Рая Рок
Измена. Порочная месть с отцом подруги

Глава 1.

Мне слышатся какие-то странные звуки сквозь беспокойный сон, и я просыпаюсь с каким-то чувством ужаса.

И сонливость как рукой снимает от тотальной темноты в комнате и тихих шорохов, которые и не собираются прекращаться. Даже как будто что-то скребётся, и тихие мучительные стоны слышатся.

Сердце за две секунды разгоняется до жуткой тахикардии.

Это смешно, но я всё ещё боюсь тех ночных монстров, которыми нас регулярно пугали в детдоме. И сейчас меня пробирает страх, а мысли наслаиваются одна на другую, фантазия рисует страшные предположения.

Ощупываю постель, но сторона Мити пустует.

Беру себя в руки, напоминая себе, что в доме, помимо меня и моего парня, ещё шестеро человек. Наши друзья, и мы все находимся в доме одного из них.

Но это мало помогает, как и в детстве.

Я всё равно поднимаюсь на ноги и наощупь иду к тонюсенькой полоске света. Там дверь. Мне нужно убедиться, что в этих звуках нет ничего страшного. Ветер должно быть. А всё остальное мне мерещится спросонья.

Открываю дверь, выглядываю в мрачный коридор, и те звуки слышатся чуть громче в жуткой тишине дома.

Я иду на него. К лестнице. Вниз. Тут уже светлее, но всё равно царит полумрак, и лампочка, как назло, зловеще мигает между этажами.

А потом моя душа онемевает, когда до меня доходит, что это за звуки. Но понимаю я это только тогда, когда приближаюсь к кухне и слышу еле слышные отрывки слов, одними из которых являются:

– Мить… да… ты можешь… глубже…

Если бы не чёртово имя моего парня, я бы просто убежала, сгорая от стыда. Но от звучания этого имени женским сиплым полушепотом моё сердце разбивается вдребезги.

Я выглядываю из-за угла и вижу, как мой парень, мой Митя, прижимает к себе женское тело спиной и, сжимая ей шею одной рукой, а второй – её бедро, с глухими шлепками вбивается в неё сзади. Как-то отстранённо отмечаю разлитую по полу воду и разбитый стакан рядом. У этого секса было явно очень страстное начало, думаю я как-то совсем отстранённо.

А потом сердце в моей груди терпит крушение в очередной раз. Когда в девушке я узнаю свою подругу. Ту, кто меня со Митей и познакомила. Ту, кому я впервые доверилась, открылась после выпуска из детдома, ведь до этого уже была научена жизнью, что довериться кому-то равно дать пистолет ему в руки и навести дуло на себя, а потом жить с ожиданием расправы.

И снова. Со мной случилось это снова.

Встряхиваю головой и заливаю в себя второй по счёту шот. В помещении гремит музыка, царит темнота, которую агрессивно разбивает световая музыка, и народ вокруг веселится. Только я вся целиком в воспоминаниях…

– Бля, так получилось, что я ещё могу сказать, малыш? – жмёт плечами Митя и говорит всё это так, будто это не он пятнадцать минут трахал мою подругу. Он вообще-то хочет спать, а я тут донимаю его своими слезами и вопросами. Лада стоит с таким же выражением, полного безразличия и скуки. От этого ещё больнее.

– Что можешь сказать? – сиплю, смотря на них с неверием. – Вы шутите? Моя подруга и мой…

– А чего ты от нас хочешь, Яра? – приподнимает вопросительно брови Лада. – Это уже случилось. Мы и так слишком долго сдерживались. Прости, я не хотела, чтобы так получилось, и ты об этом вот так узнала, но что нам теперь сделать? Упасть тебе в ноги?

Усмехаюсь и снова выпиваю рюмку со жгучей жидкостью, глуша в горле ком слёз.

Не хотели. Долго сдерживались. А я просто дура, которая не замечала всех их этих переглядываний и слишком близкого общения. Наоборот, радовалась, что подруга и любимый парень, наконец, настолько наладили отношения, ведь до этого их сложно было назвать друзьями. Так, друзья друзей, тусующиеся иногда в одной компании. Компании мажоров.

И как я вообще среди них оказалась? Сирота, без денег и друзей. Да такие, как я, в таких компаниях не водятся. Это же ясно как белый день. Мы из разных вселенных. Но так сложилось, что на первом курсе в универе я помогла Ладе, выручила по учёбе, и она почему-то прицепилась ко мне. Поначалу я сторонилась её, относилась насторожено к её внезапному желанию общаться, ходить вместе на обед и сидеть на лекциях. А потом постепенно стала привыкать к ней. И открываться.

А вот и второй курс, мы крепко дружим, я даже остаюсь иногда с ночёвкой у Бойцовой, и Лада знакомит меня с Митей, другом её хорошего знакомого. Митя тогда только расстался со своей предыдущей девушкой. Красивый, уверенный, весёлый. Тогда я была уже намного более расслабленной, нежели когда только выпустилась из детдома, и недолго думала, соглашаться ли идти с ним на свидание. Хоть и не особо горела желанием заводить какие-то отношения с противоположным полом. Но Лада меня подтолкнула к такому решению, мол, хватит мне одной ходить, у неё-то вон Боря есть.

С этим Борей они расстались быстро, а вот мы с Митей провстречались почти год.

Начало третьего курса, и вот я сижу в ночном клубе, преданная парнем и единственной подругой, поглощаю шоты, а в голове звенят последние слова Лады, сказанные мне на прощание два дня назад.

– Если честно, мне уже давно надоело таскаться с тобой, Яр. Пожалела тебя когда-то, как побитого жизнью щеночка, а потом всё не могла пнуть под зад из той же жалости. Но спасибо, ты была хорошим невзрачным фоном и жилеткой, Некрасова…

Нет, мне не было настолько больно потерять Митю. Больнее мне сделала именно Лада. Именно ей я доверилась целиком и считала её семьёй.

Боковым зрением я вижу движение в свою сторону и специально выпиваю ещё один шот. Пожалуй, последний на эту ночь. Игра началась.

– Ярослава? – слышится сквозь грохот музыки знакомый мужской бас, а на оголённой из-за платья спине ощущаю крупную тёплую ладонь. В голосе слышится стальное недовольство. – Ты почему одна? Или Лада тоже здесь?

Поворачиваю голову и пытаюсь сфокусировать пьяный взгляд на лице мужчины, владельце этого клуба и ещё очень многого в нашей области, отце моей подруги. Бывшей подруги. Устанавливаю зрительный контакт с его тёмными глазами. Как всегда, он в костюме, обтягивающем сталь мышц, как всегда, его взгляд острее ножа и, как всегда, от него потрясающе пахнет: древесно-восточное звучание переплетается с дымкой сигар.

– Александр Андреевич, – обращаюсь я жалостно, складывая брови домиком. – Пожалуйста, заберите меня отсюда. Мне так… плохо…

Мужчина хмурится, разглядывая моё лицо, придерживая за поясницу и словно раздумывая над чем-то. Я медленно моргаю, морщусь, держась за вторую ладонь мужчины, и почти не играю. Да, подруга права, я умею вызывать жалость в человеке, желание приютить и согреть меня как бедного щеночка. Так почему бы этим не воспользоваться. Наверняка у них это семейное – жалеть меня.

Для красочности я поднимаюсь на ноги, пошатываюсь на высоких шпильках и падаю на грудь Александра Андреевича, громко охнув. И подняться обратно, отстраниться уже не могу, в том числе из-за того, что сейчас мне вдруг стало очень хорошо и тепло. Мужские руки заключают меня в стальную хватку, одна рука начинает гладить меня по голове, и голос у уха звучит озадаченно, но при этом покровительственно.

– Тихо-тихо, девочка… сейчас мы что-нибудь придумаем. Я позабочусь о тебе…

Когда мужчина поднимает меня на руки, и я обнимаю его за шею и кладу голову на его плечо, в туманном сознании проносится одна мысль, которая приносит больное удовольствие. Моя месть будет горячей.

Глава 2.

Конечно, у Бойцова имеется крутая тачка и личный водитель. Это же Бойцов, гроза в мире бизнеса, любимый папочка моей дражайшей подружки, у которого полгорода во владении.

Его я достаточно хорошо знаю, и знаю, как жестоко он обходится с теми, кто у него в немилости. Но даже это не останавливает меня от задуманного. Ещё в детдоме я научилась жить моментом, не думая, а что будет после. И именно сейчас я горю жаждой мести. Вся семья Бойцовых, которых я считала и своей семьёй, враз стала мне ненавистной.

Пока мы едем на машине по ночному городу, Александр Андреевич прижимает меня к своему боку. Обнимает одной рукой, иногда проводит ладонью по волосам, посматривая внимательно на моё лицо. И это смотрелось бы странно со стороны для любого, кто знал его жёсткий нрав и то, какой холодный он с людьми.

Но он всегда тепло ко мне относился, как к своей дочери. Хоть никогда прежде мы и не находились настолько близко. В том числе из-за того, что Лада всегда очень ревновала своего папу ко мне, если тот проявлял чуть больше заботы в мою сторону. Устраивала чуть ли не истерики, мгновенно перетягивала его внимание на себя, точно, как маленький капризный ребёнок. Да и я как-то всегда стеснялась этого мужчины.

Александр Владимирович с первого взгляда был для меня чем-то наподобие идеальной картинки, идеального примера мужчины, который только может существовать. И которых показывают только по телевизору. Как что-то настолько недосягаемое и непонятное для меня, выросшей в приюте сироты, к чему даже приближаться страшно. Он красив, умён, силён, в определённые моменты опасен или ласков, успешен. Верен своей жене? По крайней мере, таковым кажется со стороны, для меня, для Лады.

Я разрушу эту картинку. А приятным бонусом станет подразнить бывшего благоверного, работающего на этого мужчину, Митя чуть ли не поклоняется Бойцову.

– А куда мы едем? – спрашиваю не слишком трезвой интонацией, приподняв взгляд на мужчину.

Он почему-то смотрит на меня какое-то время и не отвечает. Так пронзительно, ещё и в темноте салона его глаза поблёскивают дьявольски, словно заглядывает намного глубже, прямиком в душу. Как будто догадался, что я хочу сделать. И даже через пьяный туман меня пробирает так, что сердце начинает колотиться слишком громко и быстро.

– А куда ты хочешь, Яра? – его голос расслабленный, тихий и бархатный. Но эта расслабленность кажется обманчивой.

Голова кружится сильнее, и я обратно укладываю её на мужское крепкое плечо, прикрывая глаза, напоминая себе о том, что не в моих правилах пасовать на полпути.

– Александр Андреевич… пожалуйста, куда-нибудь отвезите меня. Только не ко мне домой… И не туда, где Лада. Мы немного поссорились.

– Поэтому ты решила напиться в моём клубе, куда вам обоим вход воспрещён? – его голос приобретает острые опасные грани, царапающие кожу.

Да, тот клуб был непростым, секс там, как часть атмосферы. Голые девицы на столах и у шеста, ВИП-комнаты наслаждения, где гость может запереться с работницей за отдельную плату или с кем душе будет угодно. Или сразу несколько. И Александр Андреевич не разрешал нам с Ладой приближаться к этому месту как минимум на правах владельца. Но я знала, что сегодня мужчина будет именно там, и что он увидит меня и обязательно подойдёт.

Я прикусываю губу и поднимаю виноватый взгляд на него.

– Простите. Мне не принципиально было… куда идти. Мне просто хотелось расслабиться.

Ладонь мужчины чуть сильнее сжимает моё плечо, но он уже снова расслабленно смотрит перед собой.

– Что Лада сделала на этот раз? – вдруг спрашивает он, и я немного теряюсь. Он, конечно, знает, что его дочь очень капризна и просто не самый лёгкий человек. Но что мне ему сказать сейчас?

– Ничего такого, – кидаю с натянутой улыбкой и невольно прижимаюсь к боку мужчины сильнее. Закрываю глаза, и сама того не замечая начинаю засыпать в его тёплых объятиях. От него пахнет резко по-мужски, очень точно подчёркивая энергетику Александра Андреевича, и в то же время – мягко в отдалении, кокосом, миндалём, жасмином…

Я сама просыпаюсь, когда машина мягко тормозит. В салоне намного светлее, и я понимаю, что мы на подземной ярко освещённой парковке.

Александр Андреевич помогает мне выбраться из машины, после чего, придерживая меня за плечи, идёт вместе со мной к лифту в нескольких метрах от нас. Мои каблуки звучат очень громко в тишине огромного помещения. Я ничего не спрашиваю, потому что в горле сильно пересохло, и после сна голова ещё более туманная. Надо как-то бодриться, чтобы сделать всё гладко.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.