Третий день. Я встал с кровати. Позабыл про свой рюкзак. Шёл, как будто бы в тумане. Не заметил, как упал. Весь промок, лежу как жаба. Лужа грязная. Вот идиот! Встал, стряхнул с себя я капли и продолжил свой «поход».

В школе жарко – быстро высох. На меня смотрели дети. Говорили, мол, как плохо. Выгляжу, что не живой. В классе мне сказали: «Сбрендил! Ну-ка, быстро в кабинет!» У директора сидел я, слушал речь про инцидент. Прибежал мой врач-спаситель и отвёз меня «домой». В кабинете терапии было мягко и тепло. Я отпил из кружки чаю – начался наш разговор.

– Что происходит? У тебя ужасный вид.

– Простите меня… Я не хотел причинять вам проблем.

– Костя, не в этом дело. Меня беспокоит твоё состояние.

– Меня тоже…

– Это из-за него?

– Нет.

– А, если честно?

– Да.

– Тебе не дают спать? Ты видишь кошмары?

– Нет, я работаю.

– Прости меня, Костя, но мне придётся уведомить твоих родителей.

– Подождите! Скоро всё закончится! Обещаю!

– Ты хочешь выздороветь? Начать высыпаться?

– Не таким способом. Не хочу пить таблетки! Не хочу!

– Прошу, успокойся. Сядь. Прошу…

Уставшее лицо врача. Её тревожный голос. По ней заметно было, что спать она не может уже долго. Глаза красны, под ними синие круги. Она зевала часто, хоть и пыталась это скрыть.

– Вы не спите, да?

– Что?

– Вы тоже не спите.

– Настолько заметно?..

– Почему вы не спите?

– А ты?

– Я первый вас спросил.

– Хех. Да… У взрослых бывают проблемы.

– У детей они тоже есть. Вы ведь сами знаете.

– Знаю… Я написала твоей маме. Она скоро приедет.

– И пусть! Пока она не приехала, расскажите: почему вы стали психиатром?

– Я люблю детей. Мне хочется помогать им расти здоровыми.

– У вас есть дети?

– Нет.

– А вы бы хотели?

– Конечно.

– Поэтому вы не спите?

– Какой ты любопытный.

Сидели в кабинете, общались как друзья. Затем приехал папа, сказал, что мама очень зла. Мы попрощались с доктором, отправились домой. Казалось, папа понял, что произошло со мной.

***

Дома бардак, мама лежит. Диван разобран, она выжидает. И вот он я, стою перед ней. Она говорит, она заявляет:

– Молодой человек! Как ты мог так поступить со мной?

– Что я сделал?

– Грязный, заспанный. Ты что, в луже плавал?

– Да! Плавал! Чего ты от меня хочешь?

Она поднялась, суровый взгляд. Схватила за руку и прошептала:

– За кого они меня примут? Какая я после этого мать?

Отец вступился, сказал: «Дорогая, тебе бы лучше не вставать».

Ссора случилась, я истерил. Через край эмоции лились. Отправился в комнату, быстро закрылся. Лёг на кровать и давай размышлять. Если не спать, держать себя бодрым, можно забыть про всё – убежать. И всё же не смог. Не получилось. Велик прилип вплотную к окну. Я сразу за шкаф, потом под кровать. Он пару раз звал, я не отзывался.

Чуть погодя, почти что заснув, напомнил себе, что я не могу. Спать мне нельзя, паника – ужас. Дёргаю волосы, что-то не так. Вижу в двери несколько глаз – мама и папа вызывают больницу. Дальше лишь тьма, нет ничего. Даже работать мне не пришлось.

***

Больница. Свет. Лежу. Нет. Вокруг врачи. Таблетки. Бред. Двенадцать лет. Я ухожу. Не спас мой друг. Не спасся вдруг.

– Как ты себя чувствуешь?

– Доктор?..

– Да. Голова не болит?

– Нет. А я ещё жив?

– Ну что за глупости? Конечно. У тебя был недосып. Нервное истощение.

– А где Велик? Он больше не приходил.

– Поспи ещё. Тебе нужен отдых.

***

Сильно ударили по мне препараты. Пока все писали свои рефераты, я лежал на кровати и думал о рифме. Вот мой рассказ, его нужно сдать. Надеюсь, не поздно. Получу я оценку. То, что со мною случилось – ужасно. Моё неокрепшее сердце. Работа окончилась, сны возвратились. Кошмар прекратился, я вновь обрёл силы.

– Это просто невероятно! Ты всё это сам написал?

– Да… Неужто нормально получилось?

– Изумительно! Я рада, что ты пошёл на поправку.

– Всё вернулось на место.

– Послушай, Кость… Думаю, это наш последний сеанс.

– Но…

– Я должна покинуть школу на некоторое время.

– Я так к вам привык. Почему?

– У взрослых бывают проблемы.

– Мы уже говорили об этом.

– Ты сильный мальчик, Костя. Ты обязательно со всем справишься.

Цех

Изучая резюме молодой девушки, директор швейного цеха периодически задавал ей вопросы:

– Почему вы выбрали именно нас?

Вот опять, – подумала Кира (именно так её звали). Каждый раз, когда ей задавали этот глупый вопрос (это уже было не первое собеседование), она терялась. Всё же, у неё не было других причин, кроме безденежья. Она просто выбрала первую попавшуюся вакансию. Поэтому, чтобы не расстроить директора, Кира решила немного приукрасить свою историю:

– С самого детства я любила шить (откровенно лжёт). Различные штуки…

Минуту директор молчал, прежде чем задать Кире новый вопрос:

– А откуда, позвольте спросить, вы про нас узнали?

– Я увидела объявление в интернете и подумала – это оно! Работа моей мечты!

– Что ж… Кира Александровна. Могу сказать, что я не очень понимаю, почему вы учитесь на юриста, если с детства любите шить. Но кто я такой, чтобы запрещать вам работать здесь. Резюме у вас в полном порядке.

– То есть, вы меня берёте?

– А почему бы и нет. Нам нужны работники. Тем более столь мотивированные. Так что добро пожаловать!

Они пожали друг другу руки и подписали договор. Кире выдали форму и проводили её к автобусной остановке. С широкой улыбкой на лице она ожидала автобус №7, который должен был отвезти её домой.

Кира жила вместе с родителями в небольшой квартире в самом центре города. Большинство из её университетских «подруг» всегда завидовали ей из-за этого. Подшучивали и обсуждали сплетни за её спиной. Кира пыталась не обращать на них внимания, отшучиваясь в ответ. Ведь сколько бы она ни пыталась объяснить, что не имеет никаких богатств, её никто не слушал и не воспринимал всерьёз. К слову, квартира досталась отцу Киры от её бабушки по наследству.

Когда Кира вернулась домой, её никто не встретил. «Неудивительно», – подумала она. Недавно в их семье произошло несчастье – мама Киры по неизвестной причине слегла в больницу. Денег на содержание потребовалось немало. И так как её отец не работал уже несколько лет, Кире пришлось брать ситуацию в свои руки. У отца семейства было образование, но в нынешней обстановке, в условиях экономического кризиса, в стране не было места таким, как он – математикам с синдромом гениальности. Поэтому он просто сидел дома. Днём и ночью он только и делал, что читал книги, смотрел в потолок и слушал старые пластинки на граммофоне. Кира пыталась не терять духа и всячески его подбадривать, ведь после того, что случилось с мамой, у него совсем не осталось сил.

– Пап, я пришла! Ты всё ещё лежишь?

– Лежу. Что мне ещё делать? У тебя что-то случилось?

– Да, можешь меня поздравить – я поступила!

– Только что? (Почему-то он подумал про университет.)

– Да… только что. (Она этого не поняла.) Что ты сегодня ел?

– Ничего.

– Но я же говорила, что тебе нужно поесть.

Отец Киры – Максим Александрович – лежал на диване, скрестив руки на груди и закрыв глаза. Судя по всему, он грустил.

– Чувствую, скоро я помру.

От его слов Кире хотелось плакать. Каждый раз, он говорил ей что-то подобное. Будто специально пытался усугубить и без того сложную обстановку. В такие моменты ей казалось, что она осталась в этом мире совершенно одна. Как будто бы весь смысл ускользал из её жизни. Но она держалась, старалась держаться, всяческий подбадривая отца, не позволяя ему зачахнуть.

– Перестань, ничего с тобой не случится. Пойдём лучше, я тебя накормлю.

– Позже… Правда, я не голоден.

Она не стала спорить – впереди её ждал трудный день. Нужно было договориться насчёт оплаты медицинских услуг, сходить на курсы китайского языка и приготовить ужин из того, что осталось в холодильнике. «Благо, сейчас летние каникулы, и мне не нужно ходить на учёбу», – с облегчением подумала Кира.

***

В больнице Кира столкнулась с главврачом. Он прошёл мимо неё со словами: «Чёрт знает что!» Она хотела поздороваться, но не успела сказать ни слова. За главврачом пробежала целая толпа медработников. Тогда она подумала: «Наверное, что-то произошло».

Когда Кира вошла в палату, она поняла: интуиция её не обманула. У маминой кровати стоял врач – он выглядел обеспокоенным.

– Мама, как ты себя чувствуешь?

Она слабо улыбнулась и очень тихим голосом произнесла:

– Доченька… Я так рада тебя видеть.

– Здравствуйте. (Кира пожала руку врачу.)

Врач, Сергей Людоедов, сразу же попросил Киру выйти в коридор, даже не дав ей как следует поздороваться с матерью. Уже в коридоре он поделился своими опасениями:

– Есть некоторые сомнения насчёт здоровья вашей матери.

– Сомнения?..

– У неё очень странные симптомы. Мы пытаемся понять, в чём дело, но пока безуспешно.

– Сильные боли?

– Нет, нет. Вы не поймёте… Я не могу вам многого рассказать, простите.

– Может, я смогу вас понять? Расскажите!

– Боюсь, сейчас это невозможно. Простите ещё раз.

Врач поклонился ей на прощание и направился в сторону столовой. Ошеломлённая, Кира вернулась в палату. Когда она вошла, то сразу заметила, что мамы нигде нет. Она уже собиралась позвать на помощь, но вдруг увидела, что мама стоит на балконе. Кира подошла к ней, аккуратно дотронулась до её руки и спросила: всё ли у тебя в порядке?

– Мне страшно.

– Это нормально, не переживай. Скоро всё наладится. Мы оплатим лучших врачей, каких только можно найти.

– Не нужно. Я знаю, что у нас нет на это денег.

– Насчёт денег можешь не переживать – меня взяли на работу!

Кира даже не сразу заметила, насколько её мама изменилась. Вдруг та резко закричала:

– О боже! Ты посмотри!

– Что такое?

– Ты тоже это видишь?

Мама Киры показывала куда-то вдаль. Туда, где ничего не было —лишь синева летнего неба и яркое солнце.

– Что там?

– Это мой страх. Я боюсь оказаться там.

– Мам, что ты такое… говоришь? Может, тебе прилечь? Пойдём.

Кира взяла маму за руку и отвела её к кровати. С абсолютно пустым взглядом она смотрела по сторонам и, словно в первый раз увидев Киру, обратилась к дочери: «Доченька, я так рада тебя видеть».

***

На курсах китайского языка Кира не могла сосредоточиться. Она только и делала, что думала о маме и её странном состоянии. «Возможно, это старческий маразм. Хотя в её годы это маловероятно», – задумалась она.

После курсов Кира вернулась домой. За день она очень устала, и на готовку у неё почти не оставалось сил. Поэтому, быстро приготовив простой ужин, она поела и пошла на свою первую ночную смену. Отец Киры даже не шелохнулся – он так и лежал на диване, не встав с него ни разу за целый день.

До цеха Кира доехала быстро: благо был автобус, который ходил от её дома до предприятия. Когда она зашла внутрь, её встретила девушка по имени Катя. Они быстро познакомились, и Катя, по распоряжению начальства, устроила Кире тур.

– Вот тут у нас рабочее помещение – цех. Ну, ты и сама видишь: всё шуршит и шевелится. Предлагаю оставить это помещение на потом, а сейчас завернём в коридор А.

В коридоре А, в самом начале, находились две комнаты: столовая для сотрудников и для начальства.

– Вот это столовая наша (показывает на зелёную дверь). А вот эта (показывает на красную дверь) – для начальства. Только смотри, не перепутай! У нас тут с этим строго. Говорят… Однажды одна из сотрудниц цеха зашла в столовку для начальства и… (шёпотом) эту женщину больше никто не видел. Возможно, всё это выдумки, но лучше придерживаться правил.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.