Юрий Кащеев
Роман "Сочинение на вольную тему". Книга 1

Роман.

Книга 1.

Предисловие.

Я приветствую вас, всех, кто имеет возможность читать это моё – СОЧИНЕНИЕ НА ВОЛЬНУЮ ТЕМУ. Сейчас уже так много ушло из жизни друзей, подруг, родных людей, хороших знакомых, товарищей ,приятелей и просто знакомых. У всех у них была своя жизнь, разная жизнь и мне хочется написать о них, пусть даже вкратце, а также написать про тех, кто живёт и здравствует. Имена конечно-же придётся изменить и у тех и других, но я думаю, те, кто захочет читать моё сочинение, узнает себя исходя из описанных ситуаций. Вымысел тоже будет присутствовать, ну как же без него? А вообще я буду стараться освещать достоверно всё то, что происходило с нами и происходит теперь. Для этого я выбрал Жорика Корнеева так, как о нём я знаю больше всех и жизнь его пестрит очень интересными событиями на фоне очень часто меняющегося государственного устройства и ещё чаще меняющихся государей то есть руководителей как советских, так и несоветских. Ну что-же дорогие мои, давайте начнём?

Глава 1.

      Началось вся эта история очень давно и очень далеко от теперешнего места нахождения уже пожилого Георгия Филимоновича Корнеева. 1954год,июнь месяц, совсем недавно умер великий Сталин – отец всех народов, генералиссимус, победитель в самой жуткой и кровавой войне. Он как бы ещё присутствует в умах людей и страх перед грозным правителем так и живёт в сердцах людей. В один из июньских тёплых дней на перрон железнодорожного вокзала города Владивостока сошла молоденькая и очень красивая девушка по имени Антонина Немцова 19 лет от роду. Приехала девушка Тоня из солнечного города Саратова, где она закончила нефтяной техникум и была направлена на работу на базу тихоокеанского военно-морского флота специалистом по тепло и гидроизоляции военных кораблей в городе Владивостоке. За время учёбы в техникуме Тоня привыкла к жизни в большом городе, к тому-же Саратов, как и Владивосток, расположен на горах правого берега матушки Волги, здесь на тебе сразу бухта Золотой Рог и огромное количество больших и малых кораблей, пришвартованных к бесконечно длинному причалу. Этот вид оставил неизгладимое впечатление в душе девушки на всю жизнь. К общежитию она тоже привыкла за четыре года учёбы в техникуме. На работу её приняли быстро и без проблем, теперь она стала тепло-техником и поселившись в комнате на двоих с молодой женщиной пошла знакомиться с первой настоящей работой. Предприятие было огромное и она сразу попала под пристальное внимание мужчин молодого и взрослого возраста, правда одета она была невзрачно, сказывалась бедность её многодетной семьи.

Глава 2.

В семье было восемь детей: два мальчика и шесть девочек. Тоня была второй по старшинству, мама родив после неё ещё троих детей, умерла от туберкулёза в 35лет. Отец остался один с пятерыми детьми, а тут война, вообще то и до войны они жили очень бедно, а теперь и вообще в проголодь. Близкие родственники как могли помогали ему, но бедность и голод были повсеместно, к тому-же отец сам болел туберкулёзом, поэтому он получил бронь и на войну призван не был, а тут родственники подыскали ему невесту, молодую и красивую украиночку. Она после раздумий согласилась выйти за него ,а задуматься было над чем. Жизнь и так была жуткая, да ещё и с мачехой. Отец работал трактористом поэтому всю войну да и после неё пропадал на совхозных полях, но от болезни своей смог вылечиться и дожил до 80лет. Находясь вот в такой бескрайней бедности и нужде с возрастом она поняла, что нужно учиться и по окончании восьмилетней школы она засобиралась в Саратов. Отец на это ответил так:

–Поезжай дочка, но только знай, что помогать тебе я ничем не смогу, рассчитывай только на себя и на стипендию, сама видишь, у нас мал-мала меньше.

Она конечно всё видела и понимала и преодолевая все трудности училась хорошо, но домой приезжала очень редко так, как видела недовольство отца, да и мачеха уже ждала второго ребёнка ,а куда же деваться, родители ещё молодые, отсюда и детишки. Это село было этническим, в нём проживали украинцы и в школе преподавали русский, украинский и немецкий языки, а в быту в основном общались на украинском. Украинская порода одарила её несравненной красотой как на лицо, так и фигурой и вся эта нужда никак не повлияла на её внешность, так что наша хохлушечка смело вступила в огромный ремонтный цех, где на стапелях стоял такой же огромный по её понятиям военный корабль, над которым трудилось большое количество людей а теперь и она приступила к своей трудовой вахте. С каждым днём она всё больше вникала в свою работу, а сотрудники старались хоть в чём то помочь и ей было приятно, что незнакомые люди относятся к ней как к своей. Молодые парни особенно уделяли ей своё внимание со всех сторон поступали предложения: сходить в кино, посидеть в кафе, но ей приходилось отказывать им так, как она была не готова к таким вояжам, не было у неё такой одежды, что бы куда то выйти с парнем, а ещё она просто стеснялась всего нового, нужно было просто обжиться и она в этом своём мнении была непоколебима.

Первая получка – незабываемое событие в жизни молодой девушки. После стипендий и кильки с печеньями она почувствовала себя богачкой. После работы они с соседкой побежали по комиссионкам покупать наряды и это им удалось, не супер конечно, но юбочку, кофточку и туфельки она всё таки купила и решила, что для начала хватит, а уж экономить студенческая жизнь её научила. На душе за эти прожитые 19лет может быть впервые в жизни было светло и радостно, чувствовалась уверенность, а в добавок к ней ежедневные похвалы со стороны начальства с изображением на фоне будущего серьёзных перспектив в плане служебного роста. Всё это в совокупности очень радовало душу. Вот теперь можно сходить и в кино и в кафе. Новое предложение не замедлило себя долго ждать. Начальство заметило её способности в математике и предложило ей стать нормировщиком и она сразу же согласилась. Нормирование и учёт хорошо преподавали в техникуме, немного практики и всё пошло так, как нужно. Внимание со стороны сильного пола не ослабевало, а наоборот, в городе и на работе было много военных разных родов войск и предложения: кино, кафе, в гости и т.д.-продолжали поступать даже от офицеров. Ей не хотелось сразу бросаться бурный поток развлечений, что бы не утонуть, у неё до этого не было парня и можно сказать, что отказывая парням она выбирала попутчика.

      Утром начальник отдела труда и заработной платы отправил её в токарный цех делать фотографию рабочего дня у токарей. Она умела это делать и смело приступила к выполнению задания. Цех был очень большой, за станками работали мужчины и женщины коих было больше, чем мужчин. Совсем недавно кончилась война которая унесла огромное количество мужчин, мужских рук не хватало во всех отраслях промышленности и сельском хозяйстве на тракторах и комбайнах ещё долгие годы работали женщины. Зафиксировав в своих документах трёх женщин и одного парня Тоня приступила к работе. Парень выбранный для её работы постоянно стоя к ней спиной, постоянно крутил рычаги своего станка, она видела, что хорошо освоил навыки токарного дела и детали выходящие из его станка казались ей какими-то изящными, она фиксировала выход каждой детали по времени у всех четверых и подойдя к станку с парнем нечаянно выронила из рук журнал учёта. Парень быстро повернулся поднял журнал и вручил его растерявшейся Тоне:

– Ух ты-ы-ы, какая ты красивая детка!!! Как тебя звать?

– Тоня, у Вас кстати идёт рабочее время и если вы не уложитесь в норматив, то Вам придётся понизить разряд.

– Я готов на любой разряд лишь бы только любоваться тобой моя маленькая красавица, может погуляем после работы?

– Не знаю, я не готова к такому предложению, не теряйте пожалуста время, иначе у Вас будет плохой результат и вы потеряете в деньгах.

      Отец всех народов ещё был жив в душах и в сердцах всего населения огромной страны, да и законы сталинские ещё действуют на всей территории страны и этот парень сильно рисковал ведя себя так, ведь если бы кто – нибудь донёс куда следует, то ему пришлось бы посидеть несколько лет за саботаж скорее всего, но доносчики видно уже устали доносить, а Филя(его звали Филиппом)был душой коллектива, он всегда улыбался и шутил и был очень избалован женским вниманием, что было очень заметно даже в токарном цеху, даже вовремя работы женщины частенько бросали короткие взгляды в его сторону, их можно понять при огромном дефиците мужского населения иметь в своей среде такого красавца было просто невообразимо.

Тоня тоже заметила какой красивый был этот парень. Она даже не смогла узнать у него его имя, скорее всего просто залюбовалась им и что то под рёбрышком слева заныло, но не больно, а как то приятно так, как никогда ещё не было: «Неужели это он? – подумалось ей – не может быть, так сразу», но мысль прочно засела в мозгу и не хотела его покидать. Время очень быстро полетело, вот уже и перерыв на обед. В заводской столовой как всегда было многолюдно, на военном заводе кормили хорошо и сытно. Зал был огромный, но она заметила его он присел за столик недалеко от неё, так что бы видеть её. Этот манёвр смутил девушку, она не хотела что бы он видел как она ест, он оказался настойчивым парнем и закончил обед вместе с Тоней, увязался за ней, время ещё было и можно было пообщаться и он конечно – же воспользовался этим и повторил своё предложение. Ох как трудно было отказать такому красавцу голубоглазому и она помедлив для приличия как бы нехотя согласилась, договорились встретиться через два часа у кинотеатра и конечно же встретил свидание оказалось судьбоносным.

Глава 3.

      А сейчас хочется рассказать о другом главном герое нашего сочинения. И так, когда то очень давно в селе Журавлиха Саратовской губернии, точнее до революции, жила семья богатого, не знаю как его обозвать лучше, в общем богатого по тем временам человека. В его большом хозяйстве работали батраки, а также имел он большое стадо домашнего скота и многогектарное поле. Это всё хозяйство приносило ему большие доходы и счастье казалось всей семье бесконечным и даже вечным. А ещё почти как в русских сказках, а его звали Афонасием, было у него три доченьки и в отличии от многих сказок все три были неописуемой красоты. Родители конечно же души не чаяли в них и любили всех одинаково навыкам, нужным при создании своих семей, а именно: готовить очень вкусную еду, шить одежду, вязать шерстяные изделия, необходимые для жизни, вязать и ткать пуховые платки и другие очень тёплые вещи из жизненного обихода, а также делать пряжу для изготовления шерстяных и пуховых ниток. Делать уборку в доме должны были батраки, поэтому девушки были к этому не приучены, да и не господское это дело – полы мыть, да тряпьё стирать. Старшая дочка Машенька, средняя доченька Танечка и младшая доченька Полина, вот только учиться было негде, до уездного города Николаевска 60километров по грунтовке, да и Афонасию никак не хотелось отпускать любимых чад так далеко от дома, пусть лучше в семье живут, так спокойнее, а уж замуж выйдут, мужья научат уму-разуму, да и девчонкам никак не хотелось ехать из родного гнезда, на том и порешили. Время шло, девочки превращались в девушек, стали привлекать внимание парней, но у родителей были свои планы на этот счёт.

В селе в те времена была шикарная кузница и работал в ней кузнецом цыган Афиноген – знатный был мастер, прославленный на всю округу. Чистокровный цыган и жена цыганочка, да два цыганёнка: Лука и Жорик. Они с измальства помогали отцу в кузне, работали подсобниками и многому научились, а в кузнечном деле очень много тонкостей и они охотно осваивали эту сложную профессию, отец был доволен. Родители конечно же тоже не жалели ничего одевали и обували их по тем временам красиво, ведь всё домашнее хозяйство лежало на их уже сильных плечах. Хозяйство было ; три коровы, пять поросят, козы и овцы, три десятка курей, три десятка гусей и уток, конь да лошадь ,в общем работай не ленись, а вечером на прогулку по селу, на людей посмотреть да себя показать. Показать было что: оба высокие, сильные и стройные, тёмные вьющиеся волосы, одно слово – цыганята. И приглянулась Луке Машенька, да и ей он тоже по душе пришёлся, хотя она этого не показывала. Он старался быть поближе к ней, поговорить о чём – нибудь, она держала дистанцию, но от посторонних глаз это не скрыть и вот наконец дошло и отца. Реакция была моментальной: «Он тебе не пара, не нужны мне внучата – цыганята», ну какя уж тут любовь, пришлось Машеньке притушить это пламя в груди, ну разве можно ослушаться отца?!!! Так бы и не случился этот прекрасный роман, если бы не февраль 1917года, а следом за ним октябрь того же года, но это всё в столицах да в губерниях, а в глуши всё шло так как было пока, но ненадолго. Лука понял что за него Машеньку не отдадут и сам для себя решил , он просто прочувствовал этот момент, что нужно идти поближе к революции, ауж там до Машеньки может и дотянуться получится, но отец скорее всего не отпустил бы его в этот рискованный поход за счастьем, поэтому он договорился с братом Жориком, что он сбежит из дома в свободное плаванье. Это смелое было решение, а для родителей и всей семьи – трагедия. Мама плакала, отец молчал, держал всё в себе, но было видно, что он очень всё это переживает. Эта новость сразу облетела всё село, посудачили-посудачили, да и забыли, вот только Машенька не могла забыть своего красавчика но время шло и сначала потихоньку, а дальше всё настойчивее меняло образ жизни села и крестьян. А наш беглец сначала попал в Николаевск, но там всё было непонятно и на перекладных добрался до Самары. Вот тут он понял, что попал в нужное место, а раз революцию сделали большевики, то и искать нужно большевиков, это даже и не цыган смог бы понять. Большевики его встретили с распростёртыми объятиями, такие молодые ребята были нужны революции. Так наш Лука попал на гражданскую войну. Воевать пришлось много и до самого конца, а парень был смекалистый и это быстро замечали командиры, но таких шустрых замечали и люди в кожаных куртках, его вызвали в ЧК и предложили послужить рабочим и крестьянам и он согласился. Сменив шинель с будёновкой на кожаную куртку с фуражкой и вступив в ряды коммунистической партии он начал бороться с врагами разных мастей и это у него очень хорошо получалось.

      Но закончилась гражданская война и руководство ЧК решило направить его на работу в его родные края, возложив на него руководство нескольких уездов Самарской губернии. К тому времени в его родном селе произошли большие перемены. Утвердилась Советская Власть, но богатые крестьяне неохотно отдавали зерно, приходилось отбирать его силой, т.к. в стране лютовал голод и рабочим нужен был хлеб. Хоть землю и отдали крестьянам, но её нужно было чем то обрабатывать, а орудия труда были у зажиточных крестьян, которые не хотели отдавать их бедноте. Таким образом появился на селе кулак т.е., зажиточный крестьянин, которому государство объявило войну, т.е. – раскулачивание. Вот и

Попал наш ЛУКА Афиногенович с войны да на войну.

Глава 4

Должность, которую получил Лука, была очень высокой и ответственной. Человек, получивший такую должность становился обладателем неограниченной власти, которая распространялась на территории нескольких уездов и многие комиссары пользовались этой властью в полной мере, доходило до того, кто отказывался отдавать нажитое добро, казнили прямо во дворе его дома, а членов его семьи отправляли за Урал или же в Казахстан. К таким методам отнятия имущества у кулаков Лука не прибегал, а старался добром уговорить или просто приказать строгим тоном, приводя в пример соседние регионы, где уже порасстреливали врагов революции и трудового народа. Молва про расстрелы быстро расходилась по всем сёлам. Там же, где ещё не было этой самой продразвёрстки кулаки прятали зерно хозяина спрятанного имущества отправляли в тюрьму, взрослых членов семьи в Сибирь, а детей в детские дома с вечным клеймом в документах: Дети врагов народа, а это значило, что эти дети получат самое много – начальное образование и раннем возрасте пойдут трудиться на благо Родины. Своих родных и близких они конечно – же не увидят больше никогда, а по прошествии некоторого времени многие из них пополнят стройные ряды ГУЛАГа, который заглотил в свою ненасытную и бездонную утробу многомилионную толпу людей, многие из которых так и остались лежать в земле в безымянных могилах. Лука старался всё таки со всеми обходиться по человечески и его понимали даже самые злостные враги Советской Власти. Авторитет его рос среди населения, его уважали и конечно же боялись, одно только слово ЧК наводило ужас у тех кто его слышал.

Руководству Губ. ЧК нравилось как он работает и по результатам он был одним из самых лучших чекистов губернии, ведь в стране был голод. Он конечно же не замедлил явиться пред ясные очи своей Машеньки и повторил своё предложение руки и сердца. Тут же получив согласие и от родителей тоже, они быстро сыграли свадьбу, про неровню ни кто уже не заикнулся, быстро нашли и дом для молодожёнов и зажили они счастливо и дружно. Голодом они не мучились, Луке от ЧК выделялся продовольственный паёк на него и жену, да и в деревнях, а их было много под его присмотром, его частенько и постоянно угощали, как говорится: Чем Бог послал, да и Машенька была в интересном положении, готовилась к родам. Как и положено природой родила она двух мальчиков. Счастью родителей не было не конца ни края, дедушки с бабушками тоже ходили счастливые. Раскулачивание коснулось и семью тестя. Афанасию, хоть и больно было расставаться с нажитым добром, а пришлось, не становиться же к стенке?! Батраков пришлось тоже распустить, теперь Афанасию и жене пришлось трудиться наравне со своими бывшими работниками и выслушивать от них всякие подначивания. Всё это было просто невыносимо терпеть, но он держался изо всех сил и было видно, что он на глазах стал хиреть, он сильно похудел и осунулся. Жена его верная, глядя на своего суженного, тоже начала потихоньку сдавать, любила она его больше жизни и всю жизнь прошла с ним бок о бок, нога в ногу. Одна радость – внуки, они очень скрашивали отнюдь не радостную жизнь. Но счастье вечным не бывает, так посреди всех бед грянула большая беда – тиф. Он всегда приходит когда голод и холод. Не пожалел он и младенцев. Скончались они в один день, а через неделю вслед за внуками ушёл и Афанасий, не выдержало его сердце столько беды. Погоревали долго как описать то, что не стало столько людей, да ещё и таких малюток. В те времена в стране процветал естественный отбор, те, кто был слаб здоровьем, тот умирал, выживали только сильные. Как не горюй, а молодость берёт верх. Прошло несколько месяцев и Машенька снова заулыбалась, понятно, молодые снова ждут ребёнка и через положенное природой время Машенька рожает двух девочек, но прожить им суждено было недолго, сразу после родов они скончались. Машу накрыла депрессия, она долго ни с кем не разговаривала. Думаю, что любому понятно, что такое потерять четырёх детей? Лука тоже ходил потерянный и угрюмый, стал почаще прикладываться к рюмочке. Окружающие понимали горе молодого мужчины и всячески старались скрасить его горе, у них тоже умирали дети, а медицина оставляла желать лучшего, медики – то были, а вот с медикаментами была настоящая беда. Местный фельдшер, а так –же пожилые женщины их села посоветовали Машеньке воздержаться от родов года 3-4. Лука решил свозить её в Самару к докторам и там то же самое посоветовали. Ну что поделаешь, жизнь то продолжается. Эти бездетные несколько лет протекали гладко и счастливо. Дед Афиноген так и трудился в своей кузнице, его цыганочка прислуживала ему варила, стирала, мыла – делала всё для его блага. А вот пришёл 1929год и в мае месяце Машенька рожает мальчика на 4,5килограмма, было видно невооружённым глазом, что этот малыш не собирается умирать, о чём он заявил громким голосом, который услышало половина села. Дед Афиноген, как старший в семье назвал его Филимоном, всем понравилось это имя и у всех началась новая жизнь. Маша конечно же ни где не работала, она была домохозяйкой. Жизнь обрела новый смысл, а родители наученные горьким опытом, делали всё. Филечка не болел, он , рос не по дням, а по часам. Так пролетели пять счастливых лет и вот в феврале 1934года Лука с ординарцем при оружии проверяли соседнее село. Ничего подозрительного не обнаружив они были приглашены в управу, там был накрыт по тем временам шикарный стол, уже играл патефон. Несколько молодых симпатичных женщин прислуживали за этим столом и всё-то было вкусно, сытно и пьяно. Всё получилось как нельзя лучше. Закончили за полночь. Тем временем не спеша начиналась метель.

Ехать то было всего – ничего, каких то 7километров. Где то по середине пути, поперёк дороги проходила не очень глубокая и пологая балка с названием Цыганский дол – это было единственное естественное препятствие на их пути и не что не могло помешать им по пути домой, если только волки? Но Лука и его ординарец были хорошо вооружены наганами с большим запасом патронов. Так что они спокойно сели в сани и тронулись в путь –дорогу. Метель разыгралась не на шутку, уже попадались частые перемёты, но такое им за время их службы встречалось даже не сотый раз и они спокойно спустились в Цыганский дол, а в самом начале подъёма у саней ломается оглобля. Вроде бы не огромная проблема, а на одной оглобле не поедешь. Тогда Лука даёт команду распрячь лошадь и на ней, но уже без саней вернуться в село, взять другую оглоблю, вернуться назад, починить сани и продолжить путь. Так всё и сделали, Митяю очень не хотелось оставлять своего командира одного в степи, можно было спокойно сесть вдвоём и добраться без проблем, но Лука очень строго приказал и тот поехал.

Добирался Митяй не так уж быстро, как хотелось бы, снег залеплял глаза, но благодаря лошадиному чутью они добрались до места, а дело то уже шло к рассвету, но метель не стихала, а разыгрывалась всё сильнее. Вся честная компания быстро собралась вместе, созвала всех мужиков этого села и дружно отправилась на поиск Луки.

      После отъезда Митяя Лука – поплотнее закутался в тулуп, подтянул валенки, надев на них сверху штанины от брюк, руки были в меховых рукавицах, поглубже натянул на голову папаху и стал ждать. Было видно, что сани полностью засыпало снегом, получалось, что он уже по пояс сидел в снегу, сильно сказывалась порция самогоночки, выпитая в гостях – он засыпал и конечно же ему даже шевелиться не хотелось, он надеялся, что вот-вот вернётся Митяй, да ещё и людей с собой приведёт. Но тут он услышал волчий вой, не близко, но было понятно, что эти «гости» идут к нему. Не мешкая он достал из под тулупа наган и приготовился встречать «гостей». Сжав в руке револьвер он почувствовал, что руки его немеют, а ситуация становилась очень опасной, волчий вой был совсем уже близко и Лука выстрелил в его сторону. Может быть он кого – из них ранил т.к. вой прекратился и минут 20 как ему казалось его больше не было слышно, но вот он вновь его услышал совсем рядом и опять выстрелил в его сторону. Волки хоть и опасные хищники, но они боятся огня и выстрелов они опять отбежали. После второго выстрела Лука почувствовал, что его руки сильно онемели и стали плохо его слушаться, положение его становилось более, чем отчаянным, он понял, что если он будет бездействовать, то очень скоро будет съеден заживо. Он начал резво шевелить пальцами, но они уже очень плохо его слушались. Тогда собрав в себе все силы он приставил как ему казалось пистолет к виску и выстрелил. На самом деле пуля прошила папаху не задев головы. Он в отчаянии начал стрелять куда попало пока не закончились патроны. А метель делала своё дело. На поверхности теперь оставалась его голова, пистолет он выбросил рядом с собой, а руки уже без рукавиц засунул в рукава тулупа, лицом уткнулся в снег , попрощался с жизнью и отключился. После такой канонады волки ушли, не стали испытывать свою волчью судьбу, а Лука так и заснул под всё увеличивающейся толщей снега.

      Очнулся Лука от множества человеческих голосов: « Живой, живой, слава тебе Господи!!!!!».Да-а-а он действительно был жив, даже на щеках румянец и вроде бы всё в норме, вот только почему то ног он не чувствовал совсем, а какая то отдалённая тупая боль, пока ещё не сильная, но её присутствие он ощущал. Ноги полностью до самого паха были как деревяшки твёрдые и бесчувственные. Тут же мужики обнаружили, что оглобля была подпилена с таким расчётом, что при движении на подъём она обязательно сломается. « Значит не всех врагов переловил ты Лука» – думалось ему по пути домой. Того, кто подпилил оглоблю поискали – поискали, да так и не нашли. Ноги в тепле стали отходить и чернеть. Началась гангрена и жуткие боли. Из Самары прислали самолёт « у-2», что бы доставить Луку в больницу для ампутации ног, на что он ответил: « Спасибо руководству Губ. Ч.К. за заботу обо мне, но я мужчина и без ног я жить не буду, простите меня за всё и не поминайте лихом!!!». Самолёт улетел без него, а через несколько дней Лука Афиногенович скончался. Хоронили его в его селе с большими почестями и с той поры все умирающие в селе мужчины просили своих близких: « Похороните меня рядом с Лукой!».

Вот так и началась у Машеньки с пятилетним Филимончиком новая жизнь. Во время всей этой суеты с похоронами да с поминками все забыли про пистолет, не до него было, такого хорошего человека схоронили, многие люди уважали его, а Филька взял пистолет и спрятал его рядом с дымовой заслонкой в верхней части печи там был небольшой колодец для проведения профилактической чистки трубы, вот там он как раз и уместился, а со временем и сам Филька стал забывать про него. Приезжал новый уполномоченный комиссар, занявший место отца, расспрашивал, искал, но тщетно, так и остался пистолет на печи на многие годы. Наступила весна 1934года, как и всегда началась посевная, как всегда в срок, земледельческая техника оставляла желать лучшего, её постоянно приходилось ремонтировать, поэтому у кузнеца работы было – непочатый край. С раннего утра до поздней ночи дед Афиноген работал в своей кузнице, да-бы не сорвать сроки посева и вот в самый разгар посевной он по какому-то делу отправился в правление колхоза. На крыльце правления его встретил парнишка – секретарь комсомольской ячейки и с вызовом, типичным для активистов той поры, да и для гораздо поздней поры: « Что же ты дядя Афиноген так плохо работаешь, медленно очень выковываешь детали для техники?». На что тот ему ответил: «А вот ты возьми, да и сделай быстрее, а я посмотрю, как у тебя это получится.»

– Вот и в газете про тебя написали, что ты очень медленно, а значит плохо работаешь!!!

–А где эта газета-то?

– Вот на стене.

На стене правления действительно висела самодельная газета, выпущенная этим самым активистом-секретарём, в левом углу которой был размещён портрет Ленина, а в правом портрет Сталина. Недолго думая Афиноген срывает эту газету, мнёт её, заходит за здание правления, справляет большую нужду и этой газетой вытирает попу, выбрасывая её во дворе правления. Он отправился в свою кузницу дорабатывать трудодень, а на утро за ним приехали чекисты и увезли ближайший городок, посадили в камеру. Такое с ним случилось впервые, от политики он был очень далёк, а в то время за анекдот, за неправильно сказанное слово в адрес вождей, просто по анонимному доносу расстреливали людей невзирая на заслуги и положение в обществе. А у него была ещё одна огромная проблема – всю жизнь, работая в кузнице он в обед съедал пятилитровый чугунок щей с мясом и с большой краюхой хлеба, а в камере приносили корочку чёрного и миску какой то жуткой похлёбки, которую видеть то было жутко, а не то, что бы есть. У него начался голод, а через несколько дней он потерял сознание и умер. Его так и не допросили, он так и не понял и не осознал всей тяжести поступка, который он совершил. Его конечно же расстреляли бы, ведь его поступок не имел аналогов не только в стране Советов, а и во всём мире. Закопали его как и всех таких же как и он в безымянной могиле в неизвестном месте. Известили жену и родственников, но их трогать не стали, Ведь Лука был заслуженным чекистом и очень уважаемым человеком, это и стало как бы защитой от неминуемых репрессий. Бабушка не смогла пережить такое огромное горе и вскоре тоже отправилась на вечное свидание с любимым мужем, уж там то их разлучить никто не сможет.

      Так наша Машенька осталась совсем одна с пятилетним Филей, благо то, что не всё отец отдал большевикам, самое ценное он надёжно спрятал и Маша знала где это всё искать. Помимо всего прочего она всю жизнь держала трёх пуховых коз. Они давали не только пух, но и молоко, а козье молоко очень полезно для здоровья. Её мама научила прясть пряжу, делать шерстяные и пуховые нити, ткать и вязать пуховые платки, она вязала всю одежду от рукавиц до носок. Семья была одета, а остальную продукцию она продавала по месту или же по базарным дням возила на рынок в ближайший городок. А тут к ним село начал приезжать новый экспедитор по снабжению товаром сельских магазинов ( старого забрали под стражу, там он и пропал, очень редко от туда выходили) молодой мужчина лет сорока, симпатичный и видно, что умный, деловой и очень культурный. Он заприметил красавицу Машеньку и стал уделять ей больше внимания, чем всем, ей он тоже нравился, но совсем недавний уход из жизни мужа не давал ей повода для романтических мечтаний. Молодость всё таки брала своё, она стала, чаще забегать в магазин, особенно когда возле него останавливался грузовичок Николая Степановича, а, его звали именно так. Он в свою очередь не смог не заметить её визитов в магазин и решил поближе познакомиться. Не за долго до этого он поспрашивал у местных продавщиц о ней, сердце подсказывало ему, что это его судьба, но он удерживал себя от скоротечного знакомства, просто иногда угощал её конфетками в маленьком кулёчке якобы для сына. Со временем кулёчки стали увеличиваться в размере и в количестве и он решил объясниться. Он напросился к ней на чай, а она не смогла ему отказать. Всё прошло как по сценарию, просто каждый об этом уже долго бессонными ночами думал и вот случилось. Оказалось, что он тоже вдовец, жена заболела тифом и умерла несколько лет назад и у него остался сын Саша, которому сейчас 10лет. Получается, что они заключали брачный договор. Оба были согласны, но только после годовщины смерти Луки, иначе селяне возненавидят её на что Николай согласился. Время тянулось медленно, но вот долгожданный момент настал, они поженились и у Филимончика появился старший сводный брат Саша, они быстро поладили и семья зажила счастливо скорее всего потому, что все её члены уже досыта натерпелись горя, ну не вечно – же быть горю и горю??? В любви и ласках годы летели очень быстро. 1939год, Саше исполнилось 15лет, он закончил восьмилетку и отец отправил его в Саратов поступать в нефтяной техникум. Он поступил и начал учиться на очном отделении. Без Саши Фильке стало скучновато, но он точно знал, что через 5лет он тоже поедет в Саратов и будет учиться там, где захочет, но( повторюсь) счастье ещё раз показало что оно не вечно. Грянул 1941год, 22июня началась Великая Отечественная война – беда, какой ещё не видело человечество. Никлая сразу же мобилизовали и он ушёл на фронт, а через 2месяца пришла на него похоронка, так Машенька вновь стала вдовой. Село быстро обезлюдело, все мужчины, способные воевать с оружием в руках, а также добровольцы пошли воевать с фашистами, остались только женщины, дети, старики и те, у кого была бронь. Саша попытался уйти добровольцем, чтобы отомстить за отца, но ему было отказано, во первых по возрасту – 17лет, а во вторых нефть нужна была для армии как воздух. Доучивался он по ускоренной программе и уже к следующему лету получил диплом и отправился в Тюмень искать, а потом и добывать нефть, так всю жизнь до самого преклонного возраста он её и добывал.

      Война продлилась долгих 4года, она затронула каждую семью нашей страны. 20 миллионов убитыми, раненых просто не сосчитать, половина европейской части страны лежало в руинах, а ведь погибло и искалечено в войне самое трудоспособное население, поэтому вся тяжесть послевоенного периода так и осталась лежать на плечах женщин, детей и стариков. 1946год выдался засушливым и снова начался голод, люди пухли и умирали от голода, который тоже унёс много жизней. Машенька с Филей тоже тяжело пережили эту голодовку, но остались живы. Все эти беды, смерти близких людей остались позади и жизнь вроде бы начала налаживаться потихоньку и по вечерам Филимон стал замечать, что кто-то прогуливается под окнами, но он уходил в клуб, а уж потом молва донесла, что местный мельник Егор Павлович ухаживает за его мамой. Всё бы ничего, если бы не тот факт, что он женат и у него пятеро детей. Маша тоже понимала, что кавалер очень проблемный и народ неправильно всё поймёт, куча родственников кавалера будет дружно проклинать её и его, если эта связь произойдёт, но в 1947году Филю забирают в армию и попадает он служить на Тихоокеанский флот. Тогда на флоте служили 5 лет и он служил, дослужился до старшины второй статьи, стал командиром орудия. Командование предлагало ему остаться на сверхсрочную, но подумав, он отказался и после службы пошёл работать токарем на военный судоремонтный завод, где и встретил Тоню Немцову.

       А за это время кавалер мамы – Машеньки, ушёл к ней из своей семьи, оставил пятерых детей, не смотря на многочисленные проклятья родственников жены. Всю свою заработную плату он отдавал в бывшую семью, а весь калым приносил в новую семью. Наконец – то Машеньке улыбнулось счастье, которое длилось до конца жизни. Дед Егор воевал в Первую мировую войну с самого начала и до самого конца, дослужился до чина унтер-офицера имел несколько медалей и орден Георгиевский крест 3степени не раз был ранен, а уже под конец войны контужен, был списан по контузии, вернулся домой, в гражданской войне участвия не принимал, и до самой пенсии проработал мельником. В Великой Отечественной войне он тоже не участвовал по возрасту. Внешностью обладал очень яркой и красивой, около 2 метра ростом, владел множеством профессий: плотник, столяр, печник, каменщик, рыбак и охотник, было видно, что это очень талантливый человек, мебель в его доме, в доме бывшей семьи, а так же во многих других домах была сделана его руками и из дуба. У него было несколько своих лодок и полный комплект рыболовных снастей, которые он сам изготавливал. Так, что рыба в доме была всегда, всех сортов, а чердак был увешан сушёной рыбой. Было в доме и два ружья: одно его, другое Машенькино. Рыбачили и охотились они всегда вместе матершинник, правда, он был конченый, а во всём остальном честнейший и надёжный человек – вечная ему память!!!

Глава 5.

      Лето 1954года, город Владивосток. Как и обещал Филимон, купив 2 билета на самый последний сеанс, на самом последнем ряду, зажав три розочки в руке, спрятав их за спиной, поджидал Тоню у входа в кинотеатр и не важно какое кино, важно что бы она пришла, а уж дальше он знал, что делать и как себя вести, благо, что опыт у него к тому времени был богатый, ещё с военных лет, будучи видным парнем на деревне, частенько приходилось помогать молоденьким вдовушкам по хозяйству, а после тщетных трудов была банька вместе с вдовушкой, да чего греха таить, и не только вдовушкой и не только с молоденькой, а и повзрослее солдаточкой, им тоже приходилось помогать, они тоже очень скучали по мужской ласке. Пацанов, не ушедших на войну по возрасту в селе было много и им тоже пришлось помогать вдовам с солдатками и набираться такого, прямо скажем нужного опыта.

       Тоня уже знала, ещё по учёбе в Саратове, что девушка должна немного опоздать, для приличия, так и сделала, опоздав минут на 15, но он конечно же дождался, вручил букет ( это оказалось приятной неожиданностью для Тони и все её смутные сомнения в отношении его как-то быстро улетучились) и они дружно отправились на последний ряд на свои судьбоносные места. Ему хотелось показать себя скромным и стеснительным парнем, вот только руки не слушались, они – же уже привыкли ёрзать за столько холостяцких лет по интимным женским местам и вот сей час у них ( у рук ) тоже кое- что получалось, но не столько, сколько хотелось бы. Она умела обороняться от таких нашествий, правда в конце фильма он всё таки поцеловал её в щёчку. Потом он проводил её до общежития, где она позвала его на чай, чего уж греха таить – понравился ей Филимончик и она стала называть « Лима», точно так, как называла его мама, а так-же многие знакомые, а те знакомые барышни, с которыми он встречался в постели, называли его ласково « Лимончик». Нужно отдать ему должное, ловеласом он был отменным, наряду с красивой внешностью, в возрасте 25 лет, он владел несколькими профессиями такими, как: токарь, фрезеровщик, кузнец, сварщик. В своём цеху ему не было равных, за редким исключением. С кузнечным делом он был знаком с измальства, целыми днями пропадал у деда Афиногена в кузнице и быстро запоминал все приёмы и методы обращения с раскалённым металлом, да и после ухода деда он часто, уже по привычке приходил в кузню и помогал. С возрастом и уже к концу войны его направили в МТС учиться токарному делу. Учитель был опытным токарем шестого разряда (это высший уровень квалификации) и учил он его строго, а через пол года ему уже доверяли серьёзные детали, но попутно он изучил и фрезерный станок, а так-же и газо и электро сварку, просто универсал. Он хорошо пел, в компаниях это просто незаменимый атрибут, цыганская кровь давала о себе знать. А ещё он был настоящим артистом от природы юмор у него был в крови, он рассказывал разные небылицы, а люди, которые слушали его от смеха держались за животы, он был душой любой компании. Но были и недостатки.

      По началу было как то не заметно, но он любил похвастать, что то нахваливать, что и внимания то не стоит. Он так искустно врал, что многие считали это правдой, он даже не стеснялся врать всем подряд, тем, кто попроще – много врал и обещал, и обещал, а потом быстро забывал, а при напоминании как не в чём небывало извинялся. Тем-же, кто покруче он врал меньше, а если что то обещал, то выполнял. Причина была одна-он был единственным сыном и имея таких: отца и отчимов, на него сыпались все блага, в то время, когда очень многие люди жили в нищете и голоде. Опять же и кровь цыганская бушевала сметая всё на своём пути(шутка конечно).

      Вот так сидя за чаем у Тони он встал на одно колено перед ней и огненно горящими глазами при свете настольной лампы предложил ей выйти за него замуж. После чего пояснил, что ему уже пришла пора жениться и что лучше неё он уже не встретит никогда, а говорить как мы знаем, он умел. Тоня не ожидала такого быстрого предложения, она думала что это просто лёгкий очередной флирт, а тут сразу такое?!! Немного помолчав она сказала, что подумает, а пока уже очень поздно, а завтра нужно топать на работу, с чем он согласился и поцеловав ручку отправился к себе в общежитие. Такого предложения ей ещё никто не делал поэтому ей было не до сна и посоветоваться тоже было не с кем, все, близкие ей люди были очень далеко – на другом конце земли, но нужно было думать по серьёзному, ведь судьбу свою решаешь.

      Через два дня вечером он заявился уже с большим букетом цветов, во взгляде просматривался вопрос и какая то решимость и она ответила: « Я согласна!». Вот тут то всё закружилось и завертелось, наутро пошли в ЗАГС подали заявление. Начался предсвадебный месяц и всё, что этому сопутствовало. Однажды вечером он так тонко-тонко намекнул ей: « Тонь, может попробуем, а то вдруг что-то не понравится?», на что получил отказ с пояснением: « Для этого у нас будет первая брачная ночь ,а потом вся жизнь, вот тогда и напробуемся. Не переживай, до тебя у меня никого не было.»

       Открыто спросить об этом он стеснялся, но это его конечно же волновало и её ответ его конечно-же удовлетворил, в те времена целомудрие имело большое значение. Владивосток город большой и красивый – столица Приморского края поэтому у Лимы было несколько женских адресов, куда он регулярно наведывался повлюбляться, адреса эти находились на большом расстоянии друг от друга, чтобы нечаянно не перехлестнуться. Одной он представлялся инженером, другой чем-то другим, вообщем выходило всё складно и женщины – доверчивые существа верили и думали, что у него только она и что скоро он поведёт её под венец и будет у них самая лучшая семья, свой дом и пятеро детей. Именно так думали все адресатки. Поэтому он смело расхаживал по адресам в ожидании первой брачной ночи. Семейных общежитий на заводе не было, поэтому они сняли небольшую квартиру недалеко от завода и после свадьбы уже отправились на квартиру. Свадьба получилась скромная: несколько сотрудников с его стороны и несколько с её, повеселились в своё удовольствие и слава тебе Господи. «Пробовать» ненужно было, всё получилось хорошо, ему даже показалось, что она очень горячая, ну что можно желать лучшего, чем ты получаешь горячий ответ на свои ласки? А через три месяца Тоня почувствовала себя необычно и отправилась в больницу, где определили ей все сроки её беременности и пожелали ей всего лучшего. Вечером она с радостью доложила Лимончику, что 12 июля у них будет ребёночек, чему он очень обрадовался. Подошёл срок и Тоня пошла в декрет, недалеко уже были и роды, хорошо, что беременность протекала успешно, без каких-либо проблем и 12июля начались схватки. Филимон быстро доставил Тоню в род. дом, но ребёнок почему-то не хотел от мамы уходить. Она плакала ,мучала врачей что, да как, а ей объясняли, что такое часто бывает, ещё она боялась, что на работе скажут, что она симулянтка, что умышленно уменьшила срок беременности, но врач её успокоил и ровно через месяц – 12августа на свет появился мальчуган, весом 4,5 килограмма и ростом 55 сантиметров, но уже возрасте 10 месяцев. Скорее всего этот срок и повлиял на дальнейшее развитие событий в этом сочинении.

      Всё дело в том, что через две недели после родов Тоня принесла ребёнка на осмотр в детскую больницу и тут было обнаружено, что у него справа от копчика небольшая опухоль, это обеспокоило доктора, а раз эта шишечка не беспокоит ребёнка, то через две недели повторный осмотр решит, что делать дальше. Родители очень обеспокоились появлением этой шишечки, не трудно себе представить, какие тэндэции по этому поводу стали возникать. Отец решил назвать сына в честь своего дяди – родного, брата своего отца, Георгием, ну а все, и теперь, и в будущем в основном называли его Жориком. Через две недели при осмотре врачи дали заключение – это гнойник, но он глубоко под кожей и при дальнейшем его увеличении может создать большие проблемы позвоночнику, поэтому нужно срочно его при помощи операции удалить, что не мешкая это и сделали. Вот так и началась у Жорика жизнь. Нужно отдать должное врачам, операция прошла успешно, а шрам так по сей день и красуется рядом с копчиком.

      Владивосток по тем временам, да и теперь, считался городом мужчин, в отличии от многих городов необъятной страны. Это был и есть порт нескольких флотов: главная морская база Тихоокеанского военно-морского флота, рыболовного флота, торгового флота и т.д. К тому-же здесь сосредоточены пограничные войска множество других войск, поэтому большинство населения составляли мужчины, а женщины составляли меньшинство так, что Филимону очень повезло: жена-красавица, по дому хозяйка и вообще умница, а главное преданная ему, чего нельзя было сказать о нём. Он частенко стал задерживаться на работе «по просьбе начальника», но она начала примечать то оцарапанную спину какой то большой «кошкой», то синячёк наподобие засоса, но профессиональный лжец всегда находил отговорку и она ему верила, очень уж хотелось верить. А тут он всё чаще стал поговаривать о том, как хорошо на Родине, какой хороший и богатый у него дядя Жора, что он зовёт нас к себе в Пугачёв и всё, чем может, он нам поможет, что мама, с Егором Павловичем живут в Клевенке рядом с Пугачёвым, и что они тоже будут рады нашему приезду. В общем так всё разрисовал, что Тоне захотелось домой, её родное село было тоже не далеко от этого города. Жорику уже исполнилось 3 месяца и семья собрав свои скромные пожитки отправилась в дальнюю дорогу на поезде, что означало- прибытие Пугачёв будет через две недели, так всё и вышло. Вот только с дядей вышло всё не так. У него со своей семьёй была небольшая квартира- урезанная двухкомнатная, пятеро детей: старшие две дочери и трое мальчиков, в общем мал – мала меньше, младший только- только появился на свет, абсолютная нищета. Хорошо, что дядя работал на городской бойне бойцом и с мясом проблем не было, Тётка практически постоянно была в декрете. Старшей дочери было 8 лет, младшей 7лет, старшему брату 5лет, среднему-3 годика и младший только появился на свет. Такому большому количеству людей было тесновато разместиться в маленькой квартирке, имея на руках двух младенцев, но до утра кое-как перекантовались, нашли оказию и утром же отправились в Клевенку, где их уже ждали. Теперь уже бабушка Маша встречала со слезами сына с семьёй: « Слава тебе Господи, что вы приехали, а я уж думала, что не увижу вас больше»– радость была бескрайняя, познакомились, сноха и внук всем понравились. Посидели пообщались, выпили конечно. Дом у бабульки был очень хороший, просторный и тёплый. Была и своя баня во дворе, и летняя кухня, и несколько сараев, где содержались пуховые козы и куры, всё это было сделано очень добротно и надёжно, в доме тоже всё было здорово, вся мебель ручной работы (из дуба), только удобства были во дворе. В общем всем всё понравилось и решили пока остановиться здесь, но что бы в ближайшее время перебраться в Пугачёв, хоть маленький, но город.

      Родственникам в городе оставили свои данные для устройства на работу, а пока временно устроились в Клевенке: Тоня нормировщиком в контору, а Филимон токарем. Проработали всю зиму без проблем, а в разгар весны пришла телеграмма из города, что работа есть для обоих, даже могут дать ведомственное жильё. Молодые быстренько собрались и отправились в город. Работы в то время было много и где только душа пожелает, а вот с жильём очень туго. На молочно консервном комбинате было и то и это. Специалисты такого уровня нужны были всегда и везде и их взяли на работу: его токарем 6 разряда(это высший разряд), Тоню инженером по труду и заработной плате, вручили ключи в домике на четверых хозяев и они пошли её осматривать и заселять. Комбинат этот имел всесоюзное значение, его сухо – молочная продукция расходилась по всей стране, а так-же отправлялась на экспорт в основном на братскую Кубу. К ограде комбината как бы прислонялась территория рабочего посёлка, включающая в себя: три котэджа (директора, гл. инженера и зам. директора) для того города и того времени это были просто маленькие дворцы со своей территорией беседками, дорожками т.д. Детский сад и детские ясли в основном для детей работников предприятия тоже со своей территорией. Со стороны Лесозащитной улицы два двухэтажных 12квартирных дома с небольшими огородами двумя длинными сараями для каждой квартиры, где находились погреба для хранения продуктов. В створе котэджей на небольшом расстоянии от них находился банно-прачечный комплекс. Квартиры, находящиеся в домах, не имели ванных комнат, поэтому общая баня функционировала постоянно, а в субботу и воскресение в ней мылись и горожане из близ лежащих домов. И на краю территории находился дом, в котором и поселилась семья Корнеевых. По середине этого большого двора был небольшой пустырь сотки на четыре, его использовала детвора местная для своих игр и развлечений, а в зимнее время это был хороший каток для хоккея, или просто для катания на коньках. Территория со стороны улицы Кутякова была ни чем не огорожена. По этой улице проходила очень оживлённая дорога с тротуаром, если его можно так назвать и продуктовый магазин, в который ходили со всей округи люди и всегда была очередь, не потому, что хороший товар в нём продавали, а потому, что он был маленький, а народу вокруг проживало много. Из деревни переехали быстро. Совхоз выделил грузовичок, Егор Павлович за зиму изготовил из дуба шифоньер с зеркалом, комод, две тумбочки, пять стульев больших и один стульчик маленький с отверстием в сиденье для горшочка. Кухонный стол и две табуретки. Вся мебель была из дуба потому, что в те времена, д а и сейчас, в этой местности вдоль реки Большой Иргиз произростал смешанный лес с преобладанием дуба. Вот и мебель из дуба получается очень прочной, долговечной, надёжной, но тяжёлой. Молодая семья быстренько вселилась в квартиру, подкупили немного самых необходимых вещей и стали жить-поживать. Хоть и маленькая квартира, но своя, из удобств была только холодная вода, которая сливалась в ведро, а из ведра выплёскивалась в огород. Отопление печное, дровами и углём завод обеспечивал регулярно, а позже отец с соседями скинулись и подключили весь дом к заводскому отоплению. Жорика определили в ясельки, но этого всего он ещё не помнил. Первые воспоминания из детства начали появляться где-то лет в пять. Он ясно помнит и теперь как отец скандалил с матерью, они и раньше конечно скандалили, но этого он не помнит, просто где-то в подсознании это всё всё откладывалось и скорее всего он плакал, что очень естественно для маленького ребёнка, ему бы сильно испугаться и начать прятаться или убегать из дома, но на удивление всем, когда он увидел что папа замахивается на маму, схватил железную кочергу, стоящую в уголке возле печки, подбежал к маме, протянул ей кочергу и крикнул: « На мам, стукни его!!!»,– а отцу, нисколько его не испугавшись, заявил: « Не трогай мою маму!!! Вот я вырасту большой и дам тебе!!!»

–Ты сначала вырасти, а потом будешь давать…….. мать!!

      Но очень светлое будущее показало, что сынок оказался дальновидным, но об этом попозже. Папаша, как и многие мужчины этого двора конечно же любил выпить и деньги для этого у него, как у мастера своего дела были всегда и желающих поддержать компанию было много и сараев во дворе было тоже много, так, что не мешая жене и детям стихийные компании спокойно отдыхали после утомительного труда. Жёны были в свою очередь очень догадливы и для начала посылали старших детей в сараи на поиски своих папаш, а уж если папы не реагировали на их предложения отправиться домой, то вступала тяжёлая артиллерия, то есть жёны, в крайнем случае мамы жён, а уж в совсем в крайнем случае, мамы пап. Тогда дело начинало принимать уже другой оборот и по возвращению пропавшего человека можно было через форточку услышать один очень замечательный и почти «ласковый» вопрос: « Кто в доме хозяин ё….. вашу мать????!!!», ну а финал мог быть очень разным для семей т.к. прервать сарайное заседание в самый разгар похвальбы, чудных рассказов про рыбалку, охоту, работу, баб и т.д., было просто кощунством. Иногда такие заседания заканчивались небольшой потасовкой между членами компании и уж совсем редко травмами разной тяжести этих самых членов. Но в основном все жители этого двора жили одной дружной семьёй, где взаимовыручка считалась неотъемлемой частью жизни, достаток во всех семьях приблизительно был равным. В те времена многие люди не имели возможности купить ребёнку велосипед, т.к. это было не по карману, а уж мотоцикл и подавно было трудно купить потому что их было мало в продаже и цена у них была тоже очень высокая. Приходилось копить и для начала купить подержанный. Про машину и говорить не приходится это была несбыточная мечта всех мужчин страны.

      Жорик уже пошёл в младшую группу садика, пришлось осваиваться в новом коллективе, в котором, как и во всех коллективах уже были свои лидеры среди мальчишек и никто из них не собирался отдавать пальму первенства другому. Как-то невзначай лидеру захотелось напомнить всем, о своём высоком положении и по неопытности Жорику пришлось стерпеть этот скромный наезд, а лидеру понравилось, ему бы тоже потерпеть немного, и так всё хорошо, но гордыня взяла верх над благоразумием, он начал распускать руки и даже не гнушался дать пинка. Такая уж судьба у всех пацанов, утверждать или-же отдавать своё лидерство на протяжении всей своей жизни. К следующему наезду он был готов и дал сдачи « вожаку», а тот не ожидал такой дерзости и ушёл ни с чем, что очень понравилось всем детям, а особенно девчонкам. Вот только маме не понравилось, воспитатель Нина Филипповна рассказала ей как Жора побил мальчика, за что мама поставила его в угол и сказала: « Ещё раз кого-нибудь тронешь, выпорю ремнём!!!», – пришлось поверить маме, но не на долго, другим мальчишкам уже из старшей группы захотелось померяться с Жориком силами. Они конечно-же были посильнее его, в детском возрасте очень сильно ощущается даже минимальная разница в годах и здесь уже пришлось потруднее, да и опыта у него по кулачным боям было мало, но он не сдавался. А вот к ремню он уже был привычным. По своей природе он всё таки был хулиган, цыганские корни давали себя знать во всех направлениях уже начавшегося жизненного пути.

      Семейные отношения между родителями постепенно накалялись. Отец хоть и считался одним из самых лучших во всей округе мастером, стабильно выпивал и погуливал по другим тётенькам. Матери конечно же говорили знакомые о его визитах в разные места города, но она терпела, как-будто бы выжидала что то. Она в свою очередь сохраняла верность мужу и была очень занята как на основной работе, так и в общественной жизни. Помимо бурной комсомольской деятельности, она была и в профсоюзном комитете. Однажды на каком то городском комсомольском собрании к ней подошла молодая симпатичная женщина представилась инструктором горкома партии Анной Фёдоровной и завела разговор

– Мне очень нравится как вы работаете нам такие специалисты очень нужны.

–Спасибо, я стараюсь.

– Какое у Вас образование, уж больно хорошо всё у Вас получается, как Вы всё успеваете, ведь семья, работа, да ещё и общественная деятельность – это очень сложно?!

– Да ничего страшного я уже привыкла. Я закончила Саратовский нефтяной техникум, у меня семья-муж и сын, вообщем пока всё хорошо.

      Поговорив ещё о разных мелочах они на приятной ноте расстались обменявшись телефонами на всякий случай. Этот случай для Тони и для Анны Фёдоровны оказался судьбоносным. Дело в том, что будучи инструктором горкома партии, она училась в политехническом институте заочно. Это нужно ей было для дальнейшего карьерного роста. По возможности она конечно же сама писала контрольные, а вот по точным наукам было сложнее, да и времени не было, зачастую с работы возвращалась поздно после всяких собраний, заседаний и совещаний. В один прекрасный рабочий день на рабочем столе у Тони зазвонил телефон –

–Здравствуйте Антонина Ивановна вас беспокоит ваша новая знакомая, мне нужно с Вами поговорить на одну очень серьёзную тему.

–Хорошо, давайте поговорим, где и когда?

      Они встретились в городском сквере в центре, где и договорились о том, что Тоня бадет писать все контрольные для неё. Она могла бы конечно попросить об этом и местных учителей или ещё кого-либо ,но это сразу получило бы огласку, а это было бы не к лицу для работника горкома, имеющего хорошие перспективы в будущем для карьерного роста. Тоня прекрасно понимала, что иметь такую подругу для неё просто за счастье, что нужно держаться за неё и никогда не расставаться с ней. Так оно и получилось, после первой же сессии в институте стало понятно, что Тоня знает эти предметы и учёба пошла в гору. Анна Фёдоровна через некоторое время подыскала для неё работу получше. Тоня переходит на работу в горпромхоз старшим инженером ОТиЗ, но заработная плата была уже повыше. Филимон остался работать на своём месте т.к. квартира всё-таки была ведомственная. На новом месте в новом коллективе она прижилась быстро, также комсомол, также профсоюзная деятельность, всё также. По прошествии года Анна Фёдоровна предложила Тоне собрать три рекомендации от членов КПСС и подать заявление в свою парт. организацию о принятии её в кандидаты в члены партии. Рекомендации ей дали на заводе коммунисты, очень почётные и известные. Собрание большинством голосов « ЗА» приняло её в кандидаты в члены партии, она ощутила себя другим человеком, всё как-бы перевернулось в её сознании. Для неё вступить в партию всегда означало как-бы войти в какой то огромный светлый храм, где живут только хорошие и честные люди, где правда и справедливость идут всегда рядом ,и всё самое хорошее, что только может быть в жизни находится именно в нём. Нужно добавить, что членство в партии открывало большие возможности для коммуниста в его будущей жизни, давала возможность и дальше продолжать учёбу, чем воспользовались многие члены и добились очень больших высот на служебной лестнице. А вот муж Тони очень прохладно встретил её известие о такого рода продвижении, он прекрасно понимал, что теперь ему будет сложнее издеваться над ней, а также и над Жориком, ведь он по неволе становился участником их разборок и скандалов. Он стал ещё чаще задерживаться после работы, всё больше не кошачьих царапин появлялось у него на спине и засосов на шее и всё меньше внимания уделял он жене и семье, видно забыл, что жена у него красавица и что всё это б…….ство ей скоро надоест и пойдут уже другие проблемы и ему тоже прийдётся их решать, вот только как решать? Но жизнь покажет – как!!

      Как-то неожиданно Тоня стала замечать, что секретарь парт. организации стал чаще появляться в их отделе и как-то нечаянно заговаривал с ней на разные темы, то присядет к столу попьёт чайку за компанию, то расскажет что-либо из своей биографии…… . Оказалось, что в партию он вступил на Тихоокеанском флоте, где проходил срочную и сверхсрочную службу, был начальником узла связи – старшиной третьей статьи. Женат, сыну 6 лет, жена медик, сам он заканчивает 11 класс вечерней школы и будет поступать в Саратовский гос. университет на исторический факультет и т.д., и т.п. При всём при этом от него исходило какое то тепло и доброта, мягкое общение располагало к разговору. Тоня стала замечать, что на неё он смотрит гораздо чаще, чем на других да это и не удивительно, на такую девчонку даже сам Ален де Лон засмотрелся бы, и решила сказать ему что она тоже трудилась во Владивостоке. Это известие привело его в недоумение и он начал расспрашивать её о разных местах во Владике, вот и нашлась общая тема для разговора. На внешний вид он конечно же уступал её Филимону, но в общении это был настоящий кавалер, внимательный и нежный, а она старалась тоже с ним быть такой же, она уже стала забывать что есть всё таки на земле и ласковые мужчины, к тому-же мужчина у неё на данный момент был единственный в жизни и тот весь покусанный, исцарапанный и обсосанный кем то, видно горячий всё таки её муж, но не с ней – обидно. Почувствовав, что могут начаться новые отношения, она решила поговорить с мужем. Как по заказу он пришёл с работы вовремя и трезвый. Поужинали, Жорик отправился во двор гулять, а она решила не тянуть резину и не резко, а очень робко начала склонять его к откровенному разговору. Он понимал, что загулялся очень, но почему-то виноватым себя не чувствовал, он считал, что на всей земле он один, остальные все мелкие сошки, поэтому никто ему не был нужен, он всегда любил только себя и жил только для себя. Она уже догадывалась об этом, пыталась что то исправить, но он не шёл ни на какие уговоры, он считал, что живёт правильно, а все остальные- прислуга. Поняв всю тщетность своих усилий, она решила жить тоже по своему.

      Новый день как то засиял по новому, какое-то ощущение свободы засветилось в душе маленькой, яркой звёздочкой. Срок нового парт. собрания по поводу принятия стройные и мощные ряды КПСС Корнеевой Антонины Ивановны наступил, выступали все, кто рекомендовал её. Последним выступил Леонид Семёнович, секретарь парт. организации, он прекрасно охарактеризовал будущего члена КПСС и предложил задавать вопросы. На все вопросы она ответила без запинки и в результате голосования единогласно была принята в члены КПСС.

       Членство в рядах партии возлагало на неё и новые обязанности, ей предстояло частенько помогать секретарю в ведении документации, а значит и визиты в его кабинет участились с завидным постоянством, вокруг уже шептались, сотрудницы, создавались разные догадки в воспалённом воображении, а в резуальтате всё это перешло в здоровые сплетни и очень быстро расползлись по улицам маленького городка и как-то нечаянно доползли до Лимончика. Сначала он не поверил и хотел даже побить вестницу предательства, а потом вдруг вспомнил, что слышал он это находясь с ней в её кровати и решил сам убедиться измене жены. Уж очень не хотелось, что бы ей владел кто-то другой, он сразу вспомнил, какая она у него красивая и желанная, но земля постепенно уходила у него из-под ног, цыганская кровь бушевала, а тут как на зло ещё в нескольких других кроватях ему стали сообщать то же самое и тогда он решил разобраться с ней конкретно. На его эмоциональный вопрос Тоня спокойно, ни сколько не смущаясь, ответила:

–Кто тебе сказал эту чушь?

– Весь город говорит!!!!

–Мне давно уже весь город говорит, но я, пока не увижу, не поверю. По твоему мы с ним на глазах у всего города влюбляемся? Я тебе такого повода пока ещё не давала и не дам, так, что успокойся и живи спокойно.

      Она давно уже готовилась к выяснению отношений, поэтому держалась очень спокойно и хладнокровно:

–Эти бабы, которые тебе это сказали, за ноги что ли нас держали? Они просто хотят что бы ты ушёл из семьи и ты уверенно к этому идёшь. Ты думаешь, что я так и буду терпеть эту клевету? Если ты не хочешь с нами жить, то уходи, пока ещё я молодая и смогу устроить свою жизнь!!!!

      У неё всё получилось она на небольшой промежуток времени оттянула расправы которые ожидали её в будущем. Он же на удивление в эту ночь оказался хорошим любовником, а она сделала такой банальный вывод, нужно почаще провоцировать его, тогда и в семье всё наладится, вот только совесть не давала полностью согласиться с тем, что она теперь живёт с двумя и пока всех это устраивает. С секретарём всё получилось неожиданно и быстро. После того как она вошла в его кабинет, он закрыл дверь на ключ, быстро обнял её стал целовать, она тоже отвечала на его поцелуи потом она очутилась на его рабочем столе. Пришлось измять бархатную красную скатерть, но если учесть, сколько счастья подарили эти скатерть и стол, то они ещё не раз почувствуют на себе влюблённые тела этих молодых людей, которые действительно были влюблены друг в друга. Во всей этой круговерти пострадавшей можно назвать жену секретаря, она была беременна и ей было не до любви и не до любовников. Они проживали в доме родителей Леонида со свекровью, отца уже не было, несколько лет назад он скончался, оставив пятерых детей Петра, Марию, Николая, Леонида и Виктора. Вообщем семья как семья все они были обеспеченными людьми, у всех были свои дети и дома.

       Это были времена Хрущёвской оттепели. К власти пришёл человек, который сумел вытерпеть Сталинский режим, остаться вне подозрения до самой кончины вождя, сумел убрать всех претендентов на престол, и сам занял его, на протяжении нескольких лет единолично правил страной, довёл её до полуразрухи и голода, создал видимость свободы, а потом бульдозером растоптал её(свободу). Он засадил почти все поля кукурузой, а страну оставил без хлеба. Он не имел никакого образования и всю молодость пас свиней на Украине, и на горбу у революции и гражданской войны он спокойно въехал в кабинеты советской власти, где уже работали в основном такие , как и он. Он хорошо пел, а ещё лучше плясал и под задорный танец гопак он от нижней ступени доплясал до самой верхней ступени власти. Всё это плясовое путешествие по лестнице было залито кровью зачастую невинных людей. Что бы показать своё старание перед « отцом народов» ,будучи первым секретарём К.П. на Украине, расстрелял практически всех коммунистов, объявив их врагами народа, несколько сотен тысяч расстрелянных, на что даже Вождь, прославившийся, своей кровожадностью отметил: «Никита, да ты что?!! Остепенись!». Ему нравилось в угоду Вождю ставить свои подписи под любыми, зачастую преступными документами, за что тот очень любил Никитку, и не мог ждать от него никакого подвоха. Зато Никита терпел и ждал подходящего момента для отмщения за сына, и за все унижения от вождя. Ему в сговоре с другим близким человеком Вождя удалось приблизить его кончину, а потом убрать и этого человека. Кукурузой он практически погубил сельское хозяйство, но зато он был единственным правителем, которого живым отправили на заслуженный отдых, который своей смертью скончался на государственной даче, в которой он под охраной доживал свою жизнь. В те далёкие времена как-то было принято дружить семьями. У Жоркиных родителей тоже появились несколько семейных пар, с которыми им было приятно проводить время. В один выходной собирались у одних, в другой у других и так далее. Каждая пара приносила с собой всё что может из продуктов и конечно же спиртное. Всё получалось весело и приятно, а уж дни рождения и другие праздники договаривались, где отмечать. Сначала тосты и возлияния, потом танцы под звуки проигрывателя, потом начинали сами петь всей компанией, а ещё лучше, когда в компании был баянист с баяном, вот тогда эта компания считалась просто супер!!! В те времена баянистов в городе было много, играть на баяне считалось очень круто, да ещё если музыкант поёт, то это вообще финиш. Зачастую в эти компании брали с собой и детей, они тоже веселились по своему на улице во дворах.

      Детям было очень интересно как веселятся взрослые, как они танцуют и пляшут, как они обнимаются и даже под шумок целуются, только не мама с папой а наоборот, впрочем иногда и мама с папой тоже. Под хорошим градусом это было не так заметно самим участникам торжеств, а вот дети примечали всё. Уже поздно вечером компании под громкое пение расходились по домам, укладывались спать, а утром происходили разборки полётов и зачастую со скандалами и взаимными упрёками, но от этого участвовать этих компаниях становилось привлекательнее, ведь каждому человеку интересно, кому же он или она могут ещё нравиться? Всё ясно, пока ещё все трезвые, все такие правильные и неприступные, но после выпитых первых пяти рюмок ситуация менялась в корне и на достоинство и честь мало кто обращал внимание, а уж дальше и подавно. Дети всё это видели и в своих компаниях повторяли действия своих родителей, только вместо спиртного пили домашний компот или лимонад, но это уже было высшим угощением в таких компаниях и лимонад очень быстро заканчивался, а игра называлась мамки-папки.

      Жорику всё это нравилось и он с удовольствием ходил с родителями по гостям не потому, что хотелось посидеть за столом со взрослыми, а потому, что ему нравилось заводить знакомства с новыми людьми. По своей природе он был лидером (родился под знаком льва), в своём дворе, а так же ив садике он руководил своими сверстниками. Старшие дети это примечали и если кто-то из его «бригады» где-то, что-то намутил, то спрашивали с Жорика, а уж он спрашивал потом сам. Ещё ему очень нравился баян и на вид и как он звучит. Приходя домой из садика он брал в руки свой стульчик с дыркой и играл на нём, представляя баян, а так,как все взрослые песни которые пели в компаниях и многие песни которые звучали по радио, он знал наизусть, то у него это всё здорово получалось. Все эти способности не могли не заметить как воспитатели, так и окружающие люди. Наступал праздник – День пищевика и к этому празднику каждый год садик делал концертную программу, так в этом году руководство садика решило включить в концерт и две песни в его исполнении. Это было его первое выступление в концертном зале. В присутствии чуть более ста зрителей под самый занавес он вышел на сцену, перед такой аудиторией он выступал впервые и немного волновался, но после первой песни услышав по тем временам бурю оваций, воодушевился и спел вторую, всё повторилось только ещё из зала кричали « Браво, Бис!!!». К нему подошла воспитатель и попросила что бы он исполнил ещё одну песню, и он исполнил шуточную песню « Пожар», от чего публика пришла в восторг. Такого дебюта не Жорик, ни окружающие его люди просто не ожидали, они привыкли, что он каждый день им что-то поёт, да ещё и смешное что-нибудь рассказывает, а тут такое?!!!!! Всё очень просто – он обладал феноменальной памятью, абсолютным слухом, и артистическим талантом, просто родителям было некогда это замечать, днём они работали, а по вечерам зачастую скандалили, а он всё это запоминал, потом в детском мозгу сами по себе складывались какие-то сюжеты в перемешку с окружающей действительностью, получалось очень здорово. К тому же в свои пять лет он спокойно читал даже газеты, но в них было много непонятных слов. Детские книжки он просто «проглатывал» и эта книжка оставалась в памяти на очень долго, и таких книжек уже было много. Родители его даже не знали, что он читает. Но очень хорошо знали об этом его воспитатели, ведь очень тяжело целый день следить за сорока детьми и очень хотелось передохнуть, тогда они собирали всех детей в игровом зале, рассаживали их по стульчикам и говорили: « Дети, а сейчас Жорик расскажет вам очень хороший рассказ.»,– и он рассказывал, а дети слушали раскрыв рты, сначала это был рассказ из какой-либо книги, а потом шёл вымысел, всё получалось само-собой и ему это нравилось. Воспитатели тоже всё это слышали и удивлялись, откуда ребёнок всё это знает? Получалось так, что им тоже всё это нравилось слушать и это постепенно вошло в привычку, но вот, что удивительно – сюжеты не кончались, они даже не повторялись. Дела в семье шли очень плохо, отец уже начал распускать руки, и если он вечером задерживался даже ненадолго, то это значило что он придёт пьяный и опять будет скандал, но теперь уже с дракой. Мать сначала пыталась сопротивляться, но это было безуспешно, получалось что ей доставалось ещё больше, поэтому Жорик теперь уже всегда был на готове, как только происходило хватание за грудки он бежал на проходную завода и просил вахтёра вызвать милицию на их адрес, потом возвращался домой и если мама сумела вырваться от разъярённого монстра, то они убегали во внутрь двора, где постоянно были люди и все уже знали что приедет милиция и Отелло поедет ночевать в вытрезвитель. О чём на другой день будет известно на работе, после чего на профсоюзном собрании он получит очередное взыскание и будет дальше работать. Этих умовнушений хватало не на долго, на неделю, самое многое на две, потом всё повторялось с завидным постоянством, и как только он не приходил вовремя, мама с Жориком уходили к его дяде, а рано утром возвращались зачастую к закрытой на замок двери. Такие выходки папы-монстра конечно же не могли не отразиться на психике ребёнка, но в те времена на это мало обращали внимание, а что бы это прекратить, нужно было писать заявление в милицию, подключать общественное мнение прилагать показания свидетелей, а желающих давать свидетельские показания не находилось. По этому как говорят народе: «стерпится-слюбится». У дяди Жоры часто жить было нельзя, они сами старшего сына отдали в интернат и только на выходные он приходил домой, но иногда они все таки находили приют в этом доме. Папа-монстр всё-таки понимал, что когда-то эта битва за «рога» для него закончится и скорее всего закончится очень плохо, но так хорошо, когда постоянно в семье есть виноватая а прицепом к ней и Жорик, поэтому для пацана он стал просто уродом и вообще он стал побаиваться его даже трезвого.

      На работе же у Тони всё шло как нельзя лучше. К тому времени они с Анной Фёдоровной закончили институт, Анна Фёдоровна получила должность второго секретаря горкома, а это второе лицо в городе. На её место перевели Леонида Семёновича он стал инструктором горкома партии. Как и мечтал теперешний инструктор, он поступил в Саратовский гос. Университет на исторический факультет. Свидания с любимой стали намного реже. Инструктор – это не кокой-то там секретаришко, постоянно стоящий по стойке смирно даже перед инструктором, это уже власть и он быстро научился находить места для встречи с любимой. Только теперь это происходило не на столе и не на кожаном диване, который так скрипит, что это слышно даже за пределами города. Одним из лучших мест являлся дом отдыха, который находился в 15 километрах от города в лесу, на берегу озера Калач. Здесь, так-же, как и теперь, была «избушка», площадью не менее 150 квадратных метров с несколькими комнатами, очень шикарно обустроенными. Это место было давным-давно облюбовано руководителями разных уровней, оно очень хорошо скрывало их от посторонних глаз и ушей, и там ,даже если что-то и скрипит, то уже не слышно, тут можно было и постонать, и даже покричать во время совокуплений, можно было выпить и закусить, а потом повторить начатое дело, здесь можно раздеться до гола и насладиться видом прелестей партнёрши и по новой возбудиться, в общем это вам не кабинет, но и в нём им было тоже хорошо. Теперь приходилось поздно возвращаться домой, но она заранее предупреждала мужа, что будет на сессии, а это значит, что приедет она не скоро. Жорику нравилось, что матери долго не будет, а он будет гулять сколько захочет, да и оборону пока занимать не нужно, да и папа куда то слинял, сказав ему, что скоро придёт, но так до следующего вечера и не пришёл. Просто спалось им с мамой тревожно, ждали-ждали, а он не пришёл, ну и ладно, никто по этому поводу сильно не горевал. Жизнь шла своим чередом, Жорик перешёл в старшую группу, немного осознав свои способности и таланты он носа не задирал, считал себя таким же, как и все. Единственное, что ему не хотелось, это быть побеждённым или в борьбе или драке. В старшей группе ему предстояло быть два года, поэтому как и в армии были « старики», которым оставался один год и они конечно же тоже не хотели быть побеждёнными. Как бы кто не хотел, а всё таки несколько стычек произошло, после которых старшие перестали к нему приставать, или же просто делали вид, что всё хорошо. После каждой такой стычки вечером дома ему предстояла встреча с ремнём. Почему-то этому ремню не надоедало встречаться с Жориком практически каждый вечер. Старые полосы от его посещения не успевали проходить, как появлялись новые, поэтому со временем он становился похожим на зебру, только полосы у него были разноцветные. Во время этих экзекуций папаша с криком: « жандарм» убегал из дома во двор, присаживался за общий длинный стол и принимал участие в различных играх от козла в домино и шахмат до игры в карты,, а возвращался уже к ночи, иногда и выпивши. Жорик-же после экзекуции становился в угол(носом) и ждал , когда «мегера» успокоится, она в это время как то «ласково и нежно» называла его сволочью и скотиной. Её можно понять, она просто вымещала накопившуюся злобу на мужа-монстра за его оскорбления и побои, и Жорик понимал, что нужно вести себя хорошо, но никак не получалось, а тут появилась ещё одна забота. Имея такие таланты и способности, а также рыцарские качества в «боях местного значения», он был ещё и симпатичным пацаном, поэтому с того-самого возраста пользовался активным вниманием у девчонок, редко, какая не обращала на него внимания, но на таких он его тоже не обращал. Больше всех он нравился Таньке из их двора, они всегда гуляли вместе в этом же дворе, играли в детские игры, а если доходило взрослых игр, то она всегда была мамкой , а Жорик-папкой, все остальные дети сначала становились их детьми, ну а потом создавали свои « семьи» и ходили друг к другу в гости как взрослые, делали блюда из песка и травы, в пустые бутылки наливали из колонки воду и всё было как у взрослых и время летело быстро, даже танцевали без музыки, но всё равно это нравилось. Взрослые из далека наблюдали за ними, но всё было в норме, ну и пусть играют, они же дети. Жорик и Танюшка как то стали привыкать друг к другу и в садике и дома во дворе они всгда были рядом. Было видно, что как и многие дети в их возрасте они просто дружат и всех это устраивало, уж Жорик точно не даст Таню в обиду. Где то дёрнет её за косичку, где то она его подтолкнёт или ущипнёт, а потом убегает от него, а он обязательно догонит её, вцепится, обхватит руками вокруг туловища и сожмёт руки, всё это сопровождается звонким девичьим визгом. Она конечно же заигрывалась с ним и ему нравилось прижимать её к себе и как то очень хотелось уединиться. Случай не заставил себя долго ждать. Однажды воспитатель пошла попить чайку. Дети спокойно играли в своём зале, как и всегда под дружный гомон Жорику не игралось и он просто бесцельно прогуливался между рядами детских кроватей и вдруг увидел, что дверь в кладовку, где лежали запасные кровати незакрыта на замок. Решение пришло сразу, он сказал Танюшке, что ждёт её там и незаметно проник в кладовку, а через несколько минут пришла и она. Некоторое время они просто смотрели друг-другу в глаза, он прикоснулся к ней рукой, она тоже дотронулась до него его рука по талии спускалась всё ниже, но сопротивления не встречала, тогда он поцеловал её в губы, просто чмокнул, покраснев как красный кирпич, она тоже опустила глаза . Сердце билось как птица в клетке, было понятно, что это уже не игра в «мамки-папки»!! Ну подумаешь, какое то там прикосновение губами к губам, но вся его жизнь моментально изменилась, он как – будто повзрослел и на Танюшку теперь он смотрел по взрослому. Он как то неуклюже взял её за руки, так же нерешительно заглянул в её испуганные глаза, ещё раз чмокнул её в щёчку, приоткрыл дверь, осмотрелся, воспитателя ещё не было, они потихоньку вышли, прикрыли за собою дверь и как шпионы растворились в толпе. В голове всё кружилось, как ему это понравилось, кто бы только знал???, но он понимал, да и она тоже, что об этом знать не должен никто. Но всем нам очень хорошо известно, что запретный плод всегда сладок, поэтому Жорику очень хотелось ещё и ещё поцеловать Танечку. Теперь уже он смело сказал ей об этом, на что она ответила что тоже хочет поцеловаться с ним, обе стороны были согласны, дело осталось за местом, где можно было произвести целование. Начиналось лето уже было очень тепло и детей заводили в садик только покушать и на тихий час, а всё остальное время дети играли во дворе, и конечно же всё зависело от погоды, в случае дождя было много места для укрытия от него. Этот дождь начался неожиданно и наша парочка успела забежать в игрушечный домик, он был маленький, но настоящий, в нём постоянно играли дети. Тут наша парочка не теряя времени, без лишних разговоров преступила к этому процессу. Процедура обоим понравилась и они были очень озабочены в поисках укромных мест, а кто ищет, тот, как мы тоже знаем, найдёт и они находили, не часто ,но находили. Только однажды очень увлеклись и воспитатель Тамара Фёдоровна, засекла их. Она была самой опытной из воспитателей и давно приметила, что эти дети быстро взрослеют, в чём вскоре и убедилась. Она не стала поднимать шум, просто Танюшку отвела в группу, а Жорику согнутым указательным пальцем (суставом пальца) несколько раз стукнула по голове. Это был проверенный метод в воспитании непослушных детей, эта процедура не оставляла на голове не синяков ни шишек, зато голове от этого было очень больно, но зато мысли про хулиганство приходили гораздо реже. Вечером она сообщила матери о том, какой находчивый у неё сынок и уже по дороге домой, а дом был расположен по соседству с садиком она спросила его:

–Скажи, у тебя совесть есть?

Жорик почему то ещё не знал этого слова и что оно означает тоже не знал, поэтому спокойно и ответил:

–Нет.

–Ну сейчас дома мы с тобой поищем её.

Поиск прошёл не очень приятно для него, экзекуция продолжалась намного дольше, чем обычно и даже слово «жандарм» ни как не повлияло на её остановку, но он понял, что запретный плод не всегда сладкий. Танюшке дома тоже досталось но не так, как ему, всё правильно, она же девчонка. Пришлось надолго прекратить свидания, да и слух среди взрослого населения садика всё-таки распространился, а население всё женское и население это посматривало на него с загадочной улыбкой, а на неё с укоризной.

В конце лета в садике появился новенький мальчик по имени Андрей и Жорик решил тут же с ним познакомиться. Его внешний вид приятно располагал к знакомству и Жорик сразу предложил ему дружить, на что тот сразу согласился:

–Никого не бойся, если кто обидит сразу говори мне, а я разберусь.

На что Андрей тоже согласился и дружба получилась настоящей. Андрей был на семь месяцев младше и выглядел похилее Жорика. Обижать его никто бы не посмел так, как все уже узнали, что он друг Жорика, а тот всеми силами старался показать ему силу своей власти. С ними в группе был сын директора завода по имени Лёня Володин. Директор Володина Валентина Степановна была холостячкой, воспитывала сына одна, но при помощи своей мамы и Лёня был очень избалованным мальчиком, конечно-же его никто не посмел бы обижать и он частенько пользовался этим, например в тихий час все спали, а он сидел на кровати и внимательно озирал все кровати и когда его взгляд доходил до Жоркиной кровати, тот кривил ужасную рожу и Лёнька начинал смеяться в захлёб и в это же время мочился под себя на кровать и тут же смех превращался в плач, на что нянечка быстро реагировала ,она сразу уводила его в умывальник, мыла, переодевала, меняла постель, но к тому времени тихий час заканчивался, а дома Жорика опять ждала экзекуция . Он уже начал привыкать к ремню, так же, как это бывает у йогов, они ведь тоже привыкают и к битым стёклам, и спят на досках с гвоздями, и ходят по горящим углям, и всё у них путём, а тут какой то ремень – это просто мелочь какая то. Просто во время этого процесса нужно было всплакнуть, а потом, стоя в углу почаще пошмыгать носом. Впереди у него было ещё много экзекуций, только инструмент внушения со временем менялся, сначала ремень, потом шланг от стиральной машинки, потом прорезиненный электрошнур от кипятильника. Последний инструмент был самым больным, но человек привыкает ко всему и он настойчиво привыкал. Отношения с Андреем складывались успешно, по своему характеру он был очень спокойным и постоянно задумчивым. Это уже немного погодя Жорик узнал, что не так давно у Андрея умерла мама и он хорошо её помнил и после похорон они с отцом переехали из села в город к его родной сестре Марусе. Маруся с мужем Яшей жили в самом центре города, у них был свой дом, очень благоустроенный, с подсобным хозяйством и с большим садом и огородом, у них было всё, вот только не было своих детей. Отец быстро устроился на молочку в консервный цех слесарем, поэтому Андрея удалось быстро определить в садик. Вообщем всех всё устраивало. В цеху работала сменным технологом молодая и очень красивая женщина Полина Павловна, очень милая и добрая, а ещё и холостя. Она приехала на работу по направлению из далёкой Вологды, где закончила техникум. С собой она привезла маму – бабу Шуру, им дали квартиру от завода со всеми удобствами. Вот так они и жили. Так получилось, что дядя Петя попал в смену Полины. Все работники этой смены обратили на него внимание в том плане, что он всегда был очень серьёзным, почти-что хмурым и никогда не улыбающимся. Полине нравились серьёзные люди и она с охотой загружала его работой по цеху, зная, что он обязательно, хоть медленно, но уверенно её выполнит. Так потихоньку – полегоньку Пётр вошёл в коллектив, сработался с людьми и снискал себе авторитет, чуть дальше и почёт. В ночные смены было посвободнее по времени, можно было просто пообщаться с кем-либо. Полине очень хотелось поближе пообщаться с Петром, несмотря на его неприступность и однажды ей это удалось. Он просто взял и подробно рассказал ей о своей жизни, а она ему о своей. После чего наступила долгая пауза в их общении, только работа и никаких биографий. Каждый из них как бы перерабатывал в уме ситуации того и другого. Было о чём подумать: у него маленький ребёнок у неё мама, вот и попробуй всё это соединить. Ему конечно же Полина нравилась: молодая ,красивая, только маленькая как куколка, но очень умная и трудолюбивая, а как руководитель она была на своём месте. Но от серьёзного разговора не уйти и этот момент настал. Проговорили с вечера и до рассвета и договорились. Он оповестил об этом сестру с мужем, сына и свою маму – бабу Феню, она как раз гостила у дочки. А Полина рассказала об этом маме. Ни кто не с одной, ни с другой стороны возражать не стал, просто у Андрея зашевелилась в душе детская ревность и было видно, что ему не очень приятно то, что чужую тётю ему придётся называть мамой. Пётр отдельно от всех объяснил ему, что никто его не заставит это делать и всё вроде-бы улеглось, а когда Андрей увидел Полину, то последние сомнения отпали сами-собой, от неё просто исходила доброта и располагала к нормальному общению. Петру нужно тоже отдать должное, он был симпатичным мужчиной, высокого роста, а главное – надёжным и не пьющим, а для женщины это имеет огромное значение. Семья конечно же у них получилась очень удачная. Руководство завода пошло им навстречу и расширило им жилплощадь, они получили двухкомнатную квартиру и вчетвером вселились в неё, к тому же баба Шура частенько ездила в родную Вологду, там проживала вся её родня и гостила она там подолгу и с желанием. В Вологде у неё был свой дом и ей не хотелось с ним расставаться. Жорику очень нравилось ходить в гости к Андрею. Здесь была очень приятная атмосфера, царили мир, дружба и покой, здесь не было скандалов и экзекуций, а папа не избивал маму и не называл её проституткой и б…..ю. В этом дворе проживало тридцать две семьи и в каждой были дети от одного и до трёх. Всё население двора прекрасно знало какой климат царит в семье Корнеевых – шила в мешке не утаишь. Однажды тётя Поля, может в шутку, а скорее всего из жалости к ребёнку, спросила у Жорика:

–Жора, а может ты пойдёшь к нам жить? На что он сразу же ответил:

–Да, конечно пойду, мне у вас хорошо!!!

–Ну что же, я поговорю с твоими родителями и может решим этот вопрос.

Её конечно же можно понять, обладая безграничной добротой от матушки природы, она не могла смириться с тем, что практически ежедневно, он попадал в эти жуткие жернова семейного беспредела со стороны его родителей-любовников, она видела как Жорику не хотелось уходить и была бы она постарше, не за что бы такую тему не подняла. Дядя Петя отчитал её в жёстких тонах за такую инициативу, а она конечно же не пошла к Жоркиным родителям.

–Тем временем при помощи Анны Фёдоровны, Тоню избирают на общественных началах, народным заседателем в районный народный суд, где она прозаседала целых десять лет. Её подруга делая это конечно же хотела хоть как то смягчить её горькую участь в домашнем боксе, но боксёр уже вошёл во вкус и никакой суд ему как бы уже не помеха и зачем ей было терпеть это скотство? А она для чего то это терпела, а вскоре забеременела, видно всё таки таким образом хотела образумить боксёра и это удалось и девочка родилась в конце августа 1962 года, точь в точь похожая на его маму, все конечно были счастливы кроме Жорика, он тут же сообразил, что няньчать её ему и на улицу ему теперь дорога закрыта. Улица для него была его свободой и счастьем и без неё он просто не мыслил своей жизни. Теперь же он пошёл в школу «первый раз в первый класс», а после школы нужно учить уроки, потом сидеть с Томкой – так сестрёнку назвали Родители. Всё это как то сразу навалилось на него очень тяжёлым и неприятным грузом и мысль о том, что теперь будет так всегда, просто гасила все его радужные мечты о прекрасном будущем. На этом этапе радовало только одно – боксёр успокоился и даже когда был пьяный приходил домой и сразу ложился спать, видно жалко было малышку, да и вообще кое-что изменилось в общественной жизни провинциального городка. Находясь в декретном отпуске Тоня не могла встречаться с инструктором и у него была преддипломная практика с дальнейшим написанием диплома, поэтому свидания пришлось прекратить на долгое время, да и слухи о запретной, но сладкой любви двух коммунистов с завидной настойчивостью расползались по городку, что могло испортить карьеру обоим участникам этого «торжества». Теперь всё как бы встало всё на свои места. Жорик приходя из школы имел возможность немного погулять по двору, правда с коляской в которой спала Томка, с разрешения родителей Андрея он забирал его из садика и они немного прогуливались, рассказывая друг –другу новости, а там подтягивались другие пацаны и коляска с Томкой оставалась на площадке с песком на случай если вдруг Томка проснётся и будет пытаться вылезти из неё, то упадёт на песок, ну и всплакнёт немного, на что Жорик говорил:

–Пусть плачет, золотая слеза не выкатится!!, поднимал её, укладывал снова в коляску, но уже так не отпуска от себя. Хорошо, что ни кто не рассказал об этом матери, она бы точно его прибила, но Господь в этот раз уберёг его от наказания.

В школе ему не понравилось, его сразу потянуло в садик, а здесь нужно сидеть на уроках смирно, учительница попалась хоть и добрая, но строгая. Муж её был первым секретарём горкома партии поэтому она чувствовала себя в коллективе учителей очень даже вольготно. Она сама набирала учеников в свой класс, ну и естественно старалась выбирать самых лучших на внешний вид и Жорика с Танюшкой она сразу же выбрала. Первые дня три он терпел, как бы присматривался к публике, но терпение в конце-концов лопнуло и на перемене он подрался с каким-то мальчиком и победил его. Учительница в одной из его тетрадей написала красными чернилами матери записку, а он читать умел только напечатанный текст и не смог прочитать его, и не придав значения написанному пришёл домой. Мать сразу начала проверять тетради и прочитала про поединок и ещё немного по мелочам, вообщем ремень снова и как всегда приступил к своим обязанностям, а говорят ,что победителей не судят. Первый класс «В» набирался с учётом того, что фамилии учеников были известны в городе с положительной стороны т.к. город небольшой и все про всех почти всё знали. По фамилии Жорика тоже учитель подумала что он из приличной семьи, ведь его мама зарекомендовала себя во всех сферах деятельности и была многим известна. По началу Жорик тоже вёл себя нормально, а уж учился он вообще безупречно ,а тут такое?!!!! Он старался не хулиганить, но однажды на перемене он пошёл в туалет, который находился на улице: «М» и «Ж». Заняв место для исправления малой нужды, он вдруг заметил, что у рядом стоящего мальчика сильно оттопыривается боковой брючный карман. Жорик как то неосознанно направил струю этот карман и попал. Мальчик сильно заплакал и выбежал из туалета, быстро вернулся с учителем по физкультуре. Пришлось «снайперу» чистосердечно признаваться в содеянном притом было много свидетелей, видевших всё это. Вообщем на другой день он пришёл уже в другой класс – первый «Г», где все дети были детьми рабочих, да и учительница была очень строгая. Пришлось по новой привыкать к коллективу. Учительница была осведомлена о художествах Жорика и предложила матери завести на него дневник по поведению (отдельную тетрадь), где подробно описывались поступки, а в конце ставились оценки: кол – это жутко плохо, даже невозможно представить, чем это могло для него вылиться, двойка – это можно себе представить, уже ближе к зебре и лишение улицы, тройка – это ремень в щадящем режиме и прогулка с Томкой, Четвёрка – это прогулка с Томкой, а потом улица без Томки, пятёрка – это заветная мечта, но она такая далёкая и долгожданная, но реальная и иногда это получалось, а он шёл домой с высоко поднятой головой. Ко всеобщему удивлению учителей он учился на одни пятёрки по всем предметам. В классе был ещё один мальчик, который тоже учился на одни пятёрки и тоже хулиганил но не разу ни с кем не подрался и две девчонки тоже были отличницы, но никто из них не догадывался, как не любил Жора дневник, ведь дневники в школах начинали внедряться только с пятого класса, а тут какая то несправедливость, но терпеть было нужно, да и результат был налицо. В России за одного битого двух небитых дают, а в его случае может и пятерых бы дали. Может поэтому он и дрался бесстрашно и бил точно и больно, приходилось драться и с двумя, и с тремя, и более, но здесь уже и ему доставалось, ведь бой – то неравный как говорят: « Развязать мешок с кулаками». А тут и первая школьная зима. В это время поставщики молока снимали с молоковозов бочки и устанавливали их на сани из брёвен и на гусеничных тракторах доставляли молоко на консервный завод. Не доезжая 2-3 квартала до завода их встречали пацаны и прямо на ходу цеплялись сзади, забравшись на сани и до самого завода катались, а потом, после слива молока ехали обратно. Трактористы уже привыкли к незваным пассажирам и не обращали на это внимания, а для пацанов это было счастье. Повсеместное бездорожье заставляло переходить на сани, что давало гарантию доставки молока к потребителю. Однажды Жора как обычно вечером пришёл к тёте Поле за разрешением забрать Андрея из садика чтобы вместе покататься на санях. Она немного подумав не разрешила этого делать, сказав что ещё рановато, что попозже она его сама заберёт. Делать нечего, придётся прокатнуться одному с другими пацанами, несколько человек уже катались. Очередной трактор остановился возле молочкинского магазина, тракторист побежал что то купить, а пацаны удобно разместились сзади саней. Тракторист увидел их, но ругаться не стал, только трактор сильно дёрнул сани и Жорик понял что его правая рука попала в створ молочной цистерны и обвязочного бревна и он никак не мог её достать, а при повороте трактора к заводу его ноги соскользнули с полоза и он повис на руке. Кости не выдержали такой тяжести и сломались возле кисти, случайный прохожий, заметил это и остановил трактор. От резкого торможения бочка подалась вперёд, освободив кисть руки, он упал на дорогу, но быстро встал на ноги и побежал к магазину, не желая получить пинка от тракториста. На руку он в горячках не обращал внимания, она была в рукавице, вот только из рукавицы тонкой струйкой на свежевыпавший снег текла кровь. Как будто на его счастье из магазина вышла мед. сестра из заводского мед. пункта, увидев эту картину, она взяла его за руку приподняла её, быстро сняла рукавицу….. , картина была удручающая. Боли Жорик не чувствовал, но кожа между большим и указательным пальцем лопнула и мясо вылезло наружу. Она быстро повела его в мед. пункт. Руку он держал приподняв перед собой, они проходили мимо мех. Мастерской, где работал его отец и тот случайно в окно увидел эту картину и тут же отправился за ними в мед. пункт, где Жорику уже сделали укол от столбняка и начали промывать руку. Когда отец вблизи увидел руку, ему стало плохо, пришлось его отхаживать нашатырём. После перевязки приехала скорая помощ и Жорика с отцом повезли в травмотологию. Там ему сделали рентген. Результат был печальный. Только в кисти руки было пять переломов, да ещё сломаны обе кости предплечья. Обезболив руку и по новой перебинтовав их отправили домой, но утром они должны были быть в больнице для дальнейших процедур. Мама была в декретном отпуске и ей сообщили про это Ч.П. и вот они заявились домой. Рука конечно же болела и ныла, а Жорик стонал от боли, в другой комнатке плакала маленькая Томка и это всё очень негативно влияло на состояние Тони и не выдержав всего этого она гневно выкрикнула: « Заткнись сволочь» и он заткнулся, до самого утра не произнёс ни звука. Ночью снились какие то кошмары. Город абсолютно пустой, пустые улицы без людей и растительности, только пионерский отряд бесцельно бродил по этим пустым улицам, дома были им по пояс. Утром его осматривали два самых лучших врача: Каява и Сложеникин – это были Заслуженные врачи России. Когда сняли бинты, то обнаружили какие то тёмно-серые пузыри по коже от пальцев и до самого локтя. Отец всё это время находился рядом в белом халате. Диагноз был не утешительный – руку придётся скорее всего ампутировать т.к. может начаться гангрена. Отец взмолился над ними:

–Сделайте пожалуста всё, что возможно, ведь он вырастет и кому он будет нужен без руки??

–Но может получиться так, что не удастся собрать руку, слишком много переломов и даже есть раздробление одного сустава и в случае неудачи придётся ампутировать выше.

–Ну что же тогда поделать, значит сделаете выше, я умоляю вас сделайте всё возможное, я в долгу не останусь!!!!

– Это вы бросьте, мы денег не берём.

И они сделали. Тут же не мешкая положили Жорика на операционный стол и сделали операцию, а проснулся он уже с забинтованной и загипсованной рукой, был положен в стационар и на протяжении трёх месяцев ежедневно проходил назначенные процедуры. Учёбу он не бросал, учитель по выходным приносила ему задания на неделю и он делал всё как положено, а писал он теперь левой рукой и это тоже ему нравилось, так что по школе он от своих не отстал, а шагал с ними в ногу. В больнице было очень много пациентов прошедших войну, раны, полученные в боях давали о себе знать и Жорику очень нравилось ходить по палатам, слушать разные рассказы про жизнь.

Однажды в одной из любимых палат он предложил больным спеть песню в своём исполнении, на что они конечно же согласились, а у него начался новый больничный этап – гастрольный, он гастролировал по всем палатам, куда его приглашали, фронтовикам нравилось как он поёт, многие даже роняли слезу. Бывало, что больному человеку ампутировали конечности и было жалко их всех, тогда он пел им смешные песни и они улыбались сквозь боль. Угощали конечно же, но ему было стыдно брать, тогда зрители просто ложили ему в карман или же присылали к нему в палату с помощью санитарок, а в палате было, с кем поделиться. Дошла очередь идо врачей, которые совершили с ним чудо и вся больница уже знала про маленького артиста, процедурные сёстры очень ласково делали процедуры, очень мягко бинтовали и уколы делали медленно, только приговаривали: « Скоро тебя выпишут, а нам здесь будет скучно без тебя, ты у нас как Робертино Лорэтти, очень хорошо поёшь, аж за душу берёт!!!». В самом начале марта произошла долгожданная выписка. Оказалось, что и во дворе и в школе по нему скучали, особенно девчонки.

Глава 6.

« Бегут весенние ручьи и солнце в них купает ноги….. « Слова из песни эмигрантов «. Действительно как в песне, яркое тёплое солнышко, кругом бегут ручейки: большие и маленькие, такое впечатление, что он вышел из больницы совсем в другую жизнь, как то и мировоззрение изменилось, ведь он все эти месяцы общался с очень серьёзными людьми, которые прошли войну. Его удивляло, с каким благоговением эти дяди произносили слово Сталин, Сталин, он ещё не мог понять кто это такой, когда по всем радиоприёмникам было слышно только: « Дорогой Никита Сергеевич и т.д. и т.п……» , а ещё участились случаи, когда нужно было с четырёх часов утра бежать к магазину и занимать очередь за хлебом. К восьми часам подходила мама и мы могли взять две буханки, а т.к. продавцы знали состав нашей семьи, то давали три буханки, Томка ещё не ела хлеб. Это был 1963год, уже вовсю по стране строились многоквартирные дома позже прозванные в народе хрущёвками. Очень умные брехунцы втихушку называли их хрущёбами, они так же мутили воду про то, как хорошо живётся за кордоном, какое там хорошее жильё и всё там хорошо, а то, что СССР кормил половину Африки, Кубу, Китай, Корею Въетнам, весь демократический лагерь восточной Европы, все три союзных республики Прибалтики, в которых теперь преобладает повальная безработица и нищета, зато они теперь свободны от денег и от « акупантов» , они разбрелись по всей Земле в поисках работы, зато у них теперь чистая экология при полном отсутствии производства, а Евросоюз просто забивает на них кое- что из мужских частей тела. Этих брехунцов конечно же старались отлавливать соответствующие органы, самые бдительные в мире и кого то отправляли за кордон, лишая гражданства, а кого то в лагеря, в Сибирь и ещё дальше, а кого то ставили к стенке, в зависимости от количества зла, причинённого Родине. Промышленность развивалась очень бурно. Железная дорога полностью освобождалась от паровозов, переходя на тепловозы и электровозы. На околоземной орбите летали наши спутники и первый космонавт земли тоже был наш, а за ним и второй, и третий, и т.д. Всё было именно так. Было конечно же кое-что и не так, но чуть позже по настоящему умные и образованные люди всё это исправили, а « Дорогого Никиту « отправили на пенсию, первого живого правителя. Жорик шёл по знакомым улицам и не мог надышаться свежим весенним воздухом. Руку ему конечно же сделали, но она немного отличалась по форме от здоровой руки. Большой палец был немного вывернут вверх. Указательный, средний и безымянный пальцы сгибались и разгибались нормально, а вот в стороны практически не разжимались. Врачи рассказали ему, какие нужно делать упражнения и он их настойчиво делал и результат был, но у безымянного пальца не было основного сустава и он мог только сгибаться и разгибаться, но и это было просто супер. Жорик быстро переучился писать правой рукой, а учёба пошла на взлёт ко всеобщему педагогическому удивлению, но ещё большее удивление ожидало их чуть позже. А дело всё в том, что в конце марта начинались городские и районные смотры художественной самодеятельности всех предприятий города и района, а уже потом попозже и всех учебных заведений. Мама, несмотря на то, что была в декретном отпуске, от общественной деятельности не отходила, она на всех участках вверенной ей работы была руководителем. Всё шло нормально и баяниста пригласили из музыкальной школы по имени Владимир Николаевич, он преподавал баян. Кульминацией выступления должна была стать песня: « Пусть всегда будет солнце» и для исполнения припева нужен был детский голос, а это была настоящая проблема. Дети были у многих участников хора. Но они пели примитивно, это пошло бы на простом концерте, а на взрослом смотре нужно было исполнять попрофессиональнее, и после нескольких претендентов, мама сказала:

– Мой сынок дома всё подряд поёт и на стульчике своём играет как на гармошке.

Её попросили привести его на репетицию и она его привела. Жорик знал уже эту песню наизусть, поэтому репетиция пошла гладко без сучка и задоринки, что очень заинтересовало педагога, он решил проверить его слух. Проверка ошеломила его, за всю историю своей проф. деятельности он не встречал такого ребёнка. Маме он сказал: «В конце лета обязательно приводите его в музыкальную школу на экзамены. Жора, скажи, ты хочешь научится играть на баяне? « – Жорик просто не мог подумать об этом. Никто и никогда эту тему ему не озвучивал и это всё было очень неожиданно, он без раздумий ответил: « Да, очень хочу!!!», так и порешили. Многие дети в семилетнем возрасте стесняются выступать перед залом в 500 мест, а он почему то очень спокойно отнёсся к этому, что удивило Владимира Николаевича. Песня прозвучала очень здорово и внушительно. Не жюри, в составе которого был представитель филармонии и уж более того зрители не предполагали, что ребёнок так споёт и в нарушении всех канонов смотров при вызове на бис комиссия разрешила исполнить эту песню ещё раз и они исполнили её сорвав повторно такую же бурю аплодисментов. Эта песня, одна из всех прошла на областной смотр и там тоже взяла первое место.

– Областной смотр проходил в Пугачёве и это очень облегчило выступление, не нужно было тащиться через всю область целой толпе людей, да и триста километров очень большое расстояние для стабильного бездорожья и очень хилой тупиковой ж./д. ветки. Коллективов было много, выступления были конечно – же очень яркие, но это как то Жорика не волновало. Не за долго до конкурса он заявил Владимиру Николаевичу, что очень хочет исполнить песню « Куба – любовь моя.» В то время эта песня была одна из самых популярных в стране. Но ему просто ответили, что это невозможно, что все будут исполнять только одну песню. На что Жорик ответил: « Если мне не разрешат её спеть, то: « Солнечный круг…. Я петь не буду, мне он надоел, одно и тоже поём и поём.». Сейчас так и не понятно, кто и как разрешил ему её спеть, но он спел, после чего его стали называть « Наш Робертино.». На этом облстном смотре этот коллектив занял первое место, став лауреатом, а для Жорика началось испытание славой, но он к славе относился спокойно, скорее всего сказывалось воспитание террором со стороны родителей, его волновало совсем другое.

– « Ну что же сынок, придётся покупать тебе баян, раз ты у нас такой талантливый!!», – сказала мама и наконец то нежно улыбнулась. Он очень редко видел как улыбается его мама и вообще никогда в жизни, до самой её смерти не слышал: « Сыночек, как я тебя люблю!!!» Во дворе и в школе конечно же узнали как Жорик прославил город и школу. В городе его хвалили все, кто его знал и не знал и это надоело ему, главное для него это что бы когда-нибудь закончились домашние бои и этот самый настоящий геноцид по отношению к нему. Плохо то, что он это уже понимал, а любовники и не собирались это понимать, для них начиналась новая стадия любовных отношений. Они думали, что купив баян в конце лета, и отправив сына в музыкальную школу, они отвлекут его от домашних проблем. В конце августа 1963 года мама отдала Томку в ясли и вышла на работу (с новыми силами). В это-же самое время инструктор горкома парии заканчивает университет и выдвигается этим самым горкомом в городской отдел внутренних дел заместителем начальника этого отдела по политической части. Это означало, что бывший инструктор-любовник становился вторым лицом в этом отделе, но это только на первый взгляд-вторым, но если начальник начнёт себя вести антипартийно во всех отношениях, то замполит моментально поставит его на место или же поможет ему сойти с места на должность участкового, но это только при условии плохого поведения этого начаьника. При наличии правильных понятий у обоих сторон, содружество и сотрудничество этих представителей обещает быть идеальным. Так при проставлении магарыча при представлении нового зама и при уединении их в кабинете первого, произошло слияние двух не сливающихся рек, если одна из них течёт допустим в Сибири, а другая в Африке, начальник отдела прошёл всю войну и «высочайшего образования» не имеет, то стар. лей, захвативший самый конец войны, но тоже участник не смотря на такое образование, считал себя равным с ним, ведь оба по настоящему смотрели смертушке в глаза, так и порешили: не мешать друг-другу на этом очень скользком пути, но если полковник уже прошёл почти до конца этот путь и когда скользко, посыпал его песочком, то стар. лей, ещё только ступивший на этот необычайно сладкий, такой фантастически приятный путь, начал тонуть в нём как в болоте. Зарекомендовав себя как добрый, умный и справедливый человек в лице обиженных граждан, он энергично защищал их права и после достижения справедливости приглашался на застолье в честь её торжества (Справедливости). Угощения конечно же были очень вкусными и сытными, а уж прислуга – очень красивая и аппетитная. После выпитых стаканов водки и многих килограммов шашлыков и всяких там шулюмок, тоже очень вкусных, наступала очередь прислуги которая в кровати могла всё, вопреки всем правилам советского секса. А уж это для него было совсем ново, когда можно всё!!!! Любовница Тоня была подневольно отодвинута на задний план и уже точно знала, что любимый осваивает новые «горизонты» и конечно же не так сильно её любит, а скорее всего уже не любит. Он на этом этапе своей жизни просто не рассчитал свои силы, а бескрайняя водочная река с шашлычными берегами до самого конца его мутной жизни, сразу победили и какую то там любовь и идеалы, привитые ему в Гос. университете и всё то хорошее, что когда то было у него в душе. Он начал плыть по течению реки, которая утопила в себе и несостоявшихся гениев и недозревших талантов и не получившихся больших начальников. Эта река всегда мощнее Волги – Матушки, да и всего на земле она мощнее.

Между тем к первому сентября 1963года родители Жорика съездили в город Балаково, который находился в 75километрах от Пугачёва, привезли учебный баян « Ростов-Дон»,– для того времени это был самый лёгкий, самый удобный и самый голосистый инструмент, да и стоил он огромную сумму – 120рублей. Такого Жорик не мог себе представить даже в самых прекрасных своих фантазиях, а как мы с вами уже догадываемся, фантазёром он был профессиональным и превосходным. Так, что в музыкалку он пошёл уже имея свой баян и огромное желание учиться музыке. Это получалось у него, на зависть многим ученикам, очень хорошо. На уроках муз. грамоты они списывали у него диктанты, все пьессы и этюды он просто проглатывал и запоминал, что для преподавательского состава было просто невообразимо потому, что пальцовка правой руки у него частенько расходилась с пальцовкой, прописанной в нотах, удивляло их другое, то, как быстро он это усваивал и играл наизусть. К концу первого класса он по всем предметам так –же, как и в школе, получил одни пятёрки и отправился на летние каникулы, получив задания в обоих школах. С этого момента баян стал постоянным его попутчиком на многие годы.

Тем временем родители решили отправить Жорика в Клевенку к бабушке Машеньке и конечно же с баяном, что бы он разучивал там все летние задания по музыке и конечно-же по школе. К счастью родителей в плане заданий всё получилось как нельзя лучше. Школьные задания он проглотил за одну неделю, а вот по музыкалке ему приходилось заниматься во дворе дома, а это значит что всё село слышало как у Кулагиных во дворе рождается музыка. Эти задания он тоже быстро изучил, запомнил и начал на слух учить: «Чёрного кота, Позвони, электричку», и все те песни, которые пелись тогда, а главное в этом репертуаре было то, что играя их, он и пел их с очень завидной точностью. Гармонию точно он конечно же воспроизвести не мог, но для публики, которая начала собираться по вечерам возле их двора, это было круто. А восьмилетний пацан с каждым вечером старался исполнять всё новые и новые песни, поэтому количество публики с каждым вечером росло, а самые продвинутые под его песни танцевали.

Клевенка – село, расположенное на берегу реки Иргиз, занимающей второе место в мире по извилистости. По этим извилинам она простиралась на пять километров в длину по левому берегу. Правый берег покрыт смешанным лесом из лиственных пород но с преобладанием дуба. Места сказочные, очень красивые, особенно когда сидишь с девчонкой на берегу реки, а вам поёт соловьиный хор, не какие то там соловьи, а самый настоящий хор. Ничего удивительного в этом нет, соловьи, это маленькие летающие и поющие компьютеры, обладающие феноменальной памятью, они запоминают тональность голоса человека, а когда он поёт да ещё и играет на музыкальном инструменте. Они замолкают и слушают. Для тех краёв такое выступление конечно-редкость, но они запоминают это на всю свою соловьиную жизнь. В восьмилетнем возрасте Жорик ещё не удосужился сидеть с девочкой на берегу реки, но с каждым годом репертуар рос и соловьи скорее всего замучались запоминать то, что он поёт, но всегда уже встречали своего коллегу скромным пением даже днём, когда он гулял по лесу. Стоило ему произнести одно слово, как начиналось соревнование человека и соловья. Конечно, трели соловья очень разнообразные, как и песни людей, но они как-бы просили его повторить, а потом смеялись над ним ещё лучшими своими трелями.

Клевенка!!! Просто рассказать о ней, значит ничего не не рассказать. Теперь, будучи взрослым человеком, Георгигй Филимонович понял, что единственный человек, который любил его, так, как не любит ни кто – это его бабулечка Машенька. Она видела и знала, в какой жуткой атмосфере растёт Жорик, но не могла с этим ничего поделать. Сынок Лимончик принципиально не воспринимал всех нотаций мамы и старался делать всё наоборот. Думается, что и все садисты такие же мрази, как и Лимончик. В своей любимой деревне, а можно смело сказать – любимым местом Земли, у Жорика были и любимые друзья и первый из них – Саша Жигалин. В противоположность эмоциональному Жорику, он всегда был очень спокоен и рассудителен. Решения принимал не торопясь и скорее всего они были правильные, но не своевременные. Пацанские -же дела требовали быстрых и желательно правильных решений. У Жорика уже был большой опыт самосохранения в эстримальной обстановке и у покорителей деревенского пространства просто небыло шансов для победы, мы же с вами уже знаем, что победителей не судят???, а борьба была всегда до первой крови, поэтому побеждённые с красными носами уходили, а потом мирились, в одной же деревне живём. Это было село, в котором все дети в нужное время дня занимались тяжёлым физическим трудом. Их родители весь день работали на полях, на фермах, на плантациях, а дети в свободное время от уроков помогали родителям и это у тех и других получалось. Скорее всего потому, что сложился этот вечный тандэм дети и были такими вдумчивыми и не торопливыми, а результат был и есть налицо, кто то стал капитаном первого ранга, кто-то следователем по особо важным делам Куйбышевской прокуратуры, кто-то стал кандидатом химических наук, а в последствии мэром Балаково – города энергетиков и химиков, кто-то генералом армии и помог нескольким землякам пойти по военной дороге, кто-то в 1960году после окончания восьмого класса, за отличную учёбу был награждён путёвкой в солнечный, пионерский лагерь «Артек» и там на международном конкурсе песни завоевал серебрянную и бронзовую медаль, став лауреатом, прославив тем самаым своё село, а Александр Васильевич Жигалин стал настоящим бизнесменом, он прошёл от мастера ж.д. путей до очень видного бизнесмена в области строительства разного вида дорог, а так-же и мостов типа Крымских. Не все конечно добились чего-то значительного, но все сверстники Жоркины и по сей день занимают в истории своей Родины очень значимые места и приносят Ей большую пользу. Она ведь мать наша – Родина. Клевенка расслабляла Жорика, здесь он чувствовал себя почти свободным, хотя диктатура деда Егора была неоспорима, но это во много раз теплее диктатуры мамочки, а особенно деду нравилось как он поёт по ночам на лавочке под окном. Дед Егор был не из тех, кто даёт расслабуху невзирая на хорошие песни, он старался брать Жорика на ранние рыбалки и возвращались они с этих путин всегда с хорошим уловом, удивительно то, что 50килограмовый мешок с рыбой дед взваливал сам себе на плечо, своим ходом поднимался на кручу, а потом не опуская мешка нёс его пол километра до дома, а после приземления мешка, выпивал рюмочку под кусочек хлеба с салом, а дальше всё шло по накатанной. Днём, когда становилась жара, а она была всё лето, мы собирались в сараях, в основном у Чернышовых, т.к. их мама, тётя Клава всю жизнь была библиотекарем, а следовательно в их доме находилось большое количество разной литературы. Вообщем друзей у Жорика в этой деревне было много, все они за очень редким исключением, были очень общительными и начитанными. На летние каникулы в село съезжались внуки и внучки со всей страны и было очень весело особенно на речке, куда с самого утра и до самого вечера, то и дело приходили небольшие группы ребят и девчонок, купались и загарали. Многие дети именно там учились плавать. Здесь происходили новые знакомства, зачастую судьбоносные, а вечером все собирались в клубе для просмотра фильмов, а после этого были танцы, тоже очень нужное мероприятие. Парни и девушки танцевали друг с другом, а пацанята смотрели. В конце веселья все дружной толпой шли по домам и так повторялось ежедневно. Жаль, что не на всё лето Жорик мог оставаться в Клевенке, было ещё одно село Ивановка, километрах в 300 от Клевенки, там жил дед Иван- отец мамы со своей женой и тремя дочками. Баба Ганна, являлась мачехой Жоркиной маме, двум её братья и двум сёстрам. Она конечно делала вид, что рада приезду внука, но не из-за того, что любила его, потому, что он теперь будет помогать по хозяйству, « робыть», как она выражалась. Село было украинское и в школе наравне с русским преподавали и украинский язык. В бытовом общении все общались на украинском иногда смешивая его с русским. Абсолютно всех это устраивало. На противоположной стороне реки Еруслань находилось русское село Митрофановка и люди общались как и во всех сёлах многонациональной страны, без национальных проблем, об этом никто даже не задумывался. По какой то причине в Ивановке было больше девчат, а в Митрофановке – ребят так что всё было в порядке. В Ивановке ещё никто не знал, что едет баянист(начинающий), а тут вдруг во дворе средь бела дня появляются: Филимон, Тоня и Жорик в руках у Филимона в футляре баян, что вызвало удивление у окружающих. К вечеру, когда все новости пересказали, все страсти улеглись, устроили прослушивание. Всем было очень интересно это услышать. У них в селе было несколько гармонистов, которые обслуживали разные гулянки, но такое они слышали впервые, когда восьмилетний пацан играет а ещё, и поёт. В конце выступления дед отметил: « Гарно играе и спивае тоже гарно!!». Здесь местные пацаны, его сверстники, были не такими общительными, немного замкнутыми, чем дома и в Клевенке, хотя тоже много читали, смотрели те же фильмы. А вот «дивчины» были более раскрепощёны, может быть потому, что в доме было три «дивчины»: Ольга – она была старше Жорика на семь лет, Валентина – старше на пять лет и Татьяна – старше на один год. Они для Жорика являлись тётками, что ему конечно нравилось, к тому-же в течении дня к ним приходили подружки соответствующих возрастов и конечно же уделяли ему много внимания и постоянно приговаривали: « Якый гарный хлопыть!!», а хлопец уже засматривался на достоинства окружающих его девчонок и девушек и делал свои выводы, а те открыто заигрывались с ним, как бы шутя. Всё это сопровождалось игрой на баяне и пением. Через пару дней его попросили что бы он с баяном вышел ко двору и попел, так и пошло и поехало. Каждым летом его ждали: «Скоро Жортя прыидэ с гармошцёй, спиваты будэ!!», всё правильно, так всё и было. На следующее лето он всё это исполнял уже по другому т.е. лучше, ну и по хозяйству тоже помогал, куда же деваться, мама приказала, а его тянуло в любимую Клевенку и он старался побыстрее туда вернуться. Опыт по воспитанию своих сверстников он уже имел большой так что собрать вокруг себя коллектив не составляло большого труда и ивановские пацаны быстро попали под его влияние, а главное всех это устраивало. Они тоже, как и клевенские ребята, были заняты на хозяйстве, помогая родителям, но в течении дня находили время для купания на речке и для общения между собой. В отличии от Иргиза на Еруслани не было леса, она протекает по степи, даже как то немного некомфортно, но всё равно хорошо. Зато на всём протяжении села весь берег был занят садами и огородами, что создавало благоприятную обстановку для отдыха. У деда в саду работали тётки, а плоды и овощи приносили домой и там употребляли их в пищу. Бабушка запретила Жорику входить в сад так как он мог рассказать своим друзьям о том, что там произрастает, а те могли ночью залезть и собрать урожай. Она конечно была очень предусмотрительная женщина и жадная, но вся семья и дед, беспрекословно ей подчинялись, включая и Жорика, а это ему очень не нравилось, он очень любил яблоки и не падальцы из ведра, а с ветки. Иногда ему удавалось в течении дня проникнуть в сад и сорвать пару-тройку яблок ну и конечно съесть в тихушку, а тётка Валька подбирала его огрызки и тут же относила их бабке. Нетрудно было отличить свежий огрызок от падальца, а уже вечером дед выговаривал ему, что с дерева фрукты рвать нельзя. Теперь уже во время дневных садовых работ тётки закрывали калитку на замок, перекрывая тем самым свободный доступ неслуху к частной бабушкиной собственности. Больше всех старалась Валька, она постоянно его сдавла бабке, за что он с большим и нескрываемым презрением относился к ним обоим, в ответ на это они: и старая, и малая постоянно с неприкрытым ехидством общались с ним, как бы усмехаясь над ним. Вечером, когда он с баяном выходил ко двору их отношение к нему резко менялось и он становился самым «гарным хлопцем» и так каждый день. Жорик мог бы сотворить им какую-нибудь подлянку, но не хотелось портить и без того натянутые отношения. Ему очень хотелось побыстрее уехать от туда, но ехать было далеко, да ещё и на поезде, поэтому желание оставалось мечтой и он терпеливо сносил все тяготы и невзгоды.

Глава 7.

Раннее утро, поезд сбавляет ход, в окне появляются заросшие лесом берега родной реки Иргиз, поезд с грохотом прошёл через чугунный мост, замелькали пригородные посёлки, утопающие в садах и наконец Пугачёв, тоже утопающий в садах, до такой степени, что и домов не видно, а только кончики крыш иногда выглядывали из-за крон деревьев. Так приятно возвращаться в свой город, сердце учащённо бьётся, кажется, что разлука с ним была вечной. Через пару дней в сопровождении родителей и с неразлучным баяном на пароходе «Чапаев» в 22часа они причалили к клевенскому берегу. В это время сестра Томка находилась у бабульки. Родители привозили Жорика, а через день забирали Томку и уезжали. Вот тут-то и начиналось настоящее счастье. Многие из внучат уже уехали по своим городам, а некоторые только приехали, так что всё началось как бы снова, а это для исполнителя песен было приятно, ведь уже новые люди услышат его и похвалят, те, что уехали уже устали его хвалить, понятное дело, слушать каждый вечер многочасовой концерт и надоесть может. Жорику нравилось петь каждый вечер, нравилось что все его внимательно слушают. Он уже тогда понимал, что нужен своим слушателям и с большим старанием разучивал свежие песни, только делал это на слух т.е. без нот.

А лето, как это не обидно, подходило к концу и нужно было ехать (плыть) домой. На пристани его встретил отец и вот он опять родной город. В школу – в третий класс, в музыкалку – во второй – всё быстро встало на свои места. В школе он продолжал учиться на одни пятёрки, хотя дневник по поведению так и шёл с ним нога в ногу, сменилась учительница. Новая учительница была высокого роста и очень красивая, она хорошо и модно одевалась, что очень здорово сочеталось с её красотой. Она моментально влюбила в себя всех своих учеников и учениц, все старались лучше учить уроки, вообщем такая перемена положительно повлияла на уровень подготовки учеников, он стал чувствительно выше – вот что красота с людьми делает. При ней Жорику и дневник не нужен был, он, дневник, просто бесполезно тёрся в сумке между учебниками и тетрадями. Между тем семейная жизнь протекала с переменным успехом. Скандалы конечно же были только без драки, боксёр всё таки понимал, что Томка ещё совсем маленькая, и когда крики доходили до диких криков, она начинала плакать и это охлаждало его пыл, тогда он просто уходил из дома на всю ночь, а утром приходил, переодевался в рабочую одежду и уходил на работу. Тоня обо всём рассказывала свекрови, хотя ещё до появления Томки она уже всё знала. В ясельках Томка часто болела, что сказывалось на работе Тони и это тоже свекровь знала. Упросив Егора Павловича она поговорила со снохой и они решили, что Томка будет жить у бабушки Машеньки в деревне. С одной стороны это решение было очень правильным, ведь там девчонка была окружена постоянным вниманием и любовью, деду она тоже нравилась и как показала жизнь – им всем всё нравилось поэтому до школы она большую часть времени проживала у бабушки, а летом её забирали домой, но уже Жорик ехал к бабушке, он уже помогал старикам там, где это было возможно. Дед Егор пошугивал конечно для порядка, но это было терпимо, не то, что дома и это тоже всех устраивало. С другой стороны Томка росла и воспитывалась вдалеке от семьи, а здесь уже свои минусы и плюсы, но главное – это то, что ей не довелось увидеть тех ужасов, которые обрушились на головы Тони и Жорика после её отъезда. В недалёком прошлом для Жорика он(образно) был « домашним боксёром», а теперь он превратился в отпетого садиста, теперь он хватал её за волосы и бил куда попало, но старался бить в лицо, хорошо что милиция приезжала быстро, но что это, перед ними стоял абсолютно трезвый человек культурно одетый, и если бы не сильный перегар и не сотый приезд милиции, то и причины для задержания преступника нет, да и потерпевшая писать заявление не хочет, ведь у неё же двое детей и отличная репутация, как на работе, так и в городе. Жорик тогда ещё плоховато разбирался чувствах, но после всех боёв и арестов а так же бегов, он понял какой это подонок. Тогда он спросил маму: «Мам, давай его выгоним, так же жить нельзя??!!», на что она отвечала, что он может быть всё таки исправится и не будет драться, что ей придётся одной растить, кормить, одевать и воспитывать двоих детей и т.д., это конечно была отговорка от пацана, ведь он ещё не понимает многого. А он понял главное – нужно как то защищаться от этого гада. Решение пришло само. Однажды вечером он задержался с работы, но не на долго, пришёл поддатый. За ужином он как бы нехотя начал приставать к ней с вопросами. Жорик попросил его: «Пап, ну хватит тебе, давайте поедим спокойно.»

–А ты чё отцу указываешь, сопли подбери, иди погуляй немного.

Гулять Жорик конечно же не пошёл, а сел на крыльце и стал прислушиваться к развитию событий, которые развивались с большой скоростью. Сначала послышался сильный удар кулака по столу, звон посуды, топот ног и он понял, что мать забежала в спальню. Садист сбивает её с ног, она падает на кровать вниз лицом и закрывает голову руками, вот тут у (садиста) него появился простор для фантазии, а Жорик понял, то нужно маму спасать, было даже ему было видно, что до приезда милиции она не доживёт. Тогда не мешкая он быстро схватил свой стульчик-гармонь, запрыгнул на соседнюю кровать, которая стояла перпендикулярно той, на которой происходило избиение, двумя руками поднял дубовый(тяжёлый) стульчик над головой и начал бить им садиста по спине. После нескольких ударов он понял что тот не чувствует боли, тогда Жорик передвинулся поближе к его голове и стал бить его по голове. После нескольких ударов стульчик затрещал и развалился на части, которыми было бесполезно его бить. Тут он увидел утюг стоящий на столе, он моментально схватив утюг остриём вниз и со всего размаху ……. , но утюг не поддавался, это сосед дядя Володя через тонкую перегородку всё слышал и прибежал как и всегда на помощь, он успел схватить утюг за шнур и выхватил его из Жоркиных рук, обхватив сзади садиста за шею оттащил его от Тони, а она из последних сил выбежала на улицу во двор, схватила сына за руку и побежали они куда глаза глядят. Жители двора видели эту картину и самые близкие к ним остановили их и спрятали у себя дома, они сами вызвали милицию. Милиционеры как и всегда увидели совершенно трезвого человека, только с бешеными глазами, конечно же повязали его и отвезли в вытрезвитель. Старший лейтенант, который принимал его на ночлег, после того как пациент разделся до трусов обнаружил у него синюю спину, а затылок был весь в кровоподтёках и спросил его:

–Кто же это тебя, родной ты наш, избил то так??!!

–Сын – ответил садист.

–А сколько сыну лет?

– В третий класс пошёл.

–Молодец сынок!!! Ты вот что родной, уходи быстрее из этой семьи, ещё немного и он тебя убьёт и правильно сделает, а если ты ему что – либо сделаешь, то тебя посадят, а может и к стенке поставят. Жорик с мамой несколько часов просидели у соседей, а когда всё более-менее успокоилось, вернулись домой. Мама взяла расчёску встала перед зеркалом и со слезами на глазах расчесала голову, после чего в руке у неё оказался большой пучок волос. Руки у Жорки так и дрожали он думал: « Завтра придёт этот гад и изобьёт меня». Пройдя на кухню он взял столовый нож и положил рядом со своей кроватью.

–А зачем здесь нож? – как то робко спросила Тоня, хотя догадаться было нетрудно.

–Я больше не дам ему тебя бить и над нами издеваться!! – с чувством произнёс Жорик.

Нож так и остался лежать возле кровати до самого утра, а садист пропал на несколько дней, вот так Жорик в девять лет распрощался с детством.

А вот и начался новый учебный год, с новой очень хорошей и доброй учительницей. На удивление и хулиганить стали меньше, просто заслушивались её, уроки абсолютно все очень прилежно учили и если вдруг кто то получал двойку, то это было – Ч.П. и все старались помочь этому ученику исправить двойку, в общем хоть класс «Г» и считался(так было принято считать) самым неуспевающим, а дети все старались и результат был налицо. В музыкалке дела шли тоже нормально, но до того момента, пока не начались сложные пьесы и этюды. Проблема заключалась в том, что над каждой нотой вверху ставился номер пальца от указательного до мизинца: 1,2,3,4. Каждую нотку нужно было брать только указанным пальцем и учитель внимательно за пальцовкой следил во время прослушивания задания. Жорик конечно же старался без ошибок исполнять упражнения и это у него хорошо получалось, вот только с пальцовкой не всегда выходило так как нужно и учителю это не нравилось, он постоянно высказывал ему это повышая голос. Ну нет бы разобраться во всём этом, увидеть что правая рука у пацана искалеченная и как то решить этот вопрос без пальцовки, пусть бы играл как ему удобно, может быть и получилось что то толковое? Но искалеченная войной молодость и жизнь давала о себе знать. Нервы конечно же после этой жуткой мясорубки были не в порядке, поэтому во внутреннем кармане пиджака всегда находилась плоская сувенирная бутылка из нержавейки ёмкостью грамм в 300 с коньяком, а от учителя исходил какой то очень вкусный запах, незнакомый Жорику. После всех мучений учитель решил, что Жорик слухач, о чём тут же доложил директору школы. Тот пришёл на урок, увидел услышал, конечно же озадачился этой проблемой, а тут в скором времени ожидался ежегодный приезд проверяющего из области, решили показать Жорика ему, а уж тот решит, что делать дальше. Маме тоже сообщили об этой проблеме, но она была очень далека от музыки, а всем нравилось как Жорик играет и поёт, поэтому она решила, что сын будет продолжать учиться, пусть будет что будет.

Одной из особенностей маленьких городков всегда является то, что слухи о хорошем происшествии или же о плохом, разносятся со скоростью света и так получается, что в этих городках все о всех знают абсолютно всё, за очень редким исключением. Дядя Петя – отец Андрея как то быстро услышал об Жоркиных проблемах в музыкалке. Здесь нужно заметить, что в процессе проживания в общем дворе он не мог не заметить что Жорка командует пацанами, одно слово – вожак. Ему очень хотелось чтобы и его Андрей ни в чём ему не уступал, а тут ещё Жорка взял, да поступил в музыкалку, да ещё и лауреатом стал, как же так, такая неблагополучная семья, а всё так складывается складно? Это начинало его злить и он решил как то толкать Андрея вперёд к победам. Он купил такой же баян и летом отправил Андрея поступать в музыкалку. Конкурс как и всегда был 12 человек на место и Андрей не поступил, что очень больно отразилось на самолюбии дяди Пети, он про себя возмущался: « Как же так, какой то Жорка поступил и учится, а его Андрюша не смог?» – было понятно, что поступить туда очень сложно. В те времена учить детей в музыкальной школе было очень престижно и в первую очередь туда поступали дети больших и малых начальников, а уж потом и талантливых можно было принимать, без талантов дорога туда была закрыта. Андрей безусловно был талантливым мальчиком и играть на баяне очень хотел, но чего то не хватило. К тому времени Жорка уже читал ноты как книгу и все пьессы быстро обыгрывал и запоминал, на теоретических занятиях он быстрее всех писал диктанты и давал списывать другим (музыкальный диктант это когда учитель играет на пианино, а ученики пишут ноты на слух), ему всё это нравилось и очень легко давалось, только критика со стороны учителя по поводу пальцовки начинала его раздражать. И вот случилось!!! Наконец то к нам приехал ревизор (проверяющий из Саратова). Он несколько дней проверял исполнительские качества учеников и добрался конечно же до Жорки. Сначала выбрали пьессу которую он уже знал и Жорик её исполнил. Ревизор сразу заметил что правая рука вместо того, что бы располагаться на клавиатуре пальцами вниз, наоборот рас положена пальцами вверх, чего в принципе быть не должно. Тут посыпались заверения со стороны директора и учителя: « Мы же говорим, что он слухач, нельзя же исполнять композиции против всех правил!!?».

– А давайте дадим ему этюд посложнее, который он ещё не слышал.– сказал ревизор.

Очень быстро нашли этюд и Жорик его исполнил без заминок.

– А ну ка покажи свою руку?

Жорка тут же подал ему свою руку, увидев её он спросил:

– Что у тебя с рукой ?

– Мне её трактор раздавил два года назад.

– Я удивляюсь тому, что он вообще играет такой рукой, а вы – слухач – слухач. Ладно Жора, молодец, иди домой, а мы тут подумаем, что нам с тобой дальше делать.

Они конечно же вызвали маму и доходчиво ей всё объяснили, что Жорке уже сложно исполнять пьессы т.к. начинаются аккорды а три пальца не разжимаются в стороны, поэтому вечером на семейном совете было решено с музыкалкой заканчивать, жалко что в то время не было в ней класса гитары, Жорик мог бы стать хорошим гитаристом, но увы.

Дядя Петя быстро узнал про эту ситуацию и попросил Тоню, чтобы на место Жорика взяли Андрея и директор согласился. Он взял Андрея в свой класс, а заниматься у Аркадия Васильевича в нашем городе считалось очень престижно. Жорка же бросать баян и не собирался, музыкальные азы он уже знал, на слух сочинять ему было на много проще и приятнее, к тому же соло на баяне исполнять он не любил ему нравилось аккомпанировать самому себе аккордами т.к. это звучало как маленький оркестр, просто со временем он совершенствовал аккорды и построение гармонии он тоже знал. В холодное время года он занимался дома, разучивал новые современные песни и пел, а когда наступала весна и до самой поздней осени почти ежедневно выступал в своём дворе, а зачастую и допоздна и ни кто не разу в форточку не крикнул, что – мол спать не даёте, давайте заканчивайте и т.д. Пацаны и девчонки сначала потихоньку а потом и по настоящему подпевали ему, но в основном старались слушать, а дядю Петю это тоже бесило. Жорик чувствовал его неприязнь, но это ему пока не вредило.

Глава 7.

А жизнь шла своим чередом. Без музыкалки появилось больше времени для других занятий, а просто так он своё время не использовал. Жорик любил читать книги, он записался в заводскую библиотеку и запоем читал всю детскую литературу, особенно про войну, про юных партизан, в школе все предметы у него были любимыми поэтому и учился он на одни пятёрки. Иногда приходилось драться с пацанами из – за девчонок, ну не мог он пройти мимо девчонок из других классов что бы не дёрнуть за косички или не ущипнуть за какое – небудь место на теле девчонки, а это не очень то нравилось пацанам из других классов, так было негласно принято, что все девчонки ,особенно красивые были заочно распределены между пацанами и они строго со стороны наблюдали что бы никто чужой к ним не прикасался. Жорику этакие неписаные законы были просто не по душе и он продолжал таким методом уделять внимание слабому полу, а потом приходилось драться на переменах или после уроков, даже со старшими года на два тоже приходилось, но тут было посложнее, всё таки чувствовалась разница в возрасте и эта разница иногда вырисовывалась на Жоркиной физиономии в виде « фонаря» под глазом а то и под двумя сразу но игра стоила свеч. Сначала девчонки просто визжали, крутили пальцем у виска и возмущались, а потом просто смеялись и улыбались ему. Это было уже совсем другое отношение к такому роду ухаживаний и вызывало бескрайнюю гордость самим собой этого ухажёра, но красивее Танюшки всёравно не было никого и ей Жорик уделял самое большое внимание. Все это видели как во дворе, так и в школе. Они общались с ней чаще всего во дворе, на сколько позволяли обстоятельства, он ведь не мог находиться вне общества своих пацанов, поэтому Танюшка частенько была рядом в этом обществе, а вообще всё население этого двора, как и всех других подобных дворов необъятной страны жило в самых тесных отношениях как близкие родственники, а тут ещё и баян с песнями. Репертуар баяниста и певца Жорика постоянно пополнялся новыми песнями и насчитывал уже около пятидесяти, среди них были дворовые, уличные, блатные, даже матершинные и конечно же современные модные песни.

Папу, боксёра и садиста видимо предупредили в компетентных органах о том, что следующий бой для него закончится тюрьмой, что очень полезно отразилось на его дальнейшем поведении. Таких специалистов как он в народе называли «мастер – золотые руки» он владел несколькими самыми престижными профессиями: токарь, фрезеровщик сварщик, кузнец и т. Д. Его постоянно приглашали на работу в другие предприятия с более высокой зарб. платой. К этому моменту в Горпромкомбинате открылся новый цех по производству метал. сетки Рабица, дело было новое и его нужно было поставить на правильные рельсы, а значит требовались для этого настоящие спецы, которые дружили с металлом, притом оплата, как и всегда при новых начинаниях была сдельно – премиальная, а значит можно было хорошо заработать какое то время. Тоня поговорила с Филимончиком на эту тему и он согласился. Нужно было съездить на пару недель в Саратов для перенятия опыта и приступать к работе. Тут была ещё и главная проблема, если он уйдёт с работы на заводе, то придётся освобождать жильё, оно же ведомственное. Вот здесь и подключилась «тяжёлая артиллерия» в лице Анны Фёдоровны, это вам не шутка – второй секретарь горкома партии. Ордер на занимаемую квартиру был выдан быстро и на следующий день наш Филимон был принят на работу машинистом вязальной установки металлической сетки Рабица четвёртого разряда, а на завтра он уже ехал в служебную командировку сроком две недели в областной центр. Всё как говорится в шоколаде, вот он любимый вагон – ресторан, за окном неторопливо проплывают знакомые пейзажи, красивая официанточка с неприкрытым желанием обслуживает незнакомого красавчика, а он, прекрасно понимая, что попал в нужное время и в нужное место, вёл себя очень заманчиво, да и кольца на правой руке у него не было, а значит всё теперь можно, главное дождаться 23-00 часов, ресторан закроется и можно наконец то отдохнуть и расслабиться с таким красивым мужчиной, а под утро она поняла, что он ещё и любвеобильный и такой ласковый и нежный, скорее всего изголодавшийся по женской ласке!? Он сказал ей, что холост, что рановато ему жениться, что хочет сделать карьеру, что работает инженером в тресте и едет на курсы повышения и что в ближайшем будущем она сможет составить ему прекрасную пару и что наконец то он женится к великой радости его мамы и папы. Это было сказано так убедительно, что ей пришлось ещё раз раздеться естественно до гола, дальше все понимают, что получилось, да ещё и в разных позах при дневном свете, ну просто изумительно. Через каких то пол часа он медленно выходил из вагона на перрон, ощущая оставшийся приятный вкус её губ!! Она дала ему свои телефоны: домашний и рабочий, он обещал позвонить как только устроится в городе и позвонил вечером. Она с радостью открыла дверь, одарив его горячим поцелуем и эта ночь пролетела как птица тоже в разных позах, они просто тонули в ласках и счастье. Эта встреча была очень значимой в их судьбе, пассжирский поезд приезжая на станцию Пугачёвск становился до раннего утра в тупике т.к. станция эта была тупиковая, дорогу на Балаково только начали прокладывать, так что свидания с прекрасной официанточкой продолжались ещё несколько лет до того времени пока эту дорогу не запустили, теперь там был тупик, а девчонка была очень красивая и молодая, ну как отказаться от такой красоты и не редко ему приходилось ехать с ней до Балакова а потом возвращаться с ней же назад. В любом случае командировку он закончил успешно, набрался нужного опыта, хотя он с первых же дней понял как работает этот станок, что главный секрет кроется в пёрке и спирали через которые проходит смазанная маслом проволока. Вернувшись в Пугачёв он не мешкая настроил станок. Сетку нужно было делать двух размеров: с большой ячейкой для устройства разных заборов, сеновалов, которые занимали значительную территорию в колхозах и совхозах, для ограждения птицеферм, вообщем в скотоводстве и птицеводстве это незаменимый материал, в отличии от дорогостоящих заборов. Сетка с мелкой ячейкой шла соответственно на цыплятники, утятники, гусятники, там где были маленькие птицы, хозяйствам страны требовалась эта на первый взгляд простая метал сетка. Производство заработало и с каждым днём выпуск продукции становился всё больше и больше, а соответственно и заработок тоже рос. Через пару месяцев ему прислали ученика, что бы позднее поставить второй станок, а следом прислали нормировщика делать фотографию рабочего дня, что обязательно должно повлечь за собой понижение расценок, в те годы государство принципиально не давало возможности простым рабочим зарабатывать приличные деньги и как только заработок переваливал за 120 рублей, тут же приходил нормировщик и расценки сразу снижались. Вот поэтому в СССР было не очень много желающих пахать за 120 рублей. Хорошо платили на вредных производствах, в горячих цехах, в районах крайнего севера, шахтёрам, нефтянникам, геологам, авиаторам, морякам и военным, работникам химической промышленности, атомщикам только после таких работ человек даже до пенсии не доживал, не все конечно, но очень многие ушли из жизни молодыми и больными. Ясно одно – за большие деньги нужно было платить своим здоровьем. Филимону быстро надоело такое однообразие к тому же он уже знал, что руллон сетки с крупной ячейкой на продажу стоит 10 рублей, а с мелкой ячейкой 20 рублей. Он плёл сетку и видел, что он опять же плетёт её, только у себя дома, он уже изучил принцип действия станка и на его взгляд изготовить такой станок дома очень просто, нужен хороший токарь и фрезеровщик, а такой человек у него был – ОН. Не откладывая это дело в долгий ящик и пока ещё тепло, он увольняется с работы и устраивается на другое производство, одно из тех ,куда его приглашали, в качестве токаря 5 разряда, за пару часов изготовил пёрку и спираль теперь уже для своего станка, в ближайшем селе купил редуктор от сеялки, прикрутил к нему рукоятку для вращения рукой, присоединил к валу пёрку со спиралью и простым куском проволоки попробовал сделать пару витков. Всё получилось просто здорово, он был в восторге от увиденного. Он быстренько смотался в село Чернава, где председателем был его друг детства Фёдор Барабошин, договорился с ним по тем временам на огромную сумму, составили договор и через пару дней к нему во двор самосвал вывалил 20 мотков проволоки. Лето подходило к концу нужно было поторопиться что бы хоть немного успеть до холодов накрутить хотя бы метров триста сетки. Он нанимает землекопа по имени Лёша ,по прозвищу экскаватор, который за 2 дня выкопал в огороде рядом с электрическим столбом на границе с забором детского садика блиндаж. Устроив перекрытия из мелких брёвен в два наката как на войне, и сделав сверху настил из досок, покрыв его двумя слоями рубероида, потом засыпав эту конструкцию глиной а так же сделав на входе в блиндаж лёгкую дверь, он немного успокоился. Было ясно, что он обеспечил себя калымом на всю зиму, да и вообще навсегда. Свою вторую работу он назвал «Монополия», вообщем то название это в самое ближайшее время себя оправдало. Дело в том, что после его ухода из Горпромкомбината его ученик недолго плёл сетку. Просто металлическая пёрка на которую наматывается проволока со временем начинает разгибаться и виток сетки начинает деформироваться, а с такими витками руллона уже не связать, руководство стало приглашать Филимона для настройки станка, а он отвечал просто, что у него нет таких ключей. Пришлось руководству выписывать в Саратове новые пёрку со спиралью, но их то тоже нужно было настраивать перед работой, так что помучались – помучались и решили больше не испытывать судьбу, а новый цех прикрыли, а куда же деваться?, «Монополия» не терпит конкурентов.

А у Филимона началась совсем новая, хорошая жизнь, здесь уже не придёт нормировщик и не срежет расценки, можно наращивать производство и он наращивал его. Он приходил с работы, ужинал и уходил в блиндаж, в него он провёл электричество с рядом стоящего столба, смастерил обогрев, хотя температура в блиндаже даже зимой была плюсовая, но обогрев конечно же нужен. Сначала у него выходил один десяти метровый руллон высотой в полтора метра, через пару дней уже два руллона за вечер, в выходные дни он работал в блиндаже и результаты были феноменальными. Так за первые три недели он сплёл 40 руллонов. В субботний день утром к дому подъехал грузовик, отец с водителем погрузили сорок руллонов в кузов стоя, закрепили их и отправились в первый рейс в Чернаву. Где то уже к вечеру он заявился в дом с большой картонной коробкой, было понятно что он что то купил, а вот что?? К огромной радости всей семьи из коробки он вытащил большой, очень красивый радиоприёмник «Комета» в деревянном полированном корпусе с проигрывателем, стоимостью не менее 120 рублей. Это был шок, это была фантастика, такая красивая вещь появилась в нашем маленьком доме, мы с мамой даже мечтать об этом не могли. Такой поступок наводил на хорошие мысли, мы начали думать, что он дорожит своей семьёй, но это ещё не всё, через несколько минут он демонстративно достал из кармана целую пачку денег и бросил её на новый приёмник, с неподдельной улыбкой на лице произнёс:

– Это всё вам, покупайте что хотите!

Тут же мама быстро собрала на стол, появилась бутылочка «Московской», родители выпили, потом ещё выпили, досыта наелись и стали гонять пластинки, которые он купил вместе с приёмником. Таких дней ещё не было в жизни семьи, под музыку родители танцевали улыбались друг – другу, прижимались и даже целовались, как будто и не было никаких скандалов и избиений.

Некоторое время спустя как будто бы в гости приехала младшая мамина сестра Катя, она рассказала что мачеха относится к ней плохо, отец с утра до ночи на работе и ему не до чего, а ей уже просто невыносимо с ней жить под одной крышей, понятное дело – падчерица. На семейном совете решили оставить Катю у нас и отправить её учиться в местное проф. тех училище на штукатура. Восьмилетку она закончила, в училище есть общежитие, но сначала она поживёт немного у нас и будет спать с Жориком на кухне, а когда уже всё устроится, то перейдёт в общежитие. Отец почем у то сразу невзлюбил Катюху, постоянно был недоволен, но время подошло и она перешла в общежитие. Она часто приходила в гости особенно когда родители уходили в компании, приходили поздно, а она присматривала за Жориком. Однажды она пришла по просьбе матери но с кавалером, который тоже учился, но на тракториста. Жорик конечно на радостях смылся на улицу к пацанам и очень долго гулял до тех пор ,пока последнего не загнали домой. Без особого желания он приплёлся домой, уж так ему нравилась улица, что он готов был и ночевать на ней, вот какая бывает безответная любовь. И всё вроде бы нормально, вот и родители пришли на веселе и тут раздался громкий и злобный голос отца:

– Кать идите – ка сюда!!?, они конечно же подошли к нему.

Таким же злобным голосом, но уже с яростью он закричал:

– Кто сжёг приёмник говорите!!! Сверху на боковой стойке приёмника, шириной в пару сантиметров и длинной в половину сигареты был виден след прожжёной полировки, видно кавалер думал что он в хлеву и положил непотушенную сигарету на приёмник, а в любви и ласках было не до сигареты, когда либидо кипит в голове.

– Что бы больше ноги твоей в моём доме не было – свинья, это было сказано в адрес Катюхи и она это поняла. Она перестала ходить в гости к сестре, очень редко приходила когда Филимона не было дома, но быстро уходила. В эти далёкие времена в нашей стране, на берегу реки Волга, вдруг открылась гигантская новостройка. На левом берегу великой русской реки расположился небольшой провинциальный город Балаково, так себе городок, возрастом чуть более двух сотен лет, районный центр, имеющий свою промышленность, пароходство, рыболовство и т. д., вообщем городок, каких в России несколько десятков тысяч, но для развития промышленности он имел очень выгодное географическое положение. Здесь русло реки сужалось и было выгодно соединить два берега железобетонной платиной ( ГЭС ), вот вам и дешёвая энергия, по самой плотине пустить поезда, что намного короче имеющихся ж\д путей, а так же пустить автомобильный транспорт, это тоже очень выгодно. Нужно было строить огромный химкомбинат, комбинат резино-технических изделий, комбинат фосфорных удобрений, тепло – электро централь (ТЭЦ), атомную электростанцию, судоремонтный завод и многие другие вспомогательные предприятия, необходимые для осуществления этих планов. Понадобилось огромное количество людей, что бы всё это начать строить. Нужно было построить огромное количество жилья, школ, детских садов, больниц, кинотеатров, дворцов культуры и всего того, что необходимо для нормальной жизни и труда специалистов. Центральным комитетом комсомола был брошен клич на всю страну. Приглашались молодые люди со строительной специальностью(желательно) с проживанием для начала в общежитии, но с ближайшей перспективой получения жилья со всеми удобствами. Но сначала в то место поселили поселенцев (колония поселения), они в первую очередь должны были построить общежития для прибывающих комсомольцев, а потом те, у которых заканчивались срока в большинстве своём оставались, находили себе пару, женились, рожали детей, как бы превращаясь в полноценных граждан страны, но всё таки в самом начале стройки, да и позднее, Балаково называли бандитским городом, что там греха таить, баловались понемногу, но милиция строго следила за порядком и это им удавалось. Снабжение продуктами питания Балаково на всём протяжении строительства было по какой то высшей категории, да и после строительства тоже. Со всей округи: ближайших городков, сёл и деревень туда ехали люди за колбасой, сгущёнкой в трёхлитровых жестяных банках и прочими дефицитными продуктами. И что очень удивительно, всем хватало, в Балаковских магазинах продукты не кончались, можно было просто в любое время приехать и купить то ,что хотелось. Жилые дома в основном пятиэтажные, на каждой лестничной площадке три входных двери: в трёхкомнатную, однокомнатную и двухкомнатную квартиры. Все эти квартиры со всеми удобствами их сразу после сдачи дома распределяли между работниками и работницами, люди достаточно быстро получали жильё, быстро его обживали, а главное это свой дом, а о таких домах во многих городах люди и мечтать не могли, вот вам и хрущёвки. Это была одна из главных заслуг Никиты Хрущёва, всё таки строительство таких домов шло повсеместно, только разными темпами.

Вот и Катюха (так Жорик её звал) быстренько собралась, в горкоме комсомола взяла путёвку и отправилась по направлению от комсомола строить новый город. Она поехала туда искать свою судьбу, а так как была очень находчивой, шустрой и весёлой девчонкой, она быстро её нашла, но об этом после.

Глава 8.

Жоркина жизнь потихоньку менялась к лучшему, домашние бои потихоньку сошли на нет, скорее всего потому, что боксёр и отец очень уставал от работы с утра до ночи, а ещё главный любовник начал засвечиваться на халявных банкетах, об его гулянках стало известно в горкоме партии, ему как бы невзначай стали намекать, что пора бы нажимать на тормоза, а вот как отказаться от халявы ничего не говорили. Тогда под видом повышения по службе по линии МВД, ему присваивают очередное звание – капитан и переводят замполитом куда то аж за Саратов в детскую колонию, тут уж с халявой было туговато, нужно было как то осваиваться а уж потом……!!

Тоня тоже не ожидала таких перемен на амурном фронте, да и переведённый любовник допился до того, что не мог удовлетворять тех запросов, какие требовались. А требовалось всё той же большой, светлой и бесконечной любви, ведь она ещё такая молодая, а садист и алкоголик муж ни как не вписывался в эту ситуацию. Она понимала, что разлука с любимым, хоть и заплутавшим в жизни человеком, скорее всего навсегда. Уж слишком далеко направляет теперь его партия. Сюда он не под каким предлогом уже не вернётся, от такой безисходности ей жить не хотелось. Счастье оказалось очень коротким, да и с мужем садистом нужно было всё – таки расставаться, теперь уже было ясно, что совместная жизнь, может в ближайшее время обернуться жуткой трагедией. Эта ситуация, хоть и в малой степени, но вернула её к реальности и про любовь пришлось забыть до лучших времён. И всё бы хорошо, Лимончик за зарб.платой на завод уже не ходил, это делала за него Тоня, а у него, как мы знаем была нерушимая монополия и на здоровье он не жаловался, вот только когда по субботам к сараю подъезжал грузовик и в погруженном состоянии он уезжал за деньгами, возвращался домой в понедельник с изрядно опустошёнными карманами, а оставшиеся денежки выкладывал на стол и уходил на работу. На работе тоже был постоянный калым, к нему шли и пешие и конные что бы выточить дефицитную деталь, которую не купишь ни в каком магазине и он точил, а к нему шли и шли и так до самой последней минуты его жизни. А фантастические для того времени деньги оставались в ресторане или же одной из двух чайных, где он после сдачи готовой продукции засиживался, а потом с одной из официанток, залёживался пару дней у неё дома. Тоне, имея очень обширные связи было нетрудно узнать адреса и имена пассий, но она просто принимала это к сведению и решила разработать свою тактику отжатия денег у муженька. Тактика была простая. Всё время, которое проходило на работе и в блиндаже, он не пил ,а настойчиво ковал свой бюджет, просто он был уверен, что опять будет ресторан, а там друзья и бабы и всё это обязательно будет, а ему ещё нравилось всех угощать, вот мол, смотрите, я вас угощаю, а вы не можете себе этого позволить. А уж халявщиков всегда бывает много, как это не странно. В очередную субботу во время погрузки грузовика Тоня (она же хитрая хохлушка) подошла мужу и сказала:

– Лим, ты пожалуста из деревни сразу заезжай домой, нам нужно организовать небольшой банкетик, придут наши друзья, посидим немножко, повеселимся. Такое предложение ему конечно было по душе и он получив очень крупную сумму явился к полудню домой, а тут и гости заявились. Компания уселась за стол и веселье началось по плану. На этот счёт у Тони имелась бутылка водки скорее всего с клофелином. Часов через шесть гулянка закончилась и гости засобирались домой, и как принято на Руси налили по рюмочке на посошок. Только Лимончику она незаметно налила из другой бутылочки. Все выпили, закусили, а Тоня с Филимоном вышли проводить гостей до остановки, только на обратном пути Лимончика стало покачивать. Но идти недалеко и она взяла его под руку и довела до кровати, он сразу лёг и моментально заснул. Не составило большого труда обшарить все его карманы, оставить в них небольшую сумму на похмелку, а уж из её рук очень трудно что то взять, а на утренний неуместный вопрос:

– А где деньги?!! – следовал вполне справедливый и исчерпывающий ответ

– Лим, ты же мне их сам вчера отдал, оставил себе сто рублей а остальные отдал мне. А дальше следовало перечисление всех проблем, на которые нужно потратить приличную сумму.

Таким образом в семье появилась хорошая стиральная машинка, холодильник «Саратов», швейная машинка и остальные мелочи. Всё таки очень странным человеком был папа Жорика. Абсолютно все люди знакомые и немного знакомые считали его очень хорошим и душевным человеком. Ни кто и никогда бы не поверил что он избивает до полусмерти свою жену, что детей своих он просто не замечает и считает что они сами по себе растут. Особенно это стало заметно после дубового стульчика, который превратился в щепки после его похода по Лимончиковым рёбрам, спине и голове. Хорошо ещё, что он за всю свою короткую жизнь в этой семье ни разу и пальцем не тронул Жорку. Общались отец с сыном в основном в блиндаже в то время, когда отец по вечерам и выходным плёл сетку, но это опять же инициатива была Жоркина, а иначе им просто не было больше не места ни времени для общения. Отец видел, что сын тянется к нему и начинал сочинять небылицы о том что когда он подрастёт, то купит ему мотоцикл «Ява», это была мечта всех пацанов, и даже всех взрослых парней, а так же мужчин, но далеко не каждый мог купить этот мотоцикл. Жорка по своему малолетству верил его словам, да и до взрослого состояния было ещё далековато, но будучи врождённым фантазёром он часто представлял себе как он едет на «Яве» и от такого воображения становилось легче жить и дальше мечтать. Врал он конечно очень профессионально и изысканно и ему все верили, хорошо хоть что он никогда ни у кого не занимал денег, их у него всегда и до последней секунды было достаточно. Он часто что – нибудь, да рассказывал из личной жизни. Эти истории были очень смешными, но он их рассказывал с таким серьёзным видом, как будто читал исповедь, а слушатели держались за животы от хохота. Конечно, такой балагур и весельчак не мог считаться плохим человеком, к тому же он не был жадным, он мог отдать последнее и остаться ни с чем на короткое время.

Тонины опыты по отжатию денег конечно же давали свой положительный результат, не всегда конечно, давали, что очень полезно отражалось на благосостоянии семьи. Томка, сестрёнка, тоже подрастала , хоть и жила в основном у бабушки Машеньки, а одевать и обувать её было очень нужно. Виделись с ней часто, так что вниманием и любовью она обделена не была. 1964 год ознаменовался рекордным урожаем зерновых и даже кукурузы. В это время Хрущёв уже по настоящему дурковал, повысил цены на мясо и сливочное масло, хоть не того, ни другого магазинах и так не было. Такой поступок Хруща вызвал бурю негодования в народе, а в Новочеркасске началась всеобщая забастовка. Многотысячная демонстрация протеста двинулась на главную площадь города с лозунгами протеста на что Никитка вывел войска демонстрантов оцепили и открыли огонь на поражение. О точном количестве убитых и по сей день не знает никто. Просто вся площадь была залита кровь протестующих и после того, как демонстрацию разогнали, кровь которая на такой жаре присохла к асфальту, очень долго смывали под большим напором несколько десятков пожарных машин, а культ личности, с которым так рьяно боролся Хрущ поднялся на недосягаемую высоту. В честь такого урожая все коллективы художественной самодеятельности получили задание создать инсценированные песни в хоровом исполнении про урожай и про Никиту, что бы все исполнители были одеты костюмы, представляющие все злаковые и овощные культуры, а в середине хора огромный кукурузный початок и только Жорка с Вовкой Лапаевым будучи солистами этого хора в пионерских галстуках запевали, а хор пел припев. Этот наш легендарный хор победил все присутствующие хоры области и Жорик во второй раз стал лауреатом областного конкурса, но тогда он ещё не понимал, что это большая заслуга перед Родиной.

Начался новый учебный год, а уже ранней осенью в магазинах опять не стало хлеба. Мама будила его в 4 часа и он шёл занимать очередь, а уже ближе к 8 часам подходили и мама и папа и каждый покупал по одной буханке хлеба и так каждый день. Однажды в октябре к выходному дню приехал мамин брат с семьей и одна из сестёр тоже с семьёй. В этом маленьком домике конечно же стало очень тесно, но в тесноте, да не в обиде. Гости конечно же привезли с собой из своих деревень много всяких продуктов и мяса, и сала, и муки, и всего – всего, самого вкусного, вот только хлеба для такой компании было маловато и мама просто наугад сказала:

– Жор, сбегай пожалуста в магазин, вот тебе рубль купи если есть любого хлеба. Жорик быстро собрался и побежал в магазин. То, что он увидел, можно было принять за сон, ещё вчера утром он с 4 часов стоял в очереди, а сегодня он был в магазине один а все хлебные полки были заставлены свежим ещё тёплым хлебом аж четырёх сортов. Жорик спросил:

– А можно взять на рубль?

– Бери сколько хочешь!

И он взял пять буханок по 18 копеек, это были тройчатки – самый белый хлеб. Он бережно сложил его и понёс домой. Когда мама и гости увидели целую кучу хлеба, они не поверили своим глазам, а мама спросила:

– Как ты смог купить столько хлеба?

– Там его много, покупай сколько хочешь!!

Всё очень просто. Наступила новая эра. Наконец то к власти пришёл образованный, умный и добрый человек, который прошёл всю войну, дослужился до генерала, имел боевые ордена и медали. Леонид Ильич Брежнев – наш любимый дедушка, который никого не сгноил в ГУЛАГЕ, не пролил крови, не уничтожал своих соратников. Он постоянно

боролся за мир во всём мире, укреплял оборону страны, при нём наша армия стала самой сильной в мире. Люди стали жить в достатке, смело смотрели в будущее и никто даже помыслить не мог, что когда – нибудь наступит повальная безработица.

Глава 9.

На дворе конец 1964 года, года больших перемен в жизни, в мыслях, чувствах и судьбах людей, ведь после окончания войны жить как и во время войны было так же тяжело. Повсюду не хватало мужских рук, молодёжь конечно же подрастала и становилась к станкам и мартенам, к прокатным станам, шли на стройки, старались как можно быстрее выучиться и принять активное участие в восстановлении страны.

В Жоркиной семье жизнь шла своим чередом, иногда были лёгкие скандалы, но до драк не доходило, видно у боксёра просто не было времени, да и сил после такой пахоты тоже не хватало. Заказов ( калымов ) как на работе, так и в блиндаже было много и это всех устраивало, вот только очень тесно было в двух комнатках по девять квадратов без удобств, да ещё и с печкой по середине. И пошла Тоня однажды в контору завода к новому директору Геннадию Борисовичу с просьбой о расширении жилой площади и он разрешил ей сделать пристройку к дому со своей стороны площадью двадцать квадратных метров, а так же пристройку сбоку входной прихожей в летнем исполнении, которая вполне могла использоваться в тёплое время года как летняя кухня. Весь строительный материал выделял завод, а вот само строительство нужно было осуществить за свой счёт. К тому же он разрешил подключить дом к центральному отоплению и холодному водопроводу, а так же подключиться к канализации детского сада, который был по соседству и в котором прошло мятежное Жоркино детство, вот только туалет так и остался на улице, просто не было места в квартире для его устройства, но даже то, что уже разрешено было сделать, полностью затмевало то, что было раньше. Всё это можно было сравнить с революцией. На семейном совете решили, что пока идёт зима, мы будем завозить материал и складировать его на территории огорода, а с весны начнётся масштабное строительство. В это же время сзади нашего дома по направлению улицы Кутякова с поворотом на улицу Бубенца завод начал строить ещё девять отдельных домов для работников завода, тех, кто начинал его строить, а потом так и остался в нём работать. Дома эти тоже были со всеми удобствами, с летними кухнями, с капитальными сарями и с учасками земли сотки по три. Это было что то из области фантастики, но это так именно и было. А пока патсанва и девчонки после школы веселились в своём дворе играли в свои игры, а по пришествии красавицы зимы строили снежные горки, расчищали небольшой пустырь от снега по середине двора, а на расчищенном месте заливали каток, привязывали к валенкам коньки, катались на перегонки и играли самодельными клюшками в хоккей. Вокруг катка с внешней стороны прокладывали лыжню и те, у кого были лыжи, катались по кругу на лыжах, вообщем в зимнее время было чем заняться. В те годы зимы были очень снежными и чистить каток приходилось очень часто и снежные горы по сторонам катка становились всё выше и выше, тут уже в ход шли санки хоть в сторону катка, хоть наружу. Далеко не у всех родителей в то время была возможность купить лыжи и коньки, семьи были многодетными, да и зарбплаты не позволяли купить такую роскошь, а тут ещё в магазинах стали появляться клюшки для хоккея с мячом и стоили они даже дороже коньков, так, что зачастую приходилось играть в хоккей на валенках без коньков и это вполне устраивало юнных хоккеистов.

Поведение папы – боксёра чем дальше, тем больше становилось непредсказуемым иногда он стал немного выпивать в своём блиндаже, сказывалась усталость. Ему посыпались мелкие заказы от частных лиц особенно на мелкую сетку в количествах 1-2 руллона и это нужно было делать, что бы не отпугивать клиентов. Тогда Филимон принёс в блиндаж электромотор выточил к нему нужные детали, настроил его на нужный режим работы и при помощи нажатия ногой педали стал плести на обновлённом станке как мелкую, так и крупную сетку, производительность от такого внедрения выросла в разы, но это производство исключало работу пьяном виде, а слегка выпивши получалось нормально. Увлекаться выпивкой он не собирался, снять депрессию от бесконечного труда помогало. Однажды во время работы и параллельной беседы с Жоркой он вытерев руки от мазута достал из кармана 5 рублей и протянул их ему:

– Бери, купишь мороженого, конфет, пряников, лимонада, пацанов с девчонками угостишь, только матери не говори.

Жорка и мечтать не мог, что так неожиданно станет обладателем такой крупной суммы. Он взял деньги, положил их в карман и через каждые несколько минут трогал карман, что бы убедиться в их присутствии там. Отец краем глаза видел эту обеспокоенность и просто по человечески улыбался. На следующий день после школы он зашёл в магазин и купил пол килограмма разных и только шоколадных конфет и как только он ступил на территорию двора то сразу увидел Танюшку, она всегда сразу после школы выходила во двор погулять на часок, чтобы потом пойти домой учить уроки. Жорка озарил своё лицо бескрайней улыбкой, раскрыл перед ней кулёк с конфетами и произнёс:

– Бери сколько хочешь, угощаю!!,– Такое предложение было очень неожиданным для девчонки, если учесть, что шоколадные конфеты все дети за редким исключением ели только в праздничных подарках: на Новый год, на 7 ноября и на 1 мая. Она тщательно выбирала из кулька разные конфеты, на что он так же добавил:

– Хочешь, бери все!!, – такое великодушие завораживало, но она взяла столько, сколько хотела, скромная дечонка. Жорику удалось тоже совсем немного отведать из кулька, т.к. в это время все школьники и всегда выходили прогуляться с той разницей, что те, кто гуляли долго, учились плоховато, а те кто выходили на часок, учились хорошо и даже очень хорошо. Хоть так, хоть эдак, моментально от полного кулька осталась одна бумажная обёртка, но Жорка не обиделся, ему было очень приятно, что он смог угостить свою « Гвардию». Но самой главной мечтой Жорика была мечта покушать трюфелей,это были самые дорогие конфеты на прилавках магазинов – 7 рублей за килограмм. Такая цена даже для взрослых была неприемлема, но он был уверен, что с таким папой он когда – нибудь, а поест трюфелей досыта. Денег оставалось ещё много, где то 3рубля и пятьдесят копеек, а все родители во дворе буквально сразу узнали об Жоркином угощении, и каждый из них по разному размышляли по этому поводу, но в одном всех беспокоил один вопрос: « Откуда у пацана такие деньги?». Хочется отметить, что этот же самый вопрос возникал у всех, всегда и везде, когда кто то из таких же как все, вдруг позволял себе какую то роскошь, и на протяжении долгого времени волновал души людей до тех пор пока кто – то, другой не позволил себе другую роскошь. Оставшиеся деньги Жорик надёжно спрятал в сарае и на время призабыл про них, но знал, что у него уже есть на что опереться при случае.

Немного погодя в блиндаже при очередной беседе с отцом тот сказал:

– Молодец сынок, угостил друзей ,это правильный поступок, мне приятно, что у меня такой сын, поэтому вот, держи!!, Только матери не говори. – И он достал из кармана красную бумажку, а Жорка чуть не потерял дар речи, это были десять рублей, это было просто невозможно и немыслимо, но он держал в руках эти деньги. Теперь до мечты оставалось тридцать шагов до магазина. В школе на перемене он встретил Танюшку и попросил её после школы выйти во двор погулять, ей и соглашаться было ненужно, так как она каждый день делала такие прогулки. Она догадывалась, что будет очередное угощение, но вот какое? Об этом она просто не смогла бы догадаться не за что. После школы Жорик быстро открыл тайник в сарае, достал спрятанные деньги, а на их место положил красненькую десяточку, а на эти деньги как раз получалось пол килограмма трюфелей. Вот и опять кулёк в руках и Танюшка уже гуляет во дворе, но в этот раз он решил подстраховаться и хорошую горсть конфет отсыпал в свой карман. Опыт показывал ему, что это нужно сделать, что бы самому не пролететь. Он для начала сам возле магазина съел одну конфетку и направился к Танюшке. Отсыпав ей хорошую порцию конфет как будто с барского плеча, он произнёс с выражением и улыбкой:

– Татьяна, дед мороз посылает тебе эту огромную горсть самых лучших конфет за то, что ты самая красивая, самая хорошая и самая умная, держи!!

А тут и «гвардия» быстро подтянулась, прошлая ситуация повторилась только с ещё большей скоростью, но в этот раз ему всё таки удалось взять себе в добавок карману ещё несколько конфет и возрадоваться. Весть о том, что Жорик угощает своих друзей самыми дорогими конфетами так же быстро, как и в первый раз облетела всё население двора, вызывая ту же самую реакцию у взрослого населения и Жорик понял что не нужно дразнить серпентарий и решил на неопределённое время приостановить благотворительную деятельность. Но это известие из серпентария всё таки долетела до Тони и реакция была молниеносной:

– Где ты взял деньги на конфеты, которыми ты – Лимоша угощал весь двор?!! Этим именем она хотела обозначить, что Жорик такой же простофиля, как и его отец, и тут ему пришлось немного покривить душой:

– Мам, я всего тремя конфетками угощал, чё они всё придумывают?

– Мог бы и карамельками угостить – богач какой нашёлся или маму свою угостил бы, что, ума что ли не хватило?

–Мам, я Танюшку угостил.

– Рано тебе ещё за девчонками ухлёстывать.

На этом материнские упрёки закончились, но напряжённость так и витала в воздухе и нужно было срочно получать как можно больше пятёрок, что бы всё это как можно быстрее забылось. Отец тоже узнал от матери, что сынок занимается благотворительностью и на время перекрыл финансовый поток, но ближе к весне, а теперь к нему уже приезжали сразу по два грузовика, он сдал товар(сетку) на сумму около тысячи рублей и почему то вместо ресторана, только сильно поддатый, заявился домой и большую часть денег отдал в руки жены к бескрайней её радости, а меньшую часть спрятал в блиндаже, ну не полезет же она искать деньги в мазуте?, и точно не полезла, так что у всех всё сложилось как нельзя лучше. Наступил март и нужно было готовиться к намеченному строительству, все это понимали. Если бы папа не любил рестораны, эта семья была бы очень богатой и ездила бы на «Победе», которая стоила четыре с половиной тысячи рублей, но видно не судьба. А вот девчонки с этого двора затаили обиду на Жорика:

– Почему ты Таньку угощаешь, а нас нет?!!

– Потому что она самая красивая и хорошая, а вы нет!! Нужно просто раньше выходить на улицу, вот тогда может и вам перепадёт. Ответ прозвучал очень убедительно и очень обидел обделённую часть женского населения конфетами, вниманием и лаской. Танька конечно же нравилась ему больше всех, но ещё больше его внимание привлекали взрослые девчонки, старше него на 5, а то и 10 лет и он без стеснения подходил к взрослой красавице и объявлял ей:

– Я хочу жениться

на тебе, пойдёшь за меня?!!! На что она на полном серьёзе ему отвечала:

– Конечно пойду за тебя, ты мне очень нравишься, ты такой хороший парень, ты только подрасти и мы с тобой обязательно поженимся !! После чего одаривала его поцелуем в щёчку, вот это было да…..!!!!! Он сразу начинал чувствовать себя взрослеющим парнем, а она теперь при встрече называла его своим женихом(в шутку конечно) и это ему очень нравилось, а вот Танюшке это не нравилось, она ревновала его даже к таким невестам и говорила:

– Нужна она тебе эта старуха?!!

– Тань, ну прости, ты же ещё маленькая.

– Тоже мне большой нашёлся, в женихи всем набиваешься, хоть людей бы не смешил – жених, ха-ха-ха-!!!!

На короткое время она прекращала с ним встречаться, а при встрече в школе даже не здоровалось. Такое отношение заставляло маленького ухажёра менять тактику сватовства к взрослым девушкам. Всё таки, как не крути, а их с Танюшкой объединяла взаимная симпатия и уже восемь лет тесного знакомства. Поэтому Жорик не замечал, как она взрослеет и становится всё краше, привычка, куда же от неё деться? Танюшка относилась к разряду скороспелок, таких девчонок во все времена было достаточно. Жорка тоже не по возрасту подростал, к тому же он старался ежедневно заниматься зарядкой, ну а лыжи и коньки с хоккеем в зимнее время были неотъемлемою частью в физическом развитии пацанов. Были и такие пацаны, которые медленно росли и сильно отставали в развитии, например двойняшки, по прозвищу «зайчата» с фамилией Зайцевы Витя и Санёк, был у них и старший брат по имени Костя. Зайчата были младше Жорки на один год, а Костя старше на пять лет и такая разница в возрасте очень сильно разъединяла их, Николай и его ровестники маленьких просто не замечали, они в основном все учились уже в восьмом классе, ну и о чём тут можно говорить?! Только Жорку они признавали за то что он играл и пел взрослые песни, особенно все прикалывались когда он пел блатные и матершинные песни, ну и про любовь конечно. Было очень смешно как пацанёнок под музыку матерится и произносит блатную «Феню». Они частенько уводили его со своей компанией с собой и он как то неосознанно, сближался с большими пацанами, слушал их разговоры и всё запоминал, а потом перед своей «Гвардией» блистал дворовым лексиконом, чем приводил в восторг свою публику, а они уже учились от него и всё шло как нельзя лучше. То было время чуваков и чувих. Чуваки носили короткую причёску и узкие брюки, которые можно было одеть только при помощи мыла, красные носки, красивую рубашку, вместо галстука толстый капроновый шнурок яркого цвета с металлическим бегунком, который соединял в области шеи две половины этого шнурка, создавая видимость галстука, короткий пиджак, любого цвета летние остроносые туфли чёрного цвета. Как раз в эту пору стала входить в моду длинная мужская причёска. Даже зимой, в самый лютый мороз чуваки одевались легко и без головных уборов «тусовались» по городу. Когда же чувачество начинало достигать своего апогея, патрульным милицейским нарядам совместно с народными дружинниками был отдан негласный приказ: « Отлавливать, ножницами разрезать штанины до колена, а длинные волосы путём выстрига приличного клока до самой лысины, удалять». Это практиковалось на всей территории необъятной Родины. Начал пропагандироваться свободный секс и если девушка вдруг «залетела» и сделала аборт, то это считалось очень клёво. Слава Богу, что это всё продлилось не долго и заслуга в этом в первую очередь КПСС и Комсомола, очень быстро такая мода сошла на нет, а на смену узким брюкам(дудочкам) пришли брюки клёш с врезными карманами и с широким поясом, полностью преобразились молодые никто им штанины уже не отрезал, только очень длинные волосы по требованию педагогов во всех учебных заведениях приходилось укорачивать, но уже в парикмахерских. И первый раз в жизни Жорику пришлось увидеть покойного стилягу Пашку Пугачёва, он был старше на 8лет, зимой ходил без шапки и получил менингит, а вылечить его не смогли. Жорик смотрел на него, лежащего в гробу и удивлялся про себя: «Почему он не дышит?», – в первый раз и не такие мысли приходят в детскую голову, на то он и первый, раз.

Люди уходят, а жизнь продолжается несмотря ни на какие передряги. Учёба в третьем классе подходила к концу, Жорик окончил его как всегда на отлично, как и ещё несколько человек. Общий результат учёбы был очень высок, на общей линейке детей ставили в пример всей школе и в таком приподнятом настроении вся школа дружно отправилась на летние каникулы.

Между тем новостройка дома набирала оборот, строили медленно, но уверенно. Жорик предложил родителям свою помощь, но Тоня была непреклонна в своём решении: « Садись на пароход и езжай в Клевенку, бабулька там уже соскучилась, да и с сестрой хоть пообщаешься». Клевенка уже тогда занимала в сердце Жорки одно из главных мест. Там вся атмосфера была пропитана добротой, любовью и счастьем, там он всегда чувствовал себя свободным человеком, там не было «жандармов» и «боксёров», там богатая и сказочная природа, там ещё два года назад взрослые пацаны научили его плавать и он свободно переплывал реку туда и обратно. Но не только это всё влекло его туда. Как я уже и писал, летом по всем сёлам и дервням из больших и малых городов разъезжались внуки и внучки. То же самое было и здесь, но главное то, что через два дома от бабушкиного был дом в который приезжала из Оренбурга девчонка по имени Нина, она была старше на два года и осознавая это, вела себя очень высокомерно по отношению к Жорику , как к маленькому. Очень здорово, что Жорик уже не раз сталкивался с таким отношением к себе, поэтому он был спокоен как танк, он просто посмеивался над ней, а она обижалась на него за это. Танюшка безусловно была красивее её, но Нина – то из чужих краёв и тоже красивая, а это как раз и вызывало интерес, но она не под каким предлогом не хотела дружить и оставалась надменной, неприступной и холодной, как снежная королева. Когда же они случайно встречались на речке, она сразу же одевала платье, и не купалась пока он не искупается и не пойдёт домой. Однажды он решил поиздеваться над ней. После купания он оделся и сделал вид, что уходит как всегда, а минут через пять вернулся и увидел что она заплыла на середину реки. Он быстро разделся и пока она не смотрела в его сторону вошёл в воду и бесшумно нырнул. С открытыми глазами было привычно нырять особенно за раками и через несколько секунд он увидел приближающееся жёлтое пятно, которое быстро приняло очертание девичьего тела. Он не стал подныривать под неё, а просто вынырнул рядом, что вызвало у неё недоумение, потом и возмущение:

– Это ты? Ты же домой ушёл?

– А ты что, следишь за мной?

–Да нужен ты мне, что бы я за тобой следила сопляк!!!

– Нин, ну зачем же ты так, я же тебя не обижал, а ты ругаешься на меня? Приходи вечером к нашему двору, я спою для тебя сколько захочешь песен.

– А мне и так слышно как ты поёшь и мне не очень нравится твой репертуар.

– Хорошо, тогда давай я провожу тебя до берега, а то ты можешь утонуть от злости.

– Не волнуйся не потону и провожать меня не нужно, ты сначала сопли подбери и сам не потони, меня есть кому провожать до свидания мальчик.

Обидно, такое отношение в первый раз в его ещё маленькой жизни, вызвало настоящее отвращение к ней и он решил вычеркнуть её из памяти и не замечать больше. Ещё он заметил, что дети из малых городов намного общительнее проще и добрее детей из больших городов, а особенно из Москвы, эти дети очень высокомерные, неприступные и гордые, потом со временем они становились мягче и общительнее, когда увидели, что деревенские и провинциальные намного начитанее, воспитанее,

дружелюбнее и проще. Вот так глядишь и на следующий год приезжают уже совсем другие дети, видно за год происходит переосмысление происходящего и отношения быстро налаживаются, вот только на баянах ни кто не играет и не поёт. И только одна Нинка по отношению к Жорке так и оставалась снежной королевой. Симпатия к ней всё – таки так и затаилась в глубине Жоркиной души, но это не мешало ему общаться с другими девчонками, тоже красивыми.

Какими могут быть отношения между десяти летними мальчишками и девчонками? Понятное дело – простыми детскими, может возникнуть простая детская влюблённость без последствий, при полном запрете каких то там непонятных сэксах, эротиках и каких то уж совсем жутких порно. Советские лирические фильмы (про любовь) всегда начинались с симпатии, потом с настойчивых ухаживаний и жутких переживаний с обеих сторон, а когда дело доходило до поцелуев, то один из влюблённых обязательно уезжал на поезде, куда то очень далеко, осваивать новые земли, а другой участник этого бурного романа прибегал на перрон, когда поезд набирал ход и этот участник или участница с выражением вечной любви на лице и с огромной слезой на глазах только и смог, что помахать рукой, а тут и фильму конец. А если вдруг режиссёр пропустил постельную сцену, то участники этой сцены лежали под одеялом чуть ли не в ватных штанах и в валенках. Поэтому среди детей была только детская дружба и это было здорово.

После Клевенки Жорик по настоянию мамы сразу же отправился с баяном в другое село уже к дедушке, а там была совсем другая атмосфера. В этом селе все пацаны большую часть дня проводили в своём дворе. Родители весь день на работе, а дети следили за домашним хозяйством: убирались во дворе, в доме, убирали за скотиной, которую на весь день выгоняли на пастбище, а вечером встречали и разводили по дворам, старшие дети следили за младшими, вообщем без дела не сидели и постоянно были заняты. Выходили на улицу что бы сходить на речку искупаться несколько раз на день, да ещё и в огородах и в садах было много работы, всё это ложилось на детские плечи и они хорошо с этим справлялись. Неродная бабушка не под каким предлогом не допускала Жорку до работ в саду, так как он увидит какие там яблоки и виноград, расскажет пацанам, а те ночью залезут в сад и всё оборвут и только когда старшие тётки: Ольга, Валька, и младшая Танька, соберут там падальцы и принесут в вёдрах домой, вот тогда и допускали Жорку к ведру, но это уже не такие яблоки, они уже пролежали на земле до трёх суток, но он всёравно ел и думал, как же ему всё – таки покушать свежих яблочек? И придумал. В те времена летом пацаны в основном носили шаровары и майки самые простые. Шаровары в поясе фиксировались тугой резинкой, а так же каждая штанина внизу у самой ступни – тоже резинкой. Так во время утреннего купания он предложил пацанам залезть через забор в дедов сад так как калитка всегда была закрыта на замке, нарвать яблочек кто сколько пожелает и досыта покушать. От такого предложения на лицах Жоркиных друзей отобразилось недоумение: « Та ты шо Жортя, та хиба ж можно в свий сад лазить?»

– Можно, – с полной уверенность ответил Жорка – я разрешаю!! – и первым перемахнул через забор, а за ним и вся остальная братия. Дедовский сад был самым лучшим в селе, ветви деревьев под тяжестью плодов наклонялись до самой земли. Сорванные фрукты отправлялись в шаровары и когда верхняя резинка уже не могла выдерживать тяжести собранного урожая, бригада тем же путём отправилась на речку. Для всего населения села этот набег остался незамеченным, а фруктово – уборочная бригада отправилась вниз по течению реки реализовывать добытую непосильным трудом продукцию. Все наелись досыта, всё было очень вкусно, не то, что из ведра. Огрызки медленно поплыли по течению, а оставшуюся продукцию разнесли по своим дворам, так что к приходу родителей от неё тоже остались одни огрызки. Для дедовой семьи набег тоже остался незамеченным, вот только тётка Валька что то заподозрила и с какими то гнилыми приколами пыталась развести Жорика, но за свою короткую жизнь он уже повидал не таких разводящих, один только садистский боксёр чего стоит, а уж она то совсем мелко плавала. Нужно отдать должное пацанам, никто так и не узнал об этом походе за справедливостью, пацанам понравилось это предприятие, и потом пришлось пару раз повторить этот поход.

Главное то, что по вечерам, возле дедова дома, почти ежедневно до самого поздна, лились песни, уже из обновлённого репертуара, в сопровождении улучшенного исполнения на баяне, но всё равно Клевенка роднее и любимее и через три недели Жорик с огромным удовольствием въезжал в свой любимый город. Дом родной встречал его новыми стенами уже даже с окнами, но пока ещё без крыши. Быстрее просто не получалось так как строители приходили строить по вечерам и по выходным, главное, что стройка не останавливалась, хоть медленно, но уверенно шла вперёд. Побыв немного дома, пообщавшись с друзьями он отправился в заключительный летний рейс в Клевенку с баяном и с Томкой. Она тоже надолго покидала дом родной и чувствовалось, что ей там лучше, чем тут, у бабулечки ей тоже пришлось прожить большую часть своей жизни и она радовалась. Все обрадовались его приезду, хоть многие уже разъехались по своим городам и весям, нужно было готовиться к новому учебному году, а до него оставалось несколько недель, баян можно было и не брать, но он уже был для него как неотъемлемая часть тела, да и люди просто не поняли бы его, они тоже уже начали привыкать к маленькому оркестру, а главное то, что им нравилось Жоркино исполнение. Здесь ему исполнилось 11 лет, а Томке 4 года, так , что все уже почти взрослые и довольные. За неделю до учёбы Жорик прибыл домой и как – будто и не было лета, счастье очень быстро пролетает и начинаются серые будни. Первого сентября он уверенным шагом вступил в четвёртый класс. На первом же уроке учительница объявила, что Вова Лапаев с которым мы победили на конкурсе, перешёл в другую школу т.к. родители получили новую квартиру в центре города, но на его место пришла новенькая девочка по имени Люда она будет дальше учиться у нас в классе. Увидев Люсю поближе он вспомнил, что она была с ним детском саду четыре года, но после этого прошло уже три года и она конечно же повзрослела и была очень красивой, но серьёзной.

– Придётся в дальнейшем её повеселить, но уж больно серьёзная!! – подумал Жорка, девочка даже не улыбалась, а внимательно рассматривала своих будущих одноклассников. Наконец её взгляд упёрся в Жоркино полу улыбчивое лицо и она вдруг кивнула ему головой и так улыбнулась ему, что его шутовское сердце замерло и с бешенной скоростью забилось, чего он никак не мог ожидать. Обладательница такой улыбки могла разбить не одну сотню пацанских сердец. На первой же перемене она сама подошла к нему:

– Привет Жорик, ты как всегда весёлый, и как всегда рот до ушей!!

– Привет Люся, какая ты стала красивая!!!!!!

– Ну что ты, в садике ты меня не замечал, ты только с Танечкой дружил – со слабым упрёком ответила она.

– Мы и сейчас с ней дружим, она же моя соседка, она в четвёртом « В» учится, думаю, что вы ещё не раз с

ней увидитесь. Скажи, где всё это время ты была, почему я после садика не встречал тебя в городе?

Люся рассказала что они с мамой и папой всё это время жили в селе большая Таволожка, но недавно умер её папа и они с мамой и младшим братом переехали жить в Пугачёв, что мама устроилась на работу в кирпичный завод в контору, им дали большую комнату в семейном общежитии и вот теперь она будет учиться в этой школе. Для Жорика это было неожиданное явление и как то перепуталось всё в голове. Танюшка была блондинкой и как я уже говорил, красавицей и скороспелкой, очень похожей на Марину Влади, только ещё красивее, а Люся очень красивой брюнеткой, очень похожей на Красавицу Чоритту из западного фильма « Королева Шонтэклера», только не смуглую, а с кипельно – белой кожей, глядя на неё можно было подумать, что солнечный загар просто побоится пристать к такой коже, огромные серые глаза и длинные чёрные ресницы, она тоже была из когорты скороспелок. Ни кто из девчонок просто не мог сравниться с их красотой. Пока шла Люськина акклиматизация на новом месте, Жорка иногда, как бы невзначай проходя мимо задевал за неё, что вызывало у неё лёгкую улыбку, говорящую о том, что ей нравится его внимание. Другие пацаны конечно же не могли этого делать так как красота часто отпугивает даже смельчаков. Жорке конечно же ненужно было заигрывать с Люсей, ведь Танюшке не понравилось бы это, но что то всё равно толкало его к ней, прямо скажем, не правильно это. Со временем все привыкли к его заигрываниям, ведь дальнейшего развития они не получали и всем было просто комфортно. На результаты учёбы это не влияло, Люся училась на пятёрки как и Жорик. Школа была маленькая, восьмилетняя,

поэтому начальные классы учились с утра, а старшие с обеда и до вечера. В его семье жизнь шла с переменным успехом, частенько скандалили папа с мамой, Жорик как мог успокаивал, но негатив от этих скандалов всё накапливался и накапливался. После долгих переговоров, перемирий и уговоров Тоня решила подавать на развод. Папа как всегда не поверил в это, а когда принесли повестку на собеседование в суд, то его боевые и трудовые руки задрожали крупной дрожью и на собеседовании он поклялся народному судье, что никогда в жизни больше этого не допустит. Как же тут не поверить? Тоня видела, что удалось запугать мужика и согласилась на мировую, даже когда они веселились в компаниях, по возвращении домой мирно ложились спать и Жорику уже верилось что наконец то наступил долгожданный мир. Тем временем работы на стройке подходили к завершению, стены внутри оштукатурили накрыли крышу, застеклили окна, пристроили большие сени с чуланом подвели бетонную дорожку от входной калитки, провели и подключили отопление, сделали и подключили электропроводку, подвели и подключили канализацию, а тут и зима как по заказу пришла. Чистовую отделку помещения ( покраску, побелку и т.д.) решили отложить до весны.

Несмотря на то, что новое помещение было недоделано, Тоня решила на время перенести свою кровать, комод и несколько стульев, что бы освободить побыстрее спальню для Жорика и Томы, ведь до настоящего момента он спал на узкой кровати на кухне, а теперь у него была односпальная взрослая кровать с панцирной сеткой, на ней и спать то было приятно, но положительные перемены, начали перемешиваться с отрицательными. Папа сначала начал просто очень часто запивать, а после попоек дело доходило приступов с белой пеной на губах. Скорая помощь откачивала его и он опять клялся и божился, что всё – это последний раз, но после очередной поездки в село всё начиналось по новой и от закалымленных денег оставались лишь смешные гроши. В тех местах, где он пил и гулял научились безболезненно опустошать его карманы, хорошо что мама ещё получала за него зарб. плату. Даже ребёнку было видно, что его отец становится настоящим дураком, он стал и разговаривать как дурак, не с того ни с сего вобуждался и орал что попало, и Тоня, решила отправить его в психушку при условии, если он откажется лечиться, то она с ним разойдётся, да и Жорка со слезами на глазах упрашивала его что бы он ложился поскорее в больницу. Он согласился но что бы это было без огласки. Лечили его долго – больше месяца. И вот после лечения он явился домой совсем другим человеком, но почему то в блиндаж не ходил несмотря на многочисленные заявки. На дворе уже вовсю хозяйничала зима, и он своим заказчикам сказал что прощается с ними до апреля. Просто после всех запоев и нечеловеческой усталости, ему нужно было набираться сил, а небольших калымов у него и на основной работе было много, поэтому до апреля в семье воцарился долгожданный мир. Тоне не хотелось больше никаких калымов, ведь это всё могло бы вновь повториться. Неожиданно на работе её позвали к телефону. Звонила её подруга Анна Фёдоровна:

– Тонечка (так она её очень часто называла), в городе открывается новое предприятие, называется оно – Машино – счётная станция, организацию нужно создавать с нуля, дело это новое, нужно набирать штат от директора до уборщицы и я решила на должность директора выдвинуть тебя, так что приезжай на собеседование в горком, я жду.

Это сообщение сильно взволновало Тоню, но по дорге в горком она немного успокоилась, ведь подруга не предложит ей плохую работу, а на собеседовании ей сказали, что за лето она должна создать коллектив, обучить операторов счётно – вычислительных машин и приступить к работе, а осенью ей прийдётся поехать в город Курск на три месяца на курсы директоров, а потом ежегодно нужно будет ездить в Саратов на курсы повышение квалификации, но это уже будет потом. Такого карьерного роста не она, ни кто другой просто не мог ожидать, а ей нужно было ещё и мужу объявить о том, с завтрашнего утра она уже директор, хоть и небольшого но предприятия со всем управленческим аппаратом, в общей сложности 40 человек, с зарб. платой чувствительно большей предыдущей, с легковым новым «УАЗиком» и водителем, вообщем со всем и всеми, что полагалось директору. Она смело объявила Филимону о новой должности, а он просто и без эмоций отреагировал на это простой народной поговоркой:

– Ну что же, как говорится, кесарево – кесарю, а слесарево – слесарю, очень рад за тебя, думаю, что ты с этой работой справишься, теперь мы с тобой будем из разных слоёв общества.

– Хватит тебе уже прибедняться – ответила Тоня – ты зарабатываешь побольше любого директора, одеваешься как министр, из ресторанов не вылазишь, уж тебе ли прибедняться, если бы поэкономней жил, давно бы уже на « Волге ездил».

– Ладно, работай на здоровье, а о «Волге» я подумаю. – Этой думе не пришлось сбыться, о чём в дальнейшем мы ещё узнаем. Между тем стройка почему то затормозилась, учитывая такие крутые перемены в жизни семьи, доделывать отделку не собирался никто. Весной отец как и обещал, встал за станок в своём блиндаже, выглядел он отдохнувшим и полным сил, и дело пошло.

Четвёртый класс Жорик закончил на отлично как и предыдущие классы, правда пару раз пришлось выстоять экзекуцию ремня по шкуре хулигана, но это было уже привычно и ремень казался ему уже мягким, просто он делал вид, что ему больно, да ещё сердце согревала народная поговорка, что за одного битого двух небитых дают и где то в глубине этой избитой ремнём души теплилась маленькая искорка гордости за себя, а у «жандарма» в душе приживалось удовлетворение от того, что порок наказан, торжествует добро и справедливость. Теперь его наказывали в основном за то, что он в плане воспитания поколотил слегка одного из своих «гвардейцев» за то,

что тот обидел слабого, а тот, хоть и был в дворовой «гвардии» нечаянно пожаловался родителям, а родители уже отчаянно пожаловались Тоне, с обещанием что в следующий раз пожалуются в детскую комнату милиции. После чего вечером, после экзекуции, на общем собрании « гвардии» пришлось вывести жалобщика из состава этого мужского, прямо скажем, общества, что явилось хорошим примером для всех остальных членов, а куда деваться, не обижай слабых.

Жорик всё так же, как и тогда вечером заходил в блиндаж к отцу, тот как и тогда очень много обещал, а Жорик на этой очень зыбкой почве мечтал. Мама очень энергично занималась созданием своего предприятия и это у неё очень хорошо получалось, она умела руководить, это матушка природа одарила её такими качествами, поэтому не мешкая он вместе с баяном и с ещё более обновлённым репертуаром отправился в любимую Клевенку, где его уже ждали и родные, и друзья. Так приятно вновь очутиться в любимом месте в окружении хороших людей!! В Клевенке в компании друзей было тоже разделение по возрасту ровестников Жоркиных было человек семь, пару человек старше на год, человека три старше на два года и двое старше на четыре года, но эти двое редко составляли основную компанию, это и понятно почему, они закончили восьмилетку и собирались учиться дальше. Между границей улицы села и рекой простирался большой пустырь, на котором был сделан стадион, примитивный конечно, но размер футбольного поля был соблюдён, а сзади футбольных ворот были устроены разные сектора: для прыжков в в ысоту, в длину, по бокам поля устроены беговые дорожки. На этом стадионе Жорик с друзьями постоянно устраивали соревнования по лёгкой атлетике. Старшие конечно же по многим дисциплинам были сильнее, но не всегда, к примеру Сашу Жигалина на стометровке сколько не пытались, но не смог обогнать ни кто, а он по возрасту и по росту, относился к младшим. Среди молодёжи хоть младшего, хоть старшего возраста всегда существовало соперничество и соревнования в любой форме были обычным явлением. Как в учёбе так в спорте слабые тянулись за сильными и многие добивались больших успехов. Политика государства была направлена на всеобщее образование, оно было бесплатным во всех учебных заведениях, параллельно с этим как школьники, так и студенты занимались спортом, участвовали во многих соревнованиях даже в международных на всех уровнях. Советские спортсмены были самыми сильными и лучшими на земле во всех дисциплинах за редким исключением.

Глава 10.

Это лето было очень похожим на прошлое, только все стали на год взрослее и на внешность немного изменились, а также и репертуар у Жорика тоже изменился, прибавилось несколько шлягеров и он их от всей души исполнял для своих слушателей. Выступления в основном проходили возле бабулькиного двора на скамейке, а все слушатели располагались где придётся в основном стоя. После кинофильма начинался Жоркин концерт и так практически каждый вечер. Нинка теперь тоже приходила послушать, но Жорик не обращал на неё внимания, он просто понял, что ему с ней не по пути и большим усилием воли заставил себя забыть о ней. Она же в свою очередь дружила со своими ровесниками и постарше, но это уже не мешало Жорику жить и от осознания этого его жизнь стала проще. Таким образом прожив в любимом селе месяц, он отправился в нелюбимое село тоже с баяном, где его тоже ждали. Политика бабы Ганны и тёток в отношении сада и фруктов была неизменной, а из пацанов ни кто не проболтался о набегах на дедов сад, значит нужно спокойно продолжать это правильное дело, что они и делали, только на этот раз, выставили наблюдательный пост (самого младшего). Он следил за дедовым домом и если кто – либо из жильцов направлялся в сторону сада, а расстояние было метров 200 то он подавал условный сигнал и всё становилось на свои места. А вот из ведра приходилось есть падальцы уже через силу, что бы не заподозрили измену, но теперь он от силы съедал два яблока, на что ехидная тётка Валька говорила:

– Что то Жорка мало ест яблок? – на что он ей с раздражением отвечал

– Сама жри эту кашу!

Нужно было видеть выражение бескрайней радости на её лице, было очень непонятно, за что же она его так ненавидит? Тут ещё дело в том, что на счету у Жорика это был не первый сад и огород. Проживая даже в таком маленьком городе он вместе с «гвардией» делал не один набег на подобные объекты в частном секторе, который преобладал в маленьком городке, только здесь это делать было сложнее так как хозяева этих объектов жили непосредственно рядом. Практически в каждом дворе была злая собака, которая могла быть очень больших размеров, что усложняло осуществление захватнических планов «гвардии». Успокаивало то, что частных домов было очень много. Набеги всегда проводились в тёмное время суток и хозяева побаивались выходить во двор во время экспроприации, но и экспроприаторы не наглели, брали немного и уходили, веток не ломали, грядок не вытаптывали, вообщем до милиции дело не доходило.

В нелюбимой деревне тоже всё было как и всегда, только соревнований ни кто не устраивал и было скучно. К младшей тётке днём постоянно приходили подружки и он как мог развлекался с ними. Они тоже были не против похулиганить, так образовалась весёлая компания, Жорик выдумывал разные истории и рассказывал им, анекдоты уже шли в ход, потом пили чай с пышками и со сливками, потом все разбегались по домам, а вечером все собирались как и в Клевенке у дедова дома. Концерты заканчивались за полночь, после чего кто парами, кто без пары расходились по домам, а Жорик с тётками уходили домой и быстренько ложились спать. Однообразие быстро начинало надоедать и через пару недель он отправлялся домой, по которому очень скучал.

Здесь он застал всех в трудах, трудились и мама и папа не покладая рук. Все понимали, что осенью мама поедет далеко в чужой город Курск – город Герой, там и снабжение должно быть получше и нужно подкопить денег для трёхмесячного проживания, на командировочные деньги можно было только очень скромно питаться в столовой и то не досыта, а ещё хотелось купить что – нибудь из одежды вообщем деньги всегда нужны особенно далеко от дома. Жорик не без вымысла рассказал друзьям о своих похождениях в деревнях, немного побыл дома и опять отправился в любимое село, аза неделю до школы приехал домой готовиться к учёбе. Теперь уже по каждому предмету были разные учителя и дневник уже был настоящий, да и чувствовал себя Жорик почти взрослым человеком всё таки начальная школа уже позади и к каждому новому учителю нужно привыкать. По основным предметам: математике, русскому языку, геометрии, литературе были взрослые учителя с большим опытом, а по остальным по разному, кто то с опытом, кто то с небольшим опытом. Ему очень нравились как новые предметы, так и учителя, к тому же классным руководителем назначили молодую учительницу Наталию Андреевну Дубовицкую. Она была привлекательной симпатичной брюнеткой, очень умной и серьёзной, она сразу понравилась всем ученикам, её внешний вид заставлял подчиняться ей беспрекословно. В глубине души учеников сразу затаилась надежда на то, что она нас не бросит и все старались учиться как можно лучше. Многие из учеников занимались в различных кружках и спортивных секциях. К примеру Жорик занимался в секции по лёгкой атлетике, Люся занималась в секции гимнастики и в кружке рисования, у неё везде всё получалось очень хорошо, наверное поэтому она и была такой красивой, у неё и походка была не такая как у всех, она не шла, а как будто плыла над землёй. Нужно честно сказать, что она нравилась не только Жорику, а очень многим, даже старшеклассникам, но она не обращала на них внимания, скорее всего она надеялась, что он предложит ей дружбу, а он ещё не созрел до таких отношений, его устраивали ежедневные заигрывания и не более того, к тому же Танюшку он бросать не хотел, с ней у него была настоящая дружба, он спокойно целовал её в щёчку и она отвечала ему тем же, он спокойно мог обнять её, взять под ручку, одарить её своим вниманием, как это делают старшие. Люся так и осталась для него одноклассницей.

Как то незаметно подкрался ноябрь и мама отправилась на учёбу в Курск. Отец клятвенно обещал ей что пить не будет, что будет следить за Жоркой, что всё будет хорошо. Сразу же после её отъезда он перенёс свой станок в недостроенный зал и плёл сетку уже хороших условиях, соответственно и результат был очень хороший. Готовую продукцию он выносил в сарай и всё шло как по маслу. Через две недели он отгрузил машину и отправился в село. Через некоторое время, уже ближе к вечеру, он вернулся с полным карманом денег:

– Сынок, собирайся, поедем на почту, пошлём маме денег, да и поужинаем заодно, как думаешь, сколько пошлём?

– А сколько у тебя есть?

– Много.

– Тогда давай пошлём рублей 200?

– Ты глянь, я тоже так хотел.

Они дружно отправились на почту, там отправили нужную сумму, а после чего папа повёл его в ресторан « Иргиз». Это был первый поход Жорика в такое заведение. Официантка очень внимательно и быстро обслуживала их столик, папу нежно называла Лимончиком и всегда ему нежно улыбалась. В ресторане было совсем всё по другому, в отличии от столовой как небо и земля. Всё чисто и очень вкусно. Из спиртного себе графин водки, а сынку бутылку вина « Портвейн 777».

– Это мне?? – спросил Жорка.

– Пей, оно слабенькое. – и налил ему целый фужер.

Он выпил пол фужера и сразу начал пьянеть, это было первый раз в жизни. Они сытно и много ели, но Жорик больше не пил. Тут папа достал из кармана пачку денег, вытянул из неё 25 рублей одной бумажкой и сказал:

– Возьми деньги, это тебе на мелкие расходы будешь ходить в столовую в обед и вечером и ешь досыта у нас с тобой деньги есть, а сейчас пойдём, я провожу тебя на остановку, а то уже темнеет меня не жди, я могу поздно прийти, позови к себе кого – небудь из пацанов и никого не бойся, я рядом. В то время в столовой на 1 рубль можно было наесться до упада. Столовых в городе было много, у каждого предприятия была своя столовая, но во всех столовых кормили одинаково, порции были большие и сытные. Двенадцати летнему пацану в обед хватало досыта наесться на 50 копеек, а вечером итого меньше. А теперь старшеклассники учились во вторую смену т.е. с 13 часов и до 17 – 18 часов. Таким образом Жорик утром завтракал дома, что Бог послал, в обед он шёл в столовку к 11-30 часам, спокойно ел и шёл в школу, в 11-40 он был уже вшколе. После уроков он как раз успевал к закрытию столовой, его сытно кормили, а домой с собой он брал штук десять ещё горячих пирожков с разными начинками на всякий случай: может папа захочет, если он дома, а если нет, кто – либо из друзей поможет съесть их, уж очень вкусные были пирожки особенно после того, набегаешься на улице. Обычно в 22 часа все укладывались спать, а утром всё начиналось сначала. Без матери конечно было немного скучновато и некомфортно, но когда у тебя полон карман денег, ты не пьёшь и не куришь, то про скуку забываешь. Обычно папа пропадал на 3-4 дня а потом заявлялся с пустыми карманами, но на работу он ходил регулярно и всё опять же начиналось сначала и таких сначал за три месяца было где то около шести. Поездка в деревню, почта, ресторан, финансирование сына как обычно 25 рублей, и длительное пребывание в гостях у очередной «фиалочки», так он называл своих любовниц. В школе красавица Люсенька прислала ему записочку: « Жора, твой папа ходит в гости к нашей соседке и частенько у неё ночует.», на что Жорик отвечал: « Она хоть красивая, эта тётенька?», « Да очень красивая!» « Мне ничего не остаётся делать, как только гордится своим отцом, дай Бог ему здоровья.», « А мне думается, что с таким папой ты в дальнейшем пойдёшь по его пути, а это плохо, это предательство!!!». Бедная Люсенька, она даже не догадывалась, что он уже практически стоял на этом пути, особенно в своих мыслях. Но вот как гром среди ясного неба, в наш с папой бобылёвский дом: « Встречайте воскресенье из Саратова.», – это был конец февраля, оставалось три с половиной дня и папа срочно созвонился с деревней, к вечеру уже приехал грузовик они быстро погрузили сетку и уехали. Через несколько часов папа вернулся с очень озабоченным видом, двумя литрами водки, с множеством всякой еды в авоське и ы сразу сели ужинать. Он как то незаметно выпил полторы бутылки водки и собрался было уходить, но Жорик встал перед ним неприступной стеной и попросил его оставить деньги дома. Папа конечно же согласился и стал доставать из разных карманов горстями скомканные деньги, от этого на столе образовалась приличная куча. По приказу отца в этой куче насчиталось 700 рублей – просто бешенная сумма, но он сказал отцу что здесь 500 рублей, тоже бешенная сумма. Он глубоко вздохнул выпил пол стакана водки – на посошок и начал собираться в поход, а в это время Жорик 500 рублей быстро засунул себе за пазуху, а ему отдал 200.

– Что то маловато сынок?

– Мама приедет, а у нас шаром покати, тебе не стыдно будет перед ней?

– Ну ладно, я подался, утром буду.

– И он подался, очень пьяный конечно, но удержать его было невозможно, а на прощанье велел взять себе привычную сумму 25 рублей. Жорик быстренько отправил заветную сиреневую бумажечку к тем, что уже там скопились в тайнике, а себе оставил несколько бумажечек достоинством поменьше на всякий случай. Утром папа конечно же не пришёл, заявился он только к вечеру и сразу попытался отжать у сына побольше денег, но он уже призабыл, сколько было денег и куда они подевались, на что Жорик заверил его, что ты же все деньги забрал с собой. Папа как то смутно помнил что брал деньги, но сколько уже вспомнить не мог. Он даже не помнил, что две бутылки водки остались и тут жорик не мешкая ни секунды достал одну из них:

– Вот возьми опохмелись да ложись спать, утром маму пойдём встречать.

– Она что, уже завтра приезжает?? – Жорик подал ему телеграмму и вопрос был исчерпан.

– Пап, ты должен выспаться, а то, что она подумает??

– Не волнуйся сынок, всё будет путём, встретим мамку твою. Чувствовалось, что он совсем не соскучался по своей жене, ну куда же деться от таких дорогих фиалочек?? Жорик как мог наводил везде порядок перед приездом мамы, накупил на базаре всё, что только возможно, вообщем старался пацан. Как он любил встречать, кто бы только знал, а вот провожать не любил, расставаться с близкими людьми всегда плохо. Войдя в дом мама всё увидела и похвалила, потом раскрыла свои два чемодана и начала раздавать покупки, а их было много, но главное что удивило Жорку это ананас. Это действительно была диковинка и в здешних краях его никто и никогда не продавал, даже на базаре, он был большой и колючий, но очень вкусный, про станок который расположился в зале она не сказала ничего, просто папа после обеда с помощью сына перенёс его в блиндаж и установил его там. Между делами Жорка вручил матери 500 закуркованных рублей, она просто ожидать не могла такого счастья, а оно свалилось её на голову и причин для раздоров в семье просто не было. Но это не на долго. Папа немного очухался от запоя и принялся за работу, тут же его начали мучать сомнения, как же она там три месяца жила без мужика в общежитии? Это был конечно же главный вопрос, он прекрасно понимал, что ей обязательно расскажут о его походах к фиалочкам в нашем городе все друг – друга знали и всё про всех тоже знали. Он решил действовать на опережение и начались разборки, сначала в лёгкой форме и по трезвости, ей тоже было о чём спросить благоверного, начиная с Владивостока. Во время этого обоюдного расследования Жорик очень многое узнал из истории его семьи, что фиалочки были ещё до его рождения и продолжают цвести в папином «саду» по сей день. А дальше больше уже начиналось стучание кулаком по столу и совсем скоро рука папы вновь поднялась, но семье были хорошо знакомы эти предпосылки, мама с сыном быстро выбежали из дома во двор, где было людно и люди по громким крикам поняли что пора вмешаться в этот процесс сами вызвали милицию и она быстро приехала, папа даже не успел притвориться трезвым, но не сопротивлялся. Мама тут же написала заявление, папу подстригли наголо и отправили на 15 суток в камеру. Этого он конечно не ожидал, а там его встречали такие же лысые друзья и все делились опытом, получалось что те, кто сидит, очень хорошие люди, а те кто их туда отправил, сволочи и козлы и тех кто это сделал нужно будет гноить и т. д. Подобные курсы усовершенствования методов садизма всегда шли на пользу дебоширам, они ещё сильнее обозлялись на своих близких, ведь после этой отсидки ему придётся ходить по городу с лысой головой, а в то время с такой причёской ходили только зыки и солдаты, а так, как для солдата он уже был взрослым, то вывод напрашивался один. Зато у Жорика с мамой наступило две недели праздника, мама срочно, имея такую сумму на руках, наняла двух женщин штукатуров – маляров и они за неделю окончательно отделали зал, Жорик помог ей повесить новые жторы, купили и постелили три длинных дорожки, вообщем перестроили всю обстановку, а чего не хватало, купили. Теперь это было похоже на настоящую квартиру почти со всеми удобствами. Две недели пролетели быстро и однажды утром Жорик учил уроки, а в дверь настойчиво постучали, открыв дверь он увидел до боли «любимого» папу и «обрадовался». На лице папы не трудно было прочитать следы нестираемой, неугасаемой злобы. Жорик как то нечаянно подумал, что через пару дней он вновь отправится туда. На этот случай все соседи сказали маме, что больше терпеть это скотство они не будут и как только услышат ругань, сразу будут вызывать милицию, а если будет нужно, то напишут на него заявление, ведь вседети слышат эти оскорбления и мат. С такими предложениями от соседей Жорке с мамой чуть – чуть легче стало жить, согревало душу то, что им не безразлична судьба этих по настоящему несчастных людей. Но Жорик не угадал. Не через два, а через три дня садист всётаки успел ударить маму по лицу, но милиции как раз удалось зафиксировать этот факт, маму тут же отвезли в больницу, сняли побои, соседи тоже написали своё мнение о постоянстве этих происшествий, а в милиции он как бы невзначай, оскорбил блюстителей порядка, это не Тоня с Жоркой и получил он там по заслугам, только следов не было, но болело долго, на утро ему в голову закралась мысль: «Как же так, меня, такого хорошего, работящего, почти честного человека, так побили??!!». Утром на допросе его ознакомили с показаниями потерпевших и свидетелей и предупредили, что жена на суд подавать не захотела, так, что 15 суток сидишь, а потом с почти чистой совестью пойдёшь уже за настоящим сроком, в тюрьме таких как ты уже ждут. Странно, такой взрослый дядя, а понять, что так вести себя нельзя, не мог, видно цыганская кровь не давала покоя. Ничего не поделаешь, пришлось ещё 15 суток отдохнуть на нарах и на общественных работах, хоть и стыдно под конвоем работать на городских улицах, но стыд быстро забывается особенно после первого стакана и вновь появляется злоба на плохую жену и ненужных ему детей, ведь он такой хороший, такой красивый, такой работящий, а как он себя любит горячо любимого и за что же так с ним обращаются?? Как не обидно было Лимончику, но выводы нужно было делать, ему уже подсказывали лысые « друзья» в камере:

– Зачем тебе работать на производстве, ты же по договорам калымишь, с тебя так же удерживают подоходный, едешь в село, заключаешь договор, там тебе дают временное жильё, кормят в столовой, если подадут на алименты, то пусть сначала тебя найдут, даже если и найдут будешь платить 3 рубля в месяц, а сам будешь жить как туз бубновый.

Папе понравился такой расклад и он сильно запал ему в сердце, он быстро среагировал на эту тему. По окончании срока, он сразу же уволился с основной работы, собрал свои вещи и исчез в неизвестном направлении. Только одного не сумел просчитать наш цыганёнок, что у Тони теперь личная машина, что на директорскую должность дураков и цыганят не ставят. Она очень быстро при помощи телефона и своих уже обширных связей вычислила его место нахождения, съездила туда, взяла копию его трудового договора, подала на алименты и просто притаилась на время. При первом же появлении папы дома она предупредила его, что подала на алименты на двоих детей 33 процента. Ему конечно же такое известие радости не доставило и он быстренько ушёл как всегда наобещав Жорику золотые горы. Вот теперь жить стало лучше и спокойнее, даже не верилось, что его не будет, правда неизвестно сколько не будет. Свой станок из блиндажа он тоже забрал, а весной мама наняла рабочих, они разобрали блиндаж, а яму закопали. Папаша появлялся всё реже и реже, а алименты стали приходить почти регулярно, но суммы очень маленькие. Он как то договаривался с председателем колхоза и его принимали временно на пол ставки токаря, а сетку он плёл уже только в свой карман. Тоне не составило труда всё это вычислить, ведь она ещё была народным заседателем в суде и таких умников за десять лет повидала очень много. Как только папа заканчивал работу и переезжал в другое село, Тоня приезжала сюда, всё выясняла, документы складывала в специальную папочку и ещё надеялась, что цыганёнок всё таки поумнеет. Жорику она объясняла как могла, что папа ведёт себя очень не правильно по отношению к детям и к ней и становилось понятно, что он просто обворовывает их. Во время одного из редких появлений Жорик рассказал ему о своих догадках, он начал вешать лапшу на детские уши, что он ещё сам пока мало заработал, что скоро он будет платить больше. Мама подала на развод, но процесс затягивался во первых повестки приходили домой, а он уже давненько не жил по этому адресу и только когда пришло очередное уведомление, что за регулярные неявки в суд его привлекут к уголовной ответственности, он явился. Им дали пол года на раздумье. Что то опять произошло в цыганской голове и он засобирался вернуться домой и вернулся не на долго, но быстро понял, что не нужен никому, что даже Жорик однажды попросил его уйти. Трудно было понять, что такой любимый никому не нужен. Обидно, но постоянная угроза тюрьмы со всех сторон заставила его уйти совсем. Время от времени с разных мест его работы приходили гроши, но семью такой подход к делу не мог устроить и Тоня взяла ситуацию под постоянный контроль. Стали выясняться очень не красивые вещи, тут уж он врал мастерски и скрываемые им суммы росли, а так, как его пока никто не привлекал, он думал, что так теперь будет всегда. Но как мы знаем что счастье вечным не бывает, а если и бывает, то очень и очень редко, ведь не зря же синюю птицу счастья ещё никто не видел.

Между тем во дворе жизнь шла своим чередом. Взрослые пацаны собирались в свои кампании, обсуждали свои пробле мы, а младшие свои и у них стал появляться свой настоящий лидер Жорик, он стал лидером просто в результате всеобщего признания, а детский суд – самый справедливый суд после Господнего суда. Среди взрослых был тоже свой лидер Мишка Дергилёв, хотя взрослые долго не хотели его признавать, а жизнь сама поставила всё на свои места. Мишка был известным в городе спортсменом: футболист, легкоатлет, вратарь один из лучших, хоккеист, лыжник – вообщем универсальный спортсмен. Он так же был одним из лучших бойцов в уличных драках и в борьбе. Очень видный красивый парень, блондин высокого роста, стабильно привлекающий к себе внимание прекрасного пола. Это был организатор различных мероприятий, всегда с неизменной улыбочкой на лице, он уже подходил по возрасту к совершеннолетию и мог

похвастать перед друзьями несколькими амурными историями.

Не обходил он вниманием и младших пацанов, он видел что у них сложилась своя бригада « гвардия» и Жорка старался быть нормальным командиром. В бригаде было несколько человек постарше Жорки: Мазепа, Ерёма, Влька Елфимов, первым двум не нравилось такое руководство, но в борьбе на песке и в рукопашной до первой крови они сильно уступали Жорке, да ещё как мы все знаем что масса – это сила, против массы не попрёшь, да ещё они были приходящие с соседних улиц, просто им нравилось общаться у нас во дворе. Дергиль постоянно устраивал борьбу на песке, обучал пацанов самым простым приёмам из вольной борьбы и это хорошо получалось, а главное он где то нашёл две пары боксёрских перчаток и это был верх мечтаний для пацанов, но далеко не все хотели выйти один на один друг с другом, а со временем втянулись и не боялись стукнуть несколько раз. Перчатки конечно же были великоваты, но это были мелочи, зато синяков на лице не оставляли, вот тут и выявлялись лидеры, а что может быть справедливее честной борьбы? Однажды у Жорика с утра появилось свободное время и он решил сбегать в кино-театр «Ударник» на кинофильм «Мальчиш Кибальчиш». Купив билет он прошёл на своё место и стал ждать начала. Перед ним расположилась компания из трёх пацанов где – то его возраста, а может чуть старше, ему не понравилось как они надменно с усмешкой посмотрели на него, но фильм начался, зал был полон. В середине просмотра пацан, что сидел перед Жориком вдруг залез на спинку своего стула и загородил спиной половину экрана, Жорик тут же попросил его сесть на место, а тот не отреагировал на его просьбу, Жорик повторил свою просьбу, тот взял (нехороший мальчик) и послал его на три буквы. Жорик больше не стал его упрашивать и с правой ударил его в спину, мальчик падает, ударяется подбородком об спинку переднего стула, рассекает кожу на подбородке и обливаясь кровью плачет. В зале сразу поднялся шум, зажгли свет, мальчика тут же забирает скорая помощь, а Жорика в присутствии свидетелей, забирает милиция. Хорошо, что свидетели показали всё как было, иначе всё могло бы кончиться плохо, рассечение было серьёзным, наложили несколько швов, вызвали маму, а Жорика поставили на учёт в детской комнате милиции как злостного борца за правду и справедливость. А мама после того как вышли на улицу сказала: « Молодец сынок, смог за себя постоять, да и за меня всегда заступаешься, одно слово – мужчина!!!», – если бы вы знали, как приятно было слышать от мамы такие слова!!? Это было первое, но далеко не последнее свидание с органами внутренних дел. За этот поступок отвечать Жорику не пришлось, так как свидетели показали, что он предупреждал пострадавшего, а тот обругал его нецензурными словами. Тут конечно же правда победила, а справедливость восторжествовала, но в школу всё таки сообщили и всё обошлось благополучно, а то ведь могли и пионерский галстук снять. В школе шло своим путём, было по всякому, но учился он как и всегда на одни пятёрки. Таким образом пятый класс закончился, Жорик уже вовсю давал вечерние концерты, его лучший друг Андрей закончил четвёртый класс школы и третий класс музыкалки, он уже показывал Жорику что то новое, новые аккорды, Жорик чувствовал, что его исполнение становится примитивнее, обращался к Андрею, а он уже подсказывал Жорке как правильнее и красивее объигрывать сложные места. Дядя Петя с гордостью наблюдал за этим процессом усовершенствования и наконец то был очень доволен. За этим последовала Клевенка, потом Ивановка, потом Пугачёв и Клевенка, во всех этих местах всё шло с неизменным триумфом и аншлагом, даже Нинке нравилось, ну а Жорику и подавно его концерты были по душе, девчонки просто заслушивались и засматривались на него, на что он очень спокойно реагировал, как будто знал, сколько девчонок и женщин его ждёт в самом ближайшем будущем. В конце прошедшей зимы четыре дома, что строились за его домом, сдали в эксплуатацию и Танюшкины родители получили второй по счёту дом. Это был неописуемый восторг, пацаны все ходили помогать переносить вещи и рассматривали каждую комнату. Для семьи в четыре человека это были царские хоромы. У Танюшки был Брат Виктор, он был младше на год и тоже состоял в дворовой бригаде, но был незаметным членом коллектива, а с переселением на 200 метров от двора, стал как то всё больше отдаляться от коллектива, так же ещё два брата Сафоновы, они получили соседний такой же дом и тоже стали как то отдаляться от бригады, хоть иногда и принимали участвие в соревнованиях ( дворовых) по хоккею и футболу, по лёгкой атлетике и лыжам, вот только по борьбе и боксу они все трое побаивались соревноваться, там ведь больно может быть. Дергиль во время всех соревнований наставлял: « Запомните, вы можете столкнуться на улице с группой хулиганов, и если они начнут к вам приставать, то вам придётся с ними драться, группа может быть больше вашей, но вы все дружно должны будете вступить в бой и биться до победы, пока противник не сдастся. Если же кто то из вас струсит и побежит, то по возвращении во двор будет вами избит и больше никогда с вашей компанией не пойдёт, все поняли??». Конечно же все поняли, но после такой лекции, некоторые члены задумались о будущем и вели себя очень осторожно, особенно когда коллектив собирался выйти в центр в кино или просто прогуляться, здесь уже включался инстинкт самосохранения и многие из таких парней за свою жизнь так и не разу не подрался ни с кем, такое тоже было. Основной костяк состоял из десяти человек, это те, кто не побежит и будет биться до конца и это им приходилось доказывать в дальнейшем не один раз. Если же вдруг пришлось угодить в милицию, то все должны говорить одно и тоже, это тоже всегда помогало в сложных жизненных ситуациях не один раз. Пацаны занимались и понимали, что это всё пригодится в будущей жизни, ведь придётся ещё и девчонку провожать в другую часть города, а там свои порядки. А вот с Танюшкой дела пошли совсем хорошо, сутра и до вечера родители на работе, Витька в школе, а парочка до 12 часов дня предоставлены сами себе и никто не может помешать, а главное никто не видит. В подъезде, если было как раньше обязательно бы их срисовали и доложили родителям, а тут полная тишина и лёгкий интим. Она прекрасно понимала, какую цель преследует Жорик, но спокойно шла к встрече, ей тоже было интересно. Сначала они просто обнимались взаимно, потом целовали друг друга, а потом она пригласила его в свою спальню, а там они легли на её кровать, он ласково гладил её тело поверх халата, сердце почему то очень сильно билось, даже страшновато как то было, поцелуи за поцелуями вперемешку с объятиями, шёпотом, с глубокими короткими вздохами. В таких приятных ситуациях время летит быстро, вдруг зазвонил будильник в зале, от неожиданности Жорка вздрогнул, этот звук как то сразу остудил его пыл:

– Жор ,не бойся, это я специально его завела, что бы в школу не опоздать.

– Я и не боюсь, скажи, тебе хорошо со мной?!

– Конечно хорошо, ты такой ласковый и нежный, теперь мы можем с тобой часто встречаться, будешь ко мне приходить? -Конечно буду, а то на следующий год Витька перейдёт в пятый класс и будет нам мешать.

– Не будет, придумаем что – нибудь.

Сейчас, когда всё это очень далеко, начинаешь понимать, как здорово, что в те времена и эротика и секс были запрещеной темой, ведь если бы они знали про то место, где «покупают» детей, то может в шестом и уж точно в седьмом они бы точно их купили, но им просто неоткуда было это знать и никто не мог этого подсказать так, как очень многие это узнавали только в первую брачную ночь ато и позднее. Завтрашнего дня с поцелуями и обниманиями у них не было, просто в Жоркино сознание прокралось и затаилось какое то настойчивое чувство дискомфорта и опасности. Встретились они уже в школе и на большой перемене, выйдя на улицу, ему пришлось откровенно всё это объяснить ей. Она, на удивление ответила ему тем же, что его очень обрадовало, ведь такие тесные отношения обязательно откроются для родителей и вот тут то неизвестно каким будет результат. Они понимали, что с таким результатом они могут прославиться на всю округу. Решение пришло быстро – нужно расстаться, хотя бы на время. Они расстались или же просто затаились, только почему то Жорка сразу почувствовал себя свободным человеком, а главное можно было смело ухлёстывать за другими девчонками, а их оказалось очень много, тех, которые не против пофлиртовать с ним.

Встречи проходили конечно же не каждый день, были какие то дела домашние и у него и у неё. Во первых Жорик постоянно убирался дома, три длинных ковровых дорожки нужно было через день трясти в огороде на бельевой верёвке специальной колотушкой выбивать из них пыль, потом помыть полы. Во вторых выучить уроки. В третьих если дома мало еды, то перед уроками забежать в столовую и пообедать, после трёх месячного «сиротства» ему было привычно кушать в столовой и нравилось очень. А уж потом на нём висела прополка огорода, собрать спелые овощи и фрукты, копка огорода, посадка картошки, поливка огорода и под конец страды копка картошки и внесение удобрений. Это лето пролетело без каких – либо приключений и происшествий, всё проходило однообразно и немножечко скучновато. Поэтому с огромной радостью и твёрдой поступью он шагнул в шестой класс и также примерно приступил к учёбе. В классе тоже всё было без изменений, в этот раз обошлось без новичков и все усердно принялись этот твёрдый гранит науки. Их школу ожидало очень значимое событие. Впервые за всю историю города была построена новая современная школа под номером 13. Теперь в старой школе оставались начальные классы с первого по четвёртый, а в новую школу переходили старшие классы, всем вместе даже в новой школе не хватало места, в каждом классе было по сорок и более человек и к имеющимся трём этажам нужно было бы достраивать ещё два. Но даже настоящий вариант устраивал всех. Наступил октябрь 1967 года и для нас открылись двери новой школы, это было просто невообразимо, она была единственная и самая современная во всей округе и все участники этого торжества гордились. Это дало сильный стимул для успеваемости, здесь был настоящий спортзал, в котором теперь стали проходить соревнования на разных уровнях, здесь был огромный актовый зал с кино рубкой с настоящей сценой, он же был и школьной столовой в дневное время, а вечером здесь каждую неделю проходили вечера для учащихся старших классов. Был закуплен музыкальный инструмент для духового оркестра, а самое главное по мнению Жорика, инструмент для эстрадного оркестра: три электро – гитары, три микрофона, три усилителя с колонками и огромная ударная установка янтарного цвета с блёсками и это всё настоящее, всё это виделось впервые в жизни и поражало воображение. Несколько специализированных классов по трудам со станками со спец. оборудованием и инструментарием. Новый просторный стадион со всеми спортивными площадками, большой гараж с двумя новыми грузовиками для уроков по авто – делу и наконец по соседству со стадионом был разбит большой фруктовый сад. Вот вам и чёртова дюжина цифра 13. Перед фасадом школы протянулась лесопосадка длинною в два квартала, а вокруг неё устроена лыжня по периметру ровно один километр и зимой здесь тоже проходили соревнования всех уровней по лыжам. Так как школа находилась почти на окраине города, длинную лыжню проложили на сырту. Сырт это природная возвышенность протяжённостью несколько сотен километров с запада на восток и возвышается над городом на 80 метров, он весь по всем своим склонам был засажен лесопосадками, которые позднее превратились в настоящие леса. Здесь были проложены: пятикилометровая и десятикилометровая лыжни, не удивительно, что большая часть выпускников на выходе в большую жизнь имела второй мужской разряд по лыжам, многие имели первый разряд, некоторые были кандидатами в мастера, а ещё мастерами спорта СССР. Здесь было множество секций практически по всем спортивным дисциплинам и спортивный зал работал допоздна. Обновление школы дало свои результаты как в успеваемости, в спорте и искусстве, со школой стали считаться как в городе, в районе и за их пределами. Жорик принимал участие в состязаниях по лёгкой атлетике и в своей возрастной категории регулярно занимал призовые места, особенно по прыжкам в высоту, здесь его перепрыгнуть могли только старшие и далеко не все. А вот на новой сцене по выступать у него пока не получалось, уж очень много было желающих порисоваться, а он и не стремился туда выходить. У него в то время уже была большая аудитория слушателей, поклонников и даже поклонниц, но кто то настучал на него, что он поёт и его заставили петь в школьном хоре. Жорик не любил хоровое пение, потому что там обязательно кто то лажает и его в присутствии всех, а всех это больше ста человек, начинали обучать правильному пению и в конце концов через несколько репетиций всё становилось правильно. Иногда ему всё таки нравилось как поёт хор, это многоголосье заставляло волноваться от сознания того, что так можно петь. А уж совсем приятно когда хор занимал первое место на городских смотрах, одно слово – победа, она всегда возвышает человека, делает его увереннее в своих поступках и делах. В новой школе и чувствуешь себя по новому, здесь все учились только в первую смену, а дальше учёба продолжалась на факультативах, кружках, секциях и т.д. и т.п.