Лена Валевская
Ты не на ту нарвался, черный дракон!

Пролог

– Не нравится мне этот мир, Алина, – с сомнением произнес Аллард, разглядывая мрачные руины древнего города.

Потрескавшиеся каменные стены возвышались над выжженной землёй, воздух был тяжёлым и неподвижным, будто в запертом помещении, от которого ключ потеряли ещё в доисторические времена. Серебристо-чёрный пепел, поднятый вихревой энергией открывшегося портала, медленно оседал на наши волосы и одежду. Тёмно-зелёное небо давило мёртвой, гнетущей энергетикой. Свет заходящего багрового солнца отражался от чёрных обломков камней, придавая этому месту зловещий оттенок и активно намекая на скорый конец света.

Впрочем, здесь, в этом мире, который пугал до приятных мурашек исследовательского предвкушения, он явно уже наступил.

– Ну почему? – весело спросила я брата, ловко прыгая по камням и балансируя руками. – Подумай, сколько всего тут можно найти интересного! Артефакты, забытые знания, может быть, даже следы тех, кто жил здесь до нас! Это же настоящая сокровищница для археолога! И никого вокруг!

Аллард вздохнул, его взгляд скользнул по острым, словно клыки, обломкам колонн, торчащим из земли.

Брат разделял мою страсть к неизведанным мирам и составлял мне компанию во всех вылазках, которые мы совершали втайне от родителей. Но иногда он был таким занудой!

– Сокровищница, говоришь? – произнес он, хмурясь. – Скорее, кладбище. Кладбище цивилизации, которая, видимо, не справилась с чем-то очень серьёзным. И я не уверен, что нам стоит тревожить её покой.

Я остановилась, оглядываясь на брата. Его лицо, обычно такое спокойное и сосредоточенное, сейчас было напряжено. А в глазах цвета насыщенного кофе, который мы пили на Земле в гостях у дедушки, плескалось беспокойство. Непослушные, беспорядочно спадающие на плечи чёрные волосы добавляли ему юношеской небрежности, но в этот момент казались лишь отражением его внутреннего смятения. Я знала, что Аллард не любит показывать свои эмоции, но сейчас, когда мы стояли посреди выжженной неизвестной катастрофой земли, его маска трещала по швам.

В нашем тандеме бесшабашных искателей приключений брат был тем, кто всегда мог вовремя остановить чересчур увлекшуюся сестрёнку. Когда меня охватывала неуёмная жажда открытий, а ноги сами неслись навстречу новым загадкам, он становился моим якорем, моим здравым смыслом. Я летела на огонь неизвестности, словно мотылёк, а он удерживал меня от необдуманных шагов.

– Кладбище? – усмехнулась я, чувствуя, как внутри ещё сильнее разгорается пламя азарта. – Зато я слышу в нём эхо прошлого, Аллард! Эхо великих свершений и, возможно, великих ошибок.

Я закрыла глаза, вслушиваясь в глухой и рваный, затухающий пульс умирающего мира. Тревога легкой дрожью пробежала по нервам, придавая нашему с братом приключению особую остроту.

– И я хочу понять, что тут произошло. Неужели тебя совсем не тянет разгадать эту тайну? Неужели тебе не интересно, почему такой величественный город превратился в прах? Да что город, весь мир обратился в ничто!

Я лукаво и хитро ему подмигнула.

– И чего тебе опасаться рядом с самой сильной драконицей-Хранительницей в нашей части Вселенной? Что вообще плохого может с нами случиться?

Аллард вдруг рассмеялся.

– Это и было твоим желанием на день рождения? – с усмешкой поинтересовался он, привычно пропустив мимо ушей мое бахвальство. – Найти мёртвый мир и поиграть на его останках? Я думал, девочкам нравится что-то совсем другое: бабочки, единороги, принцы на белом коне, – в его голосе проскользнуло ехидство, а в глазах – озорство.

Ага, сказки мы с ним читали одни и те же. Те, которые в детстве покупал нам дедушка Икарт в своем немагическом мире.

И такой брат мне нравился куда больше. Когда мы с ним на одной волне, путешествовать по мирам становилось гораздо интереснее.

Я спрыгнула с камня, оставив в чёрной пыли, перемешанной с тёмно-серым пеплом, отпечатки кроссовок, и приблизилась к брату почти вплотную. Загадочно улыбнулась.

К нашим шестнадцати годам Аллард обогнал меня в росте на целых полголовы и теперь выглядел так, будто это он был старшим среди детей Солнечного Дракона, нашего отца, а не я. Мне пришлось даже слегка запрокидывать голову, чтобы смотреть ему в глаза с такого близкого расстояния.

– Этот мир не мёртв, Аллард, – прошептала я. – Он просто спит. И мы можем разбудить его. Или, по крайней мере, узнать, почему он уснул так крепко.

В моих руках разгорелось пламя. А улыбка на лице сменилась на предвкушающую. Плавным танцевальным движением я выпустила огненный шар прямо в небо, и он завис высоко над нами маленьким жарким солнцем, разгоняя быстро сгущающиеся сумерки. Родное светило этого мира, кроваво-красное, со рваной, почти чёрной короной, тут же кануло за холмистой линией горизонта, словно только и ждало нужного момента.

– И, кстати, моим желанием был не принц! – громко выкрикнула я в тягостную тишину Мёртвого мира. – Я просила о свободе! Настоящей свободе, где нет этой жуткой ответственности: «Ах, Алина, ты надежда нашего мира! Будущий Хранитель! Ты должна беречь себя и сидеть дома!» – передразнила я родителей. – И где нет поводка, дёргающего каждый раз, как только мы с тобой окунаемся в новый мир. Даже сейчас! Думаешь, отец не понял, что мы сбежали из Ку-Ай-Дэри? Меня он почувствовать не может, спасибо маминым антимагическим генам, но ты у него как на ладони. И как только мы прошли через Арку, папа забил тревогу. И сейчас поджидает нас на той стороне и очень злится. Я отсюда чувствую эту злость, а ещё беспокойство. Поэтому, Аллард, у нас мало времени, чтобы повеселиться. Нельзя заставлять папу волноваться, – на этих словах я кисло скривилась.

– Ты закрыла портал, – напомнил Аллард. – Папа даже не знает, где ты его открывала.

– Не придирайся к словам, – безнадёжно махнула я рукой. – Он не знает точного места. Но ты ведь в курсе, он чувствует любое повреждение оболочки мира и сразу же летит туда. Так что он точно где-то неподалёку от точки перехода. И стоит нам открыть обратный портал…

Я выразительно черканула ребром ладони по горлу.

Нет, конечно же, папа ничего нам не сделает. Поругает, побушует для приличия, прочитает парочку нравоучений. Напомнит об ответственности и долге перед Ку-Ай-Дэри.

Долге, который я начинала тихо ненавидеть.

Мне всего-то шестнадцать!

Аллард, пожалуй, единственный, кто понимал меня по-настоящему. Поэтому никогда не отговаривал от очередной вылазки в очередной случайно выбранный порталом мир. Он обожал их также, как и я. И всегда оставался рядом. Мы были неразлучны, с самого детства, не разлей вода. «Мои близнецы», – шутила мама, хотя общим у нас был лишь отец, а брат был младше на шестьдесят дней. Но мы и сами ощущали себя именно так: единым целым, идеальной командой, родственными душами. И чудесно дополняли способности друг друга: всесильная рыжеволосая волшебница-дракон и умелый воин, в руках которого любое оружие становилось для врагов смертельно опасным. Папа превосходно обучил своего сына-человека.

Врагов, правда, не было.

Наш Ку-Ай-Дэри был самым безопасным местом во Вселенной.

Еще бы, его охраняли аж целых два могущественных Хранителя!

Никому в здравом уме не пришло бы в голову полезть к нам с войной.

Так почему тогда мне не дают спокойно жить и изучать другие реальности в свое удовольствие?

Поэтому я загадала то желание.

Очень уж мне нравилась наивная и добрая традиция соседнего немагического измерения.

Мой день рождения мы отмечали три дня назад. Собрались всей семьей, и даже дедушка Икарт по такому случаю вернулся на родину, побрызгавшись отталкивающей магию эссенцией. Он приволок с собой самый настоящий земной торт! Да-да, с шестнадцатью свечами! Я была в полном восторге! Зажгла их драконьей магией. А потом, вдохнув поглубже и загадав то, о чём мечтала отчаяннее всего, задула все свечи разом.

С той минуты меня не оставляло удивительное ощущение эйфории. Будто какие-то неведомые нити судьбы выскользнули из прежнего рисунка давно предопределенного будущего, чтобы сплестись в иную ткань реальности.

Поэтому, когда я открывала новую Аркув неизвестность, посылая в формирующий ее поток энергии только одну мысль: «Исполни мое самое заветное желание! Найди мир, который подарит мне свободу!» – я уже знала, что найду за ее порогом то, что изменит саму суть моего существования.

А иначе какой смысл в этих тортах и свечах?

– Ладно, – легко согласился брат, стряхивая с куртки и штанов пепел. – Тогда чего мы теряем время? Вперед, сестрёнка! К новым подвигам! Непобедимая парочка идет завоевывать этот мир! Трепещите, враги, и разбегайтесь по углам! Но имейте в виду, мы найдем вас и под плинтусом!

Я рассмеялась, схватила брата за руку, собираясь утянуть его в случайно выбранном направлении. На мгновение мне почудилось, что я слышу чей-то голос, зовущий издалека. Но стоило прислушаться внимательнее, как звук растворился среди призрачных теней старого города. Я обернулась к Алларду, чтобы поделиться своими ощущениями, однако увидела, что он тоже напряженно всматривается вдаль.

– Здесь кто-то есть? – прошептал он, привычным движением положив ладонь на рукоять меча.

– Не знаю, – отвечала я, прислушиваясь к своей хранительской магии. – Я ведь чувствую только людей Ку-Ай-Дэри и Земли. Но мне кажется, здесь не должно быть никого живого. Мир-то погибает. Они все давно вымерли. Но… проверим?

Не теряя времени, мы двинулись к древней крепости, которая, словно череп неведомого животного, оскалилась щербатым ртом полуразваленного входа и слепо уставилась на мир и темнеющее беззвездное небо пустыми глазницами бойниц. Именно оттуда, как мне показалось, я и услышала тот призрачный, едва уловимый, словно легчайший порыв ветра, зов.

– А ведь там можно спрятать даже тебя, – пристально вглядывался в крепостную стену Аллард. – В драконьей ипостаси, конечно. Какая огромная крепость…

Мое сердце почему-то екнуло и заволновалось. Я ускорила шаг. Под арку входа влетела уже бегом.

И замерла, едва разглядев, что скрывалось в крепости.

Великий мир, Аллард оказался прав!

Рядом со мной остановился изумленный брат.

Не знаю, что ожидал увидеть он, но реальность оказалась слишком невероятной, чтобы вот так сходу в неёповерить.

– Дракон! – восхищенно выдохнула я. – Аллард, это же дракон!

– Можно подумать, ты драконов видишь впервые, – скривил губы брат, поглядывая на нашу находку с настороженностью. – У нас отец дракон, не забыла? Да ты и сама вроде как тоже.

– Ты не понимаешь! – воскликнула я с восторгом человека, желание которого начало исполняться прямо на глазах. Пусть и таким затейливым образом. – Это первый дракон, который не член нашей семьи!

Он был огромен. Пожалуй, не меньше нашего отца. Абсолютно чёрный, будто его чешую наполняла сама тьма. Светлее были лишь длинные и мощные рога и безвольно выдвинутые из скрюченных пальцев острые когти. Дракон лежал с закрытыми глазами, укрывшись крыльями на своем жутковатом погребальном ложе из камней и пепла, и никак не реагировал на наше появление.

Древний исполин, с которым я никогда не должна была встретиться.

Но я встретилась.

Быть может, слишком поздно для знакомства.

Но вовремя, чтобы стать свидетелем его последнего вздоха.

Потому что чёрный дракон умирал. Умирал вместе со своим миром.

Как завороженная, я шагнула к его морде.

– Алина, не надо! – предупреждающе зашипел за моей спиной Аллард. – Вдруг он опасен?

– Нет, – с грустью отозвалась я. – Он не опасен. Ты не видишь? Он не просто умирает. Он потерял волю к жизни. Он сам уже не хочет продолжать свое существование.

И почему-то от этого осознания сердце в груди съёжилось от жалости и грусти. А ещё от странного, непонятного чувства, названия которому я никак не могла подобрать.

Неужели такое прекрасное существо обречено погибнуть? А вдруг он последний? Что, если других драконов не осталось во всей Вселенной? И когда он уйдет окончательно, наш род Хранителей окажется единственным уцелевшим из целой расы невероятных и величественных созданий?

Ведь до сих пор, сколько бы миров я не успела для себя открыть, мне ни разу не попадался никто из чешуйчатых крылатых сородичей.

– Алина! – заволновался брат. – Ты что задумала?

– Спасти последнего дракона, – прошептала я, опускаясь перед неподвижным исполином на колени, не обращая внимания, что пачкаю штаны в саже.

Дракона я совсем не боялась. А зачем? Я – великая Хранительница, в которой причудливым образом соединились энергии двух взаимоисключающих друг друга миров. Магия и антимагия. К тому же, я дракон, и не просто дракон, а девочка, которые по умолчанию всегда могущественнее мальчишек. Уже в пять лет, когда сила ещё только проснулась, я при желании могла неплохо потрепать взрослого дракона.

Так что мне может сделать старый, больной и совершенно обессиленный крылатый незнакомец?

Введя руку в частичную трансформацию, я выдвинула из указательного пальца коготь и черканула им по мякоти ладони другой руки.

Аллард наблюдал за мной с тревогой, но вмешиваться не стал. Пару лет назад я точно так же исцелила его самого, когда в одном из миров мы попали в неприятную заварушку, и брата серьёзно ранили.

Кровь дракона обладает целебными свойствами.

Она может вернуть даже с порога смерти.

Размыкать пасть дракону я не стала, а просто размазала выступившие алые капли прямо по внутренней поверхности его нижней губы. И осталась сидеть рядом, дожидаясь результата.

– Алина, – встревоженно позвал меня Аллард, не приближаясь. – Молодец, ты спасла дракона. А теперь давай уберемся отсюда подальше, пока он не проснул…

Глаза дракона внезапно распахнулись, полыхнув тьмой.

И не успела я опомниться, как оказалась сжата когтистыми пальцами огромной чёрной лапы. В нескольких метрах над землей, почти вплотную к его страшной, ощеренной морде!

Я слышала крик брата и характерный звук, с которым меч ударяет о непробиваемую броню. Слышала устрашающий свист мощного, длинного хвоста и новый вскрик Алларда, но уже от боли. Слышала звук, с которым тело падает на камни.

И не могла пошевелиться.

– Золотой дракон… – удивленно выдохнул дракон мне в лицо струйкой ледяной тьмы. – Откуда здесь золотой дракон?

Его телепатический шепот словно выжигал мне мозг изнутри. Странная паутина ментальной силы опутывала мою волю, парализуя тело до полного неподвижности.

– Какая вкусная энергия, – восхищенно произнес дракон, плотоядно рассматривая свою добычу. – Я хочу её… Какая миленькая и вкусная золотая драконочка… А что, если я… тебя… съем?..

А я отчаянно пыталась призвать свою магию. Или хотя бы обернуться в дракона. Лапа чёрного неблагодарного исполина сжимала меня так сильно, что о надежде выбраться из этой передряги живой уже можно было забыть.

Но мой брат…

Аллард!

Страх, что где-то там, внизу, пострадал мой брат, внезапно и буквально на считанные мгновения вернул мне контроль над собственными телом и магией. Сила Хранителей взвихрилась вокруг меня золотым сиянием и…

Вдруг начала разрушаться, распадаясь на затухающие искры и осыпаясь пеплом, напоминающим тот, что покрывал несчастную землю этого умирающего мира.

Всего несколько секунд хватило чёрному дракону, чтобы полностью уничтожить могущественную силу Солнечной Драконицы Великого Мира Ку-Ай-Дэри.

Мое желание, наконец, сбылось.

Вот только совсем не так, как я мечтала.

Совсем не так…