Алеса Ривер
Селерия

Предисловие

Система Нирата 4729 год и (2830 год Солнечной системы)

Мое имя Селерия. Меня назвали в честь этой планеты. По словам монахов нашедших меня, я была самым сильным и живучим ребенком, какого они видели. Некто подбросил меня к их дверям в самую страшную ночь в году – ночь Самума.

Самум – это горячий шквальный ветер в пустынях, который может длиться от получаса до двух часов к ряду. Температура воздуха поднимается до 50 градусов, а песчаная буря закрывает собой все небо.

Меня нашли, когда проверяли закрылили ли все ставни на окнах и дверях. Отец Абрахам, поднимая меня годовалую, с порога своей обители, видел вдалеке улетающий с планеты космический корабль Фалькаты. У меня в ручках был мешочек с золотом. Вот и все. Ни имени, ни записки, ничего.

Судя по дорогой одежде, курносому носику и белоснежной коже, члены Ордена решили, что я никому не нужный бастард из богатой семьи.

Мою кровь тут же проверили, не являлась ли я вампирским смеском, и убедившись в моей человеческой природе приняли в Обитель.

Когда мне было три года, в Обитель приехала только принявшая власть глава Селерии – леди Маргарет Кэтч. Она невзлюбила меня с первого взгляда. О чем сокрушался всегда отец Абрахам. Когда ей рассказывали о детях недавно принятых в Обитель, она всегда спрашивала лишь обо мне. У монахов складывалось впечатление, что она искала причину меня выгнать.

В мои пять лет, она потребовала перевести меня из детского сада в группу старше и начинать мое обучение. Леди Кэтч объяснила свое требование тем, что я смышленее других детей, да и развивалась быстрее других.

“Кровь аристократов нужно использовать, а не гасить” – говорила эта женщина и по сей день.

Первые два года меня учили по общеобразовательной системе, наравне с детьми первого года обучения восьмилетнего возраста. Разве что уделяли большее внимание физической подготовке. Когда в Обители было малолюдно, отец Абрахам меня часто забирал к детям моего возраста, чтобы я с ними поиграла или посмотрела постановку гастролирующего театра. Они часто приезжали к нам, и показывали благотворительные постановки детям.

К своим восьми годам, у меня не осталось друзей. Мои ровесники стали завидовать моим успехам в старшей группе, и вниманию леди Кэтч. И всем было все равно, что она меня ненавидела. Моя же группа постоянно меня зажимали в углах, чтобы побить или просто унизить, как младшую.

Мне пришлось отрастить зубы. Я стала тренироваться еще усерднее, чтобы убегать и уворачиваться от ударов.

Глава нашей планеты приезжала к нам в Обитель, каждые три месяца. И в ее приезды заставляла меня прислуживать ей. Я стояла за ее спиной, когда она ела, чтобы подавать ей напитки и убирать посуду. Когда она прогуливалась по Обители, я постоянно бегала за прохладительными напитками для нее, которые она не пила.

Вскоре мне раскрыли тайну этой Обители. Здесь оказалось пристанище Ордена Пустынного демона. Демонами являлись воспитанники. Так называли тех, кто прошел посвящение и стал изучать боевые искусства. Посвящение проходили только те, кто показал высокие результаты в обучении по общеобразовательным дисциплинам. Ну и конечно сироты. Дети, семьи которых отдали их в Обитель по иным причинам, чаще всего пристраивались работать в города обслуживающим персоналом.

Так меня стали тренировать “демоны”. Монахи оказались не такими простыми. Каждый был силен в своем искусстве. Например, отец Абрахам оказался искусным мастером боя на мечах. Отец Фахрам прекрасным мастером рукопашного боя.

В двенадцать лет мне предложили пройти испытание, первой ступени мастерства нашего ковена. Конечно же в добровольно принудительном порядке. Испытание заключалось в том, чтобы спасти из заключения группу детей, которых работорговцы должны были перевозить по нашей территории в песках.

С этого задания я вернулась с застрявшей стрелой в ноге, сломанным ребром и разбитым лицом. Но всех пятерых малышей от трех до пяти лет я привела в Обитель. Так я стала пустынным демоном первого ранга.

Гораздо позднее, я поняла, что этот Орден не только принимал детей сирот или из обедневших семей, как в приюты, но еще и забирал с улиц за самые невинные проступки. Наказанием назначали – обучение, с последующим едва выполнимым заданием. Такие чаще погибали, потому что служили пушечным мясом, ради прикрытия пустынных демонов. Самое страшное было в том, что едва попав в Обитель, ты переставал принадлежать себе.

В пятнадцать лет, я познакомилась с парнем, который хакнул какую-то государственную тайну. Совершенно случайно, между прочим. Его забрали из дома, подсунув родителям документы на якобы обучение и развитие таланта. Вот только задания его были зачастую смертельными. У парня быстро сдали нервы и он попробовал сбежать. Но мы находились далеко за городом, посреди пустыни. Его быстро нашли и вернули, указав на пункт в договоре о побеге. Теперь он был обязан отработать на Конклав еще десять лет.

Часто были странными для меня некоторые задания. Наш Орден преследовал цели защиты человеческой расы от вампиров, но почему тогда нас заставляли воевать со своим же народом непонятно.

Все это мне не нравилось, и я стала потихоньку копать. Отец Абрахам однажды попросил перестать задавать вопросы, если хочу жить. Он сказал, что у Главы Селерии на меня и так зуб, по неизвестной причине.

“Выполняй свою работу, отрабатывай обучение и старайся жить нашей верой в Обитель. Я не хотел бы однажды, предать твое тело пескам” – Ответил мне мой наставник на очередной вопрос.

Тогда я принялась разведывать сама. Я умела быть тенью, я могла ходить бесшумно, я умела убивать одним ударом и смогла многое узнать. То, что я стала выяснять меня пугало до дрожи, и моя вера в наш Орден стала таять…