Максим Рыбалко
Хроники Гремуара

Глава 1. Нежеланное открытие

Великая Война, бушевавшая пять столетий назад, перекроила лики континентов и переписала саму историю. Маги сражались в тех битвах, где города возводились и обращались в прах за одно заклинание. Когда наступил хрупкий мир, карту мира пришлось собирать по осколкам. Титания, внёсшая наибольший вклад в окончание войны, простиралась от ледяных пиков Фростболта на севере до зияющей бездны Провала Морхота на юге. Именно у края этой пустынной пропасти и затерялся городок Тинт.

Богом забытое место. Ни ресурсов, ни красот, ни магов. Восстанавливать его после войны было некому, кроме самих жителей. Расположение рядом с Провалом, самой глубокой расщелиной, рождённой в пламени Великой Войны, делало Тинт неприступным для армий соседей. Местные шептались, что трещина не имеет дна и пронзает мир насквозь. Подтверждения этим слухам не находилось. Но что было известно точно, так это то, что использовать магию вблизи неё становилось почти невозможно. Именно поэтому последний маг рождался в Тинте лишь более двухсот лет назад.

Городок был простым и провинциальным. Чуть больше тысячи душ, выживавших благодаря караванам торговцев. Своя школа, библиотека, лавки со всем необходимым – но без излишеств. И люди здесь были такими же простыми, но отзывчивыми и готовыми прийти на выручку.

Одним из таких был Аркадэс Монгер. Пятнадцатилетний подросток, живший с отцом в двухэтажном доме, где на первом этаже ютилась лавка, а на втором – их скромные комнаты.

Его отец, Аркат, торговал всем подряд – от книг и бижутерии до оружия и доспехов. Всё, кроме магического. Тема магии была табуирована в семье Монгер. Отца Арката убили маги-отступники. С детства Аркадэс усвоил: магам доверять нельзя, а при встрече – бежать, не оглядываясь.

Аркадэс никогда не видел живого мага, но заветы отца помнил чётко. Он часто помогал отцу: сортировал товар, протирал пыль с полок, иногда подменял за прилавком. Парень грезил о карьере торговца, как все его предки. Его восхищало, как отец умел набивать цену даже пустяковой вещице, окутывая её историей так, что казалось – расставаться с безделушкой преступление.

Аркат был монополистом в Тинте, но никогда не задирал цены сверх меры. Товары он закупал в Адране – торговом сердце Титании, часто беря с собой сына. Там Аркадэс узнал, что торговля с обывателями и с коллегами-купцами – две большие разницы. Аркат шёл на многое: использовал связи, уловки, иногда уступал в цене, но никогда не уезжал с убытками. Аркадэс гордился отцом.

Успешного торговца из Тинта не раз звали в крупные компании, но он всегда отказывался, представляя вместо себя сына, как наследника его дела. Аркадэс в такие моменты чувствовал груз ответственности и страх не оправдать ожиданий. Отец, замечая это, успокаивал: «Можешь работать в лавке, пока не будешь готов». Это не слишком помогало, но давало понять – давления не будет. Пока.

Одним утром, до открытия лавки, Аркадэс разбирал новые книги, привезённые отцом из столицы вместе со своим другом Вурзом.

Его иссиня-чёрные волосы были аккуратно уложены, составляя разительный контраст с взъерошенным Аркадэсом. Если Аркадэс был похож на огонь – яркий и порывистый, то Вурз – на лёд: спокойный, твёрдый, невозмутимый. Они дополняли друг друга.

Вурз был ровесником Аркадэса. Он переехал в Тинт с матерью из северного Фростболта, когда ему было три года. Его отец, маг-защитник города, пропал без вести во время дозора. Вину возложили на командира отряда, и к семье стали относиться с ненавистью. Мать Вурза, Аринель, не могла найти работу. Молодая женщина с глазами цвета самого тёмного льда и такими же тёмными волосами. С самого детства она любила читать. Холодными вечерами она читала сыну сказки, и сама не заметила, как привила ему эту любовь. К четырём годам Вурз уже читал сам, а к пятнадцати стал начитанным и грамотным парнем.

Дорога привела их с матерью в Тинт. Отец Аркадэса помог Аринель с жильём и устроил её смотрительницей в библиотеку – идеальное место для книголюба. Местные мальчишки сначала дразнили Вурза за бледность и слабое здоровье. Аркадэс, крепкий и не терпящий несправедливости, заступился за него, избив заводилу. С тех пор они стали неразлучными друзьями.

– Арк, я закончил, – появился из-за стеллажа Вурз.

– Почти готово, – ответил Аркадэс.

– Тогда я пока почитаю что-нибудь, – сказал Вурз и скрылся за соседним стеллажом.

В куче неразобранных книг Аркадэс заметил странный том. Старый, но ухоженный. Обложка, как определил парень, была обшита кожей синего василиска. Это ошеломило его. Крайне редкий, дорогой и, главное, магический материал. Последних василисков истребили три века назад ради чешуи для брони и ядовитых желез для зелий. Ныне они считались вымершими.

Аркадэс решил изучить книгу. На обложке были вытеснены руны, значения которых он не знал. Он пытался расшифровать их с помощью словарей отца, но безуспешно. Книга не открывалась. В очередной попытке силой открыть её, острый край страницы скользнул по его пальцу, оставив неглубокий, но болезненный порез.

– Ай! – крикнул Аркадэс, роняя книгу и хватаясь за палец. Он пнул её ногой обратно в кучу.

– Что-то случилось? – донёсся голос Вурза.

– Порезался, – скривился Аркадэс.

Он собрался было идти перевязывать рану, как заметил свечение там, куда улетела книга. Оно усиливалось с каждой секундой. Символы на обложке пульсировали ярко-красным светом, отдаваясь болью в порезе. Какая-то сила потянула его к книге. Завороженный, он потянулся к ней.

Внезапно его мозг пронзила раскалённая игла. Аркадэс рухнул на колени, оказавшись лицом к лицу с уже раскрытыми страницами. На него обрушился поток образов, картинок, звуков, запахов. Как только он начал привыкать к ощущениям, всё оборвала резкая вспышка света, а боль сковала всё его тело. Последнее, что он увидел перед тем, как погрузиться в забытьё, – огромное, чудовищное пламя, вращавшееся смерчем посреди пустыни.

Он отчаянно пытался отвести взгляд от ослепляющего света и заметил фигуру в центре огненной воронки. Она выглядела как часть самого пламени. Детали разглядеть не удавалось, пока тот резко не обернулся и не посмотрел прямо на Аркадэса. Его пронзил дикий, необъяснимый страх. Он почувствовал невероятную мощь и опасность, исходящую от этого человека. Напряжение стало таким сильным, что невозможно было сделать вдох. Незнакомец смотрел на него, а потом, будто что-то осознав, расплылся в недоброй улыбке.

– Ну, наконец-то ты явился! – проговорил он.

В тот же миг Аркадэса накрыла долгожданная тьма.

Очнулся он на полу среди книг. Над ним склонился перепуганный Вурз.

– Какого чёрта тут произошло?! – выпалил он, уставившись на Аркадэса, который лишь приходил в себя.

– Я… не знаю… – сипло ответил тот. Горло пересохло, а по спине струился холодный пот. – Как я оказался на полу?

– Понятия не имею. Я услышал, как ты что-то бормочешь, а потом грохот. Ты лежал на полу, вцепившись в какую-то светящуюся книгу, трясся и бормотал ерунду. От тебя исходил такой жар, что я не мог дотронуться. Арк… я, конечно, не эксперт, но это было похоже на магическое пробуждение.

– То, что эта хрень магическая, я и сам понял. Но какое пробуждение? У меня в роду магов отродясь не было. Все мои предки – торговцы. Магия ведь – зараза наследственная, – проворчал Аркадэс с отвращением глядя на книгу. Всё тело болело, будто по нему прошёлся отряд горных троллей.

– А вот тут ты ошибаешься. Давай я помогу тебе закончить, а потом зайдём к маме. У неё есть одна книга, где наверняка есть ответы. Её тоже с собой захвати, – Вурз указал на виновника переполоха.

Закончив с сортировкой, Аркадэс поднялся в ванну. Он подошёл к умывальнику, набрал в ладони холодной воды и с шумом умылся. В овальном зеркале на него смотрел юноша пятнадцати лет с тёмно-русыми волосами, торчащими в разные стороны. Глаза цвета песка Тинта, слегка заспанные, но выражали ясность ума и жажду действий. Острые черты лица выдавали резкий и взбалмошный характер. Поправив волосы, он набрал полный стакан воды и залпом осушил. Жажда не утихала. Он повторил это ещё три раза. Напившись, наконец, почувствовал себя лучше, и рассудок прояснился.

Дождавшись Арката, Аркадэс передал ему ключи, ничего не рассказав о книге, которую они прихватили.

– Пап, мы пошли гулять, – попрощался он, и друзья вышли на улицу.

Небо было ясным, солнце нещадно палило. Небольшие пыльные домики из белого кирпича, стоявшие вплотную, из-за частых песчаных бурь приобрели красноватый оттенок. Аркадэс знал каждый закоулок города. Первый поворот направо, за углом – кузница, через три дома – его любимая пекарня. Решили зайти перекусить – из-за утреннего происшествия они так и не позавтракали.

– Здравствуйте, тётя Пинч! – хором поздоровались они.

Тётя Пинч – румяная, бодрая женщина лет сорока, чью выпечку знал и любил весь Тинт. Её любили не только за пирожки, но и за огромное сердце. Жила она с мужем-мельником, который привозил муку из соседнего городка.

– Мои любимые клиенты! Вам как обычно? – с наигранной серьёзностью спросила она.

– Да, тётя Пинч! Мне с вишней, а Вурзу с яблоком.

– И ещё один с малиной для мамы, пожалуйста, – добавил Вурз.

Пекарша ненадолго скрылась на кухне и вернулась с заказом.

– Держите, только из печи. Приятного аппетита! И передавай Аринель привет, Вурз.

– Спасибо, тётя Пинч! – поблагодарили они, расплатившись.

– Осторожнее, горячие! – крикнула им вслед Пинч.

С улыбками на лицах они уплетали лакомство, направляясь дальше. Через пару минут дошли до пункта назначения.

Библиотека Тинта была небольшим одноэтажным зданием, забитым книгами до отказа. Они не помещались на полках и стояли стопками до потолка. Несмотря на возраст, ни одна книга не была потеряна. Чистота была идеальной – местный смотритель справлялся с работой на отлично.

Из-за стеллажа вышла невысокая, стройная женщина. Тёмные, с синевой волосы были с одной стороны убраны за ухо и закреплены миниатюрной заколкой. Она была погружена в чтение. Это была Аринель – мать Вурза. На вид ей не было и тридцати. Она так увлеклась, что не заметила вошедших.

– Привет, мама! Что читаешь? – поздоровался Вурз.

Аринель вздрогнула от неожиданности. В её глазах горел искрящийся свет, бывающий у тех, кто с головой ушёл в любимое дело.

– Вурз! Как же ты меня напугал! Аркадэс? Здравствуйте! Проходите! Ох, я, видимо, совсем зачиталась, прошу прощения! – выпалила она скороговоркой.

– Не переживай, мы просто почитать. Вот, перекуси, тётя Пинч передавала привет, – протянул ей пирожок с малиной Вурз.

– Ох, спасибо, Снежинка мой! – улыбнулась она, нежно потрепав его по волосам.

Вурз улыбнулся в ответ, слегка смутившись. Взглянув на Аркадэса, он увидел, что тот еле сдерживает смех, отчего покраснел ещё сильнее.

– Так, что будете читать? – спросила Аринель.

– Основы магии, – уверенно заявил Вурз.

Аркадэс невольно поморщился. Аринель заметила это. Она прекрасно знала, как его отец относится к магам.

– Хм, а вы уверены? Может, лучше почитаете историю героев Титании? – предложила она, поглядывая на реакцию.

Аркадэс делал вид, что ему всё равно, разглядывая книги.

– Да, мы уверены, мам, – твёрдо повторил Вурз.

– Аркадэс, а что бы сказал твой отец? – склонив голову набок, с улыбкой произнесла Аринель.

Она посмотрела на него своим пронзительным взглядом, от которого по коже побежали мурашки. Казалось, она видит все его мысли. Он не мог отвести глаз, стоя на месте, словно вкопанный.

Аринель относилась к Аркадэсу как к младшему сыну, стараясь не показывать этого внешне. Она знала, что ему не хватает материнского тепла, и заботилась о нёМ сколько могла. Видя его страх и смущение, она сдалась.

– Ну ладно, Искорка, ничего я ему не расскажу. Стойте здесь, сейчас принесу вам книгу, – легко улыбнулась она, потрепав Аркадэса по волосам, и ушла.

Теперь покраснел Аркадэс. Аринель с детства придумала им прозвища. Они делали вид, что им не нравится, но на самом деле были счастливы. В такие моменты они чувствовали себя родными братьями.

– Не переживай, мама ничего не расскажет. «Она умеет хранить секреты», —прошептал Вурз, дождавшись, пока мать отойдёт.

– Я знаю. Просто ты же знаешь, как отец к этому относится. Если он узнает, что я интересуюсь магией, мне влетит, – так же тихо ответил Аркадэс.

Аринель вернулась с тяжёлым фолиантом. Передав его Вурзу, она наказала бережно относиться к книге и вернулась к своим делам, в последний раз бросив на Аркадэса любопытный, но немного обеспокоенный взгляд.

Мальчики уселись за стол для чтения. Вурз быстро пролистал книгу до нужного раздела: первые упоминания магии, типы магических сил, способы их обретения, виды магических существ и научные наблюдения.

Магия впервые упоминалась в заметках второго десятилетия первого столетия, когда люди начали замечать события, не поддающиеся логике. Со временем человечество погрузилось в исследование магических сил. Так начался золотой век магов. Они заняли все важные роли в обществе, даже правителями становились маги. Образовались магократические государства. Лучшими лекарями также были маги, исцелявшие практически любые раны и болезни.

Долгие исследования установили существование четырёх основных направлений магических сил – Школ: огня, воды, ветра и земли. Существовали и маги, не попадающие в эти рамки – света и пространства. Их существование долго не подтверждалось из-за редкости.

– Вот, – ткнул пальцем в строку Вурз.

– Основные пути пробуждения магических сил, – вслух прочитал Аркадэс.

«Маги – люди, открывшие свой талант одним из четырёх способов. Первый – пробуждение по достижении шестнадцатилетия. В этом возрасте окончательно формируется магическая основа – средоточие сил. Таких магов большинство – около шестидесяти процентов.

Второй – заключение контракта с магическим существом: духом элемента, магическим животным или демоном. Маг перенимает способности «спонсора». Такие маги достигают наивысших высот.

Третий – насильное пробуждение внешним воздействием других магов, зелий или заклинаний. Запретный путь из-за бесчеловечности. Смертность – девяносто восемь процентов.

Четвёртый – огромный стресс на фоне угрозы жизни. Организм активирует все ресурсы для самозащиты, активируя магическую силу неконтролируемо.

В древности существовал ещё один путь – Гремуар. Магические артефакты, ныне считающиеся утерянными. Последнее упоминание о них задокументировано во времена Великой Войны. Использовались для передачи сил и знаний другим магам союзной армии. Когда маг, осознавая скорую гибель, активировал особым заклинанием Гремуар, тот запечатывал в себе его жизнь, силы, знания и опыт. Маг погибал в момент записи. Открыть его могли лишь союзники, знавшие шифр. В Гремуары часто вкладывали ловушки – проклятия или магические бомбы».

– Погоди-ка, Вурз, ты считаешь, что в нашей лавке оказался утерянный магический артефакт, которому пятьсот лет? Ты понимаешь, насколько это бредово звучит? – оторвавшись от книги, спросил Аркадэс.

– Да. А как иначе ты объяснишь произошедшее? – просто ответил Вурз.

Аркадэс убедился, что Аринель не смотрит в их сторону, и вытащил на стол Гремуар. Открыв его, он обнаружил, что страницы пусты.

– Разве здесь не должно быть ничего написано?

Вурз ненадолго задумался, – Не знаю. Возможно, для активации нужна кровь. Ты же говорил, что всё случилось, когда ты порезался.

– Ты что, предлагаешь мне прямо тут пустить кровь? – чуть не крикнул Аркадэс и спохватился. Подняв голову, он оцепенел. По тени он понял – Аринель стоит прямо за их спинами. Дрожа, он медленно повернул голову и увидел её. Она наклонила голову набок, мило улыбаясь. Улыбка казалась доброй, но они знали, что она означала.

Вурз попытался спрятать Гремуар, но не успел – Аринель мгновенным движением выхватила его из рук сына и завернула в тряпку.

– Вы хоть понимаете, как рисковали, просто взяв его в руки? – леденящим душу голосом медленно проговорила она. – Вы думали, что могло произойти, если бы вы его открыли? Вы могли пострадать или погибнуть! И что бы я тогда делала? Что бы сказал твой отец, Аркадэс? Он уже потерял одного близкого из-за магии! Потерял бы и сына!

– Тётя Аринель, я не виноват! Я нашёл её в книгах отца! Понятия не имею, как она у него оказалась!

– У Арката? Не может быть… хотя, возможно, он и не знал, что купил, – вслух начала размышлять Аринель, —Расскажи в подробностях как всё произошло.

– Я порезался об неё, а потом у меня начались галлюцинации. Я видел жизнь какого-то человека. Всё было так реально, будто я сам был им. Он был магом! Я видел, как он творил страшные вещи. Вурз сказал, что я пробудился. Это значит, я теперь маг? Я не хочу быть магом! А вдруг я стану таким же, как те, кто убил моего деда?

– Лишь ты сам определяешь, кем тебе быть. Маги – такие же люди, за исключением силы. И как распоряжаться ею, решаешь только ты. Ты хороший человек, а потому я верю, что ты будешь использовать свои силы только для защиты близких.

Всю дорогу домой Аркадэс молча думал над услышанным. Открыв дверь, он увидел отца за прилавком. Тот помогал женщине выбрать подарок внучке. Поздоровавшись и получив отказ в помощи, Аркадэс поднялся в свою комнату и лёг на кровать. Мысли роились в голове, не давая построить план действий. Карьера торговца оказалась под угрозой из-за необходимости поступать в Академию. Проворочавшись до глубокой ночи, он уснул.

Ему снился огромный дворец, отделанный красным камнем. На шпилях красовались рубины размером с его голову. Дворец был окружён горящим магическим куполом. Чей-то голос звал его, уверяя, что огонь не причинит вреда тому, кто не боится его. Аркадэс потянулся к барьеру рукой. Страха не было – лишь любопытство и желание испытать себя. Рука оказалась по локоть в пламени, но боли и жара он не чувствовал. Как только эта мысль укрепилась, купол исчез.

– И снова ты меня порадовал, дитя, – с улыбкой сказал незнакомый юноша, оказавшийся напротив него.

Аркадэс оглядел его. Что-то показалось знакомым. Создавалось впечатление, что он смотрит на себя повзрослевшего.

– Кто ты? – спросил мальчик.

– Можешь называть меня М. Мы, между прочим, в твоей голове. Но ты не страшись. Я – лишь проявление твоей магической силы. Отныне, с твоего позволения, я буду помогать тебе осваивать новые способности и давать советы, – он мягко, по-отечески улыбнулся.

– Но я не хочу быть магом! Я должен стать торговцем-оружейником! В шестнадцать я поеду с отцом в столицу учиться мастерству! – возразил Аркадэс.

– А уверен ли ты, что это то, чего хочет именно твоё сердце? Или это лишь слова отца, которые ты посчитал своими? – спокойно ответил М.

Аркадэса будто молнией ударило. Он никогда не сомневался в своих желаниях. Теперь же чувствовал, как его мир рушится.

М поднял правую руку и щёлкнул пальцами. Вокруг них вспыхнуло пламя, ещё сильнее того, что окружало дворец. Ещё щелчок – и ров заполнила вода, начав двигаться по часовой стрелке. Снова щелчок – ров схлопнулся. Последний щелчок – и перед ними появился смерч, движущийся на них.

Аркадэс смотрел на надвигающуюся стихию. Он обернулся к М. Тот смотрел на него уже без улыбки.

– Это лишь малая толика твоего потенциала. Если ты не будешь учиться его контролировать, эта мощь вырвется наружу и уничтожит всё на своём пути. Ты ведь не хочешь, чтобы пострадали твои близкие?

– Нет, не хочу! – пришлось кричать Аркадэсу, ведь от шума ветра он уже не слышал себя.

– Так тому и быть, – М щёлкнул пальцем, и ураган исчез. – Ты куда сильнее, чем думаешь. Не угробь свой талант. Развивайся, а я помогу. На первую встречу достаточно. А теперь тебе пора просыпаться.

Не успев ответить, Аркадэс открыл глаза. Лёжа в кровати, он долго обдумывал слова М. Ему всегда казалось, что мечта стать известным торговцем принадлежит ему. Но теперь всё оказалось не так однозначно. Ему никогда не нравилось сидеть в лавке. Ему было интереснее увидеть новые места, найти новых знакомых, отправиться в приключение. Жизнь бродячего торговца подходила под эти критерии, но ему хотелось чего-то большего. Разговор с М, кажется, помог ему подобраться к разгадке.

Неделю он взвешивал все «за» и «против», чувствуя ответственность перед отцом. Вурз в это время проходил подготовку к пробуждению, и они почти не виделись. Аркадэс же часто общался с М, который много рассказывал об устройстве мира магии. Он рассказал о предрасположенности к одной из четырёх стихий, реже – к двум. Такие маги считались очень сильными. От этих слов Аркадэс приуныл. В следующем году ему исполнится шестнадцать, а он до сих пор не понял, как использовать свои силы.

– М, когда ты расскажешь, как использовать магию? – решился он на вопрос.

– Уже не терпится? – понимающе улыбнулся М. – Магия проявляется только по желанию хозяина. Ты должен был задать этот вопрос сам. Использовать её не так сложно. Главное – чётко визуализировать образ желаемого проявления. Форма, размер, сила заклятия зависят от того, насколько чётко маг представляет его в голове. Когда проснёшься, выйди туда, где тебя не потревожат, и попытайся создать маленький огонёк на указательном пальце правой руки.

Проснувшись на рассвете, Аркадэс побежал испытывать себя. Забежав за один из домов, он поднял правую руку и посмотрел на указательный палец.

– Что ж, начнём. Как говорил М? Сила заклятия зависит от чёткости образа! – закрыл глаза и начал представлять огонёк свечи.

Сделать это оказалось сложнее, чем он думал. Образ был расплывчатым, мысли путались. Открыв глаза, он увидел не огонёк, а огромный огненный шар размером с него самого. Он запаниковал и стал махать рукой, пытаясь стряхнуть огонь. Но шар будто прилип к пальцу и не хотел отрываться. С каждым взмахом шар сжигал землю у его ног, превращая песок в стекло.

– М! Помоги! – завопил он, продолжая трясти рукой.

– Как пожелаешь, дитя, – тихо проговорил М у него в голове, и пламя исчезло так же внезапно, как и появилось.

– Почему я не смог его погасить? – сбивая пламя с рукава спросил Аркадэс.

– Недостаток опыта и полное отсутствие концентрации, —коротко пояснил М.

– А почему ты смог? Ты же проявление моей магии.

– Именно, дитя. Я – воплощение твоей магии. Потому могу точнее понимать твои мысли, – рассмеялся М.

– Понятно. А так бывает у всех?

– Нет, ты – особый случай. Тот способ, которым ты обрёл силу, специфичен. С помощью Гремуара ты способен создавать заклятия намного мощнее, чем остальные. Потому тебе следует учиться в первую очередь контролировать имеющуюся мощь, а не наращивать. Её уже достаточно, чтобы уничтожить этот городишко щелчком пальцев.

– А могу ли я использовать тебя как некий регулятор мощности? – почесав затылок спросил Аркадэс.

– Если пожелаешь. Но тебе нужно будет чаще обращаться ко мне для установления прочного контакта. Ты даёшь мне доступ к управлению телом, а я буду контролировать магию, когда необходимо. Так ты убьёшь двух зайцев: избежишь опасности в битвах и будешь запоминать все нюансы применения магии с помощью зрительной и мышечной памяти. Ведь ты при этом всё будешь видеть, слышать и чувствовать.

– Я понял! Спасибо! – широко улыбнулся Аркадэс.

– Всегда пожалуйста, дитя… – ответил М и замолчал.

Месяц они тренировались передавать контроль над телом. Мало-помалу Аркадэс запоминал основы. Он уже мог самостоятельно создавать и гасить маленький огонёк и выпускать стрелу огня без потери контроля. М тоже учился брать контроль. В первый раз, перехватив его, он не смог удержаться на ногах и упал лицом в землю, оставив Аркадэсу шишку на лбу. Обсудив этот болезненный опыт, они сделали работу над ошибками. В следующий раз перехват производился в лежачем положении. Спустя несколько дней они научились меняться местами за секунду. По словам М, это было необходимо в бою.

М, перехватывая контроль, показывал невероятный уровень мастерства, создавая заклятия огромных масштабов и мощи. Аркадэсу казалось, что он просто испытывает свои возможности.

Одним вечером, когда они тренировались на окраине города, в Тинт приехала группа людей верхом на ездовых ящерах. Их было шестеро. Одеты в длинные поношенные плащи с капюшонами, на ногах – походные сапоги. Они шли навстречу Аркадэсу, стоявшему на дороге в город.

– Будь готов, у меня плохое предчувствие на их счет – сказал М.

– Угу, – промычал Аркадэс, ведь незнакомцы подошли довольно близко.

– Эй, малец! Где в этой глуши найти горячую еду и ночлег? – из-под капюшона первого раздался мерзкий, писклявый мужской голос.

– Дальше по улице, на втором перекрёстке направо, потом до конца, – просто ответил Аркадэс.

– Спасибо, пацан. Но, пошёл! – он хлопнул ящера по боку и поправил плащ.

За миг до этого Аркадэс заметил блеск лезвия у Писклявого, что заставило вспомнить слова М. Незнакомцы пришпорили ящеров.

– А вы зачем к нам пожаловали? Гости здесь – редкость. Разве что торговцы, но на них вы не похожи, – остановил их мальчик.

– Дело у нас к местному торгашу. Слушай, а может, ты его знаешь? Аркат Монгер, вроде бы, – спросил он.

У Аркадэса кровь застыла в жилах.

– Н…нет, не знаю.

Незнакомцы переглянулись, заметив его заминку.

– Так, парниша, выкладывай по-хорошему, – сказал Писклявый и начал спешиваться.

– А вы что, разбойники, раз угрожаете? – храбрясь спросил Аркадэс.

– Дэр, отруби ему пальцы, чтобы мальчишка точно понял, что с нами не нужно шутить, – раздался грубый голос другого всадника.

– И без тебя разберусь, – ответил Писклявый и замахнулся мечом.

В ту же секунду Аркадэс передал контроль М. Сверкнула вспышка, раздался взрыв, отбросивший обугленного бандита к ногам подельников.

– Ах ты, сукин сын! Да я тебя в порошок сотру! – крикнул второй, вытаскивая лук.

Стрела полетела в лицо мальчика, но сгорела в невидимом барьере. М уклонился от следующей стрелы и начал спокойно двигаться к бандитам.

– С дороги, этот пацан вам не по зубам. Мне кажется, это тот, кого мы искали. Его «основа» звучит подозрительно. Эй, парень, меня зовут Фарул. Может, решим всё мирно? Мы всего лишь хотим поговорить, – заговорил тот, кто сидел на последнем ящере.

Не услышав ответа, он спешился и пошёл навстречу, расставив руки.

– Ну, как знаешь. Нам поручили доставить тебя к нанимателям, а в каком виде – не уточнили.

– Это маг? – мысленно спросил Аркадэс.

– Да, хоть и слабый, – ответил М.

Маг сложил у груди ладони, и между ними появилась молния.

– Смотри внимательно. Не каждый день выдаётся возможность встретиться с магом молнии. Считая себя особенным, он решил не развивать талант, а заняться разбоем. Жалкое зрелище. Сейчас мы проучим этого недоумка.

Молния вылетела из рук бандита, но не достигла цели, развеявшись и подняв пыль.

– Теперь моя очередь, – впервые подал голос М и поднял столб огня прямо под ногами Фарула, превратив его в обугленный кусок мяса.

Аркадэса стошнило бы, если бы он контролировал тело. М безжалостно уничтожал бегущих в ужасе бандитов. Они молили о пощаде, но он хладнокровно стирал их с лица земли. Когда остался один, не могущий пошевелиться от страха, М присел перед ним.

– Зачем вы искали Арката? Если ответишь – останешься в живых.

– Я не знаю! Прошу, пощади! – капюшон бандита спал, и Аркадэс увидел его лицо. Это был паренёк, примерно его ровесник. В глазах – страх и отчаяние.

М встал, поднял меч и смотрел на него, будто бандита больше не существовало.

– Прекрасная стихия – огонь. Может устранить врагов, согреть, создавать великолепные вещи. Но есть у него недостаток – при недолжном контроле не оставляет после себя ничего. То ли дело металл. С ним легко обращаться, он держит желаемую форму. Потому металл – лучший материал.

Бандит пополз назад, чувствуя конец, но М поднял на его пути стену огня.

– О чём это я? Ах, да! Если соединить металл и огонь, получится идеальный инструмент для добычи информации.

С помощью магии он разогрел лезвие докрасна и резким движением вогнал его в ногу бандита. Раздался истошный крик.

Аркадэс понял, что нужно забирать контроль пока не стало слишком поздно. Сделать это оказалось сложнее, когда одна из сторон сопротивлялась.

– Не торопись, дитя. Сейчас ты увидишь, что бывает с теми, кто решает причинить зло моим близким, – прошипел М сквозь зубы, будто это была его личная боль.

Он отмахнулся от попытки Аркадэса забрать контроль и продолжил проворачивать клинок.

– Зачем ты это делаешь?! Он же сказал, что ничего не знает! Ты и так убил пятерых! Неужели ты такой же, как они? – Аркадэс перешёл на крик.

М скривился, – Такой же?! Если бы не я, ты бы погиб от меча паршивого бандита! Именно такие твари убили твоего деда! Почему ты останавливаешь меня? Или ты хотел, чтобы они убили твоего отца?

– Ты мог их просто схватить! Тебе хватило бы сил! Они бы предстали перед судом!

– Ты правда считаешь, что такие заслуживают пощады? Сколько жизней они загубили? Такой мусор всегда найдёт способ выбраться. И знаешь, чем они станут заниматься? Правильно – снова грабить, насиловать и убивать. А теперь заткнись и подотри сопли, размазня. Нам нужно узнать, кто их послал.

М прокрутил раскалённый меч в ране потерявшего сознание парня, и тот с воплем очнулся.

– Не смей отключаться! Где проходила встреча с заказчиком?

Молодой разбойник взвыл от боли, – В Титане!

– Как он выглядел?, —спокойным, но не твердым голосом М продолжал допрос

– В капюшоне! Но судя по манере разговора и чистой одежде – кто-то из богачей!

– Мало информации. Жить не хочешь?

– Хочу! А, черт! Точно! Я обратил внимание на его перстень! Он был из золота, с знаком книги в звериной пасти! – судорожно копаясь в памяти парень выдавал всё что знал.

– Книга в пасти…

– Я рассказал всё! Теперь ты меня отпустишь?

– Да-да, конечно, – находясь в мыслях, ответил М и отрубил мечом ноги парню, а затем пронзил сердце. Провернув меч и посмотрев в глаза умирающему, он направил магию в меч, и пламя испепелило парня, оставив лишь кровь и пепел.

– Он ещё смеет просить о пощаде…

– Зачем?! Ты же обещал его отпустить! – заорал Аркадэс, снова пытаясь забрать контроль.

М пошатнулся и схватился за голову. Аркадэс атаковал, заставляя его кричать.

– Без меня ты ничего не добьёшься! Потеряешь всех близких и сдохнешь из-за своего малодушия! Этот мир ненавидит счастливых!

– Это не повод убивать всех подряд! Ты ничем не лучше тех, кто убил моего деда! Мне не нужна такая «помощь»! – Аркадэс прорвался и забрал контроль над телом.

– Теперь я никогда тебя не выпущу! Ты будешь сидеть в темноте и смотреть, как я делаю то, что тебе не под силу!

– Наивный, – прошипел М и замолчал.

Обессиленный, Аркадэс вернулся домой ночью и, упав на кровать, тихо заплакал. Он вспомнил, что убил шесть человек, и не знал, что делать. Никому ничего не рассказал. На следующий день, вернувшись на место, не обнаружил следов битвы. Ящеры разбежались, кровь и выжженную землю занесло песком. Люди сгинули без следа. Аркадэс ненавидел себя за то, что доверился М, и поклялся никогда не забывать тот день.

Глава 2. Тяжелый разговор

На своё шестнадцатилетие Вурз позвал Аркадэса и его отца отпраздновать не только день рождения, но и своё пробуждение, случившееся неделей ранее. Как и предполагалось, его стихией оказалась вода, с особым уклоном в лёд и мороз, как у отца. Он уже мог создавать ледяную стрелу, способную пробить любой немагический щит. Аркадэс искренне радовался за друга, но собственный провал в магии после ссоры с М тяжёлым камнем лежал на душе. Теперь он мог разве что зажечь огонёк размером с ноготь, тратя на это невероятные усилия.

Отец Аркадэса принёс к столу угощения и бутылку дорогого вина для хозяйки. Сидя за праздничным столом, они весело болтали, провозглашая тосты в честь именинника.

– Вурз, теперь ты – взрослый мужчина. Никто не знает, куда занесёт тебя жизнь, но я желаю, чтобы ты всегда помнил дорогу домой, туда, где тебе рады! Даже если ты станешь магом… – Аркат запнулся, поняв, что сейчас это лишнее, и поспешил добавить: – В общем, за тебя, парень! – Его язык уже начал слегка заплетаться от вина.

– Благодарю вас, дядя Аркат, за тёплые слова, – улыбнулся Вурз, поднимая стакан с соком.

– Снежинка моя, мой любимый сын. Я тобой очень горжусь. Время пролетело так быстро, что я и не заметила, как ты стал совсем взрослым. Хоть для меня ты навсегда останешься моим Снежинкой, – сказала Аринель, едва сдерживая слёзы. – Желаю тебе счастья, и чтобы все твои мечты сбывались. За тебя, сынок!

Раздался звон стаканов. Спустя пару часов ребята, прихватив кувшин сока и закуски, удалились в комнату Вурза, оставив родителей обсуждать свои взрослые дела.

Усевшись на полу, они болтали обо всём на свете, кроме случая с бандитами. Когда темы иссякли, в воздухе повисло неловкое молчание. В глубине души Аркадэс завидовал другу, его успехам в магии. Даже по меркам Академии Вурз показывал невероятные результаты. На день матери он подарил Аринель розу, сотканную из магического льда. Она была настолько идеальна, что от настоящей её отличал лишь цвет и отсутствие аромата. Поддержание заклятия требовало ничтожных затрат магии, и Вурз не ощущал его вовсе. Аринель была в восторге и поставила розу в хрустальную вазу, сказав: «Пока она не растает, я буду знать, что с тобой всё в порядке».

– Арк, рассказывай, что произошло, – почувствовав неладное, спросил Вурз. – Я вижу, ты сегодня сам не свой. Отводишь взгляд, много молчишь. Это из-за отца?

– Нет, всё в порядке. Тебе, наверное, показалось, – попытался выкрутиться Аркадэс, натянуто улыбаясь.

– Друг, я знаю тебя больше десяти лет. Ты серьёзно думаешь, что сможешь меня обмануть? Случилось что-то серьёзное?

Аркадэс поднял голову и посмотрел в глаза Вурзу, размышляя, можно ли ему такое доверить. Понимая, что нужно выговориться, он рассказал другу всё до мельчайших подробностей. Вурз молча слушал, и лицо его становилось всё мрачнее с каждым словом. Закончив, Аркадэс замолчал. Друзья сидели, уйдя каждый в свои мысли.

– Ненавидишь меня? – спросил Аркадэс. – Я ведь… убийца.

– Да тихо ты! – прошипел Вурз. – Не хватало, чтобы тебя услышали. С чего мне тебя ненавидеть? Ты, возможно, спас не только отца, но и весь город. Кто знает, что могли сотворить эти бандиты? Я думаю лишь об этом М. Я никогда не слышал, чтобы магия могла принимать человеческий облик. И, судя по твоему рассказу, это не пустая оболочка, а самостоятельная личность. Возможно, её появление – побочный эффект от поглощения чужой силы, ведь своей у тебя явно меньше.

– Да ты прямо детектив, – проворчал Аркадэс. – И что мне теперь с этим делать?

– Как минимум – свести на нет все ваши «встречи». То, что ты смог забрать у него контроль, доказывает возможность обратного. Для твоей же безопасности нужно наращивать объём личной силы. Если она закончится в середине боя, ты рискуешь снова потерять контроль и уже никогда не вернуться.

– Каким образом мне её наращивать, если эта сила изначально не моя?

– С этим вопросом тебе лучше всего помогут в Академии.

Тем временем родители за стеною рассуждали о быстротечности времени. Аринель с теплотой вспоминала первые шаги Вурза, его первые слова.

– Ты уверена, что Вурзу нужно учиться магии? – внезапно спросил Аркат.

– Аркат, ты же прекрасно знаешь, что неконтролируемая магия опасна не только для самого мага, но и для окружающих. Он должен всему научиться сам. Я и так слишком долго его опекала.

– Насколько я знаю, он прекрасно управляется с этими силами. Может, ему нанять репетитора?

– Таких не существует. Вновь пробуждённых необходимо отправлять в Академию, где их не только обучат, но и смогут немедленно оказать помощь, если потребуется.

– Ничего хорошего от этой магии не жди. Одни разрушения и смерть.

– Я знаю о твоей боли, но это не значит, что все маги – убийцы и разрушители. Мой муж точно таким не был!

У Аринель начало заканчиваться терпение, а выпитое вино лишь усугубляло ситуацию. Аркат, возможно, и заметил бы перемену настроения, но сам был изрядно пьян и потому не останавливался.

– Они пытали его. Стражники, ведущие расследование, рассказали мне всё в подробностях. Знаешь, какой процент магов среди преступников? Пятьдесят, Аринель! Можешь себе представить, насколько эта сила сводит с ума?

Аринель швырнула стакан с вином в стену, прервав нескончаемый поток слов. Она встала, упершись руками в стол. Аркат замер, никогда не видя её такой яростной. Аринель посмотрела ему в глаза и сквозь зубы прошипела: – Мой муж и мой сын – не убийцы и не преступники. Тебе ясно? – Испуганный Аркат быстро закивал, и, кажется, даже протрезвел.

– Как ты смеешь говорить подобное в моём доме? Да, я безмерно благодарна за помощь, которую ты оказал нам в тяжёлый момент, но это не значит, что я буду терпеть всю грязь, что ты сейчас вылил! Не смей указывать мне, как воспитывать сына!

– Я понял, прости, если мои слова показались резкими. Но уясни кое-что: когда из моей жизни ушли отец и жена, у меня остался только Аркадэс, которого я поклялся сберечь. А кто останется у тебя, если Вурза не станет? – Встав из-за стола, Аркат направился к выходу и остановился у двери. – Не смей втягивать в это моего сына. Он, слава богам, не какой-то там маг.

Аринель громко засмеялась. Аркат обернулся, застыв в проходе.

– А что ты будешь делать, если я скажу, что Аркадэс пробудился около года назад? И, что немаловажно, из-за тебя? – Аринель снова рассмеялась, видя абсолютный шок на его лице. – Всё из-за той книги в обложке из кожи василиска, что ты привёз из Титана. Откуда ты вообще её взял?

– Какую ещё книгу? – лицо Арката побелело. – Я помню их все до единой. Такой там не было.

– Понятия не имею, – отмахнулась Аринель. – Знаю лишь, что мальчик до смерти перепуган тем, что ты его из-за этого возненавидишь, во что я с легкостью могу поверить. Не знаю, что ты теперь будешь делать с этим фактом, но ты должен его признать – твой сын владеет магией. И если он действительно важен тебе —не забывай, что он по-прежнему твой сын. Иначе ты потеряешь его не из-за магии – он просто сбежит от тебя.

Аркат пробормотал что-то неразборчивое и вышел. Аринель, тяжело вздохнув, села на стул и опустила лицо в ладони. Она понимала, что не ей следовало рассказывать об этом, но, зная страх Аркадэса перед этим разговором, считала, что поступила правильно. Судя по звукам, мальчишки ничего не слышали. Прибравшись и приведя себя в порядок, она направилась в свою комнату.

Закрыв дверь на замок, Аринель подошла к туалетному столику. На нём стояло круглое зеркало в бронзовой раме, украшенной замысловатыми узорами, напоминающими снежинки. Она трижды дотронулась до известных лишь ей точек на раме. Зеркало заколебалось, по его глади пошли волны. Аринель нетерпеливо стучала пальцами по столу. Прошло минут пять, и в отражении появился тёмный силуэт женщины.

– Книга – это твоих рук дело? – раздражённо спросила Аринель.

– Аринель, это ты? Я на важном задании, – ответила собеседница.

– У Ордена, как всегда, дел невпроворот?

– Именно. Так что случилось? Обычно ты связываешься только в экстренных случаях. Произошёл инцидент с тех пор, как Аркадэс пробудился?

– Можно и так сказать. Аркат всё узнал. Выяснился интересный факт: он не покупал ту книгу и вообще не знал о её существовании.

– Ближе к делу, Аринель. У меня нет времени на игры в дедукцию, – пренебрежительно сказала женщина.

– Зачем ты подбросила книгу Аркадэсу?

– Эта книга передавалась в нашей семье из поколения в поколение. Но никто, кроме меня, не догадался, что это Гремуар, и не смог его открыть. Я должна была проверить Аркадэса. И благодаря этому мой сын получил огромную силу.

– Ты, как обычно, гонишься за силой и властью. И к чему это привело? Уже в курсе того происшествия за городом?

– Мои люди контролировали ситуацию. Ему ничего не угрожало.

– Хорошо же вы контролировали! Мальчик потерял контроль и убил шесть человек! – Аринель вскочила со стула.

– Мы давно выслеживаем организацию, которая была заказчиком. Нам нужно было выяснить причины через наёмников, так как заказчик замел все следы. О факте сделки мы узнали случайно. Самый молодой из них спьяну проболтался в таверне. Сказал, что дело не пыльное: найти торгаша из Тинта и разузнать про книгу. Денег хватило бы до конца жизни. Короткой, как оказалось. А теперь подумай: откуда они узнали о её существовании? Надеюсь, теперь ты понимаешь, что нам нельзя было их спугнуть.

– Даже рискуя сыном? Мы с тобой вроде сёстры, а я никак не могу понять, в кого ты такая стерва?

– Может, потому что мы не родные, а троюродные? И не просто так я доверила его именно тебе. Хоть после рождения сына ты и утратила почти все силы, но ты всё ещё очень одарённый и опытный маг.

– Мне, конечно, лестно слышать такое от главы Ордена Изыскателей, но тебе нужно серьёзнее относиться к происходящему. Что ты думаешь о силе Аркадэса? По-моему, она неадекватно велика даже для пользователей Гремуаров.

– Пока ситуация стабилизировалась, значит, всё в порядке. Он всё же мой сын, а значит – справится. Когда он поступит в Академию, там ему помогут разобраться. До тех пор я прошу тебя, как сестру, присмотри за ним.

– Разумеется, Мэрридэс, уж в этом можешь на меня положиться.

Позже Аринель рассказала Аркадэсу о ссоре и о том, что отец узнал о его пробуждении. Она извинилась и сказала, что он может жить у них, сколько пожелает. Мальчик был шокирован, но зла не держал и в глубине души был даже рад, что ему не придётся самому начинать этот разговор. Предложение пожить у них он отклонил, сказав, что теперь ему нужно поговорить с отцом.

– Хорошо, но только завтра. Дай ему время протрезветь и переварить новость, – сказала Аринель.

Все разошлись спать. Аркадэс долго не мог заснуть, обдумывая слова для отца. Ему не верилось, что за такой короткий срок его жизнь перевернулась с ног на голову. Его терзали сомнения об учёбе в Академии – он всё ещё сильно отставал от Вурза. К тому же он не хотел расставаться с отцом и Аринель, ставшей ему как мать. Утопая в тяжёлых мыслях, он не заметил, как уснул. Спал он неспокойно, несколько раз просыпаясь от ощущения чьего-то присутствия, но никого не обнаруживал.

На рассвете, никого не разбудив, он написал записку с благодарностью и вышел из дома друга. На улице уже были первые прохожие. Воздух был свежим и прохладным после ночи. Небо окрасилось в нежно-розовые и жёлтые тона, редкие облака отливали золотом. Аркадэс остановился посреди дороги, осознав, что никогда не замечал этой красоты. Тоска сжала его сердце, и он едва сдержал слёзы. Понимая, что скоро покинет родной город на долгие годы, он сглотнул ком в горле. Решив, что обязательно вернётся, он улыбнулся, шумно выдохнул и сделал шаг навстречу дому, оставив страхи позади.

Домой он добрался, когда солнце уже высоко поднялось и Тинт раскалился. Открыв дверь, он застал отца за чтением. По лицу было видно, что он уже пришёл в себя.

– Привет, пап, – первым заговорил Аркадэс.

– Закрой дверь и иди за мной, – не отрываясь от книги, ответил Аркат.

Аркадэс повиновался, чувствуя, что разговор будет долгим и тяжёлым. Отец закрыл книгу и поднялся на второй этаж. Они зашли в гостиную – комнату, где Аркат любил читать после поездок, а мальчишки играли в детстве. Два дивана, книжный шкаф, тумба с подсвечником и пустой вазой – вот и вся обстановка. Деревянные полы скрипели под шагами Арката. Усевшись, он указал сыну на второй диван.

– Сын, я хочу знать, почему ты не рассказал мне всё сразу? – спросил отец.

Услышав вопрос, Аркадэс разволновался, и голос его дрогнул. – Я… я просто не знал, как тебе об этом рассказать. Струсил, решил, что всё само разрешится.

– Не помню, чтобы я растил тебя трусом и, тем более, дураком. Такие вещи сами собой не разрешаются. Почему ты не принёс книгу мне? – в его голосе не было злости, лишь разочарование и грусть. – Я вообще не понимаю, как она там оказалась. Видимо, старею. – Аркат потёр лицо руками.

– Тётя Аринель сказала, что мне нужно в Академию, чтобы научиться всему и… – не дав ему договорить, Аркат ударил кулаком по столу.

– И слышать не желаю ни о какой Академии! Неважно как, но мы сами решим эту проблему. Я поговорю со знакомыми, найдём специалиста, который выведет из тебя эту заразу!

– Нельзя «вылечить» от магии! Я читал, что все попытки заканчивались смертью мага! – с грустью посмотрел на отца Аркадэс. – Обещаю, я буду беречь себя и вернусь домой целым, как только закончу обучение.

Аркат резко встал и начал ходить по комнате. – Когда моего отца убили, мне было восемь. Мы жили в Регулосе. Власти махнули на нас рукой. Оказалось, убийцы – дети важных шишек из магического сообщества Гелиоса. Дело замяли, откупившись золотом. Нам пришлось его взять – нужно было на что-то жить. Отца мы хоронили сами – никто не хотел иметь с нами дело. Куда бы мы ни обращались, все гнали нас прочь. А эти сволочи продолжили жить, как ни в чём не бывало. Мы ничего не могли поделать. Твоя бабушка не вынесла этого и начала чахнуть. В итоге я похоронил обоих родителей своими руками.

Прошли годы. Я открыл лавку, дела пошли неплохо. За два года я накопил на месть. Я подкупил газетчиков, поручил им написать статью со всеми именами, фотографиями и доказательствами. Привлёк беспризорников раздавать эти газеты. Я не боялся, что на меня выйдут. Хотел лишь, чтобы зло было наказано.

Поднялась шумиха. Через пару дней ко мне пришли несколько человек в плащах. Я сразу понял, кто они. Те самые ублюдки, убившие отца. Я рассмеялся им в лицо, сказав, что даже если они меня убьют, это принесёт им ещё больше проблем. Они оглушили меня каким-то заклятием. Очнулся я прикованным к стулу в подвале. Передо мной стояли те же четверо, ни капли не постаревшие. Они пытались заставить меня дать показания, что я их оклеветал. Но мне было плевать. Поняв, что я не сломлюсь, они решили меня прикончить.

В тот миг, когда один из них начал творить заклятие, дверь вырвало с петель, прогремел взрыв. Поднялась пыль. Послышались удары, вспышки магии. Когда всё стихло, я сидел, не в силах пошевелиться.

«Мистер Аркат Монгер? Вы в порядке?» – услышал я чей-то прекрасный голос.

«Да, я жив. Кто вы?»

«Меня зовут Мэрридэс Игнис, лейтенант второго отряда Ордена Изыскателей. Я пришла вам помочь. Мы прочитали вашу газету, проверили факты и начали розыск. Я лично решила проследить за ними, но в какой-то момент отстала. Простите, что так поздно. Позвольте помочь».

Пыль осела. Я увидел свою спасительницу. Прекрасная девушка с ярко-рыжими, как пламя, волосами. Изумрудные глаза полны заботы и печали. Она расплавила цепи и помогла подняться. Я не мог отвести от неё взгляд. Она заметила это и засмущалась. В этот момент один из преступников, оставшийся в живых, выстрелил в неё заклятием. Я успел оттолкнуть её и закрыть собой. Было очень больно, но я был счастлив, что смог кого-то спасти. И… я влюбился в неё с первого взгляда. Смотрел в её прекрасные глаза, пока не потерял сознание. – Аркат улыбнулся, глядя в потолок. – Это была твоя… мама.

– Мама? – с трудом выговорил Аркадэс. Он почти ничего не знал о ней.

– Да, сын. Очнулся я в больнице, весь в бинтах. Рядом сидела Она. Два дня не отходила от меня, представляешь? Потом всё закрутилось… мы поженились. Через пару лет появился ты. Как же мы были счастливы. Мэри была прекрасным человеком, идеальной женой и матерью. Я никогда тебе не говорил, но твоё имя – частицы наших имён. Это была её идея.

Из-за её работы мы иногда ссорились. Я говорил, что это опасно, особенно после твоего рождения, но она отмахивалась. Однажды она ушла на задание и не вернулась. Мне сообщили, что она погибла. Сказали, что в битве её практически испепелили. Остался лишь пепел. Я похоронил отца, мать, а жену не смог… даже проститься не дали. – Голос Арката дрожал. – Я столько потерял из-за магии. Конечно, я предполагал, что тебе передадутся её способности, но надеялся, что ошибся. Теперь боюсь потерять и тебя…

– Пап… – Аркадэс подошёл и обнял его. – Я даю слово, что со мной всё будет хорошо. Обещаю приезжать как можно чаще. Спасибо, что рассказал о маме. Я горжусь, что у меня такие крутые родители!

Аркат пустил слезу, незаметно смахнул её и наигранно-бодрым голосом сказал: – А ты как думал? Ещё какие!

Глава 3. По пятам.

День рождения Аркадэса праздновали в том же узком кругу: Аркат, Вурз и Аринель. Аркат, как обычно, закупил продукты, Аринель готовила, а ребята помогали накрывать на стол. Когда все уселись, отец взял стакан и встал. Руки его слегка дрожали. Прокашлявшись, он высоко поднял бокал.

– Сын, в этот день я желаю тебе силы духа, удачи в пути и счастья. Желаю, чтобы ты никогда не забывал моих уроков. С ними ты не пропадёшь и не останешься без денег. – Все улыбнулись. – Не предавай и не давай предать себя. Помни, что у тебя есть дом и семья. Я горжусь тобой. Будь счастлив, сын. С днём рождения! – Он осушил бокал залпом и вытер рукавом рот. Все последовали его примеру.

Аркадэс улыбнулся, но тут же нахмурился, почувствовав внезапную тревогу. Сердцебиение участилось, дыхание сбилось. Он старался незаметно оглядеть комнату, но ничего подозрительного не нашёл. За исключеним взгляда Вурза, который смотрел на него, перескакивая взглядом со стола на его глаза.

«Что? Почему он так смотрит?» – думал Аркадэс, пока не заметил, что его собственная рука выводит на столе какие-то символы слабым огоньком. Это были буквы того языка, которому учил его М. Аркадэс вгляделся и прочитал: «Уходи завтра на рассвете. Пожиратели знают, что Гремуар избрал Тебя».

Он поднял взгляд на Вурза. Тот всё так же смотрел на него, не понимая происходящего. Аркадэс растерянно мотнул головой.

– Папа, тётя Аринель, – встал он. – Я ненадолго отлучусь.

– Что-то случилось? – обеспокоенно посмотрел на него Аркат.

– Нет, всё хорошо. Мне нужно подышать, скоро вернусь, – выдавил улыбку Аркадэс и вышел.

Вурз, сказав, что пойдёт проверить друга, последовал за ним.

– Рассказывай, что это было? – спросил он, выйдя за дом.

На улице уже стемнело. Песок и стены успели остыть, воздух был свежим. Аркадэса пробрала дрожь – то ли от холода, то ли от страха перед преследователями.

– Со мной связался М. Говорит, нужно уходить на рассвете. Меня ищут Пожиратели – наниматели тех бандитов.

– Это ещё кто? – не понял Вурз.

– Они так называли заказчиков. Не знаю, откуда они узнали, что именно я использовал Гремуар, и зачем я им. – Аркадэс оперся спиной на стену, глядя на звёзды. Руки его были сжаты в кулаки так, что костяшки побелели.

Вурз начал расхаживать, размышляя вслух. – Судя по всему, это очень влиятельные люди, раз смогли заполучить мага молнии. Они в бешенстве, что ты перебил их людей. В следующий раз пришлют кого-то сильнее. Может, целый отряд. Нам нужно предупредить всех.

– Плохая идея. Я и так подверг опасности слишком многих. Да и как объяснишь, откуда тебе известно? Никто не поверит. Я выйду к ним один, и тогда никто не пострадает.

– Не будь идиотом! У тебя нет шансов, даже с М. Это самоубийство. Выходит, мы не можем здесь задерживаться, но и оставлять всех без защиты нельзя… – Вурз задумался и улыбнулся. – У меня есть план.

Ранним утром, когда город ещё спал, а солнце только начинало подсвечивать горизонт, они вышли на улицу. Уже попрощавшись с родителями, они были одеты в плащи-бурнусы песчаного цвета, спасавшие от бурь. За плечами – походные рюкзаки с палатками, котелками, булочками от тёти Пинч (провожавшей их со слезами), бурдюками с водой и всем необходимым. Вся экипировка была новой и надёжной, подобранной лично Аркатом с расчётом на незаметность.

– Попрощался? – спросил Аркадэс.

– Да, – коротко ответил Вурз. – Нам пора. Мы и так задержались.

Они двинулись по дороге, ведущей не в Титан, а восточнее, в Регулос. Вурз не посвящал друга в детали плана, отделываясь уклончивыми ответами. Когда город скрылся за барханом, Вурз ускорил шаг. Аркадэсу пришлось поспевать. Он доверял планам друга.

Солнце было в зените, ветер хлестал песком. Благодаря экипировке они почти не устали к закату. Когда последний луч погас, поднялся сильный ветер. Решили поставить шатёр. Он был устойчив даже к сильной буре. Пока Аркадэс доставал сухпайки, Вурз раскладывал спальники и проверял запасы. До ближайшего поселения оставалось четыре дня пути. Воду можно было пополнить в реке через пару дней.

Аркадэс разогрел пирожки магией и с удовольствием съел один с яблочной начинкой и корицей. Улыбнувшись, он незаметно смахнул слезу.

– Едим и ложимся спать. Продолжим за пару часов до рассвета, – сказал Вурз и тихо добавил: – Мы и так рискуем опоздать.

Аркадэс только кивнул. Его терзала та же тревога, что и в день рождения. Молчание друга лишь усугубляло состояние. Уснуть он так и не смог.

Позавтракав, они собрали шатёр и двинулись в путь. Воздух был холодным после ночи, обжигал горло. Ветер дул в лицо, затрудняя подъём на бархан. Выглянув из-за вершины, они увидели то, что повергло их в ужас. Аркадэс упал на колени, часто задышав. Вурз, кусая губы, благодарил богов, что они пришли с подветренной стороны.

Внизу, между барханами, стая коев – пустынных волков – обгладывала тушу песчаного ящера. Они ещё не заметили ребят. Чуть в стороне дремал сытый вожак.

– Чёрт! – ругался Аркадэс, не в силах унять сердце. – Кои в эту часть пустыни не заходят! Откуда они?

– Не знаю! Вместо паники – готовься. Прорываемся с боем. Целимся в вожака! – Вурз переключил его внимание.

– Да, ты прав. Пожиратели близко, я чувствую это.

Аркадэс сосредоточился на заклинании, которое оттачивал по совету Вурза. Его суть – использовать малый объём сил максимально эффективно. Накопив пламя и заключив его в маленький шар, можно было запустить его на огромной скорости. Основная сложность – удержать контроль. Для скорости атаки Аркадэс придумал создавать несколько зарядов за спиной, чтобы использовать их быстро.

Создав шесть зарядов, он прицелился. Вурзу тоже было непросто – расстояние приличное, одна ошибка стоила бы жизни. Он выставил руки ладонями вперёд, сделал выдох, выдал облако ледяного пара. Волосы его покрылись инеем, руки – коркой льда. Друзья переглянулись и кивнули.

Первым выстрелил Аркадэс. Шарик полетел с такой скоростью, что отдача чуть не сломала палец. Раздался хлопок и скулёж. Шарик попал вожаку в сердце и взорвался, разворотив хищника. Аркадэса едва не стошнило.

Вурз в тот же момент встал в полный рост и соткал заклятие града площадью десять квадратных метров. Градины размером с куриное яйцо с заострёнными краями. Это было настолько тяжёлое заклятие, что, активировав его, Вурз упал от истощения. Градины со свистом полетели на коев, рассекая плоть. Громкий вой и предсмертные крики были слышны по всей пустыне. Аркадэс заозирался, забыв, что бой продолжается.

Несколько коев с ненавистью рванули на ребят. Вурз лежал, тяжело дыша, не в силах пошевелиться. Аркадэс, обхватив голову, что-то пробормотал, затем вскочил и, размахивая руками, начал кричать, привлекая внимание трёх оставшихся коев. Он побежал в сторону от Вурза.

Вурз видел, что друг рискует жизнью ради него. Он не мог понять, как так вышло, что он не рассчитал силы. Предприняв несколько попыток подняться, он решил сосредоточиться на восстановлении. Ему удалось дотянуться до бурдюка и напиться – жара и лёд обезводили его.

Аркадэс чувствовал, что преследователи вот-вот будут на расстоянии прыжка. Продолжая бежать, он пальнул тремя зарядами в ближайшего коя. Раздался хлопок, кровь жертвы окропила песок и лицо Аркадэса. Заклятия разорвали животное на части, слегка затормозив выживших. Воспользовавшись заминкой, он выстрелил оставшимися шариками. Один разорвал голову врага, второй пролетел мимо. Выживший хищник прыжком свалил Аркадэса, вцепившись в левую руку, которую тот выставил, защищая шею. Под крики боли волк рвал плоть. Кости трещали. Аркадэс пытался дотянуться до ножа. Вытащив его, он ударил в шею, но попал в спину. Хищник взбесился ещё больше, рванул его, вытащил зубами клинок и с рыком двинулся на него.

В последний момент из-под лап коя вылетел ледяной шип, прошив его насквозь. Это был Вурз, запыхавшийся, окровавленный, но невредимый.

– Ты как? Идти можешь? – спросил он. Аркадэс кивнул. – Хорошо. Тогда быстро обработаем раны.

Рука выглядела ужасно – рваные раны, отёк, в некоторых местах виднелась кость, целая, к счастью. Достав аптечку, Вурз дал другу прут, который тот зажал в зубах, и взял его руку для осмотра. Он открыл пузырёк с прозрачной жидкостью и вылил на рану. Раздался громкий стон.

– Держись. Придётся прижигать рану. С таким кровотечением далеко не уйдёшь. Зашить не можем.

– М-м! – Аркадэс с мольбой в глазах посмотрел на друга, но разжёг пламя в правой руке, распределив его тонким слоем по ладони. Шумно выдохнув, он резко прижал ладонь к ране. Раздалось шипение, вой боли и вонь горелой плоти. Убрав руку, он увидел, что Вурз уже наложил заранее приготовленную повязку. Она была готова – Вурз заморозил место раны, что принесло облегчение. Аркадэс принял обезболивающее которая предусмотрительно дала им с собой Аринель.

Спустя минуту о ране напоминали лишь окровавленная повязка и трупы коев. Он чувствовал себя прекрасно, даже тревога куда-то пропала. Хотелось наслаждаться теплом и голубым небом.

– Вижу, тебе лучше, – улыбнулся Вурз, видя блаженную улыбку друга. – Это сильное и долгоиграющее обезболивающее. И препятствует заражению.

– Шикаарно, – протянул Аркадэс, чувствуя как быстро действует препарат. Он медленно поднялся и Вурз помог ему устоять на ватных ногах.

Потрёпанные, но живые, они продолжили путь. Ветер хлестал раскалённым песком. Шагать было тяжело, даже без большей части запасов. Песок под ногами стал врагом, пытавшимся замедлить и проглотить их. Они шли до самого заката.

Сумерки скрывали путь, когда Вурз резко изменил направление на восток. Аркадэс, плёлся рядом в полудрёме. Держась за раненую руку, он заметил, что они почти вышли из пустыни. Повязка на ране была сухой – помощь оказалась действенной.

Пройти около часа по выжженной степи, Аркадэс резко остановился. Взгляд его остекленел, а затем наполнился ужасом.

– Арк, что случилось? – с тревогой спросил Вурз.

– Они здесь.

Аркадэс медленно повернулся на запад. На вершине бархана, на фоне садящегося солнца, ожидали три тёмные фигуры.

Вурз резко схватил друга за руку и потащил к роще, ещё далёкой. Надежда добраться до неё раньше погони таяла. На бегу они видели, как преследователи быстро настигают их, почти не шевелясь, словно призраки, парящие над землёй. Сердце колотилось, горло раздирало от холодного воздуха. Аркадэс, будто помешавшись, издавал вопли ужаса и размахивал руками, отмахиваясь от видимых лишь ему ужасов.

– Беги! Не останавливайся! – кричал Вурз, но Аркадэс плохо слышал друга сквозь голоса в голове. Они то угрожали, то умоляли, то торговались. Голоса их были безжизненными, чуждыми. М же просто молчал.

В глазах его помутилось, он оступился, но Вурз был рядом и подхватил его. Фигуры молча приближались. Всего их было пятеро, одетых в чёрные балахоны. Когда они подобрались ближе, стало ясно, что они действительно парили. До рощи оставалось ничего, когда фигуры разделились, окружая их. Враги казались расплывчатыми тенями. Там, где должны были быть глаза, мерцали тусклые белые огоньки.

– Чёрт! Аркадэс, соберись! Мне нужна твоя помощь! – Вурз встал в стойку, формируя ледяные копья.

Аркадэс пытался готовить огненные шары, но руки дрожали, рассудок был затуманен. Заклинания рассыпались. Достав нож, он попытался унять страх. Они встали спиной к спине. От врагов исходило чудовищное давление, отбивающее желание бороться. Хотелось сдаться.

– Прости, Вурз. Я подвёл тебя. Из-за меня мы замедлились, и из-за меня нас сейчас убьют.

– Мы не можем так закончить! – с трудом проговорил Вурз.

Одна из фигур начала сближение, протянув руку и применив заклятие. Вурз почувствовал опасность и закрылся щитом, который разлетелся на осколки. Заклятье выбило из него дух и отбросило на несколько метров. Согнувшись, он захрипел, выплёвывая кровь. Щит спас от смерти, но рёбра были сломаны. Сознание его угасло.

Аркадэс издал вопль и бросился к другу, выронив нож.

– Устоял, – удивлённо отметил враг. В его голосе впервые почувствовались эмоции.

С рук Аркадэса сорвались две огненные стрелы, но они прошли сквозь врагов и растворились в темноте. Он забрасывал их заклятиями, пока один не оказался прямо перед ним. Это перемещение было мгновенным. Леденящие душу глаза уставились на него. Мысли путались, что-то ломилось в голову, причиняя боль. Он больше не слышал ни мыслей, ни звуков – лишь скрежет ломающегося рассудка. Нечто прогрызало дорогу, заставив его упасть на колени, схватившись за голову. Он кричал, но не осознавал этого.

За секунду до того, как защита пала, мальчика ослепили вспышки молний и огня, вырвавшиеся из чащи леса. Боль исчезла, и он потерял сознание.

Очнулся он в лазарете. Белоснежный потолок, солнечные зайчики от витражного окна. Попытавшись подняться, он почувствовал лёгкое головокружение, но боли не было. Усевшись на кровати, он попытался вспомнить произошедшее, но мысли ускользали. Он был уверен лишь в одном – их спасла какая-то третья сторона.

Оглядев комнату, он понял, что находится в лазарете. Палата была аскетична: скамейка, его кровать. Ощущение одиночества давило на горло. Справа, за ширмой, проглядывался чей-то силуэт. С трудом поднявшись, он подошёл туда.

Сердце его пропустило удар. Это был Вурз. В тот же миг воспоминания вернулись. Вспомнив, как ранили друга, он до боли сжал кулаки, а из глаз потекли слёзы. На нём самом не было и следа ран. Чувство вины и злость на свою беспомощность рвали душу. Он почти потерял друга. Если бы не спасители, они оба были бы мертвы.

Вурз был перебинтован с ног до головы, лишь лицо, белое как простыни, оставалось открытым. Рядом стояла тумба с вазой цветов, фруктами, сладостями и стопкой писем с пожеланиями выздоровления. Некоторые были от учеников Академии – видимо, они навещали их, пока те были без сознания.

Оглянувшись, Аркадэс обнаружил на своей тумбочке букет огненно-красных бархатцев, пылавших в лучах солнца. Глядя на них, напоминавших пламя очага, он почувствовал тепло в груди и надежду. Они выжили.

Глава 4. Допуск.

Аркадэс стоял и смотрел на белокурую девушку, возраст которой было сложно оценить из-за скрывающих добрую половину её лица очков с круглыми и довольно толстыми линзами. Копны её волос небрежно спадали по её плечам, изредка поблёскивая на свету. Открытое окно в приёмную директора Академии впускало свежий утренний воздух и шум студентов, спешащих на занятия. Аркадэсу казалось, что секретарь директора могла быть его ровесницей, но кожа её рук и шеи говорили об обратном. Стол, за которым она сидела, был завален горами документов, книг, записок и ещё бог знает чем. За её спиной стояли тумбы, на которых возвышались причудливые устройства, наносившие на бумагу символы и странным образом замиравшие, когда секретарь убирала перо с поверхности журнала. Она записывала что-то, не обращая внимания на Аркадэса, который ждал своей очереди на встречу с директором. Она была настоль увлечена, что испуганно вздрогнула, когда с ней заговорили.

– Извините, Вы, случайно, не знаете, зачем именно директор захотел меня увидеть?

– Он всё тебе объяснит, не переживай, – Аркадэс впервые услышал её голос, низкий и мелодичный, словно звон хрустального колокольчика, окончательно убедившись в его необычности.

– Он всё тебе объяснит, не переживай, – повторила она, наконец оторвавшись от журнала и посмотрев на него поверх очков. Её глаза были ярко-зелёного цвета и казались невероятно старыми и мудрыми на её юном лице. – Профессор Грейуотер просто ненавидит, когда его заставляют повторяться.

В этот момент тяжёлая дубовая дверь за её спиной с лёгким скрипом приоткрылась, и в проёме показался мужчина. На вид ему было лет сорок, не больше. Темные волосы с проседью у висков были аккуратно зачёсаны назад, а лицо, хотя и хранило следы былой строгости, ещё не было изборождено глубокими морщинами. Он был одет в безупречные мантии цвета морской глубины, от которых исходил лёгкий запах озона и свежести. Но больше всего Аркадэс поразился его глазам – пронзительным, цвета зимнего неба, они казались одновременно молодыми и невероятно усталыми, будто видели больше, чем может позволить себе обычный человек.

– Монгер, я полагаю? – его голос был спокойным и ровным, без единой нотки высокомерия. – Проходи, не будем терять время. Лина, никаких посетителей и звонков.

Секретарь, Лина, лишь молча кивнула, снова уткнувшись в свои бумаги.

Аркадэс, сжав кулаки от нервного напряжения, пересёк кабинет. Помещение было огромным и больше напоминало библиотеку или обсерваторию, чем рабочий кабинет. Высокие потолки терялись в полумраке, откуда свисали сложные бронзовые устройства, тихо пощелкивающие и поворачивающиеся сами по себе. Стены были заставлены книжными шкафами до самого потолка, а у огромного окна, выходящего на внутренний двор Академии, стоял массивный письменный стол, заваленный не столько бумагами, сколько странными артефактами, кристаллами и чертежами.

Директор Игнациус Грейуотер прошёл за стол и жестом предложил Аркадэсу сесть в кожаное кресло напротив. На его руке Аркадэс мельком заметил перстень с каким-то сложным узором, в котором угадывались очертания водоворота.

– Как самочувствие? – спросил директор, устраиваясь поудобнее. Его взгляд был тяжёлым и оценивающим, но не враждебным.

– Я… в порядке, – с трудом выдавил Аркадэс. – Спасибо. А… а как Вурз?

– Твой друг – боец. Кости срастаются хорошо, – ответил Грейуотер, и в его голосе прозвучала лёгкая, одобрительная нотка. – Но магическое истощение, которое он получил, применив такое мощное заклятье, и последствия того удара, что он принял на себя… Это серьёзно. Ему потребуется время и покой. Наши лекари делают всё возможное. Он в надёжных руках.

Аркадэс кивнул, с облегчением сглотнув комок в горле. По крайней мере, с Вурзом всё будет хорошо.

– Ладно, к сути, – директор сложил пальцы домиком. – Я вызвал тебя, Аркадэс, потому что твоё появление в стенах моей Академии… скажем так, сопровождалось необычайно громкими событиями. Ко мне являются многие одарённые юноши и девушки. Но чтобы к нам привезли бессознательного абитуриента, рядом с которым нашли пятерых обращённых в пепел фанатиков из культа, считавшегося мёртвым… Это случается впервые.

Аркадэс почувствовал, как по спине пробежал холодок. Пятерых? Культа? Он не понимал.

– Фанатиков? Я… я не понимаю. Мы бежали от трёх преследователей в чёрном. Они были сильными… Их голоса звучали у меня в голове… Потом Вурза ранили… а потом я… я ничего не помню. Только боль. Потом вспышки, и я отключился.

– Верю, что не помнишь, – кивнул Грейуотер. – Следы магии на месте происшествия… Они были чудовищной силы и в то же время невероятно сложными. Не те, что остаются после стычки с обычными разбойниками или даже боевыми магами. Те, кого вы встретили, – это Пожиратели Гремуаров. Древний культ, охотники за артефактами и забытыми знаниями. Считалось, что последних из них уничтожили ещё во время Войны. Очевидно, слухи об их смерти сильно преувеличены.

Аркадэс слушал, и ужас медленно накатывал на него новой, ледяной волной. Это была не шайка бандитов. Это была нечто большее, почти забытое и куда более страшное.

– То, что они вышли на тебя, говорит о том, что в тебе есть что-то, что представляет для них огромный интерес. Или ценность.

Он посмотрел на Аркадэса своим пронзительным взглядом.

– Твоё появление здесь – это и большая удача, и огромная головная боль. Академия должна быть безопасным местом для обучения. Но я не могу просто так отпустить тебя. Во-первых, это подписало бы тебе и твоему другу смертный приговор. Во-вторых… – он сделал паузу, давая словам улечься. – Я считаю своим долгом дать тебе шанс понять ту силу, что в тебе проснулась. И научиться её контролировать. Чтобы то, что случилось с теми бандитами и Пожирателями, больше никогда не повторилось против твоей воли.

Аркадэс молчал, обдумывая услышанное. Директор не давал, он предлагал.

– Поэтому вот моё предложение, – продолжил Грейуотер. – Ты поступаешь в Академию. Мы обеспечим тебе и твоему другу максимальную безопасность. Но твоё обучение будет… особенным. Обычные методы могут не подойти. Для тебя будет назначен персональный наставник. Одна из лучших в своём деле. Она специалист в работе со сложными и… нестандартными случаями. Она поможет тебя понять твою природу и обуздать её.

Он слегка повернул руку, и на его ладони из ничего сконденсировалась и закружилась маленькая, идеальная капля воды, переливаясь на свету.

– Ты не обязан соглашаться. Ты можешь уйти. Но в этом случае я не смогу гарантировать твою безопасность за стенами Академии. Выбор за тобой, Аркадэс Монгер.

Сердце Аркадэса бешено колотилось. Это был шанс. Шанс перестать быть беспомощной игрушкой в руках собственной силы и чужих интересов.

– Я согласен, – твёрдо сказал он.

–Отлично, – директор улыбнулся, и капля воды на его ладони испарилась без следа. – Тогда вот твоё первое задание. Отправляйся в лазарет, навести друга. А после обеда жди вызова. Твоя наставница сама найдёт тебя.

Он уже снова смотрел на какие-то бумаги на столе, явно считая разговор оконченным. Аркадэс вышел из кабинета, его ум переполняли обрывки мыслей о древних культах, персональных наставниках и том, что же именно ждёт его впереди. Он не знал, кто эта женщина, которая должна была его учить. Он даже не подозревал, что за маскировкой простого преподавателя будет скрываться человек, чьё возвращение он не мог даже представить в самых смелых мечтах.

Глава 5. Испытание Компасом

Через несколько дней, когда Вурз уже смог сидеть в кровати и даже немного читать, а Аркадэс окончательно оправился от пережитого, настало время вступительных испытаний.

Большой зал Академии «Астрариум» был полон абитуриентов. Солнечный свет, проходя через витражные стёкла с изображениями великих магов прошлого, рисовал на каменном полу разноцветные узоры. В воздухе витал густой гул голосов, смешанный с запахом старого пергамента и магической статики. Аркадэс нервно теребил край своей новой, пока ещё непривычной мантии, подаренной Академией. Он стоял рядом с Вурзом, который, бледный, но с твёрдым взглядом, опирался на костыль.

– Ничего, главное – не волноваться, – сказал Вурз, заметив напряжение друга. – Просто подходи и кладёшь руку. Всё происходит само.

– Да уж, «просто», – проворчал Аркадэс, наблюдая, как стройная девушка с рыжими волосами подошла к пьедесталу в центре зала.

На пьедестале стоял старинный бронзовый компас размером с мельничное колесо. Вместо сторон света на нём были выгравированы четыре символа: языки пламени, волна, завихрение воздуха и горный пик. В центре, на идеально отполированной игле из чёрного кристалла, покоилась серебряная стрелка.

Девушка робко положила ладонь на край компаса. Стрелка дрогнула, плавно качнулась и уверенно остановилась на символе воды, слегка покачиваясь. Профессор с густой бородой, записывавший результаты, кивнул.

– Факультет Аквы. Следующий!

Подошёл коренастый парень. Стрелка резко рванулась и замерла на символе земли.

– Факультет Терры. Следующий!

Подошла очередь Вурза. Он перехватил взгляд Аркадэса, едва заметно кивнул и, преодолевая боль, уверенно подошёл к прибору. Положил руку. Стрелка, не колеблясь, пошла к воде. Но, едва коснувшись символа, она не остановилась, а плавно сместилась дальше, заняв позицию ровно посередине между волной и завихрением воздуха, слегка вибрируя.

В зале пронёсся удивлённый шёпот. Даже бородатый профессор поднял бровь.

– Интересно… Двойственная природа. Вода с выраженным уклоном в Воздух. Факультет Аквы, с рекомендацией к углублённому изучению криомагии и атмосферных явлений. Поздравляю, юноша. Такое встречается нечасто.

По залу пронёсся одобрительный гул. На Вурза смотрели с интересом и уважением. Он, слегка смущённый, кивнул и отошёл к Аркадэсу, сияя от гордости.

– Видишь? Всё просто, – улыбнулся он.

– Следующий! Аркадэс Монгер! – прокричал профессор.

Аркадэс сделал глубокий вдох и шагнул вперёд. Десятки глаз уставились на него. Он почувствовал, как по спине бегут мурашки. Просто положи руку и всё, – твердил он себе. Он протянул ладонь, коснулся холодной бронзы края компаса.

И всё пошло не так.

Стрелка дёрнулась, как ужаленная, и рванулась к огню. Аркадэс уже было приготовился увидеть свой вердикт, но стрелка, не долетев до символа, резко остановилась, задрожала и понеслась обратно. Она пронеслась мимо воды, проскочила землю, задержалась на воздухе и снова помчалась к огню. Она не останавливалась, непрерывно вращаясь по кругу всё быстрее и быстрее, пока не превратилась в сплошное серебряное пятно, издавая тонкий, звенящий звук.

Гул в зале стих. Воцарилась оглушительная тишина, нарушаемая лишь сумасшедшим вращением стрелки.

– Что это? – кто-то прошептал. – Он что, сломал Компас?

Бородатый профессор Вергиус нахмурился, стукнул пальцем по своему пергаменту, его лицо вытянулось.

– Никакой выраженной предрасположенности! – громко объявил он, чтобы все слышали. —Стрелка не может определиться. Дар есть, но он ничтожен, рассеян. Неспособность сфокусироваться! Случай, достойный сожаления. Бездарь. К следующ…

– Профессор Вергиус, – раздался спокойный, но не допускающий возражений голос.

Из тени колонны вышла женщина в строгих серых мантиях. Её лицо было скрыто глубоким капюшоном, и лишь прядь тёмных волос выбивалась на плечо.

– Позвольте мне, – сказала она, не повышая тона.

Профессор Вергиус открыл было рот, чтобы возразить, но встретил её взгляд из-под капюшона и неожиданно смолк, лишь неодобрительно хмыкнув.

Женщина, которую Аркадэс никогда не видел раньше, подошла к Компасу. Она не смотрела на него, а пристально наблюдала за бешено вращающейся стрелкой. Её задумчивость длилась всего мгновение.

– Сконцентрируйся, – тихо, но чётко сказала она Аркадэсу. Его одного. – Не на всех стихиях сразу. Только на одной. Вспомни то, что у тебя лучше всего получалось. Самый первый твой огонёк.

Аркадэс, оглушённый всем происходящим, закрыл глаза. Он отгородился от насмешливых взглядов, от шепота зала. Он вспомнил тот самый первый огонёк, жар в крови, образ пламени. Он вспомнил жар пустыни, согревающий камень у лавки отца.

Серебряное пятно на Компасе дрогнуло. Вращение замедлилось. Стрелка, виляя, прошла мимо воздуха, проскочила воду, качнулась у земли и, наконец, с трудом, будто через силу, остановилась на символе огня. Она всё ещё мелко дрожала, словно пытаясь сорваться с места.

Воцарилась тишина, на этот раз напряжённая.

– Ну что ж, – с явной неохотой проговорил профессор Вергиус, снова привлекая всеобщее внимание. —Еле-еле. Чуть не опозорился. Факультет Игниса. Следующий!

По залу прокатился сдержанный смешок. Аркадэс оторвал руку от компаса, чувствуя себя униженным и растерянным. Он был весь мокрый от пота. Он встретился взглядом с женщиной в капюшоне. Она едва заметно кивнула ему, и в этом кивке было что-то… странно знакомое? Нет, ему показалось. Затем её взгляд скользнул куда-то в сторону.

Аркадэс последовал за её взглядом и увидел молодого профессора с поразительно белыми, растрёпанными волосами. Тот стоял в стороне, внимательно наблюдая за происходящим. Его выражение лица было невозмутимым, но его живые, яркие глаза, устремлённые на Аркадэса, светились не насмешкой, а самым настоящим, жгучим любопытством. Он поймал взгляд Аркадэса и, не меняя выражения лица, медленно и почти незаметно кивнул, как будто говоря: «Я кое-что понимаю».

Этот взгляд был маленьким островком понимания в море насмешек и непонимания.

Аркадэс отошёл к Вурзу, на которого теперь смотрели с жалостью или лёгким презрением.

– Ну что, – хрипло выдохнул Аркадэс, подходя к другу. —Похоже, я и правда «бездарь».

–Враньё, – тихо, но твёрдо сказал Вурз, глядя не на друга, а на удаляющуюся в сторону преподавателей фигуру в сером капюшоне. —Там что-то нечисто. Та женщина… она что-то знает. А тот, с белыми волосами… он смотрел на тебя не как на бездаря. Он смотрел на тебя как на… загадку.

Аркадэс молча кивнул. Первое испытание было пройдено, но оно оставило после себя не ясность, а ещё более густой туман. И его персональный наставник, таинственная мадам Морган, ждала его. Теперь он был уверен – их встреча будет самой важной в его жизни.

Аркадэс сидел на краю своей кровати в общежитии факультета Игниса, пытаясь читать вводный учебник по пирокинезу. Слова расплывались перед глазами. В ушах всё ещё стоял унизительный смех и едкие замечания других студентов после церемонии. «Бездарь». «Компас сломал». «Игнису не повезло».

Вурза отселили в общежитие Аквы – комнаты там были больше приспособлены для восстановления после травм, да и его двойственная природа требовала особых условий. Аркадэс остался один в небольшой, но уютной комнате с камином (конечно же, магическим) и видом на тренировочные площадки.

В дверь постучали. Три чётких, неторопливых удара.

Аркадэс вздрогнул. Он не ждал гостей. С неохотой он отложил книгу и открыл дверь.

На пороге стояла Она. Та самая женщина в серых мантиях с глубоким капюшоном. В свете факелов в коридоре он смог разглядеть чуть больше: мантии были не просто серыми, а цвета пепла, и сшиты из простой, но качественной ткани. Капюшон по-прежнему скрывал большую часть лица.

– Аркадэс Монгер, – её голос был ровным, без эмоций, как у опытного солдата, докладывающего о ситуации. – Я – твой персональный наставник. Ты можешь называть меня мадам Морган. Готов к первому занятию?

– Прямо сейчас? – растерянно спросил Аркадэс.

– Проблемы с расписанием? – в её тоне прозвучала лёгкая, почти неуловимая нотка иронии.

–Нет! То есть, да! То есть… я готов, – он попытался взять себя в руки.

–Тогда идём. Покажем твоему факультету, кого они поспешили списать со счетов.

Она развернулась и пошла прочь по коридору, не оборачиваясь, будто не сомневаясь, что он последует. Её походка была лёгкой, почти бесшумной, и в то же время в ней чувствовала несгибаемая воля.

Аркадэс, бросив взгляд на свой жалкий учебник, поспешил за ней.

Она вела его не в обычный класс и не в библиотеку. Они спустились на несколько этажей вниз, прошли по длинному, слабо освещённому коридору и остановились перед неприметной железной дверью. Мадам Морган провела рукой по замочной скважине, и дверь бесшумно отъехала в сторону, открывая проход в совершенно иное пространство.

Это был огромный зал с куполообразным потолком. Стены, пол и потолок были выложены гладким, тёмным камнем, поглощающим свет и звук. В центре зала горел единственный магический факел, отбрасывая длинные, пляшущие тени. В воздухе пахло озоном, камнем и тишиной. Это было место силы, изолированное от всего остального мира.

–Здесь нас никто не потревожит, – сказала мадам Морган, снимая наконец свой капюшон. Аркадэс замер.

Перед ним была женщина лет тридцати пяти. У неё были тёмные, почти смоляные волосы, собранные в тугой практичный узел. Лицо – строгое, с высокими скулами, прямым носом и тонкими бровями – могло бы быть красивым, если бы не шрам. Небольшой, но отчётливый шрам, пересекавший левую бровь и уходящий в волосы.

Но больше всего Аркадэс поразился её глазам. Они были *точно* такого же цвета, как у него самого – цвета горячего песка Тинта, ясные и пронзительные. И сейчас они смотрели на него с такой интенсивностью, что ему захотелось отступить. В этих глазах была бездна опыта, боли и непоколебимой силы. И в них снова мелькнуло что-то неуловимо знакомое, заставлявшее сердце сжиматься от странной тоски.

–Первое правило, – её голос гулко отдавался в каменных стенах, – забудь всё, что ты видел сегодня у Компаса. Вергиус – упрямый старый дурак, а толпа всегда ведёт себя как стадо. Они видят то, что хотят видеть, или то, что им показывают.

Она сделала паузу, давая словам улечься.

–Второе правило. То, что произошло с Компасом – это не признак слабости. Это признак силы. Силы, которой ты пока не можешь управлять. Твоя магия не слаба. Она – дикая. Необъезженная. Как дикий шторм или лесной пожар. Она не хочет умещаться в узкие рамки одной стихии, потому что может БОЛЬШЕ.

Аркадэс слушал, затаив дыхание. Впервые с момента пробуждения кто-то говорил с ним о его силе не с опаской или насмешкой, а с уважением. Суровым, требовательным, но уважением.

–Но сила без контроля – это смерть, – её голос стал жёстче. – Для тебя и для всех вокруг. То, что случилось с теми бандитами в пустыне… это был неконтролируемый выброс. Детский лепет по сравнению с тем, что может случиться, если ты и дальше будешь прятаться от себя.

–Я не прячусь! – вдруг вырвалось у Аркадэса. – Я пытаюсь контролировать! Но у меня не получается! Я могу лишь вспыхнуть, как солома, и потом…

–Потом ты выгораешь, и тебе кажется, что ты слаб, – она закончила за него. – Потому что ты пытаешься тушить пожар вёдрами, вместо того чтобы научиться управлять огнём. Ты пытаешься сжать бурлящий океан в кулак. Это невозможно. Надо не сжимать. Надо направлять.

Она подняла руку. На её ладони ничего не было. Затем появилась искорка. Маленькая, почти невесомая. Она закружилась, росла, превращаясь в идеальный, яркий шар пламени. Он парил в сантиметре от её кожи, абсолютно послушный. Затем шар начал менять форму – вытягивался в тонкую, раскалённую до бела нить, складывался в сложный геометрический узор, рассыпался на дождь из искр, которые гасли, не долетев до пола. Всё это – лишь силой её воли, без единого шёпота заклинания.

–Это – контроль, – сказала она, и в её песочных глазах вспыхнул отблеск пламени. – Чистейшая пирокинезия. Огонь – моя стихия. Моя единственная стихия. Но за десятилетия я научилась понимать его душу. Я могу заставить его плясать под свою дудку, быть кистью для картины, пером для письма или молотом наковальни. Я могу выжечь им болезнь из раны или испепелить целый отряд врагов. Всё зависит лишь от силы воли и концентрации.

Она сжала кулак, и пламя исчезло, не оставив и следа.

–Компас не ошибся, указав на огонь. Огонь – твоя база, твоя отправная точка. Он – твоя природа. Твоя страсть, твой гнев, твоя воля к жизни. Он будет твоим фундаментом. Но то, что стрелка металась… это говорит о том, что твой потенциал не ограничен им. И это опасно. Потому что пытаться строить дом без фундамента – верный путь к обрушению. Мы начнём с основ. С самого начала. Мы будем строить твой фундамент так, чтобы он выдержал любое давление, любой шторм. Ты понял меня, Аркадэс Монгер?

Он мог только кивнуть, потрясённый до глубины души. Он видел мастерство, недостижимое, казалось бы, ни для кого. И это мастерство было направлено на одну-единственную стихию. Его стихию.

–Хорошо, – она снова надела капюшон, скрывая своё лицо и возвращая себе образ безликого наставника. – Тогда первое практическое занятие начнётся завтра на рассвете. Здесь. Не опоздай. И не завтракай. Будет не до еды.

Не дожидаясь ответа, она развернулась и вышла, оставив Аркадэса одного в огромном, безмолвном зале.

Он был не бездарем. Его сила не была слабой. Она была… другой. Дикой. И эта женщина, мадам Морган… она не просто знала об этом. Она была *мастером*. Мастером огня. И эти глаза… такие же, как у него…

Аркадэс медленно поднял свою руку и посмотрел на неё. Он сжал кулак, пытаясь представить не буйное пламя, а ту самую маленькую, послушную искорку.

Впервые за долгое время в его груди, рядом с привычным страхом, затеплилась крошечная, но настоящая искра надежды. И на этот раз она не гасла.

Аркадэс не спал всю ночь. В ушах стоял голос мадам Морган, а перед глазами – послушное пламя на её ладони. Он снова и снова пытался представить ту самую искру, но в ответ приходили лишь воспоминания о взрывах, о боли, о всепоглощающем огне, который он не мог остановить.

На рассвете он уже стоял перед железной дверью. Он не завтракал, как велела наставница. В горле першило от нервного напряжения.

Дверь бесшумно отъехала сама, прежде чем он успел к ней прикоснуться. Внутри, в центре зала, стояла мадам Морган. Она была без капюшона, и в холодном свете, падающем откуда-то сверху, её лицо казалось высеченным из камня.

– Ты пришёл. Хорошо, – её голос был ровным, без приветствия. – Подойди.

Он подошёл, чувствуя, как каменные плиты пола отдают холодом даже сквозь подошвы сапог.

– Первый урок. Основа основ. Дыхание, – она смотрела на него своими песочными глазами, и в них не было ни капли снисхождения. – Вся магия начинается с дыхания. Особенно огонь. Ты дышишь так, будто пытаешься убежать от самого себя. Коротко, прерывисто, в грудь. Это дыхание паники. Дыхание жертвы.

Она сделала медленный, глубокий вдох, и Аркадэс невольно повторил за ней.

– Огонь – это жизнь. Это энергия. Чтобы управлять им, ты должен сначала научиться управлять собственной энергией. Дышать животом. Медленно. Глубоко. Чувствовать, как воздух наполняет тебя, а не выдыхает из тебя всё тепло. Вдох… и выдох. С каждым выдохом – отпускай напряжение. С каждым вдохом – набирайся сил.

Они стояли несколько минут в тишине, и Аркадэс пытался дышать так, как она велела. Сначала не получалось, мысли путались, мешая сосредоточиться. Но постепенно ритм её спокойного, ровного дыхания начал его увлекать за собой.

– Теперь, – сказала она, когда его плечи наконец расслабились, – представь не пламя. Не жар. Представь… тепло. Самое маленькое, самое слабое тепло, которое только можно вообразить. Тепло собственной крови. Тепло в центре ладони.

Аркадэс закрыл глаза, стараясь удержать в голове образ. Он чувствовал, как от долгого стояния в неподвижности по телу разливается лёгкая дрожь.

– Не старайся его «создать», – голос наставницы прозвучал прямо у него над ухом. Он даже не услышал, как она подошла. – Ты его уже носишь в себе. Ты лишь должен его узнать. Позвать. Как зовут старого друга.

Он сконцентрировался на ощущениях в правой ладони. Сначала – холод. Потом – лёгкое покалывание. И затем… да, что-то. Едва уловимое чувство тепла, идущее из самого центра.

– Вот он, – прошептала она. – Твой огонь. Не яростный шторм, а искра. Самая первая. Теперь… вдохни. И на выдохе… позволь ей проявиться.

Аркадэс выдохнул, и в такт выдоху на его ладони вспыхнула крошечная, не больше ногтя, дрожащая искорка. Она была тусклой и мигала, как светлячок в тумане, но она была. И самое главное – она не пожирала всё вокруг, не рвалась на свободу. Она просто была.

Он ахнул от изумления, и искорка тут же погасла.

– Концентрация, – сухо напомнила мадам Морган. – Восторг – это тоже эмоция. Эмоции – топливо для огня. Но тебе пока нужно научиться регулировать подачу этого топлива, а не подливать в костёр ушат масла. Снова.

Он кивнул, снова закрыл глаза, нашёл то крошечное тепло внутри и на выдохе снова призвал его. Искра появилась вновь. На этот раз он не позволил себе удивиться. Он просто дышал и наблюдал за ней. Она дрожала, подчиняясь ритму его дыхания, то чуть разгораясь, то чуть затухая.

– Хорошо, – в голосе наставницы впервые прозвучало нечто, отдалённо напоминающее одобрение. – Теперь удерживай. Минуту. Не больше, не меньше. Я буду считать.

Она начала отсчёт. Каждая секунда казалась вечностью. Рука начала затекать, мышцы ныть от неподвижности. Искра пыталась выскользнуть из-под контроля, то разгораясь ярче, то угрожая погаснуть. Аркадэс чувствовал, как по лбу струится пот. Он сжимал зубы, изо всех сил концентрируясь на дыхании и на крошечном огоньке.

–…пятьдесят восемь, пятьдесят девять, шестьдесят, – закончила она. – Гаси.

Он резко выдохнул, и искра исчезла. Аркадэс пошатнулся, его вдруг пронзила дикая усталость, будто он только что пробежал десять миль, а не простоял минуту с огоньком в руке.

– Что… что это было? – выдохнул он, опираясь руками о колени. – Я удерживал крошечную искру и вымотался так, будто вызвал метеоритный дождь.

– Это и был контроль, – ответила мадам Морган. Она стояла неподвижно, наблюдая за ним. – Ты всю свою жизнь лишь открывал шлюзы и выпускал потоп, а потом падал без сил. Сегодня ты впервые попытался построить плотину и пропускать воду по крошечному каналу. На это уходит куда больше сил, чем на бездумный выброс. Но это – единственный путь к настоящей силе.

Она сделала паузу, давая ему отдышаться.

– Твоё тело, твой разум не привыкли к такому обращению с магией. Они будут сопротивляться. Будет больно. Будет трудно. Ты будешь хотеть всё бросить и вернуться к старому, простому способу – жечь и разрушать. Запомни сегодняшнее чувство. Чувство усталости от контроля. Это чувство – твой главный учитель. Оно покажет тебе настоящую цену силы.

Она повернулась к выходу.

– На сегодня достаточно. Завтра в это же время. И не опаздывать.

Дверь закрылась за ней, и Аркадэс остался один в огромном пустом зале. Он снова посмотрел на свою ладонь. Она была пуста. Но он помнил то чувство. Чувство крошечного, послушного тепла.

Впервые он не боялся своей силы. Он устал от неё. И в этой усталости было что-то невероятно, незнакомо-правильное.

Он медленно пошёл к выходу, чувствуя каждую мышцу в своём теле. Путь к контролю обещал быть долгим и мучительным. Но теперь, смотря на него, он видел не тёмный тоннель, а длинную лестницу, ведущую вверх. И он сделал свой первый шаг.

Глава 6. Камни и искры.

Через неделю изматывающих индивидуальных тренировок с мадам Морган, где Аркадэс учился дышать, концентрироваться и удерживать крошечную, послушную искру, пришло расписание общих занятий.

«Основы магического взаимодействия. Профессор Феникс. Зал Терры», – прочитал Аркадэс записку, доставленную ему на крыло серебристого ворона.

Зал Терры оказался просторным помещением, напоминавшим пещеру. Стены были отшлифованы до гладкости и испещрены мерцающими жилами настоящего камня. В воздухе пахло пылью, озоном и свежей землёй. В центре зала на невысоком пьедестале из сланца стоял тот самый молодой профессор с белоснежными растрёпанными волосами – Феникс. Он улыбался своей заразительной улыбкой, наблюдая, как студенты разных факультетов неохотно смешиваются друг с другом.

Аркадэс сразу заметил Вурза. Друг опирался на трость, но выглядел значительно лучше. Они кивнули друг другу, и Аркадэс пробился к нему сквозь небольшую толпу.

– Как дела? – спросил Вурз, оглядывая бледное и уставшее лицо Аркадэса.

– Дышу, – с лёгкой иронией ответил тот. – Буквально. Мадам Морган считает, что в этом весь секрет.

– Ну, если она смогла хоть чему-то тебя научить, то она и правда волшебница, – пошутил Вурз.

Их беседу прервал звонкий голос профессора Феникса.

– Добро пожаловать, юные дарования! – он обвёл всех весёлым взглядом. – Сегодня мы займёмся скучной и ужасно важной штукой – взаимодействием. Магия не существует в вакууме. Силы разных стихий могут конфликтовать, усиливать или нейтрализовать друг друга. Понимание этого – залог выживания в реальном мире, а не только в стенах Академии.

Он щёлкнул пальцами, и в воздухе вспыхнули четыре символа – огонь, вода, воздух и земля.

– Разбейтесь на пары! Желательно с представителем другой стихии! Давайте, не стесняйтесь!

Началась неразбериха. Студенты с Аквы искали друг друга, чтобы не связываться с «горячими головами» с Игниса. Маги воздуха сбивались в стайки, лениво переговариваясь. Аркадэс и Вурз автоматически двинулись друг к другу.

– А-а-а, нет-нет-нет! – профессор Феникс подскочил к ним, как юла. – Это слишком просто! Вы уже друзья, вы уже знаете, как ваши стихии уживаются. Смысл тогда в упражнении? Иди ты, – он ткнул пальцем в Вурза, – к той милой барышне с косичками с Аэрии. А ты… – его взгляд остановился на Аркадэса, а затем просканировал зал. – Ты! С Терры! Иди сюда!

Аркадэс обернулся. Из тени каменной колонны медленно вышел парень. Он был немного ниже Аркадэса, худощавый, с бледным, почти прозрачным лицом, на котором выделялись тёмные, колючие глаза. Его волосы были коротко острижены и имели странный бронзовый оттенок, словно их коснулась окись металла в шахтах. Но больше всего Аркадэс поразился его рукам – они были неестественно крупными для его хрупкого телосложения, а кожа на них, от запястий до костяшек пальцев, была покрыта шрамами и странными, темно-зелёными, кристаллическими наростами, будто каменной коркой. Парень шёл, слегка раскачиваясь, и его взгляд, полный холодного пренебрежения, скользнул по дорогой мантии сына какого-то знатного рода, задев по пути и Аркадэса.

– Кайден, – коротко представился он, останавливаясь перед Аркадэсом. Его голос был низким и хриплым, словно в горле застряла пыль.

– Аркадэс, – кивнул тот.

– Прекрасно! – прокричал Феникс. – Огонь и Земля! Классика! Задача проста: Аркадэс, твоя задача – создать небольшой, контролируемый огненный шар и удерживать его. Кайден – попытайся сжать его, нейтрализовать силой земли, не гася резко. Медленно и плавно. Цель – не победить, а почувствовать сопротивление чужой стихии и научиться на него реагировать, а не ломать силой. Начали!

Аркадэс сделал глубокий вдох, как учила мадам Морган. Он сосредоточился, отыскал внутри то крошечное тепло и на выдохе выпустил его на ладонь. Возник шар размером с яблоко, ровный и стабильный. Он гордился собой – неделю назад у него бы не получилось и этого.

Кайден хмыкнул, усмешка тронула уголки его губ. —И это всё? – прошипел он так, чтобы не слышал профессор. – «Контролируемый». С таким лучше на кухне котлеты жарить.

Он небрежно поднял руку, и из пола рядом с ним поднялась небольшая шишка из уплотнённой земли и камня. Она медленно поползла к огненному шару.

Аркадэс почувствовал давление. Не физическое, а магическое. Грубое, бесцеремонное, оно обволакивало его шар, пытаясь сжать, раздавить, задушить. Его собственный огонь взбунтовался, почуяв угрозу. Пламя затрепетало, рванулось в стороны. Аркадэс ощутил знакомый, пьянящий прилив ярости. Дать ему жару! Показать этому выскочке! Сжечь его каменную дрянь дотла!

Сожги его, – прошелестел в его голове давно молчавший, знакомый голос. Голос М. – Он слаб. Он лишь играется с грязью. Покажи ему настоящую силу. Силу, которую дал тебе я.

Аркадэс едва не поддался. Его пальцы задрожали, шар начал пульсировать, готовый взорваться. Но он вспомнил усталость после тренировок. Вспомнил чувство контроля. Он сжал зубы, углубил дыхание и силой воли вновь сжал пламя, заставив его подчиниться.

Кайден поднял бровь. На его лице мелькнуло лёгкое удивление, быстро сменившееся всё тем же презрением. —Держишься. Любопытно. Но долго ли?

Его каменная глыба сжалась сильнее. Теперь это был своего рода пресс. Аркадэс почувствовал, как его силы начинают быстро иссякать. Удерживать пламя под таким напором было невыносимо тяжело.

– Хватит! – скомандовал профессор Феникс, появляясь рядом. Он махнул рукой, и каменный пресс Кайдена рассыпался в пыль, а огненный шар Аркадэса безвредно погас. – Я сказал «взаимодействовать», Кайден, а не «задавить». Ты что, на шахте работал до этого? Только и знаешь, что давить?

Лицо Кайдена исказилось гримасой ярости. Его кристаллические пальцы сжались в кулаки. —Вы ничего не понимаете, – прохрипел он. – Вы все тут… вы играетесь в магию. Носите свои красивые мантии, болтаете о «взаимодействии». Вы не знаете, для чего настоящая сила. Её дают не для игр. Её дают, чтобы ломать. Ломать тех, кто слабее. Кто причиняет боль.

В его глазах горел такой знакомый, леденящий душу огонь. Огонь безжалостности и всепоглощающей ненависти. Тот самый огонь, что горел в глазах М, когда он стирал бандитов в пепел.

– Сила… она не для этого, – тихо, запыхавшись, сказал Аркадэс. – Она должна защищать.

Кайден фыркнул и подошёл к нему вплотную. Он был ниже, но его присутствие казалось огромным. —Защищать? – он язвительно рассмеялся. – Защищать кого? Таких же, как они? – он мотнул головой в сторону болтающих студентов. – Они сломаются при первой же реальной опасности. Их сила – это игрушка. А игрушки ломают. Чтобы не мешались.

Он посмотрел на Аркадэса своими тёмными, колючими глазами, и в них на мгновение мелькнуло что-то кроме ненависти. Что-то вроде любопытства. —Ты хотя-бы держался. Чуть дольше других. Может, в тебе есть что-то… стоящее. А может, и нет.

Не сказав больше ни слова, он развернулся и ушёл обратно в тень, оставив Аркадэса с тяжестью на душе и странным чувством, что он только что говорил не с однокурсником, а с собственной тенью. С темной стороной своей собственной силы, воплощенной в другом человеке.

Профессор Феникс вздохнул и похлопал Аркадэса по плечу. —Не обращай внимания. У него… сложная история. Но он талантлив. Как и ты. Просто вы оба пока не знаете, куда этот талант направить. – Он подмигнул. – Но мы над этим работаем, не так ли?

Аркадэс молча кивнул, всё ещё не в силах отвести взгляд от тени, где скрылся Кайден.

Профессор Феникс, не теряя бодрости, хлопнул в ладоши, привлекая всеобщее внимание. —Отлично поработали! Ну, почти все, – он броил взгляд в сторону тени, где скрылся Кайден. – Теперь поменяемся! Пары, которые только что работали на конфликт, теперь попробуют на усиление! Огонь, попробуй растопить ледышку Воды, но не испарить! Вода, помоги ему, направь его жар! Воздух, подуй на угли Земли, раздуй их! Почувствуйте, как ваши силы могут не только биться, но и танцевать вместе!

Началась новая суета. Аркадэс остался стоять на месте, всё ещё переваривая столкновение с Кайденом. Его руки слегка дрожали от напряжения и странного, неприятного резонанса, который он почувствовал между яростью Кайдена и шёпотом М в своей голове.

К нему подошёл Вурз, слегка хромая. —Жёсткий парень, да? – спросил он, следя за направлением взгляда друга. —Сказать мягко, – выдохнул Аркадэс, разжимая и сжимая пальцы, будто пытаясь стряхнуть с них остатки чужой, тяжёлой энергии. – Он… он смотрит на всех, как на мусор. И говорит о силе так, будто это только для того, чтобы ломать и убивать.

Вурз нахмурился. —Я слышал о нём. Шепчутся, что он поступил не по результатам испытаний Компаса. Говорят, директор лично его привёл. Что с ним что-то случилось… что-то плохое. И что его сила… она не совсем природная.

В этот момент профессор Феникс снова появился рядом, его белые волосы торчали в разные стороны, как у воробья после купания. —Сложный материал, наш Кайден, – сказал он, следуя за их взглядами. Его обычно весёлое лицо стало на мгновение серьёзным. – Но не спешите его осуждать. Иногда почва, на которой растёт самый крепкий дуб, бывает удобрена пеплом. Его методы… далеки от идеала. Но его боль – настоящая. А боль – страшный учитель. Она редко учит милосердию.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.