Энже Суманова
Дочь Бога дождя

Глава 1

Я пробудилась от внезапного толчка кареты. Голова с глухим звуком соприкоснулась с обивкой, выполненной из жёсткой кожи, покрытой потёртым сафьяном, что привело к возникновению пульсирующей боли в височной области, напоминающей ритмичные удары маленьких молоточков. Я рефлекторно закрыла глаза и издала тихий стон.

Холодный воздух проникал сквозь одежду, заставляя дрожать каждую косточку в теле. Я плотнее закуталась в меховое одеяло, изготовленное из плотной овечьей шерсти.

Из моих дыхательных путей исходили клубы пара, а на ресницах начал формироваться тонкий слой инея.

Север близко…

Я смотрела в окно на быстро меняющийся пейзаж, пытаясь отвлечься от прошлого и представить своё будущее. В этом будущем, возможно, мне не придётся становиться тем, кем хотели видеть меня родители – вампиром.

Я надеялась, что мой дядя Рейв Гран сможет защитить меня от родных – Неллаи и Демиана.

Неожиданно карета остановилась так резко, что я чуть не упала с сиденья.

Лошади испуганно заржали, и меня охватило тревожное предчувствие.

Это не к добру…

– Госпожа, настоятельно рекомендую вам оставаться внутри. Я сама разберусь с ними, – прозвучал голос теневой защитницы Амаи.

В обычных обстоятельствах я бы полностью доверилась её навыкам, учитывая её вампирскую силу и опыт в обращении с оружием. Однако в данный момент, когда над лесом нависли тёмные тучи, предвещающие не только осадки, но и мощный шторм, ситуация изменилась. Мой отец – Бог дождя, ищет меня.

Не дожидаясь разрешения, я открыла дверь и выпрыгнула. Под моими ногами хрустнул тонкий слой льда, и я инстинктивно раскинула руки в стороны для сохранения равновесия.

Сильный порыв ветра сорвал капюшон моего плаща, обнажив мои серые волосы. Пряди мгновенно разлетелись в разные стороны, подобно нитям, сотканным из лунного света.

От мороза на щеках выступил колючий румянец.

– Госпожа, вам лучше вернуться в карету, – забеспокоилась Амая, обнажая меч.

К нам приближались три фигуры.

– Мы отдадим им всё, что они потребуют, – решила я, стараясь говорить спокойно и уверенно, хотя внутри всё сжималось от страха.

Глаза теневой защитницы расширились от удивления, а тонкие губы приоткрылись. Она явно не ожидала от меня такого решения.

– Зачем? Вы мне не доверяете? – в её тоне прозвучала обида.

Она всегда была готова защищать меня, рискуя собственной жизнью, и теперь, отвергнув её помощь, я словно нанесла удар по её самолюбию.

– Дело не в этом, – с улыбкой я заправила тёмную прядь за её ушко. – Тучи сгущаются, скоро начнётся дождь… Нам некогда сражаться. Мы потеряем слишком много времени, а у нас впереди долгий путь.

Амая с тяжёлым вздохом неохотно убрала меч в ножны.

– Как скажете, госпожа.

Девушка была воином до мозга костей, и сдаться без боя для неё было равносильно смерти. Но приказ есть приказ, тем более, когда он исходит от той, кому она поклялась в верности.

Один из них уверенно направился в мою сторону, второй пошёл к теневой защитнице, а третий, обойдя телегу, без колебаний начал разгружать поклажу, как будто не ожидал сопротивления. Будь на нашем месте мужчины, он, несомненно, был бы более осторожен. В этом мире женщин часто недооценивают.

Мужчина передо мной совсем не походил на разбойника. В Драумеле я видела их достаточно, и судьбы некоторых из них часто решал мой отец – одни отправлялись на виселицу, другие в тюрьму.

Капюшон скрывал большую часть лица незнакомца, были видны только его полные губы и выразительный, чётко очерченный подбородок.

Он был одет в летний плащ цвета графита. Его рука покоилась на рукояти меча в ножнах. Это позволяло увидеть, что под плащом чётко прорисовывались очертания элегантного чёрного камзола, украшенного тонкой красной нитью, которая образовывала замысловатый узор, напоминающий языки пламени. Ноги облегали тёмные брюки, которые были аккуратно заправлены в добротные кожаные сапоги.

Взгляд скользнул по остальным членам мужской компании, и первое, что бросилось в глаза, – их одежда. Тот, кто находился в непосредственной близости от Амаи, с оружием в руках, был облачён в простой плащ. Другой же носил обычную холщовую рубашку.

Их одежда свидетельствовала о том, что они вампиры: в такую погоду обычные люди вряд ли решились бы выйти на улицу в такой лёгкой одежде. Особенно если они сидели в засаде.

– Берите всё, что хотите. Мы спешим, – сказала я, стараясь скрыть волнение за напускным спокойствием.

Мой взор метался между разбойниками, оценивая возможные исходы, и ни один из них не предвещал ничего хорошего.

Незнакомец едва заметно улыбнулся, но его улыбка не была доброй.

– Разумеется, мы заберём всё. Снимай плащ, – приказал он твёрдо и низким голосом, от которого по моему телу пробежали крупные ледяные мурашки.

От неожиданного приступа паники сердце отчаянно забарабанило. Не хватало ещё голой остаться посреди леса.

Я выпрямилась, и смело посмотрела на него, возразив:

– Я человек. Без плаща мне не выжить.

Мужчина широко и высокомерно улыбнулся. Было видно, что мой страх доставляет ему огромное удовольствие.

– Не волнуйся, не замёрзнешь. Барт, отдай ей свой плащ, – сказал он, обращаясь к мужчине, который стоял рядом с Амаей.

Тот недовольно поморщился, но послушно снял верхнюю одежду и бросил её к моим ногам.

Амая схватилась за рукоять меча, но я жестом остановила её.

– Тебе помочь? – спросил он с усмешкой.

– Я справлюсь сама, – грубо отрезала я, начиная торопливо расстёгивать тугую шнуровку плаща, которая не поддавалась из-за замёрзших пальцев.

Одежда соскользнула с моих плеч, оставив на земле бесформенную груду. Взору предстали белая мужская рубашка и свободные штаны того же цвета. Мужчина, который разгружал наши чемоданы, подобрал мой наряд.

Мы убегали в спешке, и у меня не было времени, чтобы купить или достать одежду моего размера. Пришлось надеть вещи отца, причём единственной доступной оказалась летняя одежда.

Холод сразу же охватил моё тело, словно тысячи невидимых кристаллических игл вонзились в кожу.

Изо рта вырвались клубы пара, и я инстинктивно прижала голову к плечам, крепко обнимая себя руками, чтобы сохранить остатки тепла.

На лице разбойника снова появилась раздражающая самоуверенная улыбка.

Я поклонилась за плащом, но мужчина остановил меня.

– Не торопись.

Я выпрямилась и вопросительно глянула на него.

– В чём дело?

Незнакомец снял капюшон. Ветер подхватил его белоснежные волосы, играя с ними. По бокам они были аккуратно подстрижены, а на макушке формировали густую причёску.

– Я хочу обыскать тебя, – проронил он, и его глаза необычного золотистого цвета вспыхнули, словно в них загорелось солнце.

Обыскать меня?

Кто он такой, чтобы предъявлять такие требования?

Во мне закипела ярость. Всё тело напряглось. Хотелось наброситься на него, но я сдержалась.

Мужчина медленно перевёл взгляд с моего лица на ноги, словно оценивая товар на рынке и не упуская ни одной детали. Ощущение было настолько сильным, что казалось, будто я стою перед ним полностью обнажённая.

Страх вызвал в моём желудке тяжёлое чувство дискомфорта.

– У меня нет ничего ценного…

– Что-то подсказывает мне, что ты лжёшь, – сказал он, демонстрируя идеально ровные белые зубы.

Тем временем тёмные тучи неумолимо приближались к нам. Ветер усиливался, поднимая пыль и сухие листья, образуя вихри и предвещая скорую бурю. Времени оставалось всё меньше.

– Ты не имеешь права меня обыскивать, – огрызнулась я.

– Хочешь, чтобы я применил силу? – усмехнулся он, склонив голову набок. – Люди всегда прячут самое ценное при себе.

Он оказался абсолютно прав, что вызывало у меня глубокое раздражение. Моё самое ценное владение – кинжал, изготовленный из редкого делониксового сплава, – было скрыто внутри моих высоких кожаных сапог.

– В любом случае, я получу то, что мне нужно. Вопрос лишь в методах достижения цели, – добавил он, с явной угрозой в голосе.

Вдали сверкнула молния, прорезав небо яркой, зловещей линией. Под сильным порывистым ветром деревья издавали стоны и склонялись к земле. Птицы, испуганные приближением стихии, взмыли в воздух. В атмосфере появился запах влажной почвы.

– Хорошо, – сдалась я, поднимая руки в знак капитуляции, не желая усугублять ситуацию. Мы и так уже значительно задержались.

Он медленно обошёл меня по кругу, как хищник, изучающий свою добычу с пристальным вниманием со всех сторон.

Лёгким движением рук он аккуратно убрал волосы с моих плеч, чтобы проверить, нет ли на мне украшений, но ничего не нашёл. Я никогда не испытывала особой тяги к украшениям и предпочитала быть свободной от лишнего груза.

Моё сердце беспорядочно подпрыгивало внутри грудной клетки, его удары отдавались в ушах, усиливая чувство беспокойства.

Тёплые ладони легли на мою талию, обжигая кожу сквозь тонкую ткань рубашки. Они медленно двинулись вверх, к рёбрам, оставляя за собой след, словно от огня. В моем организме возникло необычное сочетание ощущений, напоминающее симбиоз жара и холода.

Я впервые ощутила прикосновение мужчины… До этого были лишь случайные контакты в толпе, вежливые рукопожатия при знакомстве, тёплые объятия близких людей. Но сейчас всё было по-другому…

Это чувство было новым и глубоким, оно заставило меня осознать всю силу настоящего контакта между двумя людьми.

Дыхание участилось, а сердцебиение значительно усилилось, заглушая окружающие звуки. Казалось, я разучилась двигаться и думать… Существовала лишь точка физического соприкосновения, оставляющая обжигающее ощущение на коже, и необъяснимое эмоциональное возбуждение, пронизывающее всё тело.

Эти чувства пугали меня своей силой. Я всегда считала себя человеком, который умеет контролировать свои эмоции. Но теперь я превратилась в комок нервов, который реагирует на любое прикосновение. Это было унизительно.

«Что со мной происходит?» – спросила я себя.

Мне хотелось убежать, спрятаться, исчезнуть, лишь бы больше не чувствовать этого. Такое простое и невинное прикосновение обнажило во мне какую-то уязвимую и незащищённую часть, о существовании которой я даже не подозревала. И эта часть мне совсем не нравилась, она казалась чужой и слабой.

– Тебе невероятно повезло, что мы спешим, – процедила я, смело встречая его дерзкий взгляд. – Иначе твоя участь была бы незавидной… Ты стал бы пищей для голодных волков.

Его руки замерли рядом с грудью, вынуждая меня вздрогнуть. На краткий миг я заметила в его глазах нечто… потенциально опасное.

– В этом я не уверен, – прошептал он тихим, слегка хрипловатым голосом.

Его горячее дыхание коснулось моего лица, и я уловила резкий запах дыма и пепла, смешанный с неизвестным мне терпким ароматом. Это необычное сочетание запахов вызвало у меня лёгкое головокружение, а в животе запорхали ледяные бабочки.

– Волки обычно выбирают более сладкую добычу, такую как ты, – добавил он.

Сладкая добыча?

Я правильно расслышала?

Кем он себя возомнил, чтобы обращаться ко мне таким образом?

Гнев вспыхнул во мне с новой силой, но я продолжала сохранять спокойствие, как и подобает принцессе, воспитанной в строгих традициях. Я не позволю этому наглецу вывести меня из себя.

Он усмехнулся, увидев мою реакцию. Его руки медленно опустились ниже, крепко обхватив мою талию.

– Не сердись, красавица, – мягко промурлыкал он, – ты действительно выглядишь аппетитно, как спелый персик, который так и манит сорвать его и съесть.

Я попыталась отстраниться, вырваться из его объятий, но он грубо притянул меня к себе. Его пальцы впились в мою талию, словно стальные тиски.

– Закончил обыскивать? – прошипела я сквозь зубы.

Мне стоило невероятных усилий, чтобы не дать ему пощёчину, от которой на его щеке остался бы отпечаток моей ладони, или не ударить его коленом в самое уязвимое место – туда, где сосредоточена вся его мужская гордость.

Я представила, как он корчится от боли, задыхаясь и проклиная тот момент, когда осмелился ко мне прикоснуться.

– Почти, – произнёс он, продолжая свой бесцеремонный осмотр.

Его прикосновения становились всё более настойчивыми и вызывающими.

Унижение обожгло горло.

Ещё немного, и я потеряю контроль над собой. Последствия этого будут непредсказуемы, и я не могу гарантировать, что не совершу ошибку. Я превращусь в разъярённую фурию, которая готова разорвать его на части.

– Куда вы направляетесь? – внезапно спросил он, рассматривая меня с явным любопытством.

Учитывая конфиденциальность нашей миссии, связанной с визитом к моему дяде, крайне важно не разглашать информацию о нашем маршруте. Поскольку у моего отца нет наследника мужского пола, Рейв являлся потенциальным преемником престола, и его имя, скорее всего, известно каждому северянину. В связи с этим необходимо прибегнуть к тактическому обману.

– Мы едем… – я замолчала, пытаясь придумать правдоподобную версию, но ни одна из них не казалась достаточно убедительной, – к Северному заливу…

Хоть бы он поверил!

Его руки, словно змеи, начали свой путь вниз. Он исследовал мои ноги, проводя руками по внешней и внутренней сторонам бёдер, бесцеремонно вторгаясь в моё личное пространство.

Кожа под его ладонями горела, каждый нерв пульсировал в такт учащённому сердцебиению. Дыхание стало прерывистым, вздохи застревали в горле. В животе снова запорхали бабочки, только не ледяные, а приятные.

Неужели я стала жертвой банального гормонального всплеска? Сама мысль об этом казалась абсурдной и возмутительной. Я должна взять себя в руки, вернуть контроль над ситуацией и не позволить разрушить мой тщательно выстроенный мир.

– Что же вы там забыли? – продолжал он свой допрос, не убирая рук с моего тела.

– Мы едем навестить мою тётю, – ответила я, чувствуя, как напряжение сковывает грудь, будто железные оковы. – Она уже в преклонном возрасте и нуждается в заботе.

Вдалеке прогремел гром, осветив ночное небо. Казалось, сама природа разделяла моё возмущение.

– Госпожа, – раздался встревоженный голос моей теневой защитницы, – одно ваше слово, и я…

– Не беспокойся, Амая, – резко прервала я её. Она видела, как его руки приближаются к моей интимной зоне, и была готова вмешаться в любой момент. – Если он осмелится на неподобающее поведение, получит коленом в глаз, – пригрозила я мужчине, бросив на него свирепый взор.

Наши взгляды встретились, и на его лице появилась широкая улыбка. Казалось, будто между нами сверкнула молния, а вовсе не на небе.

– Я бы посмотрел на это увлекательное зрелище, – усмехнулся вампир, разгружавший вещи.

Разбойник устремил на приятеля весёлый взгляд, а затем вернул его на меня. Руки наглеца не двигались.

– А ты интересная, как тебя зовут?

– Не твоё дело, – резко проговорила я. – У меня создалось впечатление, что ты решил облапать меня, прикрываясь обыском.

– Ой, похоже, я попался, – издал он короткий смешок, и его руки поползли вниз. – Как я и говорил, люди всегда прячут самое ценное при себе.

Мужчина достал из моих сапог кинжал и выпрямился во весь свой внушительный рост.

– Отдай! – я попыталась выхватить оружие, но он оказался быстрее и поднял его высоко над головой.

– Не стоит так переживать, красавица, – с усмешкой произнёс он. – Ты можешь пораниться.

Я подпрыгнула несколько раз, но не смогла дотянуться до кинжала. Затем я хотела ударить его в живот, чтобы он наклонился, и я смогла забрать оружие, но передумала. Нельзя рисковать.

– Прошу, верни его…

Разбойник отрицательно покачал головой, не отрывая от меня цепкого взгляда.

– Почему он тебе так нужен?

Незнакомец внимательно рассматривал кинжал, перекатывая его в руках.

– Это подарок матери, поэтому он очень дорог мне.

В действительности я сказала ему правду, но суть не в этом: оружие из делоникса – большая редкость, ведь только оно может убить вампиров. Можно обезглавить или вырвать сердце, но я не обладаю такими способностями. Поэтому потеря этого клинка недопустима.

Делониксовые деревья давно исчезли. Мой покойный дедушка распорядился уничтожить их.

Этот кинжал я получила в подарок от матери на семилетие. Тогда я не осознавала его ценность, если честно. Мне больше хотелось получить игрушку. Кинжал казался мне странным подарком. Кому в семь лет нужен кинжал?

Никому…

Но теперь я понимаю, насколько важен этот предмет. И дело не только в его уникальности. Он – единственное, что может меня защитить. И не только меня. Всех людей. Вампиры становятся всё сильнее и агрессивнее. Они больше не прячутся в тёмных углах, как крысы, а открыто выходят на охоту и убивают людей.

– Ты меня заинтриговала… – промолвил он. – Умеешь им пользоваться?

Внутри всё сжалось от мысли, что этот злодей может забрать у меня оружие.

– Да… Я выросла с кинжалом в руках. Пожалуйста, верни его… – последние слова дались с трудом.

Он недоверчиво прищурился, словно оценивая, насколько я искренна.

– Ты меня ещё больше заинтриговала.

Я протянула руку и настойчиво попросила:

– Верни…

Неожиданно мужчина глубоко порезал ладонь, и кровь обильно потекла, падая на землю тонкими струйками и окрашивая её в алый цвет.

Я замерла, наблюдая, как его глаза темнеют, оставляя лишь тонкую полоску жёлтого оттенка. Он понял. Все мои надежды на то, что он просто глупый разбойник, разбились о реальность, словно хрупкий хрусталь.

– В нём есть пепел делоникса, – произнёс он с кривой улыбкой, когда его рана не зажила. Ему нужна кровь, чтобы порез затянулся. – Интересно…

В последний раз я попыталась забрать у него оружие, но он перехватил мою руку, слегка сжав её, но было не больно.

– Я заберу кинжал.

– Нет! – возразила я. – Он мой!

В небе сверкнула молния, разорвав непроглядную тьму, и раздался оглушительный раскат грома, прокатившийся по лесу.

Внезапно поднялся ветер, срывая с ветвей последние золотистые листья и бросая их нам навстречу.

– Эта вещь слишком ценна, чтобы принадлежать такой, как ты, – его голос изменился, стал грубым.

– А что со мной не так? – выдавила я, стараясь выглядеть увереннее, чем чувствовала себя на самом деле.

Он резко притянул меня к себе, и я ощутила твёрдость его груди.

– Ты кажешься слишком хрупкой для той, кто способна убивать вампиров. Поэтому такое бесценное оружие не должно пропадать зря.

Его слова обожгли хлеще, чем касание раскалённого железа.

Хрупкая?

Я?

Кто он такой, чтобы меня судить?

Если бы этот гад обладал полным знанием о пережитом мной опыте, он бы никогда не позволил себе подобные высказывания. Судить со стороны, не имея представления о том, через что прошёл человек, крайне легкомысленно.

Возможно, мой внешний облик не соответствует образу грозного воина с развитой мускулатурой. Однако сила не ограничивается физической мощью, она включает в себя опыт, знания и стратегическое мышление. Наличие интеллектуальных способностей и смекалки позволяет одержать победу над более сильным противником. В этом аспекте я обладаю значительным потенциалом.

Преодолев свою гордость, я произнесла:

– Забирай, но оставь мне экипаж с лошадьми.

Мужчина снова улыбнулся. Его глаза блеснули в полумраке, словно капли росы на лепестках цветка.

– Хорошо, красавица. Я не хочу, чтобы ты умерла по пути к Северному заливу. Но будь уверена, наши пути ещё пересекутся, ведь ты пробудила во мне неподдельный интерес.

Я посмотрела на него с презрением и, не сказав ни слова, надела плащ, который оказался таким огромным и тяжёлым, словно принадлежал великану. К тому же от него исходил неприятный запах.

Когда мы отъехали на значительное расстояние, я позволила себе глубоко вдохнуть, освобождая грудь от тяжести переживаний.

За окном кареты осенний пейзаж быстро превращался в зимнюю сказку. Голые ветви деревьев, покрытые снежным покрывалом, мерцали в серебристых лучах холодной луны, создавая ощущение волшебства.

Северное королевство было единственным местом, где магические способности моего отца теряли свою силу. Даже самый могущественный Бог не мог вызвать дождь или собрать грозовые облака в этом царстве вечной стужи.

Сон не приходил ко мне. Я всё ещё чувствовала прикосновение рук того разбойника, его бархатный голос звучал в моей голове, а в сознании постоянно возникал взгляд его золотистых глаз.

Глава 2

Мы достигли замка Пылающий огонь, который получил своё название из-за древней традиции: каждый вечер вершину его высочайшей башни освещало пламя огромного факела, служившего ориентиром для заблудившихся путников.

Замок величественно возвышался среди неприступных гранитных скал, словно вырос из каменных глубин самой природы. Белоснежная стена покрывалась толстым слоем снега, достигая высоты примерно пятидесяти футов.

Между двумя башнями с бойницами возвышались величественные дубовые ворота, над которыми развевался герб – золотое солнце, окружённое языками пламени. Мне невольно вспомнился камзол того разбойника с почти таким же рисунком.

Он служил Рейву?

Самая высокая башня в замке, казалось, была частью скалы. Её шпиль терялся в облаках, скрытый туманной дымкой.

Ворота открылись, и мы въехали во внутренний двор, оказавшийся больше, чем я ожидала. Колёса кареты скрипели, преодолевая неровности мощёной поверхности, местами покрытой наледью. В углах двора виднелись старые сараи и конюшни, крыши которых прогибались под тяжестью снега.

По обеим сторонам ворот располагались коновязи и кормушки для животных, которые в данный момент были пустыми. На обширной куче сена, свернувшись в клубок, отдыхала собака. Во дворе перемещались куры, выискивая что-то в земле. Несколько слуг, одетых в изношенную одежду, спешно передвигались по территории, неся в руках корзины с едой. На стенах находились стражники. Вся сцена больше напоминала заброшенное имение, чем замок.

К Амае приблизился мужчина, облачённый в элегантный чёрный кожаный костюм, поверх которого был надет роскошный плащ с золотым гербом. Его седые волосы развевались на ветру, а рука, покрытая морщинами, покоилась на рукояти меча. Они обменялись репликами, после чего теневая защитница открыла деревянную створку дверей кареты.

Я с трудом выбралась из транспортного средства, плотно укутавшись в покрывало. Плащ, принадлежавший разбойнику, оказался недостаточно тёплым, и холодный ветер, смешанный со снегом, проникал сквозь ткань. Мои зубы стучали от холода, конечности утратили чувствительность.

Мужчина внимательно осмотрел меня, пристально изучая черты лица своими глубокими глазами цвета спелой рябины. Над его переносицей залегла глубокая вертикальная морщина, а тонкие губы напряжённо сжимались, образуя вокруг рта мелкую сетку морщинок.

– Вы действительно племянница господина Рейва Грана?

Я уверенно кивнула.

– Да. Он здесь?

– Прошу следовать за мной, принцесса.

Мы осторожно поднимались по скользкой деревянной лестнице, крепко держась за истёртые, шероховатые перила.

– Я дворецкий, меня зовут Байрон, – представился мужчина, распахнув двойные двери. – Если что-то понадобится, обращайтесь ко мне.

– Спасибо, – поблагодарила я.

Мы оказались в просторном холле с высокими потолками, которые поддерживались дубовыми столбами. На помосте возвышался массивный стул, покрытый белоснежной меховой шкурой. По обе стороны от него стояли внушительные бронзовые канделябры, начищенные до блеска.

Стены помещения были украшены ярким жёлтым орнаментом. За помостом трещал огонь в камине, над которым висела голова оленя с длинными ветвистыми рогами. Простота помещения поражала и совершенно не соответствовала статусу правителя северных земель.

– Ожидайте здесь, принцесса, – сказал мужчина и поднялся по лестнице, ступени которой слегка поскрипывали под его тяжестью.

Я быстро подошла к камину, облицованному чёрным мрамором. Опустившись на мягкий ковёр перед огнём, я вытянула замёрзшие руки к пламени. Тепло приятно обожгло кожу, и я глубоко вдохнула аромат дыма, прикрыв веки. В тишине, нарушаемой лишь потрескиванием дров, перед глазами неожиданно появился тот разбойник. Запах дыма вызвал воспоминания о нём.

– Госпожа, вы уверены, что поступаете правильно? – обеспокоенно спросила Амая.

Я открыла глаза и тяжело вздохнула.

– У меня нет другого выхода. Рейв Гран – моя единственная надежда. Только он сможет спасти меня от судьбы вампира.

Стать вампиром означало потерять себя, душу и человечность. Для меня это было концом всего…

На первый взгляд мысль о бессмертии может показаться заманчивой, полной очарования и соблазнов. Но, утратив способность чувствовать тепло, человек становится холодным и отчуждённым от всего живого. Он превращается в хищника, которым движет лишь жажда крови. Эта перспектива вызывала у меня ужас… Я не хотела становиться такой…

Живой танец огня продолжал весело пылать в каменном зеве очага, мягко освещая наши лица и фигуры тёплым оранжевым сиянием.

Мышцы постепенно расслаблялись, тепло разливалось по телу, и я сбросила с себя покрывало. Глаза тяжелели, голова склонялась вперёд, дыхание становилось всё медленнее, погружая меня в полусонное состояние.

– Ваши родители, наверное, уже с ума сходят, – задумчивый голос Амаи вырвал меня из мира грёз.

Я тихо выдохнула, отбросив назад пряди волос.

– Боюсь, они потеряли рассудок гораздо раньше, особенно после того, как узнали о моём отказе принять судьбу вампира.

Сверху послышались шаги, и я мгновенно выпрямилась, стараясь придать себе более уверенный вид.

Из полумрака лестничного пролёта вышел высокий, худощавый мужчина. На нём был камзол цвета ночи, искусно расшитый золотыми нитями вдоль воротника и обшлагов. Его волосы цвета воронова крыла свободно спадали ниже плеч.

Лицо мужчины было суровым: тонкий прямой нос подчёркивал идеальные скулы, кожа была гладкой и безупречной. Насыщенный бордовый цвет его глаз завораживал и отталкивал одновременно. Этот оттенок был характерен для тех, кто регулярно употребляет человеческую или вампирскую кровь.

Именно таким я представляла Рейва, основываясь на описаниях Гайлса.

Мы с теневой защитницей одновременно сделали глубокий реверанс, приветствуя его.

– Ваше величество, я Гвендолин Гран, дочь Неллаи и Демиана. Я прибыла сюда за вашей помощью.

Он долго рассматривал меня с оценивающим взглядом, погружённый в размышления, а затем слабо улыбнулся, заметив моё замешательство.

– Я не король этих земель.

– Прошу прощения за мою ошибку, – растерянно поправила я волосы, которые запутались в капюшоне моего плаща. – Я не знала об этом… В нашей семье о вас запрещено говорить.

– Ничего страшного. Давай обойдёмся без формальностей и будем обращаться друг к другу на «ты». Зови меня просто Рейвом, хорошо?

Я улыбнулась и кивнула.

– Хорошо.

Его пристальный взор не отпускал меня ни на миг. Я почувствовала себя неуютно и опустила глаза.

– Прости, что так бесцеремонно разглядываю тебя… У тебя поразительное сходство с матерью: те же волосы, очаровательный маленький носик и ясные голубые глаза с ноткой дерзости, – его губы слегка приподнялись в улыбке. – Ты, наверное, устала и проголодалась. Почему бы нам не пройти в столовую? Там мы сможем всё подробно обсудить. Не снимай плащ, в помещении прохладно. Мы не ждали гостей…

Он вовсе не походил на жестокого вампира из рассказов Гайлса. Ни намёка на высокомерие, ни ледяной отчуждённости, способной заморозить кровь.

Несмотря на резкость и строгость черт, в его внешности сквозила мягкость. Ничего устрашающего или неприятного, кроме разве что глубоких глаз насыщенного рубинового оттенка.

Его нижняя губа была чуть полнее верхней, и самое странное – на них играла лёгкая приятная улыбка, что выглядело крайне необычно, ведь поговаривали, будто он вообще никогда не улыбается.

Мы направились по длинному коридору, стены которого украшали портреты представителей различных исторических эпох. В каждом из них прослеживалась общая доминантная черта – властная и слегка высокомерная аура. Их глаза привлекали внимание глубоким тёмно-красным оттенком радужки.

Столовая оказалась небольшой, но уютной. Под деревянным столом, накрытым белоснежной льняной скатертью, лежал мягкий персидский ковёр с изящным геометрическим узором. По всей длине стола располагались массивные железные подсвечники с горящими свечами, наполняя комнату тёплым светом и ароматом воска.

– Садись, – пригласил Рейв, отодвигая стул с тонкой резьбой для меня. Сам он расположился напротив. Теневая защитница встала у стены рядом с дверью.

– Присоединяйся к нам, – проговорил он Амае, предлагая ей занять место рядом. Но девушка вежливо отказалась.

– Она моя теневая защитница, – уточнила я.

– Какой у тебя дар?

– У меня его нет, ваше высочество, – ответила Амая. – Я искусственно превращённый вампир.

Иногда я искренне восхищаюсь Амаей. Будучи человеком, она осмелилась на невероятный риск ради обретения бессмертия – приняла огромную дозу вампирского яда, который едва не стоил ей жизни. Однако, как ни парадоксально, именно этот смертоносный яд стал источником её вечной молодости и бессмертия. Он содержит особые свойства, которые не дают состариться. Мне повезло гораздо больше: я родилась вампиром, и чтобы обрести вечную жизнь, мне достаточно выпить человеческую кровь.

– Амая, можешь идти, – обратилась я к ней. – Тебе нужен отдых. Ты почти неделю не спала, пока мы сюда добирались.

Мы пересекли океан на кракорах, а затем прибыли сюда в экипаже, запряжённом лошадьми. Путь был долгим, и всю дорогу теневая защитница сама правила животными. Для поддержания жизненных сил вампирам необходимо спать хотя бы три часа в день.

– Я не уйду.

– Это не просьба, а приказ, – строго сказала я, нахмурив тонкие брови.

Рейв подозвал одного из своих слуг и приказал ему подготовить комнату для Амаи. Она неохотно последовала за ним.

Мне подали тарелку с горячим супом из лапши и баранины, который источал нежный аромат свежего тимьяна. Затем принесли аппетитное жаркое из курицы в густом томатном соусе, украшенное розмарином, а вместе с ним хрустящий свежеиспечённый хлеб, всё ещё сохранявший тепло печи, и фрукты.

Нам разлили вино в серебряные кубки глубокого гранатового цвета, которые переливались в свете свечей.

Я попробовала бульон. Он оказался насыщенным и горячим, это было именно то, что нужно после долгого путешествия.

Заметив пустую тарелку перед дядей, я поинтересовалась:

– Ты не будешь есть?

– У меня есть другой способ восстановить энергию, – пояснил он, подмигнув.

Кажется, я знаю, о какой энергии он говорил – это кровь.

Вкус вина раскрывался лёгкой, почти незаметной кислинкой, напоминающей ежевику, которая постепенно сменялась сладкими нотами апельсина.

Мясо в жарком было невероятно мягким, практически растворялось во рту. Я получала удовольствие от каждого съеденного кусочка.

– Итак, Гвендолин, расскажи, почему ты оказалась на Севере?

Я отложила серебряную ложку и сделала глоток вина, чтобы собраться с духом перед важным разговором.

– Я сбежала из дома… – выпалила я.

Его губы приподнялись в едва заметной улыбке.

– Ты точно как твоя мать! Такая же своенравная.

Мои брови недоверчиво нахмурились.

– Ты уверен, что говоришь о моей маме? Она полная противоположность твоему описанию. Её жизнь подчинена строгим правилам, контролю и порядку. Она не своенравна…

Мама… своенравная?

Звучало абсурдно. Мне было сложно представить её непокорной. Все мои воспоминания о ней связаны с жёсткими правилами: расписанным распорядком дня до минуты и неусыпным надзором.

Стоит мне сделать шаг в сторону, попробовать что-то новое, выразить своё мнение, как она тут же затыкает мне рот. «Принцессы так себя не ведут!» – повторяла она, как заклинание.

– Когда-то давно Неллая была бунтаркой, – с грустью взглянул дядя на меня.

– Расскажи мне о ней, – попросила я, ощущая, как внутри меня просыпается любопытство.

Образ моей матери, созданный им, сильно отличался от того, который был мне знаком.

Он удобно устроился на стуле, расслабленно откинувшись назад, и устало провёл пальцами по переносице.

– Неллая жила сегодняшним днём, постоянно искала приключения и терпеть не могла никаких ограничений, – он слегка улыбнулся, словно погружаясь в воспоминания о тех моментах. – С ней никогда не было скучно. Она всегда стремилась быть первой во всём. Если что-то не получалось, не сдавалась и работала до полного изнеможения, пока не достигала своей цели. А ещё она никогда меня не слушала… Всё делала по-своему.

Я слушала его, не дыша. Это была совершенно другая женщина, не та, которую я знала.

Я попыталась представить её.

Молодая, беззаботная, смеющаяся перед лицом опасности, и женщина, которую я знала – величественная, сдержанная, сосредоточенная на государственных делах. Две совершенно разные личности, объединённые одним именем.

Неужели жизнь способна так сильно изменить человека?

– Интересно, что же её заставило так преобразиться? – задумчиво прошептала я себе под нос.

Мама никогда не любила говорить о своей жизни до встречи с отцом. Стоило мне лишь попытаться узнать что-то о её прошлом, как она тут же меняла тему. Наверное, ей было больно вспоминать те времена. Особенно, если речь заходила о дяде Рейве, который предал её.

– Причина одна – любовь, – сказал он с печалью в голосе. – После свадьбы она резко изменилась: стала ответственной и серьёзной. Она пожертвовала своей свободой ради благополучия своих детей, мужа и королевства.

– Мне всегда казалось, что любовь – это состояние свободы, а не ограничения. Но для моей матери, по всей видимости, это обернулось тяжким бременем.

– В некотором смысле да, но она действительно любит Демиана, твоего отца, и вас с сёстрами. Однако эта любовь потребовала от неё жертв. Она добровольно отказалась от части себя, от своего бунтарского духа, чтобы стать королевой, матерью и женой. От королевы ожидают ответственности, а не непокорности.

Я всегда воспринимала мать как уставшую женщину, обременённую заботами о государстве и семье. Никогда не задумывалась, кем она была до того, как всё это началось, чем пожертвовала.

Внезапно мне отчаянно захотелось узнать её прежнюю, до замужества, понять, что ею двигало, о чём она мечтала и от чего отказалась ради нас. Я твёрдо решила, что это необходимо выяснить. Возможно, тогда смогу простить её за строгость и жестокость ко мне…

– Только вот она не королева, а наложница, – поправила я.

Мама не происходила из знатного рода, не имела социального статуса и богатства. Она появилась в замке как наложница с единственной целью – убить деда.

Талия, первая жена отца, заняла трон после смерти дедушки, которого, как выяснилось, убил мой отец. Она была родом из благородной, хотя и небогатой семьи. Несмотря на это, подданные признали её правящей королевой.

Талия воспитывалась в строгих условиях и неукоснительно следовала установленным правилам. Народ никогда бы не принял мою мать. В нашем обществе первостепенное значение имело невинность и происхождение. Даже если бы её возвели в ранг королевы, над моим отцом бы насмехались, зная о её прошлых связях с мужчинами. Его перестали бы уважать и бояться.

Рейв глубоко вздохнул, его взгляд помрачнел.

– Она никогда не стремилась к власти. Пусть и не королева, но она достойна этого звания, как никто другой. Именно благодаря ей в Драумеле воцарились мир и спокойствие.

Мама пытается превратить меня в королеву против моей воли. Разве она не понимает меня? Ведь она сама прошла через нечто подобное.

– В этом есть и твоя заслуга.

– Давай не будем об этом, – он вымученно улыбнулся. – Расскажи лучше, почему ты сбежала? Ты устала от контроля родителей или что-то другое? – Рейв наполнил мой кубок вином, затем свой.

Я посмотрела на мерцающее пламя свечи.

– Родители хотят, чтобы я стала вампиром. Они говорят, что это мой долг как главной претендентки на трон. Но я не хочу превращаться в существо, одержимое кровью. Я хочу сама выбирать свою судьбу, жить свободно и независимо.

Рейв задумчиво почесал подбородок.

– Ты знаешь, почему я стал врагом твоей матери?

Я сглотнула.

– Ты убил мою бабушку… и солгал ей, что это сделал дедушка…

Его лицо омрачилось, и я заметила в его тёмных глазах искру сожаления.

– И всё же ты хочешь, чтобы я тебе помог? – он поднял густую чёрную бровь, удивлённый моим поступком.

– Мне больше не к кому обратиться, – тихо призналась я. – Мама меня не слушает, а отец всегда поддерживает её решения. А Гайлс её обожает… Он сразу же выдаст меня ей…

Мужчина грузно вздохнул, осознавая всю тяжесть моего положения.

– Прости, но я не могу пойти против твоих родителей. Их сила многократно превосходит мою. Даже если бы я захотел вмешаться, это не привело бы ни к чему хорошему…

Разочарование обрушилось на меня, как ледяная волна. Я понимала, что просить помощи у вампира, убившего мою бабушку, было безумием. Но в отчаянии хватаешься за любую возможность, как утопающий за соломинку.

Внутри меня теплилась последняя надежда: вдруг его решение изменится. Поэтому я решила идти до конца.

– Я знаю, что ты выпил кровь моей матери… Это даёт тебе контроль над её волей и желаниями. Одно твоё слово – и она навсегда забудет о своём намерении сделать меня вампиром…

Он медленно вращал бокал, наблюдая, как вино струится по стенкам, и молчал, погружённый в размышления.

– Боюсь, это невозможно. Мы сражались не для того, чтобы трон занял посторонний человек… – наконец произнёс он, и моя надежда угасла, как тлеющий уголёк. – Прошу тебя, постарайся понять. У нас с твоей матерью и так хватает проблем, и я не хочу усугублять ситуацию…

Я опустила голову, чувствуя, как к глазам подступают слёзы. Комната, и без того тёмная, словно погрузилась ещё глубже в полумрак. Каждый вдох давался с трудом, а горечь внутри растекалась, словно яд, проникая в каждую клеточку моего тела.

Всё кончено. Я оказалась в безвыходном положении. Мне не избежать судьбы вампира, но попытаться стоило.

«Неужели никто не может помочь?» – эта мысль пронзила мой разум, как ледяной осколок, вызвав приступ паники.

Я молилась всем богам, которых знала, чтобы он изменил своё решение.

Собрав всю свою волю в кулак, я подняла глаза.

– Прости, что отняла у тебя время, – проговорила я с трудом, чувствуя, как горло сжимает спазм. – Пожалуйста, позволь нам провести ночь здесь, чтобы наши лошади могли отдохнуть перед долгой дорогой…

Он нервно провёл рукой по волосам, его плечи напряглись.

– Проклятье, – выругался Рейв, резко поставив кубок на стол. Несколько капель красной жидкости выплеснулись на скатерть, оставив причудливый узор. – Хорошо, я помогу тебе. Было бы жестоко отказать тебе в помощи.

Моё сердце бешено заколотилось, словно в груди забился молот, разнося по венам обжигающий поток адреналина. Неужели он и правда, согласился? Ещё мгновение назад я ощущала себя раздавленной, сломленной, полностью беспомощной, а теперь… Надежда вновь вспыхнула в душе, словно утреннее солнце, разгоняя тьму отчаяния, которая окутывала меня.

– Ты, правда, поможешь мне? – с трудом выдавила я, сомневаясь, не игра ли это моего воспалённого воображения.

Вместо слов он лишь коротко кивнул, и его лицо озарила тёплая улыбка, которая мгновенно преобразила его облик.

Я пыталась разглядеть в нём монстра, увидеть отблеск той тьмы, которая, по словам других, поглотила его душу. Но вместо этого я видела перед собой обычного человека, и ничего больше.

И всё равно меня не покидала мысль о том, в чём его обвиняли. Слишком много было доказательств, и много крови пролилось. Но, глядя на него, я не могла до конца поверить, что он – абсолютное зло. Где-то внутри меня теплилась слабая надежда на то, что в этой истории есть ещё одна сторона, которую я должна узнать.

Улыбка сползла с его губ.

– Ты ведь осознаёшь, что рано или поздно твои родители тебя найдут?

– Да…

Конечно, я это знала… Я не была такой глупой. Хотя… возможно, немного…

– Хорошо, что ты это понимаешь… Тебе всё равно предстоит стать вампиром… Независимо от твоего желания… – Я почувствовала давление в его голосе. – От этого зависит будущее всего королевства.

Ощущение долга снова придавило меня, словно непосильная ноша.

Превращение… всегда было моим самым большим кошмаром. Животный страх парализовал меня, не позволяя вдохнуть полной грудью. Я знала, что этот момент неизбежен, но старалась не думать об этом, в глубине души надеясь, что каким-то образом смогу избежать этой участи.

Наивная…

– Просто… – я запнулась. – Просто я ещё не готова к этому… Это слишком пугает… Мне нужно время…

– Я понимаю, что ты чувствуешь. Я сам проходил через это… как и твои родители. Мы все боялись превратиться в существ, которыми управляет лишь голод. Не переживай. Я помогу тебе оттянуть этот момент…

Я благодарно кивнула.

Глава 3

– О каком моменте идёт речь? – раздался н

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.