Рита Вальтер
Волны судьбы

Странствия Оливии

Оливия росла неутолимо любознательной, и сердце ее всегда тянулось к морю, к неизведанным далям путешествий. Шум морского прибоя был для нее словно песня, зовущая в дальние странствия. Стоя на золотистом песке, она чувствовала, как ветер ласкает ее черные волосы, а взгляд изумрудных глаз устремлялся в бесконечную морскую даль. Все это манило ее, пленяло воображение. И вот, в день своего восемнадцатилетия, Оливия решилась исполнить заветную мечту – сбежать из родительского дома навстречу головокружительным приключениям.Достигнув пирса, она загорелась желанием попасть на борт корабля, но уговоры оказались тщетны. Тогда в ее голове созрел план: устроиться кухаркой. Выбранное ею судно, хоть и не блистало красотой, манило своей загадочностью. Команда на борту встретила ее настороженно, совсем не такой она ее себе представляла.Запах соли и машинного масла въелся в каждый уголок "Морского скитальца". Палуба скрипела под ногами, словно жалуясь на тяжелую судьбу, а ветер свистел в такелаже, нашептывая истории дальних странствий. Девушка, представившаяся Оливией, быстро освоилась на камбузе, ловко орудуя ножами и кастрюлями. Простота корабельной кухни не пугала ее, а лишь добавляла азарта.Так начались её дни на борту. Моряки, казалось, не замечали её присутствия, а капитан хранил угрюмое молчание. Ни единого слова благодарности за обед или ужин не срывалось с их уст. Но взамен она получала возможность лицезреть бесконечную морскую гладь, утопающую в бликах солнца, – единственную её отраду. Наравне с остальными членами экипажа ей приходилось драить палубу, ощущая соленые брызги на коже. Дни тянулись однообразно: готовка, помощь морякам, бесконечная череда дел. Тем временем их судно, рассекая волны, неумолимо приближалось к неизведанным берегам далекой страны.

Она наблюдала за птицами, кружившими над мачтами, пытаясь угадать по их крикам погоду. Ветер, пронизывающий паруса, пел свою древнюю песню, полную приключений и опасностей. Ночи были особенно прекрасны. Миллионы звезд рассыпались по черному бархату неба, отражаясь в темной воде. Она часто стояла на палубе допоздна, пытаясь разгадать тайны этих мерцающих огней.Однажды, после изнурительного дня, капитан пригласил Оливию разделить с ними ужин и отведать рома. Она, не желая показаться неблагодарной и боясь разрушить хрупкий лед первого разговора, согласилась. Спустившись с палубы, она очутилась в каюте, где уже вовсю пировали. Стол, словно под тяжестью несметных сокровищ, ломился от невиданного изобилия яств, каждое из которых манило своим неповторимым ароматом и обещало райское наслаждение.Там она смогла их разглядеть: мужчины, источавшие уверенность, но лишенные иллюзий, ибо завтрашний день мог принести не пиршественный стол, а лишь черствую корку хлеба. Среди них выделялся капитан, чьи черные волосы и карие глаза пленили девушку. Ему было около двадцати трех, и ее не покидала мысль, как в столь юном возрасте он достиг капитанского звания.Вечер окутал палубу сумраком, когда я вышла полюбоваться ускользающей красотой пейзажа. Внезапные шаги нарушили тишину, но я не обернулась, продолжая смотреть в темнеющую даль. В следующее мгновение за моей спиной возник Джон, капитан корабля. Я ощутила его дыхание на своей шее, такое близкое, что казалось, он слышит бешеное биение моего сердца, ведь он так сильно мне нравился.– Почему не со всеми? – процедил он сквозь зубы. – Я… я люблю смотреть на пейзажи, на море. Это так прекрасно! Позволяет размышлять о многом… – Мечтательница, значит? Запомни, здесь таких не жалуют. Моряк на корабле должен быть тверд и рассудителен, чтобы решения принимать мгновенно и безошибочно. А если он, витая в облаках, пропустит атаку, то окажется за бортом, вместе со всем судном.Его слова обожгли меня сильнее, чем самый крепкий ром в корабельной кают-компании. Я обернулась, стараясь скрыть разочарование и, чего уж греха таить, страх. В глазах капитана Джона плескалась суровая решимость, но я уловила в них и тень беспокойства, словно он говорил не только со мной, но и с самим собой.