Драго Найджел Блэк
На пыльных тропах Граолора

ПРОЛОГ

“…Потом Солнечная Церковь сделала все, чтобы стереть его имя из истории.

Но имя Иладара, в отличии от его сестры, было издавна известно жителям Граолора. Бог сумерек уступил Миледи Тысячи Имен силу первозданной тьмы, оставив себе власть над смертью. Краткий час, когда алый рассвет вот-вот забрезжит на горизонте – есть момент пика его силы. Исследуя саму сущность смерти, Иладар сумел найти способ удержать душу смертных в Граолоре навсегда – так были созданы вампиры.

– Вампиры – это зло, иначе быть не может!

Минул век, а он все еще помнил перекошенное от гнева личико Агнесс, в тот момент совсем не Светлоликой. Еще бы, ведь он посягнул на ее святую святых – возможность даровать жизнь. Свет людских душ давал силы верховной богине, и уступать эту силу кому-то еще она не собиралась. Не помогло ни заступничество сестры, ни заверения, что сущность вампира – лишь инструмент в руках людей, и он создавал их лишь во благо, ни клятвы, что он не помышлял посягать на долю Лучезарной. Принцесса солнца не желала ничего ни слушать, ни слышать. Его бросили в темницу, построенную богами для богов, она отрезала его от веры его последователей, где он был обречен медленно умирать, теряя силы без этой подпитки. Гнев Агнесс затронул и его последователей: на солнечном свете кровь вампиров закипала, причиняя им боль, сковывая, ослабляя. Опасность для них стало представлять и золото – металл, содержащий в себе частичку солнца, и лиственница – солнечное дерево, как говорили о нем смертные. Тогда вампиры вышли на охоту. Используя единственное чудо, которое успел даровать им Иладар – кровавую магию, они начали истреблять последователей Светлоликой, мстя за своего бога и за причинённую им самим боль. Война была долгой, немногие вампиры выжили в ней, а кто уцелел – укрылись в самых темных уголках Граолора, спасая свои нежизни. Но творение сумеречного ученого не погибло. Годами вампиры зализывали раны и тайно набирали новых последователей. Лишенные поддержки создателя, преданные миром, в который пришли не по своей воле, ненавидимые за сам факт своего существования, отвергнутые и озлобленные, они ждали, когда солнце скроется за горизонтом. Ждали, когда наступит час перед рассветом…”

Седой рассказчик

ГЛАВА 1: НАЧАЛО ДОЛГОГО ПУТИ

“Тьма всегда была для него желанной и приветливой,

местом и временем, когда он мог побыть наедине с собой и своими мыслями.

– Твоя душа разрывается от ненависти,

хотел бы ты, чтобы я помогла тебе? –

раздался в ночи ласковый, почти материнский голос.

Вытерев слезы, мальчик кивнул, и ночь укутала его заботливым покрывалом…”

Летопись Мангустов

Едва видимый серп стареющей двойной луны неспешно удалился за горизонт. Рассветный луч от поднимающегося с востока солнца пробрался сквозь узкую бойницу и упал точно на закрытый глаз спящего парня. Глаз открылся.

– Харрашево окно… – помянув недобрым словом того, кто придумал сделать дыру в стене с восточной стороны, Рыба потянулся, и недовольно фыркнув, пружинисто спрыгнул с кровати. Простой соломенный топчан, небольшой стол со стулом возле, бадья с водой для умывания и зеркало над ней, вот и все нехитрое убранство каменной комнаты, в которой Рыба жил. Из зеркала на него взглянул смуглый парень явно южной внешности, молодой, атлетично сложенный, редко пропускающий тренировки. Считал ли он себя красивым? Неизвестно, пожалуй, сам он об этом не задумывался. Зато он точно пару раз ловил на себе женские взгляды. Умывшись и протерев карие глаза, он взъерошил короткие каштановые волосы и принялся за разминку.

Сделав несколько нехитрых упражнений, чтобы разогнать кровь и дать проснуться мышцам, парень глубоко вдохнул, и медленно выдохнув, направился к стулу с одеждой. Одежда его не блистала роскошью, простая льняная рубаха, холщовые штаны, сапоги из не самой лучшей кожи, такую одежду обычно носят охотники. Простой композитный лук, лежащий на столе, а также самый обычный разделочный нож, который всегда висел у него на поясе могли лишь усилить это впечатление. Но охотником Рыба не был, он был Мангустом.

Такой путь избрала для него Великая Ночь, и сколько себя помнил он шел проложенной ею дорогой ни разу не усомнившись в его истинности. За что и получил в награду тот невзрачный стилет, что сейчас лежал на столе, рядом с луком и тарджетом.       Поколебавшись секунду, Рыба взял стилет со стола, в голове тут же пронеслись неприятные воспоминания, а в ушах тревожно застучал метроном. Мотнув головой, парень засунул его поглубже в сапог, и голова прояснилась. Нет, к этому испытанию богини он пока не готов. Хватит с него и того, что он уже преодолел за двадцать лет своей жизни. Потерять семью в ужасном пожаре, выжить и не остаться калекой после изнурительных тренировок Братства Мангустов, выдержать три Испытания Тьмой ради этого дня. Дня, когда он станет настоящим мангустом, встанет в один ряд с названными братьями и сестрами. Но до церемонии посвящения у него еще было время, которое он хотел провести в своем любимом месте в убежище.

Мерно накатывающие тёмные волны с грохотом разбивались о неприветливый серый утес, вокруг которого, завывая, бесновался леденящий до костей ветер. Рыба сидел на жестком каменном полу коридора, который заканчивался пропастью. Под ногами холодные воды с яростью вгрызались в камень, так же, как и тринадцать лет назад, когда его учили плавать, просто столкнув с этого утеса вниз навстречу, как ему тогда казалось, собственной смерти. Наличие магической брони в семь лет, когда ты летишь с тридцатиметровой высоты в воду, слабо утешает. Тогда Рыба думал, что от него просто хотели избавиться. Но он выжил, выжил, как и другие ученики мангустов, выжил и выдержал все испытания, что преподнесло ему это убежище, вырубленное прямо в скале над океаном, такое же недружелюбное, как волны вокруг него. В это время в Сосцене сезон дождей и океан кажется еще более мрачным, чем обычно, но Рыба уже привык, и вид перекатывающихся волн приносил ему чувство умиротворения и безопасности.

Медленно и бесшумно за спину Рыбе прокралась девушка и резко занесла ногу, стараясь спихнуть парня в пропасть. Рыба молниеносно подался в сторону, подхватил девушку за ногу и дернул вперед, сбрасывая в океан. Уже в полете она извернулась, демонстрируя змеиную гибкость, и в последний момент ухватилась за руку парня. Так они и замерли над пропастью: висящая на протянутой руке девушка и парень, держащий ее и не торопящийся ни стряхивать вниз, ни вытаскивать обратно. Длинные перламутровые волосы затрепетали, перед Рыбой, алые глаза смотрели прямо на него, не отводя взгляда.

– Стареешь, Ви, – улыбнулся Рыба, – или, может быть, я уже привык к твоим штучкам? – с этими словами юноша одним рывком вытащил девушку назад.

– Возможно, Рыба, возможно, – беззаботно ответила Виверна, отмахиваясь, – за двадцать-то лет можно было привыкнуть. Пошли, церемония посвящения начинается.

– Уже?.. Вобла, даже не верится. – пробормотал парень. – Казалось бы, еще вчера мы едва знали друг друга. А сегодня мы станем полноценными членами семьи.

– Пойдем, хватит философствовать, – ткнула кулаком Рыбу в плечо Ви, незаметно вытирая подступившие к глазам слезы. Важность для них грядущего события пробирала до мурашек.

Истребитель наблюдал за тем, как в зал заходят его ученики. Семеро. Ровно половина из последнего набора дожила до конца обучения. Но во всех, кто смог выдержать эти испытания, старый мангуст был уверен. Свежая кровь даст новые силы братству, новые исполнители, больше прибыли в казну. Кто знает, может в этот год Миледи уделит им внимание?

Рыба, Виверна и пятеро остальных учеников зашли в просторный зал, стены и потолок которого тонули в полумраке. Стульев или какой-либо мебели не было, лишь небольшое возвышение, с которого сейчас на них смотрели их глава и пара его приближенных. Среди соседей Рыбы пронеслись шепотки. Истребителя видели редко даже опытные и высокопоставленные члены Братства. С учениками он общался и того реже, проведя для них всего пару тренировок, которые, в прочем, юные мангусты запомнили на всю жизнь.

– Я искренне рад, что вы дожили до этого момента, – с легкой усмешкой в голосе начал старый наемник, высокий и поджарый мужчина преклонных лет, с сединой в длинной копне волос и такой же длинной бороде, сила души которого внушала трепет и уважение.

– Вы достойно закончили свое обучение, и как и предыдущим поколениям, вам будет предоставлен выбор: остаться на службе братства, выполняя заказы, или отправиться зарабатывать себе на хлеб своими навыками, отдавая братству десятую часть дохода каждый месяц. И, как вы должны помнить, если Миледи призовет нас для исполнения Контракта с Ночью, вы обязаны будете явиться сюда, в нашу твердыню, где бы вы ни были, и какие бы союзы не заключали. Впрочем, довольно формальностей, все это вы уже знаете.

Истребитель протянул руки вверх и продолжил уже совсем другим тоном.

– Начнем же то, ради чего мы здесь собрались. Да будет тьма благосклонна к нам!

– Да будет тьма благосклонна к нам! – хором повторили ученики.

– Великая Ночь, к тебе я взываю, в час, когда на небе новая луна! В час твоей силы! В час твоей власти! Прими нас в свои материнские объятья, выложи звездами наши пути. Пусть те, кто полноправно вступает на твой путь получат твое покровительство! Да будет тьма благосклонна к нам!

– Да будет тьма благосклонна к нам! – хором вторили ему стоящие за его спиной

– Да будет тьма благосклонна к нам!!! – прогремел весь зал в едином порыве.

Тьма сгустилась в зале, факелы погасли, и каждый из присутствующих мог поклясться, что услышал легкий смешок. На спинах учеников появились рисунки и ожили, пришли в движение. Встал в боевую стойку на левой лопатке Рыбы мангуст – символ Братства. Распахнул крылья грозовой дракон, чей ветвистый разряд протянулся от спины прямо до левого запястья Виверны. Остальные участники церемонии замерли, кто-то заново, кто-то впервые, ощущая миг единения со своими покровителями.

– Мангуст! Хайр проклятый, тебя избрал мангуст! – Еле слышно прошептала Рыбе Ви.

Это мгновение, когда ласковая длань Миледи коснулась их сверкнуло, как молния летней ночью, и вот тьма уже рассеялась, а новые, теперь уже полноценные мангусты, возбужденно зашептались, делясь впечатлениями.

– Тишина! – зычным голосом призвал к порядку Истребитель. – Поздравляю вас, юные мангусты, отныне и навеки, вы одни из нас! – на этих словах зал утонул в аплодисментах.

***

– Ваше Высочество? Ваше Высочество, время вставать.

Дверь покоев наследного принца королевства Франковии, одного из крупнейших государств Граолора, называющего себя первой морской державой, отворилась. В проеме стоял чопорный мужчина во фраке, с моноклем на левом глазу и небольшими тонкими усиками – церемониймейстер Константин.

Роберт не спал, он взглянул на вошедшего Константина взглядом алых глаз из-под упавшей челки.

– Пора вставать, Ваше Высочество, – повторил Константин, подходя к большой кровати, на которой лежал накрытый одеялом принц.

– Можно я никуда не пойду? – мрачно спросил Роберт, в прочем, уже зная ответ.

– Вы же помните, какой сегодня день, Ваше Высочество? – все тем же учтивым тоном ответил ему церемониймейстер.

– Да-да, помню, отвернись.

– Не беспокойтесь, Ваше Высочество, мне уже доводилось видеть ваш недуг… – договорить ему не дали.

– Ты прекрасно знаешь, что я не болен, Константин.

– Конечно, Ваше Высочество, прошу прощения за эту досадную оговорку. Я буду ждать вас за дверью. Я должен проследить, чтобы ваша подготовка к сегодняшнему мероприятию прошла безукоризненно, Ваше Высочество.

– Ваше Высочество, – передразнил Роберт Константина, когда за ним захлопнулась дверь.

Этот день действительно был для принца очень важным. День его свадьбы. Да еще и невесту подобрали ему под стать. Принцесса из далекой Виракии – страны наг, наполовину людей и змей на вторую половину. Этот брак был сугубо политическим, Франковии было необходимо наладить прочные взаимоотношения со страной с другого континента. Сами супруги сегодня впервые встретятся у алтаря, и Роберт увидит свою будущую жену.

Зеркала в комнате принца не было. Он лично выкинул все, что могло давать хоть какое-то отражение и некоторые считали это странным. Все же принц был красив, по крайней мере, служанки были в этом свято уверены. Кожа уникального голубого оттенка – результат смешения крови человека и темного эльфа. Смоляно-черные волосы вместе с алыми глазами, унаследованными Робертом от матери, смотрелись на его лице особенно выразительно. Бороды и усов принц не носил и всегда ходил гладко выбритым. Когда-то он и самому себе нравился, но причина отсутствия любых зеркал в его покоях крылась в его правой руке, на которую он сейчас смотрел с отвращением, быстро натягивая рубашку и камзол.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.